![](/books_files/covers/thumbs_240/istoriya-islama-islamskaya-civilizaciya-ot-rozhdeniya-do-nashih-dney-71313.jpg)
Автор книги: Маршалл Ходжсон
Жанр: Религиоведение, Религия
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 16 (всего у книги 165 страниц) [доступный отрывок для чтения: 46 страниц]
Культурная независимость иранских и семитских народов от эллинистической культуры наиболее ярко воплотилась в политической жизни Парфянской империи в Иране и Ираке. Парфянская династия Аршакидов сменила эллинское правление (Селевкиды) на всей территории, кроме земель, занятых римлянами (в Сирии). Однако уже в III веке нашей эры с усилением влияния конфессиональных религий Римская и Парфянская империи подверглись преобразованиям, что позволило полностью выразиться (хотя не всегда в народной форме) ирано-семитским традициям.
В Средиземноморье после короткого периода анархии старую Римскую империю заменила своеобразная структура, опиравшаяся на все народы Средиземноморья. Столицей стал Константинополь, этот город был ближе к экономическому и культурному центру, чем прежняя столица Рим. Преобразованная Римская империя, соответственно, приняла и новую конфессиональную религию – христианство. Именно это повлияло на Римскую империю, в историю которой позже вошел и ислам.
Греческий являлся главным культурным языком империи, хотя в некоторых западных провинциях латынь все еще оставалась языком юриспруденции и специализированных сфер. Как греческие, так и латинские провинции (включая огромную часть Сирии и Египта) обязаны своей классикой греческим авторам – от Гомера до Аристотеля. Более того, политические и социальные идеалы, существовавшие даже во времена безграничной власти императоров, восходят к гражданским идеалам свободы древнего греческого полиса. Однако уже с начала IV века в империи официально установилось христианство. И хотя христианский Новый Завет был написан на греческом языке, само Священное Писание уходило корнями в семитскую культуру Плодородного полумесяца. (И лишь со временем христианские элементы Сирии и Египта сформировали сообщества, отличавшиеся от официальной церкви, установленной эллинской и латинской культурой.) Дух христианства и институт церкви издавна боролись с классической греческой традицией за расположение правящих классов. В итоге триумф христианства ознаменовал начало новой эры. Эллинское искусство, философия и даже наука и закон подверглись христианскому переосмыслению не только в Римских провинциях, но и в восточных землях. Именно в такой форме ислам воспринял эти элементы.
Ко временам Мухаммада Римская империя активно поддерживала христианскую церковь, причем даже в такой форме, которая была крайне непопулярна в Сирии и Египте (а также среди определенных элементов Магриба). К этому периоду Римская империя потеряла большую часть своих провинций на западе, в итоге под ее управлением остались только Южная Испания, Магриб (Северная Африка), часть Италии (включая Рим), Далмация и острова Сардиния и Сицилия. Однако заметим, что Римская империя все еще контролировала морские пути, а на востоке господствовала на Балканском и Анатолийском полуостровах. В Сирии и Египте ситуация также практически не изменилась[48]48
Не стоит забывать, что Римская империя, с которой столкнулись мусульмане, представляла собой не просто «Восточную Римскую империю», она оставалась полноценным, хоть и ослабшим, Средиземноморским союзом (см. раздел об использовании терминов во всемирном историческом исследовании во Введении).
[Закрыть].
Тем временем, в то же третье столетие, когда происходило преобразование Средиземноморских владений Римской империи, военная иранская династия Сасанидов сместила Парфян в Ираке и Иране[49]49
Сасанидский правящий класс нередко называют «персами», так же как и саму империю. Дело в том, что изначально эта династия возникла в Фарсе (на древнегреческом Персис) на юго-западе Ирана, тогда эти земли принадлежали Ахеменидам. Их официальным языком являлся парсик, «среднеперсидский», который ошибочно называют общим именем «пехлеви». Использование термина «персидский» по отношению к Фарсу является вполне обоснованным для любого периода. Однако в данной работе стоит выделить более распространенное употребление данного термина: фарси может означать «новый персидский» язык, широко распространившийся среди населения во время правления династии из Фарса. Следует быть очень осторожным при использовании данного термина, оба его значения не должны вступать в конфликт: первое значение следует использовать для доисламского периода, а второе – для исламского времени. Из-за небрежного употребления этого термина может возникнуть путаница. (См. заметку 3 °Cефевидах, Книга V, глава I.)
[Закрыть]. Как можно заметить в диаграмме о происхождении исламской культуры, Сасанидская империя была основным конкурентом поздней Римской империи на востоке и стала прародителем великих халифатов. Столицей Сасанидской империи был город Ктесифон на реке Тигр, рядом вскоре возникнет мусульманский Багдад, а в 40 милях от него некогда располагался древний Вавилон. За основную модель сасанидская знать взяла древнюю Ахеменидскую империю, хотя Сасанидское государство не могло похвастаться такими же обширными территориями, как Ахемениды. Западные границы империи не доходили до Европы, более того, государство даже не включало Сирию и Египет. Эти две мятежные провинции оставались под управлением Римской империи и сохраняли эллинские традиции, несколько измененные христианством. Тем не менее сасаниды заняли практически половину территории Плодородного полумесяца и большую часть Иранского нагорья. Это были основные центры ирано-семитской культуры. Более того, время от времени сасанидская власть простиралась через горы на север и восток, а также к Аравийскому побережью и даже в Сирию, Египет и Анатолию.
В сасанидских владениях существовало два главных языка высокой культуры, один принадлежал иранской семье, другой – семитской. Аналогичная ситуация была и в Ахеменидской империи, а также позже во времена ислама. Из языков иранской семьи самым распространенным был пехлеви (точнее парсик), он пришел с возвышенностей Фарса на юго-западе. Пехлеви являлся официальным языком двора и зороастрийской религии. Самые лучшие переводы индийской литературы были сделаны именно на пехлеви. Из семитских языков особо выделяется арамейский диалект (восточный), который называют «сирийским». Этот язык использовался несторианскими христианами в Ираке. Не считая греческого, этот язык был основным носителем эллинистических традиций. С греческого на сирийский было переведено множество научных работ. Некоторые из них были переведены и на пехлеви. (Несторианская церковь получила покровительство Сасанидской империи, поскольку противостояла Римской империи и ее официальной Халкедонской церкви.)
И все же эти два главных языка (в отличие от прежней ахеменидской и текущей исламской ситуации) несли в себе разные культурные традиции. Более того, в регионе в целом существовали и другие литературные языки, которые основывались на религиозных сообществах и местных традициях, существовавших к северо-востоку от бассейна Сырдарьи и Амударьи. В частности, иудеи и некоторые христиане, не принимавшие церковь, установленную империей, использовали свои диалекты арамейского языка. (Так, раскольническая церковь в Египте пользовалась местным коптским языком.) Сасанидский Ирак также был центром иудейской жизни всей Ойкумены, именно здесь началось составление Талмуда (на особом арамейском диалекте). Иудеи стали неотъемлемой частью городского населения в Ираке.
Несмотря на то что сасанидский двор взял за основу древнюю Ахеменидскую империю, новое государство было далеко от прежнего. Старая империя не включала в себя все культурные формы осевого времени. Сасанидский идеал культуры и общества охватывал традиции не только ахеменидского периода, но и Древней Вавилонии. Сасаниды мечтали об универсальной абсолютной монархии, которая в ущерб своим амбициям дарует мир и справедливость простому населению, эти принципы они заимствовали из опыта Ахеменидов. Но все же, несмотря на свои идеалы великой монархии, Сасаниды не смогли воссоздать подобие толерантной ахеменидской власти. Новая империя унаследовала широкомасштабную экономическую активность эллинских монархий (имя Александра Великого играло значительную роль в иранском и римском мышлении) и их заинтересованность в централизованной власти. Возможно, таким образом они старались компенсировать разочарование от недостатка централизованного контроля в поздней Парфянской империи. Особенно отчетливо сасанидский абсолютизм проявился в постосевом политическом порядке, типичном для имперских режимов того времени. И самое главное, этот уклад поддерживался официальной конфессиональной религией, на основе которой правящие классы создали в империи культурный союз[50]50
К сожалению, мы мало осведомлены о Сасанидской империи и о землях Плодородного полумесяца и Ирана в тысячелетие, предшествовавшее исламу Некоторые сведения о зороастрийской религиозной традиции можно найти в работе Jacques Duchesne-Guillemin, «La religion de I’Iran ancien» (Paris, 1962), в частности, в библиографическом обсуждении в главе «История исследований» («Histoire des etudes»). Для общего обзора Сасанидской империи можно обратиться к труду Arthur Christensen, «L’Iran sous les Sasanides» (2nd ed., Copenhagen, 1944), эта работа немного суха, но необходима для ознакомления. Комментарии к работам Заенера (Zaehner) и Алтейма (Altheim,), двух выдающихся ученых, занимавшихся данным периодом, можно найти в дискуссии об истории исламских исследований в разделе, посвященном историческому методу, во Введении. Стоит заметить, что к работам этих двух ученых нужно относиться с некоторой осторожностью.
[Закрыть].
Примерно в то же время, когда христианство стало официальной религией в Римской империи, ранние правители сасанидской династии придали зороастризму соответствующий статус. В данной традиции Зороастр почитался как Верховный пророк, а его поэтические композиции Гаты стали самым ярким воплощением творческого импульса. Ахура Мазда считался властителем света и истины и вел борьбу с творениями зла и неправды. В то же время, будучи религиозным образцом, данная традиция опиралась и на другие аспекты. Центральное положение занимал просвещенный священнический наследственный класс – маги. Они были хранителями храма, где горел священный огонь, символ света Ахура Мазды. Кроме того, в храме поддерживалось и почиталось ангельское воплощение божественной истины, «Чистота Мысли». На официальном уровне маги должны были терпимо относиться к пантеону старых богов. Самые набожные представители священничества строго соблюдали понятие чистоты, как физической ритуальной, так и чистоты сознания.
Как мы уже отмечали, официальный зороастризм опирался на аграрную структуру и обладал аристократическим характером. Понятие справедливости основывалось на иерархичной системе наследования, каждый социальный класс обладал своими личными правами и обязанностями. Так, крестьяне почитались за то, что исполняли естественные обязанности – они возделывали священную землю и давали пищу. Все продукты, которые
не были нужны крестьянам для поддержания жизнедеятельности, поставлялись землевладельцам, правительственным чиновникам и самим магам. Привилегированность последнего класса оправдывалась тем, что они поддерживали порядок, защищая народ от чужаков, и исполняли роль посредников между человеком и богом. Другие привилегированные группы пользовались меньшими почестями в официальной системе, среди них были городские торговцы и ремесленники, удовлетворявшие склонность правителей и священников к роскоши. Теоретически представители свободного искусства (за исключением священнического или государственного искусства, которое обладало вселенской важностью) практически не пользовались уважением и расценивались как паразиты. Но практически мастера, создававшие предметы роскоши для привилегированных классов, косвенно получали свое вознаграждение и уважение.
Принцип народности в Сасанидской империиПарфянская империя представляла собой относительно свободную ассоциацию региональных правительств и полунезависимых городов. При этом центральная власть была слишком слаба, чтобы прекратить постоянные распри. Возможно, в этот период общее богатство было менее сконцентрировано, поэтому у нас мало свидетельств монументальной культуры. Тем не менее это было время значительного расцвета экономической, литературной и творческой деятельности. Основы, заложенные в данный период, принесли свои плоды в эпоху правления Сасанидов.
В Сасанидский период в империи поддерживался относительный мир. Мастерски исполненные монументальные творения архитектуры и скульптуры стали прекрасным воплощением расцвета империи, эти произведения стали свидетельством благосостояния привилегированных слоев населения (конечно, возможно, расцвет империи сопровождался и благосостоянием крестьян). Вдвойне усилилось экономическое развитие. С одной стороны, аграрное инвестирование достигло своего пика в плодородных долинах Месопотамии, где проводилась массовая ирригация, а сельское население увеличилось в разы. С другой стороны, расширилась коммерческая деятельность и началось развитие промышленности. Например, наладился как импорт шелка из Китая, так и собственное производство. Выросло значение и благосостояние городов. Сасанидские монархи широко известны как основатели городов и покровители торговли.
Отчасти оживление торговли стало ответом на быстрое развитие коммерческой структуры во всей афро-евразийской Ойкумене. Новые сухопутные и морские торговые пути между Китаем и Ирано-Средиземноморским регионом были открыты только в конце осевого периода. Однако они довольно быстро обрели финансовую и торговую значимость. Торговля в южных морях (морях Индийского океана и восточнее) развивалась не менее активно, чем на севере Средиземноморья в Европе или в Африке южнее Сахары. Народы от Нила до Амударьи не просто взяли под контроль важнейшие перевалочные пункты, но и старались развить новые сферы торговли. Именно в этот период греческий язык, основное средство общения торговцев в конце осевого времени, был вытеснен языками народов Плодородного полумесяца. На протяжении центральных евразийских торговых путей преобладали иранская и семитская культуры, в некоторых областях влияние этих культур было даже сильнее, чем китайской или индийской. На западном и юго-западном побережье Индии численно выросло христианское и иудейское население, среди них были как поселенцы, так и обращенные переселенцы из стран Персидского залива. В Западном Средиземноморье и в глубине материка «сирийцы» и иудеи возвысили торговую культуру до такой степени, что даже при правлении христиан иудаизм оставался привлекательным для новообращенных благодаря своей сильной торговой диаспоре. В итоге наш регион превратился в коммерческий центр всей Ойкумены.
Неудивительно, что на территории Плодородного полумесяца имперская власть, опиравшаяся на аграрные элементы, столкнулась с народным движением (которое иногда возникало только в торговых классах), поддерживаемым конфессиональными сообществами. Во время самого расцвета экономики религиозный конфликт стал основным вопросом социальной жизни. Не все раскольнические религиозные группы носили мятежный характер. Многочисленные секты гностиков, ставшие особо популярными среди иудеев и христиан, обладали популистским характером и выражали искренний социальный протест, но они не призывали к мятежу. То же самое можно сказать о буддистских сообществах, существовавших на территории империи и в бассейне Сырдарьи и Амударьи (по сути буддизм был такой же популистской группой, как и другие конфессиональные традиции). В начале сасанидского периода манихеи предпринимали активные действия, чтобы объединить все известные откровения в единую систему гностического типа. Их евангелие распространялось во всех регионах, где оказывались семитские и иранские купцы. Некоторое время манихеи и представители других движений боролись за расположение и поддержку сасанидской монархии. Однако после того как официальной религией был провозглашен зороастризм, непризнанные сообщества заняли оборонительные и даже агрессивные позиции. Сасанидская империя, в свою очередь, поддержала интересы поместных землевладельцев, которые предоставляли государству основную военную силу – тяжелую кавалерию. С этого момента стало ясно, что изменить религиозные и политические установки можно только путем свержения власти зороастрийцев.
Существовало несколько движений, которые сочетали в себе религиозные нововведения и социальный протест против привилегированных классов. Самым ярким из них было движение Маздака. Его лидер, казалось, убедил самого монарха в необходимости программы установления полуэгалитарного правосудия против поместных привилегированных классов. Несмотря на относительно централизованную и бюрократизированную структуру, Сасанидское государство все еще опиралось на старые знатные семьи, получившие независимость еще с парфянских времен. Слабые цари подчинялись этим семьям, сильные вели с ними постоянную борьбу, чтобы утвердить политику центральной власти. Во второй половине V столетия монарх Кавад решился выступить против усиливающейся власти знати. Он поддержал движение Маздака, чтобы во имя аскетического духовного братства разрушить старые привилегированные формы общества. Многие представители знати потеряли свое имущество (и даже часть гаремов), а простые жители заняли высокие посты. Последствия этих потрясений тревожили государство в течение нескольких лет.
В последние годы жизни Кавад отказался от своих преобразований, его преемник Хосров Ануширван также поддерживал политику знати. Маздак и его последователи были казнены, в государстве был восстановлен официальный зороастризм. А знати вернули ее привилегии. Однако старый уклад уже не был прежним. Ануширван был одним из самых могущественных царей династии. Во время его правления знать не имела права игнорировать центральную власть. Он использовал все возможности для преобразования империи. Ануширван ввел налогообложение в соответствии с новой коммерческой основой, более того, он увеличил государственные инвестиции в развитие ирригационной системы в Ираке. В период его правления государственные вложения были максимальными.
![](i_024.jpg)
Российский почтовый блок, посвященный сасанидской крепости в Дербенте
Обладая мощной финансовой поддержкой, Ануширван принял решение создать сильную централизованную армию. Финансовой основой служили доходы с налогов, а не поддержка землевладельцев. К сожалению, нам очень мало известно о правлении Ануширвана. Однако можно сказать, что основным источником наемников, формировавших армию, были арабские кочевые племена. Арабы не зависели от поместных землевладельцев, с детства обучались военному искусству и легко транспортировались из Ирака. Арабское кочевое сообщество было фрагментарным, и их военные объединения (и даже племенные организации), в отличие от наследственных дворян, не представляли политической угрозы монархии. (Однако после смерти Ануширвана арабам за несколько лет удалось внедриться в цепочку наследования.) В итоге двор заручился военной, гражданской бюрократической поддержкой, а также вступил в союз с богатейшими представителями городского общества. Это позволило монархии получить независимость от поместной знати и даже в некоторых случаях подавить ее. Впоследствии Ануширван считался образцовым правителем образцовой династии, ярчайшим представителем царского правосудия. Мусульмане с гордостью отмечают, что Мухаммад родился именно во времена его правления. Тенденции к централизации и урбанизации, которыми славится Сасанидская династия, достигли в этот период своего пика.
Время правления Ануширвана также по праву считается периодом расцвета сасанидской литературы. Истории о легендах предков и о деяниях монархов оставили в вечности такой же след, как и произведения изобразительного искусства. На первый взгляд, придворная литература широко культивировала разнообразие. В то же время возродилась и эллинистическая культура, в частности в сфере медицины и философии в городе Гундешапур в Хузистане (юго-восточная часть Месопотамской долины). Во времена, когда Юстиниан закрыл языческие школы в Афинах, многие греческие философы переехали в этот город. Медицина и философия получили признание даже среди зороастрийцев, которые развивали свои теологические учения, опираясь на открытия в этих сферах. Однако самым важным источником интеллектуального стимула того времени была Северная Индия. В первых веках нашей эры индийская торговля и мышление получили очень широкое распространение. Их популярность можно сравнить только с распространением в своем регионе эллинистической культуры до нашей эры. Именно индийские миссионеры принесли буддизм в Восточный Иран и Центральную Евразию, и только потом он получил распространение на Дальнем Востоке. (Хотя пути развития индийской идеи монашества и ее распространение в Средиземноморском бассейне до сих пор не вполне ясны.) Также во времена Сасанидской империи, особенно в последние столетия, индийские идеи завоевали популярность в науке и искусстве. К тому времени индусы далеко ушли в математике и медицине, они превзошли даже вавилонян и греков, на труды которых некогда опирались. Эти идеи получили признание и в сасанидских научных кругах. В более широкой сфере индийская культура вошла в жизнь общества благодаря переводной литературе и такой интеллектуальной игре, как шахматы.
В начале нашей эры практически вся Западная Индия находилась в культурной тени Сасанидской и Римской империй. По большому счету, цивилизованные земли Сасанидской империи были намного меньше, чем у Римской, но тем не менее две державы встретились как равные. Несмотря на внутренние проблемы, связанные с раскольническими сообществами, обе империи поддерживали конкурентоспособный дух и претендовали (в принципе) на универсальное господство. Державы не раз встречались на поле боя в верховьях Евфрата, уделяя при этом поверхностное внимание другим оппонентам. Второстепенными соперниками Римской империи были германцы и славяне в Европе, а Сасанидской – иранские и тюркские народы Центральной Евразии. За несколько веков постоянной вражды именно на время жизни Мухаммада приходится одна из самых разрушительных войн двух империй. Ко времени смерти пророка оба государства исчерпали как финансовые, так и политические ресурсы[51]51
Густав фон Грюнебаум уберег меня от некоторых ошибок, которые я мог допустить, поскольку не очень хорошо ориентируюсь в данной сфере (если я все же допустил здесь или в ином разделе какие-то ошибки или высказал некоторые предубеждения, это ни в коем случае не является его виной).
[Закрыть].
Глава II Вызов Мухаммада, 570–624 гг
Примерно в VIII–IX веках регион от Нила до Амударьи заметно изменился, даже если не брать во внимание влияние ислама. Возможно, при новой Сасанидской династии Персия могла бы унаследовать Сирию и Египет (если не весь Магриб) непосредственно от Римской империи. Более того, в империи могла бы развиться культура на сирийском языке (арамейском) и пехлеви (иранском), которая мало отличалась бы от той, что возникла среди мусульманских арабов и персов. Эти культуры могли широко распространиться во всем Старом Свете. Заметим, что некоторые элементы иранской и семитской традиции действительно проникли в Европу и Индию. Однако сложно представить, чтобы сирийская-пехлевистская традиция где-то могла развиться однороднее и ярче, чем в исламе. Вероятно, у арабских племен была возможность основать новую династию и стать наследниками Сасанидов. Но в таком случае им пришлось бы ассимилироваться в оседлый народ, забыть о своей самобытной бедуинской поэзии, перейти на арамейский язык и, возможно, даже принять определенную форму христианства. Всего одна деталь – существование ислама – дала жизнь новой цивилизации, объединившей разрозненное население региона в единое религиозное сообщество.
Важнейшими элементами, на которых построена исламизированная цивилизация, являются исламская религия и исповедующее ее сообщество. Это результат деятельности нескольких ярких персонажей, важнейшим из которых был, конечно, Мухаммад. Изначально сообщество строилось на основе арабской культуры, затем благодаря ряду успешных завоеваний это сообщество распространилось среди арамейского и арабского населения и даже за пределы их обитания. Внутри самого сообщества наблюдались резкие разногласия по поводу формы вероисповедания. При этом конкурирующие партии вели непримиримую борьбу. Мусульманская религия и община, возникшие в результате этой борьбы, не поддаются стандартному описанию. В итоге ислам несет на себе отпечаток критического мышления и искренней преданности, благодаря которым он сформировался[52]52
Уильям МакНейлл (William McNeill, in his «Rise of the West» (University of Chicago Press, 1963), оказал мне честь, упомянув раннюю версию этой работы как важный источник, сформировавший его личные взгляды на ислам и исламизированную цивилизацию. Мне это очень лестно. В свою очередь, я бы хотел поблагодарить МакНейлла за его работу, которая является лучшей из когда-либо издававшихся всемирных историй (во-первых, он представил историю городского населения в виде единого исторического комплекса, при этом особое внимание уделялось взаимоотношению всех сообществ, а не только одному). К сожалению, в определенных аспектах (не касающихся вышеупомянутого) я не могу согласиться с МакНейллом, а именно, с базовой теорией и с интерпретацией некоторых цивилизаций, особенно с интерпретацией ислама и исламского мира. Мои возражения относительно мировой истории в целом и ислама в частности раскроются в ходе дальнейшей работы.
[Закрыть].
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?