Читать книгу "Кукловод"

– Что с ним случилось? – прошептал Пол, как будто боясь, что труп его услышит и повернет свое искалеченное лицо в сторону говорившего.

Маршал Коллинз аккуратно протиснулся на узкой тропинке, обходя напарника, и присел на корточки. Тело выглядело устрашающе только с высоты, если смотреть на него целиком с учетом по-детски закопанного в снег туловища от плеч до пяток. Вблизи же было понятно, что мужчина упал на что-то острое лицом, отчего на нем остались кровавые борозды глубиной в несколько сантиметров. Вероятно, это не могло стать причиной смерти само по себе, однако судя по луже крови, которую сначала детективы приняли за участок земли, жертва скончалась от потери крови. Но точно мог сказать только доктор Эванс.

– Еще будете любоваться? – из-за угла появился один из криминалистов, которые ждали, пока труп на месте преступления осмотрят Маршал Коллинз и Пол Бейкер, чтобы увезти его для осмотра и установления причины смерти.

– Да уж, тут есть чем, – нахмурившись, обернулся на него детектив Коллинз. – Вы тут закончили?

– Давно. Ждем только вас. Непонятно, правда, зачем, – он был явно недоволен тем, что пришлось тратить время.

– Забирайте. Спасибо, что дождались, – Маршал, кряхтя, поднялся и, спрятав опять руки в карманы, задумчиво обошел все еще застывшего Пола и направился на стоянку. Тут им было делать нечего.

* * *

– Ингрид! Вставай! Эй! Завтрак пропустишь! – от звучного голоса Дарсии невозможно было спрятаться даже в самом глубоком сне.

Ингрид еле-еле открыла глаза и сразу же зажмурилась – таким едким показался ей солнечный свет, пробивающийся из маленького окна на другой стороне комнаты.

Ей не хотелось вылезать из кровати, но она понимала, что может навлечь на себя подозрения. Плюс ко всему – сразу после завтрака должны были начаться подготовительные сессии по олимпиаде, а затем и она сама.

Ингрид со вздохом выбралась из-под одеяла, потянулась так, что свело мышцы ног и кольнуло где-то в районе лопаток, и ушла одеваться за ширму.

– Не ждите меня! – крикнула она соседкам, которые о чем-то шептались, сидя на кровати Триффани.

– Не проблема! – ответила ей Дарсия, – мы не спешим. Время есть.

– Ну, как хотите, – буркнула Ингрид и наконец-то влезла в узкий ворот черной обтягивающей водолазки. Посмотрев на себя в узкое мутное зеркало, она вернулась к своему чемодану, достала черную жилетку крупной вязки и надела ее сверху.

– Я готова, – улыбнулась она соседкам и подняла с пола брошенное ночью у кровати пальто.

Девушки вышли из домика и не спеша пошли к столовой. Сегодня сквозь облака пробивалось солнце, делая пейзаж вокруг похожим на зимнюю сказку – колко поблескивал от мороза снег, блики отражались от окон домиков и даже далекая поверхность озера, не тронутая льдом, казалось гладким зеркалом.

К ним присоединялись другие участники съезда, и потребовалось минут десять, чтобы дождаться своей очереди войти в зал. Работники столовой уже разносили еду тем, кто пришел пораньше, пытаясь лавировать между столиками и вновь прибывшими.

На завтрак давали два вареных яйца, бутерброд с маслом и тарелку творога с фруктами и медом. Чуть в стороне на отдельном столике стояли чайник и тарелка с шоколадным печеньем.

– Класс, – Дарсия потерла руки и схватила первое яйцо. – Вот что мне нравится во всей этой истории, так это то, что не нужно думать о еде.

– Ты о чем? – Триффани элегантно стучала по яйцу ложкой, стараясь не производить много шума и не оставить после себя по всему столу мелкие частички скорлупы. Дарсия о таких мелочах не думала.

– Ну, я про нашу систему. Вы же в курсе, что люди не всегда жили так, как мы?

– Конечно, – Триффани удалось пробраться сквозь скорлупу, и она начала ковырять белок ложкой в попытках добраться до текучего желтка.

– Согласись, сейчас гораздо удобнее? У любого человека есть то, что ему нужно. Все отлажено, все продумано. Еда – есть. Одежда – есть. Любой каприз! Образование дают, работу тоже предоставляют. Не можешь найти пару – тебе и в этом могут помочь без проблем. Стабильность и размеренность.

– И скука… – буркнула Ингрид и тут же прикусила язык. Она никогда так не думала, с чего ей пришло это в голову?

– Что? – переспросила ее Триффани, слизывая с губ желтую массу.

– Звучит как-то скучно, говорю. Не то чтобы я была против этой системы – мне самой нравится то, что практически отсутствует риск как-то не состояться в жизни. Это уж надо сильно постараться! Но звучит это… как-то скучно. Нет?

– По мне – звучит отлично, – Дарсия поднялась из-за стола и прошла к столу с чаем и печеньем.

– Знаешь, – Триффани наклонилась к Ингрид так, чтобы их больше никто не слышал. – Я понимаю, о чем ты говоришь. И ты не бойся, я в курсе.

– Что? В курсе чего?

– Трей мне все рассказал о… Посторонних, – последнее слово Триффани произнесла беззвучно, но Ингрид поняла по движению губ, о чем она.

– О чем шепчетесь без меня? – Дарсия поставила на стол чашку чая и тарелку с десятью печеньями размерами с ладонь.

– Ни о чем, – засмущалась Триффани, отложила пустую скорлупу и подвинула к себе тарелку с творогом.

– Можно? – не дожидаясь ответа, Ингрид утащила печенье с тарелки Дарсии и сразу откусила его, как будто боясь, что отберут.

– Да, угощайтесь. Там еще есть, – Дарсия выдвинула тарелку на центр стола и взяла себе самое большое. – Так о чем вы говорили?

– О Трее, – залилась краской Триффани. – Я… я спрашивала у Ингрид, не замечала ли она возле него каких-то других… ммм… девушек.

– Это правильно. Мы должны помогать друг другу.

Ингрид улыбнулась, но беседу продолжать не хотела. После сегодняшней ночи говорить о парнях ей было неприятно.

Завтрак девушки закончили в молчании, а потом разбрелись по домикам, отведенным для повторения материала из заданий на олимпиаде. В это время столовую должны были переоборудовать для того, чтобы в ней смогли поместиться минимум по двадцать человек на приличном расстоянии друг от друга, а также зрители и участники комиссии.

Ингрид откровенно засыпала на своей лекции по истории и уже понимала, что на какой-то приличный результат ей вряд ли приходится рассчитывать – ее и без того вялые мысли постоянно возвращались к Уиллу.

Через два часа занятия закончились, и Ингрид вернулась в домик, чтобы переодеться в более формальную одежду, которую Марла Прим с особой тщательностью выбирала для нее половину вчерашнего дня, вставляя свои ремарки в сторону ее нестандартного роста, угловатой фигуры и не подходящей для девушки прически.

В итоге ее выбор пал на строгое темно-синее платье до колен с плиссированной юбкой, квадратным вырезом и рукавом три четверти. Ингрид презрительно посмотрела на черные туфли-лодочки, лежащие тут же в чемодане, закрыла его, нацепила свои белые высокие ботинки, накинула сверху пальто и выбежала на мороз. Она почти опаздывала.

– Ингрид! Поздравляю! Хороший результат! – Трей Портер нарисовался неизвестно откуда и чуть не сбил ее с ног, когда она возвращалась к себе после соревнований.

– Да уж, почетное пятое место. Не смеши меня, – скривилась Ингрид.

– У меня пятнадцатое, если тебя это утешит.

– Правда? Я думала…

– Да брось ты, как будто мы за этим сюда приехали… Или ты правда расстроилась?

Ингрид решила не вдаваться в подробности, почему она с самого утра расстроенная, остановилась, оглядела Трея, потом посмотрела по сторонам и прошептала:

– Ты что свою подружку решил притащить сегодня?

– Что?

– Я про Триффани! Она сказала, что все знает о… Посторонних, – последнее слово опять было произнесено одними губами.

– Тебе какое до этого дело? – зашипел на нее Трей. – Ты, кажется, тоже через меня попала к нам!

– Не кипятись… Спросить уже нельзя… – пошла на попятную девушка. – Я просто не знаю, могу ли я с ней это обсуждать или нет. Мало ли, может, это просто проверка?

– Тьфу ты, дуреха! Не бойся, Триф в курсе. Если честно, это она меня привела к Посторонним в свое время, но потом ушла оттуда, а я остался. Мы долго не виделись, и она думала, что я тоже ушел, а теперь, когда мы… ну… ты понимаешь…

– Встречаетесь, я это заметила, – фыркнула Ингрид и сложила руки на груди.

– Да. Так вот. У нас с ней зашел разговор, и я ей сказал, что до сих пор вхожу в… ты понимаешь.

– А ты не думаешь, что это странно? Вы давно не виделись, и вдруг она появляется на горизонте? Или как это было?

– Ну… так и было… Но неужели ты думаешь… Ты хочешь сказать, что со мной нельзя встречаться просто так?!

– Что? Причем тут… О боже, Трей! Не мели ерунду! – Ингрид залилась краской. Ей было то ли стыдно, то ли просто неприятно. – Просто я… переживаю. Ты сам постоянно повторяешь, что многие могут пострадать, если нас накроют. Ты ей говорил и про меня? Что я тоже в теме?

– Я ей сказал об этом только вчера, – поморщился Трей, как будто понял, что сделал это зря. – Просто к слову пришлось, ну и… Но она не знает, что здесь что-то затевается.

– Не знает?!

– Нет! Поэтому молчи про это!

– Хорошо, что ты мне это сказал. Точнее, хорошо, что я тебя об этом спросила! Я ж могла и сболтнуть! – раздражение начало давать о себе знать.

– Ну, теперь не сболтнешь. И, кстати, твоя вторая соседка, Дарсия, она с нами. Рой, ее парень, можно сказать, один из основателей этого сообщества. Так что ее можешь не бояться.

– Дарсия? Серьезно?! Вот бы не подумала…

– Почему? – ухмыльнулся молодой человек.

– Ну, она такая… Она сегодня все утро говорила о том, как прекрасно жить в нашем обществе.

– А, это нормально. Для отвода глаз. Мы, если что, все так «считаем». В кавычках, разумеется. Что там, кстати, с этим надзирателем? Проблемы будут?

– Мистером Шеффером? Не думаю. Он сегодня ко мне не подходил. И я его вообще не видела. Может быть, он передумал и уехал? – Ингрид разглядывала снег под ногами и легонько пинала носком ботинок ей одной заметные снежинки.

– Хорошо, – протянул Трей подозрительно. – Ну ладно. Тогда увидимся вечером.

– Погоди! – Ингрид схватила Трея за рукав и поморщилась – ткань была еще более отвратительной, чем та, из которой было сшито ее собственное пальто. – Во сколько мы встречаемся и как идем? Все вместе?

– Ты что! Ни в коем случае – выходим и идем по одному или по двое. Большая толпа вызовет подозрение. А и, кстати, не пей за ужином компот. В него должны подмешать снотворное.

– Ого, вот видишь, – Ингрид тихонько ударила Трея кулаком в плечо. – Такие вещи надо заранее рассказывать! А не узнавать о них на бегу!

– Согласен. Но если бы ты была на последнем собрании – ты бы сама все знала.

– Меня не было, и ты в курсе почему. Быть хорошей девочкой не так-то просто, а мне с моей историей и вовсе надо было сильно постараться, чтобы меня вообще отпустили на эту олимпиаду.

– Ладно, не дуйся. Хочешь, я подожду тебя и пойдем вместе? Сбор около двенадцати, могу встретить тебя в 23:30. Думаю, успеем добраться.

– Дорога плохая, давай лучше в двадцать минут?

– А ты откуда знаешь? – насторожился Трей.

– О чем?

– О дороге?

– Я вчера гуляла в ту сторону, пока ты зажимал свою Триффани у нашего домика. Ты же видел, как я возвращалась.

– Точно. Ладно, в одиннадцать двадцать я буду ждать тебя у твоего домика. Дарсия, скорее всего, выйдет раньше – должен приехать Рой.

– Ясно, до встречи.

Ингрид развернулась и быстрым шагом пошла в сторону своего домика. Ее голые ноги окоченели, и ей очень хотелось, во-первых, согреться, а во-вторых, поспать. Бессонная ночь давала о себе знать, и глаза у нее слипались, несмотря на дикий холод.

Ингрид проспала до шести часов вечера, пока ее не разбудила Триффани, потеребив за плечо – в семь был ужин и надо было успеть привести себя в порядок.

В столовой были все те же знакомые лица – отдельный столик учителей и «надзирателей» и группки участников олимпиады по три-четыре человека.

Дарсия, Триффани и Ингрид сели за свой привычный столик, когда уже разнесли подносы.

На ужин им давали плов с бараниной, большую тарелку зеленого салата и маленькое блюдце с нарезанным на дольки яблоком. К еде прилагался стакан вишневого компота, в котором плавала пара ягод.

– Фу, ненавижу вишневый компот, – поморщилась Дарсия. – Я буду чай.

– Я тоже! Мне надо проснуться, – подскочила Ингрид и улыбнулась. – Триффани, ты…

– Нет, я люблю вишню, – улыбнулась девушка и отпила сразу добрых полстакана.

Вернувшись за стол с чашками чая, Дарсия и Ингрид завели невинный разговор о результатах олимпиады и общей организации этого мероприятия. Триффани практически не участвовала в разговоре, лениво ковыряя полуостывший рис.

Около восьми часов вечера девушки дружно поднялись из-за стола.

– Я пойду пройдусь, – улыбнулась Триффани, ища глазами Трея.

– А я почитаю. Дарсия, ты домой? Или пойдешь бегать? – Ингрид заговорщицки улыбнулась, сделав акцент на последнем слове.

– Кто же бегает сразу после ужина? Нет, я лучше перед сном, часов в девять, – ухмыльнулась Дарсия, запихивая в рот последний кусочек яблока.

– Так поздно, – удивилась Триффани, подняв правую бровь. – Не боишься?

– Кого? – засмеялась Дарсия, – этих ботаников? Ладно, Триф, если что, мы дома. И… не давай этому наглецу уж слишком распускать свои похотливые ручонки.

Под смех Дарсии девушки вышли из столовой и направились к своему домику. Триффани наконец отыскала глазами Трея и, улыбнувшись и склонив голову к левому плечу, осталась ждать его у выхода из столовой.

Сегодня вечер был еще более морозный, и Ингрид пожалела, что не захватила варежки, которые вчера подарил ей Уилл и которые она благополучно забыла в амбаре. Она надеялась, что сегодня найдет их и сумеет незаметно забрать с собой.

Когда девушки вошли в дом, Дарсия, скинув пальто прямо на пол у кровати, завалилась на нее и, заложив руки за голову, наблюдала за Ингрид.

– А ты хорошо держишься.

– Что? – Ингрид застыла в той позе, в которой застала ее реплика Дарсии – застряв в горловине водолазки.

– Да ладно, я в курсе, что ты из наших. У меня есть все списки участников.

– Участников? – не сдавалась Ингрид, пытаясь выбраться.

– Не дури. Я уверена, ты в курсе и про меня, и про Роя.

– Ладно, – Ингрид вздохнула, опустила руки, все еще не освобожденные от водолазки, подошла к кровати Дарсии и села на тумбочку, подвинув перед этим лежащую на ней книгу. – Давно ты в Посторонних?

– Давно. Уже года три. Как только познакомилась с Роем, – Дарсия вытянулась на кровати, закинув руки за голову.

– Три года… Расскажи мне больше?

– Что ты хочешь узнать?

– Ну… откуда эти… Основатели?

– Из Подземки, откуда ж еще?

– Из метро?

– Нет, дуреха, – Дарсия захохотала так, что Ингрид опасливо обернулась – не прибежит ли к ним кто-нибудь. – Из Подземки. Так называют место, где живут Основатели.

– Не понимаю… – девушка и правда не понимала.

– Тебе что, никто ничего не рассказывал? Тебя кто привел к нам? – насторожилась вдруг Дария.

– Вообще-то, Трей, но… У нас с ним натянутые отношения. Не знаю почему, но…

– Все ясно. Ты ему нравилась, он тебе нет. Потом он нашел другую, и теперь ему не до тебя. А других ты не знаешь?

– Вообще-то, кое-кого знаю, – Ингрид покраснела, вспомнив про Уилла, – но я бы не хотела про них говорить. И он… он отказался мне рассказывать. Сказал, что я не должна об этом спрашивать, чтобы не разочароваться в них.

– В его словах есть логика, – задумчиво протянула Дарсия. – Особенно, если у него на тебя виды.

– Виды? – краска залила ее лицо.

– Если ты ему нравишься, дуреха.

– Да что ж это такое?! Почему вы все меня так называете?! – Ингрид вскочила с тумбочки и зашагала по комнате взад-вперед. Раздражение накатывало неминуемой волной.

– Кто это – все?

– Трей, теперь ты!

– Ахаха, наверно, к тебе это прилипнет как подпольная кличка.

– Не нужна мне никакая кличка! – взвилась еще больше Ингрид, но под насмешливым взглядом Дарсии поняла, что та шутит, успокоилась и села на ее кровать, почти придавив той ноги. – Почему я не должна об этом знать? Что в этом страшного?

Дарсия вздохнула, выдернула ноги из-под задницы Ингрид и, приподнявшись на подушки, стала задумчиво рассматривать свои стриженные под корень ногти без следа маникюра.

– Это сложно. Мне самой было сложно. И, если честно, я не хочу тебе ничего рассказывать. Пусть это сделает твой знакомый, когда поймет, что пришло время.

– А когда оно придет? – прошептала Ингрид, и у нее навернулись слезы на глазах.

– Когда ты уже не сможешь иначе, что бы ты ни узнала. Поверь, так будет проще. И не обижайся на него. По всей видимости, он заботится о тебе гораздо больше, чем Рой обо мне в свое время. Когда я узнала их историю, я рвала и метала, мы не разговаривали несколько месяцев. Я просто не могла его видеть, да и… жить особо не хотелось, по крайней мере, по-старому. Ты знаешь, это ужасное чувство, когда ты понимаешь, что по-прежнему уже не хочешь, а новое, хоть и такое заманчивое, кажется тебе неправильным. Ты как будто зависаешь между двумя мирами – своей прежней жизнью и новой, желанной. Тебе просто не на что опереться в такой ситуации, и приходится балансировать, как канатоходец, идущий без страховки. Пусть тебе будет проще, чтобы не терять почти год, как потеряли мы с Роем.

Ингрид посмотрела на Дарсию. У нее в глазах была самая настоящая забота, которую от такой девушки было бы странно ждать, настолько она казалась жесткой и строгой.

Она вернулась на свою кровать, залезла под одеяло и отвернулась к стене, из-за которой чуть пахло туалетом.

– Ты и на меня обиделась, да, Ингрид?

Ингрид промолчала. Да, она обиделась этой ночью на Уилла, когда тот отказался обсуждать с ней его жизнь, и обиделась сейчас на Дарсию. Ей казалось несправедливым, что с ней никто не делится правдой. Разве она этого недостойна? Она, которая как никто другой, всегда сама была честной до неприличия и ждала этого от других.

– Дарси, скажи, а есть ли тогда смысл во всем этом участвовать? Есть ради чего? – прошептала Ингрид.

– Для меня есть. Для многих – есть. Ты же видишь, у нас немало последователей. И это несмотря на то, что мы обязаны хранить все в строгом секрете, чтобы не подставить Основателей.

– Спасибо, – одними губами прошептала Ингрид и затихла.

Через пять минут она провалилась в сон и не слышала, как вернулась Триффани, как Дарсия уложила ее полусонную в кровать, переоделась потеплее и вышла «побегать».

Зато спустя несколько часов она услышала слабый стук в дверь туалета со стороны улицы.

Ингрид прятала голые руки подмышки, чтобы хоть как-то согреться. Сегодня ночью, казалось, было еще холоднее, чем вчера, когда они шли по этой же дороге с Уиллом, и, несмотря на то, что девушка облачилась в самый теплый свой костюм, надела две пары носков и пододела куртку, подаренную Уиллом под пальто, ей все еще было холодно и она периодически вздрагивала, как будто кто-то бил ее током.

Трей шел рядом и не умолкал. Он словно отрывался за все время, что они не общались, и теперь в подробностях рассказывал о своих успехах в учебе, о Триффани, об их планах на будущее и о последней встрече Посторонних, на которую Ингрид не попала – хорошие девочки по вечерам в выходные сидят дома.

Ингрид же в основном молчала, иногда вставляя «угу», «ничего себе» и «хммм» в их диалог. Все ее мысли крутились вокруг того, как пройдет их встреча с Уиллом. Она повела себя как ребенок, обидевшись на его нежелание рассказывать о себе и своей жизни, и, вполне вероятно, он не захочет больше иметь с ней ничего общего. Иначе почему он не пришел ее проводить? А ведь она втайне ждала его, хоть они и не договаривались об этом, более того, он предупреждал ее, что прийти не сможет, потому что будет занят. Но она все равно надеялась, что он найдет для нее время. Тем более ее рукавицы остались в амбаре и греть ее руки было некому.

– Ты какая-то замороженная. Что-то не так?

– Жутко холодно, – буркнула Ингрид и опять вздрогнула.

– Ты просто не выспалась. Ничего, обычно на таких новогодних сборищах весело, так что скучно точно не будет.

– Угу.

– Угу, угу… Как там Триффани? Ты проверила? Она спит?

– Спала, когда я уходила. Вроде бы. Но будет прикол, если она проснется, а нас нет.

– Если выпила за ужином компот, то должна проспать до утра, если не до обеда.

– Хммм…

Трей собирался было опять возмутиться ее малословию, поэтому отвлекся от дороги и почти налетел на забор, окружающий амбар. Они были на месте. Пройдя чуть вправо, они нашли условный знак – еле заметный мазок светящейся в темноте краски на досках, чуть ниже уровня колен. Трей засунул руку в щель, снял крючок, открыл калитку, и они вошли внутрь. Ингрид послушно прошла вперед и подождала, пока молодой человек закроет снова проход, перед тем как продолжить путь.

Амбар ничем не отличался от того, каким он был вчера. Темное пустое полуразрушенное здание – только так можно было о нем подумать, если не знать, что внутри.

– Так интересно, как они там все устроили… Прямо не терпится!

– Угу, – опять буркнула Ингрид, вызвав молчаливый гнев своего спутника.

У ворот амбара толпился народ, тихо о чем-то переговариваясь. Изредка оттуда доносились взрывы смеха, замолкавшие сразу же, когда смеющийся получал кулаком в бок.

– Эй, привет. Ну как тут? – Трей подпрыгивал от нетерпения.

– Не знаем, мы еще не заходили, – высокий парень в слишком большого размера пальто откашлялся.

– А чего так? – не отставал от них молодой человек.

– Закрыто. Видимо, еще что-то не готово. Рано.

Ингрид тихо приплясывала на месте, дрожа от холода. Трей был прав, тому виной был ее недосып, но легче от этого сознания ей не становилось.

Молодые люди – три парня и две девушки, одна из которых заняла первое место на олимпиаде по истории, – продолжали тихо переговариваться и смеяться. Трей присоединился к беседе, а Ингрид отошла немного в сторону. Вести светские беседы ей не хотелось. По крайней мере, до тех пор, пока не выяснит отношения с Уиллом. Хотя не было уверенности, что это сможет поднять ей настроение. Она чувствовала непонятное ей самое противоречие во всем том, что с ней сейчас происходило – и в том, как она вообще решилась сюда поехать, и в ее причастности к Посторонним, и в ее мыслях о том, что все это не правильно. А главное – в непонятных и до сих пор непривычных для нее эмоциях.

Это был целый вихрь, круживший ее и не дававший думать. То она ловила себя на раздражении, медленно перерастаемом в злость, но замечала за собой какую-то апатию, то и вовсе не могла сказать, что это за чувство. Просто как будто что-то подрагивало внутри, приводя ее в смятение.

Постепенно через калитку появлялись все новые и новые участники съезда, аккуратно каждый раз накидывая крючок обратно, чтобы не оставлять ее открытой. Через пятнадцать минут, когда наконец-то открыли ворота амбара, насчитывалось уже около трех сотен человек.

С горящими от любопытства глазами и с жутким желанием наконец-то согреться толпа хлынула внутрь настолько интеллигентно, насколько это вообще можно было ожидать от группы подростков, замерзших и желающих посмотреть на то, как оборудовали зал к их приезду. Серые стены их собственных домов сделали их жадными до ярких красок.

За воротами ребят встречали Эрик и Дэйв. Они были одеты в яркие тонкие куртки с изображениями львов во всю спину. Чуть позади них стоял огромный ящик с точно такими же куртками, только разных расцветок и рисунков. Ингрид, которая заходила одной из последних, вытянула себе оранжево-фиолетовую с изображением какого-то чудного животного, персонажа старого мультфильма. Он был похож то ли на медведя, то ли на собаку, с огромными глазами, круглым носом и ртом на всю морду и длинными розовыми внутри ушами, почти как у зайца. Над его головой желтыми буквами было вышито Lilo amp; Stitch, хотя никакой Лило рядом с ним не было. Стич был не просто нарисован на ткани, а сделан из плюшевой ткани и пришит сверху.

Трей, уже переодетый в ярко-синюю куртку с трансформерами на спине, ждал ее, пританцовывая с нетерпением у двери в подвал.

– Ну, ты идешь?

– А я думала, ты ушел. Меня немного затоптали на входе, – соврала ему Ингрид. На самом деле она надеялась на то, что Трей уйдет без нее и она сможет найти Уилла и поговорить.

– Как же я тебя брошу одну. Я вроде как отвечаю за тебя. Пошли.

Ингрид погладила малыша Стича и впервые за вечер улыбнулась. Она хотела было снять свое пальто и переодеться, как и все, но вспомнила про куртку Уилла и решила не светить ее перед Треем.

– Ты почему не переодеваешься?

– А… Я немного стесняюсь. Где тут туалет? Не знаешь?

– Стесняешься? Ты же не голая под пальто?

– Туалет, Трей. Где? – Ингрид вздохнула. Это вечное раздражение жутко надоело.

– Да откуда мне знать?! – Трей начинал выходить из себя. – Посмотри по знакам. Но он однозначно не тут, наверху. Пошли скорее, там найдешь и переоденешься.

– Ладно, зануда, – хмыкнула Ингрид и пошла вслед за Треем, поглаживая маленькое странное создание, нашитое на ее новой куртке. В том, что она теперь ее никому не отдаст, она не сомневалась.

Внизу было точно так же, как и вчера вечером, только народу было больше. Играла громкая музыка, на сцене толпился народ в черных футболках с надписью «Техническая группа». Наверное, настраивали оборудование.

Пришедших сюда впервые было видно сразу – они толпились у стен, разглядывая фотографии и картины, как и Ингрид вчера. В центре было занято несколько столов ближе к сцене, за которыми сидели несколько парней и девушек постарше Ингрид. Среди них была и Дарсия. Она развалилась в кресле и положила ноги в полосатых носках на колени какому-то длинноволосому молодому парню, напомнившему Ингрид ворона своим длинным носом и маленькими блестящими черными глазками, шнырявшими по толпе новичков. Чуть в стороне от них, ближе к дальней стене, сидел Уилл.

Ингрид почувствовала, как забилось ее сердце. Она не знала, чего ей ожидать, и поняла, что не готова к разговору. Точнее, не готова увидеть его полное безразличие в ее сторону.

Она быстро отвернулась и спряталась за спинами только что вошедших парней. Лихорадочно соображая, что ей делать, она озиралась по сторонам.

– Эй, ты чего? – одернул ее Трей.

– Туалет… – нервно сглотнула девушка. – Не видишь, где он?

– Вон, направо. Я подожду тебя… где-нибудь тут.

– Да не проблема, иди, Трей. Увидимся еще.

Ингрид скрючилась и короткими перебежками начала передвигаться в сторону туалета. Когда ей это удалось и она попала в заветную на удивление просторную комнату, она смогла выдохнуть.

Девушка наскоро переоделась и покрутилась перед зеркалом, разглядывая успевшего полюбиться ее рукам Стича. Наклонившись ближе к зеркалу, Ингрид оперлась руками о раковину и разглядывала себя. Уголки губ опущены, как будто ей не 16 лет, а все 38. В глазах плескалось беспокойство, а на щеках горел румянец – то ли от мороза, то ли от скорой встречи с Уиллом. Девушка прищурилась: «Что со мной?» Ответ пришел как-то сразу и неожиданно, обрушившись своей правдой – ей было страшно. Возможно, впервые в жизни.

Нервно сглотнув, Ингрид приподняла уголки губ, рассмеялась от того, как неестественно это получилось, и, пригладив волосы, наконец-то решилась выйти в зал.

В двух шагах от двери стоял Уилл. Он скрестил руки на груди и улыбался ей. Залившись краской, Ингрид тоже улыбнулась и подошла к нему.

– Привет. Ты от меня бегаешь? – все еще улыбаясь, спросил молодой человек.

– Я? С чего ты взял? – глупый смешок, нервное движение плечом.

– Когда это ты научилась врать?

Ингрид фыркнула и тоже скрестила руки на груди, с вызовом глядя на Уилла.

– Ты пришла… не одна? – вдруг перевел тему Уилл.

– А, да. Это Трей. Он меня привел к Посторонним и поэтому… чувствует за меня ответственность.

– Надеюсь, он не будет против, если я украду тебя.

Уилл попытался взять Ингрид за руку, но она отстранилась и спрятала руки за спину.

– Погоди, Уилл, – девушка оглядывалась по сторонам в надежде на то, что все, кто ее знает, заняты другими своими делами и не смотрят в ее сторону.

«Откуда это? Какое мне вообще до них дело?» – от собственной нерешительности смущение превратилось в раздражение.

– Что-то случилось? – обеспокоился молодой человек. Видимо, на лице девушки отразилась вся гамма эмоций.

– Сама не знаю, – честно призналась Ингрид и вздохнула.

– Расскажешь мне?

– Я… мне кажется, я повела себя неадекватно вчера. Обиделась на тебя. Сейчас я понимаю, что это не мое дело. А еще… – Ингрид замолчала, раздумывая, стоит ли говорить ему о своих чувствах, и выпалила. – Мне почему-то важно, что подумают обо мне другие. Это… это так непривычно и неприятно.

Уилл улыбнулся и взял ее за руку. Ни слова не сказав, он повел ее в компанию своих друзей, сидевших у сцены.

Проходя по залу, Ингрид чувствовала на себе взгляды, поэтому старалась не смотреть по сторонам – ей было непривычно такое внимание, но Уилл был одним из Основателей и это было неизбежно.

Чуть вдалеке Ингрид заметила и Трея, уставившегося на нее с недоумением – он не ожидал, что так все обернется, это читалось в его взгляде.

Почувствовав некоторое удовлетворение от того, что теперь это ОНА идет с молодым человеком, а не он зажимается с Триффани, Ингрид, наконец, немного осмелела и выпрямила сгорбленную спину. Пусть смотрят. И пусть видят. Какое ей дело до их мнения?

Они с Уиллом подошли к столикам и сели чуть поодаль от всех на небольшом диванчике. Дарсия, увидев их, ухмыльнулась и выражением лица дала понять, что одобряет ее выбор. Ингрид смущенно улыбнулась издалека и подмигнула.

– Ну как тебе тут? Нравится? – спросил Уилл, разворачиваясь к ней лицом.

– Мне тут больше нравилось вчера. С тобой, – призналась Ингрид и опять покраснела. Пальцы нервно гладили мягкую обивку дивана, перебирая еле заметные ворсинки.

– Ты забавная.

Уилл разглядывал ее с серьезным лицом, как будто видел впервые. А она разглядывала его. Щетина на его щеках отросла еще больше, спрятав скулы и сделав его еще старше, чем он был. Впервые она задумалась о том, насколько он старше ее самой? Они практически не говорили за время их знакомства. Даже вчера, оставшись наедине, они по большей части молчали каждый о своем. Ингрид впервые разглядела, что глаза у него стальные с желтым ободком вокруг зрачка. И впервые же она увидела в них то, чего раньше там не было, – какую-то жесткость и, возможно, жестокость.

– Ты смотришь на меня иначе, – все еще с серьезным видом сказал Уилл, прочитав ее мысли.

– Как ты… почему ты всегда знаешь, о чем я думаю?

– Ты не умеешь скрывать чувства, Ингрид. Это одновременно и хорошо, и плохо.

– Тебе от этого хорошо или плохо? – ухмыльнулась девушка и, кажется, впервые за вечер позволила себе расслабиться.

– Если бы ты всегда думала обо мне хорошо… Но сейчас я вижу, что ты напугана. Почему?

– Просто я впервые посмотрела тебе в глаза.

– И что ты там увидела? – Уилл прищурился и придвинулся поближе.