Текст книги "Время, которое живет в чемоданах. Родословный детектив-путешествие по временам и странам"

Это говорит о том, что семья Выслоухов жила на окраине Беловежской пущи уже в середине XV века.

В главе использованы исследования

брестского краеведа Евгения Квачука.

Ещё одна легенда рода: мой «родственник» отправлял Ленина из Германии в пломбированном вагоне

Кстати, о легендах. Многие профессиональные генеалоги относятся к ним довольно пренебрежительно, мол, все сведения о роде должны быть подтверждены документально. Мало кто что вам наговорил! Не считается. Но я отношусь к этому по-другому, наверное, потому что писатель, и для меня важнее бумажек с печатью всё-таки история, пусть и частично выдуманная.

Ведь никакая история не появляется просто так, на пустом месте. Даже за выдумкой стоят вполне реальные случаи: верования, чаяния, настроение общества разного времени, разных политических режимов и т. п. Подтвердилась легенда или нет, но родослов обязан с максимальной детализацией зафиксировать её и сохранить для потомства, считает генеалог Даниил Петров. Возможно, со временем из таких записанных и изученных историй может быть извлечена новая информация. Одну из таких легенд мне поведал Евгений Квачук.

О брестской линии Выслоухов сохранилось много сведений, главным образом, благодаря значительной роли, которую сыграл в обществе Зeнон Казимир (Zenon Kazimir), брестский подкоморий (1727—1805). От отца Антонима Станислава (Antonim Stanisław) (1693—1734) он унаследовал родовую усадьбу в Лeжайке и дал местности название Зеновиль (Zenowil).

В 1766 году, женившись на девушке из рода Ожешко (вот и связь Выслоухов с родом Ожешко!), получил в приданое часть дубрав Перковичи, которую после расширил. Около 1770 года перенёс усадьбу в Перковичи (Pirkowicze), начал строительство дворца и церкви. Ту стройку закончил и довёл до ума его сын и наследник Перковичей Виктор (Wiktor) (1767—1840), предводитель дворянства Пружанского уезда. Виктор не только содержал наследство в хорошем состоянии, но и значительно его увеличил, обеспечив имуществом пятерых сыновей, а также третью жену.

От Виктора Перковичи отошли в наследство Антонию (Antoni) (1819—1875). Следующим владельцем был также Антоний (1864—1940). Последним хозяином после 1930 года был Станислав (Stanisław) (1901—1991).

На протяжении веков у Выслоухов, которые пользовались доверием местных жителей, были общественные деятели почти в каждом поколении. Коротко напишу о самых известных представителях рода.

Зенон Казимир Выслоух (Zenon Kazimir Wysłouch) (1727—1805), сын Антония, брестского судьи, родился в имении Лeжайкa-Зеновиль Пружанского уезда. Человек образованный, политик, который всю жизнь посвятил общественной службе и улучшению общественного строя тогдашней Речи Посполитой. В 1759 году на брестском сеймике выбран послом на Сейм Великого княжества Литовского. Известен как хороший оратор.

Антоний Изидор Выслоух, предпоследний владелец имения в Перковичах, был сильно привязан к Полесью и полещукам. В сентябре 1939 года он не покинул Перковичи. Всю зиму оставался в деревне, а весной 1940 был арестован НКВД, вывезен из имения и без вести пропал.

Болеслав Игнаций Выслоух (Bolesław Ignacy), сын Людвика (двоюродный брат Антония Изидора) (1855—1937).

Учился в Технологическом Институте в Санкт-Петербурге, который окончил с дипломом инженера-химика. Во время учебы в Петербурге присоединился к радикальному движению социал-революционеров. Был захвачен идеей защиты угнетённого и обиженного деревенского люда, тесно связан с социалистической группой «Народ Польши» («Lud Polski»), был сторонником польского национализма, а не социалистического интернационализма.

В 1880 году арестован царскими властями за националистическую и социалистическую деятельность, осуждён на три года лишения свободы в Варшавской цитадели. После освобождения находился под присмотром полиции по месту рождения, в имении Соха на Полесье.

Болеслав Выслоух, известный польский общественный деятель (1855—1937)

В 1885 году женился на Марии Боуфаловой (Maria Boufałłowa), учительнице, деятельнице женских движений и за независимость Польши. Болеслав и Мария Выслоухи переехали в Галицию, во Львов. Вместе участвовали в народном движении, писали публицистические статьи. У меня есть редкая книга на польском языке о Марии Выслоух, читала из неё отрывки.

Болеслав стал одним из основателей народного движения в Галиции. Разработал его политическую программу. В 1886—1887 годах издавал журнал «Przegląd Społeczny» («Общественный взгляд»), а в 1889—1902 годах – журнал «Przyjaciel Ludu» («Друг народа»). Эти журналы сыграли важную роль в становлении народного движения в Галиции.

В 1895 году был одним из создателей Польской народной партии (ПНП) (Polskie Stronnictwo Ludowe (PSL), которая и сегодня действует на территории Польши. И ещё существует легенда, которую мне поведал Евгений Квачук, что Болеслав имел отношение к отправке Ленина из Германии в запломбированном вагоне в Россию. В 1922—1928 годах занимал должность сенатора Республики Польша. Похоронен во Львове на Лычаковском кладбище. В Кракове есть улица Болеслава и Марии Выслоухов, мы с внучкой там побывали.

Франтишек Выслоух (Franciszek), сын Антония Изидора (1896—1979). Кадровый офицер Польской Армии, дипломированный подполковник, одержимый охотник, влюбленный в Полесье, литератор и художник. В 1916 году вступил в ряды легиона, в послевоенное время служил в армии. Во время Второй мировой войны служил во Франции и Англии. С 1942 года во II корпусе генерала Андерса в Иране, Палестине, Египте, Италии. Командовал противовоздушной батареей в битве у Монте Кассино.

После войны остался жить в Лондоне, где занимался литературным и художественным творчеством. Написал 34 картины с полесскими пейзажами, а также с имением в Перковичах. В Польше переизданы (сначала они вышли в Лондоне) три небольшие его книги рассказов, посвящённых Полесью: «Полесские рассказы» («Opowieści poleski»), издание 1968 г.; «По тропам Полесья» («Na ścieżkach Polesia»), издание 1976 г.; «Полесское эхо» («Echa poleskie»), издание 1979 г. Все три книги у меня есть. Пока была возможность покупать книги за рубежом, я ею воспользовалась.

Франтишек Выслоух, военный, писатель и художник, (1896—1979)

На русском языке его книги не издавались, есть несколько рассказов (один представлен в этой книге), переведённых краеведом Евгением Квачуком и мной. Главной темой его литературного творчества стало Полесье, по которому сильно скучал, его леса, звери, охотники, приключения, болота, а в первую очередь, полещуки, к которым он относил и себя, – их происхождение, обычаи, характеры, верования, их сильная связь с родным краем.

Литературные критики называли Франтишека Выслоуха «Piewcą Polesia» («Поэт Полесья»). Отмечен серебряным крестом Virtuti Militari, крестом Мужества (Krzyż Waleczny), а также другими польскими и зарубежными наградами. Умер и похоронен в Лондоне.

Бернард Выслоух (Berbard), сын Aнтония Изидора (1903—1940?). Выпускник Сельскохозяйственной академии в Цешине (Cieszyn). В 1926—1927 годах был учителем в сельскохозяйственной школе в Мечиславове (Mieczysławów) около Кутны (Kutna), в 1927—1939 годах – директором Сельскохозяйственной школы в Опсе Брацлавского района (современная Беларусь). Во время его управления школа стала лучшей среди школ подобного типа в Польше. В связи с этим школу, как образцовую, посетил тогдашний президент Польской Республики Игнаций Мосцицкий.

Считался очень хорошим, уважаемым преподавателем, организатором и общественным деятелем. В школьной хозяйстве наладил выращивание посевного зерна высокого качества, которое бесплатно менял на зерно, выращенное земледельцами Брацлавщины. Улучшал породы животных. Расширял внешкольное сельскохозяйственное обучение на Брацлавщине и в соседней Латвии.

Братья Бернард (справа) и Северин Выслоухи, снимок времён Первой мировой войны

Был очень популярным среди своих учеников и местных земледельцев, которых он уважал и которым помогал. Доказательством его популярности был добровольный сбор подписей за его освобождение, когда в ноябре 1939 года был арестован НКВД и брошен в тюрьму в Брацлаве. Было собрано около трёх тысяч подписей, но безрезультатно. Бывшие ученики Бернарда Выслоуха заботились о его жене и детях, а также прятали их от высылки после его ареста.

Память о Бернарде Выслоухе у жителей Брацлавщины сохраняется и сегодня, доказательством чего служит экспозиция в Брацлавском краеведческом музее, посвящённая сельскохозяйственной школе в Опсе и её директору. Бернард Выслоух был вывезен из Брацлава в неизвестном направлении. Больше о нём никто не слышал.

До недавнего времени я была связана через соцсети с некоторыми представителями этой линии, живущими в Польше и Америке. Переписывалась с Болеславом Выслоухом, профессором физики Массачусетсского университета. Сейчас эта связь прервалась. Но благодаря Болеславу мне удалось найти потомков этой ветви в Краснодарском крае. Рассказ об этом впереди.

Тайна Зеновиля так и не раскрыта

У брестской линии рода Выслоухов было восемь поместий в бывшей Гродненской губернии. Это Перковичи (Pirkowicze), Лeжайка-Зеновиль (Leżajka-Zenowil), Соха (Socha), Хлевище (Chlewiszcze), Болкуны (Bołkuny), Трацянки (Trzecianki), Горловичи (Horłowicze) и Зосин (Zosin).

В межвоенный период, вплоть до Второй мировой войны, в руках семьи оставались Перковичи, Лежайка-Зеновиль и Соха. В Перковичах, как я уже писала, сегодня расположилась школа-интернат. Дворец сохранился. Есть в школе и музей истории рода Выслоухов.

Первые упоминания об этой местности встречаются в XV веке. Вероятно, с конца XIV века эта земля принадлежала семье Туров (Torów). По мере обнищания семьи имущество было разделено и в конце XVI века поместье перешло в распоряжение семьи Терлецких (Terleckich).

В руках Терлецких оно находилось до середины XVII века. После переходило во владение разных семей: Войнув (Wojnów), Ожешко (Orzeszków) и др. В 1766 году часть дубрав, как я уже упоминала, в качестве приданого его жены перешла к Зенону Выслоуху, владельцу имения Лeжайка-Зеновиль, брестскому подкоморию.

Увеличил территорию поместья и завершил строительство дома его сын Виктор, предводитель дворянства Пружанского уезда. У него было пятеро сыновей, которым, кроме Перковичей, он оставил в наследство поместья Сохо, Хлевище, Бронны (Bronna), Горловичи и Третьяки (Trzeciaki). Перковичи и Сохо до 1939 года находились во владении потомков рода.

Зенон Выслоух с нуля отстроил дом в Перковичах практически таким, каким он выглядит сегодня. В усадьбе сохранился красивый пейзажный парк с деревьями ценных пород. От дома аллея вела к церкви, а с другой стороны – к пруду, системе каналов и беседкам.

Дом был построен в форме широкого прямоугольнике, с внутренними стенами толщиной приблизительно 1,5 м. На фасаде здания находился глубокий портик на четырёх массивных колоннах, которые поддерживали большой балкон.

Усадьба Перковичи, 2008 год

В конце XIX века произошёл несчастный случай: кучер, подъезжая на четвёрке лошадей, ударился о портик головой и погиб. После этого происшествия тогдашний владелец имения уничтожил колонный портик и на его месте построил деревянную веранду.

В доме было 17 комнат, в центре они располагались в два ряда, а по сторонам – в три. В доме находилось тринадцать печей, выложенных кафелем, и семь каменных дымоходов.

В библиотеке на втором этаже хранились различные семейные реликвии: старинный эбеновый крест Выслоухов, античные часы на ножках, а также коллекция трубок. Самыми ценными были рукописи разнообразных правительственных актов и грамот, преимущественно написанных кириллицей. Они хранились в большом деревянном сундуке.

Большую ценность представляла библиотека, насчитывавшая несколько тысяч книг. Это были в основном старинные фолианты в переплётах из дощечек, обтянутых пергаментом, либо из кожи с позолотой и тиснением. Эти артефакты ревностно сохранял последний владелец усадьбы Антоний Выслоух, который неохотно позволял приближаться к своим сокровищам даже ближайшим родственникам.

Площадь парка была более 16 гектаров. Там росли группами или поодиночке красивые серебристые тополя, стволы которых с трудом могли обхватить трое взрослых людей, а также липы, ели и дубы. Ряды деревьев образовывали тенистые беседки. Одна из беседок называлась «королевской»: на том месте, как свидетельствовали семейные предания, тогдашний владелец Перковичей, Зенон Выслоух, угощал завтраком короля Станислава Августа Понятовского, который ехал на Гродненский сейм.

Церковь Успения Пресвятой Девы Марии была построена Кириллом Терлецким. Находилась немного в другом месте, чем сегодня. Как известно из старых документов, она была деревянная. Имела две невысокие башни и купол. Были там прекрасно сделанные три алтаря, красивые царские врата, украшенные резьбой. Здесь был похоронен епископ Кирилл в 1607 году.

В годы военного лихолетья и после раздробления поместья церковь уничтожили, ценная отделка погибла. Поэтому Зенон Выслоух, получив поместье, сразу заложил фундамент новой церкви, строительство которой закончил его сын Виктор. В новую церковь были торжественно перенесены останки епископа Кирилла, а также членов его семьи.

Здесь был похоронен Зенон и его жена Гонората (Honorata) из дома Ожешко. Виктор и две его жены также нашли здесь покой. Но, как оказалось, ненадолго. В 1939 году все останки были просто выброшены из склепа, а сам подвал замурован. Сегодня там нет и следа ни Терлецких, ни Выслоухов.

Какова же была судьба имений Зеновисль и Соха? В 2008 году дворцовая застройка в имениях Лeжайка-Зеновиль и Соха была уничтожены до основания, остались следы придворцовых парков и садов, в Зеновиле остатки винокурни. Сегодня там находится большая животноводческая ферма.

Но с имением Зеновиль связана старая романтично-трагическая история. После смерти Зенона Выслоуха (1920-е годы) его молодая вдова, которая славилась на всю округу красотой, полюбила молодого владельца соседнего поместья Видное. Их тайная горячая любовь закончилась трагически. Неизвестно, что послужило причиной трагедии, но как-то утром они были найдены мёртвыми возле огромного дуба в Зеновильском парке. И были похоронены вместе на католическом кладбище в Пружанах.

Над Неманом
В гостях у Элизы Ожешко

Спустя четыре года после нашей с внучкой поездки в Беларусь и Польшу, я вновь вернулась на белорусскую землю. Произошло это нежданно-негаданно: меня позвали на Международную филателистическую выставку «Юнифил-2023» в Брест, попросили выступить в библиотеках и университете как писателя. Я с радостью согласилась. Но прямого поезда из Воронежа в Брест нет, мне пришлось бы ехать через Минск. Или через Гомель.

Я долго колебалась. Хотя давно хотела в Гомель, мне туда заехать было нужно, увидеть могилу сестры, просто постоять возле неё. Но… я понимала, что для меня это будет тяжелое испытание. Я не была здесь десять лет. И сестру не хоронила. Причина этого такая болезненная, что даже не хочу её касаться. Это весьма личная тема, обойду её молчанием.

И тут на одном из мероприятий в Воронеже я упомянула, что еду в Брест, но пока выбираю маршрут. Мне напомнили, что вообще-то Гомель – город побратим Воронежа. Эта информация склонила чашу весов в пользу Гомеля, и я поехала. Но решила не ограничиваться только двумя городами, а заехать ещё и в Гродно, раз уж я буду в Беларуси.

Ведь здесь свои последние годы провела известнейшая белорусско-польская писательница Элиза Ожешко. А Вислоухи, как я писала выше, были в родстве с этим родом. Правда, Элиза получила эту фамилию, выйдя замуж за Петра Ожешко. Но раз уж я собираю биографии известных людей, так или иначе соприкоснувшихся с родом Вислоухов, грех было бы не увидеть её музей, купить какие-то книги, узнать об этой необычной женщине немного больше.

И после всех мероприятий в Гомеле и Бресте я поехала в Гродно. Это, как и Брест, старинный польский город, и отпечаток этой западной принадлежности лежит и на архитектуре, и на зданиях замков и костёлов. Есть, конечно же, и православные церкви, к примеру, единственная сохранившаяся в Белоруси церковь XII века – Свято-Борисо-Глебская.

Свято-Борисо-Глебская церковь в Гродно, 2023 год

Она стоит на высоченном холме над Неманом. Кстати, в Неман, или Нёман, как говорят здесь, мне удалось даже опустить ладони. Набережная обустроена пешеходными дорожками и смотровыми площадками, вся «забрана» в камень, но в одном месте я всё же смогла спуститься к воде. Вода была очень тёплой, да и эти дни в конце сентября 2023 года на удивление были солнечные и даже жаркие.

Я зашла в музей Элизы, он располагается в доме, восстановленном на том месте, где стоял её дом раньше. Это две небольшие комнатки. К сожалению, вся библиотека, архивы и даже две рукописи её сгорели во время страшного пожара в Гродно в 1885 году.

Так ещё и музей был разграблен во время немецкой оккупации, похищены её личные вещи и мебель, часть архива, собранный собственноручно гербарий. Так что вещей совсем немного, в основном фотографии, несколько картин.

Тем не менее, земляки чтят её память свято, именем Ожешко названа одна из центральных улиц города. Вся жизнь «королевы польской прозы и мучительной правды» была связана с этим древним городом.

Родилась Элиза 6 июня 1841 года в родовитой дворянской семье Павловских в имении Мильковщина, недалеко от Гродно. 21 января 1858 года в бернардинском костеле был зарегистрирован брак Элизы и полесского шляхтича Петра Ожешко. В неполные 17 лет она стала хозяйкой поместья мужа Людвиново. Сейчас это село в Дрогичинском районе Брестской области, как и Перковичи. Жизнь в Людвиново и годы, проведённые в Мильковщине, Ожешко позже назовёт своим университетом.

Во время январского восстания 1863 года она решительно присоединилась к сторонникам освобождения крестьян. Её муж, за то, что в своём имении Элиза давала приют повстанцам, оказывала им медицинскую помощь, был сослан в Пермскую губернию. Он взял всю вину на себя. Людвиново конфисковали. Элиза вынуждена была продать и родовое имение Мильковщину и переехать в Гродно.

Она собиралась заняться литературным трудом, вначале, чтобы получить средства к существованию. В ноябре 1894 года Элиза вышла замуж второй раз за адвоката Станислава Нагорского. Но в этот довольно большой промежуток времени у неё была любовная история с врачом Зигмунтом Свентицким. Почему они расстались, Элиза нигде не упоминала. Эта история так и осталась тайной.

После замужества Элиза переехала в дом мужа, и жила в нём до самой своей кончины 18 мая 1910 года.

Музей Элизы Ожешко на улице её имени в Гродно, 2023 год

Кроме литературного труда, Элиза занималась просветительской и благотворительной деятельностью. Она проводила литературные лекции, организовывала массовые чтения, праздники на Рождество для детей-сирот. На втором этаже в трёх комнатах работали читальные залы для мещан, интеллигенции и их детей.

Произведения Элизы Ожешко переведены на 20 языков, включая китайский и японский. Её творческое наследие – около 150 художественных, литературоведческих и публицистических произведений и более десяти томов писем. Её дважды выдвигали на Нобелевскую премию.

Когда в первый раз Ожешко не получила Нобелевку, а предпочтение было отдано Генрику Сенкевичу, она не расстроилась, очень ценила этого писателя. Но во второй раз, когда премию получила Сельма Лагерлёф (помните Нильса с гусями?) да, переживала, ибо не понимала, что в творчестве Лагерлёф было такого, что жюри предпочло именно её.

Есть сведения, приведённые в некоторых воспоминаниях, что Элиза гостила и в усадьбе Перковичи, которая когда-то принадлежала роду Ожешко и была передана Зенону Вислоуху как приданное за его невестой Гоноратой Ожешко. А в деревне Закозель Дрогичинского района сохранилась необычайной красоты родовая усыпальница Ожешко, построенная в готическом стиле.

В последние годы она сильно обветшала, но власти наконец взялись за её реставрацию. Правда, сама Элиза похоронена на католическом кладбище в Гродно.

Элиза Ожешко, польско-белорусская писательница, общественный деятель

И вот такой ещё факт: начальная сцена знакомства одного из главных мужских персонажей романа Ожешко «В клетке» с героиней происходит в поезде, следующем из Вильно в Варшаву, и в некоторых деталях напоминает сцену знакомства главных героев романа Толстого «Анна Каренина».

Создаётся впечатление, что Толстой, который именно в год выхода романа Ожешко начинал подбирать материал для своего романа, был знаком с этой книгой. Потому что главной темой «Анны Карениной» стала именно та, что поднимала в своих книгах Элиза: свобода женщины распоряжаться собственной судьбой, отношение к разводам в обществе.

И ещё интересное совпадение. В 1898 году молодой писатель Александр Куприн написал повесть «Олеся». Главная её героиня необычайно похожа на главную героиню повести «Дзюрдзи». Некоторые сцены «Олеси» также смутно напоминают сюжет Ожешко, что говорит о влиянии польскоязычной писательницы из Гродно на русскую литературу.

Я долго стояла над Неманом. «Над Неманом» – так называлась первая книга, которую я прочитала у Ожешко. Потом будут «Хам», «Низины», «Дзюрдзи», «Последняя любовь», «Марта», «Babunia» на польском… Вот и ещё одна мечта сбылась. Мне было и светло, и грустно. Не знаю, почему.