Читать книгу "Моя маленькая слабость"

26

Весь день меня мучает ощущение, будто я допустила самую большую в своей жизни ошибку. Даже Татьяна Ивановна замечает перемены в моём настроении, хоть я и стараюсь ничем себя не выдавать.

– Случилось что-то, Тая? – участливо интересуется она.

– Нет, всё в порядке, спасибо, – вежливо отзываюсь я.

– На тебе лица нет.

– Просто не выспалась сегодня. Бессонница мучила. Не обращайте внимания.

– Бессонница тоже просто так не бывает. Нервничаешь, наверное, из-за чего-то?

– Да мало ли в нашей жизни бывает поводов понервничать. Не переживайте, всё у меня в порядке. Честно, – добродушно улыбаюсь я начальнице.

– Ну смотри, – строго глядит на меня та поверх очков.

Ближе к вечеру мне на карточку падает первая в жизни зарплата. И хоть прошлый месяц я отработала не полностью, сумма приятно удивляет. Я ожидала меньше, намного меньше. Выясняю у Татьяны Ивановны подробности, оказывается, помимо оклада, указанного в трудовом договоре, каждому сотруднику начисляются ещё премиальные, процент за выполнение KPI, что-то там ещё… Я не вчитывалась в текст слишком тщательно, прежде чем подписать. С учётом всех этих выплат, ежемесячный доход у меня будет существенно больше, чем я думала. С таким совершенно точно можно жить. И даже чувствовать себя человеком.

Татьяна Ивановна усмехается, видя моё удивление:

– Да, в нашей компании очень хорошие зарплаты, ты не знала?

– Честно говоря, я сильно и не интересовалась. Очень здорово, что так.

– Да. Но и попасть к нам тоже непросто. Желающих много, сама понимаешь.

От последней фразы начальницы мне вдруг становится неловко. Наверняка она сказала это без задней мысли, ни на что не намекая, но я восприняла на свой счёт. Я-то как раз попала сюда довольно легко. Даже квалификацию свою не пришлось подтверждать.

Едва поднявшее голову настроение катится обратно к нижней отметке. Теперь к моим мучениям добавились ещё и угрызения совести. Константин ведь и правда заслуживает большей откровенности с моей стороны. Он столько для меня сделал, а я послала его к чёрту с его симпатией, толком ничего не объяснив. Но с другой стороны, признайся я честно в своём недоверии по отношению к нему, это выглядело бы ещё более оскорбительным. С первого дня нашего знакомства Костя вёл себя достойно и благородно, не дав ни единого повода усомниться в его человеческих качествах. Мой страх – это только мои проблемы, мой горький жизненный опыт. Но тем не менее, игнорировать его я всё равно не могу.

Чёрт, ну почему всё так сложно?

От созерцания красивой цифры в банковском приложении на моём телефоне отвлекает всплывшее сверху уведомление о входящем сообщении от Ляли.

«Привет, роднуль! Как дела твои? Чем занимаешься?»

Всего несколько слов, а на душе сразу становится тепло. Улыбаюсь и незамедлительно строчу ответ:

«Привет, Лялечка моя. Работаю. У тебя как дела? Соскучилась!»

«Я тоже соскучилась безумно, дорогая! Давай вечером увидимся? Посидим где-нибудь, кофе попьем?»

«С удовольствием! Пиши, где и во сколько»

* * *

Перед тем, как отправиться на встречу с подругой, какое-то время брожу по бутикам в торговом центре неподалёку от офиса, разыскивая в них что-нибудь особенное, сама не знаю, что. Хочется удивить Лялю, сделать ей приятное, да просто порадовать, но, как назло, ничего подходящего не попадается мне на глаза.

Забредаю в парфюмерный магазин, и девушка-консультант предлагает мне послушать совершенно потрясающие новые духи, в которые я влюбляюсь с первого вдоха. Радуюсь, как ребёнок – я знаю Лялькин вкус и уверена, что этот аромат ей понравится не меньше, чем мне. Однако глянув на ценник, теряю весь запал. Оказывается, духи очень дорогие. Чтобы оплатить их, придётся потратить большую часть моей первой зарплаты. Но я уже сроднилась с мыслью, что куплю Ляле именно этот подарок, он кажется мне идеальным для любимой подруги. И, в конце концов, решаюсь. Беру красивую коробочку с полки и отправляюсь на кассу.

На проживание мне, слава богу, хватит, а себя я обязательно побалую чем-нибудь со следующей зарплаты. Если, конечно, проработаю у Константина так долго… Но последнюю мысль я гоню как можно дальше, не позволяя ей до конца оформиться в голове, чтобы не портить себе настроение. С довольной улыбкой протягиваю Лялин подарок кассиру.

– Дорогие духи, – раздаётся слева от меня, и мерещится мне в этих словах какой-то укор.

Резко поворачиваю голову и обнаруживаю у соседней кассы Марину. Она смотрит на меня не слишком дружелюбно, я бы даже сказала – свысока. Хочется проигнорировать её слова и молча отвернуться обратно. Но воспитание не позволяет мне это сделать.

– Да это подарок подруге на день рождения, – сдержанно поясняю я, замечая, что коллега сделала куда более скромные покупки.

– Повезло. Подруге, – с красноречивой паузой хмыкает Марина и демонстративно отворачивается от меня.

* * *

Встретившись с Лялькой в нашей любимой с давних времён кофейне, долго обнимаемся и целуем друг дружку в щеки. Я вручаю ей коробку с духами в красивом бумажном пакете.

– А это мой немного запоздалый подарок на твой день рождения!

– Тай, ну зачем потратилась, я ведь говорила, что не надо, – с осуждением качает головой подруга, принимая подарок из моих рук.

– Финансовые трудности у меня уже позади, так что не переживай, я могу себе это позволить, – улыбаюсь я. – Открывай скорее, мне не терпится узнать, понравится тебе или нет.

– Ну раз так… Давай посмотрим…

Ляля с любопытством заглядывает в пакет, достаёт коробку, разглядывает:

– Ух ты, какая красота…

– Ты их сначала послушай, – подсказываю я, пританцовывая на месте от нетерпения.

Два раза просить не приходится, подруга ловко избавляет коробку от пленки, извлекает флакон, распыляет немного себе на запястье, приникает носом к нему.

– Вау…

Следом щедро наносит парфюм себе на шею и область декольте, после чего снова ведёт носом по воздуху и от удовольствия прикрывает глаза.

– Вау, Тая, они обалденные! Просто супер! Теперь это однозначно будет мой любимый аромат! Спасибо тебе огромное!

Подруга крепко обнимает меня за шею, чмокая несколько раз в щеку, и я готова умереть от счастья, что не прогадала с подарком.

– Я очень рада, что тебе понравилось!

Мы заказываем кофе и капкейки, устраиваемся за малюсеньким круглым столиком у окна и начинаем болтать.

То есть, в основном говорит Ляля, рассказывает о своих успехах на работе, о том, как они без конца ссорятся с Данилом по разным мелочам, а потом очень бурно мирятся, а я слушаю её, не прекращая улыбаться – такая она счастливая.

– Ну а ты-то как? А то я всё о себе да о себе, эгоистка. Расскажи хоть, как у тебя дела? Как на работе, как мама? Как личная жизнь? Ты ведь, кажется, с парнем каким-то начинала встречаться… Ой! – спохватывается вдруг подруга. – Слушай, мне так неловко, Тай. Я ведь совсем забыла про твоего парня. Надо было, наверное, его тоже пригласить на мой день рождения, а я… Из головы вылетело совершенно. И ты ничего не сказала.

– Да мы расстались уже, – небрежно отмахиваюсь я. – И хорошо, что ты тогда о нём не вспомнила. Он оказался не самым порядочным человеком.

– Да ты что… А что он сделал? – взволнованно спрашивает Ляля.

– Лучше тебе не знать, – грустно усмехаюсь я. – Давай не будем о нём.

– Я просто хочу выяснить, он тебя обидел? Может, ему рожу надо набить?

– Ты ж моя защитница. Набили ему уже рожу, не переживай.

– Так, а вот с этого места поподробнее. Кто набил? – сузив глаза, интересуется Лялька.

Я набираю в лёгкие изрядную порцию воздуха и начинаю рассказывать. Как познакомилась с Костей, угодив ему под колёса. Как потом он отомстил за меня Максу и заставил того просить прощения. Как устроил к себе на работу. Как первый раз поцеловал. И что было после, вплоть до сегодняшнего дня.

– Офигеть… – в конце концов, ошеломлённо выдаёт подруга. – Похоже, он не на шутку на тебе повернулся, Тай!

– Да, – вздыхаю я. – Это-то меня и пугает.

– Слушай, ничего не бойся. У тебя есть друзья, которые тоже, между прочим, не последние люди в городе. Короче, просто знай, что тебя есть кому защитить.

– Ты моя хорошая, – тепло улыбаюсь я. – Мне очень приятно это слышать. Но честно, Ляль, меньше всего на свете мне хотелось бы ещё хоть раз обратиться к тебе с подобной проблемой.

– Я тоже не хочу, чтобы у тебя возникали какие-то проблемы, но от этого никто не застрахован, к сожалению, поэтому просто на всякий случай имей в виду. А вообще, знаешь, Тай, судя по твоему рассказу, этот Константин не очень похож на человека, который стал бы обижать девушек. Мне почему-то кажется, что он как раз наоборот, защитник, такой надёжный, благородный.

– Мне тоже так кажется, – мечтательно улыбаюсь я. – Но всё равно страшно. Вдруг он такой хороший, только пока я в его постели не побывала. Игорь тоже, знаешь, поначалу очень милый был.

– Ну ты чего, Тай. Ну попался тебе один козлина, что же теперь, всех мужиков до конца своих дней бояться? Что было – то было. Надо дальше жить.

– Да, я понимаю это, но… Всё равно не могу.

– Но он ведь тебе так сильно нравится?

– Нравится… – вздыхаю я.

– Тогда дай ему шанс.

Неуверенно смотрю на подругу, чувствуя, как учащается мой пульс. И вроде всё она правильно и разумно говорит. Может и правда попробовать?

– Думаешь? – спрашиваю я с сомнением.

Ляля коротко кивает.

– Уверена. Нечасто встретишь человека, с которым всё взаимно. Любовь – это так классно, Тай. Я сейчас с содроганием думаю о том, что с Даниилом у нас могло не сложиться…

С пониманием улыбаюсь подруге, чувствуя к ней прилив нежности. Знать, что твоя судьба кому-то небезразлична, ощущать поддержку и одобрение близкого человека – бесценно. И почему я раньше не поговорила с ней? Теперь я чувствую себя намного увереннее. И не вижу причин отвергать Костю. Действительно, что мешает мне хотя бы просто попробовать? Вдруг он моя судьба? А я так глупо упускаю свой шанс на счастье.

– Наверное, ты права, Ляль. Наверное, мне и правда стоит попробовать. Вот только я ему уже отказала, что же теперь делать? – растерянно улыбаюсь я.

– Подойти и поговорить. Честно и откровенно.

– Ну… Это как-то не очень будет выглядеть.

– А что здесь такого?

– Я всё-таки девушка, а он ещё и мой босс. Получится, будто я сама себя ему предлагаю…

– Да всё это предрассудки сексистские, – возмущённо цокает языком Лялька. – Что, мужики не люди, думаешь, им не хочется нашего внимания? Почему только они всегда должны делать все первые шаги? Да и потом, ты же не просто так наобум к нему приставать начнёшь, он вообще-то первый к тебе подкатывать начал!

– Ой, Ляля, не знаю, – усмехаюсь я. – Ты, конечно, очень складно всё говоришь, но даже если и так, у меня всё равно не хватит смелости.

– Как говорится, не ссы в трусы, – с серьёзным видом заявляет Лялька, и через секунду мы обе начинаем смеяться.

27

Странно, но сегодня утром, когда я приезжаю в офис, Марина не торчит в холле, как обычно. Сначала я не придаю этому значения, спешу на своё рабочее место, потому что уже без пяти минут девять. Помня вчерашние события в туалете, не рискнула приехать пораньше.

Когда я захожу в кабинет, Татьяна Ивановна стоит возле своего стола и роется в сумке. Заметив меня, она поднимает голову и с порога сообщает новость:

– Представляешь, Марину уволили!

– Ого, ничего себе, – отзываюсь я без слишком сильного удивления от услышанного. – А почему?

– Не знаю, – пожимает плечами моя начальница. Судя по выражению лица, она, в отличие от меня, как раз пребывает в полнейшем изумлении. – Такая ответственная девочка, всё у неё всегда ладилось, ничего никогда не забудет, ничего не упустит. Не представляю, за что её можно было уволить!

– Так может она того, сама уволилась? – делаю я предположение, стягивая с себя пальто и убирая его в шкаф.

– Нет, уволили, говорит, – разводит руками Татьяна Ивановна. – Сейчас в туалете с ней столкнулась. Вся в слезах, бедная, успокоиться не может. Вот, пытаюсь найти валерьянку, отнести ей хоть, чтобы выпила. Бедная девочка.

Мне делается не по себе. Все, что я видела, слышала до этого момента о Марине, начинает собираться в одну целостную картину, словно пазл. И картинка эта выходит не очень красивой.

Стоит только вспомнить, с какой враждебностью Марина на меня смотрела едва ли не с первого моего рабочего дня в этой компании. А с каким растерянным видом замерла, когда увидела, как Константин выносит меня на руках из своего кабинета. Буквально дар речи потеряла. А вчера в магазине как смотрела, будто я её злейший враг! А сегодня её уволили… Неужели у них с Костей что-то было? А потом он её бросил из-за меня? Она устроила ему сцену ревности, а он её уволил? Вот чёрт… Нет. Только не это.

– Ну вот они, наконец-то… – бормочет себе под нос Татьяна Ивановна, выуживая из своей сумочки маленький пузырёк с таблетками.

И почти одновременно с этим на столе начальницы разражается громкой трелью стационарный телефон.

– Алло, – снимает она трубку, прижимая её к уху плечом. – Да. Из какой вы компании? – Прикрыв ладонью динамик, Татьяна Ивановна поднимает взгляд и вполголоса обращается ко мне: – Тай, на вот, возьми, отнеси Марине в туалет, а то это надолго. – После чего протягивает пузырёк с валерьянкой.

Меньше всего на свете мне хочется идти в туалет к рыдающей Марине, причиной слёз которой, вероятно, стала я. Но ни одной мало-мальски годной причины отказать Татьяне Ивановне в просьбе я не нахожу. Обреченно забираю из рук начальницы бутылёк с лекарством и отправляюсь, куда сказано.

Заплаканную Марину нахожу в самой дальней туалетной кабинке, дверь которой раскрыта настежь. Сама же моя коллега сидит на закрытой крышке унитаза и утирает слезы огромным кулем неаккуратно свёрнутой туалетной бумаги. И несмотря на все её косые взгляды в последнее время, я начинаю испытывать к жалость к этой девушке. Кажется, ей сейчас и правда очень плохо.

– Марин, привет, – осторожно привлекаю я к себе её внимание. – Татьяна Ивановна просила передать тебе успокоительное…

Марина поднимает на меня красные заплаканные глаза, и они вдруг делаются такими злыми, что мне становится не по себе.

– Тварь… – медленно выговаривает она, буквально испепеляя меня взглядом. – Какая же ты тварь! И ещё пришла меня успокаивать?! Пошла вон отсюда!

Мне безумно хочется сию же секунду выполнить её просьбу. Страшно оставаться с этой психопаткой в одном помещении, да еще и неизвестно, услышит ли кто-нибудь из коллег, если я начну кричать и звать на помощь.

Но прояснить ситуацию тоже хочется. Узнать наверняка, в чем же, по её мнению, я так сильно провинилась.

– Марин, я не понимаю, о чем ты. Что я тебе сделала? – интересуюсь я как можно спокойнее.

– Что ты мне сделала? – переспрашивает с истеричным смешком коллега. – Ты лишила меня любимой работы!

– Марина, я не знаю, что произошло, но я не имею к твоему увольнению никакого отношения, клянусь.

– Не имеешь? Шлюха… Ненавижу таких, как ты! Из-за таких, как ты, распадаются семьи! Дети остаются без отцов! Из-за таких тварей, как ты! Я же как лучше хотела! Просто хотела предупредить, чтобы он ошибок не успел наделать! А он…

Марина утыкается лицом в комья туалетной бумаги в своих руках и начинает громко рыдать, а я стою напротив как громом поражённая. По телу расползается противная слабость от нехорошей догадки.

– Ты можешь нормальным языком объясняться? – сквозь зубы выговариваю я, глядя на подрагивающую макушку рыдающей Марины. – Я всё ещё не поняла, что плохого тебе сделала.

Она поднимает глаза и гнусавым голосом, полным боли, громко произносит:

– Я просто хотела предупредить супругу Константина Георгиевича, что в нашем офисе появилась тварь, которая хочет соблазнить её мужа. А он узнал об этом и уволил меня!

Я моргаю несколько раз. В левом подреберье начинает неприятно тянуть. Во рту становится сухо.

– Он что… женат? – кое-как выдавливаю из себя я каким-то осипшим вдруг голосом.

Марина перестаёт реветь, и на её опухшем лице возникает широкая издевательская улыбка.

– Ой, а ты не знала? Он тебе не сказал?

– Нет… – тихо отвечаю я.

Пульс долбит в висках. Отворачиваюсь и начинаю медленно шагать к выходу.

– О таких вещах надо сразу спрашивать! – несётся мне в спину.

Я ускоряю шаг и громко хлопаю дверью уже с другой стороны туалета.

28

– Ну что, ты отдала Марине валерьянку? – спрашивает Татьяна Ивановна, когда я возвращаюсь в кабинет.

– Нет. Она не захотела, – потерянно отзываюсь я, опуская взгляд на пузырёк с таблетками, который до сих пор сжимаю в ладони.

– А как она там? – взволнованно интересуется начальница. – Успокоилась уже или всё ещё плачет?

– Успокоилась, наверное. Не знаю.

– Не поделилась она с тобой, случайно, за что её уволили?

– Нет.

– Надо же, а, – сокрушается Татьяна Ивановна. – Такая девочка хорошая, ответственная. Что же там у них произошло…

– Может, у Константина Георгиевича спросим? – не без сарказма предлагаю я.

Но начальница, кажется, принимает мою шутку за чистую монету.

– Да ты что, Тая, бог с тобой, – испуганно смотрит она на меня. – Не наше с тобой это дело. Да и вообще… Давай-ка лучше работать.

– Давайте, конечно.

Я усаживаюсь за своё рабочее место, не в силах сфокусировать взгляд на мониторе. В груди печёт так, словно туда кто-то жахнул ведёрко раскалённых углей из очага. В носу щиплет, того и гляди, вот-вот сама разревусь не хуже Марины.

И это не обида, нет. Это страшная злость и недовольство собой размерами с небольшую вселенную.

Дура, какая же я дура! Конченая идиотка в начальной стадии маразма! Я всерьёз думала, будто Константин может возжелать нормальных отношений со мной? Хочется истерично заржать в голос. Но, опасаясь напугать Татьяну Ивановну, я, конечно, не делаю этого.

В горле назревает болезненный ком. Не представляю, как себя успокоить. Если сейчас разревусь, в офисе даже спрятаться негде, туалет-то занят.

Господи, как я же я могла снова повестись на всё это?!

Чёртов Константин Георгиевич! Строит из себя благородного рыцаря, а сам… Ещё один «хозяин жизни». Плевать он хотел на мои проблемы и помог только для того, чтобы я сговорчивее была. Сам женат… Ненавижу. Ненавижу!

Сглатываю всё нарастающий в горле ком и пытаюсь заставить себя работать. Незаметно вытираю с ресниц влагу, которая всё-таки прорывается наружу, несмотря на мои старания. Повторяю про себя как мантру – пошло всё к чёрту. Пошёл он к чёрту. Ну и плевать. Плевать.

Весь день работа движется кое-как. Я очень жду шести часов, не высовывая носа из кабинета, боюсь увидеть Константина. Мне кажется, если встречу его, то не сдержусь и выскажу всё, что накипело. Но это было бы настолько глупым поступком…

Чего я добьюсь? Как минимум вслед за Мариной вылечу с работы, а как максимум… Об этом даже думать не хочется.

И почему я не узнала о семейном положении босса раньше? О, как много я бы отдала, чтобы вернуться назад, в тот день, когда он звал меня поехать к нему, и спросить, а что на это сказала бы его супруга? И посмотреть в глаза. Как, интересно, он бы тогда отреагировал?

Наверняка запел бы ту же песню, что и Игорь когда-то. Я её не люблю, мы живём только ради детей… Меня передёргивает от этих воспоминаний. Господи, неужели у Константина тоже есть дети?

Наверняка есть. Он взрослый мужчина, не мальчик. В его возрасте и положении вполне нормальное явление – иметь семью. И почему я об этом раньше не думала?

Ненавижу мужиков. Будь они все прокляты!

Ну ничего. Зато теперь я могу со спокойной совестью работать, не чувствуя себя обязанной. А что? У меня всё отлично. Хорошая зарплата, любимое дело, шикарный офис в центре города. Что ещё нужно для счастья? А если кто-то рассчитывал потрахаться в обмен на свою помощь, то это его проблемы! Я никого ни о чем не просила. Если у Константина Георгиевича есть хоть капля человеческого достоинства, пусть держит своё обещание. А если нет…

Пусть только попробует ещё хоть раз ко мне притронуться. Вот тогда я с огромным удовольствием выскажу ему в лицо, какое он трепло!

Когда долгожданный конец рабочего дня наступает, забираю своё пальто из шкафа, прощаюсь с Татьяной Ивановной и выхожу в коридор. Чувствую болезненный мандраж во всём теле, умоляю небеса – только бы не столкнуться с ним. Не сегодня. Завтра я остыну, успокоюсь и уже буду к этому готова, но сегодня просто не выдержу, не смогу.

Но там сверху не слышат мои молитвы. Практически дойдя до холла, я вижу его. К счастью, не перед собой, а за полупрозрачной стеной коридора. Мой босс стоит у одного из столов моих коллег и что-то обсуждает с незнакомым мужчиной в костюме.

Смотрю на него, и становится жарко. Обида, ненависть вспыхивают с новой силой, заставляя меня задрожать от переизбытка эмоций.

Будто почувствовав мой взгляд сквозь толстое оргстекло, Костя вдруг поднимает глаза. Со мной происходит что-то невероятное от этого внезапного зрительного контакта. В груди щекочет, перехватывает дыхание. Какой же он красивый мужчина… Досадно, что внешняя красота не всегда говорит о внутренней.

– О, Таечка, привет! – Доносится до моего слуха чей-то посторонний голос.

Отвожу взгляд от стекла и рассеянно смотрю на Стаса, который возник предо мной, словно вырос из-под земли.

– Привет, – сухо отзываюсь я.

– Как дела? Как работа? – очаровательно улыбается он.

– Всё просто прекрасно.

– Ну что, ты подумала над моим предложением? Я так жду ответа, а ты всё молчишь.

Бросаю мимолётный взгляд сквозь стекло, вижу, как Константин медленно кивает своему собеседнику, но смотрит при этом только на меня. И в моей голове рождается безумная идея. Настолько безумная, что в кровь моментально начинает поступать адреналин. Я наверняка очень сильно потом пожалею об этом, но сейчас способность к здравомыслию покидает меня. Эмоции правят балом, я испытываю нездоровое веселье, словно приняла наркотик.

Поворачиваюсь обратно к Стасу и начинаю улыбаться ему со всем обаянием, на которое только способна.

– Ох, Стас, да если б я знала, что ты ждешь! Конечно, я не против куда-нибудь сходить с тобой, ты такой классный парень!

– Правда? – слегка опешив, переспрашивает он.

– Ну конечно, – воркую я, приближаясь к парню вплотную и игриво проводя пальчиком по его груди.

– Ух ты, – растерянно улыбается Стас, стоя при этом истуканом. Он явно не ожидал от меня такой прыти.

А я вхожу в раж, кладу ладони на его плечи, склоняю голову на бок, продолжая улыбаться, как сумасшедшая. А потом наклоняюсь к уху и шепчу:

– В следующий раз, когда будешь звать девушку на свидание, будь готов к тому, что она может согласиться.

И чмокаю в щеку.

Глаза у Стаса становятся размером с небольшие блюдца, настолько обескураженные, что я едва сдерживаю смешок.

– Так я готов! – выпятив вперёд грудь, отважно произносит он.

– М-м-м-олодцом! – Ласково проведя ладонью по щеке парня, я отступаю назад и дарю ему ещё одну свою самую соблазнительную улыбку. – Ну пока!

Собираюсь уйти, делаю несколько шагов, огибая высокую фигуру системного администратора, но Стас осторожно перехватывает меня за локоть.

– Погоди, а как же свидание?

– Да пошутила я, Стас! – мило улыбаюсь я, без усилий освобождая руку, и сразу начинаю шагать дальше. – Может, как-нибудь в другой раз!

От адреналина слегка трясёт. С той стороны стекла наш со Стасом диалог было не услышать, зато зрелище наверняка вышло эффектным. Перед тем как свернуть в холл, не могу удержаться и бросаю взгляд себе за спину, сквозь стекло.

Костя все ещё смотрит на меня в упор, и смотрит так… На мгновение мне становится не по себе, но лишь на мгновение. Уже в следующее я отворачиваюсь, и по лицу расползается мстительная ухмылка.

Ну а что? Он же просто так мне с работой помог. Ничего не ожидая взамен. Ха, такого от меня он уж точно не ожидал! Как говорили у нас в школе – получи, фашист, гранату.

Однако шаг я ускоряю, сама не знаю зачем. Будто боюсь, что Костя сейчас погонится за мной. Хотя, с чего бы вдруг он гнался? Я ему никто. Претензий у него ко мне быть не должно. Что он может мне сказать? Правильно, ни-че-го.

И все-таки я очень спешу. На площадке с лифтами едва не перехожу на бег. Сердце бешено стучит в груди, чувствую себя неадекватной преступницей. Но я ведь ничего плохого не сделала, правда?

Вырвавшись на улицу, вдыхаю полной грудью прохладный сладкий весенний воздух. Голова кружится так, будто я только что прокатилась на скоростной карусели.

Из кармана раздаётся трель мобильника, достаю его, и душа окончательно уходит в пятки – на экране высвечивается имя «Константин».

Первая мысль – не отвечать. Сбросить. И сразу вырубить телефон!

Но потом становится стыдно. Надо же, какая я трусиха. За свои поступки надо отвечать. Да и потом, ничего преступного я действительно не сделала, и бояться мне нечего. Нет у него никакого права предъявлять мне какие бы то ни было претензии.

Непослушными пальцами принимаю звонок.

– Да?

– Зайди ко мне в кабинет. Сейчас, – раздаётся из трубки ледяное.

По телу пробегает лёгкая дрожь. Ни тебе здравствуйте, ни до свидания. А мы ведь сегодня ещё не разговаривали.

Как ни стараюсь храбриться, внутренний голос подсказывает, что я встряла. Допрыгалась. Доигралась. Паника, паника. Ну и кто меня просил заигрывать с этим мальчишкой, вот дура! Господи, хоть бы Стасу из-за меня теперь не досталось…

– Я уже ушла из офиса, – мямлю я в трубку неловко.

– Когда успела?

– Вот только что вышла на улицу…

– Значит, стой там, где стоишь, и жди меня. Я сейчас спущусь.

Конец ознакомительного фрагмента

Ознакомительный фрагмент является обязательным элементом каждой книги. Если книга бесплатна – то читатель его не увидит. Если книга платная, либо станет платной в будущем, то в данном месте читатель получит предложение оплатить доступ к остальному тексту.

Выбирайте место для окончания ознакомительного фрагмента вдумчиво. Правильное позиционирование способно в разы увеличить количество продаж. Ищите точку наивысшего эмоционального накала.

В англоязычной литературе такой прием называется Клиффхэнгер (англ. cliffhanger, букв. «висящий над обрывом») – идиома, означающая захватывающий сюжетный поворот с неопределённым исходом, задуманный так, чтобы зацепить читателя и заставить его волноваться в ожидании развязки. Например, в кульминационной битве злодей спихнул героя с обрыва, и тот висит, из последних сил цепляясь за край. «А-а-а, что же будет?»