Текст книги "Баронесса, которой не было"

К гостям вышла содержательница борделя. В своем строгом, наглухо застегнутом платье и с аккуратно уложенными волосами, она выглядела как респектабельная дама. Ее холеное красивое лицо ничуть не портили следы прожитых лет и надменное выражение. Ничто в облике этой женщины не могло натолкнуть на мысль о роде ее деятельности.

Мадам окинула девушку цепким, оценивающим взглядом.

– Какая прелестная девочка! Какой аристократизм, какая утонченность! Мариса, ты уверена, что такое сокровище стоит прятать? Девочка может сделать великолепную карьеру. У нее отбоя не будет от лучших клиентов этого дома. Полгода-год, и она сможет стать хозяйкой небольшого поместья, а если подойдет к делу ответственно, обеспечит безбедную старость не только себе, но и своим детям и даже внукам.

– Лаура, у нас уговор, – строго произнесла гадалка.

– Помню-помню, – махнула рукой женщина. – Мне невыгодно ссориться с Варием. Однако какая бессмысленная расточительность с его стороны! Как представлю, какой доход она может принести нам…

– Тали, позволь познакомить тебя с хозяйкой этого дома, – обратилась Мариса к девушке. – Ее зовут Лаура, она позаботится о тебе. Здесь ты будешь в безопасности. Если потребуется связаться со мной, сообщи ей, и я приду.

Девушка кивнула Лауре и потянула Марису за рукав в сторону выхода.

– Тали, не глупи, – начала женщина.

– Не волнуйся, я пробуду здесь, сколько потребуется. Но у меня к тебе просьба. Есть в городе один человек, которому нужно сообщить, где я нахожусь. Если, конечно, ему это еще интересно.

– Догадываюсь, что за человек. Некий молодой и привлекательный князь, не так ли?

Девушка кивнула, после чего гадалка продолжила:

– Не переживай, я найду способ передать ему весточку. И да, ему это очень даже интересно. Ты сама не представляешь насколько. Зря ты отказалась от сеанса гадания, узнала бы много любопытного о своем князе, – подмигнула женщина. – Ну все, Тали, мне пора идти. Пообещай, что не выйдешь из этого дома, пока за тобой не приду я или твой князь. Ему можно верить.

– Я больше не уверена в этом, – горько прошептала девушка.

– Зато я уверена абсолютно. У меня свои методы, не забыла? Если он найдет способ взять тебя под свою защиту, я смогу спать спокойно. На него можно положиться, он не причинит тебе зла.

– У него есть только один способ взять меня под защиту. И этот способ меня совершенно не устраивает.

– Ох, Тали, ты забываешь, кем являешься на самом деле. Ты не дочь дворянина, хоть и вжилась в этот образ. Ты шпион, и твоя работа временами требует выполнения весьма пикантных поручений. Кроме того, она сопряжена с немалым риском. Так тебе ли быть пленником условностей? Живи сегодняшним днем, люби, пока есть такая возможность. Кто знает, что ждет тебя завтра, и наступит ли это завтра вообще.

– Какой благочестивый совет! – не сдержала сарказма девушка.

– Издержки профессии, – усмехнулась гадалка. – И твоей в том числе. Да и что ты хотела услышать от супруги покровителя всех публичных домов Родгарда?

Мариса ушла, оставив Тали в глубокой задумчивости. Что она знает о жизни этой женщины? Она даже о себе ничего не знает, кроме того, что Дар был отнюдь не первым ее мужчиной. Как недвусмысленно дала понять Мариса, в прошлой жизни девушка не отличалась благочестием. Есть ли вероятность, что раньше она спала с мужчинами исключительно по долгу службы, чтобы войти в доверие и выведать пару-тройку секретов, необходимых для защиты интересов родины? Это как надо родину любить, чтобы пойти на такое? Если ее выводы верны, она не имеет права считать себя лучше тех женщин, что живут здесь. Эта мысль ввела ее в состояние полного уныния. Но самобичевания прервала Мадам.

– Пойдем, милая, я покажу тебе дом и твою комнату.

Лаура провела Тали по всему дому. Первый этаж, за исключением гостиной, занимали кухня, подсобные помещения и комнаты для слуг. На втором были комнаты работниц борделя, в которых они жили и принимали клиентов. Тали отвели одну из таких комнат. Главной ее достопримечательностью была широкая кровать под балдахином. К счастью, никаких развратных картин в помещении не обнаружилось, зато имелась оборудованная по последнему слову техники ванная комната. Девушкам строго предписывалось блюсти гигиену.

Лаура увлеченно рассказывала о жизни публичного дома и правилах, которые следовало соблюдать его постоялицам. Выяснилось, что жизнь и работа проституток регламентирована не абы чем, а королевским указом, в котором отдельный раздел был отведен под описание гигиенических процедур, от прослушивания которых Тали снова покраснела, а также содержал требования к еженедельному медицинскому освидетельствованию. Кроме того, публичные дома входили в состав гильдии, возглавляемой Варием, мужем Марисы, и платили налоги, размер которых ничем не отличался от взимаемых с купеческой гильдии.

– Тали, милая, твой наряд никуда не годится, – заключила хозяйка борделя. – Во-первых, он весь в грязи, а во-вторых, у девушек в этом доме особые платья, и, раз ты живешь здесь, тебе следует одеваться так, чтобы не выделяться. Раздевайся и прими ванну. Я велю принести тебе другую одежду. А пока походишь в халате.

Лаура отказалась покинуть комнату, пока Тали не избавится от одежды. Она внимательно осмотрела девушку, посокрушалась по поводу перевязанной руки, переживая, что нежное плечо будет уродовать шрам, но в целом осталась довольна сложением своей новой подопечной, о чем не преминула ту известить, описывая, какие перспективы ее ждут, если она вдруг решит начать новую жизнь. Тали с большим трудом удалось избавиться от навязчивой дамы.

Едва за Лаурой закрылась дверь, девушка проследовала в ванную. Покрутила позолоченные рычажки, и в чугунную ванну сильным потоком хлынула горячая вода. Такой роскоши не было даже в доме барона, не говоря уже о госпитале. Дома ванну наполняли слуги, в госпитале же приходилось самой греть воду и носить тяжелые ведра в комнату, чтобы затем мыться в широком тазу, трясясь от холода. Разве что в особняке Дара ванная превосходила эту размерами и богатством отделки.

Когда она вышла из ванной, завернутая в широкое полотенце, в комнате ее ждал сюрприз в виде нового наряда и старой знакомой.

– Катина, а ты что здесь делаешь? – с изумлением произнесла не ожидавшая подобной встречи Тали.

– Привет, подруга. Удивлена? – насмешливо поинтересовалась Катина.

Девушка сидела на кровати, одетая в легкомысленное платье, больше напоминавшее пеньюар. Глубокое декольте едва прикрывало пышную грудь, разрезы по бокам подола начинались от середины бедра, позволяя демонстрировать во всей красе крепкие девичьи ноги, да и сам фасон платья был таков, что ткань плотно обтекала тело, не оставляя простора для фантазии.

– Я здесь живу. Ну и работаю. Как и ты.

– Удивлена, – призналась Тали. Ей не понравились ядовитые нотки в голосе подруги. Как и сама ситуация в целом. – Только ты ошибаешься, я здесь не работаю. Просто так сложились обстоятельства, и мне придется провести в этом доме какое-то время.

– Ой ли?

Катина вульгарно расхохоталась, запрокинув голову. Тали неприятно удивилась тому, как переменился образ ее подруги. Словно сбросив прежний скромный наряд, она поменяла свою суть. Куда подевалась бойкая, но милая и воспитанная девушка?

– Прошу тебя, только не говори, что оказалась здесь случайно! – скривила рот Катина. – Я столько раз это слышала, что, право, устала.

– Ты пришла позлорадствовать, или у тебя какое-то дело ко мне?

– Лаура велела передать тебе новую одежду, ну и объяснить, что к чему. Через пару-тройку часов появятся первые клиенты, нужно, чтобы к этому времени ты была готова.

– Знаешь что, Катина, проваливай к демонам! А Лауре можешь передать: если она снова попытается приставать ко мне с предложениями сделать карьеру, я покину ее гостеприимное жилище, и пусть сама потом разбирается со своим хозяином. И ЭТО я не надену! – Тали красноречиво выставила вперед руку, в которой сжимала ярко-красное нечто, по ошибке названное платьем. – Верни мне мою одежду!

– Твоя одежда у прачек. Не нравится платье, ходи голая. А слова твои я Лауре обязательно передам, пусть сама с тобой разбирается. Делать мне больше нечего, как всяким строптивым девицам их место указывать. Я просто хотела помочь. По-дружески. Поддержать, поделиться парой секретов, которые пригодятся в работе.

– Иди ты со своими секретами и поддержкой!

– Не переживай, уже ухожу. Только напрасно ты думаешь, что лучше меня. Я знаю, кто твой покровитель. Он невероятно богат и хорош собой, и ты, наверное, рассчитываешь в скором времени стать княгиней. Так вот что я скажу, подруга: ты сильно заблуждаешься, если думаешь, что он заберет тебя отсюда и уж тем более женится на тебе. Этого не случится. Поверь моему опыту и опыту остальных девушек, которые работают здесь. Я пережила подобное и видела, как то же самое происходит с другими. Сначала покровитель убеждает тебя переехать сюда, чтобы, по его словам, иметь возможность безопасно встречаться в любое время, не вызывая пересудов в обществе. Он заботится о тебе, платит содержание, иногда вывозит в город на прогулки, затем, спустя месяц или два, ты начинаешь замечать, что он приходит все реже, денег оставляет все меньше или не оставляет вовсе. И вот в один прекрасный день ты узнаешь от кого-то из девочек, что он посещает другую, здесь же, и при этом не считает нужным дальше содержать тебя. Потом появляется Лаура и очень ласково рассказывает тебе о новых обязанностях, которые ты должна выполнять, чтобы остаться тут и сохранить прежний образ жизни. Вначале ты отказываешься, и тогда Лаура печальным голосом сообщает, что в таком случае ты должна покинуть ее дом немедленно. И ты понимаешь: идти тебе некуда, помощи просить не у кого, так как в этом городе нет ни одного человека, которому не наплевать на тебя. Средств на жизнь тоже нет, ведь твой покровитель больше не приходит и денег не присылает. То есть путь у тебя только один: в шлюхи, но уже портовые или уличные. А там о тебе никто не будет заботиться и обеспечивать комфорт. Это здесь ты можешь позволить себе провести ночь с одним клиентом, в мягкой кровати, а не грязной подворотне. И любить тебя будет высокородный мужчина, а не воняющий перегаром и потом матрос или беглый каторжник. У каждой из нас своя история, но в чем-то они очень схожи. Так что смирись со своим положением и не тешь себя пустыми иллюзиями.

Закончив говорить, Катина гордо вскинула голову и вышла из комнаты, оставив потрясенную Тали одну.

До этого момента Тали считала ее подругой и переживала за ее судьбу. Сейчас же девушка переменила мнение. Она не испытывала сочувствия к Катине. Не так уж плохо ей тут живется, раз вернулась сюда из госпиталя. Наверняка доход выше и забот меньше. Тали не сомневалась, при желании Катина смогла бы найти другую работу: наняться гувернанткой или компаньонкой к пожилой даме, благо воспитание и образование позволяли, предыдущее общение с ней не оставляло сомнений в этом, горничной, на худой конец. После службы в госпитале она могла получить приличные рекомендации. Но девушка сама выбрала такую судьбу. Не исключено, что ей нравится проводить ночи с «высокородными мужчинами», есть из фарфоровых тарелок, спать на перине и не думать о том, как прожить на скудное жалованье.

В дверь постучали, затем, не дождавшись ответа, в комнату вошла Лаура.

– Милая, почему ты еще не одета? – поинтересовалась женщина.

– Я это носить не буду. Пожалуйста, верните мою одежду. Я благодарна вам за желание помочь, но, видимо, у нас разное понимание того, что такое помощь. Я не хочу больше оставаться в вашем доме и злоупотреблять вашим гостеприимством.

– Все сказала? Хорошо. Теперь послушай меня. Мне встретилась Катина, она передала твои слова. Не знаю, что она наговорила тебе, хотя догадаться нетрудно. Я послала ее передать новую одежду, не более. Думала, раз вы знакомы, тебе будет проще. Выходит, ошибалась.

– Вы знаете, что мы знакомы?

– Естественно. Один человек, которому я не могу отказать, велел мне выделить смышленую девочку, чтобы она какое-то время приглядывала за тобой в госпитале.

– С чего вдруг такая забота о моем благополучии?

– Не знаю. Все мои вопросы о причинах и целях остались без ответа. Видимо, кому-то очень влиятельному небезразлична твоя судьба. И это неплохо, не правда ли? Ты находишься в моем доме на особом положении. Работать тебя никто не заставляет. К слову, я вообще никого ни к чему не принуждаю. Девочки живут здесь по доброй воле и получают неплохой доход. Уж поверь мне, гораздо больший, чем в твоей лечебнице. Всю домашнюю работу выполняют слуги, коих немало. Попасть сюда считается большой удачей, поэтому держать здесь кого бы то ни было силой у меня нет ни повода, ни желания. Надеюсь, мы все прояснили и больше к этой теме возвращаться не станем. Что касается одежды… Все девушки носят подобные платья, чтобы нравиться клиентам. Все-таки здесь веселый дом, а не монастырь. Ты должна одеваться так же, если не хочешь вызвать подозрений. Кроме того, я всем сообщила, что ты живешь здесь по желанию своего покровителя. Многие попали сюда таким же образом, поэтому никто не задастся вопросом, почему ты не выходишь к клиентам. Так ты не будешь привлекать к себе внимания. Мои девочки, да и слуги, слишком болтливы, чтобы говорить им правду. Постарайся ни с кем не ссориться, даже с Катиной. Выходить тебе нельзя, слишком опасно, а общаться с кем-нибудь да нужно. Иначе одичаешь.

Когда Лаура ушла, девушка надела свое новое платье из тонкого шелка и гипюра, покрутилась перед зеркалом. Платье обманчиво свободного кроя при каждом движении оголяло какую-нибудь часть тела: чуть поведешь плечом – открывается грудь, сделаешь шажок – из складок подола выглядывает бедро, спина и вовсе бесстыдно обнажена. Красный цвет, уместный на королевской мантии или в наряде шлюхи, с беспощадной прямолинейностью убеждал, что она отнюдь не королева. Ткань была воздушной, практически невесомой, и Тали поняла, отчего в доме так натоплено. В подобном наряде немудрено подхватить воспаление легких. Здесь действительно заботились о комфорте работниц.

Тали размышляла о личности покровителя, благодаря которому она оказалось в борделе. Кроме Дара на ум никто не шел. Только ему небезразлична ее судьба, и у него могли иметься знакомые в теневой гильдии, готовые оказать небольшую услугу. Но каким же отъявленным подлецом надо быть, чтобы придумать такую авантюру! Неужели не нашлось другого способа скрыть ее от наемных убийц? Или он такое будущее уготовил Тали? Видимо, она заблуждалась, наделяя Дара достоинствами, ему не присущими. Как же плохо она его знает!

В комнате было тепло, но мысль о том, что Дар повел себя по отношению к ней так же, как и мужчина Катины, пристроивший ее в публичный дом, вызывала озноб.

Нет, она не согласна на такую жизнь и такое обращение. Она любит его всем сердцем, но не позволит относиться к себе как к продажной девке. Когда закончится война, она с отцом вернется домой, вернется, как бы ни было больно оттого, что придется отказаться от любви, но лучше провести остаток жизни с разбитым сердцем, чем повторить судьбу Катины, доверившись мужчине.

Грустные мысли прервала служанка, появившаяся с ворохом одежды, большую часть которой составляли платья, похожие на то, что было на девушке. Шкаф пополнился шелками разных оттенков красного.

Ужин подали в комнату, и Тали ела в полном одиночестве. Привыкшая к постоянной деятельности, она не знала, чем себя занять. Чтобы не думать о Даре, девушка стала повторять в уме названия костей и мышц. После решила поупражняться с кинжалами, на что платье ответило угрожающим треском, и она бросила эту затею.

Лучше бы играла роль служанки, подумала Тали. Хоть какое-то занятие. От ничегонеделания можно и с ума сойти.

Отчаявшись, она принялась искать набор для рукоделия, но безуспешно. Видно, прошлая владелица не интересовалась такими вещами. Тали пыталась представить, чем занимают свободное время девушки, живущие в доме. Но голову заполонили картины, больше относящиеся к их работе, чем досугу. Устав фантазировать, она решила познакомиться с кем-нибудь и попросить пару книг.

Девушка приоткрыла дверь, ведущую в коридор. В комнату ворвались звуки музыки и отголоски смеха. Тали, позабыв, где находится, направилась на гомон людских голосов.

Спустившись по лестнице, она очутилась в просторной гостиной, той, с которой началось знакомство с домом. Гостиная больше не пустовала. Кресла и диваны были заняты развалившимися на них мужчинами разных возрастов и разной комплекции, но с одинаковым выражением пресыщенности на лицах. Вокруг гостей вились облаченные в такие же вульгарные, как у Тали, платья юные прелестницы, наполняя бокалы и угодливо смеясь пошлым комплиментам.

Одна из девушек, постоянно сбиваясь, наигрывала на клавикордах разудалую мелодию, под которую отплясывало несколько пар, позволяя себе в танце куда больше, чем принято на балах.

Тали в нерешительности застыла на последней ступеньке.

Ее заметили сразу. Богато одетый добродушный толстяк ссадил с колен свою подругу и направился к Тали.

– Идем к нам, красавица, – произнес он, беря девушку под локоть и целуя в шею.

Тали попыталась вырвать руку, но ей не позволили. Мужчина потянул ее в гостиную.

– Где ты задержалась, малышка?

Мужчина вывел упирающуюся девушку в центр комнаты.

– Господа, только посмотрите, что я нашел! В этой оранжерее распустился новый цветок. Настоящая этилийская роза. Лаура, почему ты скрыла от нас такую красоту?

Музыка смолкла. Все как один повернулись к новенькой. Мужчины глядели с нескрываемым интересом. Девушки с любопытством изучали новую работницу. В одной из них Тали узнала Катину и заметила ликование в ее взгляде.

– Простите, господа, но эта девушка занята, – вмешалась Лаура. Она подошла к Тали и обняла ее, отдаляя таким образом от мужчины. – Она только сегодня появилась в моем доме и, видимо, заблудилась. Правда, милая?

Тали кивнула.

– Пойдем, я отведу тебя в комнату.

– Лаура, позволь ей остаться, – поднявшись, попросил один из гостей.

– Сожалею, господа, но вы знаете правила. Пока у девушки есть покровитель, она не работает.

– А он счастливчик! – произнес толстяк, целуя Тали руки. – Если вдруг он охладеет к этой красавице, я должен узнать такую новость первым. Пообещай мне, Лаура.

Женщина рассмеялась.

– Лорд Летий, вы будете первым, кому я сообщу, не сомневайтесь.

Лаура потащила Тали вверх по лестнице.

– Как ты мне это объяснишь? – строго спросила она, остановившись у двери в комнату девушки. – Надумала все-таки подработать?

Тали быстро замотала головой.

– Нет, Лаура, ничего подобного. Просто я не знала, чем себя занять, услышала звуки и спустилась. Я не ожидала, что там будут посторонние мужчины.

– А чего, интересно, ты ожидала? Это веселый дом, и сейчас начало рабочего дня. Если не хочешь неприятностей, до утра из комнаты не выходи. И запри дверь, мало ли, с них станется отправиться на поиски, а я не блюститель нравов, чтобы вытаскивать из твоей койки своих лучших клиентов. Я не желаю ссориться ни с кем из них. Прими к сведению, если станешь делать глупости, будь готова к тому, что утром твои кровать и честь окажутся несколько помяты, хоть и не бесплатно. Слово «нет» в моем доме отсутствует, а начнешь упираться, клиент решит, что это часть игры. Все поняла?

– Да, Лаура. Этого больше не повторится. Только, пожалуйста, дай мне какую-нибудь книгу. Мне совсем не хочется спать, а чем занять себя, просто не представляю.

– Ну хорошо, идем.

Лаура провела Тали в свои покои. Она занимала несколько комнат, обставленных со вкусом и украшенных акварельными пейзажами. Ничего в интерьере помещений не выдавало, кем является их хозяйка. Лаура провела девушку в кабинет с книжными шкафами, большая часть которых была заставлена трудами по экономике, бухгалтерскому учету, сводами законов и королевских указов. Имелась обширная коллекция философских трактатов. Нашлось и легкое чтиво. Несколько полок были отведены под популярные романы. Тали выбрала книги и повернулась к Лауре. Та сидела за столом, ожидая, когда девушка определится с выбором. На столе имелись писчие принадлежности, толстая прошитая тетрадь и абак. Обстановка говорила о том, что Лаура здесь работает. Взгляд девушки переместился на небольшую оттоманку, где лежала лютня.

– Вы играете?

– Нет, лютня принадлежала одной из девочек. Та неплохо играла и временами развлекала клиентов. Она больше не работает у меня. Накопила достаточно, чтобы открыть собственный веселый дом в другом городе. Когда уезжала, лютню, видимо, забыла.

– Вы не станете возражать, если я возьму ее на время?

– Бери, если хочешь. Она все равно здесь только для красоты. Ты играешь?

– Немного. Училась раньше, когда жила дома. А ноты есть?

– Были где-то. Сейчас посмотрю. Вот, нашла. Бери и пойдем. Мне нужно возвращаться к клиентам.

Очутившись в своей комнате, Тали первым делом заперла дверь на задвижку. На всякий случай подергала ручку, проверяя крепость засова. Удовлетворившись результатом, села на кровать и принялась настраивать лютню. Остаток вечера она провела за разбором старинной мелодии.

Трагическая баллада была написана знаменитым бардом позапрошлого века. Через пару часов мучений Тали вспомнила позабытые уроки и могла вполне сносно воспроизвести партитуру, предназначенную для двух голосов: женского сопрано и мужского баритона. Она перебирала струны, напевая слова любви, которые героиня произносила, прощаясь с возлюбленным. Она пела негромко, но с чувством, представляя, что это она, Тали, навсегда прощается с Даром, чтобы вскоре получить весть о его гибели в бою и, не перенеся горя, броситься вниз на камни с высокой башни старого замка.

Девушка раз за разом повторяла балладу, заучивая наизусть, пока не почувствовала, что ее клонит в сон. Она уснула не раздеваясь, обняв лютню рукой.

Следующие дни мало отличались друг от друга. Привезли ее вещи, оставленные в госпитале. Помня советы Лауры, Тали не решилась переодеться в привычное простое платье и расхаживала в шелках. Она успела познакомиться со всеми работницами веселого дома, коих насчитывалось пятнадцать человек: блондинки, брюнетки, рыжие, высокие и миниатюрные, стройные и с пышными формами. Две девушки имели в своей родословной эльфов, одна вообще выделялась из общей массы иссиня-черным цветом кожи, из-за чего пользовалась особым спросом и была любимицей хозяйки. В общем, бордель мог предоставить своим клиентам широкий ассортимент живого товара.

В разговоре с работницами Тали узнала, что Лаура держит еще один веселый дом, не в центре города, а ближе к портовой его части. Там клиентов обслуживали не только женщины, но и женоподобные юноши. И, по слухам, клиентам того заведения позволялось гораздо больше.

Все девочки были довольны своей участью, боясь лишь того, что в один прекрасный день Лаура укажет им на дверь. На такой случай у каждой имелись вполне приличные сбережения. Кто-то открыл вклад, кто-то покупал недвижимость, благо работа хорошо оплачивалась, среди клиентов было принято оставлять щедрые чаевые, поступавшие в полное распоряжение девушек. В целом к своей ночной жизни они относились как к очень доходной работе, не видя в ней ничего зазорного. Тали новые знакомые восприняли благожелательно, поинтересовались, как она попала сюда, но, получив в ответ несколько коротких фраз, в душу лезть не стали, рассудив, что, если той захочется поделиться, она сделает это сама, а уж выслушать ее всегда готовы.

Сама же Тали узнала массу историй, которые были очень похожи, права оказалась Катина. В основном девушки являлись отпрысками обедневших дворянских домов, с судьбой бесправных приживалок при богатой родне. Многих соблазнили, а после привели в публичный дом состоятельные и не отягощенные моралью родственники. Поначалу содержали и посещали, а после забыли об их существовании.

На общем фоне загубленной первой любви и поруганной невинности выделялась история чернокожей Леи. Она родилась в далекой Сарити, большей частью состоящей из раскаленной пустыни, жители которой селились в оазисах, расположенных на караванных путях. Среди обитателей оазисов было привычным делом предоставлять жен и дочерей проезжавшим мимо купцам для увеселений, разумеется, за плату. Лею с раннего детства готовили к роли общинной жены, поэтому к своему положению она относилась как к чему-то само собой разумеющемуся и не могла понять, отчего лица подруг накрывает тень печали, когда они вспоминают о том, как попали в веселый дом. Лею подростком купил у родителей заезжий купец. Через третьи руки она попала в Родгард и оказалась в одном из портовых борделей, где ее обнаружил Варий, покровитель публичных домов города, после чего повзрослевшая к тому времени Лея стала черным бриллиантом в коллекции Лауры.

В свободное время, а свободным были все часы, которые не уходили на сон, Тали читала и играла на лютне. На четвертый день, когда она сидела за столом и дремала над книгой, в дверь вдруг постучали. В комнату заглянула довольная Катина.

– К тебе гости.

Девушка хихикнула и скрылась.

В дверном проеме возник знакомый силуэт.

Тали поднялась, опрокинув стул, и застыла в нерешительности. Несколько дней она раздумывала над тем, как поступит, встретившись с Даром. Тот не давал о себе знать, и девушка решила, что Дар охладел к ней. Тали не сомневалась, Мариса исполнила просьбу и сообщила, где ее найти. Но Дар все не появлялся. И Тали решила, что будет правильно, если они расстанутся. Девушка долго готовила нужные слова, придирчиво взвешивая каждое, но сейчас они разом позабылись, и она стояла растерянная, глядя Дару в глаза, понимая, что все ее обиды глупы.

Он бросился к ней, разорвав разделявшее их расстояние. Обхватил ладонями лицо, осыпая торопливыми поцелуями.

– Тали, как же я скучал! Милая моя, дорогая! Прости, что не пришел раньше. Если бы я знал! Сколько раз я хотел плюнуть на все и забрать тебя из госпиталя. И только одна мысль останавливала меня: это причинит тебе вред, навлечет на тебя беду. Скажи, ты ждала меня, скучала по мне?

– Да! Да! – шептала она, возвращая поцелуи.

Мужчина поднял Тали, усадил на стол. Его губы были горячими и жадными, движения торопливыми, словно он боялся, что в любую минуту их могут разлучить, и спешил сделать ее своей, заклеймить поцелуями и объятьями. Тали не успела понять, как так вышло, что она оказалась распластанной на столе, с задранным подолом и разведенными ногами. А потом он потянул ее бедрами на себя.

– Дар, остановись! Пожалуйста! Не надо. Не здесь. Прошу тебя! Дар!

Он не слышал ее.

Тали попыталась вырваться из его рук, но Дар не позволил. Она сжала зубы, глядя в потолок, ожидая, когда все закончится.

С протяжным полустоном захват ослабел, и Тали отпихнула мужчину, спрыгивая со стола.

Дрожащими руками она пыталась поправить платье. Дар хотел обнять ее, но замер, натолкнувшись на яростный взгляд.

– Как ты мог! – закричала девушка. – Я же просила тебя! Просила, чтобы ты прекратил!

Она всхлипнула, пряча лицо в ладонях.

Дар растерянно посмотрел на нее, затем подхватил на руки, отнес в кровать. Лег рядом, обнимая, гладя вздрагивающую спину, отвел ее ладони, целуя мокрое от слез лицо.

– Я не хотела так… Не хотела здесь… – прорывалось сквозь судорожные рыдания. – Я же просила тебя, просила… Ну почему ты так?.. Словно со мной можно не считаться… Словно я шлюха!

– Тали, родная моя, девочка моя, успокойся, пожалуйста! Я не хотел тебя обидеть, просто не сдержался. Я скучал, изводился, запрещал себе думать о тебе, но ничего не мог с собой поделать. Без тебя я с ума схожу! Ну прости! Что мне сделать, чтобы ты перестала плакать?

– Уйди. Просто уйди. Прямо сейчас, – сквозь слезы сказала она.

– Нет. Пока ты не успокоишься и мы не поговорим, я никуда не уйду. А если и уйду, то только с тобой. У меня было время подумать, и я для себя все решил.

– И что же ты решил?

– Я надеялся, ты согласишься остаться здесь хотя бы на время. Это было бы самым лучшим вариантом. Так тебя никто не обнаружит, и мы могли бы часто встречаться, не привлекая ненужного внимания.

Дар говорил вдохновенно, убедительно, не замечая, как меняется лицо девушки, как кривятся в злой усмешке губы и недобро щурятся глаза. Он, сам того не ведая, практически дословно воспроизвел то, что сказала Катина, желая уязвить Тали.

– Но есть и другой вариант. Я купил дом в хорошем районе, нанял слуг. Ты переедешь в него, а я буду навещать тебя. В любом случае я не оставлю тебя и обеспечу тот образ жизни, к которому ты привыкла, когда жила с отцом. Раз тебе здесь не нравится, не нужно оставаться в этом доме. Да и я больше не вижу смысла делать тайну из наших отношений.

– Дар, это не дом! Это бордель! Ты понимаешь? И живут в нем продажные женщины. Проститутки! – Тали сорвалась на крик. – И ты сейчас говоришь, что было бы правильно оставить меня здесь, нанося время от времени визиты?! То есть считаешь меня такой же, как они?! Ты говоришь, что сможешь обеспечить мне прежний уровень жизни. А репутацию тоже сможешь обеспечить? Конечно, сможешь! Репутацию продажной девки, от которой отвернется приличное общество. А раз так, зачем мне уезжать отсюда? Это же очень удобно для тебя. И потом… Да, и что же потом? А знаешь что? Я расскажу. Вначале ты будешь радовать меня частыми визитами и богатыми подарками, затем станешь приезжать все реже, а после и вовсе не ко мне, а к какой-нибудь другой девице. Например, к Лее. У нее же черная кожа, а это так необычно! Потом Лаура сообщит этому, как его, Летию, такому толстому лорду, что я надоела своему прежнему покровителю, и у меня тут же появится новый. За ним следующий, а потом я в общем зале буду завлекать к себе любого, кто захочет скоротать со мной ночку. Пара-тройка лет, и я стану весьма обеспеченной дамой и даже смогу открыть веселый дом наподобие этого, или нет, лучше этого, такой, в котором прислуживают не только девочки, но и мальчики. Здорово я придумала? Скажи? Нравится тебе? Нет? Вот и мне тоже как-то не очень. Поэтому сейчас ты встанешь и уйдешь отсюда. И больше никогда не вернешься. Никогда! Ты меня слышишь?!

Дар поднялся, прошелся по комнате, скупыми, выверенными движениями поправляя одежду. Тали знала, так он пытается сдержать гнев.

– Я уйду. Просто чтобы не злить тебя. Но завтра вернусь и заберу отсюда. Мне не нравится то, что с тобой происходит. Видимо, это место на тебя плохо влияет. А раз так, тебе нечего здесь делать. Я скажу Лауре, чтобы велела собрать твои вещи. Ты переедешь в новый дом. Я приставлю к тебе охрану. Твоя знакомая рассказала, из-за чего ты очутилась здесь. Это целиком и полностью моя вина и моя ответственность. Я обещал защищать тебя, а вместо этого сам же подставил под удар. И к нашему разговору мы еще вернемся. Очень прошу, не придумывай больше всяких глупостей. Пойми одну простую вещь: ты нужна мне. Очень нужна. Я не отпущу тебя.