Читать книгу "Полиамория. Свобода выбирать"
Сознательные консенсуальные отношения vs отношения из страха или по принуждению
Думаю, нам нужно поговорить о разнице между консенсуальной и вынужденной моногамией. Консенсуальная моногамия – это моногамия, которая подходит этому конкретному человеку. Таким людям не нужен никто другой, кроме их партнера. Они не нуждаются в сексуальных или эмоциональных отношениях с другими людьми, так как партнер удовлетворяет все их потребности. Этот партнер также может быть моногамен по доброй воле – и тогда все отлично. Но решение, быть моногамным или нет, можно принять только за себя. Это никак не относится к вашему партнеру.
Многие моногамные отношения начинаются как осознанные и добровольные, но в какой-то момент становятся принудительными или же один из партнеров продолжает придерживаться этой модели из страха. Моногамия на основе страха проистекает из ревности, опасений быть брошенным и невозможности представить любимого человека в сексуальных или романтических отношениях с другими. От самой этой мысли перехватывает дыхание, слезы подступают к горлу, замирает сердце. Она заставляет испытывать неуверенность в наших отношениях, в самих себе и в окружающем мире. Человек, состоящий в моногамных отношениях, основанных на страхе, стремится отречься от своих немоногамных потребностей, чтобы его партнер сделал то же самое. До поры до времени их обоих это устраивает. Проблема возникает, если, пойдя навстречу своим желаниям, один из них заводит интрижку на стороне, не позволяя того же своему партнеру.
Когда добровольная или основанная на страхе моногамия становится принудительной? Когда к ней принуждают партнера, которому такой тип отношений больше не подходит (а может, и не подходил никогда). Как только мы решаем за него, что ему или ей позволено делать или не делать со своим телом, что ему позволено или не позволено чувствовать, и это решение идет вразрез с его желаниями, думаю, в этот самый момент происходит принуждение. Ведь тогда этот человек перестает быть, как выразилась создательница методики самоисследования Байрон Кейти, «собственным проектом» и становится чьим-то проектом, персонажем чьей-то истории, даже если этот кто-то – его партнер. Кроме того, наши попытки изменить или контролировать другого человека причиняют ему страдания. Это можно назвать принуждением еще и потому, что человек, переставший быть «собственным проектом», не является добровольно моногамным: он выбирает такой путь, поскольку цена немоногамного образа жизни слишком высока.
Не буду отрицать, что по тем же причинам можно оказаться и в немоногамных отношениях – как сознательно, так и из страха, что партнер покинет вас. Также принуждение может иметь место, когда люди занимаются сексом с другими, потому что на этом настаивает их партнер. Такое случается в свингерстве – если один из партнеров зависит от другого, ему приходится заниматься сексом с другой парой. Подобное можно встретить и в куколдинге[126]126
Разновидность сексуальной активности, при которой мужчина наблюдает за тем, как его женщина-партнерша занимается сексом с одним или несколькими другими мужчинами. Здесь играет роль не само сексуальное удовольствие, а возбуждение от чувства унижения, которое испытывает муж и причиняет жена. – Прим. ред.
[Закрыть], когда он не полностью консенсуальный.
На мой взгляд, есть большая разница между принятием решений относительно себя или своего свободного времени и принятием тех же решений относительно другого человека и его свободного времени. Решая за другого, мы тем самым ограничиваем его, и эта разница имеет огромное значение.
В нашем обществе любовные отношения по умолчанию подразумевают обязательства и запреты. Мой партнер должен любить меня, заниматься со мной сексом, его должно тянуть ко мне и его не должны привлекать другие люди, он не имеет права влюбляться в других и уж точно не может состоять в любовных или сексуальных отношениях с ними. Как по мне, все это свидетельствует об отсутствии уважения к свободе и независимости других людей, делает отношения нездоровыми, пагубно влияет на них и в конечном счете приводит к угасанию чувств, романам на стороне и разводу.
В то же время существует альтернатива. Люди, даже находясь в отношениях, обладают всеми правами на свою сексуальность, эротическую жизнь, тело, чувства и мысли. Это нечто само собой разумеющееся. Они могут делать все что хотят. Любить кого угодно, заниматься сексом с кем угодно или не заниматься, если им этого не хочется. Если по какой-то причине кто-то хочет ограничить свободу партнера или сконцентрировать его энергию, сексуальные желания и чувства только на себе, он должен об этом попросить (а не потребовать – это разные вещи), и тогда партнер сам решит, подходит ему это или нет. Возможно, некоторые этого действительно хотят и готовы сознательно и добровольно вести моногамный образ жизни. Может быть и так, что люди немоногамны, но соглашаются на такие отношения ради своего партнера. И тогда мы должны быть благодарны и ценить то, что наш партнер отказался от того, что для него значимо, чтобы мы чувствовали себя в безопасности. Мы не имеем права требовать этого, он нам ничего не должен. Это подарок, и важно воспринимать его именно так.
Конечно, если в один прекрасный день мы поймем, что моногамия больше не устраивает ни одного из нас, мы можем поговорить об этом и подумать, насколько нам подойдет немоногамный вариант отношений. Подобные решения не принимаются стихийно и требуют как минимум обсуждения. Таким образом люди могут быть собой, а не слепо следовать социальным ожиданиям. При таком подходе мы сделаем наши отношения свободными. Возможен выбор моногамии, немоногамии или же плавный переход от одного к другому – в случае если такое решение принимают все партнеры, которых это касается.
Эта идея предоставления партнеру свободы – моя моральная установка. Знаю, что не все ее примут, ведь у людей разные воззрения на этот счет, и это совершенно нормально. Я также знаю, что есть те, кто, разделяя мои идеи, просто не может применить их в жизни либо не готов рискнуть, дав своему партнеру свободу (ведь он может ею воспользоваться). Я прекрасно понимаю, что в обществе, где свобода была бы важна так же, как безопасность, где не рассказывались бы поучительные истории о немоногамии, в обществе, где мы могли бы с легкостью забыть свои детские травмы и переживания и нам не внушали бы, что мы «недостаточно хороши» или «недостойны любви», – в таком обществе людям было бы нетрудно принять немоногамные отношения и дать свободу своему партнеру. Если бы это и вызывало проблемы, то они были бы незначительными – по сравнению с той жгучей, мучительной, невыносимой ревностью, которую люди испытывают сегодня вкупе с полным набором других чувств (боязнь предательства и отторжения).
Но пока в основе общественной морали лежат запреты и мы по умолчанию отказываемся от свободы распоряжаться своим телом и сексуальности в отношениях, это очень трудно сделать. На то, чтобы предоставить партнеру полную свободу, требуется время – необходимо поставить под сомнение социальные и моральные установки, которые формируют в нас с самого рождения, освободиться от груза общественного давления, привычных воззрений на мир и на себя, а главное – встретиться лицом к лицу со своими страхами, чувством собственничества и, возможно, низкой самооценкой. И это долгий процесс. Людей невозможно заставить пережить его. Они должны сами этого хотеть, потому что выбранный путь может быть долгим, тяжелым и болезненным. Нельзя навязывать ни моногамию, ни открытые отношения. Если пара не может найти тот тип отношений, который подходит обоим, и если в моногамии их удерживает только страх расставания, это не что иное, как рецепт несчастливой жизни.
Думаю, до тех пор, пока немоногамия не получит общественного одобрения, в моногамных отношениях невозможно будет исключить элемент принуждения. Если бы люди имели возможность сразу выбирать для себя подходящий им тип отношений, у них было бы больше шансов добровольно вступить в те отношения, в которых они действительно хотели бы состоять. Конечно, ничто не может быть предопределено и все может измениться в любой момент, ведь мы также меняемся с течением жизни, но такой подход представляется мне наиболее верным.
Попробую пояснить: я отдаю себе отчет в том, что признание самой идеи свободы и независимости в отношениях – своего рода квантовый скачок для большинства людей. Мысль, что можно оперировать не категорией «запрещено», а категорией «разрешено», находится за гранью понимания очень и очень многих. Но я считаю, что выбор моногамии должен быть сознательным решением, а не чем-то навязанным извне.
Скажу о себе. Это моя личная позиция. Не только ради другого человека, но и для себя самой я хочу состоять в отношениях, зная, что мои партнеры со мной, потому что сознательно выбрали этот путь и захотели этого, а не почему-либо еще. Я содрогаюсь от одной мысли о том, что люди встречаются со мной, потому что вынуждены, занимаются со мной сексом, потому что это их обязанность, проводят время со мной, хотя на самом деле предпочли бы проводить его с кем-то еще. Я хочу, чтобы люди состояли со мной именно в тех отношениях, в которых хотят, и тогда, когда им того хочется. И конечно, только если я сама решу, что мне это подходит.
Также я знаю, что всегда есть выбор. Людей не заставляют находиться в моногамных или немоногамных отношениях насильно, даже когда кажется, что из-за детей или финансового положения у них нет иного выхода. Но боюсь, многие не осознают, что выбор существует, и в конце концов это приводит к ощущению собственной беспомощности, к угасанию чувств или тайным романам. Между тем мы почти всегда имеем возможность выбрать – уйти или поменять изначальный уговор.
Свобода от фиксированных гендерных ролей
Я полагаю, настало время бросить вызов традиционным гендерным ролям. Согласно этому разделению, мужчины господствуют в сексе, женщины же – в сфере эмоций и разговоров. Консенсуальные немоногамные отношения способны изменить это. Женщины, состоящие в КНО, описывают чувство, которое они пережили, когда перешли к свободным отношениям: раскрепощение. Их желания и потребности вдруг признали – они освободились от чувства стыда, вины и страхов, неразрывно связанных с женской сексуальностью в мононормативной культуре. Наконец они не только отдают, но и получают в свое удовольствие. Подобные отношения позволили им принимать активные сексуальные решения, которые отвечают их желаниям. Ротшильд пишет, что, вопреки патриархальной культуре, которая требует от женщин отказаться от собственных нужд и жить только ради других, полиаморный дискурс побуждает женщин думать о своих личных границах и потребностях, определять их и использовать как основу для создания отношений, которые соответствуют их желаниям и удовлетворяют их[127]127
Leehee Rothschild, Compulsory monogamy and polyamorous existence, M. A. Thesis, Ben Gurion University, 2015, pp. 93–90.
[Закрыть].
Очень интересно наблюдать, как немоногамная практика влияет на коммуникацию у мужчин и их связь со своими эмоциями. Чтобы выйти из проблемных и трудных ситуаций, которые возникают в подобных отношениях, людям не остается ничего иного, кроме как обсуждать их, анализировать, стараться понять, что они переживают и чувствуют и что им нужно. Помимо этого, они должны научиться общаться со своими партнерами, чтобы слышать и понимать их. Немоногамные отношения обречены на провал без осознанного, честного, продуктивного и заинтересованного общения. Это означает, что мужчины и женщины могут отказаться от ролей, которые им были предначертаны, и стать ближе. Женщины почувствуют себя более сексуально раскрепощенными и будут фокусироваться на своих желаниях и потребностях, а мужчины станут более общительными и внимательными к своим чувствам. Это, в свою очередь, полностью изменит взаимоотношения между представителями обоих полов.
Можно сказать, что немоногамные отношения способствуют этому уже в силу самого своего существования, но я не вижу никаких проблем в том, чтобы применить это к моногамным союзам или к жизни за пределами романтических отношений. Думаю, если мужчины начнут прислушиваться к своим эмоциям, а женщины – жить полноценной сексуальной жизнью, выгадают оба пола. Ротшильд также утверждает, что благодаря полиамории мужчины освобождаются от мысли о том, что у них есть власть над женской сексуальностью, и таким образом, появляются новые модели маскулинности и возникает новый уровень близости между людьми. А это, в свою очередь, развенчивает двойные стандарты, согласно которым сексуально активные женщины – это шлюхи, а мужчины – «настоящие мужики»[128]128
Rothschild, ibid.
[Закрыть].
Мне думается, что пришло время бросить вызов модели «или/или» и обратиться к модели «и то и другое» – не только в отношениях, но и в целом. Пора перестать мыслить в категориях «черное/белое» и понять, что удовлетворение наших потребностей не должно происходить за счет других, что нет необходимости выбирать между свободой и безопасностью, между независимостью, самовыражением и чувством принадлежности или между индивидуальностью и обществом. Существует пространство для свободы действий и креативного, нестандартного мышления, что позволяет смягчать углы и находить пути решения в, казалось бы, безвыходных ситуациях.
Социальная стигматизация консенсуальных немоногамных отношений и их критика в исследованиях
Общество воспринимает немоногамных людей как менее успешных во всех сферах. Одно из самых впечатляющих исследований, анализирующих предрассудки по отношению к людям, ведущим немоногамный образ жизни, показало, что в моногамных парах партнеры считаются более надежными, любящими и уважающими друг друга, они более равноправны, у них лучше развиты навыки общения, они не устают друг от друга, более независимы, а их сексуальная жизнь более насыщенна.
Те же, кто живет в немоногамных отношениях, воспринимаются как менее удовлетворенные своей жизнью, менее заботливые и более одинокие, менее законопослушные, менее рациональные и хуже образованные. Больше того – они якобы не сдают мусор в переработку, не платят налоги, не пользуются зубной нитью – словом, таким людям нельзя доверить и выгул собаки[129]129
Leanna Phyllis Wolfe, ibid.
[Закрыть].
Читать подобные исследования крайне любопытно. Они показывают, насколько сильна стигматизация людей, предпочитающих немоногамный образ жизни. Трудно поверить, что существует корреляция между типом романтических отношений, который люди выбирают, и их способностью выгуливать собак или вовремя платить налоги. Но, тем не менее, подобные предубеждения существуют, и из-за них к немоногамным людям относятся с подозрением.
Кроме того, считается, что у немоногамных людей больше шансов заразиться ЗППП, немоногамные женщины имеют беспорядочные половые связи, они шлюхи, готовые переспать с кем угодно, у этих людей есть расстройства личности, которые требуют лечения, и немоногамные отношения не могут длиться долго и неизбежно заканчиваются расставанием.
А что же в действительности? КНО по определению основаны на равенстве. И это не равенство в запретах, как в традиционной моногамии, – напротив, оно проявляется, в том, что дозволено, и каждому разрешается то же, что и другому. Доверие друг к другу – суть КНО, без него такие отношения невозможны. Хорошие коммуникативные навыки также имеют решающее значение для успеха немоногамных отношений. Девиз КНО – «Общение, общение и еще раз общение». К тому же, для того чтобы состоять в таких отношениях, необходима независимость, и я могу с уверенностью сказать, исходя и из личного опыта, что в НКО нет места скуке и они приносят много радости в сексуальном плане.
Как и следовало ожидать, исследования подтверждают, насколько далеки представления о полиаморах от реальности. Многие из них – люди свободных профессий, работают в сфере высоких технологий и образования. В ходе интервью становится очевидно, насколько они отличаются от того образа, который рисует общество. Надо понимать, что те, кто соглашается дать интервью о своем образе жизни, чувствуют себя комфортно и настроены позитивно. Скорее всего, несчастливые и переживающие кризис пары не согласились бы рассказывать о своих отношениях. Как бы то ни было, согласно исследованию Лианны Вулф, более 70 % опрошенных утверждают, что полиаморные отношения повышают их самооценку, 90 % заявляют, что благодаря полиамории стали лучше понимать себя и своих партнеров, а 74 % полиаморные отношения дали более глубокий опыт эмоциональной независимости. В то время как большинство моногамных людей, вероятно, почувствовали бы резкое снижение самооценки, если бы у их партнера возникла сексуальная и эмоциональную близость с кем-то еще, среди полиаморов только 10 % опрошенных сообщили, что у них был такой опыт, а 97 % респондентов заявили, что не желают прекращать существующие отношения[130]130
Justin J. Lehmiller, «A Comparison of Sexual Health History and Practices among Monogamous and Consensually Nonmonogamous Sexual Partners», Journal of Sexual Medicine, October 2015, Vol. 12, No. 10, pp. 2022–2028; Terri D. Conley et al., «Unfaithful individuals are less likely to practice safer sex than openly non-monogamous individuals», Journal of Sexual Medicine, 2012, Vol. 9, pp. 1559–1565.
[Закрыть].
Что касается страха подхватить инфекции, передающиеся половым путем, то в этом смысле немоногамные отношения мало чем отличаются от моногамии (такой, какова она сегодня, – с высоким процентом измен). Оказывается, неверные супруги чаще занимаются незащищенным сексом и, конечно, обычно не используют презервативы дома, поскольку считается, что обе стороны моногамны и не имеют связей на стороне. По понятным причинам те, кто изменяет своему партнеру, также отказываются сдать анализы на ЗППП, ведь тогда им придется объяснять своему врачу, почему они хотят это сделать; кроме того, несмотря на врачебную тайну, эта информация может быть раскрыта. В консенсуальных немоногамных отношениях, напротив, все, что касается использования презервативов, периодической сдачи анализов и других мер безопасности, обычно обсуждается и согласовывается[131]131
Rhonda N. Balzarini et all., « Eroticism Versus Nurturance. How Eroticism and Nurturance Differs in Polyamorous and Monogamous Relationships», Social Psychology, April 2019. https://econtent.hogrefe.com/doi/full/10.1027/1864–9335/a000378
[Закрыть].
И еще одно: по количеству партнеров серийные моногамные отношения могут не уступать свободным, а то и превосходить их. Бывают полиаморные отношения с двумя постоянными партнерами, а бывают и моногамные люди, имевшие десятки сексуальных партнеров, но не одновременно, а одного за другим. Конечно, если бы моногамия была такой, как задумано, и люди выбирали бы себе одного партнера на всю жизнь, этот образ жизни был бы безопаснее с точки зрения ЗППП, чем отношения с несколькими партнерами. Но если рассуждать в таком ключе, то самый безопасный вариант – безбрачие. Любой сексуально активный человек должен принимать во внимание вероятность подхватить ЗППП и брать на себя ответственность за то, чтобы защитить себя и своих партнеров.
Предположение, будто моногамные отношения обязательно должны быть более счастливыми и миролюбивыми и приносить больше удовлетворения, да и в целом лучше немоногамных, также опровергается рядом исследований. Недавнее исследование, изучавшее вопрос чувственного удовлетворения и взаимной заботы среди людей в полиаморных и моногамных отношениях, неожиданно показало, что полиаморы чувствуют больше заботы (со стороны основных партнеров) и получают больше чувственного удовлетворения (с другими партнерами) по сравнению с людьми, состоящими в моногамных отношениях[132]132
Alicia N. Rubel and Anthony F. Bogaert, «Consensual nonmonogamy: Psychological well-being and relationship quality correlates», Journal of Sex Research, November 2015, Vol. 52, No. 9, pp. 961–982.
[Закрыть]. Выяснилось, что людям в КНО кажется, что качество их отношений очень похоже на качество моногамных отношений а иногда и превосходит его. В этом нет ничего удивительного, если мы признаем, что большинство расстается не из-за вида отношений, а из-за их качества[133]133
Arline M. Rubin and James R. Adams, «Outcomes of Sexually Open Marriages», The Journal of Sex Research, August 1986, Vol. 22, No. 3, pp. 311–319.
[Закрыть].
Существует довольно мало сравнительных исследований длительности моногамных и немоногамных отношений. Одно из них было проведено в 1986 году с участием 80 пар, половина из которых была моногамными, а другая жила в свободных отношениях на протяжении последних пяти лет. Спустя пять лет у обеих групп был идентичный показатель расставаний – чуть меньше 20 % (тут нужно отметить, что за эти пять лет в свободных отношениях скончалось больше людей, – имейте это в виду). Также любопытно подчеркнуть, что среди тех, кто сохранил свои отношения, примерно 60 % в какой-то момент всерьез подумывали завести внебрачную связь, а приблизительно у 30 % действительно были романы на стороне[134]134
Rhonda Balzarini et all., «Demographic comparison of American individuals in polyamorous and monogamous relationships», The Journal of Sex Research, 2018, pp. 1–14.
[Закрыть]. Принято считать, что свободные отношения – удел скучающих белых людей, у которых чересчур много свободного времени и средств и которым больше нечем заняться, кроме как ухлестывать за кем-то. Сказанное не совсем отвечает истине, но доля правды в этом есть.
Большинство людей по всему миру живут в бедности, у них не всегда есть водопроводная вода и канализация, чего уж там – часто нет даже куска хлеба на завтра. Они не «играют» в полиаморию. В литературе, посвященной полиамории, годами утверждалось (по крайней мере, на Западе), что большинство из тех, кто состоит в разных видах КНО, относятся к верхушке среднего класса, у них белая кожа и хорошее образование (выше среднего).
Это один из аргументов тех, кто критикует немоногамные отношения: люди, которым нужно бороться за выживание, вряд ли продвинутся вверх по пирамиде Маслоу к менее насущным потребностям. Однако большинство исследований, проведенных в последние годы, показывают иное. Согласно одному из них, посвященному демографическим различиям между полиаморными и моногамными американцами, полиаморные участники зарабатывали в среднем меньше, чем моногамные, а уровень их образования был таким же (либо чуть ниже)[135]135
Ian Baker, «Growing up poor with three parents: how non-monogamy helped me to escape a life of poverty». https://medium.com/@raindrift/growing-up-poor-with-three-parents-ab2535f78ecd
[Закрыть]. Есть еще один любопытный факт: согласно исследованиям, в неверности не бывает социально-экономических различий. Среди тех, кто изменяет своим партнерам, есть абсолютно разные представители общества: мужчины и женщины, богатые и бедные, белые и темнокожие. Так о чем же это говорит? Во-первых, о том, что сексуальное разнообразие – необходимость, близкая по значимости к потребности в выживании. Во-вторых, привилегия образованных людей, обладающих свободным временем и деньгами, не в том, чтобы заводить внебрачные половые связи от скуки, а в том, что у них есть возможность делать это открыто и осознанно, а также оспаривать и ставить под сомнение навязанные модели, в рамках которых нас заставляют жить. С точки зрения критического мышления люди с высшим образованием могут иметь тут определенное преимущество, а общение, обсуждение серьезных вопросов требует к тому же времени. Наконец, когда дело доходит до инвестирования в одни или несколько отношений, определенно есть плюсы в том, чтобы иметь возможность нанять детям няню и располагать свободными средствами, которые не нужно тратить на обеспечение выживания.
Да, вероятно, сама возможность обсуждать плюсы и минусы моногамных отношений уже является привилегией. Но я считаю, что дело тут не только в скуке и даже не только в сексе. Дело в осознанности и возможности заглянуть внутрь себя и понять, что же вам на самом деле подходит. Ответ на этот вопрос не так важен, как право задаться им и ответить на него. Слишком у многих просто нет такой возможности.
В то же время есть примеры того, что полиамория создает финансовые, социальные и структурные преимущества и для неблагополучных семей. Так, в занимательном блоге Яна Бейкера, который вырос в полиаморной семье, описывается, как полиамория помогла ему выбраться из нищеты. Бейкер также стал полиамором (во втором поколении). Его детство пришлось на 1980-е, и у семьи, состоявшей из двух матерей и одного отца, был довольно низкий доход. По словам Бейкера, именно тот факт, что у него было три родителя, помог ему избежать бедности и основать собственную компанию по разработке компьютерных программ. Благодаря тому, что их было трое, они смогли достойно воспитать троих своих детей. Родителям не приходилось выбирать, как многим неимущим семьям, между посещением родительских собраний и работой во внеурочное время, воспитанием, совместным времяпрепровождением с детьми и зарабатыванием денег, чтобы прокормить их. У семьи из троих взрослых выше доход, больше свободного времени и опыта, чем у семьи из двух человек, а это особенно важно для не самых благополучных слоев населения[136]136
Ian Baker, «Growing up poor with three parents: how non-monogamy helped me to escape a life of poverty». https://medium.com/@raindrift/growing-up-poor-with-three-parents-ab2535f78ecd
[Закрыть].
Что касается душевного здоровья тех, кто выбирает свободные отношения, личностные тесты показали, что они не более невротичны, незрелы или патологичны, чем моногамные люди. Больше того: согласно психологическому тестированию, которому подверглись участники исследования, способность поддерживать счастливые свободные отношения – это показатель психического благополучия. Черты характера тех, кто выбрал КНО, также были изучены: в основном это индивидуалисты и нонконформисты, успешные в учебе, творческие люди, сосредоточенные на внутреннем, а не на внешнем, не обращающие внимания на негативную реакцию общества и готовые пойти на риск ради изучения и расширения своих возможностей[137]137
Jacquelyn J. Knapp, «An exploratory study of seventeen sexually open marriages», Journal of Sex Research, 1976, Vol. 12, pp. 206–219; Mary Ann Watson, «Sexually Open Marriage: Three Perspectives», Alternative Lifestyles, 1981, Vol. 4, No. 1, pp. 3–21; Geri Weitzman et al., «What Psychology Professionals Should Know About Polyamory», NCSF, 2009–2010. https://ncsfreedom.org/images/stories/pdfs/KAP/2010_poly_web.pdf; Rhea Orion, A Therapist's Guide to Consensual Nonmonogamy: Polyamory, Swinging, and Open Marriages, 2018.
[Закрыть].
Как правило, любые отношения могут быть как благотворными, так и травмирующими. К примеру, некоторые могут целенаправленно и осознанно выбирать моногамию, потому что хотят сфокусировать свою энергию только на одном человеке, а не распыляться на нескольких. Они делают выбор исходя из религиозных или моральных убеждений, согласно которым моногамные и эксклюзивные сексуальные и эмоциональные отношения считаются ценными, кроме того, им важно не обидеть своего партнера и так далее. Другие причины, по которым выбирают моногамию, – низкая самооценка и/или неуверенность в своей способности быть финансово независимым от партнера. Таким людям кажется, что они не смогут заинтересовать кого-то еще. Они боятся, что подумает о них общество, если они откажутся от моногамии, их пугает ревность по отношению или со стороны партнера, они знают, что им тяжело будет перенести, если их партнера заинтересует кто-то другой (в сексуальном или романтическом плане), – ведь тогда их охватит чувство собственной никчемности.
Немоногамные отношения могут быть гармоничными. В таких отношениях свобода рассматривается как ценность, значимая для обоих партнеров, в них воспеваются приключения и желание жить на полную, удовлетворяя здоровую потребность в исследовании сексуальности с другими людьми, в них приветствуются открытость и готовность делиться своими эмоциями и чувственностью не только с одним человеком, и практикуются внимание к себе и осознанность. Но такой же образ жизни можно вести и из-за ощущения уязвимости и желания быть окруженным несколькими партнерами, чтобы избежать страха разлуки, из-за боязни брать на себя обязательства или иметь близкие отношения, из-за бездонной неуверенности в себе, от которой никак не избавиться – даже в попытке завести все больше любовников либо отделять любовь от секса. Свободные отношения также могут строиться на зависимости от секса и сильных эмоций, которые испытываешь в самом начале романа. Тогда такие отношения маскируют чувства никчемности, тоски, тревожности и одиночества.
Сам по себе вид отношений не указывает на патологию или какую-либо проблему. На это может указывать мотивация, которая побудила людей вступить в тот или иной вид отношений.
