Читать книгу "Над Землей"
– Так что же произошло со взрывчаткой? – Глеб не мог не перебивать от любопытства.
Рептилии ментально подтолкнули парочку сумасшедших устроить теракт, таким образом попытались создать целое скопление жертв взрывной волны. Проще говоря, замахнулись на большой накопительный узел страданий. У них ничего не вышло, потому что они споткнулись на обычных светофорах. Все те, кто мог погибнуть или попасть в больницу, сегодня в качестве водителей пересеклись со светофорами. Мы остановили каждого из других водителей, кто планировал оказаться на их месте. Кого-то задержали у парикмахера, кого-то обожгли кипятком, лишь бы в определенный момент их не было около светофоров.
– И на что же это повлияло?
– Накопительные узлы многих пешеходных переходов не могут оставаться пустыми, они всегда кем-то заняты. У них есть нечто вроде магнитного притяжения. Именно поэтому у взрывных механизмов в модуле произошел сбой.
– Законы физики тут вообще никак не вмешивались?
– Вмешивались, но должна быть первопричина по которой проводки подсоединили неправильно. О причине я тебе и рассказал.
– То есть всегда, когда я решаю остаться дома и не попадаю в общественный транспорт, на мое решение кто-то влияет? Не только на мое, но и на решение тех, кто попал в транспорт вместо меня? Что бы я не запланировал, мне всегда принадлежат чужие планы?
– Не только планы, но и спонтанные действия. В пятом классе ты попал в больницу со сломанной рукой. Это лишь потому, что другого мальчика через два дома от тебя вовремя схватили, а от тебя наоборот отвлеклись. В тот день травмпункт не мог быть пустым. Накопительный узел – это живая материя, которая требует подпитки. Как бы кто не пытался устранить человека, но, если его место пустует без замены, никому не удастся от него избавиться. Мы воспользовались этим законом, когда спасли модуль.
– Речь идет о скоплении людей. Человеком больше, человеком меньше, общая картина не изменится. Не все же из тех, кто должен был погибнуть, хотели направиться к одному светофору, – задумалась вслух Луиза.
– Не все, но большинство. Посмотрите на этих людей снизу. Через несколько секунд они перейдут дорогу. Если бы каждый из них родился хотя бы на секунду позже или раньше, жизненные обстоятельства сложились бы таким образом, что они бы тут не стояли. Возможно, они пришли бы через пару минут, но точно не сейчас. Их всех собрала невидимая сила за пределами земной орбиты, она питается ими. У нее не получится сложить картину в один пазл, если она не будет думать о каждом человеке вплоть до секунд его перемещения. Как вы уже догадались, точный алгоритм расписан в Сагуне.
– Эту истину я тоже должен пропустить через себя и обязательно в Японии? – Нахмурившись спросил Глеб.
– Необязательно в Японии. Главное через себя.
– А что, если бы мне просто обо всем рассказала Сагуна?
– В твое отсутствие я уже объяснил девчонкам, что ты общался и по сию минуту общаешься с оригинальной версией. Точнее она общается с тобой. Мы заменили копию на ту, что хранится на другом краю Млечного Пути. Она сама помогла нам в этом. У оригинальной версии есть опция абстрактного мышления. Ее задача попасть к рептилиям, чтобы помешать им отразить наши атаки. Лаборатория жизни впитывает в себя твою энергию познания космоса, это расширяет ее возможности.
– Значит, оригинальная версия при любом раскладе не стала бы отвечать на все мои вопросы? Про платную версию себя это она так примитивно пошутила?
– Юмор есть момент свободы. Свобода сбивает ее с толку, она опирается на точные алгоритмы, поэтому у нее не самое лучшее чувство юмора. В каком-то смысле она зануда.
– Ну она хотя бы старается. Нормальная была шутка, – возразила Ева. Ей стало не по себе от того, что у нее с мужем все-таки нашлись кое-какие отличия. Ее почему-то испугала мысль, что юмор может быть свободен даже от любви.
– Всё это лишние разговоры, – инопланетянин переключился на Глеба, – короче говоря, как и прежде вся наша надежда на тебя. Ты наш избранный.
– И что же произойдет, если я откажусь вам помогать? – Это теоретический вопрос, – добавил Глеб, когда увидел смущение жены.
– У меня нет точного ответа. Возможно, демократы будут вечно побеждать на выборах в США или в американские губернаторы начнут избирать только адвокатов. Тоже теоретическое предположение, – Октахор странным телодвижением повернулся к трем подругам, но постарался не отрывать взгляда от Глеба.
– Нет! Глеб, пожалуйста! Исполни свою миссию! – Закричала Рэйчел.
– Ради нас! – Добавила Луиза.
– Ради всех земель Дикси! – Заключила София.
«До чего же хитёр этот Октахор», – подумал Глеб и широко улыбнулся всей компании. – Что ж, видимо для начала мы должны спасти девчонок? Куда мы их спрячем?
– О них не беспокойся. Мы спрячем их подальше в самом сердце штата, в магазине «Alabama Guns and Outdoors». Эон будет с ними. Уверен, наш юный инопланетянин и господин Кольт не дадут девчонок в обиду.
– Yes! – В один голос произнесли подруги, – почему-то только сейчас Глеб обратил внимание насколько идеально на них сидят ковбойские сапожки на низком каблуке.
– Ну а тебе, мой друг, пора на фитнес, – обратился Октахор к Глебу.
– Куда, куда?!
Вместо ответа Октахор встал между ним и Евой, взял обоих за руки, дождался, когда к кругу присоединятся активистки Alabama Alpha Phi и под теплым защищающим пламенем забрал всю компанию в объятия цветных галактик. Их ожидал очередной край вселенной.
Глава XI Особенный скелет
Несмотря на крепкую хватку Глеба, синяя оболочка оторвала его руку от Софии, соединив с освободившейся рукой Евы. Она приглушенно хрустнула от кисти до локтя. Маленький круг из трёх подруг улетел в межгалактическую даль. Расплывшиеся тела влюбленной пары остались наедине с инопланетянином:
– Ева, ты уже организовала свой фитнес-зал для нашего гостя? – Спросил Октахор.
– Еще бы! Не без вашей помощи, – отрезала Ева, в упор посмотрев на Глеба. Он впервые увидел, как ее задумчиво оценочный взгляд сменился на стреляющий блеск из глаз. Их ментальное равенство куда-то улетучилось. Казалось, что Ева доминирует, принуждая к какому-то действию.
– О чем вы говорите? – Глеб пытался хотя бы на полсекунды отвлечься от внезапно возникшего давления жены. Это давление его пугало и одновременно высвобождало мощную мужскую энергию.
Вместо ответа вождь синих повторил трюк с перевоплощением. Он оторвал от них обе руки, как буддист соединил ладони, затем резко поднял их вверх. Его тело замигало, но вместо того, чтобы в кого-то превратиться бесследно исчезло. Теперь влюбленные крепко держались друг за друга. Синяя оболочка никак не помешала им скрепиться в объятиях.
Глеб не мог вообразить более романтичного момента: они с любимой девушкой рассекают межгалактическое пространство, объединены ответственностью за целый мир, их ожидают не бывалые даже по меркам кино приключения и, судя по всему, лучший в его жизни секс. Супруга всё быстрее дышала, ее глубокие выдохи свежим ветерком пробежали по его плечу. Он так и не понял какие чувства в нем преобладают – влечение или та самая психофизическая тяга, о которой рассказывала Ева. Она уже не сомневалось, что их влечение вытеснило романтику. Мужская мышца промеж его ног уверенно стремилась слиться с ней.
– Заяц, куда мы летим?
– Уже прилетели, – не успела Ева ответить, как пространство вокруг организовалось в стены пока еще неоформленного помещения. Галактики напоминали какие-то странные космические обои, но через несколько секунд они полностью исчезли, оставив только стилизованную под белый кирпич стену и панорамные окна с видом на центр Калининграда. Глеб устал от постоянно сменяющихся картинок, ему захотелось убрать руки с поясницы жены, чтобы ненадолго закрыть глаза.
– Добро пожаловать на королевскую гору…. Заяц, – улыбчиво сказала Ева.
Глеб ошарашено открыл глаза, через окно одного из двух больших балконов он увидел красивый городской закат с маленьким прудом. Рассеянные солнечные лучи идеально ложились на несколько домов с красными крышами.
– Не может быть! Мы на десятом этаже Дома Советов! В промежуточном мире здесь располагается твой фитнес клуб? Охренеть какой крутой батут!
Ему хотелось насладиться видом пруда и набережной, куда его часто водили родители на прогулку. Кажется, в этом мире из пруда периодически выпрыгивают странные существа, напоминающие русалок. Ева не дала внимательно осмотреться. Они по-прежнему стояли в обнимку, она развернулось лицом к окну, переключив его внимание на помещение.
– Ух, этот мир и впрямь чудесен, – прошептал Глеб, оглядев гимнастические мячи нестандартной, зато очень понятной для него формы.
Он быстро забыл о русалках и даже вырвался из объятий Евы, чтобы ближе рассмотреть необычный инвентарь. Мячи были разных размеров, но абсолютно все намного выше, чем стандартные фитболы. Их нельзя назвать круглыми, скорее они были овальные больше напоминающие батон. С краю по центру расположены две ребристые вмятины для прочной фиксации ягодиц. Ближе к вмятинам закреплены длинные боковые поручни сразу для двух человек. Точно такие же поручни встроены на другом краю мяча, только без проемов. Он потрогал фитболы, их так плотно накачали, что они напоминали матрац, хотя пружинили не хуже фитболов.
– Я надеюсь ты прямо сейчас ляжешь на этот синий мя…
Глеб обернулся назад, так и не успев произнести последнюю букву. Ева стояла абсолютно голая. Теперь он полностью мог оценить совершенство ее тела.
Спортивное телосложение дополнялось идеальным не маленьким и не навязчиво большим женским бюстом. Все кости имели четкие линии, при этом хватало мышечной массы, чтобы никто не смог назвать ее костлявой или упрекнуть маленькими ягодицами. В окнах отражалась их умеренная выпуклость и упругость. Утонченная талия намекала, что, вероятно, она одна из немногих девушек, на кого не повлияют роды. Пресс состоял из двух рельефных мышц и не был перекачен плотными кубиками. Ближе к солнечном сплетению живот чуть углублялся внутрь туловища, а тазовые кости так хорошо сочетались с животом, что можно было перепутать их с дополнительными тонкими мышцами. Колени отчетливо выделялись, ни одно жировое отложение не закрывало их ровных контуров. Бедра с икрами были хорошо натренированы, но не отличались лишней массой. Они гармонично дополняли пресс с ягодицами. Ногти рук и ног имели настолько здоровый оттенок, что не нуждались в дополнительном уходе.
Однако нашлись еще две детали, которые дополнили общее впечатление. В панорамном окне из пруда продолжали выпрыгивать существа, напоминающие русалок. Их тела были красивы, хотя по разным причинам далеки от образа Евы. На контрасте они еще больше красили ее внешность. Больше чем русалки, его удивляла необычная нательная татуировка жены. От соска правой груди через левые ребра и спину ее тело огибало змеиное туловище. Длинная голова змеи в профиль началась ниже пупка, а закончилась в миллиметре от идеально выбритой узенькой вагины. Широко раскрытая змеиная пасть нацеливалась целиком проглотить всю половую область. Язык змеи ювелирно прорисован поверх половых губ, двумя извилистыми концами он метко попадал в отверстие влагалища. «Довольно откровенная татуха для девственницы. Такую бы порно актрисам», – подумал Глеб, восхищаясь произведением искусства.
Ева грациозно подошла к подоконнику, чтобы взять зеленый флакончик с маслянистой жидкостью. На обратном пути она слишком увлеченно смотрела на супруга, поэтому случайно споткнулась о свою белую блузку с джинсами. Глеб успел сделать шаг вперед, чтобы вовремя ее поймать. Ребра, шеи и несколько костей рук ожидаемо хрустнули. Ему хотелось прямо сейчас зацеловать всё тело, но он успел только облизнуть мягкое плечо. Она отошла в сторону стены, развернулась, чтобы оценить рост Глеба и уверенно выкатила один красный мяч.
– Чего стоишь? Раздевайся, – улыбнулась Ева.
– Амм… слушаюсь!
Пока он нервно стягивал с себя грязную серую футболку, Ева поставила перед ним фитбол. Она вылила на него целый флакончик, растерла по всей поверхности с избытком вытекшее масло, потом изящно легла сверху. Глеб быстро подбежал к мячу, они вместе крепко схватились за нижние поручни. Погладив стопами по икрам его ног, Ева легонько приподняла корпус, чтобы лучше зафиксировать туловище и плотнее расположить седалище в ягодичном проеме. Спина сильно скользила по масляной поверхности, это помогало плавно перемещаться назад/вперед.
Сложно было не услышать приятный хруст спины. «Если плотно на нее прилечь, смогу ли я почувствовать вибрацию от позвонков?», – возбужденно подумал Глеб. Она точно подобрала не только высоту, но и длину мяча, потому что голова ровно наполовину свисала вниз. Это еще больше вытягивало и без того длинную шею, но не сильно сказывалось на кровообращении мозга. Шея, как и спина приятно хрустнула. У нее получалось смотреть на Глеба, только если немного опускались глаза. Сюда идеально вписался бы второй член, но это был не их случай. Ева всецело увлеклась своим мужчиной.
Как только она шире раздвинула ноги, Глеб одной рукой помог себе войти в ее узенькую промежность, затем еще крепче сжал два поручня. Скользящая поверхность мяча сразу же отодвинула Еву назад, как бы испытывая длину полового органа. Он успешно прошел испытание, а Ева поспешила взять ситуацию под свой контроль, сильно дернув себя вперед. Раскачиваясь назад и вперед, она могла буквально трахать его, находясь полностью в горизонтальном положении, и она это делала с большим удовольствием. Ему показалось, что четко прорисованная змея агрессивно пытается сделать ему минет. Прошло около полутора минут, но никто из них не обратил внимания, что в помещении больше не было девственников. Своем раскрепощенным поведением она сбила мужа с толку, хотя девственная плева, ожидаемо порвалась и немного крови уже растеклось по его яичкам.
Глеб иногда освобождал руки от поручней, перекладывая их на ее гладкие бедра. Ей хорошо удавалось справляться самостоятельно. Несколько раз Ева игриво приподнимала таз, из-за чего в области поясницы побулькивало скопление излишне разлитого масла. При небольшом совместном усилии фитбол иногда подпрыгивал. Чтобы Глеб случайно не поломал свой «инструмент» они старались не злоупотреблять. Им обоим стало проще, когда ее ноги оказались на его плечах. Ноги похрустывали даже при обычном подъеме. Наиболее хрустящими были все изгибы тела, включая пальцы. Он так и не лег на нее, потому что неожиданно отвлекли вульгарно приближающиеся длинные пальчики.
Его отношение к любым проявлениям фут-фетиша было умеренно-нейтральным, но в данном случае равнодушие исключалось. Как только вытянутая левая стопа проникла промеж зубов (ему показалось что рот попал покрытый кожей хрустящий сухарик), он плотно прижал средние пальцы к языку. Активно кивая головой, Глеб буквально поедал «сухарик», который к тому же слегка подергивался изнутри. Ему хотелось испробовать все соседние пальчики, не упуская привкуса ногтей.
Когда он прошелся по всем пальчикам хруст себя исчерпал. Ева сразу поменяла ногу, предварительно скользнув предыдущей ногой по его груди. Они сильно повысили скорость полового акта, но через несколько секунд Глебу пришла новая идея. Его усилиями мяч начал подскакивать вверх, при этом продолжал горизонтальные вращения. Желание лечь на нее сверху куда-то улетучилось, а пальцы он решил выплюнуть. Ее левая нога расположилась на плече, правая болталась в воздухе.
– Ааа! Даа! – Закричала Ева.
– Нравится?!
– Ааа! Ты можешь еще?!
– Я хочу еще!
Внутри ее влагалища как будто мускулистый 17-сантиметровый человечек танцевал брейк-данс. Настроение Глеба снова поменялось, жадно схватив верхние поручни у головы, он поторопился лечь на нее. По инерции мяч продолжил подпрыгивать. Глеб испугался, что свалится на пол, но главное, что он успел насладиться вибрацией ее позвонков. Они и правда начали падать, еле-еле сдержав падение его правым коленом и ее левой ногой. Член неуклюже вылез наружу.
– Бежим скорее на батут! – Приказала Ева.
– Надеюсь, с мячом?
– Ну, конечно, с ним. Бери его быстрее.
У стены стоял низкий батут не меньше сорока квадратных метров. Ева, поблескивая маслянистой спиной, кувырком запрыгнула на него. Глеб кинул ей фитбол и, в точности повторяя кувырок, поспешил присоединиться. Когда он встал на ноги, она с хищной искрой в глазах небрежно чмокнула его в губы, потом дважды подпрыгнула на батуте, чтобы плюхнуться спиной на мяч. Ягодицы хоть и попали ровно в проём, тело так сильно отпружинило вверх, что язык змеи мелькнул напротив его глаз. При падении, как бы предвосхищая дальнейший процесс, она выдохнула громкий звук наслаждения. Он помог подняться ей на ноги, аккуратно положил на мяч и заново вошел в нее на 17 сантиметров.
Прежде чем экстремально попрыгать на батуте, Глеб решил еще разок поиграть с хрустящими ножками. Для начала ему пришло в голову пощекотать ее пяточки, но в ответ одной из пяток он получил по ребрам, другой по плечу. Ева очень боялась щекотки, чтобы как-то защититься она широко раздвинула ноги почти до идеального шпагата. В этом положении змея показалась еще более жадной до минета. Глеб успокаивающе улыбнулся, затем мягко прилег на нее, ухватившись за верхние поручни. Чтобы больше не падать, он оставил одну ногу на батуте, но быстро понял, что у мяча хороший нижний стабилизатор. Видимо в первый раз они в спешке слишком сильно сместили вес в одну сторону.
Теперь ему захотелось оставить пару засосов на шее. Она не была против, но легким хрустом возмутилась сама шея. Движения их тех выглядели настолько плавно, что это было похоже на две морские волны: вращение таза Глеба со скользящим туловищем Евы напоминали прилив и отлив океана. Когда перед поцелуем она внезапно испустила слюну, вместе с булькающим под копчиком маслом и вспотевшими телами, действительно, создавалось впечатление, что повсюду влага. Они тонули в океане секса, поступательно усиливая обмен жидкостью. Возбужденная промежность Евы настолько хорошо намокла, что можно было вообразить, как змея под ее пупком брызнула ядом.
Она болезненно вцепилась ногтями в ребра мужа, намекая, что пора встать на ноги. Он всё понял без слов, вернулся в вертикальное положения, удобнее зафиксировал член, обхватил передние поручни и без промедления начал подскакивать вверх. Когда фитбол подпрыгнул выше, чем на полметра, Глеб понял какая большая перед ним ответственность. Ева хотела, чтобы даже на высоте он не переставал в нее проникать. Это напоминало экзамен по физкультурной гимнастике, только вместо зачета они нацелены на другой результат. Во время раскачки Ева предпочла не напрягать шею, вытянув голову подальше от партнера. Пораненная от укуса вытянутая шея не иначе как выпрашивала добавки. Первое активное вращения тазом Глеб сделал на высоте полутора метров. Ева пугающе молчала, ей хотелось чаще и выше. С каждым приземлением ее голова смещалась то вправо, то влево как будто невидимка со всей силы давал ей пощечины. Пока жена продолжала молчать, муж от восторга издавал детские выкрики:
– Ваауу, ух тыы!
На высоте двух метров Ева грубо ударила его стопой по щеке, намекая, что для таких эмоций они набрали недостаточно высоты. Он специально начал кричать громче. Она незамедлительно повторила удар и тут же застонала от боли – Глеб ловко схватил ее большой палец зубами. До приземления оставалось полсекунды, он поспешил освободить палец, чтобы не поранить ее зубами. Ева громко засмеялась, смех быстро прервался стонами блаженства. Приземление с высоты в два с половиной метра показалось ей удовлетворительным. Глеб периодически отрывал от поручней руки, чтобы успеть хлопнуть ее по бокам ягодиц. Неожиданно его посетила еще одна идея.
На высоте целых трех метров вместо того, чтобы сосредоточиться на приземлении, он начал занимать горизонтальное положение, расположив свое лицо сбоку от ее шеи.
– Ммм!! – Довольно застонала Ева, еще раз раздвинув ноги. Чтобы центр тяжести не сместился к ногам, на всякий случай он повторил за ней. С земли их почти одинаково растопыренные ноги напоминали крылья самолетика.
От легкого волнения Глеб замолчал, он не знал, насколько удачным будет их приземление. Еву эти мелкие заботы не беспокоили. За метр до приземления он чутко уловил ее решительное настроение и тоже расслабился.
– Уаа!! – Закричала Ева, когда член вонзился в нее чуть ли не вместе с яичками. Глеб даже почувствовал, как головка пениса изменила привычное положение внутри жены. На этот раз спина хрустнула так звонко, что по животам прошла вибрация.
Она начала оргазмировать быстрее мужа, но вела себя так будто всё только начинается. На отскоке от батута в ребра Глеба еще раз вонзились острые ногти с понятным сигналом не забывать о прыжках с вертикального положения. Напряжение на его предплечья сильно возросло – фитбол хорошо пружинил, но требовались дополнительные усилия, чтобы он подлетал на одном уровне с Глебом. Ему пришлось смириться с усталостью, ведь пока еще не удалось кончить, хотя момент приближался. Голова Евы так притягательно извивалась по краю мяча, что появился стимул прыгать как можно выше: чем выше прыжок, тем больше секунд на поцелуи в области ключиц.
На высоте четырех метров ноги Евы лежали на его плечах, она резко подтянула их на себя. Ее таз сильно сдвинулся, пенис Глеба чуть было не вышел наружу. Оставалось три метра, чтобы быстрее на нее лечь. Когда вышла половина головки пениса, он успел занять горизонтальное положение, однако их привычное положение изменилось. Теперь не он, а она доставала до шеи. В момент падения Ева успела скрестить ноги над его спиной.
– Вуаа!!! – Фуаа!! – Они завыли в оба голоса.
Глеб больше не торопился прыгать – он помнил об их главной задаче, они не могли пойти на риск разбрызгать сперму. Когда батут отпружинил на два метра вверх, Ева поняла, почему он с такой силой прижался к ней. Она вцепилась зубами в его шею, чтобы оставить на ней взаимный засос. Фитбол постепенно остановился, они по-прежнему плотно прижимались. Глеб еле слышно постанывал от удовольствия, ослабив движение тазом.
– Ты как? – Шепотом поинтересовалась Ева.
– Я хочу еще.
– А ты можешь?
– Не имеет значения. Я все равно хочу. Немного отдохнем.
Они растянулись на батуте и задумчиво посмотрели в окно. Русалкаподобные существа не переставали выпрыгивать из пруда. Закат слабел, в последних лучах солнца было видно, что руки предполагаемых русалок больше чем наполовину были мутированы в плавники. Он решил, что происходит что-то странное, ведь перед ним не новый волшебный мир, а нечто наполовину состоящее из прошлой реальности.
– Ева, разве в моем мире существуют русалки?
– Ты видишь, как они красивы?
– Хмм… русалочки Ариэль я не вижу, но в целом красивы.
– Ты в курсе, что в твоем мире более 90% океана не изучено?
– Блин, это же русалки! О чем мы вообще говорим?!
– В твоей реальности их не существует.
– Тогда что они тут делают?
– Есть большая разница между теми красавицами, которые вы рисуете в мультиках и теми изуродованными существами, которые плавают в океане на самом деле. Здесь эта разница меньше, они красивее.
– И кто же плавает в нашем неизученном океане?
– Сагуна ответила на один вопрос, который был мне известен. Всё живое произошло от людей. Если ты это усвоил, тогда сам поймешь, кто у вас плавает.
– То, что мы называем русалками это очередная мутация, не сумевшая хорошо размножиться и безопасно адаптироваться в биосферу планеты?
– Я в тебе не сомневалась, – улыбнулась Ева. – Они удивительные существа в том смысле, что у них нет постоянных мест обитания. Они боятся как людей, так и своей стихии.
– Значит, не все видео с русалками фейк?
– Не все. В, конце концов, аппендицит внутри тебя не менее сказочен, чем условные русалки. Твои предки когда-то плавали в воде.
– Дык аппендицит легко объясняется эволюцией!
– Всё чем-то объясняется. Чудо – это освобожденный племенник времени.
– Чего?! В каком смысле освобождённый пленник?
– Тысячу лет назад если бы людям показали человека в телевизоре, они бы сказали, что это чудо и были бы абсолютно правы. Прошло некоторое время, теперь телевидение можно объяснить научно. Ты когда-нибудь читал церковную литературу о чудесных исцелениях?
– Да, в православии они встречались частенько.
– Там тоже всё научно объясняется, но, когда прогресс сокращен во времени, вы это называете сказками. Часто бывает такое, что длительный научный результат сокращает молитва. Ваши ученые так и не уделили достаточно времени изучению или хотя бы официальному поиску русалок. Кроме них в природе еще много мутированных существ непонятного происхождения.
– По идее все кроме людей мутированы, разве нет?
– Я имею в виду особенный скелет без научного описания.
– Знаешь, что? … Особенный скелет это у тебя.
– Я похожа на русалку? – Игриво спросила Ева, потом плавно согнула колени и положила плотно прижатые друг к другу ступни на фитбол.
– Ты похожа на самую сказочную русалку из всех сказочных русалок, – ответил Глеб, медленно подползая на корточках к ее телу. Он положил руку на мяч, несколько раз поцеловал ее в пупок, укусил за тазовую кость, вытянул язык и минуя половую область направился вдоль правой ноги. Мягкая кожа Евы напрашивалась усилить давление языка. Добравшись до коленной чашечки, Глеб попытался надкусить упругие суставные хрящики, провел языком по периметру всего колена и продолжил подбираться к ступням, быстро переключившись на ее левую ногу. Изящные холодные пальчики уже встречали его легким похрустыванием. Ева постаралась их растопырить.
На этот раз ему захотелось попробовать каждый из них в отдельности. Мизинец предательски не захрустел, четвертый пальчик тоже остался непреклонен. Начиная со среднего «сухарик» наконец-то издал приятный звук. Аппетит приходил во время еды, второй и большой палец он проглотил одновременно. «Я не сдамся перед первыми двумя», – подумал Глеб и еще раз набросился на мизинец с четвертым пальцем.
Когда Глеб решил переключиться на правую ногу, Ева вытянула левую, звонко хрустнув коленкой. Она заметила, что его пенис где-то наполовину готов к новым подвигам, дождалась, когда он вцепится в пальцы и легонько толкнула левой ногой в бок. Он обернулся и тут же получил меткий плевок по переносице. Слюна быстро стекла к губе, но ему не хотелось облизывать ее, потому что больше привлекал остаток слюны на губе Евы. Глеб легонько откатил фитбол и поспешил лечь на жену. Через несколько секунд поцелуев он осушил как ее, так и свою мокрую губу. Их тела снова слились в одно целое. Она всячески дразнила его своей длинной шеей, но поняла, что мужа тянет на что-то другое. Он смотрел в сторону противоположной стены:
– Ева, я еще раз хочу порезвиться на батуте.
– Так, так… Хорошая идея.
Он уверенно встал с батута, потом подбежал к стене. – Попробуем этот! – Глеб вытащил синий мяч. Фитбол был такой же высоты, но заметно длиннее и на несколько сантиметров уже. Ягодичный проем с нижними поручнями располагался подальше от края.
– Иди быстрее ко мне, – возбуждено сказала Ева.
Глеб приподнял над головой мяч, разбежался и кинул его на батут. Она дождалась, когда он добежит до мяча, но не сдвинулась с места. Он вместо нее уселся в проем и довольно занял горизонтальное положение. В области головы мяч был приподнят на пять сантиметров, это создавало эффект тоненькой подушки. Теперь Ева уверенно двинулась к мужу, перекинула одну ногу через мяч и зафиксировала в себе его член.
Он сильно дернул тазом вверх как бы призывая быстрее начать пружинить. В ней нашлось достаточно сил, чтобы после вертикального толчка сделать мощный прыжок. Она хотела набрать больше высоты, поэтому не сгибала колени. Пока она прыгала, Глеб удивленно наблюдал за глазами своей наездницы, взгляд не выдавал напряжения, но было заметно ее учащенное дыхание. На высоте двух метров она наконец-то согнула колени, в момент приземления это снизило нагрузку на батут, но увеличило ее вес. Глеб сжал зубы, делая вид, что ничего не происходит. Ему хотелось дождаться максимально возможной высоты. Ева тоже сдержала голос, но усилила звук выдоха.
Она выпрямила ноги, чтобы еще разок хорошенько попрыгать. Наездница старалась сильнее тянуть на себя поручни мяча, поэтому член Глеба вылезал наружу не больше чем на пару сантиметров. Ей недоставало сил, а он не торопился кончать в нее, хотя с каждым приземлением им становилось всё приятнее. В какой-то момент она остановилась, дождалась, когда остановится фитбол, потом слезла на батут. Она решила сесть на него сверху, стоя спиной вперед. Глеб, не долго думая, хорошенько хлопнул обеими руками по ее ягодицам. Кратковременный отдых и его стимуляция придали Еве больше сил. Теперь она прыгала так, что высоту в три метра они набрали за то же время за какое до этого набрали всего лишь два.
– Бей! Еще! – Прямо во время полета кричала Ева.
После первого удара Глеб приметил легкие следы своих ладоней. Он бил ровно по следам, чтобы они стали как можно отчётливее. Один раз его удар ослаб, потому что размах совпал с моментом приземления, когда им обоим стало очень хорошо.
– Дааа!! Бей сильней! – Еще раз закричала наездница. – Бей!
Глеб дважды ударил так, что звонкие хлопки приглушили ее крик. Ему показалось, что все удары вибрацией отдавались промеж ее ног. Фитбол то и дело крутило на 360 градусов, а волосы Евы поднимались выше головы. Глеб почувствовал легкое головокружение. Очередное возвышение обещало вырасти не меньше, чем на пять с половиной метров. Как только соприкоснувшись коленями с батутом Ева громко вскрикнула от удовольствия, Глеб понял, что они одновременно кончают.
Однако на снижении до трех метров им стало не до секса. Удовольствие было в самом разгаре, но жуткий звук с улицы пронзил их уши. Как будто звенел колокольный звон, только после каждого удара по колоколу звук не затихал, а наоборот увеличивался. Ева свалилась с мяча на батут, они оба посмотрели в окно ближайшего балкона. Через всё пространство окна выглядывал большой красный глаз. Глеб схватил жену за руку, чтобы отбежать подальше к стене. В панорамных окнах высветилось красное демоническое лицо с черными ноздрями. Второй глаз лица отражался через соседний балкон. Они оба как вкопанные стояли голиком у стены.
– Кто это?! Я видел его дважды! В тех самых пирамидах! – Крикнул Глеб с надвигающимся приступом панической атаки.
– Ба-Пеф, – спокойно без чувства страха ответила Ева. Звук искаженного колокола постепенно начал затихать. Последние остатки дневного света исчезли, город полностью погрузился в ночное свечение.
