Читать книгу "Семь лет среди тэтанов. Моя личная история пребывания в загадочном и легендарном культе"

ОТ 3

Что ж, попробуем продолжить нашу историю, дабы она таки пришла к финалу. Осталось описать еще около двух лет жизни, хотя они, наверное, уже не были столь же плотно заполнены событиями, как описанное выше.

После того, как меня «аттестовали» на завершение ОТ 2 осенью 1999 года, наступило затишье. Я продолжал вести класс в «Чайке», понемногу одитировал, Лена начала самостоятельно заниматься домом, куда она ездила с нашим другом Сергеем. Впоследствии, правда, выяснилось, что с ним она занималась не только этим… видимо, это ощущалось по общей атмосфере в «Чайке», потому что народ стал всё больше и больше от нас уплывать.

Наступила пора готовить материалы ОТ 3. Я ждал этого момента с благоговением, и недоумевал, как же будет организован их перевод, если вспомнить все обещаемые в них «опасности» и «страхи» типа «мгновенной рестимуляции и смерти от пневмонии» и прочего. Однако всё оказалось неожиданно просто. То ли я так сам себя настращал, то ли еще чего, однако вскоре я получил почтой все материалы ОТ 3 целиком, включая рукописные «решетки», то есть описания самого процессинга на этом уровне, с предложением от Макса Хаури немедленно приступить к переводу. На мое легкое удивление – как же так, я же типа совсем не подготовлен, мне ничего особенного не ответили – переводи, да и дело с концом. По ходу изучения материалов я консультировался с Леной, которая шла на уровень выше, так что уже была знакома с материалами и представляла себе общую идею того, как с ними работать. Относилась она к ним довольно некритично, насколько я видел – в лагере, где мы делали ОТ 1 и 2, у неё даже была временная «реактивация» ее легочного заболевания, в точном соответствии с тем, что якобы должен испытывать человек, проходя ОТ 3 (потому что, по легенде, «лояльные офицеры» были заимплантированы на смерть от легочных заболеваний на тот случай, если они в будущем обнаружат источник данных имплантов). Материалы, в частности, удивили меня тем, что в них не было четко сформулированного К/С от КБР или от ЛРХ, как это было в предыдущих уровнях.

Как раз в этот период я довольно активно переписывался с одной интересной тетушкой… или даже бабушкой. Ее звали Дезире Йоргенсен, она была ветераном Саентологии, имела Класс 6 еще в старом виде (училась в Сент-Хилле еще в начале шестидесятых и слушала лекции самого ЛРХ в исполнении автора). На сайте Ассоциации Свободной Зоны она вела мексиканский раздел, поскольку она жила в Мексике. Раздел у нее был интересный, всё про какие-то НЛО и инопланетян, и всё это у нее гармонично совмещалось с теориями КБР про Маркаб и прочие космические штуки.

Она мне рассказывала о том, что в Мексике НЛО настолько обыденны, что местные жители уже к ним просто привыкли, и не обращают на них никакого внимания. В общем, было о чем пообщаться. В частности, по ходу дела я упомянул, что я перевожу ОТ 3, и она мне написала что-то типа: «Надеюсь, тебе понравится тот замечательный К/С, которые КБР написал для этого уровня. Сама я проходила ОТ 3 без него, и потом, когда он мне попался, я об этом очень сожалела». Я удивился, сказал, что таких материалов у меня в наборе нет. Уточнил у Эрики Хаури, есть ли какие-либо материалы КБР для ОТ 3 наподобие тех инструктажей и указаний, что есть в курсе ОТ 2. Она подтвердила, что таких материалов у нее нет. Тогда я попросил Дезире прислать мне их, что она и сделала. Материалы были сосканированы с рукописи самого Робертсона, и в них я нашел детальное описание того, что и как надо делать на ОТ 3. Сравнив их по нескольким альтернативным каналам, я убедился, что это действительно оригинал. Само собой, я побежал с этим открытием к Лене, единственному «ОТ 3» в моем окружении. Она прочитала внимательно эти материалы и заявила, что она проходит этот уровень совсем не так, как там описано. Я удивился, решил выяснить, в чем дело.

Долго ждать не пришлось. Буквально на следующий день Лена позвала меня к телефону, сказав мне: «Поговори с ней». На том конце оказалась Эрика. Она мне сухо заявила, что более не собирается меня К/С-ить, и что ей вообще не нравится мое поведение. После довольно долгих расспросов до меня наконец дошло, что дело именно в этом чертовом К/С на ОТ 3, а точнее – в том, что я получил его от Дезире. Эрика отказалась мне что-либо разъяснять, но сообщила, что «в этих материалах есть ошибки», и что «Дезире нельзя верить». Это было странно, ибо Дезире была частью официальной структуры СЗ, и Бернд Любек сам мне ее рекомендовал. Еще страннее было, что член РонсОрга заявлял, что в материалах КБР «есть ошибки». Я говорю, мол, он же у вас главный авторитет, как же так? Она отвечала, что не будет мне ничего объяснять. Я спросил: если тут ошибки, то откуда они берут «правильный К/С», раз никаких других материалов нет, как мне раньше говорили. Эрика так же сухо объяснила, «что мы всё делаем как у ЛРХ». Я, как обычно, спросил: где это «всё» написано? Ответа я от нее так и не получил. Короче, решил я не настаивать, поскольку всё это отчетливо пахло очередным «отлучением», а это в мои тогдашние планы никак не входило. Поэтому я не стал настаивать, решил, что разберусь с этим, когда буду сам делать уровень. Впоследствии, кстати, весь этот разговор был вменен мне в вину среди прочих в списке, и сформулировано это было как-то вроде того, что «Главному К/С пришлось тратить личное время и деньги, чтобы озванивать терминалы РонсОрга и разрешать „энтету“, которую я, мол, распускал в виде информации о недостающих данных в ОТ 3». В общем, замяли мы это дело. К/С КБР я до поры до времени отложил, принялся за перевод материалов. Вскоре перевод был готов.

На ОТ 3 запускалась довольно большая группа людей, человек тридцать или около того. Дело было в Сходне, под Москвой, и именно там произошла та большая склока и инцидент с Антоном Прожериным, вызовом саперов в «заминированное здание» и проч. – это неплохо описано в дневнике Андрея Нора. Было это в феврале 2000 года. А начиналось всё довольно неплохо. К «визитерам» из ЦС мы тогда уже привыкли, так что инцидент с Прожериным никто особо всерьез поначалу и не принял – удрал и ладно. Сидели и учились. Однако в один прекрасный денек из окон класса мы действительно увидели подъехавший на большой скорости военный грузовик и спецназовцев, которые спешно вставали в оцепление вокруг нашего здания… я выбежал из класса и рванул к выходу. Однако они были уже и внутри, и спешно приказали эвакуироваться всем – «здание заминировано». Мы похватали вещички и отправились в столовую. Сделав там небольшую перестановку, стали учиться дальше. Просидели там довольно долго, однако ничего не произошло – вскоре нам разрешили вернуться. Было понятно, чьи это фокусы. Потом несколько дней было затишье, и потом снова – я шел по коридору, и увидел нескольких бандитоватого вида громил в кожаных плащах. Они явно кого-то искали. Деваться было некуда, я пошел на них. Они заметили меня и спросили, кто у нас тут главный, нельзя ли его видеть. Я посмотрел на их бритые башки и пошел в класс. «Главный» у нас был Влад Кайдаков, однако, войдя в класс и посмотрев на его румяное и наивное личико, я решил, что звать его явно не стоит. Я окликнул своего напарника по курсу ОТ 3, здоровенного мужика по имени Валера, полковника в отставке. Объяснил ему, что там какие-то вроде бандитов чего-то от нас хотят. Вышли мы вместе, он с ними заговорил, потом отослал меня обратно в класс. Через некоторое время вернулся, сказал коротко: «Это менты, проверка будет», – и снова ушел с ними. Менты эти были местные, которых такие события с «бомбами» явно не порадовали, и они наведались к нам «на знакомство». Шмонали нас полдня опять, ничего предосудительного не обнаружили, и ушли. Валера пил с ними водку и рассказывал им, что он тут из-за жены, а сам тоже «терпеть не может эту секту». В общем, нам поверили и отстали.

Валера – он здорово работал тренером на ТУ. Настолько аутентично изображал урок и ментов, что мне понадобилось несколько дней, чтобы перестать дергаться… Зато тренировка была в самое яблочко.

В общем, как бы то ни было, всё закончилось благополучно, и мы двинули по ОТ 3 уже вот такой толпой. ОТ 3 мне в общем и целом понравился, я с большим энтузиазмом стал его делать. С материалами удалось разобраться, одно меня откровенно смущало. То, что в абсолютном большинстве случаев я не мог найти у «БТ» никаких «инцидентов два и один». Слава богу, в современном ОТ 3 есть альтернативное улаживание, которое называется «обработка накопительных кластеров», я ею в основном и пользовался. Переживания были насколько «настоящими» в этих сессиях, что я нисколько не сомневался в том, что «такой материал имеется». Эрика мне заявила, что моя статистика с «отсутствием инцидентов» – это нормально, и что можно работать и так. Мне было не совсем понятно, для чего тогда в ОТ 3 столько внимания уделено «мифу о Ксену», раз это так неважно для процессинга – ведь бОльшая часть материалов именно об этом, в то время как описание ключевых процессингов – это лишь несколько бюллетеней и тренировок. Это было очень странно.

Долго удивляться мне не пришлось. Примерно через пару недель после успехов начались заметные провалы. Я в сессиях стал наталкиваться на что-то, с чем не мог справиться. Постепенно стало возникать всё сильнее и сильнее то же состояние, что было ранее при превышении на ОТ 2. К/С на все мои жалобы и описания долдонил – продолжать. Я честно пытался. В итоге, к началу лета – совершенное отвращение к одитингу, состояние психованности, я чувствую себя как в болоте с головой. Восприятия становятся мутными и неприятными, хожу как опущенный, возникает какая-то страшная апатичная отрешенность от всего, что происходит вокруг. Всё начинает осыпаться. Мне предлагают ехать на пересмотр в Берн. Дорого, денег у меня нет, я отказываюсь. Эрика, после некоторых сомнений, назначает мне Объективы. Использовать К/С от КБР я так и не решился, решил ждать, что будет. Лена в это время была как раз в самом разгаре своего загула с моим приятелем (но это я только потом понял, а тогда у нее была постоянно «работа» вне дома), так что Объективы ей было проводить мне «некогда». Я упал духом. Нет, я чего-то там делал как-то, но всё это было будто не со мной. Я как-то чем-то хронически заболел – голова, простуды, всякая фигня…

Куровское, завершение ОТ3

В мае мы переехали в Куровское, в «наш дом». Я закупил какие-то материалы, чтобы обустроиться на жилье на первое время, Сергей помог с переездом, и на майские праздники мы покинули Москву. Через несколько дней резко похолодало, пошел снег. В доме не было ни дверей, ничего, стены – голый кирпич. Так и жили. Все это время мне помнится как сквозь грязное стекло. Мы набрали на работу кучу «саентологов» в «обмен на курсы», они работать не умели и не особо хотели, дом напоминал богадельню. Я потихонечку угасал. Лена в доме по большей части отсутствовала. Как-то в июле мне понадобилось поехать в Москву. Лена там снимала квартиру «для работы», как она мне сообщила, потому что у нее в городе были преклиры. Тут по ходу дела и выяснилось, что она уже давно живет там с Сергеем, и что мне туда «нельзя». После чего у нас с Сергеем произошла жёсткая стычка на словах, а после этого мне уже совсем наступил полный пэ. В город надо было ехать, и я ехал. Я ехал в машине и плакал. Мне было так невыразимо плохо, и никаких сил и надежды что-то с этим сделать, что я вообще стал ощущать себя полным овощем. В Москве я пошел вечером в магазин, и обнаружил, что я испытываю какой-то невыразимый страх, как в детстве, когда попадаешь в незнакомое жуткое место. Будто мне снова стало лет пять, и меня потеряла мама в чужом городе… Лена мне, конечно, усиленно «сочувствовала», Серега виновато помалкивал… Это был уже какой-то край. Совсем.

Через пару дней попыток уладить это «ассистом прогуляйся» я начал впадать в отчаяние. И когда оно стало уже совсем невыносимым, у меня в голове чего-то отчетливо щелкнуло. Я понял: НИКТО ДРУГОЙ МЕНЯ НЕ СПАСЕТ. Надежда только на самого себя. Только я. И если я сейчас буду тут сопли распускать, то это точно может плохо кончиться в реальном мире, а не в мире болезненных фантазий. Я дико разозлился на весь мир. Мы едва не подрались с Сергеем. Я выдрал из его квартиры Лену и запретил ей туда ездить. Мы с ней долго выясняли отношения. В конце концов я победил, и единственный аргумент, который оставался не на моей стороне – была квартира и работа в Москве, которую без квартиры было невозможно делать. Я был без денег, без ничего. Но я дико злился. На себя, в основном. Я заорал, что квартира будет!!! Потому что я иметь хотел все эти «обстоятельства», всех этих кейс-супервайзеров и всю эту гнилую «науку о разуме». В это время зазвонил телефон. Я взял трубку, и оказалось, что одной моей знакомой надо срочно уехать за город, и ей не на кого оставить двухкомнатную квартиру на лето. Она очень извинялась, говорила, что уже всех обзвонила, но никому не нужно. Может, тебе, говорит? Я офигел, если честно. В общем, проблема была выжжена как напалмом.

После этого Лена даже стала мне проводить назначенные Объективы, как только мы перебрались на волшебным образом появившуюся квартиру. Эрика на нее обозлилась – оказалось, она думала, что их уже несколько месяцев проводят, и что всё нормально, ибо вопросов со стороны одитора не появлялось. Но меня уже несло. Вскоре мне надоели и Объективы. Они мне были не нужны. Я себя уже сам за волосы выволок из болота. Я решил, что раз уж я так зол, то надо искать альтернативу, а не пытаться снова и снова лезть в одно и то же дерьмо. Я написал Эрике о том, что я намерен оставить Саентологию как таковую, и исследовать, какие есть альтернативы, ибо перспектива сдохнуть на «мосту» меня совсем не устраивает, а я бы точно либо сдох, либо самоубился бы, если бы не взбесился в последний момент. В общем, я договорился с ней на двухнедельный тайм-аут. После которого я должен был сообщить ей окончательное решение.

В это время я решил, что мне надо срочно сделать ремонт жизни – слишком много было проблем, которые яростью не уладишь. Это Ленкиного хахаля можно было так отвадить, но не собственные проблемы. Я рылся в старых записях, в итоге решил сделать себе «клин-слейт» от ноледжистов, по списку проблем. Первой в списке была «вторая динамика». После Клин-слейта мне настолько реально полегчало, будто эта пара сессий полностью выпустила из меня пар. Я уравновесился более или менее, и ощущение «болота» значительно сократилось. Я воспрял духом снова.

Две недели я провел в Интернете, активно общаясь со всеми своими старыми знакомыми. Активнее всего – с Чарли Данном, координатором Ноледжизма, и со старым приятелем Любеком. Остальные довольно быстро отпали и реальной альтернативой мне не показались. Дезире тоже участвовала в обсуждении. Чарли довольно быстро сел в лужу со всеми своими предложениями и объяснениями – было видно, что ему вообще-то на меня наплевать с высокой башни… К тому же, на него стал активно воздействовать Титаренко, который считал ноледжизм в России «своей территорией» и приложил всю свою язвительность, мнительность и говнизм для того, чтобы ну даже близко меня не подпускать к «делу». Мне, в общем, было и так не до него, я лишь мимоходом убедился лишний раз, какие всё-таки «америкосы тупые», если они не могут понять реальную ценность Титаренко в такой игре, ну да бог с ними… В итоге, общими усилиями сделалось так, что я решил остаться и закончить Экскалибур, прежде чем принимать окончательное решение о разрыве. Я согласился. Ладно. Через положенные две недели я сообщил Эрике, что я остаюсь на линиях.

В сентябре 2000 года меня аттестовали на завершение ОТ 3. Без каких-либо объяснений и комментариев направили на Экскалибур. Я промолчал. Я придерживался решения доверять Бернду и Дезире.

Насколько я помню, далее ничего особенно не происходило – всё мое время было занято заботами о строящемся доме. В октябре мы с Леной заключили «контракт» на два года, по которому я получал дом в свое ведение и стал им заниматься. С октября «организация Рона», которая там у нас базировалась, оказалась под полным моим контролем. У нас в доме постоянно присутствовало довольно много разного народу, шли занятия, сессии и так далее. Само собой, временами нас навещали церковники, это уже стало доброй традицией. Они, как правило, пытались либо разведать, в каком состоянии наши дела – стройка, студенты и так далее, либо пытались испортить нам репутацию среди местных жителей и власти – например, ходили в мэрию города под видом «журналистов» и рассказывали им о «жуткой секте саентологов», которая обретается в нашем доме. Самое интересное было в том, что их нисколько не смущало, что для того, чтобы подавить нас, они в основном использовали собственную же гнилую репутацию у властей. Милиция относилась к нам лояльно – несколько раз приходили по «сигналу», но в какой-то момент мне таки удалось до них донести, что на самом деле происходит, и они обещали, что в следующий раз они арестуют самих «жалобщиков». С того момента саентологи прекратили нас доставать через власти, хотя временами шпионы всё равно появлялись. Но это было неинтересно – методы работы у них топорные, рассчитанные то ли на полных идиотов, то ли рассчитанные полными идиотами, вычислить их было просто, так что ничего особенного не происходило. Самое большое, что удалось одному такому перцу – это добыть номер моего сотового и передать его в ГЦХ, откуда тут же стали на него названивать и «предлагать вернуться на линии». Делала это какая-то неопытная и незнакомая со мной девочка, на что она (или отдавшие ей это приказ) рассчитывали, вообще было непонятно.

Сентябрь 2000, Экскалибур

В сентябре состоялся очередной «обучающий лагерь», в котором я должен был запускаться на Экскалибур. Как я уже выше написал, на завершение ОТ 3 меня аттестовали без шума. Однако довольно отчетливо чувствовалось, что моя критика в адрес Хаури, которую я высказывал по ходу его прохождения, не осталась без следа в душе обоих Хаури и Отфрида, потому что отношение ко мне заметно похолодало. Для начала мне заявили, что «на меня нет буклета курса». Потом Отфрид как-то легко и просто сказал: «У тебя же есть материалы в компе? Ну, вот распечатай и изучай, всё нормально». Я был в легком недоумении. Изучать материалы, которые у меня в компе были уже несколько лет? Дома? Почему я не мог сделать этого раньше, раз это так просто? Чушь какая-то.

Но это было не самое поразительное во всей этой истории. Изучив материалы, я пришел к выводу, что еще тогда, в марте-апреле, я впилился в Экскалибур. Вот цитата из седьмого инструктажа КБР, в котором он описывает Экскалибур и две опасности, связанные с его неприменением вовремя:

Цитата

С людьми, которые проходили НОТы ранее в другом месте, вы столкнетесь с двумя помехами. Здесь, само собой, мы не говорим о том, что они вообще могли не быть готовыми к этому уровню, это мы не рассматриваем. Если с этим все окей, то две главные помехи таковы:

ПЕРВАЯ: Они проходили это таким образом, что вынимали только тех БТ и кластеров, которые находились на нижних уровнях этих плагов, нижних уровнях этой оргсхемы. Более или менее «легких», которых можно было обойти и уладить, понимаете? Потому что любой «начальник» может войти в организацию и заставить их подчиняться своим приказам. Они готовы были принимать приказы от кого угодно. Поэтому их удается обработать. Они отсоединяются от организации и срываются, и все такое.

И если вы занимаетесь этим довольно долго, то есть работаете с этими легкими товарищами – будите их и срываете, будите и срываете, будите и срываете, то очень скоро – что у вас остается? У вас остается верхний, руководящий уровень каждого плага1212
  Есть понятия «плаг» и «стэк». Стэк – это тема для работы, плаг – это все цепи зарядов, которые связаны с этой темой на данный момент. В уровне «Экскалибур» иерархия сущностей называется плагом. Если сравнивать с Дианетикой, это можно сравнить с цепочкой травматических переживаний. Но если в Дианетике идут по цепи травматических переживаний, то в Экскалибуре идут по цепи этих сущностей.


[Закрыть], в нетронутом виде. И этот верхний руководящий уровень, как говорилось прежде в инструктаже номер четыре, в большинстве своем состоит из ХОЛДЕРОВ всего этого плага. Так что, поскольку это холдеры, они малость помощнее, и обычно, как упоминается в техническом инструктаже 4, это парни «вне вейланса в Ш61313
  Ш6 (или «Ш6 банк») – это и есть тот реактивный ум, который стирается на курсе клирования


[Закрыть]», существа-«имплантеры» со злобными намерениями.

Следовательно, убрав нижнюю часть, самую легкую часть своего кейса, то есть просто справившись с самыми низшими «подчиненными» на оргсхеме во всех этих плагах, он остается с кейсом, который сплошь состоит только из холдеров. Холдеры обладают более сильной натурой, а некоторый процент из них, скажем так, обладает довольно злобными намерениями, однако все они УДЕРЖИВАЮТ, вопрос только – кого они удерживают теперь?! Ясное дело – ЕГО САМОГО, ПРЕ-ОТ!

И что тут можно ожидать? У него появляется все увеличивающееся чувство, что он находится в каком-то «крайнем положении». Ему все вокруг «как-то досаждает». Он вообще не похож на человека, завершившего НОТы. Он почему-то волнуется по поводу ПИНности, заболеваний и неприятностей, и всяких других явлений. Он постоянно что-то там «драматизирует», там и тут, и чувствует, что ему надо прилагать усилия для того, чтобы «не сойти с ума».

Это все признаки состояния человека, который устранил нижние части плагов и оставил на месте верхушки, то есть холдеров, парней вне вейланса в Ш6. Он ощущает беспокойство, у него такое чувство, что подлинное ядро его кейса так и не было достигнуто. И он волнуется по этому поводу, беспокоится, и так далее. И это все возникает из-за того факта, что теперь он оказался в лапах верхних холдеров оргсхемы. И в этот момент он становится их подчиненным, потому что он убрал всех остальных. Если вы убираете игру, во что она превращается? Игра начинает доставать вас. Вы не дали им новой игры. Вы не освободили их. Так что игра начинает вовлекать вас, и они будут удерживать вас все сильнее и сильнее, если вы не устраните всю оргсхему. И это первая помеха.

Вот, оказывается, что произошло со мной на ОТ 3!!! Я оказался слишком быстрым и слишком сильным соло-одитором, и загнал себя в этот уровень так быстро. Дальнейший одитинг рестимулировал то, что я просто не мог и не имел возможности уладить техникой ОТ 3. Подобный одитинг – самоубийство. Исправить это можно было просто – дать мне материалы Экскалибура и попросить Лену (она начала ОТ8 тогда, когда я начал ОТ 3) потренировать меня. Более того, есть БОХС (HCOB 10/11/1981 OT III AND OT III ATTEST), в котором прямо говорится о том, что в подобной ситуации К/С ОБЯЗАН при первой же возможности перевести пре-ОТ на НОТы. Но К/С предпочел меня медленно умерщвлять. Вообще, всё это было довольно странно, потому что выводов из этого всего можно было сделать только два.

Первый: Хаури просто настолько непрофессиональны, что с ними не стоит работать. Я кинулся проверять свои записи: может быть, я не вполне доходчиво описывал свое состояние после нескольких недель ОТ 3, которое было ОЧЕНЬ похоже на то, что выше говорит Билл? Нет, письма очень подробно и четко излагали ситуацию.

Второй вариант: она преднамеренно старалась мне навредить. Можно сослаться на то, что Эрика не могла взять ответственность за такое вот дистанционное предоставление ОТ 8. НО… В чем была разница с тем, что она мне предоставила в лагере? Никакой. Я просто САМ это прочитал и сдал пару пластилиновых демо (и это должно было стоить 900 баксов!!!).

Я разговаривал с несколькими «ОТ 3» (имена которых я называть не стану во избежание лишней мороки), которые описывали мне подобные же вещи. Но никто не решается подвести статистику и посмотреть СВОИМИ ГЛАЗАМИ на то, ЧТО нам предоставлялось под видом ОТ-уровней.

В общем, я был в бешенстве… конечно, в то, что Эрика мне хотела преднамеренно вредить, я не верил – не такая я уж и важная птица, чтобы мной индивидуально так занимались. Однако, и выхода тоже не было видно. Ибо хоть первый вариант, хоть второй – перспектива работать с такими «спецами» и далее меня вовсе не радовала. «Три попытки», которые я всегда даю себе со скидкой на случайнее ошибки и непонимания в отношениях, были исчерпаны. Я сразу же стал сканировать весь свой предыдущий опыт одитинга, и многие «трудности» и «несогласия» тут же для меня прояснились в свете идеи о банальном непрофессионализме и незнакомстве с предметом со стороны Хаури. Я тут же припомнил, что Эрика и Макс в период своего недолгого пребывания в ЦС никогда не были одиторами высокого класса, что никогда не делали там соло-уровней сами, никогда не учились ни у ЛРХ, ни у КБР, что оба они – люди необразованные и недалекие (их якобы «швейцарская» педантичность, похоже, имела более простое объяснение), Макс по профессии маляр, да и то без опыта, и так далее, и так далее. Факты стали складываться в одно целое. Это был голимый и наглый развод. Просто, видимо, не все были такие «злые», как я, и далеко не все из тех, кто даже был «злым», решались выступить и высказать свои претензии открыто.

Однако в мои планы входило пройти Экскалибур, а не воевать с Хаури, поэтому я промолчал. Запустился на Экскалибур, сделал несколько первых сессий и уехал из лагеря домой. Стал одитироваться дома… и, как водится, довольно скоро стал ощущать, что «опять что-то пришло». Мое безоблачное и более или менее прозрачное состояние после «аттестации на ОТ 3» и клин-слейта снова стало ухудшаться. Возникли какие-то непонятные соматики, довольно сильные, меня снова стали волновать какие-то неважные вещи, и так далее. И тут тоже – третья попытка, похоже, была последней… Но как раз в этот момент я вдруг получил новости от Дезире. Она написала мне, что собирается приехать погостить у меня, потому что она ездит по Европе, по своим родственникам, и очень хочет посетить меня. Я согласился. Это был вариант.

Дезире оказалась очень общительной и очень заботливой тетушкой. Она днями и ночами напролет разговаривала то со мной, то с Леной, и не уставала от этого. С ее помощью я выправил свой Экскалибур, и с ее же помощью я смог разобраться и разложить по полкам весь свой опыт работы с Хаури. Дезире имела в отношении них и Отфрида довольно жесткое мнение. Она придерживалась убеждения, что эти люди преднамеренно гробили наиболее «продвинутых» соло-одиторов… и что это было их своеобразной «задачей» в данной игре – контролировать или уничтожить. Вообще говоря, факты это довольно хорошо подтверждали. Большинство людей, которые не были «подконтрольны» Хаури, просто вылетали с линий. Желание «продолжать двигаться по мосту» тут работало прямо в обратном направлении – особо упорствующие, вроде меня, просто загоняли себя в жопу, и все дела. Не столь упорные, и, может быть, более умные, вроде Бликова, просто пропадали с линий. Это было логично. Кстати говоря, на данный момент практически вся верхушка «старого» РонсОрга, то есть те, кто начинал заниматься в СЗ в 1998—1999 годах, уже давно не с Хаури.

Как бы то ни было, я понял, что работать с Эрикой и Максом дальше я точно не буду. После отъезда Дезире я несколько недель ходил и переваривал полученные данные, так как мне не хотелось бы, чтобы мои атаки на Хаури были восприняты как работа третьей стороны. Я тщательно перепроверял факты, общался с народом, размышлял. В конце концов, я решил таки предпринять попытку выдать на публику свои выводы. Я всё еще контролировал большую часть рассылок и сайтов РонсОрга, так что мне это не составило бы большого труда.

После этого последовал период довольно яростной переписки в рассылках о Хаури и обо всем том, что я выше изложил. В общем, ничего хорошего из этого не вышло – воевать с маятником оказалось делом нелегким и бессмысленным. Насколько я понял, большая часть народа просто «боялась потерять мост», то есть драматизировала ровно то, от чего мы так хотели избавиться, уходя из церкви. Да и Дезире тут сыграла не вполне положительную роль, ибо, гоня на Хаури, я не мог предложить никакой мало-мальски пригодной альтернативы для продолжения, кроме довольно неумного предложения «давайте делать всё сами». Конечно, к такому подходу мало кто был готов… точнее, никто не был. А Дезире заявила, что она никого вести не собирается. Бернд после некоторых поисков заявил мне, что мне всё равно надо будет «уладить отношения» с Хаури, прежде чем кто-то другой в зоне согласится вести меня и мою группу далее. Короче, сторонников на мой бережок не нашлось. Тогда я сделал довольно глупый шаг – закрыл все свои рассылки, стер сайты о РонсОрге и заявил, что мне не нужна такая контора, и поддерживать я ее больше не буду.

В разгар всех этих разборок мне позвонил Валера, мой напарник. Он сообщил, что предложил собраться «мужикам» и обсудить ситуацию. Очень ругал меня за то, что я «отдал линии» людям про-хаури-вской ориентации. После некоторых колебаний я решил таки вступить в игру – поехал к Валере. Он собрал у себя всех более или менее значимых людей из РонсОрга и предложил им выслушать меня, не перебивая. Там был Колесник, начальник Виноградово, Бликов, Корнеев, Милованов (президент АСЗ СНГ на тот момент), и еще несколько человек. Они выслушали всю мою историю весьма благожелательно и согласились, что «дело идет не так». Поддерживали и хвалили меня за то, что я «решился наконец сказать правду о том, что происходит», потому что никто другой на такое не решился бы, хотя факты были налицо. В общем, сформировался такой подпольный «Комитет национального спасения РонсОрга», я хотя бы отчасти почувствовал за собой силу.

Естественно, реакция Хаури воспоследовала мгновенно. Для начала со мной связалась Эрика, и предложила «сделать ремонт и выяснить, что не так». Интервью мне действительно сделали, однако я не особенно выбирал выражения, когда формулировал свои претензии, и после него Эрика опять надолго пропала. Видно, носить шляпу одитора и К/С для нее было трудновато, когда попадался «крепкий орешек». Когда через некоторое время я запросил у нее, что происходит, она мне заявила, что она не собирается со мной работать, и что мне надо «уладить мою этику». Ха, кто бы сомневался. Как именно эта «этика» будет улаживаться, не уточнялось. Пока это свелось к тому, что Кайдаков немедленно воссоздал все рассылки, но уже под своим контролем, и начал в них мягко вести пропаганду против меня, мне пришлось срочно делать альтернативную рассылку с теми же подписчиками, ибо Хаури, само собой, потребовал заблокировать мне доступ в «лояльные» рассылки, и началась бешеная переписка и разборки конфликта. Со стороны, говорят, выглядело это довольно жутко. Это тогда я выдал где-то знаменитую фразу «Если надо, я и другую СЗ создам вместо этой», которую мне потом еще долго припоминали как обвинение в «попытке раскола».