Текст книги "Идеальный парень"
![](/books_files/covers/thumbs_240/idealnyy-paren-215322.jpg)
Автор книги: Алексис Холл
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 27 (всего у книги 28 страниц)
Глава 51
![](i_051.png)
Возможно, желание Оливера остановиться в отеле под названием «Честный адвокат» говорило о его особом чувстве юмора. Учитывая мои слабые познания в истории и отсутствие интереса к этому предмету, я бы сказал, что раньше тут находился каретный двор со всеми этими створчатыми окнами, покатыми, выложенными черепицей крышами и дымовыми трубами. Перед входом росло большое дерево, все покрытое цветами, и, в теории, это место отлично подходило для попытки возродить романтические отношения. Здесь все было такое атмосферное, старинное.
Мы оставили пикап на парковке отеля и всей гурьбой вошли в фойе, стараясь не вызывать особых подозрений.
– Эм… здравствуйте, – сказал я мужчине в костюме за стойкой регистрации. Вид у него был такой, словно я уже успел ему изрядно надоесть.
– Я могу вам помочь? – Пауза. – Кому-нибудь из вас?
– Я ищу Оливера Блэквуда. Он остановился у вас.
На лице портье появилось типичное для представителей сферы услуг усталое выражение, когда к ним обращаются с просьбой сделать нечто такое, что не входит в их должностные обязанности.
– К сожалению, я не могу давать информацию о наших гостях.
– Но, – заметил я, ухватившись за эту возможность, – он все-таки ваш гость?
– Я не могу давать вам информацию о других людях, как гостях отеля, так и не гостях.
– Но он же не какая-нибудь кинозвезда. А просто мой бывший парень.
– Это ничего не меняет. Я не имею права говорить вам, кто здесь проживает.
– Ох. Но, может, все-таки скажете?
– Нет.
– Я проделал очень долгий путь.
– И, – стоило отдать портье должное, выдержки у него оказалось гораздо больше, чем у меня, – вы привезли с собой всех этих людей?
– Мы здесь для моральной поддержки, – объяснила Бриджет.
– Но если вы знаете этого человека, – медленно заметил портье, – значит, у вас есть номер его телефона?
– Я боялся, что он не ответит мне на звонок.
– Но при этом вы решили, что он нормально отреагирует на ваше появление в этом отеле без предупреждения и с сопровождающими вас лицами?
Я отвернулся от стойки регистрации.
– Бридж, почему ты решила, что твой план удачен?
– Он показывает, как далеко ты готов пойти. – Она быстрым шагом направилась ко мне. – Насколько ты его любишь.
– Да. – Послышался голос Прии. – Но мне кажется, что в большей степени это показывает, что ты ничего не продумал заранее.
– Вынужден согласиться с вами, – подхватил портье.
С робким видом я достал телефон и набрал номер Оливера. Звонок переключился на голосовую почту, и, так как я не знал, что ему сказать, я нажал на отбой.
– Возможно, он просто не хочет отвечать.
Парень за стойкой с самодовольным видом сложил на груди руки.
– Вот видите, именно поэтому я не даю информацию о наших гостях.
– Но это же любовь и все такое, – предпринял еще одну попытку я.
– А это, – ответил портье, лицо которого по-прежнему оставалось непроницаемым, – моя работа и все такое.
– Не волнуйся, – воскликнула Бридж. – Я сама позвоню ему. Мои звонки еще никто никогда не игнорировал.
Джеймс Ройс-Ройс принял позу безысходности.
– Я однажды пытался, тыковка. Но ты не отставала, пока я не ответил.
– Как-то раз она оставила мне тридцать семь голосовых сообщений подряд, – согласился Джеймс Ройс-Рос, – и все были о том, что она нашла магазин, где шоколадки «Фреддо» все еще продавались по 15 пенсов.
– Правда? И где это? – поинтересовался портье.
Бридж смерила его надменным взглядом.
– Прощу прощения, но я не имею права выдавать эту информацию.
– Пожалуйста, не могли бы вы, – я изо всех сил старался говорить спокойно и сдержанно, – позвонить Оливеру от моего имени?
– Не волнуйся, – Бридж начала рыться в своей сумке, – я возьму это на себя. Буду очень деликатной.
– В таком случае, – сказала Прия, – нам точно кранты.
Последовала короткая пауза, пока Бридж разблокировала свой телефон. И она была права, Оливер ответил ей. В сложившихся обстоятельствах это было замечательно, но я все равно почувствовал себя паршиво.
– Привет, – беззаботно прощебетала она, но, если честно, голос ее звучал не особенно убедительно, – я вот решила позвонить, узнать, как ты… Нет, все замечательно… Никаких катастроф… Как там Дарем?.. Что значит ты не в Дареме… ой, это так мило… Рада была слышать тебя. Пока-пока.
– Ну и что? – Я уставился на Бриджет, напоминая себе, что она – моя лучшая подруга, а друзьям не желают свалиться в канализационный люк и умереть. – Выходит, что он не в Дареме?
– В итоге, – Бридж переступила с ноги на ногу, – он передумал. Насчет работы. И, вероятно, отменил бронь в отеле.
– Я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть это, – вставил свое слово портье. – Но, прошу вас, уходите.
Прия яростно взмахнула руками.
– Вы, ушлепки, должны накормить меня обедом! Иначе я поеду обратно одна!
– Вы можете хотя бы прекратить ругаться в фойе отеля? – спросил портье жалобным тоном человека, смирившегося с неизбежным.
– Здешний ресторан выглядит вполне неплохо, – заметил Джеймс Ройс-Ройс. – Ингредиенты наверняка доставляются из ближайших ферм, а мне нравится местная говядина.
– Еще один маленький вопрос, – обратился я к портье. – Если мы пообедаем в вашем ресторане, вы разозлитесь еще больше или, наоборот, успокоитесь?
Портье пожал плечами.
– Сейчас мне хочется только одного – чтобы вы отошли от моей стойки.
– Ура! – Бриджет в буквальном смысле слова начала танцевать. – Попробуем новую кухню!
Мы с Бриджет оплатили весь обед, так как эта поездка была ее идеей и, в теории, все это делалось ради моего блага.
После того как мы съели салаты, основные блюда и десерты, а Прия напоследок заказала себе кофе, мы погрузились обратно в ее пикап и поехали домой – для меня это была самая неприятная часть путешествия, а тут еще и постигшее меня огромное разочарование.
– Это хороший знак. – Бридж, как всегда, первой нарушила грустную тишину, которая меня вполне устраивала.
Джеймс Ройс-Ройс поднял голову с плеча Джеймса Ройс-Ройса.
– Ну давай, дорогуша. Расскажи нам.
– Разве вы не видите? Оливер так грустил из-за разрыва с Люком, что решил бежать в другой конец страны. Но потом он понял, что тогда он навсегда потеряет тебя, и не смог этого сделать.
– Или, – сказал я, – он переживал из-за окончания наших не совсем фиктивных отношений, а также из-за того, что родители так по-дурацки с ним обошлись, и решил совершить какой-нибудь неожиданный поступок. Но потом он понял, что это глупо, потому что его дом, работа и все друзья остались в Лондоне. Где он может быть счастливым и без меня.
Том дремал в уголке, но теперь он вдруг проснулся.
– А может, есть и какое-то компромиссное решение? Может быть, намерение Оливера поехать в Дарем никак не было связано с его желанием или нежеланием вернуться к Люку?
– Ты хочешь сказать, – я посмотрел на Тома через плечо Бридж, – что я никак не влияю на то, счастлив Оливер или, напротив, несчастен?
– Нет. Я хочу сказать, что, возможно, ты никак не повлиял на это его решение.
– Это неправда, – с жаром в голосе возразила Бридж, – я уверена, что Оливер не стал бы искать работу в другом конце страны, если бы не порвал с Люком.
Я только отмахнулся от ее слов.
– На самом деле это уже неважно. Я пытался сделать широкий жест, а в итоге потратил попусту почти десять часов чужого времени.
– Время, проведенное с друзьями, – заметил Джеймс Ройс-Ройс, – никогда не бывает выброшено впустую. И говядина была отличной, пусть и немного жестковатой на мой вкус.
Прия блеснула глазами в зеркале заднего вида.
– Я потратила свое время впустую. И бензин тоже.
– Я оплачу тебе бензин.
– А что насчет секса, которым я могла бы сейчас заниматься?
– Ну… – я зажмурился, – тут я бы тоже предложил свои услуги, но, боюсь, у меня не хватит на это квалификации. Но это была твоя идея, Бридж. Так что поручаю это дело тебе.
– Я тоже недостаточно квалифицирована, – пропищала она.
– Да, – сказала Прия, – давайте перестанем обсуждать мою сексуальность так, словно речь идет о вакансии в аудиторское агентство?
Мы извинились. После чего Бридж плавненько снова перевела разговор на обсуждение моей личной жизни.
– Люк, ты не должен сдаваться.
– Он даже не ответил на мой звонок.
– Да. И это еще один хороший знак. Если бы ему было все равно, он спокойно поговорил бы с тобой.
– Мы это уже обсуждали. Я не знаю, что бы я сказал Оливеру, если бы он оказался в том отеле в Дареме. Я не знаю, что бы я сказал ему, если бы он ответил на мой звонок. И я не знаю, что я ему скажу, если вдруг появлюсь на пороге его дома в десять часов вечера.
– О, – восторженно вздохнула Бридж. – Какая чудесная идея! Прия, поехали к дому Оливера.
Прия снова нахмурилась.
– Конечно. Я только напечатаю в моем навигаторе: «Дом Оливера».
– Все я порядке. Я знаю его адрес.
– Вы сейчас в моей машине. А не в гребаном «Убере»!
– Оливер не любил пользоваться «Убером», – неожиданно произнес я. – Он считал, что их бизнес-модель неэтичная.
– А знаешь, что еще неэтично? – бросила мне в ответ Прия. – Пытаться сделать из своей единственной подруги-азиатки личного шофера!
– Оой, – проговорил Джеймс Ройс-Ройс, – я не думал об этом в таком ключе. Хочешь, я сяду за руль вместо тебя?
Прия покачала головой.
– Никто не имеет права заниматься сексом в этом машине, кроме меня. И никто не будет ею рулить, кроме меня.
– В таком случае хватит жаловаться, что мы заставляем тебя возить нас повсюду, – жалобным тоном сказал я.
– Ты, к примеру, мог бы купить себе машину.
– Это при нынешних-то пробках? – с ужасом спросил Джеймс Ройс-Ройс. – И поиск места для парковки – это настоящий кошмар. Но тебе, радость моя, конечно, проще, тебе не привыкать возиться с грудами металлолома, это ведь твоя работа.
– Я – скульптор, а не мусорщик!
Я закрыл глаза. Они могли продолжать этот спор до бесконечности. А у меня был, мягко говоря, длинный день, который казался еще длиннее из-за своей полной бессмысленности. То есть, может, это было и к лучшему, что Оливер не стал круто менять свою жизнь в момент… я сам точно не знал, какой он тогда переживал момент. Но у меня тоже бывали похожие моменты, и ни к чему хорошему это не приводило. Что же касалось моих отношений, настоящих или фиктивных, то я оказался в полном тупике. По крайней мере, если бы мы застали Оливера в Дареме, я мог бы броситься к нему с мольбой: «Нет, пожалуйста, не уходи, вернись ко мне!» А если бы мне пришлось обратиться к нему сейчас, то смог бы сказать разве что: «Привет». И я не представляю, как это могло бы положить начало любовной истории на века.
Как же мне все-таки было хреново!
Я прижался головой к стеклу и задремал под гудение двигателя и убаюкивающие препирательства моих друзей.
Глава 52
![](i_052.png)
– Мы приехали. – Бриджет взволнованно толкнула меня в бок.
Я протер глаза, радуясь, что вернулся домой.
– Ну слава яйцам. Как же я устал.
– Мне тааааак тебя жаль, – процедила сквозь зубы Прия. – Тебе пришлось спать на заднем сиденье моей машины, пока я возила тебя в Дарем и обратно в погоне за призраком.
– Прости, прости. Когда тебе в следующий раз понадобится поднять что-нибудь тяжелое, я буду придумывать намного меньше оправданий, чтобы только не помогать тебе. – Я выгрузился из пикапа и стал рыться в кармане в поисках ключей. И тут понял, что нахожусь в Клеркенвелле. – Эй, погодите! Я не здесь живу.
Бриджет захлопнула дверь и тут же заблокировала ее, а потом немного опустила стекло, чтобы я мог ее слышать.
– Нет, это дом Оливера. Или ты забыл? Мы же говорили, что отвезем тебя сюда.
Да. Да, они говорили.
– Я с этим не согласился.
– Тем не менее это для твоего же блага. Вы еще поблагодарите нас, когда вам будет по восемьдесят лет и у вас будет миллион внуков.
Я ударил кулаком по капоту машины.
– Впустите меня, жалкие придурки! Это уже не смешно!
Прия тоже открыла щелочку на своем окне.
– Ты прав. Это не смешно. И не вздумай поцарапать краску на моей машине.
– Да, блин. – Я взмахнул руками, не рискуя больше навлечь на себя гнев Прии. – Это же настоящее похищение!
– Оой, – воскликнула Бриджет, – Оливер же юрист. Постучи ему в дверь и уточни.
– Я не стану будить его среди ночи, чтобы задавать нелепый вопрос о том, какое преступление совершили против меня друзья.
– Я просто пытаюсь придумать благовидный предлог, чтобы завести разговор, а потом ты плавно перейдешь к тому, что снова хочешь с ним встречаться.
Я по-прежнему яростно жестикулировал.
– Ох, сколько же мне хочется… всего вам сказать. Во-первых, этот ваш предлог совсем не благовидный. Во-вторых, не забывайте о том, что вы выбросили меня на улице и, чтобы добраться до дома, мне нужно пройти половину Лондона. И в-третьих, и это самое важное, Оливер не хочет встречаться со мной.
– Но ты же хотел сделать это в Дареме. Почему бы тебе не попробовать здесь?
– Потому что, – крикнул я, – у меня было время все обдумать, и я понял, какая это ужасная идея. А теперь пустите меня обратно в фургон, пока соседи Оливера не вызвали полицию!
Прия стала поднимать окно.
– Не смей называть мой пикап фургоном!
– Прости. Разумеется, в данный момент это уточнение особенно важно!
– Люсьен, – послышался у меня за спиной голос Оливера, – что ты здесь делаешь?
Блин. Блин. Блин. Блин. Блин.
Я обернулся, стараясь держаться непринужденно.
– Проходил мимо? Возвращался домой после… поездки.
– Если ты просто проходил мимо, то почему стоишь перед моим домом и кричишь во всю глотку? И что здесь делает целая машина людей, которые смотрят на тебя?
Я долго смотрел на него с беспомощным видом. На нем были брюки от полосатой пижамы и простая, волнующе облегающая футболка, и у него было такое же красивое, точеное лицо, как и в первую нашу встречу. Из-за чего он показался мне немного чужим и незнакомым.
– Я пытался придумать хороший предлог, – сказал я ему, – но не смог.
– В таком случае, – он сложил руки на груди, – почему бы тебе не сказать мне правду?
Я подумал, что любое объяснение будет лучше, чем: «Я заехал к тебе вместе со всеми моими друзьями, чтобы задать юридический вопрос».
– Бриджет сказала мне, что ты переезжаешь в Дарем. И я поехал в Дарем. Попросить тебя, чтобы ты не уезжал. Но оказалось, что в Дареме тебя нет, а ты у себя дома.
Похоже, Оливер не совсем уследил за ходом моих мыслей. Впрочем, в этом он был не одинок.
– Так вот зачем ты мне звонил сегодня?
– Ээ… да.
Долгая пауза.
– Я… я не собираюсь в Дарем.
– Да. Я это понял, когда тебя не оказалось в Дареме.
Еще одна долгая пауза.
– А почему, – медленно спросил он, – тебя это так волнует?
– Не знаю. Мне просто не хотелось, чтобы ты уезжал в Дарем. Если только ты сам не хочешь туда уехать. Но думаю… хотя это и не мое дело… что, возможно… тебе этого не хочется. Жить в Дареме.
Он посмотрел на меня с таким видом, словно пытался спросить: «Да что с тобой, черт побери, такое?»
– Да, Люсьен. Поэтому я туда и не поехал.
– Ага. Но ты договорился о собеседовании. Забронировал номер в гостинице. А это означает, что был настроен весьма серьезно.
– Был. Точнее, – он слегка покраснел, – в какой-то момент мне захотелось уехать далеко. Подальше от тех, кого я обидел.
– Да что за хрень ты несешь? – возразил я. – Ты никого не обижал!
– Когда мы говорили с тобой в последний раз, мне кажется, ты думал иначе.
Я в гневе взмахнул руками.
– Поверить не могу, что ты заставляешь меня оправдывать тот твой поступок, когда ты выкинул меня из своей жизни. Но ты не обидел меня. Ты просто принял решение, которое мне не понравилось. А это не одно и то же. Я думаю, что ты поступил неправильно, но ты не обязан угождать мне, или твоим родителям, или кому-либо еще.
Из пикапа послышался хор голосов: «Целуйтесь, целуйтесь, целуйтесь!» И я был уверен, что зачинщицей стала Бридж.
Развернувшись, я посмотрел на них самым суровым взглядом, какой только смог изобразить.
– Сейчас не время. Я серьезно.
– Прости, Люк, милый. – Джеймс Ройс-Ройс наклонился с самого дальнего пассажирского места и высунул голову в окно. – Отсюда плохо слышно, и мы неправильно истолковали ваши невербальные сигналы.
– Абсолютно неправильно.
– Надеюсь, мой вопрос не покажется тебе совсем уж бесцеремонным, – сказал Оливер, – но зачем ты привез своих друзей к моему дому?
– Я их не привозил, они привезли меня. Они решили, что если я приеду к тебе и скажу, как сильно я к тебе неравнодушен, то ты сразу же упадешь в мои объятия и мы будем жить долго и счастливо. Но, если честно, они просто не осознают, насколько ты долбанутый тип.
Выражения его лица менялись быстро, как надписи на «Колесе фортуны»: обида, облегчение, гнев и наконец – смирение.
– Я рад, что ты, наконец-то, увидел меня таким, каков я есть. Как я понимаю, ты теперь согласен с тем, что без меня тебе будет лучше?
– Черт подери, Оливер, нет! Признаюсь, я не всегда понимал тебя, иногда поступал с тобой по-скотски, сам того не желая… а временами просто вел себя как придурок… но я влюбился не в того парня, которым ты стремился быть. Я влюбился в тебя.
– Но сейчас-то подходящий момент? – крикнула Бриджет из машины.
– Нет, – крикнул я ей в ответ. – Совсем неподходящий.
– Ладно. Извини. Ты скажи нам когда.
– Не смогу. Похоже, меня сейчас опять отошьют.
– Я тебя не отшиваю, – возразил Оливер, мужественно игнорируя зрителей, которых я привез с собой. – Но ты должен понять, я не из тех, с кем захочется связать свою жизнь. Я очень сильно старался быть хорошим человеком и хорошим партнером, но этого недостаточно. Тебе этого всегда будет недостаточно.
– Объясни ему, что у тебя ужасно низкие требования, – предложила Прия.
– У меня не ужасно низкие требования. Хотя нет, так и есть. Но сейчас это неважно. – Я решительно повернулся спиной к пикапу и посмотрел на Оливера. – Знаешь, ты очень сильно ошибаешься. Я не могу ничего сказать о твоих прежних романах, но… ты отпугиваешь тем, что никого не хочешь впустить в свою жизнь. И да, я сейчас как будто озвучиваю очередной вдохновляющий пост из «Инстаграма», но этот страх подпустить к себе отталкивает от тебя людей.
– Люди уходят от меня, – сказал Оливер с сосредоточенно-суровым видом, – потому что я постоянно совершаю ошибки. Мои родители это понимают. И ты это видел. Когда я был с тобой, я не думал о себе. Я слишком много ел, мало уделял внимания физическим упражнениям, я впал в сильную зависимость от тебя. А потом еще эта ужасная сцена с моими родителями… Мне не так хотелось строить с тобой отношения.
– Ох, Оливер. Ты услышал хотя бы одно слово из всего, что я тебе сказал? Я был с тобой не из-за твоего идеального пресса и не потому, что у меня с тобой не было проблем. – Пока я говорил все это, я поймал себя на мысли, что мои слова звучали не совсем искренне. – Ну ладно, поначалу мне действительно все это нравилось. Но я остался с тобой, потому что ты… Блин, я хотел сказать «потому что ты идеальный». Но ты не идеальный, идеальных людей просто не существует, и ты не должен быть каким-то совершенством.
– Конечно, все не идеальны, но я могу быть лучше.
– Тебе не нужно быть лучше. Ты сейчас такой, каким ты мне особенно нравишься.
– Мне напомнить, что в начале нашего разговора ты сказал, что я – долбанутый тип. Вряд ли кто-то захочет связываться с таким.
– Еще как захочет!
– Люсьен, ты один раз видел меня не в самый удачный момент моей жизни. Но это не означает, что теперь ты меня знаешь.
Я рассмеялся.
– Ой, как же ты, блин, заблуждаешься! Когда мы познакомились, я был слишком погружен в свои проблемы и не обращал внимания на твои, однако ты их прятал не настолько хорошо, как тебе это казалось.
– Мне не нравится, к чему ты клонишь.
– Тем не менее. Ты сам напросился. Ты слабонервный, неуверенный в себе, очень скованный и разговариваешь вычурным языком, потому что до черта боишься ошибиться. Ты настолько помешан на контроле, что даже бананы вешаешь на отдельный крючок, и так стараешься угождать людям, что не замечаешь, какой вред это тебе наносит. И это странно, потому что ты-то как раз уверен, будто знаешь, как всех осчастливить, предварительно не спросив их об этом. Ты надменный, высокомерный и строго следуешь набору этических принципов, о смысле которых, как мне кажется, никогда особенно глубоко не задумывался. А еще, я считаю, у тебя есть небольшие расстройства в пищевом поведении. И тебе стоило бы уделить этому внимание, неважно, останемся мы с тобой вместе или нет.
– Я думал, ты пришел сюда, чтобы уговорить меня вернуться к тебе. А не объяснять нам обоим, почему я – последний человек, который тебе нужен.
– Люк, ты все делаешь неправильно! – крикнула Бридж. – Ты должен говорить ему, какой он чудесный, а не какой он отстойный!
Я снова посмотрел на Оливера.
– Ты и правда чудесный. Но ты должен поверить, что ты мне нравишься не из-за… всего этого. Ты мне нравишься, потому что ты – это ты со всеми своим достоинствами и недостатками. – Что ж, пришло время сказать ему все. – И, если уж на то пошло, ты мне не нравишься… то есть ты мне нравишься, но, мне кажется, ты должен знать, что… я тебя еще и люблю.
Уголком глаза я увидел, как Бриджет в восторге ударила кулаком по воздуху.
– Да! Так лучше!
Однако Оливер молчал. И это было плохим знаком.
Поэтому я продолжил говорить, что тоже было не самым лучшим знаком.
– И знаешь, ты сейчас оказался в странном положении. Я сам в нем находился, когда мы начинали все это. Но сейчас мне стало намного лучше, отчасти благодаря тебе, отчасти благодаря этим балбесам. – Я показал на моих друзей, которые по-прежнему сидели, прижавшись носами к стеклу, как щенки в зоомагазине. – Но дело в том, что даже когда я косячил – а косячил я, что уж там говорить, немало, – я понимал, что в какой-то степени у нас с тобой все было хорошо. Я все равно возвращался к тебе, а ты – ко мне. Потому что ты тоже это понимал. И на этот раз, ты уж прости, но косячишь ты. Но я все равно вернулся к тебе, потому что мне кажется, что у нас с тобой все еще может наладиться. А теперь пришло время и тебе внести свою лепту.
Так, даже мои друзья вдруг замолчали. А внутри у меня все вдруг опустилось вниз, словно мой желудок решил упасть к самому центру Земли.
И это чувство очень долго не покидало меня.
Ну вот и все. Сейчас он должен был осмыслить все, что я ему сказал, а потом заключить меня в объятия и сказать…
– Прости, Люсьен, – проговорил Оливер. – Но это не одно и то же.
Затем он повернулся, вошел в дом и закрыл за собой дверь.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.