Текст книги "Смерть под ее кожей"

Глава 47

Мы провели в Стоппарде еще одну ночь.

Предсказание шефа Уиддла сбылось. В семь вечера хлынул ливень, обещающий если не потоп, то облегчение.

За ужином из жареной курицы, которую мы купили в забегаловке «У Генри», Док сказал, что ему звонил Джо. Он заберет свои вещи из амбара. У мотоцикла теперь новые тормоза. А если у Джо не будет убежища на сеновале, ему будет легче избавиться от вредной привычки.

– Он рассказал мне о своей проблеме, – добавил Док. – Шефу Уиддлу он тоже признался, так что, наверное, скоро по всему городу пойдут слухи. – Он оторвал кусок курицы. Его руки тряслись. – А я пообещал ему, что брошу пить. Я только на прошлой неделе понял, насколько далеко все зашло. Сказал ему, что, если он хочет поговорить о войне или о чем угодно, я всегда рядом.

Я ответила Доку, что это отличная мысль.

На следующее утро еще моросило, мир за окном был серым и мутным. Собрав чемоданы, я в последний раз прошла через поле и лесополосу к границе цирка.

Там царила суета. Все упаковывали ящики, заводили в клетки животных, сворачивали афиши. Трейлеры вытаскивали из борозд, которые за ночь превратились в грязные лужи. Малый шатер разобрали полностью, а большой – пока только наполовину.

Мейв стояла у опушки, завернувшись в ярко-голубую шаль. Как будто украла кусочек неба до того, как его закрыли тучи. Я подошла и встала рядом с ней.

– Я думала, вы пробудете здесь все выходные, – сказала я.

– Боб так решил. Здесь мы слишком мало собираем, – с мрачным смирением ответила она. – Нам сказали, что можно открыться в Шарлотте пораньше.

Мы смотрели, как группа мужчин с помощью лебедки опускает набок колесо обозрения.

– Он пока не объявил, но, думаю, это наш последний сезон, – сказала Мейв. – Боб в городе, отправляет телеграмму, чтобы узнать, в силе ли еще предложение от «Бакстера и Брасса».

– Он продает цирк? – удивилась я, хотя удивляться тут было нечему.

Мейв кивнула.

– Уже намекнул старожилам. Упомянул долгий зимний перерыв. Сказал, что нам стоит поискать на это время работу. Но, похоже, этот перерыв никогда не кончится. Так что…

Я задумалась о своих друзьях, старых и новых.

Сэм Ли наверняка найдет место в другом цирке. Для молодых людей, готовых браться за любую работу и получать гроши, всегда полно возможностей. Но я решила, что найду ему место получше. Я пообещала себе, что сделаю несколько звонков, когда вернусь в Нью-Йорк.

Что до остальных артистов, то некоторые перейдут к «Бакстеру и Брассу», а другие устроятся в один из тех передвижных цирков, что еще остаются на плаву. Аннабель тоже справится. Она уже все спланировала.

Калищенко наверняка еще поработает, но вполне может и уйти на покой. Он еще хорош, но стареет. И теперь у него есть семья, о которой нужно подумать.

Фриде, вероятно, ничего не светит, как и большинству обитателей «Аллеи диковин». Таких шоу теперь осталось совсем мало. Возможно, Фрида станет ассистенткой Карлотты и ее тигров.

Где бы они ни оказались, я надеялась, что это будет место, где они смогут быть вместе. И без опаски обнимать друг друга у костра.

Не напоминайте мне, что мир совсем не такой. Я знаю. Но ведь может же девушка надеяться?

Я посмотрела на Мейв. Мне хотелось задать ей один вопрос. Что-то вроде: «Ты правда не видела, с кем разговаривала Руби у своего стенда в тот вечер? Ты правда не узнала голос Рэя? Ты, обладающая самым острым слухом в этом цирке и любом другом? Или ты решила, что самое страшное уже произошло, Руби мертва и ее не вернуть, так зачем бросать на растерзание волкам еще одного друга, даже если он убийца? И если бы мы с мисс Пентикост не сумели вытащить Вэла, ты ведь передумала бы, правда?»

Если бы она ответила «да», я бы сказала, что понимаю ее. Пусть даже и не согласна. Может, я больше не член семьи, но я понимаю.

Вместо этого я спросила:

– А как же ты? Устроишься в другой бродячий цирк?

Старая гадалка покачала головой.

– Я уже слишком стара, чтобы постоянно скитаться. Наверное, поеду обратно в Нью-Йорк. Может, на Кони-Айленд. Открою там салон. – Она печально улыбнулась. – Всегда есть люди, готовые услышать красивую историю.

Мы молча стояли под дождем, наблюдая, как убирают большой шатер. Я попрощалась, но она не отводила взгляд от ткани, которую положили на землю. Вряд ли она меня услышала.

Мы с мисс П. сели на двухчасовой экспресс в Нью-Йорк, который делал всего несколько остановок. К ужину мы уже были дома.

Мы заранее позвонили миссис Кэмпбелл. У нее было несколько сообщений для нас, все от репортеров. Пошли слухи, что Лилиан Пентикост обнаружила в провинции сеть наркоторговцев, и журналисты жаждали подробностей.

Поезд набирал скорость. Мы смотрели, как за окном Виргиния растворяется в серо-зеленой дымке. Мисс Пентикост положила руку мне на колено.

– Как вы себя чувствуете? – спросила она.

– Неплохо. Голова почти прошла.

Я потрогала швы на затылке чуть выше линии роста волос.

– Но как вы себе чувствуете? – повторила она, и ее взгляд давал понять, что она не примет ответ «Я не хочу об этом говорить».

Я задумалась.

Цирка больше нет или скоро не будет.

Пятнадцатилетней девочки, которая когда-то неуверенно прошла через его ворота, тоже больше нет.

Теперь здесь сидит другая женщина с ее лицом. Женщина, которая прыгает в горящие здания и преследует убийц в темноте. Которая четыре года назад стала детективом и с тех пор пытается доказать свою состоятельность.

Двигала ли мной злость? Злость, из-за которой та пятнадцатилетняя девушка сбежала из дома? Или злость из-за понимания, что если бы мне так феноменально не повезло, если бы я не встретила людей вроде Руби Доннер и Лилиан Пентикост, всем в мире было бы плевать на то, что со мной случится.

Возможно, и до сих пор плевать.

И, конечно, я злилась, что ни в одном из сообщений, переданных миссис Кэмпбелл, не упоминалась Руби.

В газетах появятся кричащие заголовки: «Наркосеть чикагской мафии раскинулась далеко на юг». А смерть Татуированной Женщины? Маленькая заметка на последней странице. Кому есть дело до Руби?

Мне. Моему боссу. Нам есть дело до Руби и всех девушек вроде нее.

Я посмотрела на своего босса, на глубокие морщины на ее щеках и между бровей, на один глаз, замененный холодным стеклом, и другой, отражающий историю жизни, о которой я могла лишь догадываться. В сотый раз я задумалась, какие события выточили это лицо.

– Я чувствую себя отлично, – сказала я. – Правда.

Ее это удовлетворило, и она похлопала меня по ноге. Затем вытащила папку с бумагами и начала читать, кладя каждую прочитанную страницу на сиденье рядом с собой.

Это был последний сюрприз. Последний поворот запястья. Потому что я сказала правду. Я на самом деле чувствовала себя отлично.

Ну и что, что меня подпитывала злость? Зато она заставляла меня прыгать в горящие здания и преследовать убийц в темноте. Пока она мне помогает, мне плевать. Учитывая, что за мир меня окружает, этот топливный бак вряд ли скоро опустеет. Всегда будет повод для злости, всегда будет в достатке мишеней, на которые ее можно направить.

Я протянула руку к пачке бумаг, которые отложила мисс Пентикост, и тоже принялась за чтение. Мисс Пентикост покосилась на меня, но промолчала. Ей не нужно было ничего говорить.

У нас впереди много работы.

Уиллоджин Паркер, ведущий детектив

«Расследования Пентикост и Паркер», Нью-Йорк

Благодарности

Основная часть этой книги была написана в первые месяцы мировой пандемии. Я писал ее в изоляции, но, чтобы она попала к вам в руки, над ней трудилось много людей.

Моя особая благодарность:

Моему агенту Дарли Андерсону и замечательной команде, которая вела меня за руку в мой первый год работы в качестве автора. Среди них: Мэри Дарби, Джорджия Фуллер, Кристина Иган, Розанна Беллингэм, Ребека Финч и все остальные сотрудники агентства, с которыми я надеюсь однажды встретиться не виртуально.

Моим редакторам Биллу Томасу и Марго Шикмантер, а также фантастической команде Doubleday, которая неустанно трудилась, чтобы сделать эту книгу достойной своих читателей. В том числе: Элене Херши, Джиллиан Брилье, Пегги Самеди, Эрин Мерло, Марии Масси, Марии Карелле, Эми Эдельман и Майклу Виндзору. А прекрасная обложка американского издания – дело рук Руи Рикардо.

Мэтью Паули, который рассказывал мне о клоунах, мотоциклах и всех тонкостях жизни передвижного цирка. Возможно, вы видели Мэтта в Интернете, когда он выступал клоуном перед пациентами Детского центра Джона Хопкинса. Поли Пальяно чуть-чуть похож на него. И да, он действительно потрясающий. Все ошибки и несостыковки, связанные с цирком, полностью моя вина.

Джиллиан Кроос, которая познакомила меня с точкой зрения директора похоронного бюро на то, как можно организовать домашнее погребение без бальзамирования. Учитывая тематику этой серии, думаю, в будущем у меня будет к ней еще больше вопросов.

Лиа Уолтер, которая в последнее десятилетие переносила свои рисунки на мою кожу. Я с нетерпением жду следующих десяти лет с ней и ее иглой.

Мелиссе и Джилл, которые помогали всем нам поддерживать связь, веселиться и оставаться в здравом уме во время изоляции. К тому времени, когда этот роман будет опубликован, я надеюсь увидеть вас лично.

Джессике – моей первой и самой любимой читательнице, которая будет делать мне замечания, пока я не сделаю все правильно. Мир Уилл, да и мой собственный, не был бы таким богатым без тебя.

Всем тем, кто взял в руки эту книгу, а также роман «Фортуна на стороне мертвеца». Надеюсь, вам понравится примерять на себя образы Уилл и Лилиан так же, как нравится мне. Впереди долгое путешествие. И, наконец, Резиновой Девушке, которая гнулась под немыслимыми углами, чтобы порадовать одного маленького мальчика, когда он впервые пришел в цирк. Я не помню ни ее имени, ни названия бродячего цирка.

Но помню ощущение чуда.

Спасибо вам всем.