Читать книгу "Точка столкновения. Очередное фэнтези"

Дав Рурхану немного поглазеть на красочно шумное скопление царящие на площади, посмотрев на часы, Кристина повела всех в сторону, в маленькую боковую аллею отделяющую набережную от площади. В поисках тихого уголка, где можно переждать бурю, они присели на одну из лавочек в аллее. Отсюда открывался прекрасный вид на площадь. Кристина села рядом с Рурханом и аккуратно взяла его за руку. «Сейчас будет салют. Главное ничего не бойся, в надвигающемся, кроме дикого шума нет ничего опасного», – сказала она. На часах Кристины была почти полночь. Ведущий со сцены в центре площади начал отсчет от десяти до одного. «Один!» – повторяя за ведущим, наконец, выкрикнула толпа. Фиалка закрыла уши, сидящий рядом Хьюго обнял ее покрепче. Отключилась уличная фоновая заставка, погасло все праздничное освещение. Город на мгновение погрузился во мрак и тишину. В следующую секунду с жутким грохотом в воздух взмыли тысячи салютов, разнообразно взрываясь в небе и разлетаясь, освещая небеса красочной палитрой. Рурхан впервые видевший подобное сначала замер от страха, но затем не мог оторвать глаз от красоты сотрясающих небо разнообразных красочных взрывов. Пораженный происходящим он встал с лавочки и, вышел из-под древесной кроны заслоняющей собой небо. Отключившиеся иллюзоры, единовременно заработав, начали озарять улицы проекциями похожими на взрывы салютов.

Салюты и на земле и на небе, прогромыхав несколько минут резко стихли. Послышался звук едва слышный, но ощутимый, похожий на звон сотен колокольчиков. Звук усиливался, становился все сильнее. Под звон миллионов колокольчиков, как дождь с небес начали опускаться тысячи золотистых шаров, похожих на большие мыльные пузыри.

– Что это? Что происходит? – спросил Рурхан, улыбаясь в ожидании очередного чуда.

– Ни в коем случае их не трогай! Понял меня? Не пытайся поймать или лопнуть их, – на повышенных тонах серьезно предостерегла Кристина. Встав с лавочки, она подошла к нему. – Возьми меня за руку и стой спокойно. Хорошо? – строго сказала она. – Стой и смотри, сам все увидишь.

Рурхан, непонимающий того что происходит, взволнованный серьезным тоном Кристины взял ее за руку и молча наблюдал за происходящим. В удивлении он смотрел на площадь. Золотистые пузыри сыпались дождем с небес, безобидно повсюду лопаясь о землю. Люди на площади тянули руки вверх, пытаясь эти пузыри поймать. При лопании о ладони людей из пузырей выпадали разнообразные маленькие железные значки, остающиеся на ладонях либо со звоном падающие на землю, которые люди жадно подбирали, пряча подальше от чужих глаз. Послышались крики ругани из-за дележки упавших на землю значков. К месту криков начали стягиваться солдаты. Рурхан наблюдал за этим, абсолютно не понимая и не догадываясь о том, что происходит. Пока один случайный пожилой мужчина на площади не лопнул очередной пузырь, из которого вышел голубой дым тут же растворившийся в воздухе. В глазах этого мужчины появился ужас. С криками: «А-А-А-А! Спасите! Нет, пожалуйста, не надо!» – он бросился с площади в сторону аллеи, из которой за происходящим наблюдал Рурхан. Будучи пожилым, этот мужчина, опиравшийся на трость, сумел добежать только до края аллеи, споткнувшись о бордюр, он без сил рухнул на землю, метрах в пятидесяти от Рурхана. «Помогите!» – задыхаясь, умолял он. Не понимая происходящего Рурхан, машинально двинулся ему на помощь. Не успел он сделать и пары шагов, как с небес резко, едва заметно глазу спустилось что-то огромное и ужасное, схватив несчастного, оно также резко удалилось обратно, унеся его с собой. Все произошло за доли секунды и совершенно беззвучно. Рурхан успел разглядеть только синий цвет огромного существа и наличие у него крыльев. Трость, которую мужчина держал в руках, осталась бездвижно лежать на земле.

– Что это было? – в оцепенении ужаса прошептал Рурхан.

– Это Лунный Демон одно из физических воплощений нашего Духа, – из-за спины Рурхана послышался голос Кристины. – Этот ужасный образ взят из сказок наших далеких диких предков. Произошедшее – это наша форма жертвоприношения, – продолжала она, встав справа от Рурхана, тяжело вздохнув глядя туда, где еще секунду назад лежал тот несчастный моля о помощи. – Весь этот праздник – первый день месяца, день жертвоприношения.

– Этого человека только что в воздух унесла какая-то гигантская крылатая тварь… – в шоке произнес Рурхан.

– Этого и еще девятерых. Жертв всего десять. Наши «великие умы» если их так можно назвать, нашли окольный, не затрагивающий нас артэонов способ насыщения Духа. Эвалта, будучи созданной и контролируемой нами можно сказать тоже является частью Армидеи, то есть является частью общества принадлежащего нашему Духу. Следовательно, души эвалтийцев – граждан Эвалты теоретически тоже способны питать Аркея. Наши правители опробовали теорию на практике, это дало хороший результат и теперь мы «кормим» Духа душами эвалтийцев.

Силой людей сюда никто не загоняет. Они сами приходят на этот праздник, движимые жадностью и даже голодом, – голос Кристины дрогнул не в силах больше говорить, она прикрыла рот рукой. Ей самой было тошно от происходящего.

– Тут все просто, – продолжала она. – Это как беспроигрышная лотерея, в которой десять билетов приносят смерть. Эти железные маленькие штучки, которые выпадают из пузырей это наградные жетоны. В специальных пунктах их можно обменять на соответствующее вознаграждение. В зависимости от символа это может быть денежная сумма, драгоценности или какие-нибудь другие подарки, ради которых люди и приходят сюда. Завлеченные сюда бесплатными развлечениями, едой, подарками, деньгами, люди приходят сами, полностью осознавая возможность быть принесенными в жертву. Таким образом косвенно достигается эффект жертвоприношения, люди не напрямую, но все же отдают души нашему Духу.

Но желаемый эффект достигается не полностью. Видимо тот факт, что источником жертв являются не артэоны, приводит к тому, что жертв требуется больше. Вместо одного требуется десять, и если души артэона Духу хватает на полгода, то этого заменителя хватает лишь на месяц. Поэтому каждый первый день каждого месяца мы вынуждены устраивать праздник для людей, зазывая, завлекая их на видоизмененный жертвенный алтарь. И всякий раз, несмотря на опасность, они все равно будут приходить, что самое страшное еще и оставаясь благодарными.

В политике нет, и не может быть благих стремлений и чистых помыслов, там всем правит алчность, жажда выгоды лишь прикрытая благими стремлениями или холодный расчет, – продолжала она, глядя куда-то в сторону, в никуда. – Прикрываясь благими целями – спасением людей, остановкой насилия, защитой прав и свобод наши правители развязывают войны. И мы всем говорим что, сражаясь за Эвалту, пытаемся сделать этот мир лучше, боремся за свободу людей. Вот почему в действительности мы боремся за Эвалту, неся потери, сталкиваясь с бесконечными проблемами. Эвалта кормит нашего Духа и пока это происходит, мы никогда не оставим ее.

Немного помолчав, Кристина добавила: «Я просто хотела показать тебе наше общество, как оно есть, со всеми его темными сторонами. И видимо наш Дух тоже. Чтобы ты с самого начала понял, что в этом мире и мы неидеальны», – после этих слов она беззвучно удалилась, оставив Рурхана со своими мыслями наедине.

Получив желаемое, толпа на площади начала расходится. Сцена, в центре площади потухнув перед салютным представлением больше так и не зажглась, праздник был окончен. Чтобы не стоять в очередях и быстрее покинуть город люди гурьбой кинулись к организованным военными обменным пунктам, расположенным у выходов. Солдаты стоящие повсюду пытались контролировать толпу, чтобы не допустить давки: «Проходим спокойно, не торопимся, не создаем паники», – слышались их предостерегающие команды. Заработали иллюзоры, активировалась фоновая заставка «золотой город», осыпавшая улицы иллюзорной вьюгой из золотой пыли, то потоками разносимой быстро будто ураганом, то медленно оседая сыплющейся с небес. Толпа покинула улицы вместе с контролирующими ее движение группами солдат, несмотря на пытающуюся оживить город золотую бурю, опустилась ночная пустота и тишина.

– Ну как он? – шепотом спросила Алекса. В ответ Кристина пожала плечами. Рурхан стоял спиной в паре метров от них, отходя от шока, переваривая случившееся.

– Все нормально красавица, – сказал он, неожиданно подав признаки жизни. Кристина в обнимку с Алексой, Джейсон и Хьюго все замерли, после всего случившегося опустив взгляды, так будто во всем этом была их прямая вина. Только Фиалка, бережно удерживаемая Джейсоном на руках, согреваемая верным Хьюго гладящим ее волосы, смотрела на Рурхана своим наполненным жалостью ко всему на свете взглядом прекрасных синих глаз. – Я ведь не с луны упал. В Стране Волка этот процесс происходит куда более болезненно. Жертвоприношение само по себе всегда ужасно. Но просто… о подобном нужно предупреждать. У меня чуть сердце не остановилось.

– Как я, по-твоему, должна была это объяснить? То есть мол: Рурхан, знаешь мы, вернее наши правители, чтобы не приносить жертвы как пауки в паутину заманивают ни в чем неповинных людей, играя на их потребностях. И мы как бы не против. Потом наш Дух, как конченый безумец в облике монстра из ночных кошмаров, в который он непонятно зачем воплощается, убивает десятерых из них. По завершении этой кровавой процедуры мы все спокойно возвращаемся к своей жизни, делая вид, что ничего не произошло, или то, что произошло вполне нормально. Разве такое можно объяснить? Прости Рурхан, но говорить об этой кошмарной мерзости у меня язык не поворачивался, – выплеснула накипевшее Кристина.

– Это все ужасно. Но как я понял, таким образом, ваше правительство заботится о вас, спасет от участи быть принесенными в жертву, – все, что он сумел сказать, глядя в синие наивные глаза Фиалки.

Ребята решили прогуляться развеяться ночным воздухом. В наступившей ночной тишине они зашли в пустое летнее кафе, весь день работавшее для гостей города, оригинально расположенное на широком мосту через канал. Завтра его полностью демонтируют, снова вернув мост, поэтому здесь было не особо убрано. В тишине первой летней ночи, погружаясь в теплые эмоции, Кристина и Джейсон уединились на сооруженной для танцев площадке в центре моста. Джейсон глядя влюбленными глазами как обычно стоял перед ней на коленях, прижимая ее к себе. Она, сначала задавая ему какие-то вопросы, хихикала над его ответами, затем склонившись, приласкав, поцеловала. «Ваше высочество ведь я же наказан?» – после длительного поцелуя прошептал Джейсон. «Дурачок это полностью твои глупые выдумки, я всего лишь тебе подыграла», – пояснила она, подняв Джейсона с колен, слившись с ним в долгом поцелуе. Хьюго, доведенный лаской Фиалки до состояния беспомощности, был, утянут ею куда-то за барную стойку, откуда потом долго доносился ее смех и визжание. Алекса осталась с Рурханом наедине за одним из столиков у края моста. Сняв по ее просьбе солнцезащитный зонтик над столом Рурхан сел рядом с ней. На улице стало прохладно, Алекса закуталась в свой плащ.

– Зря ты его снял, звезд так и не видно, – сказала она, глядя в мрачное затянутое тучами небо. – Минута неуютного для Рурхана молчания. – Эй, Рурхан. Успокойся. А то ты своим напряжением скоро начнешь вырабатывать энергию Шини. Я всего лишь обычный человек, вернее артэонка. Не бойся, не буду я к тебе приставать. Мне пока нельзя. Кристина запретила, прости, но я не могу ее ослушаться. Но сразу когда ты там адаптируешься и все такое. Как только будет можно, я исполню обещанное сегодня. Я утоплю тебя в наслаждении любви, обещаю. Ну а пока… – Алекса пододвинула стул ближе к Рурхану и прижалась головой к его груди. – Только так. Думаю, что гладить меня как кошку, наверное, можно.

Под наплывом теплых эмоций глупо хихикая вместе с ней над ее последними словами, Рурхан бережно «как кошку» начал гладить ее по голове, приглаживая ее волосы, наслаждаясь ее теплом и ароматом, впервые за день просто приятно отдыхая.

– Расскажи мне что-нибудь, не молчи. Я не люблю тишину, – сказала она, щекоча его щеку своим длинным ногтем.

– Как я понял, ты любишь звезды?

– В смысле зайка?

– Ну, ты попросила меня убрать зонтик над столиком, я так понял, чтобы видеть их.

– Ну да я, как и все люблю любоваться ими, это же простая романтика глупенький.

– А ты знаешь, что такое звезды?

– Чего? – Алекса убрав голову с его груди, удивленно посмотрела на него.

– Звезды, что это такое?

Алекса растерянно посмотрела на небо.

– Бл-и-и-ин! Я даже не знаю, – смущенно смеясь, сказала она. – Астрология предмет факультативный. Ну… наверно. Это какие-то светлячки, прилипшие к этому черному чему-то! – расхохоталась эта красавица. – Серьезно. Это какие-то светящиеся штуки где-то там, в космосе? – с улыбкой спрашивала она.

– Почти правильно, – ответил он, смеясь вместе с ней.

– Я люблю любоваться ими, но к своему стыду даже не задумывалась над их природой, – сказала она глядя на затянутое тучами небо. – Мне простительно, я же блондинка.

– Почему?

– Это такая стереотипная шутка, нет смысла объяснять, если ты совсем не в курсе. У Джейсона потом спросишь, он тебе все подробно объяснит. Давай рассказывай мне про звезды, – сказала она, снова прижавшись к его груди, устроившись поудобнее приготовившись слушать.

– Звезды это солнца других миров…

На часах было около часа ночи. Для артэонской молодежи праздник только набирал обороты. Сначала друзья собирались на посиделках в пустом кафе прекратить ночную прогулку, но затем Алекса заручившись поддержкой Фиалки, сумела уговорить Кристину отправиться гулять дальше.

Продолжить гулять для них, для молодых артэонов означало отправиться в одно единственное место, туда, где местная молодежь прожигает ночи. Пронесшись по переплетениям тоннелей метро, они прибыли на станцию, которая находилась под землей. Плохо освещенный перрон, и в целом станция старая, будто заброшенная. Но, несмотря на это сюда стекалась молодежь со всего города, кабинки метро приходили одна за другой. С перрона открывался вход в длинный местами освещенный тоннель, полого уходящий вниз. Над входом в тоннель сияющими в полумраке буквами светилась вывеска «Пещера». Рурхан и друзья, двигаясь в потоке местной молодежи, устремились в тоннель. «Просто расслабься и ни о чем не думай. Все что происходит в Пещере в ней и остается», – объяснила Рурхану Фиалка. Откуда-то из конца этого мрачного покрытого под потолком плесенью тоннеля доносились странные звуки. Четко прослеживалась мелодия, это была музыка, но музыка необычная, ни один примитивный музыкальный инструмент известный этому миру не мог воспроизвести подобное. Чрезмерно ритмичная эта музыка казалась нереальной. Стены тоннеля были исписаны разнообразными яркими рисунками уличных художников, разными надписями не всегда цензурными. Под одним из фонарей большими буквами, написанными белой с подтеками краской красовалась шуточная надпись: «Оставь артэона снаружи всякий сюда входящий».

С каждым шагом, по этому тоннелю походка, поведение друзей Рурхана заметно менялось. Под воздействием каких-то внутренних изменений, в череде непонятных приступов переживаемых на ходу их зрачки закатывались, а когда глаза открывались их взгляд уже не содержал в себе того тепла что было раньше. Селина грубо оттолкнула от себя Хьюго, зашагав свободно и расковано. Идущего сзади Рурхана происходящее стало настораживать, он начал отставать, но друзей это уже не волновало. Они как будто изменились внутри. Подталкиваемый идущей следом нетрезвой агрессивно настроенной толпой Рурхан плелся следом за остальными.

В конце тоннеля, у входа в большое наполненное музыкой и яркими вспышками темное помещение по центру стояла Арка Перевоплощения – подарок мага Фросрея молодым артэонам. При проходе через скопление перевоплощающей материи, зафиксированной между каменных створок этой арки, внешний вид каждого проходящего через нее изменялся в соответствии с его личными пожеланиями. Одежда, цвет волос, любые изменения во внешности, каждый проходящий под аркой неведомой силой перевоплощался буквально на глазах за считанные секунды. Новоиспеченные подруги Рурхана пройдя через арку, примерили на себя необычные наряды. Селина из своего образа яркой цветастой забавной девчонки, перевоплотилась во что-то темное. Короткий топ и предельно короткая юбка, на ногах длинные гольфы, кроссовки. Волосы стали полностью темно-синими, губы окрасились в ярко синий, ледяной цвет, глаза окружил темный макияж. Кристина по сравнению со своим привычным нарядом открылась по максимуму. На ней все стало черным латексным скрипящим и предельно коротким, только на ногах остались все те же тяжелые ботинки с высоким берцем. Алекса избавившись от сковывающего армидейского плаща, оказалась в чем-то непонятном, что можно было описать как по-королевски пышное белое платье, порезанное на висящие лоскуты. Образ Джейсона особых изменений не претерпел, к нему добавилась только черная панамка прикрывшая макушку.

Рурхан испуганно замер перед переливами перевоплощающей материи между створок арки. «Рурхан!» – послышался сбоку голос Хьюго, он стоял в проходе между стеной и арочной створкой, его внешний вид был прежним, через арку он не проходил. Следом за Хьюго Рурхан прошел внутрь, минуя арку. «Если не знаешь как, то лучше не стоит. А то останешься в трусах», – перекрикивая музыку, предостерег Хьюго. Тем временем прибывающие на ночное гуляние молодые артэоны проходили через арку, перевоплощаясь в свои новые образы, кто во что горазд. Перед Рурханом открылось нечто совсем не вписывающиеся в рамки дикого мира, что был за стенами артэонского города. Под вспышками светомузыки, абстрактными переливами проекций иллюзоров и грохотом музыки сотрясалась гигантская танцевальная площадка. Сотни тысяч молодых артэонов были погружены в коллективное безумное веселье называемое танцем, сливаясь с агрессивной ритмичной музыкой. Внешний вид его друзей, оказался еще далеко не самым странным в этой безумной толпе. Увиденное показалось чем-то непонятным, немыслимым для Рурхана, прежде видевшего лишь пляски диких соплеменников у костра.

Спустившись по широкой лестнице, друзья растворились в танцующей толпе. Кристина велела Хьюго присмотреть за Рурханом. «Присмотри за ним, мы скоро за ним придем», – наказала она. Хьюго повел Рурхана через пульсирующую под музыку толпу артэонской молодежи. Происходящее с непривычки не переставало удивлять Рурхана. Все вокруг было погружено в атмосферу разврата и агрессии. Молодые артэонки в танцующей массе обжигали своими откровенными нарядами. Поцелуи и не только, повсеместное употребление алкоголя было неотъемлемой частью окружающего веселья. Гигантская танцевальная площадка размером в несколько квадратных километров вмещавшая в себя несколько десятков тысяч посетителей была оборудована множеством барных зон разбросанных по ее территории. Рурхан то и дело ловил на себе недобрые взгляды, отдыхающая толпа в своем дурмане воспринимала его как что-то чужеродное, в первую очередь его выдавал не вписывающийся в здешнюю атмосферу армидейский плащ.

Пройдя через гигантский танцевальный зал, освещенный пульсирующими в музыкальный ритм вспышками света, Рурхан и Хьюго поднялись на освещенную постоянным светом ламп площадку зоны отдыха, пройдя через бильярдный зал, они вошли в зону кафе. Здесь рев музыки заметно спадал, делая возможным общение, поэтому столики были заполнены компаниями друзей, отдыхающими от танцев и заправляющимися спиртным.

– Хьюго! – крикнул какой-то парень, одиноко сидящий за столиком, жестом зовущий его к себе.

– Нет, нам нужно занять пустой столик, мы сегодня всем скопом, – ответил ему Хьюго.

Они нашли пустой стоящий у края восьмиместный столик, уселись друг напротив друга. Сбоку за ограждением площадки внизу танцевала, веселилась безумная толпа. Хьюго отметил в меню горячительные напитки на свой вкус, передав меню, подлетевшему к ним Сферу-официанту, украшенному черными картонными усами, бровью над единственным глазом. Захватив меню своей телепатической сферой (контактным полем), где вращались другие меню, Сфер с механическим гудением удалился. Одетый в желтую рубашку, белые брюки, с волосами приложенными будто гелем парень, окликнувший Хьюго у входа, присоединился к ним, принеся с собой свою выпивку. Хьюго представил его Рурхану, его звали Эндрю.

– Нам хранителям столиков лучше держаться вместе, – сказал Эндрю.

– Зачем свой столик бросил, твои придут ругаться будут, – улыбнулся Хьюго.

– Они там такой срач оставили, вряд ли кто-то его займет. Да и к тому же ну их нафиг. С вами интересней, ведь с вами Рурхан, о котором ты рассказывал мне утром. Ну и как тебе в Пещере? – Эндрю поинтересовался у Рурхана.

– Какое-то безумие.

– Значит, ты проникся сутью. Поздравляю!

– Вы-то у себя как отдыхаете? – улыбаясь, спросил поддерживаемый смехом своего друга Хьюго. – Ну, или отжигаете, как правильно то?

– Примерно также только без гигантской пульсирующей оргии и необычной музыки.

– Ты еще тематических вечеринок и маскарадов не видел, вот это действительно сумасшедший дом.

Принесли их выпивку: два ледяных коктейля и бутылку с зеленой жидкостью. Помня сладкую смесь, которую Рурхан попробовал дома у Фиалки, он смело втянул из трубочки и этот коктейль, но его сладость быстро испарилась, сменившись горечью алкоголя.

– Не налегай так сильно, тащить твое безжизненное тело я не собираюсь! – улыбаясь, сказал Хьюго.

– Это совсем не то о чем вы подумали. Я просто не знал. Думал это сладкая вода, – Рурхан позабавил своих собеседников. От употребления спиртного его ладони покрылись испариной. У представителей его племени была характерная черта, наверное, передаваемая на генном уровне – погружаться в безумие после употребления алкоголя. Чего Рурхану не хотелось.

– Изначально это был военный бункер, – начал объяснять Хьюго, увидев как Рурхан разглядывает все вокруг. – Когда-то давно, когда еще не было Эвалты, находящиеся под нашей защитой люди жили в нескольких лагерях для беженцев. Тогда, для их защиты и построили этот бункер. Ну, типа если враги бы напали, то те люди могли бы укрыться здесь и переждать любую бурю. Затем количество людей возросло, появилась эта Эвалта, а этот бункер в связи с ненадобностью переделали в ночной клуб. Мы сейчас находимся на глубине семьдесят метров за периметром города. Это помещение высотой в двадцать метров, способное разместить несколько десятков тысяч, идеально подошло для нынешних целей.

Слушая рассказ Хьюго, Рурхан с удивлением рассматривал держащие на себе сотни осветительных приборов несущие конструкции высоких потолков этого гигантского помещения, при мысли, что над ними несколько десятков метров земли ему стало не по себе.

– Давай не отвлекайся, не забывай про сладкую воду. Дай алкоголю впитаться в кровь и станешь частью окружающего веселья, почувствуешь ритм так сказать. Чем быстрее, тем лучше, – пояснил Эндрю. В ответ Рурхан пробубнил себе под нос: «Как раз таки этого я и боюсь».

– Хватит нас там на своем языке материть! – Эндрю услышал, как Рурхан что-то пробубнил себе под нос.

– У нас нет своего языка, мы говорим на общеартэонском.

На этом спокойная часть ночного приключения закончилась. Сначала возле их столика появилась Селина. Схватив Рурхана за руку, она утянула его на танцевальную площадку. Сначала под тихую музыку и проекции падающих осенних листьев она покружила его в медленном вальсе. Затем снова обрушилась динамичная музыка встреченная криками танцующей толпы. Сколько бы она не пыталась, у нее не получилось разогреть его, Рурхан просто впал в ступор, вернее оказался недостаточно пьян для того чтобы начать отплясывать вместе с этой красавицей. Она отпустила его, тут же найдя себе другого кавалера. Рурхан не понимая того что произошло, посмеиваясь вернулся за столик.

Хьюго дымя сигаретой, налегая на спиртное, играл с Эндрю в карты. Вместе с Рурханом они посмеялись над Селиной.

– Чего она от меня хотела? Я мог бы сплясать, как по праздникам у костра пляшут мои дикие сородичи, но это шокировало бы ее…

– А надо было бы приколоться! – улыбался Эндрю.

– Я вообще… в смысле в своей обычной жизни не курю, – сказал Хьюго, глядя на дымящуюся в руке сигарету. – В этом смысл этого места, нашей Пещеры «где мы скрыты от света солнца». Здесь можно все чего нельзя в обычной жизни, потому что там в нашем городе это неразумно. А здесь безумие есть норма. Этим они меня сюда и заманивают, – он имел в виду друзей. – Ради этого можно сказать я сюда и прихожу. Я подолгу не могу без сигареты, как и они не могут без своих танцев.

Рурхан периодически ловил на себе странные взгляды с соседних столиков. В итоге к ним подсел черноволосый, одетый во все черное, неприятный тип дымящей сигаретой. Он сразу пристал к Рурхану, подозрительно улыбаясь, начав задавать странные вопросы.

– Шел бы ты отсюда Милер, – не в восторге от пополнения компании сказал Хьюго.

– Что неженки, не знаете, как скоротать время в ожидании пока придут друзья и уведут вас домой к мамам? Сидите и играете в карты и это здесь, в Пещере!

– Да пошел ты уродец, – не глядя на него ответил Эндрю.

– Я хочу с человеком поговорить. Человеком или кто он там… кстати, кто ты? – сказал он, упершись в Рурхана взглядом.

– Номак, – Хьюго ответил вместо Рурхана.

– Ну и как тебе у нас Рурхан? – не успокаивался Милер.

– Да нормально вроде.

– Веселишься, втягиваешься потихоньку да? – В ответ Рурхан пожал плечами. – Я смотрю, ты не особо общительный или это я вызываю у тебя неприязнь? – спросил он, затянувшись сигаретой.

– Послушайте, я не хочу неприятностей. Если у вас какие-то проблемы, то просто скажите сразу, – пытался быть вежливым Рурхан.

– Общаешься на «вы», пытаешься быть вежливым, думаешь, это сделает тебя похожим на нас…

– Успокойся Милер! – оборвал его Хьюго.

– А что нет так?! В этом, по-моему, смысл этого места. Здесь мы оставляем всю нашу разумность снаружи, можем называть вещи своими именами и видеть все, что не можем там, – резко ответил он Хьюго. – Вот меня лично, здесь очень обеспокоил тот факт, что какой-то дикарь из убогой дыры вот так просто взял и оказался пропущенным в наш мир, – глядя на Рурхана сквозь клубы сигаретного дыма сказал он.

– Послушай, что ты несешь?! Ты нарушаешь правила, ты слишком сильно погружаешься в отрицательную составляющую, теряешь над собой контроль. Остановись или твой пропуск в Пещеру будет заблокирован. Отходи от границ разумного, но не на столько, – вмешался Эндрю.

– Да нет пусть говорит, – неожиданно сказал Рурхан. – Он прав, я действительно дикарь, вылезший из убогой дыры. И я прекрасно понимал что задержался, стал надоедливым гостем, я собирался уходить. Но в последний момент встретил друзей, которые и привели меня сюда.

– Понятно?! Он наш друг, так что вали отсюда, – сказал Хьюго.

– Нет, это чертов дикарь, мерзкое жуткое чудовище вроде тех животных, что гниют снаружи за стенами нашего города. Ты не имеешь права быть здесь, – сказал он, глядя Рурхану в глаза. – Ну, так что тупой дикарь, давай реагируй! Может, хочешь врезать мне? Так давай не стесняйся, веди себя естественно, ведь в этом смысл Пещеры! – пытался он спровоцировать Рурхана.

– Извините, что нарушил ваш артэонский карантин, – сдержав себя, ответил глядя ему в глаза Рурхан.

– Милер ты хоть понимаешь, что уже наговорил на блокировку доступа сюда примерно на год. Твое поведение неприемлемо. Последний раз я призываю тебя оставить нас в покое, – сказал ему Хьюго.

– А то что? Нажалуешься на меня? Ах да! Ты же нажалуешься, – сказал Милер теперь также злобно глядя на Хьюго. – Ну ладно неженки не буду вам мешать, – не сумев вывести Рурхана из себя, Милер поднялся из-за стола. – Пока Рурхан, отдыхай! – с этими словами он ушел.

– Прости Рурхан за этого урода. Его появление ни о чем не говорит. Он просто отдельно взятый единичный урод, вот и все, – Эндрю попытался успокоить Рурхана.

– Я все понимаю, – ответил Рурхан, для приличия улыбнувшись. Не желая усугублять нелепую ситуацию, он скрыл свои эмоции. На самом деле внутри ему было обидно и мерзко. Это место вызывало у него отвращение, хотелось поскорее отсюда уйти, вдохнуть чистый воздух.

– Давайте выпьем за понимание и рассудительность, – предложил Хьюго. – Как говорится: в семье не без урода. И единственное разумное, что мы можем так это не обращать на таких уродов внимание.

– Действительно давайте быстрее налакаемся, и быть может, вольемся в веселье. Напьемся до того что плясать пойдем, поприкалываемся на танцполе с какими-нибудь девчонками, – подхватил Эндрю, Рурхан не стал возражать, ему захотелось побыстрее забыться. После нескольких бокалов у Рурхана потихоньку начало сносить крышу, он нес вслух всякую ерунду, веселя ребят. «Сейчас еще пара бокалов и я пойду искать этого Милера. Назвал меня дикарем! Он унизил не меня – унизил весь мой род, всех моих предков, что смотрят на меня с другого света», – нес заплетающимся языком Рурхан.

Танцевальная площадка погрузилась в искусственный туман, который заволок и зону отдыха, где сидели ребята. Из тумана наполненного вспышками пульсирующего под музыку освещения снова возникла Селина, только на этот раз в компании Алексы. Не желая оставлять Рурхана в покое, желая с ним поразвлечься, они решили прибегнуть к допингу. Сев Рурхану на колени, со словами: «доверься мне», она положила ему в рот таблетку, дав запить коктейлем. «Это лишь способ расслабиться, ничего больше» – пояснила она.

Никаких особых ощущений Рурхан не почувствовал. «Ну и что должно было случиться?» – успел спросить он, прежде чем почувствовал тяжесть в теле. Его глаза медленно закрылись и вдруг, резко его буквально сотряс небывалый прилив энергии. Селина только довольно улыбалась, глядя на него. – Вы что творите? – возмутился Хьюго временно отвлеченный Алексой. – Он ведь уже выпил, теперь ему окончательно башню снесет! – все, что услышал Рурхан, прежде чем утратить контроль над собой.

Он пришел в себя сидя за столом в центре небольшой аккуратной комнаты похожей на гостиничный номер. Вдоль стен здесь стояли четыре кровати, окна не было, что было странно. Отголоски громкой музыки, сотрясающей Пещеру, были слышны сквозь стены, они все еще где-то в этом подземелье. Перед ним стоял пустой стакан на дне, которого были остатки бесцветной жидкости крайне мерзкой на вкус, горечь которой осталась во рту. От резкого протрезвления в голове и эмоциях царила мертвая тишина. Он не помнил ничего.