Читать книгу "Убийство на Казантипе"

Старков главарь банды убийц

Денисов пришел к Ларисе в девять вечера.

– Остаюсь на ночь, – заявил он с порога. Моя в Краснолиманск уехала к родителям, а ты что, мне не рада?

– Почему не рада, рада. У меня просто разговор сегодня был с Алисой. Она замуж собралась за Старкова. У них свадьба через месяц будет, а мы дни выискиваем, когда твоя на ночлег в Краснолиманск уедет.

– Ты тоже о свадьбе мечтаешь? – внимательно посмотрел на Ларису Денисов.

– Почему бы и нет, чем я хуже. Я понять не могу, что тебя связывает с Альбиной. Ты с ней не спишь, ни о чем с ней не говоришь. Вы же друг другу посторонние люди.

– Я не могу сейчас делать резких движений, ты посмотри, что в стране творится: коммунисты – главные враги перестройки. Меня в обкоме не поймут. Партию сейчас пинают все, кому не лень, а тут еще я с аморалкой. Она же меня по-хорошему не отпустит. Скандал устроит, гадости всякие про меня сочинять начнет. А я только начал работать в Казантипе. Меня люди еще не знают.

– Извини, мне сегодня настроение испортили на работе. Я-то все понимаю. Не время сейчас. Надо привыкнуть друг к другу, пуд соли вместе съесть, а уж потом оформлять отношения. Не бери в голову, пошли ужинать. Я гуся в духовке запекла с яблоками.

– Лариса, у меня разговор к тебе серьезный есть. Я не хотел говорить с тобой раньше на эту тему, но когда уезжал сюда, первый секретарь мне сказал, что лично он, конечно, осуждает и казантипского миллионера, и его подчиненных, но в то же время руководители партии выступают против самосуда. Короче, в обкоме не верят в самоубийство Сергеева.

– И кто же его убил? – не проявив большого интереса к этой истории, ровным голосом спросила Лариса. По большому счету, ей было все равно, убили ли Сергеева или он сам повесился на полотенце в палате.

– Я думаю, что его убили друзья Алисы и Старкова. Сам Старков душить никого не станет, но у него в подчинении два десятка санитаров, способных на все. Для них полотенце – единственное оружие, и они владеют им виртуозно. Для того, чтобы задушить больного в травматологии, им хватило бы минуты.

– Человек пять минут живет без кислорода, – внесла уточнение Лариса.

– Это я знаю. Но они ж его не душили, а имитировали самоубийство. Для этого нужно слегка придушить больного, чтобы он перестал сопротивляться, сделать петлю и привязать полотенце к кровати. На все про все – две минуты.

– Эксперты признали это самоубийством, – напомнила Денисову Лариса.

– Я не буду спорить с экспертами. Я просмотрел закрытые от прессы отчеты о смертности в первом отделении Краснолиманской психбольницы. Там было три подобных случая, и все они были признаны самоубийством. Особый интерес представляет список сотрудников больницы, которые были наказаны за эти ЧП. Одни и те же фамилии, и все они продолжают работать в отделении, которым руководит Старков.

– И что ты будешь делать? Обратишься в прокуратуру?

– Нет. Они уже приняли решение. Отрапортовали наверх, и менять в формулировках ничего не станут.

Лариса Ивановна вытащила гуся из духовки, разрезала на части, положив самый большой кусок в тарелку любовника.

– Так что ты решил?

– Я уверен, что Старков – убийца, точнее, руководитель банды убийц. Привлечь к ответственности его официально мы не можем. А вот преподнести ему такой свадебный подарок, который он запомнит на всю жизнь, в наших силах. Я уже переговорил тут кое с кем на эту тему и нашел поддержку. Скажи, ты готова участвовать в этой акции? – посмотрев пристально в глаза любовницы, спросил Денисов.

– Ты его хочешь убить? – напряглась Лариса. Она не питала злобы к Старкову и готова была вернуться к нему по первому зову. Во всех своих бедах она винила Алису Викторовну, которую хотела жестоко наказать. У нее был свой план, как можно избавить Старкова от первой красавицы Казантипа.

– Убивать его я не собираюсь, хотя за то, что он сделал с моей женой, можно было б и убить. Он изнасиловал школьницу, а потом заставил несовершеннолетнюю девчонку после свиданий со мной приходить к нему домой и предаваться с ним разврату. Об этом я узнал от самого Старкова месяц назад, и моя жена подтвердила его слова, ничуть не смущаясь. Представляешь, она даже гордится этим.

– Это, конечно, обидно и неприятно. Старков поступил подло, но это было давно. И если уж сводить счеты со своим прошлым, то я бы на твоем месте обратила внимание, прежде всего, на твою жену. Как она могла так поступить с любимым человеком, и как ты можешь дальше с ней жить и по субботам исполнять супружеские обязанности. Она же тебя предела, ты пригрел на груди змею, – возмущенно произнесла Лариса.

– Понимаю, к чему ты клонишь. Ты подталкиваешь меня к разводу, но сегодня на повестке дня другой вопрос, как наказать этого негодяя, чтобы он запомнил день своей свадьбы на всю оставшуюся жизнь? А со своей женой я разберусь сам, без тебя.

– И что я должна сделать? Похитить Алису накануне свадьбы, закрыть ее в изоляторе психбольницы? А может, плеснуть ей в лицо кислоту?

– Нет. У нас другой план. Я знаю, о чем вы говорили с Алисой.

– Ты подслушал наш бабский разговор в моем кабинете? – удивленно посмотрела на Денисова Лариса Ивановна.

– Я никого не подслушивал. Этот разговор записали другие люди, – смутился Денисов.

– И что это за люди? Милиция, КГБ? Кто слушает мои разговоры в кабинете главврача? – повысила голос Лариса Ивановна.

– Ладно, скажу. Ты все равно от меня не отстанешь, – после долгой паузы произнес Денисов. – Прослушку у тебя в кабинете установил референт Сергеева Мухин. Они хотели узнать, где все эти дни пряталась от милиции Алиса, и кто ей помогал организовать нападение на Сергеева и его охрану. Но это не главное. Ваш женский разговор о тайных желаниях подтолкнул нас к одной интересной мысли.

– Я поняла, что вы хотите сделать, – оборвала любовника Лариса. – И я помогу вам при одном условии. Первой с этим красавцем пересплю я. Если он мне не понравится, на этом эксперимент закончим.

– Погоди, ты хочешь перестать с двухметровым сибиряком вместо Алисы?

– Почему вместо? – улыбнулась Лариса. – Я буду у него первой, и если он мне не понравится, то я отправлю его обратно в Сибирь. Мужик должен быть женской мечтой: молодой, здоровый, сильный, неутомимый, с накаченными мышцами и выдающимися подробностями. Вы можете предоставить двум приятным во всех отношениях женщинам такого мужчину?

– Погоди, а как же наша любовь, наши отношения? – неожиданно заныл Денисов. – Ты же не можешь так просто, взять и изменить мне?

– Почему не могу? – осмотрев с ног до головы Денисова, спросила Лариса. – Ты же мне изменяешь каждую субботу со своей Альбиной?! Почему я не могу переспать с молодым любовником в свободное от наших отношений время. От меня не убудет.

– Но как я буду после этого мужика приходить потом к тебе? Ты думаешь, что говоришь?

– Но ты же ходишь ко мне после своей жены по субботам, и я не делаю из этого трагедий. Ты любишь меня строго до одиннадцати вечера, а потом бежишь обратно к жене, не беспокоясь о том, успела я расслабиться с тобой полностью и получить удовольствие или всю ночь буду принимать таблетки от головной боли. Тебя мои проблемы не волнуют. Тебя возбудил наш женский разговор о брутальном мужике, и вы решили использовать невинное желание свободных от каких-либо обязательств женщин для срыва свадьбы вашего врага. Даже не желание, я неправильно выразилась, мы сказали друг другу о том, что хотели бы побывать в руках у по-настоящему здорового, сильного и красивого мужчины. И в чем здесь криминал? Скажи, а ты бы не хотел переспать с королевой красоты, скажем, «Мисс мира», или на худой конец «Мисс Советский Союз»? Можешь не отвечать, конечно, не отказался бы от такого предложения. И я бы тебя не осудила. Это нормальное желание нормального мужчины. А мы с Алисой хотим сделать то же самое с нормальным, сильным, настоящим мужиком. Мало того, я готова после проверки передать этот свадебный подарок в руки Алисе, и проследить за самим процессом ее охмурения сибирским Гераклом. Да, и еще, чуть не забыла, кандидат в любовники должен быть неженатым спортсменом и не испорченным местными бабами юношей. Думаю, двадцатилетний парень устроит и меня и Алису. А теперь, я приглашаю своего любовника в спальню, где ты меня сможешь подготовить к встрече сибирского гостя.

– Лариса, ты меня просто убила этим разговором, – зачастил Денисов. – Я понимаю, что поступил не совсем правильно, прослушав ваш откровенный разговор. Но ты предлагаешь невозможное.

– Почему невозможное? Я тебе не жена и никаких обязательств у меня перед тобой нет. Мой социальный статус – любовница, и он не несет никаких ограничений и обязательств друг перед другом. Мало того, я знаю, что ты каждую субботу орошаешь своей семенной жидкостью кладбище сперматозоидов Альбины Васильевны Денисовой. Причем от этого ритуала ни ты, ни она не получаете никакого удовольствия. Просто у вас так заведено. В распорядке субботнего дня десять минут выделено на дружеское совокупление. Тебе самому не смешно от вашего ритуала?

– Лариса, со стороны это действительно выглядит глупо, ты права на сто процентов, и с этим, бесспорно, надо кончать, – произнес Денисов, глотая окончания слов. – Но и твое предложение я не могу принять. Я не смогу быть с тобой после этого сибиряка, у нас после этого станут совсем другие отношения. Надеюсь, ты меня понимаешь?

– Нет, не понимаю. Если ты хочешь, чтобы я была тебе верной женой, – женись. И у меня сразу же пропадет желание изучающе смотреть на мужчин. Сегодня я смотрю на мужчину, как на потенциального мужа. Не любовника – мужа. Любовник у меня уже есть, и он меня устраивает, как любовник. Есть второе предложение, в связи, скажем так, с проснувшейся у тебя ревностью, вы отменяете спецоперацию, и мы в ресторане «Океан» кричим Алисе и Виктору: «Горько!».

– Погоди, а может, мы выставим этого мужика напрямую Алисе?

– Нет. Переспать с мужиком-красавцем – была наша общая мечта, и я не перенесу, если до Алисы не испытаю на себе то, что он будет делать каждую ночь со своей супругой в далекой Сибири. Я забронировала для себя право первой ночи. А теперь, в кровать, любимый. Я сегодня покажу тебе небо в алмазах, и чтобы лучше подготовиться к предстоящей встрече, я буду закрывать глаза и на твоем месте представлять двухметрового старателя с прииска. Так что не стесняйся, бери меня грубо, как настоящий мужчина, а не слабовольный интеллигент, не способный избавиться от наставившей ему ветвистые рога жены.

Денисов вначале испугался необузданной страсти своей любовницы, но потом вдруг почувствовал необычный прилив сил, и стал вести себя с ней грубо и зло, представляя, как она изменяет ему с молодым двухметровым спортсменом. Этой ночью Денисов был великолепен, как мужчина. Лариса несколько раз даже по-настоящему «слетала в космос». Вот только не знал Денисов о том, что превратился он в настоящего мужика не только благодаря ласкам Ларисы. Подействовал и некий порошок, который хозяйка дома добавила в кулинарную приправу для запеченного в духовке гуся в яблоках.

В десять утра Лариса принесла своему любовнику кофе в постель и спросила: «Так с кем тебе лучше в постели: со мной или Альбиной?».

– Конечно, с тобой, я и предположить не мог, что способен на такие подвиги.

Лариса улыбнулась и, поцеловав Денисова в губы, отправилась на кухню прятать чудодейственный порошок для влюбленных от посторонних глаз.

Кадры из многосерийного фильма «Сумасшедшие на свободе».

Интерьер. Кабинет в милиции. За столом сидят сотрудники уголовного розыска Канарейкин и Шестаков.

Канарейкин

Никак не пойму, и чего этим бабам не хватает. У одной любовник врач, у другой – начальник большой, а им все мало. Еще одного подавай бугая двухметрового с этими, как она сказала?

Шестаков (смеется)

С накаченными мышцами и выдающимися подробностями.

Открывается дверь. В кабинет входит Журавлев. Он осматривается по сторонам. С шумом втягивает носом воздух. Садится за стол.

Журавлев

Начнем с хорошего. Кабинет проветрили. Это хорошо. Оба трезвые и на столе полный графин воды.

Канарейкин

У нас тут вопрос возник по делу. Вы не могли бы на вопрос ответить: «Чего больше всего хочет замужняя женщина?».

Журавлев (не задумываясь)

Денег.

Канарейкин

А еще чего?

Журавлев

Чтобы мужик трезвым с работы приходил.

Канарейкин

Мы тут разговор двух женщин слушали. Так им двухметрового мужика надо с накаченными мышцами и выдающимися подробностями.

Журавлев подходит к магнитофону.

Журавлев

Порнуха откуда?

Канарейкин

Это не порнуха, это запись разговора в кабинете главврача психбольницы.

Журавлев (орет страшным голосом)

Кто разрешил писать главврача?! Вы что, с ума сошли. Да за эту запись вас соседи из абэвэгэдейки в порошок сотрут. Это не наша епархия. За нами травматология, хирургия, резаные, избитые, а дурка за другим ведомством!

Шестаков

Да не писал Канарейкин никого. Он эту пленку украл.

Журавлев

Как украл? У кого? Когда?

Шестаков

Кража с проникновением. У Мухина Петра Петровича. Может, воды, холодной?

Журавлев

Кража с проникновением – это нормально, это по-нашему, если не поймали, а воду по утрам я уже третий день не пью. Доложили оба: что, где когда?

Канарейкин

Я по Сергееву работал. Беседовал с охранником, который у дверей палаты Сергеева сидел. Следакам он заявил, что никуда не отходил от дверей и ничего не слышал, и никто в палату не входил. А оказалось, что отходил. Понос у него был в тот день. И еще, он, когда из туалета возвращался, видел мужика из Краснолиманска в халате, того, что с Мухиным встречался. Мужик этот санитар из психушки. Ранее судимый Коновалов Виктор. Я по шалманам прошелся с его фото. В «Белочке» его видели за час до гибели Сергеева в компании с Мухиным. После этого я и пошел к Мухину в контору, на Революции. Кабинет у Мухина на четвертом этаже с балконом, а над балконом слуховое окно чердака. Слышимость хорошая там. Вначале Мухин с кем-то по телефону разговаривал. Потом приехал новый завгорздравом, магнитофон включили, долго запись разговора слушали. Потом замок щелкнул. Мухин пошел гостя провожать. Я спустился на балкон, взял пленку и ушел через крышу в соседний подъезд.

Журавлев

Шестаков, твоя очередь.

Шестаков

Разговор врачей на пленке делите на десять. Лариса Ивановна в красках рассказала Алисе из страны чудес про то, как ее любовник Гарри Барский насиловал Светлану из хирургии. А сама Светка говорила подружке в хирургии, что Гарик пробыл у нее минут пять. Она открыла дверь, он вошел, как лунатик, с безумными глазами, схватил со стула полотенце, набросил ей на шею и стал душить. Потом отпустил, потребовал все фотографии и адрес фотографа. Медсестра отдала ему фотографии, и он ушел к фотографу. Думаю, что он и поджег лабораторию. Его видел один из моих агентов недалеко от дома фотографа. Он там собаку выгуливал. Тут на встречу идет мужик, не разбирая дороги, похожий на наркомана с выпученными глазами. А минут через десять в пристройке канистры с бензином рванули.

Журавлев

Машину он тоже взорвал?

Шестаков

Нет. Возле машины муж Алисы в тот вечер крутился. Его, соседка медсестры видела. Я с одним знатоком из автоворов говорил. Он мне пять способов подрыва машины при включении зажигания описал. А эксперт на канистры с бензином грешит. Не было бы бензина в багажнике, могли б улики найти. А тут все на мелкие куски. Поэтому и списали на нарушение правил пожарной безопасности.

Журавлев

Получается, что по пожару и взрыву машины есть подозреваемые, но нет доказательств, и не будет. Тему закрыли, а вот за Мухиным я бы проследил. Сейчас там самое интересное начнется: дележка миллионов убиенного ими Сергеева. А теперь, слушай мою команду. Пленку оставили, а сами занялись Мухиным тихо и незаметно. Связи, любовницы, разговоры. Короче, всё о сильных мира сего.

Канарейкин

Лев Георгиевич, а зачем Лариса Алисе из страны чудес рассказывала про то, что Гарик изнасиловал Светку из хирургии с особым цинизмом 11 раз?

Журавлев

Я тут каждый день слышу от наших оперов про их подвиги на любовном фронте. И так он бабу, и этак раз десять. А на самом деле еще не факт, что она ему вообще дала. Это же разговор о рыбалке. Если рыбаков послушать, так в Черном море стаи пятиметровых бычков на крючки особо удачливым попадают.

Канарейкин

Так Лариса же не рыбачка, она главврач больницы. Большой начальник. Уважаемый человек.

Журавлев

Молодой ты еще, Канарейкин, жизни не знаешь. Лариса прежде всего баба, а уже потом начальник. Она с Алисой мужика поделить не может. Старкова. Вот и достают друг дружку, чем могут. А раньше Гарика на части рвали, до чего дошло, аспирантка полюбить его под гипнозом хотела. Эксперименты ставила на живом человеке. Вот и бродил он лунатиком по Казантипу, не понимая, что творит. Запомни, Канарейкин, все зло от женщин! От их любви и страсти. А если этого нет у бабы, то она пилить мужика будет до самой смерти за деньги, за пьянки, за прошлые грехи, пока в лобешник не получит. Я своей раз в квартал выписываю премию от щедрот с правой. Два месяца как шелковая ходит, а потом все по новой.

Пять тысяч баксов за канализацию и бомбоубежища

На следующий день Казимир в кабинет первого зама вошел за пять минут до начала обеденного перерыва. Он не хотел светить казенные бумаги перед сотрудниками горисполкома.

– Ну, и как наши дела? – протянув руку хозяину кабинета, спросил Казимир.

– Все сделали. Люди ночь не спали, – указал на несколько канцелярских папок Романов. – Здесь все коммуникации, подвалы и даже бомбоубежища. Я думаю, что Польша на нас нападать не будет?

– Ну, что вы, Вячеслав Романович! Мы наоборот, помогаем бывшим жертвам тоталитарного режима. Надеюсь, сметы реальные, мне не придется краснеть перед руководством после экспертизы? – спросил Казимир.

– Все реально, в соответствии с нормативами. Лично проверил, но суммы там немалые, на миллионы долларов. Не знаю, потянет ли такую благотворительность Польша? – засомневался Романов.

– Суммы меня как раз и не волнуют, но есть одно требование. Деньги мы можем передать для раскрутки проекта только общественной организации, имеющей разрешение на работу с валютой.

– Нужна общественная организация, создадим. Все в наших руках. Мы же реальная власть! – заверил Казимира Романов.

– Под такие гарантии я открываю финансирование прямо сейчас, – расплылся в улыбке Казимир, протягивая ему пачку американских долларов. – Здесь три тысячи. От вас требуется только расписка о том, что получили деньги на реконструкцию канализации в Казантипе.

Заместитель мэра, не задумываясь, написал расписку и вместе с ней передал Казимиру толстые картонные папки.

Бзежинский незамеченным вышел из здания исполкома, сел в машину и отвез секретные материалы к себе домой.

– А ты, дурочка, боялась, – изучив содержимое папок, подколола Казимира Ядвига. – Документы с грифом «секретно» за пять тысяч баксов. Такого даже в кино не бывает.

– Страна не пуганых идиотов. Я даже представить себе не мог, что чиновник такого уровня купится на такую дешевку, – покачал головой Казимир. – И этих воров и взяточников мы тащим с собой в Европу.

– Какая Европа, Казимир?! – расхохоталась Ядвига. – Они попадут туда после того, как Польша заменит всю канализацию Казантипа! То есть – никогда! А документы он передал очень интересные. Тут не только все бомбоубежища обозначены, но и склады НЗ, подземные нефтехранилища и цистерны с питьевой водой. Один налет авиации, и Казантипа нет! Думаю, что тебя ждет весомая премия за работу.

– Выходит, я тоже не последний человек в ЦРУ!– расплылся в улыбке Бзежинский.

– Ты не радуйся особо, – резко оборвала Казимира супруга. – Этот Романов прекрасно понимал, кому он передал секретные документы Казантипа. Иначе, не было бы там четвертого дополнения с бомбоубежищами и нефтехранилищами. Он сразу понял, кто ты есть на самом деле и что ты там ищешь.

– Ты думаешь, он принял меня за агента ЦРУ? – помрачнел Бзежинский.

– А ты думал, что он тебя перепутал с папой Римским? Отнюдь, отнюдь, сказал граф графине и поимел ее прямо на подоконнике. А за стеной ковали железо!

– При чем тут железо? – возмутился Бзежинский.

– Это связь с народом, трудящимися, которые куют железо в то время, когда загнивающая интеллигенция трахается на подоконниках! В эти строчки неизвестный автор заложил большую философскую мысль. Короче, в Окраине – все на продажу! А твоим Романовым теперь займутся настоящие профессионалы из центрального офиса. Весьма перспективный агент.

– Тварь он продажная, а не агент, – буркнул под нос Казимир.

– Можно подумать, что твой Старков лучше?! – возмутилась Ядвига.

– Старков из идейных. Когда я с ним познакомился, он носился с идеей о том, что на земле существует два мира, мир сумасшедших и тех, кто работает в психбольницах, и все остальные. Он даже свою научную работу привез в Париж на симпозиум про два мира.

– И что было потом? – внимательно посмотрела Ядвига на мужа.

– Я передал бумаги своим кураторам из ЦРУ. Они их долго изучали, и через полгода дали добро на его разработку.

– Теперь все! Вечер воспоминаний закончили! Сейчас сделаешь копии первых двадцати листов из первой папки. Там речь идет об АЭС. И сегодня же передашь их Старкову. У нас нет времени тянуть кота за хвост, Казимир.