Текст книги "Стефани Шталь. Ребенок в тебе… Комплект книг"

«Шизоид» означает «разделенный»; шизоидные люди отделяют свои чувства от мыслей. Шизоидный стиль личности представляет собой аналог депрессивного. Он не имеет ничего общего с шизофреником, хотя слова звучат похоже. Если депрессивный ищет безопасности в тесной привязанности, потому что его пугает индивидуация и самоутверждение, то шизоидный боится привязанности; он чувствует себя в безопасности, когда находится в одиночестве. Шизоидные люди, конечно, обнаруживают явный мотив для того, чтобы соблюдать безопасную дистанцию до других людей.

Детство людей с шизоидным типом личности бывает в основном безотрадным. Важную роль играют неприятие, издевательства, насилие. Прибавьте к этому генетическую предрасположенность: шизоидные люди уже рождаются со склонностью к высокой степени рациональности. Такие дети не ласкаются. Если матери упускают из виду их сигналы и обнимают гораздо больше, чем это устраивает ребенка, переполнение близостью со стороны матери/родителей может привести к тому, что ребенок разовьет шизоидные стратегии защиты. Чтобы понять это, необходимо поставить себя на место малыша. В первые два года жизни у ребенка очень мало независимых навыков. Если с ним плохо обращаются или переполняют близостью, для самозащиты у него остается только возможность полностью уйти в себя и отключить все чувства, а именно в этом и заключается суть шизоидной самозащиты.

Если посмотреть на сильные стороны шизоидных личностей, то можно назвать их острый деятельный ум и высокую независимость мышления. Часто они – генераторы идей и общественные реформаторы. Этому способствуют, во-первых, хорошие интеллектуальные способности, а во-вторых, низкая зависимость от суждений других людей. Они вполне могут быть одинокими, мало нуждаться в контактах и одобрении окружающих. Поскольку они в значительной степени абстрагируются от чувств, нервы у них словно канаты. А еще они преуспевают во всех профессиях, где важно сохранять спокойствие. Шизоидных мужчин больше, чем женщин, потому что две трети мужчин закреплены на полюсе независимости и, таким образом, чаще демонстрируют независимые стратегии защиты.

Проблема шизоидных людей заключается в их низкой способности к привязанности. Они не могут доверять другим и отдавать себя. Их Cумрачный ребенок крайне сбит с толку и располагает очень плохими навыками разграничения, из-за чего такие люди защищаются жесткими границами снаружи. Из-за большой дистанции, которую они устанавливают между собой и другими людьми, они испытывают значительные трудности с эмпатией и оценкой того, что происходит внутри этих людей. Шизоидные личности испытывают неловкость при общении с другими. Они сомневаются, можно ли доверять своему восприятию или многое – просто плод их воображения. Например, когда кто-то им улыбается, они не уверены, что именно это означает – жест дружелюбия или насмешку. С годами эти пробелы в контактах становятся все больше и больше, часто люди шизоидного типа личности страдают от одиночества в пожилом возрасте. Однако некоторые компенсируют свой социальный дефицит очень хорошей наблюдательностью, которую собеседник может легко спутать с высокой степенью эмпатии.

На других людей шизоидные часто производят впечатление холодных и неприступных. Однако некоторые из них ведут себя вполне дружелюбно и контактно. Тут нужно понимать, что при межличностном общении они действуют в функциональном режиме. Свою глубокую неуверенность компенсируют набором моделей поведения, который усвоили для общения в социуме. Именно этот зачастую гладкий фасад вызывает у других людей сильное замешательство, когда они обнаруживают, насколько безразличен шизоидный человек по отношению к ним на самом деле. Поскольку шизоидные знают о своей способности возводить красивый фасад, многие из них живут в постоянном страхе «раскрыться». Однажды пациент объяснил мне, как сильно он переживал свою непохожесть уже в детстве, а потому, чтобы не выделяться, копировал поведение других детей: «Когда другие дети смеялись, смеялся и я. Когда в детстве на день рождения можно было выбрать себе небольшой подарок, я выбирал, хотя мне он был совсем не нужен…» Он по сей день испытывает неясное беспокойство по поводу того, что его как-то разоблачат.

Шизоидные личности предпочли бы выходить из дома только в шапке-невидимке. Наиболее комфортно они чувствуют себя там, где их никто не знает и никаких ожиданий на них не возлагает. Они одиночки, полная противоположность людям сообщества. Они хотели бы даже не писать фамилию над дверным звонком и действительно не пишут, если это допускается правилами проживания. Их самый сильный мотив – независимость и свобода. Для них характерно высказывание «Я просто хочу спокойствия». Из-за слабо выраженной эмоциональной жизни у них мало развивается психологический стресс, их основное настроение характеризуется безразличием, а еще они не особенно участвуют в жизни. Они больше похожи на сторонних наблюдателей, сидящих на обочине, которые следят за жизнью других, не принимая в ней участия. На мой взгляд, среди писателей непропорционально много шизоидных личностей. Сочетание очень хорошей наблюдательности с низким личным участием в жизни может породить большой писательский талант. В своих романах эти авторы дописывают себе события, заменяющие настоящую жизнь.

Удивительно, но при поверхностном знакомстве совершенно не замечаешь их неконтактность и недовольство жизнью. Например, один из моих клиентов чрезвычайно активен, интересуется политикой, работает в сфере искусства и даже любит бывать в обществе. Он обожает поспорить, у него много друзей и множество романов. Если не знаешь, никогда не придет в голову, что за этим кажущимся жизнелюбием и кипучей деятельностью скрывается глубокий раскол и что он никого не допускает к своим истинным переживаниям.

Однако есть и немало шизоидных, которые считаются в своем окружении довольно-таки странными. Типичный пример – ботан, прилипший к компьютеру и почти не имеющий внешних контактов.

Очевидно, что самые большие проблемы возникают у шизоидных людей при близком контакте. В лучшем случае они позволяют ненадолго увлечь себя интимностью. При этом некоторые из них вполне способны влюбиться, но удержать это чувство они не могут. В их любви много «прорех», в основном она гаснет после начального периода влюбленности. В лучшем случае любовь сможет вспыхнуть заново, если шизоидный человек смог установить территориальную дистанцию между собой и партнером на длительное время. Близость угрожает шизоидным личностям, они очень быстро теряют в ней границы собственного «я». Из-за своего часто травматичного детского опыта они запомнили, что отношения – нечто, что нужно пропустить через себя, но в построении их невозможно участвовать. Они могут представить себе любовь только как подчинение и зависимость. Их Cумрачный ребенок чувствует себя совершенно беззащитным и бессильным. Вот почему шизоидные люди часто реагируют на близость агрессией. С помощью резких отказов, замечаний ледяным тоном, внезапного прекращения общения партнера отодвигают на прежнее расстояние после моментов близости. Еще одна форма шизоидного дистанцирования – это диссоциация, которую можно представить как рефлекс мнимой смерти. Шизоидный человек становится в определенной степени невидимым и выходит из контакта внутренне. Даже когда он все еще разговаривает с собеседником, вид у него такой, будто он отключился. Он исчезает вовнутрь, чему научился еще в детстве. У партнеров шизоидных людей диссоциация оставляет болезненное чувство одиночества. Вообще, партнеры шизоидных личностей чувствуют себя очень одинокими в отношениях. В известной степени они страдают от того одиночества, которое так отчаянно защищает в себе шизоидный.

Некоторые шизоидные личности сначала вообще не вступают в партнерские отношения, остаются вечными холостяками, удовлетворяют свое сексуальное желание с помощью проституток. Тем не менее может случиться и так, что такие люди вступят в брак. Нередко ради того, чтобы с помощью брака приобрести хорошую маскировку для общества и избежать роли чудака, у которого проблемы с привязанностью. Впрочем, тогда брак будет строится по законам шизоидного человека. Это означает, что он один определяет, когда партнер может находиться рядом с ним, а когда нет. Как правило, чувства шизоидного, которые не были особенно интенсивными уже на первой стадии влюбленности (чего партнеру замечать необязательно), полностью угасают, как только отношения становятся прочными и обязательными. Прекращаются не только чувства, но и сексуальное влечение, по крайней мере, в отношении собственного партнера. Некоторые шизоидные люди вполне могут продолжать заниматься сексом со своим партнером, но из-за разделения чувств и физиологической потребности тот воспринимается как чисто сексуальный объект, служащий для удовлетворения. Поскольку шизоидные люди почти не испытывают чувства привязанности к своим партнерам, они предрасположены к внебрачным связям и интрижкам, из-за которых особенных угрызений совести не испытывают. Однако некоторые из них принципиально хранят верность.

Возникает вопрос, почему ярко выраженные шизоидные люди вообще привязываются к партнерам. Ответ таков: потому что желание привязанности как экзистенциональный мотив человека у многих из них не совсем атрофировалось. Шизоидные вполне могут нести в себе неизбывное стремление к любви и отношениям, особенно если у них нет партнера. Хотя в рамках отношений им угрожает близость другого, но одиночество, по мнению многих из них, еще хуже. Самый предпочтительный для них вариант, это когда партнеры по возможности не предъявляют никаких претензий по поводу внимания и оставляют их в покое. Потом с этого расстояния они смогут воспринимать своих партнеров как источник тепла и будут им за это очень благодарны. Таким образом, чтобы справиться с шизоидной личностью, партнеры должны быть очень независимы и неприхотливы сами по себе. Они должны дарить ему любовь, не имея собственных притязаний. Разумеется, едва ли это сумеет хоть кто-то.

Отношения с человеком с шизоидным типом личности могут принимать и очень садистские формы. Это происходит тогда, когда шизоидный изливает на партнера ненависть и месть из-за глубоких сомнений в том, можно ли его любить. Поддержка и нежность партнера толкуются заведомо ошибочно, переиначиваются и обесцениваются. Например, если партнер спонтанно выражает свою симпатию, шизоидный ядовито реагирует: «Что, совесть нечиста, что ты тут подлизываешься?» Такие люди нередко уничтожают цинизмом готовность своего партнера к любви. Он бьет по самым уязвимым местам второй половины в самый интимный момент: «Не гляди так подобострастно, посмотри на себя!» Эту форму агрессивного препарирования не выдерживает долго ни один человек, если только он не педант-мазохист, который из страха потери и чувства вины считает, что должен примириться со всем, или испытывает некое удовольствие от мучений. Если человек с шизоидным типом личности хочет стать более способным на любовь, ему надо взять своего травмированного Сумрачного ребенка за руку и снова и снова объяснять ему, что сегодня он взрослый и может сопротивляться, а главное, что он в безопасности. Как этого добиться, написано в разделах «Укрепи свое взрослое «я» и «Стратегии сокровищ на службе привязанности».

Ты уже многое прочитал о возможных стратегиях защиты, которые относятся к независимости. Узнал ли ты себя кое-где? Если да, запиши независимые стратегии защиты, которые ты часто применяешь в область ног на своем рисунке Сумрачного ребенка (см. шаблон на переднем клапане книги).

Типичные конфликты, связанные с родительством

Очень многие из конфликтов в отношениях как-то связаны с Сумрачным ребенком, его убеждениями и стратегиями защиты. Однако иногда в отношениях наступает дисбаланс просто из-за особых жизненных обстоятельств, например, когда партнеры становятся родителями. В любом случае, паре стоит заглянуть за кулисы и найти тему конфликта вышестоящего уровня. На этот раз мне хотелось бы объяснить все на примере Янины и Дениса. Они женаты, у них двое детей в возрасте четырех и пяти лет. На плечи Янины ложится львиная доля семейных дел, и здесь она чувствует слабую поддержку со стороны Дениса. Вот почему может случиться так, что она резко ответит на безобидный вопрос Дениса: «Дорогая, ты не видела мои очки?» Подобные столкновения происходят между ними все чаще и чаще. Тон разговора становится более раздражительным и язвительным. Если бы Денис и Янина захотели это изменить, им надо было бы спокойно сесть и задаться вопросом, в чем собственно дело. Тогда они выяснили бы, что в их отношениях наступил дисбаланс с тех пор, как появились дети. Главным образом роль ухаживающего и дающего играет Янина, а Денис мало участвует в жизни семьи. Так что Янина справедливо полагает, что на ее плечах слишком большая ответственность и что со стороны Дениса счет взятого и отданного сильно ушел в минус. Казалось бы, безобидный вопрос об очках задевает Янину за живое именно поэтому. Ей хватает постоянных хлопот с детьми, и она не хочет, чтобы в ее обязанности входила и забота о Денисе. Пусть Денис изволит сам отвечать за свои вещи. С другой стороны, Денис чувствует себя обиженным, потому что Янина постоянно кричит на него по пустякам. Однако если бы оба осознавали основную тему конфликта, то они смогли бы найти способ иначе относиться друг к другу. Ниже я расскажу о нескольких типичных темах конфликтов.

Когда Янина и Денис познакомились, у каждого была своя квартира, профессия, которая нравилась, и оба зарабатывали достаточно, чтобы оплачивать свой образ жизни. Они любили собственную независимость, и, когда встречались, повседневная жизнь была далеко, а счастье – велико. Через год они стали жить вместе, а еще через год поженились. Вскоре после этого на свет появился их первый ребенок, а уже через год – второй. Они решили вместе, что Янина посидит дома первые несколько лет, а Денис будет содержать семью. Он работает менеджером в крупном банке и прилично зарабатывает, но сверхурочная работа – явление обычное. Когда Денис приходит вечером домой, ему больше всего на свете хочется просто спокойствия. Янина берет на себя практически все обязанности по дому; среди них и задача приготовить каждый вечер что-то вкусное для Дениса. Ему даже не приходит в голову помочь убрать за собой со стола после еды, обычно он уединяется перед телевизором, выпивает еще бокал вина и рано ложится спать. Для детей Янина – почти единственное контактное лицо, они чувствуют, что отец не рядом с ними по-настоящему. По выходным вся семья чем-то занята, но это лишь подчеркивает тот факт, что Денис – папа на время досуга. Он делает карьеру, а Янина все больше и больше чувствует себя оторванной от своей профессии. Ее самооценка падает, кроме того, она ощущает, что в этом зависимом положении теряет привлекательность для Дениса. Часто у Дениса отсутствует сексуальное желание, и она думает, что он тоскует по старой самостоятельной Янине без передника. Она уже пару раз указывала Денису на свое положение и предлагала ему рассмотреть варианты решения проблемы, а также более справедливое распределение ролей. Денис то относится к таким разговорам с пониманием, то переходит в оборону, как бы то ни было, в лучшем случае он ненадолго меняет свое поведение.

Если рассматривать происходящее с учетом независимости и привязанности, баланс между Денисом и Яниной сместился: Денис представляет независимую сторону практически один, а Янина чувствует себя в ловушке привязанности. Когда они еще были бездетными, оба могли реализовать в себе обе этих стороны.

Возврат к старым ролям может произойти и с очень эмансипированными парами, когда они становятся родителями. Ролевые шаблоны, которые мы получаем от родителей, оставляют в нас глубокий след. Даже когда мы решаем поступать не так, как поступали наши родители, часто с ужасом констатируем, как похоже себя ведем и в лучшем случае мы версия 2.0 собственной матери или отца. Если мы не хотим попасть в эту ловушку, то должны осознать свои импринтинги. Только тогда мы и сможем сознательно решить оставить эти импринтинги в прошлом и развивать собственные идеи о семейной жизни, распределении профессиональных и семейных обязанностей и ответственности.

Конечно, брак согласно традиционным ролевым образцам, тоже может восприниматься обоими партнерами как счастливый, если каждому комфортно на том месте, которое он занимает. Однако, поскольку многие женщины имеют хорошую профессиональную подготовку, а некоторые уже сделали карьеру до того, как появились дети, они не видят себя исключительно в роли матери в долгосрочной перспективе. Еще сильнее усугубляет ситуацию тот факт, что вернуться к профессиональной жизни достаточно сложно особенно для людей с университетским образованием (то же самое верно и для мужчин-домохозяев). Должности, на которых матери могли бы продолжить свою карьеру, очень редко предполагают работу на полставки. Хотя на это многие жалуются, но пока в компаниях меняется не так уж и многое. Чем более квалифицированная работа, тем меньше возможностей для неполного трудового дня. Таким образом, если бы матери захотели полностью вернуться в профессию через несколько месяцев или через год декретного отпуска, то либо мужу пришлось бы идти на уступки, либо детей надо было бы оставлять на попечение чужих людей. Для многих родителей исключены оба варианта. Если мужчина снижает свои карьерные амбиции ради женщины, то это может принести и финансовый ущерб. Кроме того, немало людей считают, что плохо оставлять ребенка нескольких месяцев от роду на десять часов в день под присмотром чужого человека. Многие родители это отвергают. Они хотят быть рядом со своим отпрыском, а не передавать его развитие исключительно в руки нянь и воспитателей. Это особенно важно в том случае, когда дети нуждаются в особой помощи, например, из-за проблем с развитием.

На семейных консультациях многие молодые родители жалуются на то, что у них почти что нет времени побыть вдвоем, так как распланированы все дни и даже выходные: зарабатывание на пропитание, воспитание детей и ведение хозяйства. Одна пара, которая приходит ко мне на консультации, мечтала просто еще раз погулять вдвоем! Они объяснили мне, что выдерживают нехватку свободного времени только потому, что то же самое происходит со всеми знакомыми парами.

С другой стороны, я заметила, что в некоторых случаях у одного из родителей возникают большие проблемы с делегированием задач сторонним помощникам. Я помню мать пятерых детей, которой еще нужно было ухаживать за большим домом и садом огромного размера, и она упрямо отказывалась обзаводиться помощником по хозяйству, хотя с финансовой точки зрения могла бы себе это позволить без проблем. Однако Сумрачный ребенок навязывал ей такие убеждения: «Никому не доверяй и полагайся только на себя!» Эта мысль бойкотировала любое разумное решение (до тех пор, пока она не смогла отменить свои глубоко укоренившиеся убеждения).

С односторонним распределением ролей в семье может быть тесно связано неравномерное распределение власти.

Потеря равенства в отношениях пары часто связана с тем, какой доступ имеют партнеры к источникам власти. Такими источниками являются: профессия, деньги, уровень образования, отношения с детьми, друзьями и семьей. Изначально у Янины и Дениса был сбалансированный доступ к этим ресурсам. У обоих равноценные профессии, достаточно денег, общение с друзьями и т. д. Однако с рождением детей это соотношение утратило баланс.

Независимость и власть представляют собой союз, так же как и привязанность и зависимость. Из-за того, что баланс со стороны Дениса сместился в сторону независимости, он обладает и более широким доступом к источникам власти (профессии и деньгам), за что получает больше признания, чем Янина, которая чувствует себя слабой и зависимой. Янина же обладает более открытым доступом к источнику власти «отношения с детьми». Из-за малого присутствия дома Денис передвинулся в семье на позицию постороннего. К счастью, Янина достаточно думающая личность, чтобы не мстить Денису через детей, манипулируя ими, например, в тесной коалиции против Дениса. Существует немало матерей, которые настраивают своих детей против «злого отца». Янина же стремится больше интегрировать Дениса в семейную жизнь. Денис же сам выносит себя на обочину в этом смысле. Его Сумрачный ребенок помнит пример отца, который вел себя именно так. Находясь с детьми, Денис ощущает беспомощность и стеснение, а потому предпочитает скрыться за другими занятиями. У него самого в детстве была плохая связь с отцом, и поэтому он контактирует с собственными детьми с трудом. Сумрачному ребенку Дениса неприятно нежное и любящее обращение с детьми, хотя на самом деле он этого жаждет. Если бы он захотел ближе общаться с детьми, а тем самым улучшить и отношения с Яниной, то ему надо осознать импринтинг из собственного детства и принять новые решения. Вместо этого он бойкотирует попытки Янины решить проблему, потому что ему (неосознанно) на руку роль единственного кормильца в семье. И он снова и снова упрекает Янину в том, что она слишком мало признает его финансовый вклад в семью. Упрек, который приводит Янину в невероятное бешенство, поскольку он просто необоснован: каждый разговор об отношениях она начинает именно с того, что отдает должное этому вкладу мужа. Однако, когда Денис находится в режиме своего Сумрачного ребенка, он неспособен к критической оценке и защищает себя несправедливыми упреками, и все снова превращается в бесплодное выяснение отношений. Или же Денис соглашается с жалобами Янины в целом, но ничего не меняет. Сумрачный ребенок в нем отказывается брать на себя ответственность за отношения с женой и детьми (кроме финансовой стороны), из-за чего пара сталкивается с еще одной частой темой конфликтов, а именно несправедливым распределением ресурсов в схеме «давать – брать».