Читать книгу "Полиамория. Свобода выбирать"
Глава VI
Любовь и лимеренция
Понять, что такое любовь, непросто. Множество произведений посвящено этому вопросу – от популярных песен и стихотворений до эссе, высокой литературы и философских трудов, и нигде нет четкого ответа. Постараюсь объяснить, как я это вижу.
Между любовью и влюбленностью (лимеренция)
Многие путают любовь c влюбленностью. Я думаю, в этом недопонимании сокрыта настоящая человеческая трагедия. Поэтому попытаюсь объяснить, в чем, на мой взгляд, разница. Влюбленность – это ощущение полета и радости зарождающихся отношений, у вас будто мурашки бегают по спине. Когда вы влюбляетесь, у вас понижается порог удовольствия. Влюбленный человек наслаждается тем, чего раньше не замечал. Внезапно жизнь кажется прекрасной, цветы цветут, птицы поют – вы испытываете единение с миром. Не хочется даже ругаться на водителя, который вас только что подрезал. Вас переполняют невероятно сильные чувства влюбленности и желания, сопутствующий им альтруизм, ощущение, что ваш избранник идеален, вы готовы сделать для него все, как и он для вас. Страсть начального этапа отношений: вы не можете перестать касаться друг друга, вам все мало. Вот бы все время валяться вместе в кровати… все это приводит к мощным и сильным эмоциям, которые мы ошибочно считаем «любовью».
Влюбленность – это иллюзия, по крайней мере отчасти. На другого человека мы проецируем идеальный образ, которому он не соответствует. «Любовь глаза застит» – это как раз о влюбленности, а не о любви. Когда мы узнаем реального человека, скрывающегося за образом, чувства начинают угасать. А может, все иначе: уровень гормонов снижается, и мы видим того настоящего и неидеального человека, в которого изначально влюбились. При этом влюбляемся мы, в первую очередь, в себя – такого, каким нас видит этот человек. Влюбляемся в то, как ощущаем себя, находясь рядом с этим человеком. Это невероятное познание себя захватывает дух, и порой очень трудно от него отказаться. Как я уже говорила выше, Хелен Фишер описала, как в период влюбленности у нас через край бьют дофамин, окситоцин и вазопрессин, а уровень других гормонов – например серотонина, отсутствие которого приводит к обсессивно-компульсивному расстройству, – понижается.
Со временем гормональный фон нормализуется. В какой-то момент мы открываем глаза и видим напротив человека со всеми его чертами и качествами, которые теперь кажутся нам менее привлекательными. Внезапно мы становимся менее альтруистичными и хотим удовлетворить свои потребности, которыми пренебрегали на ранних стадиях отношений. Постепенно (если все развивается хорошо) влюбленность перерастает в привязанность. Более спокойную, менее сексуальную, менее интенсивную и без гормональных скачков.
Дороти Теннов, профессор психологии из Бриджпортского университета, автор книги о любви и влюбленности, пишет: чтобы пережить опыт влюбленности (для которой она придумала особый термин limerence, «лимеренция»), нужно, помимо прочего, надеяться, что это чувство взаимно, и в то же время сомневаться в этом. Либо сомневаться в том, что такие отношения жизнеспособны, – например, из-за внешних обстоятельств (ситуация Ромео и Джульетты). Кроме того, в состоянии лимеренции преобладает сексуальное влечение и желание наслаждаться партнером физически. Здесь и навязчивые мысли об объекте желания, и перепады настроения, которые случаются в зависимости от того, как воспринимаются действия этого человека, и невозможность влюбиться одновременно в кого-то еще, если только не прошел пик лимеренции по отношению к первому партнеру, и страх быть отвергнутым, и эмоции, которые бьют через край, и ощущение полета, когда чувство взаимно… Все остальное отходит на задний план, и ко всему прочему мы видим в объекте своих вожделений только положительные качества и игнорируем недостатки[140]140
Dorothy Tennov, Love and Limerence: The Experience of Being in Love. kindle edition, pp.23–24.
[Закрыть]. Хелен Фишер также утверждает, что при влюбленности активируется тот же участок мозга, что и при употреблении кокаина[141]141
Helen Fisher, Why We Love, p. 182, kindle edition.
[Закрыть].
Влюбленность – это чудесное, невероятно сильное и бескорыстное чувство, благодаря которому мы начинаем видеть исключительно хорошее в людях, но только длится оно недолго (и хорошо, что так, ведь иначе было бы невероятно трудно заниматься чем-то другим, когда вы во власти лимеренции: она забирает все ваше внимание).
Вот что Теннов пишет о лимеренции:
Человек, который не находится в состоянии лимеренции по отношению к вам, также может быть глубоко к вам привязан, беспокоиться о вас, испытывать нежность и, возможно, сексуальное желание. Отношения, в которых нет лимеренции, когда все это уже позади, могут быть более значимыми для вас по сравнению с лимеренцией – периодом, когда вы пребывали в состоянии страстной влюбленности. Лимеренция никоим образом не выделяется среди других видов влечения и отношений, но когда она в расцвете, то затмевает их все[142]142
Dorothy Tennov, ibid, p. 16.
[Закрыть].
То есть отношения, в которых нет лимеренции, могут иметь для нас огромное значение, но когда мы испытываем лимеренцию, они отодвигаются на второй план. И когда в отношениях, строящихся на любви, один из партнеров влюбляется, ситуация становится непростой. А влюбленный человек практически неспособен отказаться от этого чувства.
Когда мы открыли свои отношения и я влюбилась, нам пришлось вновь переходить к моногамии, потому что моему мужу было очень трудно смириться с моей лимеренцией. Помню, как тогда не видела в этом проблемы. Как человек, который видит во мне только хорошее, любит меня, хочет для меня лучшего, может быть угрозой? Я не понимала, почему кто-то заставляет меня отказаться от этих чувств по отношению к другому человеку в моей жизни. Почему я должна ограничивать свои эмоции, свою страсть? Как могут эти невероятные ощущения считаться «неправильными»? Если влюбленности посвящено столько песен, книг и фильмов, почему мне не дозволено когда-либо вновь пережить это чувство? Смутно помню это недоумение и страх, что у меня отнимут ощущение влюбленности только из-за того, что кто-то ошибочно считает его неправильным, чем-то негативным и угрожающим. То есть умом я понимала, почему это может представлять угрозу, но мое тело говорило мне об обратном. Я думаю, с этим сталкиваются многие, когда влюбляются в кого-то или им кто-то нравится. Они перестают понимать, почему это считается проблемой и откуда берутся запреты.
Со временем лимеренция угасает. В традиционной модели Фишер устанавливается срок в четыре года, но многие считают, что спустя год интенсивность чувств меняется. Некоторые говорят, что их лимеренции нет предела и они ощущают ее спустя годы совместной жизни. Задокументированных случаев мало, но они есть, и я не думаю, что этому по какой-то причине нельзя верить. Тем не менее в большинстве отношений лимеренция сходит на нет. Когда это случается, некоторые тут же переходят к другому увлечению. Они зависимы от этой удивительной энергии и уверены, что, перестав ее чувствовать, перестанут и любить своего партнера. Возможно, именно в этом кроются причины серийной моногамии.
На мой взгляд, трагедия в том, что многие думают так: если лимеренция угасла или если они увлеклись другим человеком, то больше не могут быть с «тем (той) единственным(-ой)» и должны прекратить существующие отношения – даже если они любят этого человека и он им важен. Они ищут ту самую сильную лимеренцию, которая продлится вечно, хотя, как правило, такой сценарий совершенно нереалистичен. Другой вариант в такой ситуации – полностью отказаться от лимеренции, когда вы вступаете в серьезные отношения. Оба эти варианта не учитывают, что большинство из нас, скорее всего, вновь влюбится, находясь в отношениях.
Возможно ли любить сразу нескольких человек?
Думаю, это зависит от вашего определения любви, так как у всех разное восприятие этого чувства. Если называть любовью ту навязчивую лимеренцию начала отношений, то лишь немногие могут испытывать ее по отношению к нескольким людям одновременно. Но лимеренция не любовь. Иногда можно быть лимерентным, но при этом чувство не будет переходить в любовь. Кончается лимеренция – кончаются и отношения. Иногда можно испытывать сильнейшую любовь без предварительной фазы лимеренции. Более того, некоторые вообще никогда не ощущали лимеренцию, но это не значит, что они не любили.
Также есть разные соотношения и сочетания трех компонентов, которые Стернберг считает необходимыми для возникновения любви (страсть, близость и обязательства).
Мое определение несколько отличается. Я считаю, что у всех своя романтическая любовь. Когда я анализирую составляющие выражения «любовь» (именно любовь, не лимеренция), я отделяю ее от романтических отношений.
По моему мнению, любовь – это ощущение внутреннего тепла, заботы и внимания, доброжелательности, желание сделать любимого человека счастливым: это значит скучать по нему при расставании, хотеть проводить больше времени вместе, это глубокая близость, определенная доля серьезных намерений и многое другое. Это чувство или нечто похожее на него можно испытывать по отношению ко многим людям – друзьям, детям, братьям и сестрам и так далее. А романтический элемент, думаю, связан именно с сексуальным влечением (многие здесь со мной не согласятся, ведь, например, асексуальные люди могут переживать романтическую любовь без сексуального желания). Меня могут запросто привлекать несколько человек одновременно. Поэтому не вижу причин, почему нельзя любить двух-трех, а то и больше людей одновременно. Все, что мне нужно, – это испытывать к ним теплое чувство, доброжелательность и глубокую привязанность, а также сексуальное влечение.
Лимерентная влюбленность по отношению к нескольким людям – это другое, поскольку переживать чувство одержимости, вызванное бушующими гормонами, более чем к одному человеку сложнее. Знаю, что некоторым это удается, но сама природа лимеренции, ее нацеленность на любимого человека не предполагает этого. Очень трудно – в эмоциональном плане – быть вовлеченным в несколько таких отношений и при этом вести обычную жизнь. Я и с одними-то с трудом справляюсь. Но у любого правила есть исключения, ведь все мы разные.
Многие в какой-то момент испытывают романтические чувства не к одному человеку. Исследование, которое проводилось в американских колледжах, показало, что почти четверть опрошенных студентов бывали когда-либо влюблены в нескольких человек одновременно. И это молодые люди. Если бы такое же исследование провели среди 70-летних, думаю, показатель был бы выше. Но, поскольку опрошенные были моногамны, они не увидели в своем опыте никаких плюсов – только трудности, боль, расстройство, вызванные тем, что нужно выбирать из двух человек[143]143
William Jankowiak and Helen Gerth, «Can You Love More Than One Person at the Same Time? A Research Report», Anthropologica, 2012, Vol. 54, No. 1, pp. 95–105.
[Закрыть]. Это означает, что многие действительно способны любить более одного человека одновременно, но только в мононормативной культуре они страдают от этого.
Часто говорят, что невозможно испытывать романтическую любовь в отношении двух человек одновременно, потому что здесь есть противоречие. Я считаю, это утверждение легко опровергнуть: задумайтесь только, скольких людей мы любим одновременно – как братьев и сестер, детей и друзей – и всех по-разному. У нас особая связь с каждым человеком. Каждого из своих детей я люблю по-особенному (или, как выразилась Байрон Кейти: «Я разная мать для каждого своего ребенка»); то же происходит и с партнерами, и с друзьями.
Что мне нравится в полиамории, так это возможность переживать все эти опыты одновременно. Вам не нужно отказываться от зрелой любви в устоявшемся союзе ради влюбленности и страсти с другими людьми. У вас есть то и другое и даже больше – и это абсолютно нормально.
Чем любовь не является
Любовь можно также описать с помощью частицы «не». Иногда проще что-то объяснить, показав, чем оно не является. Ниже приведены мои «отрицательные» формулировки любви, после которых я перейду к «положительным» утверждениям.
Любовь не в том, чтобы кого-то контролировать
Желание контролировать других основано на страхе, низкой самооценке, отсутствии уверенности в том, что без контроля человек не справится. Попытка контролировать, с кем встречаются ваши партнеры, что они пишут в электронных письмах и сообщениях, что они делают и не делают, что-то им разрешать или запрещать против их воли – это не любовь. Вероятнее всего, это страх.
Любовь не в чрезмерной зависимости
В песнях поется, что мы ничто без наших партнеров: «Если у меня нет тебя, у меня нет ничего». Если человек, находящийся рядом, заставляет нас чувствовать себя полноценными, это значит, что без него мы неполноценны, следовательно, если он нас покинет, мы снова станем ничем и у нас ничего не будет. Если любовь другого человека наделяет меня чувством собственной значимости, это автоматически означает, что без него я не чувствую себя кем-то значительным. Если я не могу без этого человека жить и даже не в силах представить свою жизнь отдельно от него, я полностью от него завишу. Самым прекрасным чувством, которое я испытывала со своими партнерами, было понимание того, что они не нужны мне для выживания. Мне никто из них не нужен, и это осознание было настоящим выражением моей любви. Я с ними, потому что мне так хочется, а не потому, что без них моя жизнь не имела бы смысла, и не потому, что они определяют мое существование.
Любовь не в попытке изменить другого человека
Я считаю неуважением попытки изменить другого человека и вылепить из него кого-то более подходящего нам. Это значит, что мы принимаем его только при определенных условиях. И я не имею в виду его действия и поведение, которые касаются нашего личного пространства, которые тревожат нас, нарушая границы и заставляя чувствовать себя некомфортно. Конечно, нет причин мириться с подобным или принимать такое положение вещей, не делая попыток что-то изменить.
Я имею в виду личностные черты и ценности человека, все, что связано с его самоопределением, потребностями, чувствами. Мне кажется, когда мы любим кого-то, мы принимаем его таким, какой он есть, несмотря на то что он может отличаться от нас в чем-то. Вам не должны «нравиться» эти качества, но отказ принять различия означает, что вы не уважаете автономию человека, находящегося рядом с вами, и не рассматриваете его как отдельное существо. Можно попытаться повлиять на поведение и решения, которые противоречат вашим потребностям. Но вот стремление изменить самого человека неэффективно, а главное – неприятно для обеих сторон.
Любовь не должна сопровождаться ревностью
Конечно, я вижу связь между любовью и ревностью (хотя я знаю нескольких человек, которые ни разу не испытывали этого чувства). И тем не менее совершенно не сомневаюсь в том, что если вы кого-то любите, то можете достигнуть душевного состояния, при котором ревность для вас не будет существовать. И даже если она возникнет, это будет больше похоже на зуд, не причиняющий особенных неудобств и неприятных ощущений, который можно легко проигнорировать. Это зависит от уровня доверия в отношениях, уверенности в себе и желания видеть друг друга счастливыми. Выражение «если вы не ревнуете, значит, не любите» кажется нам логичным, потому как когда мы не любим кого-то, то и не испытываем ревность. Но обратное не всегда верно. Можно любить, не ревнуя, без собственничества. Ревность не следует из любви, она – проявление страха потерять любовь, а это совершенно разные вещи.
Любовь не эгоизм
Если я смотрю на своего партнера сквозь призму того, почему я его выбрала и что это обо мне говорит (достаточно ли он симпатичен, умен, образован, презентабелен, строен, популярен и так далее), то это не любовь. Скорее, это использование человека в качестве трофея, чего-то, что отражает нашу собственную ценность. Мне приходилось слышать, как люди (в том числе я сама, пока сознательно не прекратила это) чуть ли не извинялись, говоря что-то вроде «слушай, я правда люблю его, но он мне не подходит, потому что недостаточно хорошо выглядит/образован/высок/у него недостаточно хорошо оплачиваемая работа» и тому подобное. Ты его любишь? Так какая разница, как он выглядит или сколько лет он отучился?
Так что же такое любовь?
Постараюсь из всех этих отрицаний сформулировать, что же любовь значит для меня.
Быть любимым – значит иметь возможность расти и развиваться, быть собой, ничего не скрывая, не стараясь измениться или преуменьшить свои «недостатки». Для меня любовь – это поддержка, обоюдная подстраховка и желание лучшего человеку, в отношениях с которым ты состоишь. Любить – значит принимать людей такими, какие они есть, не пытаясь подогнать их под какой-то шаблон. Любить – значит видеть все лучшее в другом человеке и концентрироваться на этом. Любить – значит быть вместе из чувства свободы, а не из-за обязательств и отсутствия выбора.
В одном видео буддийская монахиня Джецунма Тензин Палмо объясняет разницу между привязанностью и любовью. По ее мнению, привязанность порождает зависимость, зависимость порождает цепляние, а это, в свою очередь, порождает страдание. Тензин Палмо считает, что привязанность равнозначна фразе «Я тебя люблю и хочу, чтобы ты сделал меня счастливой», тогда как любовь значит «Я тебя люблю и хочу, чтобы ты был счастлив». И неважно – со мной или без меня[144]144
Tenzin Palmo Jetsunma – The Difference between Genuine Love and Attachment, https://www.youtube.com/watch?v=6kUoTS3Yo4g
[Закрыть].
В схожем видео раввин Авраам Тверски рассказывает, почему называет этот феномен «любовью к рыбе». Согласно Тверски, когда кто-то говорит, что любит рыбу, он подразумевает, что любит убивать рыбу. То есть рыба вкусная и ему нравится ее есть. Тогда как любить рыбу – значит не извлекать ее из воды, не готовить и не есть – ведь это эгоистично. И почти все, что мы называем любовью, на самом деле относится к так называемой любви к рыбе, тогда как вечная любовь – это отдача, не подразумевающая удовлетворения личных потребностей. По словам Тверски, для этого нужно перестроить мышление: мы не отдаем тем, кого любим, но любим тех, кому мы отдаем[145]145
Rabbi Dr. Abraham Twerski On Love. https://www.youtube.com/watch?v=CMcHtSjtNBY
[Закрыть].
Эти идеи схожи. С одной стороны, Тензин Палмо и Авраам Тверски в чем-то правы, но с другой – и тот и другой отвергают нечто очень человеческое. По сути, для них любовь – это не то, что получаешь от отношений, но то, что отдаешь другому человеку. В таком образе мышления нет зависимости или попытки изменить партнера, но есть желание приносить ему только добро. В чем-то это перекликается с тем, о чем я говорила ранее, но не во всем. Иначе то, что они называют любовью, игнорирует значительный человеческий опыт, то есть желание лучшего для нас самих, желание быть замеченным, желание, чтобы партнер удовлетворял наши потребности (кстати, самоотдача – одна из человеческих потребностей, и я полностью согласна с тем, что мы любим тех, кого мы одариваем). Не думаю, что нужно пренебрегать этим человеческим опытом в погоне за бескорыстной любовью.
Честно говоря, не уверена, что такой вид любви вообще возможен (даже если мы говорим о любви к детям). Кроме того, по определению безусловная любовь должна выражаться одинаково по отношению ко всем людям, независимо от их поведения или выбора (так как она безусловна), и, возможно, не ограничиваться людьми (зачем ставить какие-то условия?) – прекрасная идея. Если кому-то это удастся, мои поздравления. Но если мы выбираем определенного человека, вступаем в определенную связь, если мы хотим с ним провести всю свою жизнь или по крайней мере какое-то время, условия для нас важны.
Мы выбираем человека, потому что нам нравится быть рядом с ним, и мы не хотим, чтобы это чувство исчезло. Возникает определенная связь и надежда на то, что этот человек останется тем же, а если мы обнаруживаем черту, которая нам не подходит, пробуем ее изменить – и именно это (надеюсь, не только это!) Тверски называет «любовью к рыбе». Это не отменяет нашей способности любить человека всем сердцем, уважать его независимость, желать ему лучшего, принимать различия между нами и понимать, что наша привязанность друг к другу не является обязательным условием выживания, ведь нам не два года, и если нас оставят, то мы, скорее всего, не погибнем.
Как обычно, я считаю правильными оба варианта. Для меня любовь – это не только отдавать, но и получать. У нас могут быть взаимовыгодные, любящие, заботливые, безопасные, свободные и страстные отношения, охватывающие весь спектр нашей человеческой природы.
Лимеренция в полиамории и свободных отношениях
Какое-то время назад, когда я была моложе и безрассуднее, в самом начале свободных отношений, я написала письмо человеку, который позже стал моим партнером и остается им до сих пор. В письме я объясняла, почему в свободных отношениях невозможно влюбиться по-настоящему. С самонадеянностью, присущей тем, кто не в теме, я писала:
На чем основана обычная лимеренция в духе Ромео и Джульетты? На крайностях, то есть на запретах, невозможности и чаще всего на неопределенности. Более того, те самые бабочки, порхающие в животе, – воплощение этой неопределенности и незащищенности. Испытывает ли она то же самое по отношению ко мне? Он мне позвонит? Захочет ли она пойти со мной на свидание? Кажусь ли я ей привлекательным? Будем ли мы считать друг друга «эксклюзивными» партнерами после этого? Съедемся ли мы? Возьмет ли он в жены меня, когда может выбирать среди всех женщин мира? Захочет ли она родить мне ребенка?
Думаю, вершина романтических отношений – не заключение брака, а первая беременность. Это пик брачных отношений, эмоций и лимеренции. А потом рождается ребенок, и на этом все заканчивается. С другой стороны… В свободных отношениях почти не бывает неопределенности. Двое партнеров заранее договариваются о том, что у них есть сексуальный интерес друг к другу либо сексуальный интерес и что-то еще. Сразу ясно, куда эти отношения НЕ зайдут: вы не будете жить вместе, вы не поженитесь и не заведете детей. Не будет места выяснению отношений, что изначально подпитывает лимеренцию. Не будет места крайностям. А когда нет каких-то невероятных препятствий, которые нужно преодолевать, нет и лимеренции в духе Ромео и Джульетты.
Теоретически все так, только я упустила из виду кое-что важное. К примеру, невозможность окончательного осуществления, заложенную в концепцию свободных отношений (в их иерархическую модель). Вероятность того, что основной партнер применит право вето (если оно предполагается) и положит конец второстепенным отношениям. Наконец, вероятность того, что возникнет причина, по которой вы физически не сможете быть вместе (к примеру, переезд) или будете видеться редко. Эта неспособность довести отношения до полного завершения, эта неопределенность усиливают страсть и вожделение, создавая эротические препятствия, описанные Джеком Морином, и сохраняют надолго первоначальное состояние лимеренции и желания. Из-за того, что вы не всегда можете встретиться, когда вам этого хочется, видитесь не каждый день, не живете под одной крышей и не растите вместе детей, не ведете общее хозяйство, у вас нет совместного кредита и бытовых забот, огонь страсти не угасает дольше. Поэтому в немоногамных отношениях вполне возможно влюбиться. Более того, такие виды отношений создают благоприятную почву для драматизма и экстремальных ситуаций. Соответственно, те, кто боится, что их партнер влюбится, должны знать, что чем больше препятствий они пытаются создать на пути к такой влюбленности, тем больше они питают это чувство. Ограничения и запреты создают синдром Ромео и Джульетты и разжигают увлечение, тоску и страсть.
Полиаморность – это в каком-то смысле выбор в пользу рациональности. Нужно помнить о том, что лимеренция – это временное и мимолетное явление и что любые отношения, которые не возделываются и не развиваются, постепенно перерастут в рутину, а также что никто не идеален, даже если в состоянии влюбленности вы думаете иначе. Как сказал Ален де Боттон в своей лекции о вреде, который романтические чувства наносят отношениям: «…мы остаемся моногамными, потому что понимаем, что даже тот идеальный ангел, которого мы только что увидели в супермаркете и к которому испытали влечение, всего лишь человек и, скорее всего, обладает чертами, которые нам вряд ли понравятся, когда они однажды проявятся»[146]146
Alain de Botton: On Love, ibid.
[Закрыть].
Состоять в свободных отношениях – это значит понимать, что не существует «того единственного», но есть люди, с которыми у вас может возникнуть неповторимая и поразительная связь, и не существует никакого принца на белом коне, который спасет вас, когда вы не можете спасти себя сами. Это значит преодолевать границы, созданные обществом, и, наоборот, устанавливать их там, где общество этого не сделало; это значит уважать своего партнера и быть внимательным к нему, а также уважать себя и быть чутким и внимательным к себе. Это также значит осознавать, что вам уже не 16 лет и что у вас есть обязательства и значимые для вас вещи, даже если влюбленность в какой-то момент заставляет забыть об этом. И это значит быть готовым видеться с тем, кого любишь, очень-очень редко, потому что нет другого выхода.
Но мы не рациональные существа. Это подтверждают сотни исследований, в том числе получившие Нобелевскую премию исследования Даниэля Канемана и Амоса Тверски о степени иррациональности людей (которая вполне предсказуема, как следует из названия книги Дэна Ариели «Предсказуемая иррациональность»[147]147
Ариели Дэн. Предсказуемая иррациональность. Скрытые силы, определяющие наши решения. – М.: Альпина Паблишер, 2020.
[Закрыть] (Predictably Irrational). Когда люди влюбляются, они становятся легкомысленными, утрачивают связь с реальностью и не способны воспринимать нового партнера объективно. Из-за невероятной и всепоглощающей энергии, получаемой от этого человека, они перестают рассуждать логически и забывают обо всем вокруг, в том числе об основном партнере. Нужно помнить об этом. Влюбленность, как и ревность, считается всепоглощающим чувством, которое невозможно контролировать. Но это тоже не совсем верно.
Полиаморы придумали свой термин для обозначения состояния влюбленности – «новая энергия отношений», или НЭО. Такой ход одновременно прост и сложен. Как только вы начинаете использовать аббревиатуру, термин автоматически становится «научным» – а значит, его проще использовать. Вам будет легче, если помнить о том, что ваше душевное состояние временно и преходяще, – так вы не совершите под его влиянием отчаянных поступков. Полиаморные люди по большей части не уходят из дома и не оставляют своего основного партнера, потому что воспринимают лимеренцию как НЭО. Они помнят, что их чувства пройдут, и не перестают любить человека, с которым начинали это путешествие. Полиаморная поговорка для фазы лимеренции: не собирайте больше одного чемодана[148]148
Cunning Minx, Eight Things I Wish I'd Known About Polyamory: Before I Tried It and Frakked It Up, 2014.
[Закрыть]. Вы не уходите из дома и сознательно стараетесь не терять голову, помня о других людях, которых любите. Не потому, что вы должны это делать, а потому, что это для вас важно. И потому, что вы хотите, чтобы они остались неотъемлемой частью вашей жизни (конечно, если это действительно так).
А знаете, что самое прекрасное? Эти миры соприкасаются друг с другом. Пикантные, острые ощущения и страсть проникают извне и в существующие отношения, вносят в них разнообразие, добавляют им красок и огня. Вы начинаете вновь вести разговоры по душам вместо того, чтобы бездумно пялиться вместе в экран телевизора. Они пробуждают вас от многолетнего сна и возвращают интерес и волнение, которые заменяют собой статичное предвкушение не пойми чего.
На самом деле все может быть намного сложнее. Зачастую все, чего вы хотите поначалу, – это быть с тем человеком, в которого влюбились, и не отпускать его. Вы должны научиться распределять свое внимание, что не всегда удается, тем более когда вы влюблены. Такие рациональные и в то же время эмоциональные люди, как я, иногда хотят быть менее рассудительными и не держать все под контролем.
Однажды в радиопрограмме, посвященной полиамории, я сказала, что то, о чем поет Жак Брель в песне «Не покидай меня» ("Ne me quitte pas") – это противоположность свободных отношений. Он поет о человеке, который настолько зависит от женщины, что хочет стать ее тенью, тенью ее руки, тенью ее собаки – готов сделать все, только чтобы она от него не ушла. И этот посыл особенно мощно звучит от Бреля с его цельностью и театральностью, граничащей с гротеском. Свободные отношения – для полноценных людей, которые вполне могут жить сами по себе, зная, что это им по силам. Людей, которые готовы разжать кулак и отпустить своего партнера «погулять», зная, что он вернется. А если и нет, то это не сломит и не уничтожит их. И все же есть в этой песне Жака Бреля что-то такое, что исходит из самой глубины души… Возможно, именно поэтому я не позволяю себе полностью отказаться от рациональности и нырнуть в эмоции, погрузиться в них с головой, не отвлекаясь ни на что. Но иногда испытываю что-то вроде тоски именно по такому состоянию ума и души.
Разумеется, все это сложнее, чем просто делить свое внимание, ведь, когда в отношениях находятся больше чем два человека, хаос царит не только дома, где все как раз может быть спокойно и расслабленно. Бури уже позади, а может, они и с самого начала не были так уж сильны… Все идет хорошо, но снаружи завывает ветер. Потому что влюбленность – это… Вы знаете, как это бывает. И пережить ее еще труднее, когда это не единственные отношения, потому что иногда у вас просто не может быть совместного будущего. Например, если вы влюбитесь в одиночку или разведенного, стремящегося построить отношения с кем-то, кто будет принадлежать только ему. Либо же влюбитесь в кого-то, кто собирается иммигрировать со своей семьей, хотя вы находитесь в отношениях, либо в женатого человека, живущего в закрытом браке. Бывают также и те, кто находится в открытых отношениях, но потом решает вернуться к моногамной модели из-за проблем в паре. Совершенно невозможно предугадать, в кого вы влюбитесь.
А даже если будущее есть, зачастую оно оказывается не таким, как мечталось. В иерархических отношениях люди проводят со своими любовниками намного меньше времени, чем им хотелось бы. Их встречи ограничены: если повезет, проведут вместе ночь или выходные. А иногда, как в любых других отношениях, они могут разлюбить друг друга. Либо же любовь может быть невзаимной, и тогда это приносит боль.
Для тех, кто мечтает влюбиться вновь, находясь в моногамных отношениях, полиамория, при которой это разрешено, кажется раем, лучшим из миров. Но в самих полиаморных отношениях любовь может быть как раем, так и адом.
Когда вы испытываете такую боль (а она, как и экстаз влюбленности, может быть столь же сильной, как когда вам было 16 лет, – есть вещи, которые с годами не меняются), существующие отношения перестают дарить утешение. Когда дома дела идут плохо, вам тяжело смотреть на страдания своего партнера. Скорее всего, и ему тяжело видеть, как его любимый человек страдает из-за кого-то другого. Но когда вы достигнете того уровня отношений, при которых ваш основной партнер может обнять и утешить вас, вы поймете, что это самое лучшее, что может быть, и это только укрепляет ваши основные отношения.
