Читать книгу "Вадстенский диарий. Хроника монахов-биргиттинцев"

702. Также, в тот же день Святого Сикста, во время мессы Блаженной Девы умер брат Клеменс Эмикини, который до вступления в орден был пребендарием Вестеросской церкви. Он был хорошим певчим и проповедником, скромным и незлобивым в обхождении, целомудренным, богобоязненным и благочестивым. Но за несколько лет до смерти он подвергся тяжким кощунственным искушениям, которые, надо полагать, способствовали умножению его заслуг и очищению от грехов. Также он три года находился в Финляндии, участвуя в основании нового монастыря. После этого, когда он вернулся в Вадстену, его послали в монастырь, расположенный в Бергене, чтобы усовершенствовать указанный монастырь и его обитателей.

703. Также, пекарня и место, где варится пиво, этим летом были обнесены стенами, опоясывающими их.

704. Также, алтарь Биргитты был построен заново и освящен господином и братом Олавусом Гуннари, епископом Вестеросским, во вторник октавы ангелов. И в последующие дни над алтарем была помещена драгоценная картина, приобретенная за 600 любекских марок.

705. Также, в день Святого Иеронима упомянутый господин епископ посвятил трех сестер ad intra – Катарину Никлисдоттер, Кристину Ханнесдоттер и Катарину Тюдекедоттер, а также брата Йоханнеса Йоханнис для служения в должности проповедника. До этого он был настоятелем приходской церкви в Вадстене.

706. Также, в день Всех святых умерла сестра ad intra Грета Андерсдоттер, на 49 году своей монастырской жизни.

707. В год Господень 1460. В день Обращения Святого Павла брат Йоханнес Бенекини сложил с себя полномочия ризничего, поскольку ему стало трудно ходить; он находился на этой должности 24 года. И ризничим был назначен брат Олавус Йоханнис, один из 13 пресвитеров.

708. Также, в день после октавы Агнесы после нескольких дней болезни умерла сестра Кристина Никлисдоттер из Шеннинге, причастившись таинств.

709. Также, в субботу Шестидесятницы умер брат Якобус Лаврентии. Он составил несколько сборников проповедей и изготовил список книги Откровений; был хорошим проповедником и ревностным блюстителем устава ордена. Он скончался на 15 году своей монастырской жизни.

710. Также, в воскресенье Oculi епископ Вестеросский, брат Олавус, посвятил в братья господина Мартинуса Олави и двух сестер – Анну Ханнесдоттер и Биргитту, дочь Йенса Гудмундссона, бургомистра Вадстены.

711. Также, сестра Маргарета Карлсдоттер умерла в среду перед праздником Разделения апостолов.

712. Также, в этом году король собрал по одной шведской марке с каждого жилища в Шведском королевстве вопреки законам страны; и всё собранное было увезено в Данию.

713. Также, этим летом было завершено строительство западной стены, соответствующей пропорциям новой кровли, которую построили (то есть, полностью заменили) в 1455 году по причинам, указанным в записи за упомянутый год[454]454
  См. запись 666.


[Закрыть].

714. В год Господень 1461. Умерла в день Святого Мавра сестра Катарина Ульфсдоттер, причастившись таинств. Она находилась на должности аббатисы в течение года, как указано выше, в записи под годом 1457. Скончалась она на 51 году своей монастырской жизни.

715. Также, в тот же год, на Пасхальной неделе, то есть в ближайшую пятницу перед воскресеньем Quasimodogeniti, во время утрени сестер умер брат Йоханнес Бенекини. Он прибыл из Кальмара, родился же на Эланде, и являлся пресвитером и диаконом. Скончался он на 45 году своей монастырской жизни. Был он чистосердечный, благоразумный, набожный человек и хороший ученый. Он составил немало письменных трудов для общей пользы – извлечений из проповедей и других трудов. И он сочинил 4 официя[455]455
  historias


[Закрыть]в честь святых, каковые суть следующие. Первый – о Святом Симеоне, который принял Христа в Храме; этот официй начинается так:

Assunt sancti Simeonis

prefulgentis Dei donis; и так далее.

Второй – о Святом Иоакиме, отце Блаженной Девы Марии; он начинается следующим образом:

Gaude, mater ecclesia,

promens leta memoria; и так далее.

Третий – о сестрах Блаженной Девы Марии; он начинается так:

Gaude celesti iubilo

Mentis excusso nubilo; и так далее.

Четвертый – о Блаженной Катарине, дочери Святой Биргитты. Вот его начало:

Lletare, Sy on filia,

iocundafac tripudia, и так далее[456]456
  Из указанных официев до нашего времени сохранился один: Laetare, Sion filia I locunda fac tripudia / Katharinae sollemniis II Que viduarum speculum / Erat contemnens saeculum / lam fruens caeli gaudiis… См. комментарий К. Гейрота, VD S. 301.


[Закрыть].

Пусть заслуги вышеназванных святых помогут его душе обрести вечное блаженство!

716. Также, в следующий вторник после Quasimodogeniti, который пришелся на праздник святых Тибурция и Валериана, господин Кетиль, епископ Линчёпингский, впервые посвятил двух сестер – Биргитту Хансдоттер из Норботтена, родственницу брата Микаэля, и Катарину, дочь Петера Торвы.

717. Также, в канун праздника Блаженной Марии Магдалены было завершено строительство восточной стены Вадстенской монастырской церкви, в соответствии с пропорциями новой кровли, которая была возведена в год Господень 1455 в силу причин, упомянутых выше[457]457
  См. запись 667.


[Закрыть].

718. Также, в тот же год, в день, когда проводится ежегодный синод Вестеросского диоцеза, умер достопочтенный отец, брат Олавус Гуннари, епископ вышеупомянутой Вестеросской епархии. Завистники отравили его ядом за то, что он публично порицал злоупотребления и невоздержанность некоторых представителей клира и делал им взыскание. Он был похоронен там же, в Вестеросском кафедральном соборе.

719. Также, в то же время король Кристиан находился в Стокгольме с большим войском датчан. Он пробыл там в течение почти всего лета. И в это время он наложил тяжелейший побор на народ всего королевства: все, даже церковные и монастырские ландбу, по всему Шведскому королевству, должны были уплатить по одной стокгольмской марке. Он удержал эти средства и вывез из королевства; как все говорят, он выкупил за эти деньги Голштинскую землю. Кроме того, в то же самое время упомянутый король обнаружил огромный клад золота и серебра в стокгольмском монастыре братьев-проповедников. Указанные сокровища оставил там король Карл, когда отправился в изгнание. Король Кристиан и эти сокровища вывез из королевства. Затем упомянутый король Кристиан прибыл сюда, в наш Вадстенский монастырь, около праздника Рождества Блаженной Девы Марии, и с ним вместе прибыли господин Кетилюс, епископ Линчёпингский, и многие другие советники Шведского королевства: господин Туре Турессон, марск; господин Густав Карлссон, господин Эренгисле Нильссон, господин Эрик Ниперц, и прочие. И от нашего монастыря король тоже потребовал, чтобы ему передали сокровища – те, которые давным-давно оставил здесь на хранение господин Эрик, в прошлом король этих трех королевств, чтобы основать коллегиум для духовенства здесь в Вадстене при приходской церкви, и проч. Также и эти сокровища, золото и серебро стоимостью 900 ноблей и 9 ноблей в тяжелой английской монете с согласия аббатисы Ингеборг Гертсдоттер и генерал-конфессора брата Магнуса, а также с общего согласия всех братьев и сестер указанный король целиком удержал в свою пользу – но при следующем условии: указанный король пообещал основать подобный коллегиум ради службы Богу при вышеупомянутой церкви, наделив и обеспечив его постоянными доходами на ближайшие четыре года. Если же он этого не сделает, он пообещал полностью возместить указанную сумму золотом и серебром в том же количестве и весе Вадстенскому монастырю по требованию; так сказано в подробной грамоте указанного короля, созданной и утвержденной касательно данной сделки.

720. Также, в год Господень 1462. В день Святого Ансгария, епископа и исповедника, достопочтенный отец, господин Кетилюс, епископ Линчёпингский, впервые с того времени, когда стал епископом, осуществил визитацию в Вадстенском монастыре. Его сопровождали два каноника – господин Гудмундус, кантор Линчёпингской церкви, и господин Хенрикус Тидеманни[458]458
  Хенрикус Тидеманни (Хенрик Тидеманссон) – член линчёпингского соборного капитула (1454–1465), избранный епископ Линчёпингский (1465–1468), епископ Линчёпингский (1468–1500). Происходил из крестьянской семьи. Учился в Ростокском университете, получил степень бакалавра. В числе прочего являлся поэтом, автором нравоучительных стихотворений.


[Закрыть]. Он исполнил все дела, как у сестер, так и у братьев, благочестиво и мудро, и выполнив всё, он препоручил себя их молитвам.

721. Также, в тот же год, в первое воскресенье Сорокаднева – иначе говоря, в воскресенье Invocavit достопочтенный отец Лаврентиус, епископ Векшенский, посвятил у нас в братья-диаконы господина Лаврентиуса Микаэлис из Норботтена. Этот брат принес большую пользу монастырю владениями, которые послал ему Бог.

722. Также, во вторник пред октавой Вознесения Господня наши братья – конфессор брат Магнус, брат Рюдкарус и брат-мирянин Магнус Хоканссон отправились в Финляндию в монастырь нашего ордена Нодендаль, чтобы исправить его обитателей и привести их к истинному и нелицемерному соблюдению устава и к затворничеству в стенах монастыря; что и было исполнено. Ибо упомянутые братья оставались там в течение всего лета, приводя обитателей монастыря к соблюдению устава и примиряя их с их епископом – господином Конрадом Абовским, с которым у них было множество споров и разбирательств. И в конце концов удалось добиться, чтобы они блюли постоянное затворничество в стенах монастыря, как предписано Уставом Святого Спасителя. Когда все это было завершено – достойно, добросовестно и во славу Бога – вышеназванные три брата благополучно вернулись в Вадстену, в свой монастырь, в день святого епископа Мартина.

723. Также, в октаву Блаженного Иоанна Крестителя, который пришелся на канун Посещения Блаженной Девы Марии, когда началось празднование упомянутого торжества, во время вечерни братьев, сестра Маргарета Карлсдоттер отошла к Господу на 27 году своей монастырской жизни.

724. Также, в день Блаженного Иеронима умерла сестра Хелена Вивастадоттер, в год Господень 1462, на 17 году своей монастырской жизни.

725. Также, за день до апрельских календ умерла сестра Маргарета Павальсдоттер, в вышеуказанный год Господень.

726. Также, в год Господень 1462, в день Блаженного Климента были посвящены Анна, дочь Фике Бюлова, и Анна Никлисдоттер, а также братья Гуннарус Беронис и Клеменс Петри. Обряд совершил достопочтенный отец и господин, господин Кетилюс, епископ Линчёпингский.

727. Также, около праздника Филиппа и Иакова, в год Господень 1463 получила посвящение сестра Маргарета Хаконсдоттер.

728. В год Господень 1463, во время Уппсальской ярмарки, которую жители королевства на народном наречии называют Дисатинг или Дистинг[459]459
  Disting (часто – с определенным постпозитивным артиклем: Distingen) – ежегодный тинг и ярмарка в Уппсале. В языческой древности это был всеобщий тинг свеев, на котором совершались жертвоприношения божествам – дисам; он проводился в начале февраля. В христианскую эпоху тинг и ярмарка стали приурочиваться к празднику Очищения Девы Марии (в русской традиции – Сретение), который приходился на 2 февраля; народное шведское название праздника – Месса Свечей (Kyndelsmassan).


[Закрыть], в верхнешведских краях королевства[460]460
  «in superioribus partibus regni»


[Закрыть] пошли слухи, что король Карл, который ранее бежал из королевства или был изгнан, намерен вернуться. Дело было так: архиепископ Уппсальский, господин Йоханнес Бенедикти, арестовал какого-то купца по имени Петер Простоволосый или Петер Нильссон и обвинил его в том, что он якобы доставил какие-то письма по поручению короля Карла неким знатным людям королевства. И хотя его взяли под стражу, заковали в цепи, держали в заключении и подвергали всяческим мукам, он неизменно отрицал то, в чем его обвиняли, и уверял, что никаких подобных писем не доставлял. Тем не менее упомянутые слухи настолько распространились, что господин архиепископ в этой связи стал подозревать множество знатных людей и представителей рыцарства, особенно друзей и родственников короля Карла. И об указанном слухе относительно возвращения короля Карла архиепископ лично объявил всему народу – всем, кто собрался в то время на ярмарку в Уппсале; и он сказал, что король Карл, находившийся в то время в Данциге, созвал множество людей – жителей разных земель, родом из разных краев, и вне всякого сомнения собирается ближайшим летом напасть на Швецию и ее опустошить.

В связи с этим начались немалые раздоры и распри между архиепископом и его сторонниками с одной стороны, и родичами короля Карла с другой. В конце концов архиепископ, напуганный упомянутыми слухами, направил различных посланцев к королю Кристиану, который тогда находился в Дании; и письменно, и устно через гонцов прилагая все возможные усилия, он убеждал короля, чтобы тот незамедлительно прибыл в Шведское королевство – причем, безопасности ради, с большим войском. Король тотчас внял его советам и увещеваниям, собрал большое войско, вступил в Шведское королевство, прибыл в Стокгольм примерно в середине Великого поста и оставался там вплоть до праздника Блаженного Иоанна Крестителя. И в то время многие, как знатные люди, так и прочие, особенно – горожане Стокгольма, подвергались жесточайшим мучениям и пыткам из-за упомянутых слухов о возвращении короля Карла; архиепископ, который в то время держал под своей властью Стокгольмский замок, подозревал, что они повинны в распространении этих слухов. А король Кристиан тем временем наложил огромный побор на жителей всего королевства – как на церковных и монастырских ландбу, так и на всех остальных; во всем королевстве каждый налогообязанный бонд[461]461
  Бонд – свободный налогообязанный крестьянин-общинник.


[Закрыть]должен был уплатить 12 стокгольмских эре, а каждый ландбу -6 эре в стокгольмской монете. По этой причине начались немалые волнения и распри между королем и жителями королевства; и проч.

729. Также, в тот же год и тем же летом, в день после праздника святого Иоанна и Павла умерла сестра Кристина Йенисдоттер.

730. Также, тем же летом в день Блаженного Ипполита умерла сестра Биргитта Педерсдоттер, родственница брата Микаэля.

731. Тем же самым летом, незадолго до праздника Блаженного Иоанна Крестителя, король Кристиан отплыл из Стокгольма и направился по морю в Финляндию со многими государственными советниками и представителями рыцарства, которые последовали за ним. Среди них также был господин Кетиль, епископ Линчёпингский, и другие прелаты и вельможи королевства. И в то время как король находился в Финляндии, произошло огромное стечение крестьян, живущих в Упланде, и они держали совет друг с другом и роптали на тяжелые поборы, которые король наложил на королевство. И тогда они, огромной толпой, числом три или четыре тысячи человек, пришли к господину архиепископу, который в то время находился дома, в Стокгольмском замке, а не с королем в Финляндии. Они попросили у него совета относительно столь обременительного побора, наложенного королем, потребовали освободить их от этого побора, и отчасти винили также архиепископа: ведь он дал согласие на столь тяжкий побор с народа; и проч.

В конце концов господин архиепископ услышал ропот, увидел, как возмущены люди, и испугался, что все это перерастет в мощное восстание. Тогда он пообещал, что поможет им: напишет письмо господину королю, чтобы он сократил наложенный побор. Крестьяне же, услышав это, тотчас держали совет, затем вновь явились к архиепископу и в один голос заявили: они ни за что не будут платить указанный налог, и не уплатят королю даже малой толики этой дани. Архиепископ, выслушав это, уговорил их всех до единого вернуться домой: архиепископ сам-де переговорит с королем и избавит крестьян от наложенного на них тяжелого побора. Крестьяне, услышав такой ответ, разошлись по домам. А архиепископ после этого действительно оповестил короля, находившегося в Финляндии, обо всем упомянутом выше – в письмах и через гонцов. Король же, прочитав письма архиепископа, созвал советников, чтобы как можно более основательно разобраться в том, что произошло. И король со знатными людьми, находящимися при нем, пришли к следующему выводу: архиепископ все вышеописанное устроил намеренно, чтобы народ восстал против короля; и проч. После этого король и его советники немедленно направились обратно в Швецию; к архиепископу же стали относиться с большим подозрением. А перед тем, как прибыть в Стокгольм, король предписал господину Кетилюсу, епископу Линчёпингскому, отделиться со своим кораблем от флотилии, вернуться в Эстеръётланд, в свою епархию, и впредь оставаться там. Причина заключалась в том, что линчёпингский епископ приходился родственником архиепископу.

Прибыв в Стокгольм, король тотчас явился в замок, арестовал епископа и держал его под стражей в замке. И из-за этих действий короля создалось положение, еще более опасное, чем прежнее. Ибо как только по королевству распространился слух, что архиепископ взят под стражу, крестьяне почти со всего Упланда собрались и с оружием в руках устремились к Стокгольму, чтобы освободить архиепископа; и они были враждебно настроены по отношению к королю, находящемуся там. Ибо в первую ночь, когда крестьяне подошли к северному пригороду упомянутого города, который на народном наречии зовется Норра Мальм, они тотчас же тайно и внезапно захватили остров, на котором расположена церковь Святого Духа; этот остров называется Хельгеандсхольм. И только когда они предприняли попытку проникнуть дальше, перейти по мосту над большим проливом и вломиться в город через городские ворота – тогда стражники проснулись, зазвонили в колокола, разбудили горожан, и те тотчас доложили о случившемся королю, который находился в замке. Когда король понял, что произошло, он немедленно приказал своим датским рыцарям и свенам, которые находились при нем, изготовиться к бою и разгромить войско крестьян, что подступило к городу. Этот приказ был исполнен. Уже утром следующего дня король и его рыцари выступили с оружием в руках против крестьян. И между ними состоялось яростное сражение; оно длилось почти целый день – до четырех или пяти часов вечера. Крестьяне в тот день понесли большие потери: как все говорят, были убиты более шестидесяти крестьян; но и из рыцарей многие были убиты. В конце концов рыцарям удалось до поры рассеять войско крестьян. И через некоторое время король со своим войском покинул Стокгольм и отплыл в Данию, увезя из Швеции взятого под стражу архиепископа; его почти год держали под стражей в башне Копенгагенского замка.

732. И сверх того следует знать, что король Кристиан, перед тем как увезти архиепископа из Стокгольма в Данию, как описано выше, созвал церковных прелатов и каноников – уппсальских, стренгнесских и вестеросских, в особенности тех, кто был весьма сведущ в области права. Когда они, как было сказано, собрались у короля в Стокгольме, он вынес на обсуждение некие статьи, записанные на одном листе и направленные против архиепископа – ужасные и роковые. И он пожелал, чтобы они тщательно рассмотрели указанные статьи и представили королю ответы на все поставленные вопросы[462]462
  Указанные вопросы – ценный источник по истории юридического и общественного положения скандинавского духовенства в середине XV века. Из них следует, что привилегии клира в данное время в принципе уважались, но король считал себя вправе в исключительных обстоятельствах нарушать эти привилегии, и в данном конкретном случае предъявил юридические обоснования таких нарушений.


[Закрыть]. Неизвестно, кто составил указанные вопросы; как бы то ни было, они приводятся здесь в том же порядке, дословно. Вот эти вопросы:

733. «Может ли король, не признающий над собой в своем королевстве никакую более высокую власть, в отсутствие вышестоящего церковного судьи и до тех пор, пока компетентный судья не рассмотрит дело, взять под стражу или подвергнуть заключению архиепископа или епископа по причине мятежа[463]463
  «racione feudi» (средневек. лат.).


[Закрыть] или нарушения клятвы верности, или по причине преступления против величества – особенно в тех случаях, когда речь идет о положении короля, о его персоне, а также об укреплении или ослаблении всего королевства. И следует ли в подобных случаях руководствоваться клементинским статутом Si quis suadente dyabolo[464]464
  Норма канонического права, статут, согласно которому тот, кто по наущению диавола убьет или арестует епископа, объявит епископа вне закона или издаст распоряжение о каком-либо из перечисленных действий, должен быть отлучен от церкви, причем снять указанное отлучение может только папа римский.


[Закрыть].

734. Также, может ли привилегия, основанная на упомянутом статуте Si quis suadente распространяться на того, кто запятнал себя преступлением против величества или на клятвопреступника.

735. Также, надлежит ли руководствоваться данным клементинским статутом, а также статутом In maligna[465]465
  Имеется в виду один из разделов т. н. Статутов Телье (статутов, принятых шведским духовенством на соборе в Телье в 1279 году; см. SDHK 1070). В указанном разделе – «О пленении клириков» (De captiuacione clericorum) говорится, в числе прочего, следующее: если мирянин взял под стражу клирика, на все королевство должен быть наложен интердикт, а сам этот мирянин должен быть отлучен от церкви. Начало текста – аллюзия на стих из Нового Завета (1 Ин 5,19): Scimus quoniam ex Deo sumus: et mundus totus in maligno positus est (Мы знаем, что мы от Бога и что весь мир лежит во зле); отсюда название документа «In maligna», употребленное в документе, который процитирован в Вадстенском диарии.


[Закрыть] применительно к преступлениям, которые не рассматриваются общим правом; ибо речь идет не о наущении диавола, а о решении мудрого государя; и проч.

736. Также, применим ли указанный клементинский статут в тех случаях, когда кого-то взяли под стражу безо всякого насилия или злых козней, но ради защиты личности и всего королевства, дабы не вспыхнули опасные мятежи; в каковых случаях дозволяется многое, что недозволено при других обстоятельствах.

737. Также, распространяется ли указанный статут In maligna на королей: ведь короли не связывали себя клятвенным обязательством блюсти этот статут.

738. Также, можно ли короля, взявшего под стражу какого-либо архиепископа ради пользы и укрепления королевства и подданных, и ради того, чтобы предотвратить опасность и пресечь губительные смуты, наказывать, руководствуясь указанным клементинским статутом Si quis.

739. Также, может ли на архиепископа, извергнутого из чина[466]466
  «irregularis» (средневек. лат.); здесь: извергнутый из чина, лишенный сана, расстрига.


[Закрыть]и отлученного от церкви, распространяться привилегия, основанная на упомянутом клементинском статуте Si quis suadente и на указанном статуте In maligna.

740. Также, может ли распространяться указанная клементинская привилегия на того, кто нарушил клятву, и таким образом запятнал себя не только как мятежник, но еще и более; на того, для кого закрыты врата на пути к почету.

741. Также, можно ли признать кого-либо изменником или врагом королевского величества до того, как ему будет вынесен приговор королевского суда.

742. Также, не следует ли того, кто причинит другому ущерб в том, что касается здоровья, чести или имущества, наказывать по закону воздаяния[467]467
  «lex talionis» – закон воздаяния (равносильного совершенному преступлению).


[Закрыть].

743. И могут ли распространяться вышеуказанные привилегии на того, кого надлежит наказывать по закону воздаяния.

744. Также, не надлежит ли в случаях, когда дело касается преступлений против величества, действовать заблаговременно, то есть предотвращая то, что может случиться; и не называется ли это – незамедлительно пресекать насилие[468]468
  «vim in continenti repellere» (лат.). Ср. принцип римского права (употреблявшийся также в каноническом праве) Vim vi repellere licet – «Насилие позволяется отражать силой», а также юридический термин in continenti – «незамедлительно» (который в свою очередь использовался и в римском праве, и в каноническом). Ср. Jus canonicum universum. Vol. V. P. 459.


[Закрыть].

745. Также, распространяются ли вышеназванные установления на королей; и делают ли привилегии, содержащиеся в указанных установлениях, исключения такого рода для архиепископов и епископов: что, хотя они и совершили тяжкие преступления, король не может их заключить под стражу до того времени, когда найдется компетентный судья.

746. Также, может ли рассчитывать на получение чего-либо тот, кто распространяет ложь.

747. Также, может ли свобода церкви употребляться во благо того, кто сам ее чудовищно попрал.

748. Также, не должен ли считаться еретиком тот, кто более года был отлучен от церкви.

749. Также, могут ли те, кто получили назначение от расстриги, еретика или человека, отлученного от церкви, сохранить за собой должности, на которые назначены.

750. Также, не следует ли за одни и те же преступления наказывать по одним и тем же законам.

751. Прелаты, прочтя и изучив вышеприведенные статьи, не пожелали дать на них какой-либо ответ и обратились к королю с просьбой разрешить им воздержаться от ответов на подобные вопросы; что и было исполнено. Король тотчас же приготовил свои корабли к отплытию и отбыл в Данию, увезя с собой из Швеции пленного архиепископа, которого держал под стражей в Копенгагене целый год.

752. Также, в ближайшее воскресенье после дня Святого Мартина получили посвящение сестры Катарина Юхансдоттер и Ингеборг Хермансдоттер, а также брат Торгилюс. Обряд совершил господин Кетилюс, епископ Линчёпингский.

753. О годе Господнем 1464. Следующей зимой, сразу после октавы Благовещения Господня господин Кетилюс, епископ Линчёпингский, и прочие братья и родичи архиепископа, который в то время содержался под стражей, созвали всех каких могли знатных людей и рыцарей королевства и приготовились мстить за архиепископа и воевать с королем Кристианом. Они взяли в осаду почти все замки королевства, а рыцарей и свенов, державших сторону короля, стали брать в плен и грабить. И по всему королевству начался великий раздор и распря. А заправляли этой распрей нижеследующие: господин Кристиерн Бенгтссон и Давид Бенгтссон, рыцари и братья архиепископа, господин Нильс Кристиернссон, комендант Вестеросского замка; а также господин Ивар Грен и многие другие знатные люди и рыцари; они собрали под свое начало всех крестьян Упланда[469]469
  Здесь, очевидно, в более широком смысле: «Верхняя Швеция», «свейские земли».


[Закрыть] и особливо жителей Даларны, которые на народном наречии зовутся далекарлийцами; они очень отважны и воинственны.

Господин же Кетилюс, епископ Линчёпингский, в то время держал замок Стекехольм; он собрал большой отряд конных воинов и держал под своей властью весь здешний край – Эстеръётланд, осадив замки – Стекеборг, Рингстадахольм и Румлаборг. Также и города здесь в Эстеръётланде – Сёдерчёпинг, Норчёпинг, Линчёпинг, Шеннинге и Вадстену он подчинил себе; и он заставил их оказывать ему помощь, если таковая потребуется – в том числе вооруженными людьми. И после того, как упомянутый епископ, господин Кетиль, таким образом, как сказано выше, некоторое время держал под своей властью здешний край – Эстеръётланд, он направился со своим войском в верхнешведские края королевства – точнее говоря, в Вестерос. И там, с единодушного согласия как рыцарства, так и простонародья он был назначен верховным правителем сиречь главой всего королевства и главнокомандующим на войне, которая началась. Благодаря этому он еще более осмелел и подчинил себе всех, кого мог; осадил замки, но смог овладеть лишь двумя – Рингстадахольмом и Эребру. Под конец он осадил Стокгольм с огромным войском, состоящим в особенности из далекарлийцев и других могучих людей. Это случилось примерно перед началом Великого поста.

754. А в то время, как в Швеции происходило всё описанное выше, известия о том, что случилось, дошли и до короля Кристиана, который тогда находился в Дании. Он немедленно собрал в Дании огромное войско – как из знати, так и из простых людей. И, как все единодушно уверяют, число этих вооруженных людей, что последовали за королем, составило шесть тысяч воинов. С этим войском король вступил в Шведское королевство, чтобы подавить мятеж, поднятый епископом Кетилюсом и его сторонниками. В то время выдалась неимоверно суровая зима. В первый раз весть о короле пришла в воскресенье Letare – то есть в середину Великого поста; утверждали, что король находится в Виммербю, что в Смоланде; и это была правда. Там к нему присоединились многие из рыцарства и знати, живущие в Смоланде и Вестеръётланде, и они последовали за ним вместе с датчанами. И он прошел со всем своим войском через Чинд и вступил в Линчёпинг в воскресенье Страстей, после полудня, примерно в 2 часа. Он расположился в епископской усадьбе, и его люди и лошади подъели всё, что имелось в этой усадьбе – и продукты, и фураж; они пробыли в Линчёпинге три дня и три ночи. А в среду после воскресенья Страстей он покинул Линчёпинг и, пройдя через Бровик, прибыл в Нючёпинг в пятницу перед Вербным воскресеньем. После этого, на Страстной неделе он поспешил со всем вышеупомянутым войском к Стокгольму, который в то время осаждали епископ Кетилюс и далекарлийцы. Те, услышав о неожиданном прибытии короля, сделали вид, что обратились в бегство, и отступили к самому Вестеросу, где разбили лагерь.

755. Король же вступил в Стокгольм со всем своим войском, и оставался там всего одну ночь; уже на следующий день он снова выступил в поход, чтобы преследовать бегущих; теперь он действовал еще решительнее, чем раньше. И когда король со своей свитой приблизились к Вестеросу, далекарлийцы снова сделали вид, что обратились в бегство, и укрылись в огромном лесу, расположенном возле церкви Харакер. В этом лесу они спрятались и стали вслушиваться[470]470
  «ascultabant» (средневек. лат.; в классической латыни – auscultabant) – «вслушивались», «вглядывались».


[Закрыть], поджидая прибытия короля. Рядом с указанным лесом простирается обширная равнина. Король прибыл туда и сделал там со своими людьми часовой привал; он приказал всем своим воинам изготовиться к бою; он предположил, что враги бегут лесом, и не знал, что они устроили засаду в этом лесу. Как только король, покинув упомянутое поле, углубился в лес, внезапно на него напало войско далекарлийцев; они со всей яростью, с оружием в руках, бросились на короля и его свиту. Между ними началась жестокая битва; она длилась почти два часа, и войско короля понесло большие потери; поле битвы и победа достались далекарлийцам. Королю с остатками войска с трудом удалось бежать с поля боя; он поспешил в Стокгольм; далекарлийцы всем отрядом следовали за ним по пятам. Они снова осадили короля в Стокгольме и держали осаду почти всё лето.

756. Тогда король Кристиан призвал на помощь почти всех могущественных знатных людей Датского королевства, и они прибыли по морю, чтобы помочь королю. И хотя датчане со своими кораблями много раз входили в озеро Меларен, чтобы прогнать далекарлийцев и положить конец осаде, далекарлийцы неизменно давали им отпор, и те, понеся большие потери, отступали к Стокгольму. Осада Стокгольма продолжалась всё лето; но далекарлийцы не могли помешать королю и датчанам проходить в Сальтшё и обратно.

757. В связи с этим епископ Кетилюс и далекарлийцы составили новый план: написать королю Карлу в Пруссию и попросить у него помощи. Они отправили к королю Карлу полномочных посланников и письма, прося его, чтобы он, если сможет, как можно скорее пришел к ним на помощь с вооруженным отрядом; и таким способом, если он покажет, что на него можно положиться в подобных непростых обстоятельствах, он без малейших трудностей сможет вернуть под свою власть Шведское королевство, из которого он семь лет назад был изгнан. Получив эти вести, король Карл чрезвычайно обрадовался. Он посоветовался с друзьями, собрал войско, приготовил в Пруссии большой флот, и наконец с оружием в руках поплыл к Стокгольму. И слух о том, что приближается король Карл, так напугал короля Кристиана, что тот не стал ждать, и немедленно отплыл со своими кораблями в Данию. Но вельможи и видные рыцари Датского королевства остались в Стокгольмском замке и приготовились оказать сопротивление королю Карлу.

Затем, в канун праздника блаженного мученика Лаврентия король Карл прибыл из Пруссии в Стокгольм с великим множеством кораблей и вооруженных воинов; его тотчас тепло встретили простые люди Швеции и далекарлийцы. И в день Вознесения Блаженной Девы Марии все принесли ему на Сёдермальме клятву верности. И на следующий день бюргеры ввели его в Стокгольм со всем его войском; и он получил безопасное убежище в центре города. Тотчас же король Карл взял в осаду Стокгольмский замок и пошел на штурм; те, кто находились в замке, попросили об отсрочке; отсрочка была дана, перемирие заключено. Датчане и король Карл приняли и утвердили условия перемирия, и в конце концов король отпустил датчан на свободу, и те отправились на родину. Но зачем это было сделано и как это произошло – того никто не ведает. В конце концов, после того как ушли датчане, замок снова перешел под управление прежнего коменданта – рыцаря Туре Турессона, который являлся противником короля. Король и бюргеры вновь осадили замок; многие бюргеры были убиты солдатами гарнизона. А епископ Кетилюс обманул короля Карла: знатных людей и простолюдинов, присягнувших на Сёдермальме на верность королю Карлу, когда тот прибыл, и обещавших ему помогать, епископ Кетилюс созвал назад и призвал обратить оружие против короля Карла.

758. Архиепископ Уппсальский, которого держали в Дании под стражей, был отпущен на свободу королем Кристианом и вернулся на свою кафедру около праздника Блаженного Мартина. И тотчас же архиепископ с епископом Кетилюсом совершили новое предательство, составили новый заговор против короля Карла, что пребывал в Стокгольме. Затем, от праздника Блаженного Мартина вплоть до Рождества Господня вышеуказанные два епископа собрали вооруженный отряд; и они всеми силами искали возможность изгнать бедного короля Карла.