Читать книгу "Город Отверженных. Цикл книг «Сказания о Святых Девах Лаверии и Рыцаре Света». Том I"

– Подобного ответа я от тебя и ожидал, – резко переменился в голосе Ворон.

Сверкнув глазами, он резким взмахом своего плаща погружает всю комнату во мрак, а самого Гостя в сон. После чего, подхватив на руки, лекарь кладет Сажена на стол для последующего «исцеления».

Глава 24
«Семья важнее всего»

– Я прям так и вижу, как Менестрели будут петь о наших Легендарных приключениях славные Песни! – на распев говорила старшая сестра.

– Да-да, будут! – хлопала в ладоши Рэя, пока Зорьку немного понесло, и она принялась нести всякую несуразицу.

– И имя им… Сказания о Сестрах и их слуге…

– Звучит не очень, – буркнула Мира.

– Может ты получше придумаешь?!

– Точно-точно, сестричка, помоги нам!

– Эх, ну что не сделаешь ради Семьи. Кхе, – охотно присоединилась к детской забаве Мира. – Сказания о Святых Девах и Рыцаре Света.

– Ого! – протянула от удивления маленькая девочка.

– Мира, ну ты загнула! Ну что за нелепое…

Не успела Зари довести мысль до конца, как Миру вдруг всю перекосило. Режущая боль в груди дала о себе знать, и она чуть не упала на пол, как подкошенная.

– Подруга, что с тобой? – вовремя подскочила к ней девушка и поймала на руки.

– Са-жен… Он в опасности! – проскрипела девочка, теряя с каждой секундой сознание, как если бы неведомые силы высасывали из неё жизнь.

– Во-ро-о-о-н! – завопила, что было сил Зари, и с малышкой на руках, а также младшенькой сестренкой позади, кинулась в Покои Хозяина.

Лишь сделав пару шагов по направлению к двери, в коридорчике, что отделял комнаты друг от друга, воцарилась настоящая ночь. Хотя на улице стоял день-полдень. А кроме того, там впереди ощущалась такая мертвецкая стужа, что зуб на зуб не попадал.

– Са-жен, – еле шевеля устами, прошептала девчушка.

Подняв ладошку, она стала освещать всю Тьму светом, заструившемся прямо из неё. Удивляться и строить догадки особо было некогда, и старшая сестра смело кинулась в самую гущу Тьмы.

Почти ничего не видя перед собой, но явственно ощущая правильность выбранного Пути, девушке вскоре удается достичь Дверей в покои Ворона. За ними раздавались глухие крики и стоны паренька, попавшего в беду. Всем сердцем и Душой чувствуя, что там внутри твориться что-то страшное и непоправимое, Зари со всей силы ударяет ногой дверь. На удивление та оказалась совершенно не запертой.

Ввалившись внутрь, вся дрожа от страха, держа на ручках слабеющую Миру, и ощущая, как ей в платье обеими ручонками схватилась маленькая Рэя, Зорька становиться свидетельницей самой страшной картины, которую когда-либо видела.

Склонившись над самым изголовьем Сажена, Ворон, сняв с себя маску и распахнув свой плащ, прильнул устами к его лбу.

– Не позволю-ю-ю! – закричала что было сил старшая сестра.

Почувствовав её смятение, не разбирая что происходит, Мира направляет пучок Свет прямо на «обидчика» своего друга. После чего здесь поднимается невыносимая суматоха, звуки глухих ударов по чьей-то пустой головушке, а также нескончаемый поток бранных слов.

И лишь спустя несколько минут в комнате вновь воцаряется Мир и Покой.

Но какой ценой.

Все побитые, с синяками под глазами, в изорванных одежках, стоя на коленях всячески пытались извиниться за своё столь странное поведение два паренька.

– И что скажите на милость, вы тут вытворяли?! – нависнув над ними, словно большая мамочка, отчитывала «детишек» грозная Зорька.

– Я уже говорил – Ворон вызвался вправить мне все мои переломы, – проскрипел виновато Сажен.

– Ну, конечно… И вы думаете мы вам поверим?! Да вас застали за… за… Даже язык не поворачивается сказать вслух подобное.

– Дула ты этахая! – прошепелявил лекарь, у которого ко всему прочему язык распух от её лихих взмахов кулака. – Ты шаво там себе напридумафала?! Да если бы кое-хто не софлал все мои запафы Кофня Зла, мне бы не прифлось фзывать к Иным Силам, дабы фергнуть Сажена ф сон.

– Это я-то дура?! Да я тебя сейчас так отхожу по твоей наглой птичьей физии – мать родная не узнает! – закатывала рукава Зари, готовясь ко второму «раунду».

– Постойте! О чем вы, поясните, – вмешалась тут Мира, понемногу приходя в себя.

– Простите нас… Ворон предупреждал, что если он прибегнет к Своим Силам, Тьма может на время поглотить всё в округе.

– Дурья твоя башка, да Мира чуть не померла от подобного! Это вы понимаете?!

– Сажен, скажи… Зачем?! Ведь Тьма – есть Зло, – прошептала девочка, приоткрывая глазки.

– Мира-а-а, – упал перед ней на колени паренек, не зная, что и сказать в своё оправдание.

На благо ему на помощь вышел сам виновник «торжества».

– Скажи мне Фари, как облафяются во фнефнем Мире с калеками и уфодами?

– Ну-у-у, от них просто-напросто избавляются, как от ненужных Элементов Общества, – без задней мысли огласила всю правду девушка, и поймав на себе ошарашенные взгляды друзей тут же поспешила прикрыть язычок.

– Гофоли дальсе! – повысил голос лекарь.

– Так уж завелось, что у нас любят, чтобы все люди выглядели прекрасно. Это касается не только одежды, но и внешности. У кого хватает средств – меняют себя под стать моде, а тех, кто не могут…

– Плодофсяй!

– Ой, вороненыш ты наш, а у тебя такой забавный акцент выработался после моих ударов – просто животики надорвешь, – хотела уйти от подобного разговора девушка, но под осуждающим взглядом Миры, Сажена и Рэи, ей пришлось сдаться.

– Простите, я должна была сказать раньше. Но всех, кто обладает хоть самым маленьким изъяном – будь то родинка на щеке или сломанный палец – ждет неминуемая кара, – прискорбно прохрипела Зари.

– Но почему ты не сказала этого раньше, ведь мы все… Я… Сажен… – взмолилась к ней сестренка.

– Вовсе нет! Седые волосы – очень легко скрыть от чужих глаз, – снова не подумав ляпнула девушка.

– А вот моя хромота, скрюченные пальцы и прочие уродства. Им нет места во внешнем Мире, так ведь?! – поднял на неё суровый взгляд Сажен.

– Ребята, девчата, погодите – я вовсе не желала, чтобы его вновь забросили сюда, как делают с теми, кто не может заплатить за свою красоту…

– Что-о-о-о?! – воскликнули в один голос все присутствующие.

– Ой, кажется, я снова сболтнула лишнее! Ну знаете мне уже пора, у меня молоко на очаге убегает.

– А ну фтоять! – преградил ей путь к отступлению Ворон. – Гофоли фсе как есть!

– Хорошо, – сдалась девушка и оказавшись в окружении, завела свой рассказ.

«С некоторых пор у нас в Королевстве Дэвара приняли так называемый «Закон о Красоте». По которому всех, кто страдает болезнью, или имеет некие телесные отклонения – подвергаются гонениям. Их отлавливают, заставляют работать на рудниках, где они якобы смогут заработать себе на Красоту. А по-простому – лишь загоняют в рабские ошейники и всю оставшуюся жизнь им приходится вкалывать до потери пульса на своих Хозяев.

А когда те становятся бесполезными – их бросают за Стену, то есть к вам. Ведь у нас эти Земли до сих пор считаются пораженными Чумой, а значит и помирать тем, кто уже не может работать – тоже здесь.

Подобные Гости зачастую умирают, не доходя до вашего Города, прямо возле стен. Но думаю, некоторым удается выжить после падения.

Замученные прежней жизнью, они охотно остаются здесь, где так легко затеряться среди бедолаг, кто уже не различает лица своего соседа по канаве».

От подобного потока жестокой Правды, даже у Сажена челюсть отвалилась. Ведь обо всем этом он слышал впервые.

– Это еще не вся правда, – опустила виновато глаза рассказчица. – Ворон, наверняка, когда ты обрабатывал мои раны, ты заметил следы на моей спине?!

– Да, но тохда я пфинял их за…

– Нет, друзья мои…

«Когда сей Закон вступил в силу, я, еще будучи девочкой, оказалась в первых рядах, кого отловили. Без родителей, родни, простая уличная оборванка – я и надеяться не могла, что кто-то заступиться за меня.

Попав, в так называемые Лагеря для Безобразных, я на горьком опыте осознала, что такое рабство в самой низменной, изощренной форме.

Каждый день, всё новые и новые пытки, одна страшней другой. А работа, которую нас заставляли делать совершенно не имела пользы. Казалось, единственное предназначение наших усилий – было как можно скорее выжать из нас все соки, чтобы после – избавиться.

Это сейчас подобные речи кажутся дикими, но всё то Правда! Я клянусь Вам!»

– Мы верим тебе, Зари, – опустился рядом с девушкой Сажен и обнял её. – Прости, что сомневались.

– И ты меня прости, сестрица, – кинулась с другого бока к ней Мира, не желая оставлять своего уж слишком доброго Слугу наедине с этой «коварной личностью».

– Постойте, погодите, это еще не всё…

«Спустя пару лет, за которые я через многое прошла и повидала, мне чудом удается сбежать. Притворившись мертвой, меня – совершенно исхудавшую, доведенную да состояния живого скелета, бросают в труповозку. Обычно тела сжигали в большой доменной печи, неподалёку от Лагерей. Поэтому, как только возница зазевался – я спрыгнула.

Укрывшись в канаве и дождавшись ночи, мне удается перелезть через крепостную стену и наконец выбраться на Свободу.

К тому времени в городе всё изменилось. Жизнь стала невыносимой и очень затратной в смысле монет. У кого они были в избытке – пировал, а у кого в карманах пусто – ложился в могилу.

Когда меня подобрали уличные разбойники, этот Первый Закон Жизни я хорошо усвоила. В тот момент я решила, что это конец, но эти ребята оказались куда более благородными, чем вся Знать. Они накормили меня, приютили, одели, дали работу, пусть не слишком благозвучную, но работу…

Так я стала уличной воровкой, что обчищала карманы всяким зазевавшимся толстосумам».

– Вы спросите – как, таким как я, удавалось выжить в подобном месте?! Ведь «Закон Красоты» никто не отменял. Ответ прост – всё решает звонкая монета. За «небольшую» плату некоторые сведущие в Силе Света, оказывают Услуги по продлению Красоты. И пусть их эффект недолговечен, но этого хватало, чтобы проникнуть за стены города и подзаработать еще монет. Тем и жили…

– Хочешь сказать, как только мы покинем Город Отверженных – нас всех схватят и… – перехватило дух у Миры, для которой подобная Правда оказалась Откровением.

Она всегда жила в сытости и достатке. И пусть мельком и слышала страшные Истории про Лагеря, в силу своей беспечности, не придавала этому особого значения. Тогда ей было совершенно наплевать на Судьбы простых людей – лишь бы её саму сладко кормили, красиво одевали, лелеяли, холили, да выполняли все капризы.

– Конечно, нет! Сестра я этого не допущу! – схватила за ладошки девочку Зари.

– Но как же Сажен, ведь он… – отныне она разуверилась в удачном исходе, предпринятой им авантюры.

– Не беспокойтесь обо мне, моя Принцесса. Именно по этой причине, чтобы хоть немного не выделять на фоне остальных, пока мы будем разыскивать Сиру, Ворон сам вызвался провести со мной одну из подобных «операций» – вмешался в их разговор юноша, приметив как тяжко стало на сердце обеим девчатам.

– Но иф-фа того, что некоторые схавали единственное сфедство для затуманивая раффудка, я присфал Тьму. Благодаря ей я хоть ненадолго, но смоху унять фоль Сафена, – перехватил слово лекарь.

– Боль?! Какая еще боль – обычно всё происходит за мгновение ока. Пару прикосновений к лицу или шраму и всё, – отмерла Зари.

– Мне нуфно переломать все пальцы на рукаф, а также ногу, а после – поочерефно вправить их на место.

– Но ведь это жуткая, невыносимая, бесчеловечная… – кинулась к Ворону девушка и схватила за грудки. – Мука!

– Вот именно голубуфка, и ты нам помефала! – отодрал от себя её ручонки парень.

– Сажен, – кинулась к другу Мира и обняла от всего сердца. – Прошу тебя не делай этого! Ты… Ты итак мне очень мил. Зачем?! К чему себя калечить и невыносимо страдать?! – чуть ли плача проскрипела малышка.

– Дорогая моему Сердцу и Душе, Мира – я должен пойти на это. Не только ради всех вас, но и Сиры.

– Но… но… – не могла поверить всему услышанному девчушка.

– Не бойся Дитя – я не наврежу ему, – подошел к ним ближе Ворон.

– Если ты так желаешь помочь нам, что готов пройти через все эти невыносимые Муки, тогда я – не оставлю тебе! Ворон я буду рядом от самого начала, до конца. И обеспечу Сажену «хороший сон» – загорелась идеей Мира.

Сжимая кулачки, она заглянула прямо в глаза парню, у которого все сомнения отпали сами собой – это малышка не оставит друга в беде.

– Девочка, сразу скажу – зрелище будет не из приятных! И никакой «сон» здесь не поможет – всё будем делать на живую!

– Я не брошу моего Сажена в беде! Ведь я… я… – окрасилась багрянцем малышка, силясь сказать вслух о своих истинных чувствах.

– Мира, моя Милая, Дорогая, Любимая Принцесса – я тоже очень и очень… – сделал паузу паренек. – Боюсь!

– Ни такого признания ожидала сестренка! – буркнула себе под нос Зорька.

– Но, когда ты рядом, я чувствую, что все беды и несчастья этого жестокого Мира нам нипочем! Вместе мы справимся со всеми невзгодами и пройдем через любые Преграды, какие бы не выпали у нас на Пути, – крайне горячо и прочувственно шептал парень, смотря девочке прямо в глаза.

– Да признайтесь уже вы друг другу, – теряла терпение старшая сестра, роя землю ногами.

– В подобных делах лучше не спешить, – приобнял девушку Ворон, тем самым заставив её немного смутиться.

– Сажен я… Хорошо, я помогу тебе, но взамен обещай мне…

– Всё, что угодно моя Принцесса, – взял её ладошку в свои слуга и припал к ней устами.

– Ах, как романтично, – вздохнула Зорька и сама того не заметив, прижалась к Ворону.

– Никогда и ни за что не прибегать к Силе Тьмы! – дрожащим голоском произнесла девчушка, у которой от подобного поцелуя, коленочки так и подкашивались.

– Даже если твоя, или жизнь кого-то из наших друзей, окажется в смертельной опасности?!

– Поклянись! – грозно топнула она ножкой.

– Я клянусь тебе, Моя Принцесса! – склонил перед ней колени юноша, а затем обнял так страстно и горячо, что бедняжка совсем дара речи лишилась.

– Ай, да молодец!

– И не говори – все-таки не зря он мой брат! – умиленно прошептали Ворон и Зари.

– Так, а ты чего это тут свои окорока тут распускаешь?! – резко опомнившись, отвесила она лекарю звонкую пощечину. – Нахал!

– А что я такого сделал?! – взмолился бедняга, поправляя на лице маску, чтобы ненароком не открыть своего лица Рэи и не испугать её до смерти.

Девочка всё это время, находясь чуть в сторонке, не сводила с друзей пытливого взгляда. Не особо понимая и половины всего сказанного ими в силу своего возраста, она смогла уловить самое важное – Семья важнее всего в Жизни.

– Тогда и я буду помогать вам всем, чем смогу, – подхватила общий настрой Зари, напустив на себя крайне строгий вид обиженной поведением парня девушки.

– И я! Я тозя хацу помочь, – подскочила к ним малышка Рэя, но Ворон лишь раз коснувшись лобика, погрузил девочку в глубокий сон.

– Я отнесу её в другую комнату и уложу спать, а вы – приготовьте паренька…

– Сажен, Мира, простите, что сразу не поведала всю правду о Внешнем Мире, и о том, что нас там ожидает, – оставшись одни, снова впала в самобичевание девушка.

– Не вини себя Сестра, мы прекрасно понимаем, чем ты руководствовалась, когда решила уберечь нас от Правды, – подошла к ней Мира и взяла за левую ладошку.

– Но лучше Горькая Правда, чем сладкая Ложь. Ведь рано или поздно мы бы обо всем прознали и тогда… – последовал её примеру Сажен и взял Зари за правую ладонь.

– Прошу, не продолжайте! Я всё поняла! – проскрипела бедняжка, залившись багрянцем. – Ведь я… Я желаю счастья своей Семье.

– Зари!

– Сестренка! – с распростертыми объятиями приняли и простили девушку юноша и девочка и ничто уже не могло посеять между ними зерна недоверия и вражды.

Глава 25
Последняя Жертва

Аккуратно уложив спящую девочку на кроватку, Ворон вернулся в комнатушку. К тому времени Сажен, Мира и Зари более-менее приготовились к предстоящим Испытаниям. Но им даже в голову не могло прийти насколько они будут бесчеловечными и мучительными.

Уложив паренька, которого от страха всего жутко колотило, на стол для предстоявшего «лечения», Ворон принялся стягивать ему руки, ноги, шею и тело ремнями.

– Птичка ты наша чернявая, надеюсь ты знаешь, что делаешь?! – несмела ему мешать Зари, вместе с сестрой стоя в сторонке, ожидая пока их позовут.

– Брат мой, скажи, Рэя… Она… Точно ничего не услышит?! – прохрипел сдавленным голосом паренек.

– Эх ты, Сажен. Даже в такую минуту ты заботишься прежде всего о других, – снял с лица маску лекарь, чтобы лучше видеть всё происходящее.

– Он не чета тебе, – вставила своё замечание Зорька, но через секунду язык проглотила от ужаса.

– Не беспокойся, друг мой, можешь кричать, браниться, вопить в конвульсиях – тебя никто не услышит, – немного зловеще прорычал чародей и достал из подпола свой инструмент.

– Это еще что за набор Юного Инквизитора?! – отмерла старшая сестра и как наброситься на Ворона со спины. – Ты его лечить собираешься или пытать?!

– Да отцепись ты липучка! Я знаю своё дело…

– Это меня и пугает!

Понимая, что своими перебранками они лишь оттягивают неизбежное, между ними встала Мира.

– Начинайте уже!

Сажен никак не ожидал подобного настроя от подруги и в конец потерял дар речи. С неописуемым диким всепоглощающим ужасом он принялся наблюдать, как Ворон стал раскладывать свой рабочий инструмент: металлические щипцы, молоточки, резаки, сверла, иглы и прочие неизвестные штуки, что явно не внушали ему доверия.

– Отойдите в сторону, я начинаю, – навис над пареньком Ворон, в одной руке сжимая острый как бритва нож.

 
«О Тьма, что Древнее Мира,
Даровавшая нам Свет и Надежду.
Приди ко мне в час насущный,
И исполни мою Волю!»
 

Прошипел подобное Заклинание парень и как пронзит себе клинком ладонь насквозь. Затем, словно не чувствуя боли, вырывает его из руки и прикладывает кровоточащую ладонь к груди Сажена.

 
«Моя Кровь, да станет Пищей,
Да утолит она Голод Слуг Твоих.
Да придут они и Послужат мне,
Орудием Боли и Исцеления»
 

– Что еще за Орудием таким?! Мира, может стоит остановить всё это, пока не стало слишком… – не успела договорить Зари, которая от страха вцепилась сестренки в плечики обеими руками, ибо здесь в комнате воцарилась непроглядная Ночь.

– Кто… Кто посмел потревожить Мой Вечный Покой?! Назовись, – послышался загробный Голос из самых Недр Тьмы.

– Это я – твой верный Слуга Воренсий Акрис Акрелли, нижайше прощу Аудиенции у Госпожи, – завел диалог с Нечто парень.

– А-а-а, снова ты… Ну здравствуй, здравствуй, мой милый Вороненок, – резко сменила гнев на милость Госпожа Ночь.

– Милый?! Да кто она такая вообще, – чуть не возмутилась в голос Зорька, почувствовав нотки ревности, но Мира вовремя прикрыла ей ротик ладошкой.

– Ты не один?! Это впервые…

– Простите меня Госпожа, – упал на колени Отступник и не смел более оторвать лица от пола. – Со мной те, кому нужна Моя Помощь.

– Помощь?! Вороненок, ты же знаешь, какую Жертву Я попрошу взамен?! – вкрадчиво прозвучал Голос.

– Да, Моя Госпожа… Как и прежде, я готов на всё…

– Вот и славненько… Ха-ха-ха-ха, – истошно разразилась ядовитым смехом Ночь, от которого у всех немых зрителей кровь в жилах стыла. – Я дарую тебе… Постой-ка, а кто это рядом с тобой?! Я чувствую Свет… В этой девочке…

Почувствовав, как сама Госпожа обратила на неё внимание, у Миры сердце застыло, и она перестала дышать.

– Прошу вас, Госпожа, оставьте её! Ведь это я призвал Вас, а значит по Закону Мира Теней – и расплачиваться тоже мне, – взмолился Отступник.

– Молчать, жалкий человечишка! Указывать мне ты не вправе! Кого захочу того и выберу, а посему…

– Не на-до, – по слогам выдавил из себя Сажен, чувствуя как кровь Ворона пронзает его насквозь.

– О-о-о, как интересно, и ты здесь… – перекинула своё внимание на очередную потенциальную жертву Ночь. – Давненько я не ощущала столь яркую Искорку Души. Похоже её бывшая Обладательница была очень Доброй и Отрывчатой женщиной. Как, впрочем, и… А, собственно, это сейчас неважно… Хорошо птенчик ты мой ненаглядный, я исполню твою Просьбу, а за расплатой приду позже, – как-то резко поменяла решение Ночь.

– Покорнейше благодарю Вас, Моя Госпожа, – прошептал парень и тут же вся Тьма, что окружала их стала стекаться на пол темной вязкой жидкостью.

Не успели друзья опомниться, как свернувшись в кляксу, она подползла к Ворону и принялась поглощать его с головой. Тут же ему на помощь хотела кинуться Зари, но, как и прежде, её вовремя остановила Мира – девчушка, которая так заинтересовала Госпожу.

– Брат! – прохрипел Сажен, пытаясь вырваться из пут, но ремни были хорошо затянуты.

– Всё… Всё… В порядке… – прохрипел с пола горемыка, когда спустя минуту вся Тьма, что его окружала впиталась ему в тело. – Мира, начинай…

– Хорошо, – кинулась малышка к юноше, приложила ладони к вискам и принялась читать свою Молитву.

– Нет постойте, я… – хотел было запротестовать Сажен против подобных жертв ради него, но уже через пару мгновений потерял сознание.

– Молоток! – прохрипел Ворон не своим голосом, протягивая руку к Зорьке.

– Ага! – вся дрожа от страха, кинулась к инструментам девушка и отыскав нужный вручила лекарю.

Тот к тому времени полностью оправился от Поглощения. Выпрямившись во весь свой рост, с совершенно стеклянными глазами, в которых не было жизни, лишенный всяческих эмоций, парень хватает молоток и со всей силы обрушивает удар по колену бедняги. Затем еще один и еще, пока всё оно не становится похожим на одно сплошное кровавое месиво.

Затем, прямо на глазах бедных девчат, которые от подобных зверств чуть сознание не лишились, Ворон погружает обе ладони в «кашу». Словно некий Скульптор, это бездушное Существо принимается «лепить из глины» коленный сустав Сажена. Раз за разом, перемешивая «материал», разглаживая неровности, убирая шероховатости и доводя до ума сие Творение, он приносил юноше такие по силе боли муки, что даже «сон» Миры неспособен был унять их.

Дикие душераздирающие вопли, сквозь брань и ругань, сорвались с уст парня, которому сквозь все старания подруги приходилось явственно ощущать манипуляции Мастера.

Это продолжалось не больше пары минут, за которые у Миры и Зари вся жизнь перед глазами пролетела. Не говоря уже про Сажена, у которого от столь жутких страданий рассудок помутился, и он принялся бессвязно бормотать.

– А теперь, руки, – прохрипело Создание Ночи, когда с коленом было покончено.

И пусть сейчас оно мало походило на здоровое – всё в крови, обломках костей, ошметках мяса, боль потихоньку стала отступать, и юноша смог дышать ровно.

– Прошу тебя, дай ему передышку, – взмолилась Мира.

– Не мо-гу, – выдавил из себя Ворон уже своим голосом, и через секунду его личность снова уступила место Порождению Госпожи.

– Зари, помоги! – вскрикнула малышка, осознав, что это только начало невыносимых страданий Сажена.

– Ах ты бездушная тварь! Вот я тебя! – накинулась на него девушка, но тот лишь раз коснувшись лба ладошкой поверг её в оцепенение, подобно сну с открытыми глазами.

– Не мешай мне жалкая смертная! – прорычало Существо и снова взяв в руки молоток, принялось за «работу»

– Постой! Не надо! Останови-и-и-сь! – кричала, что было сил Мира, когда прямо у неё на глазах из бедняги делали «отбивную».

Хрясь! Хруст! Шмяк!

Раз за разом, нескончаемым потоком обрушивались удары отбойным молотком по рукам друга. Кровь так и лилась ручьем во все стороны, а её капли падали прямо на личико бедняжки Миры, смешиваясь со слезами.

Из последних сил держась, чтобы самой не потерять сознание, она всё усиливала и усиливала поток Света из своих ладоней на Разум паренька. Тем самым хоть немного, Мира желала унять его муки, которым казалось не было конца.

Столь ярая борьба маленькой чародейки с силами, куда более превосходившими любое Человеческое Терпение и Волю, не осталось не замеченным. Сжалившись над ней, понимая, что, если так и дальше пойдет – она может умереть, Создание Ночи протянуло к ней ладошку. Коснувшись её щеки, оно ввергло девочку в сон.

Самым заботливым образом уложив бедняжку на пол, Ворон вернулся к своему пациенту.

– Потерпи еще немного, друг мой, – прошептал он ему на ухо, а затем, засучив рукава по локоть, принялся «месить» материал до готовности.

Лишившись последней поддержки, Сажен не мог более терпеть и, не приходя в себя, всячески молил своего «мучителя» покончить с ним раз и навсегда. А его истошные, дикие, разрывающие сердце и душу на мелкие куски вопли утопали в лужах крови, что извергалась из него через уши, рот и глаза.

Сейчас, когда он находился в подобном состоянии, даже Смерть казалась ему сладостным Избавлением ото всех Мук и Терзаний плоти, которые всё не прекращались, а даже наоборот – усиливались с каждой секундой.

Не каждый смертный способен был пережить такое – это прекрасно осознавал Ворон, прикладывающий все свои усилия и Мастерство в Управлении Тьмой, дабы как можно скорее завершить своё Дело. Но чем ближе он подступал к завершению «Исцеления» друга, тем сильнее проявлялись на его собственном теле последствия использования Сил Тьмы.

К концу всего затеянного, когда на Город Отверженных опустилась ночь, а Зари потеряла сознание и лежала рядом с сестрой, Сажен был спасен.

А Ворон…

Расплата за подобные Умения была велика, как никогда. Не в силах более стоять на ногах, лекарь рухнул как подкошенный на пол. Разрываемый конвульсиями и приступами щемящей боли, перемалывающей всё его внутренности, парень свернулся в клубок и глухо рыча, погрузился в состояние «кошмарного сна». Его глаза источали слезы, изо рта шла пена, тело и душа горели в гиене огненной и не было этому конца и края…

Проснувшись рано поутру, Сажен не мог поверить своим глазам. Никакой боли и следов того, что пережил совсем не осталось. Исчезла извечная ломота в коленях, а пальцы на руках…

– О, Небеса! – чуть ли не в голос воскликнул паренек.

Резко присев на месте, он устремил взгляд широко распахнутых глаз на свои ладони. И пусть сейчас руки по самые локти оказались перебинтованы, он смог пошевелить кончиками пальцев. Это казалось настоящим чудом, ведь раньше он не мог позволить себе подобную роскошь. Его культяпки способны были лишь сгибаться пополам, и то не до конца.

Ко всему прочему к ладоням вернулась осязательная способность. Коснувшись щеки, Сажен не смог сдержать слез. А слизнув одну из капелек, ощутил всю «сладость» горьких слез счастья.

– Неужели… Неужели у Ворона всё получилось?! – вертелся на языке немой вопрос.

Но огласить его вслух он не успел, так как разбуженные его криком, в комнатушку для врачеваний, врываются одна за другой Сестрицы Зари, Мира и Рэя. Не позволив пареньку и рта раскрыть, они все вместе набрасываются на бедолагу и заключают в любящие объятия.

– Сажен, ну ты нас и напугал…

– Мы думали ты оставил нас…

– Братец, не смей больше так пугать меня и Пупусика, – наперебой залепетали маленькие щебетуньи, всё сильнее и сильнее сжимая парнишку своими маленькими ручонками.

– Зорька, Мира, Рэя… Как же я рад снова видеть вас! – расчувствовался Сажен и охотно отвечал на всех их чувства взаимностью.

– Вам пора! – показался тут Ворон, который своим появлением здесь немного напугал Сажена.

А вот девчата казалось совсем не приметили сурового, как некогда Хозяина в своей устрашающей маске. Бросив другу две перчатки и кожаный наколенник, для фиксации суставов, он также поспешно как пришел, удалился восвояси.

– Что это с ним?! – прошептал немного погодя юноша, но его слова утонули в криках девчат, которые принялись делить честь одеть друга в принесенные «доспехи».

– Чур я надеваю наколенник!

– Это почему же, Зари?!

– Я ваша старшая сестра и прикасаться к обнаженным ногам нашего Рыцаря – это знаете ли не хухры-мухры!

– Ни слова не поняла, но моя левая рука! – уступила сию честь Рэя.

– А я вот не согласна! Сажен мой целиком и полностью! – не желала сдаваться Мира, и между сестрами снова разгорелся скандал.

Пока девчата активно шипели и даже хлестали друг друга по ладоням, парень, подмигнув Рэи, с её помощью надел на себя не только обе перчатки, но и закрепил наколенник. Шевелить пальцами в них было невозможно, они казались деревянными, а вот наколенник наоборот – очень эластичным. Это обстоятельство позволило ему чуть согнуть ногу.

Резкая жгучая боль заставила его зашипеть, и снова привлечь к себе всеобщее внимание.

– Сажен, осторожно…

– Ворон сказал, что некоторое время тебе придется поносить их, чтобы всё правильно срослось, – помогли ему подняться Зари и Мира.

Окружив Сажена со всех сторон и обхватив ручонками, они все вместе сделали первый шаг навстречу новым приключениям. Затем еще один и еще, пока наконец юноша привык ступать с осторожностью, и опираться больше на вторую ногу.

Такими неспешными темпами, сестрички вывели друга на свежий воздух. Стояло раннее утро, над округой как всегда нависли свинцовые тучи, после ночного дождя пахло сыростью и гнилью, но отчего-то именно сейчас, сердце паренька радовалось и ликовало. Он находился в окружении своих просто замечательных подруг, которые так и не желали отпускать его от себя.

– Девчата, спасибо вам! Я вас всех так сильно люблю! – выпалил сдуру Сажен, всё как на духу, чем заставил Зари и Миру тут же окраситься багрянцем, схватиться за щеки и отскочить от друга.

Покосившись на месте, лишь благодаря Рэи, которая не бросила его, он устоял на своих двоих. Улыбаясь широкой улыбкой, парень устремил свой добродушный взгляд на девчат.

– Сажен… Ты это… Думай, что говоришь!

– Во-во, так же можно и Душу Небесам отдать! – зароптали на него сестрицы.

– Разве я сказал, что-то страшное?! – почесал затылок «деревянной» ладонью шутник.

– Может и не страшное…

– А даже наоборот…

– Но… – не успели девчата развить тему разговора, как на пороге появился Хозяин Дома.

Когда мимо него «пронесли» на руках его друга, он не показал виду. Но теперь близился момент расставания. Уняв свою Боль и отбросив все сомнения, он вышел попрощаться.

– Вам пора! – снова сухо прохрипел Отступник, не смея приблизиться ко всем и на пару шагов.

– Зари, Мира, – подозвал к себе подруг Сажен и благодаря их поддержке, смог сам подойти к нему.

– Спасибо тебе, друг мой! – кинулся к Ворону паренек и, не устояв на ногах, повис на нем.

– Нет, брат мой! Это тебе спасибо! – прошептал ему в ответ лекарь, не смея снять с лица маску и показать своё лицо, что изменилось до неузнаваемости. – Я искренне верю, что вы все вместе отыщете и спасете Сиру… И мы еще обязательно встретимся…

– Брат?! – отстранился от него Сажен, пытаясь уловить интонацию и потаенный смысл его слов.

Но чародей знал своё дело и со временем научился прятать свои истинные эмоции под маской Ворона.

– А теперь ступайте, не теряйте время зря! Скоро близится Эпоха Великих Перемен, и нужно успеть к началу «Спектакля», дабы в нужный момент явить себя Миру…