Текст книги "Лишняя. С изъяном"

Я вздохнула. Романтичный секс на рабочем столе откладывался.

– Ты сам слышал, что сказал Сайкерт. Покушения, в одном из которых ты пострадал, организовывает кто-то из знати, из магов. Я хочу сначала разобраться, как именно они обходят клятву, а потом уже ворошить это осиное гнездо. Кстати, Ричарда нужно перепрятать. В участке он в опасности – чудо, что его еще не убрали.

– Его охраняют верные мне люди! – вскинулся Бродерик оскорбленно.

Я успокаивающе погладила его по рукаву.

– Не собираюсь оговаривать твоих друзей. Но им могут приказать или заставить шантажом. Мы не знаем, о ком идет речь и как высоко тянутся нити заговора. Сайкерт нам позарез нужен живым. Только Ричард может обвинить своего отца. Не будет его – и королевский целитель уйдет от ответственности. А лорд Оффал в свою очередь если не знает, то наверняка подозревает, кто именно стоит за бунтовщиками.

Если честно, мне было банально страшновато выступать против королевского целителя. Бродерик все еще воспринимал лекарей как спасителей жизни, даже несмотря на все рассказанное только что Ричардом. А я, наоборот, неплохо себе представляла, на что способен целитель девятого уровня с фантазией. То, что наворотил блондин на практике, покажется детским лепетом, ведь тот не со зла, а по дурости. А со зла – у-у-у. Подумать страшно.

Долго Бродерик не упирался. Представив, насколько высоко могут тянуться нити заговора, если даже самое доверенное лицо короля оказалось с гнильцой, он сдался и приказал перевезти арестованного в надежное место. Но никому не сказал, куда.

Перевозили мы его сами. Связали как следует, умотав веревкой как мумию, погрузили на заднее сиденье авто и увезли в неизвестном направлении.

Хорошо им в этом мире, хоть в чем-то. Государственной системы предварительного удержания преступников еще нет, где хотят – там и запирают. Это потом, после суда, каторга, ссылка, казнь, тюрьма даже вроде бы есть. Для неодаренных. Магов-преступников запирать смысла нет. По кирпичику разнесут любое место заточения. Им либо казнь, либо ссылка.

А подземелья в родовом особняке Салливанов весьма внушительные – тут и не одного Сайкерта спрятать можно: никто не узнает и не найдет.

– Ключ от камеры есть только у отца. – Бродерик продемонстрировал увесистый, старинный, похожий на металлическую бабочку ключ на толстой цепи, свисавший с его шеи. – А вход в подземелье открывается только нашей фамильной воздушной магией. Там еще знать надо, на какой рычаг нажимать, чтобы не убило на месте.

Салливан светился тихой радостью, и до меня, наконец, дошло почему: три года Бродерика считали калекой, и вот к нему потихоньку возвращается дар. Я нашла в темноте и стиснула его руку, он в ответ благодарно погладил мои пальцы.

Кандалы с Ричарда так и не сняли. Запеленали в веревки вместе с ними. И теперь просто прикрепили цепи к какому-то хитрому крюку в стене.

– Кормить его будут под присмотром моего брата. И, предваряя твой вопрос, он тебе карьерой обязан. То есть не тебе, а твоему приемному отцу, но все равно долг чести. Не говоря уже о том, что он мой брат.

Я покосилась на Пэдди. Не стоит личные вопросы обсуждать при посторонних, даже самых доверенных. Тот понятливо приотстал, будто проверяя в окошко, как там сидится задержанному.

– А проблем с наследованием у вас теперь не возникнет? – уточнила я шепотом. – Ты же стал калекой, ему титул должен был перейти, а теперь ты вроде как выздоровел…

Броди хмыкнул и нашел губами мой висок. Нежно и щекотно.

– Ты бы слышала, какой скандал разразился, когда я ему наследование передавал. Он ни в какую не хотел, теперь тебя вдвойне на руках готов носить, я даже ревную немного. Если титул – так ему же жениться надо, наследников заводить. А у Дэвида только карьера в гору пошла, ему не до жены и детей.

– А тебе? – шутливо поддела его я.

– А нам как раз пора подумать о наследниках. И срочной свадьбе, – выдохнул Броди мне в волосы, которые чуть не встали дыбом при мысли, что мы ведь не предохранялись и наследники могут появиться очень даже скоро.

После подземелий, допросов и откровений убийцы мирный завтрак в Академии казался чем-то нереальным. Оторванным от действительности. В какой-то степени весь правый берег существовал в собственной параллельной реальности, где не было места маньякам, предателям и убийцам.

Я уже привычно подсела по правую руку от сестры, отметив усталый вид и какую-то странность в ее лице.

– Ничего не получается, – пожаловалась Наирин вполголоса. – Я вчера весь вечер отрабатывала заклинание по учебнику: свечка зажигается, а падать отказывается. Чуть комнату не спалила.

Вот что за странность! У сестры практически отсутствовали естественные брови. И ресницы коротковаты. Подпалила, балбесина!

– С ума сошла, в общежитии отрабатывать заклинания, которые тем более не знаешь? – прошипела я. – Хочешь всю Академию к чертям спалить? С сегодняшнего дня будешь тренироваться только на полигоне.

Наирин послушно закивала.

– Кроме того, нам нужна помощь…

Я оторвала взгляд от тарелки и задумчиво оглядела будущий цвет боевых магов. В глаза как-то сразу бросился сидящий на отшибе Ранджит. Точно! Местные против короля не пойдут. Сказали принцессе на бытовом сидеть – значит, и пальцем не пошевелят, чтобы научить чему-то. А этот не местный, незашоренный, ни с кем особо не общается и королю Риона клятву не приносил. Сгодится.

За ужином я снова села с релийцем.

– Уже выгнали? – хмыкнул он, невозмутимо орудуя ложкой.

– Скорее, заслали, – хитро усмехнулась я.

Парень вроде нормальный, но просто приказать ему не получится – клятвы верности он не приносил. Теоретически это должно его сделать первым подозреваемым по делу о бунтовщиках, но мне как-то не верилось, что в этом замешаны иностранцы. Да и зачем? Вот если бы они с Наирин собирались пожениться, я бы поняла…

Кстати… Я замерла, не донеся ложку до рта. А не участвует ли в этом Горман? Надо бы почитать выкладки барона на этот счет.

– Так чего хочет от меня ее высочество?

Пока я размышляла о заговорщиках, Ранджит успел очистить свою тарелку и, ехидно улыбаясь, ждал ответа.

– Помощи. Наирин хочет участвовать в турнире первокурсников. И ей нужен тренер.

Вся насмешка мигом слетела с лица релийского принца.

– Она вообще в курсе, что турнир для боевиков? – осторожно уточнил он.

– В правилах проведения ни слова не сказано о факультетской принадлежности, – отрезала я. Лично этот момент проверяла, памятуя свое поступление. – Заклинания нужно использовать боевые, да. Там резерв нужен и навык. Резерв у нее будь здоров, а вот навыков – сам понимаешь. По учебнику такое не освоить.

– И какой там резерв? – Он, кажется, хотел поиздеваться, но получилось вполне серьезно.

Понял уже, что я не шучу со всей этой затеей.

– Поможешь – скажем, – подмигнула я, лихо расправляясь с десертом.

Любопытство сгубило не только кошку.

Поздно вечером, когда на полигоне никого не было – все здравомыслящие студенты либо зубрили материал, либо развлекались по комнатам, – Ранджит дисциплинированно явился на первое практическое занятие. Оделся с иголочки, даже чалму, кажется, выгладил.

Когда Наирин продемонстрировала, чему научилась самостоятельно, по книгам, релиец судорожно сглотнул и долго меня благодарил за здравую мысль позвать подкрепление.

Тренировки теперь проходили практически ежедневно. По вечерам полигон был всегда свободен – после ужина у всех образовывалось свободное время. Поначалу я ходила на занятия вместе с Наирин, но мне быстро надоело. Меня ждали куда более важные дела, чем смотреть, как сестра под руководством огневика отрабатывает силовой удар. Досье на Горманов представляло собой натуральный многотомник, куда там Толстому с его четырьмя томами о войне и мире! И среди всего этого стога информации нужно было выловить иголку той полезной, что поможет отвести от сестры угрозу брака.

Джейн я пустила в логово под казино под неусыпным надзором Пэдди. Не то чтобы я не доверяла именно стенографистке. В последнее время я никому не доверяла, учитывая, что клятва перестает действовать.

Кстати, странно. Доэрти при попытке покушения на меня скрючило только так. Может, действие выборочно? Думать дурно можно, а действовать нет? Выяснить бы экспериментальным путем, но не просить же знакомых магов ударить меня со всей дури. Вдруг если по прямой просьбе, то можно? Поджарят, и костей не соберешь.

Надо бы уточнить, слушаются ли аристократы Наирин. Когда принцесса убеждала их пойти процедить реку, она именно уговаривала, не приказывала. А что будет, если прикажет, допустим, прыгать на одной ноге? Тут без эксперимента никак.

• Глава 24 •

За окном уже стемнело, и я отправилась на поиски сестры. В покоях ее не было. Ясно все, опять тренируется. Но на полигоне я ее тоже не нашла. Зато неподалеку, около уютного маленького пруда, покрытого пожелтевшей осокой, наткнулась на романтическую сцену, достойную мелодрамы. В беседке, увитой покрасневшим по осени плющом, обнимались двое. И эту рыжую гриву, с трудом удерживаемую шпильками, я узнала сразу.

Ничего себе сестричка-скромница…

Я негромко покашляла, привлекая внимание. Ранджит вздрогнул, будто его ударили, но от принцессы не отскочил – плюс балл ему в карму. Погладил по волосам и нежно отодвинул, поклонился мне, сбежал по ступенькам вниз и был таков.

Разбирайтесь, мол, девочки, сами.

Принц был хорош – тут я сестру понимала. Но у нее вроде как жених есть! Что я покрасневшей от конфуза Наирин и высказала. Мол, сначала давай от него избавимся, потом уже шашни крутить будешь.

– Как мы от него избавимся? Надеюсь, ты не имеешь в виду… – Сестра побледнела.

– Тьфу на тебя, твое высочество! Я не убийца, если ты об этом подумала. Просто сделаем так, чтобы твой отец передумал со всей этой помолвкой. Опорочим как-нибудь жениха. Неужели у него грехов нет? Не бывает абсолютно чистеньких дельцов.

– Отец не передумает. Нам нужен флот. Королевству, в смысле.

– Так в чем проблема? – пожала я плечами. – Если Риону так нужен флот, ты тоже можешь его обеспечить. Одна твоя диадема стоит примерно столько же, сколько небольшая верфь. Нанять механиков, рабочих.

– А потом? – перебила меня принцесса. – Все водные маги идут работать на корабли к Горманам.

– Зачем нам водные маги?

– А как, по-твоему, корабль поплывет? Ну, есть еще воздушники, но это паруса ставить надо, дополнительные расходы.

– Наирин, ты когда-нибудь видела паровоз? – чисто по-еврейски, вопросом на вопрос продолжила я диалог.

Сестра кивнула.

– Не только видела, но и каталась. В Провенс года три назад ездили на торжественное открытие пограничной станции.

– И на чем он ездит? На водниках или воздушниках? – беззлобно поддела я Наирин.

Она фыркнула.

– Сравнила тоже. Они же на земле, по рельсам. А в море, знаешь ли, вода кругом!

– А не скажи… – хитро улыбнулась я.

Конечно, удобно, когда рядом человек, способный усмирить волны, но ведь справлялись как-то мореплаватели в наших безмагических морях. Главное, чтобы Горманы гадить не начали. Насылать штормы или еще что.

Кстати, надо бы заглянуть не только в досье, но и в отчеты о работе верфей и бортовые журналы кораблей Горманов. Вдруг что интересное найдется?

Увы, такой информации в картотеке Барона не нашлось. Наверное, этим занималось начальство. Что ж. Придется вызывать главу службы безопасности на ковер. То есть в кабинет без ковра.

Доэрти прилетел по первому зову. Боится – значит, уважает.

Опасливо озираясь, глава службы безопасности зашел в кабинет над казино. Прошлый раз оставил незабываемые впечатления, и их повторения ему категорически не хотелось.

Зайдя, он замер, недоумевающе переводя взгляд с меня на Наирин. Мы обе сидели как есть, без шляпок и вуалей. Сходство не бросалось в глаза, благодаря моей пластике его практически и не было, но Доэрти-то был в курсе, кто я такая. И объединение сестер застало его врасплох.

Новость о нашем родстве Наирин не сильно шокировала. После минутного замешательства она бросилась мне на шею с радостным визгом, лепеча нечто нечленораздельное вроде:

– Я как знала! Как чувствовала!..

И тут же поклялась хранить мою тайну, пока я сама не решу ее обнародовать.

Боюсь, что мое инкогнито долго не продержится. Знающих, кто я такая, становится все больше и больше, и теперь только вопрос времени, когда это дойдет до короля.

– Доброе утро, лорд Доэрти! – жизнерадостно поздоровалась сестра. – Проходите, снимайте плащ и начинайте прыгать на одной ноге!

Пэдди поспешно прикрыл дверь с другой стороны, пока никто не увидел, как начальник службы безопасности скачет на левом носочке.

Наирин в порыве чувств зажала рот кончиками пальцев в перчатках, давя радостное хихиканье.

– Это я могу жениху приказать – и он будет так же подпрыгивать? – рассмеялась она.

– Да, а потом откроет двери наемному убийце, вот так же подпрыгивая, – тем же тоном передразнила ее я.

Сестра посерьезнела.

– Ты права. Если клятва и правда слабеет, даже прямой приказ может не подействовать, – прошептала она.

– Прекращайте прыгать и садитесь уже, – распорядилась я, глядя с сочувствием на вспотевшего, раскрасневшегося безопасника.

Доэрти буквально упал в кресло для посетителей, отдуваясь и пыхтя как паровоз. Достал платок, протер лоб, с опаской поглядывая на нас. Мало ли что еще затеяли.

– Ваши высочества, это, прошу прощения, хамство и глубочайшее неуважение по отношению к верным вам людям: применять клятву подобным варварским способом, – заметил безопасник в пространство.

– Это не пустая проверка ради девичьей прихоти. Нужно было удостовериться, что вы действительно по-прежнему верны короне. Мне нужны документы по верфям и отчеты о грузах с кораблей Горманов, – перешла я к делу.

Наирин солидно кивнула, подтверждая мою заявку.

– Могу ли я поинтересоваться, что происходит? – осторожно уточнил безопасник.

– Можете. Я ищу связи с заговорщиками. Теми, которые организовывают покушения на короля, – пояснила я.

Доэрти вытаращился на меня как на ненормальную.

– Горманы же под присягой. Как и все маги. Это невозможно! Даже подумать о предательстве для аристократа немыслимо!

Мы с сестрой переглянулись. Она склонила голову набок, предоставляя решение мне. Ну, как всегда.

– У меня есть сведения, что клятва теперь действует не на всех. По крайней мере, не в полную силу. Скажите, когда вам король в последний раз что-либо приказывал? Не давал задание, а как Наирин сейчас – идите и сделайте?

Доэрти сложил руки на груди в защитном жесте, отвергая мои инсинуации, но призадумался.

– Я могла бы приказать вам, но тогда вы будете сопротивляться и тратить силы на пустую войну между потенциальными союзниками, – мягко продолжила я. – Мы не враги, лорд Доэрти. Мы на одной стороне, более того, мы все на стороне короны. Мне совершенно не выгодны покушения на правящую династию: случись что, либо мне придется сесть на трон, чего я совершенно не хочу, либо меня уничтожат за компанию, что тоже крайне нежелательно.

– Вы не хотите править? – выцепил безопасник самое, по его мнению, главное.

– Мне вполне хватает мошенников и грабителей здесь, чтобы заниматься ими еще и на правом берегу, – хмыкнула я.

Доэрти смерил меня, а потом и сестру оценивающим взглядом.

– Я предоставлю вам все документы по Горманам, что у меня есть, – медленно, взвешивая каждое слово, произнес он. – Взамен мне бы хотелось получить от вас обещание, ваше высочество, что если вы снова надумаете ловить хищников на живца, то позволите вас страховать.

Ух, как у них хорошо информационный поток поставлен. О художнике уже доложили. Молодцы! Раньше бы так работали.

Я согласно склонила голову. Доэрти щелкнул каблуками, отдавая честь, и вышел.

До меня только потом дошло, что он попрощался так, как положено с генералами и начальниками вроде короля.

* * *

Старший механик автозавода немало удивился, обнаружив в своем рабочем кресле меня. Я лениво перебирала бумаги на столе, ожидая, пока хозяин кабинета соизволит почтить его своим присутствием.

– Левая Принцесса? То есть леди, – быстро поправился Мерти.

Я величественно кивнула.

– Мне известно, что вы связаны с заговорщиками. Спокойно, никому доносить я не собираюсь. Ваши игры со взрывчаткой мне не интересны…

Я подняла руку, останавливая ринувшегося куда-то механика. Вот так: била почти наобум, а в итоге попала. То, что Барон тогда ничего не обнаружил, ни о чем не говорит. Бунтовщики не смогли бы скрываться так долго и успешно, будь они полными идиотами. И не помогай им кто-то с правого берега.

– Мне нужен ваш покровитель… – Мерти вскинул брови, собираясь играть недоумение до последнего. – Горман.

Да, я не зря штудировала то многотомное досье, а потом и не менее многочисленные папки из запасов Доэрти. Слишком уж часто именно в грузах, перевозимых кораблями с горманских верфей, попадались запрещенные вещества, металлы и детали, совершенно не нужные для парусников и лодок, зато незаменимые при создании бомб и патронов. Барон счел это совпадением, ведь на других кораблях, даже простых рыбацких судах, тоже что-то такое находили, но по сравнению с империей водников то была – милый каламбур – капля в море. К тому же, учитывая только что открывшуюся информацию о слабеющей клятве, кому еще, кроме прямых наследников династии, выгодно убрать мешающих монархов? Наирин – как повезет, можно сначала и жениться, но король явно мешал заговорщикам.

– О чем вы говорите, леди? Какой покровитель? – Глаза Мерти, всегда прямо и смело глядевшие мне в лицо, несмотря на разницу в статусе, сейчас норовили спрятаться и скоситься в угол.

– Ну же, я просто слабая женщина, и мне тоже нужен покровитель. Тяжело, знаете ли, весь левый бизнес одной тянуть.

Я развела руками, решив сыграть на всеобщем заблуждении касаемо женских мозгов и дела. Сработало! Бирн вздохнул, обошел стол и присел передо мной на корточки.

– Леди, вы производите впечатление разумной дамы. Вы же понимаете, что переиграть потом будет невозможно? Вам придется отдать все документы, все сведения, что оставил вам Барон, лорду Горману.

Очень хотелось сделать тот самый американский жест «Йес!» с локтевым движением. Я закусила губу, сдерживая довольный смешок. На глаза очень кстати навернулись слезы.

– Я все понимаю, – с придыханием произнесла я, подражая кокеткам правого берега. – Я готова!

– Вам придется завязать глаза. Лорд Горман не хочет, чтобы о местоположении его офиса знали посторонние.

Я согласно кивнула. Шелковых повязок в кабинете Мерти не водилось – пришлось ограничиться мешком из-под запчастей. От него тянуло маслом, и, как истинная женщина, я подспудно переживала, что моя любимая шляпка теперь безнадежно испорчена. Видно мне было и так не очень хорошо из-за вуали, а теперь, пусть сквозь мешок и пробивался свет, я вообще потерялась в пространстве. Когда пришла пора спускаться по лестнице, Бирну пришлось брать меня на руки. Его плечи чуть подрагивали, он периодически вздыхал – не хотелось отдавать перспективную клиентку Горманам. Чем-то они и его держали, похоже.

Завелся двигатель, меня дернуло и авто покатилось куда-то по городу. Надеюсь, службисты все же бдят и не потеряют нас в переулках.

Когда мешок сняли, передо мной предстало расплывчатое пятно лица. Вуаль примялась, сложившись складками, и теперь больше мешала мне, чем скрывала лицо.

– Тряпки тоже снимите, – приказал хрипловатый голос с легкой надтреснутостью возраста.

С меня разом сдернули вуаль, шляпку и маску, больно потянув за шпильки и чуть не оставив без волос. На глазах выступили непритворные слезы, я жалостливо всхлипнула.

– Мисс Суон? – прокаркал тот же голос. – Неожиданно, но логично. Кто еще бы смог стать достойной наследницей Левого Барона, как не его дочь. Ну, вот вы меня и нашли. Поздравляю.

Я скривила губы в ответной усмешке, оглядывая Гормана-старшего. Дилан, отец Вилея, оказался еще крепким и полным сил мужчиной слегка за сорок, подтянутым и надменным, так что сразу было понятно, в кого пошел сын.

Крупные деревянные блоки, из которых были составлены стены, и громкий плеск волн подсказали, что мы у моря. В доках, наверное. Где еще искать владыку флота, если не на верфи? Тоже мне, секретнейшее убежище года.

– И что вам понадобилось в логове старого морского волка?

Лорд явно забавлялся, упиваясь собственным могуществом. Приемный мой папочка, похоже, немало ему нервов попортил проверками, как и родной отец – сидением на милом сердцам Горманов троне.

– Мне понадобились вы, – негромко, но веско произнесла я.

То ли увидел что-то в моем лице, то ли ради самоутверждения, но Дилан попытался применить на мне магию. Что-то противное проползло по внутренней стороне моих запястий.

Не знаю, что именно он хотел сделать. Наверное, что-то не очень опасное, потому что отдачей его не скрючило, а всего лишь толкнуло. Горман пошатнулся, с изумлением глядя на меня.

– Прикажите своим людям удалиться и не сопротивляться! – быстро выпалила я, пока он не очнулся.

Один приказ – и от меня мокрого места не останется. Защиты от обычных людей у меня нет.

– Выйдите за дверь и не сопротивляйтесь, – без запинки тут же отозвался Дилан.

Его глаза расширились от ужаса опознавания, а я добавила вполголоса:

– И молчите.

Он захлопнул открывшийся было рот со звонким стуком зубов. Скривился – похоже, еще и язык прикусил. Подручные, неуверенно покосившись на меня, вышли гуськом за дверь и плотно прикрыли ее за собой. Наверху нарастал шум боя – к сожалению, работники у герцога были простыми людьми, и клятва на них не действовала. Пришлось их обезвреживать стандартными методами: оружием и угрозами. Доэрти слово сдержал и сейчас возглавлял отряд профессионалов, отлавливавших работников верфей одного за другим.

– Итак, я внимательно слушаю. Рассказывайте, кто вам помогал организовывать покушения на короля, как вы узнали о слабеющей клятве и что вы знаете о магистре Оффале. Из неофициального, разумеется.

Я удобно устроилась в кресле Дилана Гормана, достала блокнот, карандаш и приготовилась стенографировать. Даты, пароли и явки посыпались горохом. В основном замешаны оказались недовольные правящим режимом рабочие и специалисты-технари, но прозвучали и фамилии аристократов, из тех семей, у которых я побывала в гостях благодаря Барону. Подозревали их безопасники, ох, подозревали! Но клятва, в их представлении, являлась железобетонным алиби. Домыслы лорда Суона никто и слушать бы не стал, как и меня поначалу.

– Благодарю за сведения.

Я захлопнула блокнот, когда фонтан красноречия Гормана-старшего иссяк. Доэрти собственной персоной и несколько его помощников успели присоединиться к нашей теплой компании и, разинув рты, внимали откровениям Дилана.

– И последний, но самый главный вопрос, который, несомненно, интересен всем присутствующим. Как вам удалось обойти клятву?

Все дружно внимательно уставились на водника. Тот дернулся, вроде собираясь пожать плечами, но не смог, обездвиженный моим приказом.

– Она просто перестала работать. До сегодняшнего дня.

Если бы он мог использовать магию – от меня бы уже мокрого места не осталось, такой ненавистью полыхал взгляд Гормана.

– Я думал, все. Закончилась власть этой убогой династии. Тем более признаки вырождения налицо. И одна из принцесс родилась ущербной, и клятва больше не наказывала за мысли о перевороте. Вы, может, не в курсе, но прецеденты уже были.

Безопасники дружно закивали, подтверждая – были, да. Лет пятьсот назад. Никто уже и не помнит, почему тогда не сработала защищающая от магов клятва. Может, вообще короля убил обычный человек, застав врасплох. В истории той слишком много темных пятен, тем более что новая власть постаралась все следы происшествия затереть. Во избежание повторения.

– Не дождетесь, – пробормотала я, привлекая к себе всеобщее внимание. До помощников Доэрти только сейчас, кажется, дошло, что перед ними та самая ущербная принцесса во всей красе. – Вы же взяли с подчиненных клятву не разглашать мою личность?

Доэрти кивнул. Это было одним из условий, при которых я допустила его до участия в задержании. Мы бы вполне могли справиться и своими силами – левобережными, так сказать, но я решила, что привлечь тайные службы будет правильнее. Мало ли, кроме самого Гормана, еще какие маги попадутся. Простым людям против них не выстоять. И, кстати, оказалась права. От оказанного сопротивления верфи чуть не затопило – водники, подчиненные Дилана, сражались как могли.

В дверь постучали, и, пригнувшись под низковатый притолокой, в комнату просочился Пэдди. Я повернулась к Доэрти.

– Благодарю за помощь. Дальше мы сами. Все задержанные маги – ваши. Для отчетности вам вполне хватит. А этим займусь я.

Безопасники, отвесив поклоны, удалились разбираться с остальными задержанными. Мы с Пэдди одинаково по-акульи улыбнулись оставшемуся воднику. Тот с тоской посмотрел вслед безопасникам – кажется, сейчас он предпочел бы застенки. И правильно.

– Герцог Горман. Я приказываю вам уменьшить свой резерв до критически минимального уровня. Остаться должно ровно столько магии, чтобы вы продолжали подчиняться моим приказам.

Я сделала паузу, с удовлетворением наблюдая, как Дилана скрючивает от боли. Уменьшение резерва – процесс неприятный, как оказалось. Вот и чудненько.

– Сейчас мы вас доставим на корабль, который отправляется в Релию через несколько минут. Ждут только почетных пассажиров.

Ласково улыбнувшись воднику, я кивнула Пэдди. Он поднял с пола мешок, в котором приехала я, и заготовил, подсобрав, горловину.

– Не переживайте, в трюме вы будете не одни. Ваш сын к вам присоединится. – Моей кровожадной улыбке позавидовали бы пираньи. Горман сглотнул, борясь с подступающей тошнотой. Да, потеря магии порядком дезориентирует. – Уже через месяц вы будете в Релии. Таких, как вы, релийцы отправляют только по двум адресам: в неприкасаемые или в жрецы Кали. Там, знаете ли, тоже недолюбливают иноземцев.

Притворное сочувствие сочилось из меня, как патока. Пусть на своей шкуре прочувствуют, каково было тем, кого везли по их приказу с архипелага. Жаль, что гамму чувств Шады им не передать, но жрецов Кали, как я читала в отчетах внешней разведки, скопят. А неприкасаемые всю жизнь чистят сточные канавы. Так что вопрос, куда предпочтительнее попасть двум Горманам, остается открытым.

Мешок, в котором меня привезли, как раз пригодился. Все и без того были в курсе, кого именно выносят из кабинета, перекинув через плечо, как куль с мукой, но для видимости лучше прикрыть ему лицо, чтобы безопасники могли потом с чистой совестью сказать: не видели, понятия не имеем, куда он делся.

Сделав знак Пэдди подождать с ношей у выхода, я задержалась. Прошлась вдоль строя задержанных, особое внимание уделив недовольно скривившемуся Мерти.

– На первый раз вас помилуют. И даже отпустят, – повысила я голос, заглушая недовольный ропот подчиненных Доэрти и его самого. – Но имейте в виду: за вами, вашими семьями, вашими близкими с этого момента будут пристально следить. И один ваш неверный шаг, один чих в сторону правящей династии – и вы моментально окажетесь в застенках со всеми своими родными. Вместе же будет веселее, не так ли?

Я подошла поближе, оказавшись нос к носу с механиком.

– Не стоит принимать милосердие за слабость. Запомните мое сегодняшнее снисхождение. И имейте в виду – только я стою сейчас между вами и плахой за измену. Не разочаруйте меня.

Из доков я вышла насвистывая. Были бы джинсы – засунула бы большие пальцы в петли, но увы. Зато сзади пыхтел Пэдди, волоча увесистое тело Гормана-старшего. Безопасники, попадавшиеся нам по дороге, старательно отводили глаза, делая вид, что тюк на плече моего помощника – не более чем мешок с картошкой.

Очень удобно, что строительные и ремонтные доки располагались рядом с рабочим пирсом. Релийский корабль, которым управлял старый знакомый Ранджита, поджидал нас под всеми парусами.

Младший Горман, Вилей, уже лежал в трюме, обезмаженный до предела, как и отец. Его я взяла тепленьким в особняке. Не знаю, как отреагирует на пропажу мужа и сына леди Горман, но их дворецкий нам с Пэдди на выходе еще и дверь придержал.

На всякий случай я постояла на пирсе, глядя, как корабль растворяется в золоте заката. Затем с легким сердцем развернулась и попросила Пэдди отвезти меня к Салливанам.

Что могла – я сделала. Дальше счастье сестры зависит от нее самой.

* * *

Эдна Салливан несколько удивилась, обнаружив меня на пороге их особняка. Я вполголоса требовала у мажордома провести меня к заключенному, дабы проверить условия его содержания. Дворецкий стушевался, не понимая, как действовать в подобной ситуации.

Мать Бродерика не присутствовала при том, как в ее доме селили убийцу. Зато, продемонстрировав недюжинную память, припомнила меня со встречи в театре полгода назад.

– Так это вы невеста Броди! Он так много о вас рассказывал, особенно в последние дни. Проходите, как раз время чая!

Не дав мне опомниться, она увлекла меня в гостиную, где и правда горничная в жестко накрахмаленном чепце расставляла тарелочки с закусками и пустые чашки. Заварочный чайник из того же комплекта, в пасторальных картинках с овечками, ждал своей очереди, благоухая свежезаваренным листом и малиной.

У стола в кресле-каталке сидел отец семейства, Фаррел Салливан. Я присела в приветственном реверансе, который от волнения получился чуть глубже, чем положено. Хотя, если учитывать, что я незаконнорожденная дочь барона, так в самый раз.

– Присоединяйтесь, Хиллари. Очень рад вас снова видеть, – прищурился герцог. Он-то, в отличие от жены, прекрасно знал, зачем я пожаловала. – Ваш подопечный жив-здоров, чего и вам желает.

Я хмыкнула и послушно присела на низкий диван. Ну, раз уж так вышло, дождусь Бродерика с работы. Все равно прямо сейчас делать мне особо нечего. В Академии сегодня по расписанию медитация, которую, по слухам, снова будет вести магистр Оффал. Встречаться с ним лишний раз не хочется. Боюсь не сдержаться и ляпнуть что-нибудь не то. Сестра обещала проверить всех во дворце на предмет послушания. И пока она не оценит верность клятве и следование приказам со стороны королевского лекаря, я к нему ближе чем на пушечный выстрел не подойду.

Разговор за чаем не клеился. Погода быстро себя исчерпала, посвятить больше двух фраз моросящему сумраку за окном – многовато чести. О преступниках говорить в присутствии дам не принято, о работе тоже.

– А давно вы… вот так? – Я кивнула на инвалидную коляску.

Фаррел подавился чаем. Самый дурной тон: заметить, что в комнате кто-то болеет или увечен. Стыдобища!

Пока отец семейства краснел, а мать подбирала слова, чтобы меня спровадить, не обидев при этом, я продолжила мысль: