Читать книгу "Магнус Чейз и боги Асгарда. Книга 2. Молот Тора"

Глава XXXIX. Элвис покинул сумку для боулинга

– Требуем гостевых прав! – прокричал я. – Утгард-Локи, отпусти наших друзей!

По-моему, очень храбро с моей стороны, учитывая, что мы находились в скопище до зубов вооруженных и плохо одетых статуй Свободы.

Великаны расхохотались.

Один из сидевших у стойки бара крикнул:

– Не слышу! Говори громче!

– Требуем… – начал было повторять я, но в это время бармен опять врубил песню «Тысяча девятьсот девяносто девятый год», которая меня полностью заглушила. Великаны радостно взвыли.

Я посмотрел на Блитцена.

– Вот ты утверждаешь, что песни Тейлор Свифт – это гномичья музыка. В таком случае получается, Принс был великаном?

– Ну-у… – не сводил Блитц взгляда с Хэртстоуна, бившегося в кулаке Утгарда-Локи. – Нет, сынок. Получается просто, что великаны любят такую музыку. А вот как ты думаешь, не мог ли бы Джек вырезать наших друзей из этого кулака?

– Очень сомнительно, – не хотел даже пробовать я. – Утгард-Локи их прежде раздавит.

Алекс намотала на руку гарроту. Не понимаю зачем. Разве что собиралась почистить ею как зубной нитью зубы Утгарду-Локи.

– Ну, и каков наш план? – спросила она у меня.

– Дай подумать, – ответил я, потому что плана у меня не было.

Утгард-Локи провел пальцем по горлу, словно перерезая его. Не самый любимый мой жест, зато музыку тут же вырубили и гомон толпы разом стих.

– Мы ждали тебя, Магнус Чейз! – широко улыбнулся Утгард-Локи. – А что до твоих друзей, то они не пленники. Я просто поднял их повыше. Таким образом они сразу заметили ваш приход. Видишь, как они рады?

Я лично ни малейшей радости на лице у Сэм не заметил. Она извивалась в кулаке короля великанов в тщетной попытке освободиться и с явным желанием перебить всех, кто носит рубашки для боулинга и еще кое-кого из тех, кто их не носит.

Глаза Хэрта и вовсе пылали яростью. Он ненавидел, когда у него несвободны руки. Ведь это лишало его возможности говорить и творить магию. Смотреть на него сейчас было страшновато, потому что злость придала ему сходство с мистером Олдерманом.

– Если они не пленники, отпусти их, – потребовал я.

– Как пожелаешь. – Локи поставил Сэм и Хэртстоуна на стол, где они оказались ростом с великанский кубок для медовухи. – Мы хорошо обустроили их, и они ждали вас со всеми удобствами, – продолжал король великанов. – Нам известно от Крошки, что вы несете его сумку для боулинга, которую он просил вас доставить не позже сегодняшнего утра. Я уж было подумал, у вас не вышло.

Он произнес это таким тоном, словно эта проклятая сумка должна была стать нашим выкупом за свободу друзей. Что же ждало в таком случае Сэм и Хэрта, не справься мы со своей задачей? А они, наверное, ожидая нас целые сутки здесь, уже вообще сомневались, живы ли мы.

– Сумка с нами, не беспокойтесь, – ткнув Блитца в бок, объявил я.

– Так и есть, – шагнул вперед гном, подняв на вытянутой руке свое творение. – Пустая кожа, которая вскорости завоюет заслуженную известность в категории сумок для боулинга. Завершена Блитценом, сыном Фрейи, а Джек помогал.

Сквозь толпу к нам с трудом протиснулся наш старый добрый друг Крошка. По сравнению с прочими великанами он казался действительно маленьким. Его серая рубашка для боулинга была вся в потеках медовухи. Мужественный пучок на затылке рассыпался.

– Что вы сделали с моей сумкой? – возопил он. – Ей противопоказана стирка на обычном режиме! Она же стала микроскопическая!

– Как и ты сам, – бросил с издевкой кто-то из великанов.

– Заткнись, Хьюго! – огрызнулся Крошка.

– С твоей сумкой ничего страшного не случилось, – произнес Блитцен голосом, в котором сквозил леденящий страх. – Она вернется в нормальный размер сразу же после того, как ваш король заверит, что у нас есть гостевые права. У нас троих и у наших друзей на столе.

– Ну что же, Крошка, – засмеялся Утгард-Локи. – Похоже, они исполнили твою просьбу. Сумка твоя доставлена.

– Но… – Крошка растерянно указал на свою экстра-маленькую сумку.

– Я бы на твоем месте, Крошка… – Суровый взгляд короля заставил его заткнуться, и он лишь испепелял нас свирепым взглядом. И куда только подевалось его добродушие?

– Ну да, – процедил он сквозь зубы. – Они выполнили свою часть договора. И я… Ручаюсь за них. Но только очень-очень немножко.

– Ну вот. Получайте желаемое, – провозгласил король. – Все вы официальные гости в моем кегельбане. – И, подхватив Сэм и Хэрта, он опустил их на пол. Меч Скофнунг и камень, к счастью, по-прежнему находились при валькирии.

– Друзья мои! – продолжал, обращаясь к собранию великанов, Утгард-Локи. – Если мы с вами останемся в том же размере, то, принимая наших гостей, перенапряжем зрение, чтобы случайно не раздавить их, еду им окажемся вынуждены подавать пинцетом, а кубки их наполнять из пипеток. По-моему, это скучно. Давайте лучше немного убавимся.

Среди великанов поднялся ропот, но на открытые возражения королю никто из них не отважился. Утгард-Локи щелкнул пальцами. Комната завертелась. Голова у меня пошла кругом.

Кегельбан из неимоверно огромного превратился в просто большой, а великаны в среднем уменьшились до роста очень высокого человека, и теперь нам, чтобы увидеть их, не требовалось запрокидывать головы, когда даже после этого нашим глазам открывались лишь темные кратеры их широченных ноздрей.

Самира и Хэрт поспешили к нам.

– Ты в порядке? – тут же осведомился жестами Блитц у Хэрта.

– Где вы были? – отозвались вопросом на вопрос руки эльфа.

Самира озарила меня улыбкой из разряда я-убью-тебя-позже.

– Где вы пропадали? – спросила она.

– Долгая история, – отмахнулся я.

– Ты уж нас извини. Мы так опоздали, – сказала Алекс, и это ее извинение удивило меня сильнее, чем все остальное, произошедшее с нами за сегодняшнее утро. – Здесь-то без нас что творилось?

Сэм ей ответила взглядом рассказать-тебе-не-поверишь.

Не думаю, что с ними произошли события более странные и впечатляющие, чем с нами, но прежде, чем мы успели обменяться своими историями, Крошка, шагнув к Блитцену, схватил свою сумку, которая, благодаря уменьшению великанов, стала вполне приемлемого для него размера.

Рванув замок молнии на себя, он облегченно выдохнул.

– Слава тебе, Йотунхейм, дорогая моя отчизна, Элвис цел!

Он выхватил изнутри шар для боулинга и принялся тщательно изучать его. На круглой его поверхности красовался цветной фотопортрет Элвиса Пресли тысяча девятьсот семидесятого года – периода его выступления в белом комбинезоне со стразами.

– Надеюсь, они не сделали тебе больно, малыш? – Крошка поцеловал шар и, крепко прижав его к груди, свирепо зыркнул на Блитцена. – Счастье твое, что ты не нанес вреда Элвису, маленький гном.

– Не собирался я наносить вреда Элвису, – ответил Блитцен и, изловчившись, вырвал сумку из Крошкиных рук. – Но вот Пустую кожу мне лучше пока придержать при себе как страховку. Обратно ее получишь, когда мы уйдем отсюда в целости и сохранности. А на случай, если ты против нас задумал что-то плохое, учти: сумка меняет размер только по определенной команде. И тебе, сколько ни думай, вряд ли удастся угадать нужное слово.

– Что-о? – взвизгнул Крошка. – Разве эта команда не Пресли?

– Нет.

– Может, Грейсленд?

– Тоже нет.

– Друзья! Друзья! – прервал их содержательный диалог Утгард-Локи. – Сегодня ведь день состязаний, – широко распростер он руки в стороны. – Не будем же ссориться. К нам пожаловали дорогие гости. Вот и давайте пировать и соревноваться. Музыку! Напитки для всех!

Колонки грянули песню «Маленький красный корвет». Толпившиеся возле нас великаны рассредоточились по помещению. Одни из них возвратились к бару, другие к игровым автоматам, третьи – к дорожкам для боулинга. Некоторые из йотунов кидали на нас кровожадные взгляды в явной готовности нас перебить, невзирая на все наши гостевые привилегии. Особенно много было таких в серых, как у Крошки, рубашках. Меня утешала мысль, что, если случится худшее, мы живо крикнем «Пароль!» – и все это здание уничтожит лавина отличной кожи с гномичьей вышивкой.

Утгард-Локи похлопал Крошку по спине.

– Все в порядке. Иди-ка выпей йотунского сока.

Крошка с прижатым к груди шаром Элвис направился к бару, кидая время от времени через плечо злобные взгляды в нашу сторону.

– Нам нужна информация, Утгард-Локи, – обратился я к королю.

– Не сейчас, идиот, – прошипел он сердито, хотя на лице его сохранялась по-прежнему радостная улыбка. – Прикинься веселым, как будто мы с тобой шутим.

– Что-о? – вытаращился я на него.

– Метко сказано! – с рокочущим хохотом воскликнул король-великан.

– Отличная шутка, – выдавила из себя сдавленный смех Сэм.

– Да! – вторил ей правильным утробно-гномичьим смехом Блитцен.

– Умора! – внесла свою лепту Алекс.

– Ха! Ха! – показал руками веселье Хэртстоун.

Утгард-Локи продолжал улыбаться мне, однако глаза его были остры, как кинжалы.

– Ни один из собравшихся здесь великанов, кроме меня, не поможет вам, – зашептал он. – Поэтому, если вы не сумеете должным образом проявить себя, вам отсюда живыми не выйти.

– Ничего себе, – возмутился Блитцен. – И это притом что вы нам предоставили гостевые права? Вы же король.

– Я и так употребил в помощь вам все свое влияние и доверие ко мне подданных, иначе бы вы не дожили и до нынешнего момента, – ответил ему Утгард-Локи.

– В помощь нам? – спросил я. – И козла нашего убили с этой же целью?

– И проникли в Вальгаллу тоже, чтобы помочь нам? – подхватила Сэм. – Не говоря уж о том, что вселились в ни в чем не повинного летчика-инструктора.

– Все исключительно с целью уберечь вас, простодушные смертные, от капкана, который расставил вам Локи, – ничуть не смутили наши слова короля великанов. – Но вы тем не менее умудрились попасть в него. – И, повысив голос, он прокричал исключительно для своих подданных: – Хвастаться ты умеешь отлично, маленький смертный, но не надейся, что победишь великанов! – Не все здесь считают, – снова понизил он голос почти до шепота, – что Локи необходимо остановить. Вы с моей помощью ему помешаете. Но, прежде чем я расскажу, каким образом, вам придется мне подыграть. Потому что, если вы не заслужите уважение моих подданных, меня свергнут и один из этих тупиц станет новым королем. Вот тогда-то нас с вами уж точно ждет верная смерть.

Алекс окинула пристальным взглядом толпу великанов, похоже, прикидывая, кого первым из них срезать своей гарротой.

– Ваше величество в перьях, – обратилась она к королю. – Почему же вы не прислали давно нам эту свою информацию эсэмэской, ну или бы позвонили кому-то из нас? К чему были все эти тайны, убийство козла и надувной Годзилла?

– У меня было много причин не звонить вам и не посылать эсэмэсок, – покачал головой король. – И главная из них та, что Локи всегда удается все выведать. Верно я говорю? – посмотрел он на Алекс.

Лицо ее пошло красными пятнами, и она молча кивнула.

– Ну, а теперь, – продолжил король, – пора вам присоединиться к нашему пиру. Пойдемте, я покажу вам ваш стол.

– Ну и как же нам надо будет доказывать, что мы достойны их уважения? – спросил я.

В глазах Утгарда-Локи вновь заблестели злобно-веселые искорки, что мне совсем не понравилось.

– Вы должны нас развлечь впечатляющими деяниями и обойти в состязаниях. Если вам не удастся, умрете.

Глава XL. Маленький Билли сам нарвался на это

Кегельбанский завтрак для великанов состоял из арахиса, чуть теплых хот-догов, не слишком свежих кукурузных чипсов, на которые накапали какой-то дряни, совсем не похожей на сыр, и полувыдохшейся медовухи со вкусом сахарозаменителя. Единственный плюс заключался в том, что все это подавалось в поистине великанском количестве, и так как я за последние сутки съел лишь остатки фалафели да шоколад, голод подвиг меня мужественно поглощать весьма мерзкое местное угощение.

Команды игроков в боулинг сидели возле дорожек и, закидывая огромными порциями в рот еду, громко хвастались друг перед другом своей удалью по части сбивания кеглей.

Мы с Сэм, Хэртстоуном, Блитцем и Алекс сидели на пластиковой скамейке за опоясывающим колонну столом и, выискивая на своих тарелках наиболее съедобные кусочки еды, с беспокойством оглядывали толпу.

По настоянию Утгарда-Локи мы переобулись в специальные ботинки для боулинга, которые оказались нам всем велики, да к тому же были ядовито-оранжевого цвета. Блитцен, глянув на свою пару, впал в состояние, близкое к аллергическому шоку. Нас с Сэм и Хэртом охватило умеренное раздражение. А Алекс, наоборот, осталась вполне довольна. Хорошо еще, нас не заставили облачиться в такие же, как у них, рубашки.

За едой нам наконец удалось рассказать Сэм и Хэрту о своих приключениях в лесу.

– И каким это образом, Магнус, тебе всегда достается самое легкое? – покачала головой Сэм.

– Легкое? – вскинулся я.

– Ну, по сравнению с тем, что нам с Хэртом пришлось целые сутки бороться за выживание, – продолжала она. – Раз шесть чуть было не умерли.

Хэрт выставил вверх семь пальцев.

– Ну да, семь, – кивнула Сэм. – Я забыла историю с туалетом.

Блитцен старательно прятал ноги под скамейку, чтобы не наносить себе травму видом безобразных ботинок.

– А великаны разве не предоставили вам гостевых прав? – спросил я.

– Мы сразу же их потребовали, – кивнула Сэм. – Но что толку, когда эти горные йотуны изо всех сил стараются исказить смысл всего, что ты им говоришь, а изображая радушие и гостеприимство, только и ждут, когда тебя можно будет убить.

– Как и те милые сестры, с которыми нам посчастливилось познакомиться в январе, – напомнил я ей о нашем прошлом путешествии в Йотунхейм. – Они так любезно нам предлагали поднять наши стулья до уровня стола, чтобы мы с удобством поели. И понеслись стульчики вместе с нами к самому потолку. Нас только чудом тогда не расплющило.

– Вот-вот, – хмыкнула мрачно Сэм. – Представляете, я вчера попросила попить, и бармен швырнул меня в полную кружку пива. Но, во-первых, я мусульманка и алкоголя не пью, а во-вторых, если бы не Хэртстоун со своей рунной магией, мне бы из этой глубокой кружки со скользкими стенками просто не удалось бы выбраться.

– Пришлось следить за всем, что говорим, – жестами объяснил Хэрт. – Я спать захотел. Попросил, чтобы мне показали, где это можно. И в результате меня едва не забило до смерти устройство для возвращения шаров.

Сэм перевела его жесты Алекс.

– Неудивительно, что вы оба так плохо выглядите, – отозвалась та. – Без обид, конечно, ребята.

– Какие уж тут обиды, – вздохнула Сэм. – Мы постоянно ждали каких-нибудь новых подвохов. Хэртстоун меня охранял, но это мало что нам давало. Великаны нас то и дело вызывали соревноваться с ними в ловкости.

– Иллюзии, – объяснили руки Хэртстоуна. – Здесь все видится совсем не таким, как на самом деле.

– Да, – поддержал его Блитц. – Ровно то же, что с Крошкой и его сумкой для боулинга. Утгард-Локи и его подданные – мастера иллюзий.

Я задумался, насколько же велики великаны на самом деле и как они будут выглядеть без своих колдовских ухищрений? Возможно, эта их безобразная одежда для боулинга – тоже одна лишь иллюзия, которая создана, чтобы нас раздражать и нервировать.

– И как же здесь отделить иллюзию от действительности? – произнес я вслух.

– А самое главное, – взяла Алекс с тарелки кукурузную чипсину, которая совершенно раскисла от липкой псевдосырной оранжевой массы, – может ли мне показаться, что эта гадость в действительности буррито из «Такерии Анны»?

– Мы должны оставаться все время настороже, – не отреагировала на ее шутку Сэм. – Поздно вечером, когда мы с Хэртом сумели наконец очень точно и аккуратно сформулировать просьбу насчет постелей, нам выдали по спальному мешку, но при этом мы должны были доказать, что способны самостоятельно с ними справиться. В итоге промучились целый час, но даже с места их не сумели сдвинуть. А потом Утгард-Локи нам объявил, что они сделаны из свернутых в рулоны тонких листов титана. Ох, как же весело великаны смеялись.

Я пожал плечами. Интересное у великанов чувство юмора.

– Про кота расскажи, – прожестикулировал Самире Хэртстоун.

– А потом был действительно кот, – брезгливо поморщилась Сэм, словно речь шла о какой-то ужасной гадости. – Он и сейчас где-то здесь.

Я огляделся, но ничего, хоть сколько-нибудь похожего на кота, не увидел.

– Перед ужином нас попросили вынести этого любимца Утгарда-Локи на улицу, – продолжала Самира. – Только не удивляйтесь, что мы его даже вдвоем не смогли поднять. Он ведь был никаким не котом, а африканским слоном весом в тринадцать тысяч фунтов. Но мы-то не знали. Целый час мучились в надежде, что как-нибудь справимся. Ну и в результате остались без ужина. Великанам нравится унижать гостей. Сил не жалеют, чтобы они себя ощутили слабыми и беспомощными.

– И чаще всего у них получается, – хмуро бросил Блитцен.

А ведь и впрямь мастера, отметил я про себя. Это какой же силы должна быть иллюзия, чтобы огромнейший слон показался домашним котиком?

– А способ бороться-то с этим есть? – меня охватила тревога. – Нам ведь с вами придется произвести на них впечатление и побеждать в состязаниях. Заранее извиняюсь, конечно, но я вряд ли выйду победителем в схватке со свернутыми мешками или в переноске слонокотов.

Сэм подалась к нам поближе и очень тихо проговорила:

– Что бы ни происходило, помните: это всего лишь хитрость. Старайтесь смотреть на все их уловки как бы со стороны. Ломайте стереотипы. Делайте неожиданное.

– Ага, – уловила Алекс. – Вроде того, что я каждый второй день жизни проделываю с собой.

– Вот именно, – снова заговорила Сэм. – Твой опыт очень нам пригодится. Кстати, по поводу чуши, которую нагородил нам Утгард-Локи. Никогда не поверю, что он и вправду хочет помочь.

– Ну, дорогие гости, – раздался над нашими головами голос Утгарда-Локи. Для крупного чувака в рубашке из перьев он умудрялся на удивление незаметно подкрадываться. Перегнувшись через заграждение возле нашего стола, король навис над нашими головами, размахивая, как скипетром, огромным хот-догом, обжаренным в кукурузном тесте. – Предупреждаю, что на еду вам осталось всего две минуты, а затем начнутся игры.

– Вроде тех, в которые мы играем со вчерашнего дня? – поинтересовалась Сэм.

Утгард-Локи глянул на нее орлом, который ради обеспечения сытного ужина собрался спикировать с вышины на какого-нибудь грызуна или даже мелкого человека.

– Пойми, Самира: мои подданные изрядно возмущены тем, что я вас сюда пригласил. Поэтому вам и необходимо проявить себя в лучшем виде. Развлеките их. Поразите впечатляющими поступками. Докажите, что вы достойны здесь находиться. Увы, я не в силах вам в этом ничем помочь. Окажи я вам хоть малейшие преференции, мои люди тотчас же обернутся против меня.

– Фиговый же ты король в таком случае, – вырвалось у меня.

Он скользнул по мне презрительным взглядом, а затем громким голосом, чтобы слышали подданные, воскликнул:

– И это все, что вы смогли съесть, хилые смертные? Да в наших младенцев влезает больше! А ты, – указал он на меня своим кукурузным хотдогом. – Тебе кажется, что ты разбираешься в лидерстве, Магнус Чейз, – очень тихо произнес он. – Однако реальная королевская власть зиждется на сбалансированном сочетании железа и медовухи, страха и щедрости. Поэтому, сколь ни велик я в области магии, мне не удастся навязать свою волю всем великанам. Я один, а их много. Разгневавшись на меня, они неизбежно окажутся в большинстве. Вот почему я вынужден каждый день снова и снова завоевывать их уважение. А теперь то же самое предстоит и вам.

Алекс изумленно на него глянула.

– Но зачем же вы помогаете нам вернуть молот Тора, если для вас это связано с такой опасностью?

– Да плевал я на молот Тора, – ответил король. – Асы сильно преувеличивают его значение. Оружие это, конечно, грозное. И страх у врагов пока вызывает достаточный. Но с наступлением Рагнарока число их окажется несравненно больше того, с которым в силах справиться Тор. Боги все равно умрут. Молот – блеф. Иллюзия всепокоряющей силы. А даже самые лучшие иллюзии, поверьте уж мастеру-колдуну, – ухмыльнулся он, – имеют свои пределы. Так что меня волнует не молот. Я хочу помешать планам Локи.

Блитцен поскреб бороду.

– Вас пугает, что после свадьбы он войдет в альянс с Тримом?

– Самые лучшие хот-доги в кукурузном тесте! – принялся снова актерствовать перед своими подданными Утгард-Локи. – Лучше не сыщешь во всем Йотунхейме! – Свирепо куснув свой хот-дог, он отбросил в сторону палочку, на которую тот был нанизан, и перешел на доверительный шепот: – Включи мозги, Блитцен, сын Фрейи. Конечно, меня пугает этот альянс. Уродливая жаба Трим и его сестра Тринга с удовольствием ввергнут Йотунхейм в войну. Войдя с Локи в альянс путем свадьбы и владея к тому же молотом Тора, Трим может стать таном танов.

– Владея молотом Тора? – подняла брови Сэм. – Вы хотите сказать, что, даже согласись я выйти за Трима, чего совершенно не собираюсь делать, мне все равно бы не удалось вернуть Тору Мьёльнир?

– Обмен свадебными подарками состоялся бы, однако совсем иным образом, чем вам кажется. – Утгард-Локи, вытянув руку, коснулся пальцами рукоятки Скофнунга, висевшего за спиной у Сэм. – Ну же, друзья. Шевелите мозгами. Вы должны понять суть проблемы, прежде чем я подскажу вам ее решение. Неужели же не улавливаете, чего добивается Локи?

– Король! – грянул из дальнего конца зала какой-то великан. – Что вы там понапрасну болтаете с этими смертными? Пора начать состязание!

Остальные в поддержку ему засвистели и заулюлюкали.

Утгард-Локи, выпрямившись во весь рост, улыбнулся подданным, словно вполне разделял их веселье.

– Да, конечно. Леди и йотунмены! Позвольте начать развлечение! – Он злобно глянул на нас сверху вниз. – Ну, почетные гости, посмотрим, чем вы сможете нас потрясти.

Все присутствующие разом к нам повернулись, с нетерпением ожидая, чем именно нам суждено обречь себя на позорный провал. Я лично талантлив лишь в двух областях: умении быстро смыться и поглощении огромного количества фалафели. Однако сейчас, до отвала наевшись хот-догов и химических начосов, я вряд ли бы смог блеснуть даже в какой-то из этих двух категорий.

– Да вы не стесняйтесь, – принялся нас подбадривать Утгард-Локи. – Давайте же, чемпионы из королевств смертных. Мы просто жаждем увидеть, на что вы способны! Сможете ли, к примеру, нас перепить? Или обогнать в беге? Или перебороть?

Самира встала со скамьи. Слава отчаянным и бесстрашным валькириям! Я даже в бытность свою простым американским школьником никогда не отваживался выйти первым в классе к доске. Пусть учитель и обещал, что первому будет легче и он поставит ему дополнительный балл, мне собственное спокойствие было дороже.

Сэм, шумно переведя дыхание, обратилась к толпе:

– Я ловко обращаюсь с топором. Кто хочет со мной сразиться в его метании?

Великаны захлопали, загалдели.

– Ох, какой же топорик-то у тебя маленький, Самира аль Аббас, – с довольным видом изрек Утгард-Локи. – Но, видимо, ты умеешь с ним обращаться. Хотелось бы назначить тебе в соперники нашего чемпиона в метании топора Бьорна Кливскалла, но, боюсь, он слишком тебя превосходит. Как ты смотришь на то, чтобы посоревноваться с Маленьким Билли?

Не успел он это произнести, из толпы великанов вышел курчавый мальчик. Выглядел он лет на десять. Пухлый его живот обтягивала полосатая рубашка. Брюки школьного образца держались на желтых подтяжках. Из-за тяжелой формы косоглазия зрение у него явно не фокусировалось, и, следуя к нам, он то и дело натыкался на столы и сумки для боулинга, что вызывало среди великанов взрывы веселого хохота.

– Билли пока только учится метать топоры, – объяснил Утгард-Локи. – Но, думаю, он тебе будет славным соперником.

Сэм скрипнула зубами.

– А где же цели?

Утгард-Локи щелкнул пальцами. В конце дорожек для боулинга номер один и номер три отворились люки, и оттуда поднялись вверх две одинаковые фигуры, изображавшие Тора с всклокоченными рыжими волосами и бородой и со столь напряженным лицом, словно у него было несварение желудка.

– По три броска каждому, – объявил Утгард-Локи. – Самира, желаешь начать?

– Нет, – отказалась она. – Пропускаю вперед ребенка.

Маленький Билли, спотыкаясь, проковылял к линии старта. Один из взрослых великанов положил перед ним кожаный сверток. В нем оказались три томагавка размером чуть ли не с самого Билли.

«Возможно, с Сэм все будет в порядке, – подумал я. – Кажется, Утгард-Локи нарочно ей выбрал такого соперника». Ох, как же я ошибался! Маленький Билли развил бурную деятельность. Один топор за другим полетели с такой скоростью, что я едва успевал фиксировать его движения. Мальчик опустил руки. Первое орудие врезалось Тору в лоб, второе – в грудь, а третье крепко засело в его мощной области между ног.

Великаны приветствовали своего спортсмена громкими выкриками «ура» и бурными аплодисментами.

– Недурно, – сказал Утгард-Локи. – Ну, а теперь посмотрим, под силу ли будет Самире, гордости валькирий, одержать верх над нашим десятилеткой.

– Обречена, – уловил я панический шепот стоявшей рядом со мной Алекс.

– Видимо, мы должны вмешаться, – заволновался Блитцен. – Сэм же нам говорила: «Ломайте стереотипы».

Вспомнив другой ее совет – «Делайте неожиданное», я схватил в кулак свой кулон и было уже собрался оживить Джека, чтобы спеть с ним дуэтом «Любовь никогда еще не была до того хороша» в надежде хоть ненадолго этим отвлечь великанов от Сэм, но, к счастью, Хэрт вовремя спас меня от позора, пальцами показав:

– Подожди.

Сэм внимательно поглядела на своего соперника. Затем перевела взгляд на деревянного Тора, в которого вонзились три топора соперника, и, судя по выражению, появившемуся на ее лице, приняла решение, каким образом станет действовать.

Встав на линию старта, она подняла топор. Гвалт в зале смолк. То ли публика проявляла к Сэм таким образом уважение, то ли просто, взяв паузу, набирала побольше воздуха в легкие, чтобы как следует рассмеяться, когда ее постигнет неудача.

Сэм плавно развернулась и запустила топор прямо в Билли. Публика ахнула. Лезвие топора вонзилось точнехонько мальчику в середину лба. Косые его глаза совсем сошлись к переносице. Он качнулся и рухнул навзничь.

Зал потряс громогласный рев великанов. Некоторые из них обнажили оружие.

– Стойте! – властным жестом остановил их король. – Скажи-ка, валькирия, – с яростью поглядел он на Сэм, – можем ли мы пощадить тебя после того, что ты сделала?

– Можете, – ответила ему Сэм. – Потому что другого способа выиграть состязание не было.

При том, что случилось, и ярости, которой были охвачены все великаны, готовые разорвать ее в клочья, голос ее звучал на удивление спокойно и ровно.

– Это не мальчик-великан, – указала она на тело Билли.

Ну прямо супердетектив из какого-нибудь популярного телесериала.

О том, сколь она была в действительности напряжена, свидетельствовали лишь узенькие ручейки пота, катившиеся из-под ее хиджаба, да напряженный взгляд, в котором читалось мольба: «О, только бы я оказалась права!»

Толпа великанов, в полной готовности броситься на Сэм, таращилась на труп Маленького Билли. Рука моя вновь потянулась к кулону на шее. Если мы будем вынуждены спасаться бегством, без Джека не обойтись. Но когда я уже собирался его разбудить, Маленький Билли вдруг медленно начал меняться.

Тело сморщилось. Губы усохли, обнажив зубы. Глаза затянула желтая пелена. Ногти выросли, превратившись в острые когти. А затем он, поднявшись с пола, вытащил топор из лба и зашипел на Сэм. Точь-в-точь как один из драугров принца Геллира.

Волны ужаса огласили зал. Многие великаны выронили из рук кубки. Кто-то, упав на колени, рыдал. Меня пробрала ледяная дрожь.

– Вот именно, – тихим голосом продолжала Сэм. – Надеюсь, теперь всем ясно, что это не Маленький Билли, а Страх, который быстро и точно наносит удары и всегда попадает в цель. Единственный способ его победить – нападение, поэтому именно так я и поступила. Соревнование выиграно.

Страх, отбросив ее топор в сторону, разочарованно зашипел и растворился в клубах ядовито-серого дыма. По залу пронесся вздох облегчения. Несколько великанов кинулись в туалеты. То ли их замутило от ужаса, то ли им срочно требовалось поменять трусы.

– Ну и Самира, – шепнул я Блитцену. – Как только ей удалось догадаться, что это Страх?

– Наверное, ей приходилось уже встречаться с ним прежде, – ответил он мне. – Насколько я знаю, великаны поддерживают хорошие отношения с множеством мелких божеств – Злостью, Голодом, Болезнью. Говорят, Старость многие годы даже играла в боулинг за команду Утгарда, хотя вроде и не особо успешно. Но мне никогда бы и в голову не пришло, что я лично встречусь со Страхом.

Алекс, похоже, была напугана, но на лице Хэртстоуна, при всей мрачности, я особого удивления не заметил. Может, за сутки, которые им пришлось провести здесь с Сэм, они успели увидеться и с другими мелкими божествами? Я по-любому считал удачным, что Самира вызвалась выступить первой. Меня бы с моим везением точно ждало сокрушительное поражение. Ну стала бы, например, мне соперником Радость. Прикажете, что ли, лупить ее Джеком, пока у нее с лица не сотрется блаженное выражение?

Утгард-Локи смотрел на Сэм. В желто-орлиных его глазах таился восторг.

– Полагаю, нам нет нужды убивать тебя, Самира аль Аббас. Ты действительно одержала победу. Этот раунд за тобой.

Сэм расслабленно опустила плечи.

– Значит, вы признаете, что мы проявили себя достойными? Состязание завершено?

– Отнюдь, – ответил король. – Мы должны убедиться, ловки ли так же, как ты, остальные наши гости.