Читать книгу "ЦРИ-3"

Короткий перерыв подходил к концу. Я уже собирался вернуться в ЦРИ, когда залез в ICQ и списался с Опарышем, он на тот момент как раз был в гостях у Ольги (в колхозе).

– Здорова, чувак, ну как там обстановка в жопе мира?

Спустя пару минут пришел интригующий ответ:

– Тут все хуево, мужик, настоящий дурдом.

Я напоминаю вам, что Опарыш был в гостях у семьи Ольги и Кати, в ебаном колхозе. И как только я стал на него давить, требуя объяснить, в чем, собственно, дурдом, Опарыш сдался и написал слова, от которых у меня яйца сжались:

– Мужик, в случае чего – обещай мне, что не расскажешь, кто слил информацию.

Я торжественно пообещал, и тут пошло говно по трубам.

– Ты только не психуй, но Катя вовсю ебется с Рыжим Сука Трактористом. Она вновь с ним сошлась и ошивается возле его рыжего хрена, как кошка возле сметаны. Она опять загуляла с ним, и родители узнали об этом.

Но дурдом заключался в другом – отец Кати был ярым противником Рыжего Сука Тракториста. Он помнил, что его дочь залетела именно от него, помнил, что Тракторист не признал ребенка, тем самым вынудив Катю сделать аборт, и естественно, люто его ненавидел. И, как только отец узнал новость, что Катя вновь ложится под Рыжего, у него сдали нервы.

Разразился страшный скандал (а по деревенским меркам, скандал – это пизделка, не иначе), и на семейном совете родители решили выгнать нахуй из дома дочь-проститутку.

Вы, должно быть, скажете: «Автор, ну почему ты так грубо отзываешься о Кате?» Но вот тут я дам пояснения.

Впервые за все время ее отец рассудил ситуацию по совести.

– Ты, доченька, определись уже, с кем ты хочешь быть? А то ты, словно проститутка, из-под одного мужика под другого, как подстилка, ложишься, из года в год! Тракторист тебя обрюхатил и нахуй послал, ты опозорилась на всю деревню! А теперь ты после этого сама же вновь под него ложишься, разве это нормальный поступок?!

Я уже писал ранее, что негативно относился к отцу Кати, уж больно много за ним числилось нехороших поступков. Но в тот момент я впервые проникся к нему уважением – он просто не смог стерпеть очередной позор от блядо-дочери.

Вся деревня знала, что Катя встречалась со мной, затем вся деревня узнала, что дочь-блядина залетела от местного Рыжего Сука Тракториста, а тот ее не принял и нахуй послал. Вся деревня гадала, от кого залетела Катя, и вся деревня узнала про аборт. И вот теперь история повторялась: родные Кати просто решили приструнить дочь и приняли, на мой взгляд, единственно верное решение.

– Коли выбрала себе мужика, вот с ним и живи, нехуй шляться! – с этими словами Катю выгнали из дома, и ей ничего не оставалось, как прийти на поклон к своему Рыжему Сука Трактористу. Тот, в свою очередь, молча ее принял и, естественно, был счастлив.

Вам может показаться – что за блядскую хуйню вы только что прочитали? Но вот такие любовные истории в деревнях сплошь и рядом.

Я находился у себя дома, когда узнал этот блядский расклад. Сказать, что я был в гневе – это ничего не сказать. Я просто сидел, схватившись за голову, пытаясь переварить, что вообще произошло.

А произошло следующее: обучение в ЦРИ подошло к концу, и Кате, с ее активно развивающимся ожирением, нужно было срочно замуж. И она, будучи хладнокровной сукой, выбрала того, кто был ей ближе всего – Тракториста.

В принципе, хуй с ней, пусть живет себе счастливо, – но вот именно с этого слова и нужно было начинать. Эта разжиревшая до небывалых размеров туша на протяжении последних лет активно отравляла жизнь многим жителям ЦРИ, и вот теперь она вот так просто хочет выйти сухой из воды, выставив при этом меня куском говна? Ну уж не-е-ет… Я, без преувеличения, сделал слишком много добра для нее, и не для того, чтобы в конце со мной вот так хреново обошлись.

Я сидел перед монитором компьютера и вспоминал последние пару лет своей жизни. Я вспоминал хорошие и плохие моменты, вспомнил все вранье Кати, все ее обманы, и осознал, что за все время обучения в ЦРИ она была единственная, кто осложнял жизнь ребятам. И вот сейчас, испоганив жизнь не одному десятку учащихся, она благополучно завершит обучение, выйдет сухой из воды и будет жить долго и счастливо? Да ну нахуй! Поймите меня правильно – этот расклад был максимально несправедливым. Она сделала столько зла, совершенно не понеся никакого наказания.

В этот момент я окончательно осознал, что не могу допустить, чтобы зло восторжествовало. Пусть будет какой угодно расклад, но этот кусок жирного дерьма просто не имеет морального права на то, чтобы уйти из ЦРИ безнаказанной.

На следующий день, оказавшись в ЦРИ, я вошел в Гараж к парням. Они активно готовились к очередному экзамену. Увидев меня, они спросили:

– Ты как-то жутковато выглядишь, у тебя случилось что-то?

Я собрался с духом и ответил:

– Случилось, мужики, и случилось уже очень давно, но больше терпеть я не собираюсь…

Глава 44. Правда

На следующий день, оказавшись в ЦРИ, я вошел в Гараж к парням. Они активно готовились к очередному экзамену. Увидев меня, они спросили:

– Ты как-то жутковато выглядишь, у тебя случилось что-то?

Я собрался с духом и ответил:

– Случилось, мужики, и случилось уже очень давно, но больше терпеть я не собираюсь…

В течение получаса я выкладывал порцию за порцией нелицеприятной жуткой правды, о которой не следовало кому-либо знать. Но обстоятельства повернулись иначе, и я вынужден был действовать на опережение.

Мои слова казались фантастикой, и многие сначала не могли поверить в то, что самая правильная баба во всем ЦРИ оказалась самой опустившейся шалавой. Та самая девушка, которая из года в год проедала плешь всему женскому населению общаги, промывая мозги своими нравоучениями, своим праведным образом жизни, оказалась самой мощной блядью.

Эта была самая настоящая ирония судьбы. Катя так любила публично презирать девушек, замеченных в случайных связях, а тут все вышло наоборот. Вот такой мощный расклад, товарищи.

Оглушительная тишина воцарилась в Гараже. Парни пытались переварить сказанные мною слова. Больше всех пребывал в шоковом состоянии товарищ Рева, он никак не мог поверить в правдивость всей ситуации. На втором месте был Игара – он был профессиональным разоблачителем пиздоболов, и он никак не мог понять, как все это время удавалось держать правду в тайне.

Игара конкретно загрузился и долго переваривал информацию. В его голове начал складываться огромный паззл, и постепенно выстроилась вся цепочка событий. Игара обладал феноменальной памятью, и он вспомнил все – и внезапные исчезновения Кати осенью, и ее кровотечение, и ее внезапный ласковый характер, и прочее.

Он молчал минут пять, а затем воскликнул:

– Вот же блядина, а еще всех девок шлюхами называла! Покоя никому в общаге не давала, все время старалась подчеркнуть свою порядочность, а на деле вон оно что! Тьфу, бля, аж противно стало!

Затем кто-то из ребят спросил, почему я так долго молчал, а теперь решил все выдать. И тут я объяснил, где и с кем сейчас Катя. И эта новость просто сорвала башни всем парням:

– Чего?! Она опять с Рыжим Сука Трактористом? Ну это пик цинизма, пик блядства! Ну и пиздец, мужики!

Но ее воссоединение с рыжим чувырлой вовсе не являлось причиной того, что мой голос прорезался. Я объяснил парням, что это животное, чувствуя финиш учебы в ЦРИ, решила выставить меня виноватым во всей сложившейся ситуации, именно поэтому я не намерен больше терпеть эту бесконечную наглость и блядство.

Новость о том, что Катя решила выставить меня виновным во всей ситуации, звучала, как еще более немыслимая фантастика, поэтому за дело мгновенно взялся разоблачитель пиздоболов – Игара.

Я думаю, он взялся за разбирательство этого дела, чтобы лично понять, кто из нас лукавит – Катя или я. К моему великому счастью, сочинять и обманывать мне не пришлось – я просто выложил всю историю так, как она есть, и теперь Игаре оставалось лишь сравнить мои показания с версией святой Екатерины.

В сердцах я крикнул:

– Мужики, ну неужели она после своих злодеяний вот так безнаказанно свалит отсюда победителем? Да ну нахуй, пусть каждый знает, кто она есть!

Мои слова были целиком и полностью поддержаны. В тот вечер я запустил механизм обратного отчета, и прежние сладкие деньки Кати были сочтены.

Моя исповедь о том, что Катя – блядина, возымела эффект бомбы. Теперь не было никаких ограничений, слух пошел со скоростью света, из уст в уста, из комнаты в комнату. Жестокая правда о блядстве Кати буквально сделала ее вне закона – эта тупая дура на протяжении нескольких лет диктовала жестокие правила, как следует относиться к шалавам, и сама же попала под свои «санкции». Этим сладким раскладом воспользовались многие. Поверьте – Катя успела нажить врагов, и теперь ее же блядские правила повернулись против нее же. Все шло идеально.

А тем временем в общежитии выяснились очень любопытные детали. Первое, что меня искренне удивило – это то, что многие жители общежития, а также почти ВСЯ учебная группа люто ненавидела Катю, но кусаться с ней не хотели из уважения ко мне. Почему-то все думали, что я заступлюсь за эту пизду, а со мной ссориться никто не хотел. И тут выясняется, что заступника больше нет – и это был зеленый свет для десятков жителей ЦРИ.

Вторая любопытная, но не очень приятная деталь всплыла в тот же вечер – в общежитии были сторонники Кати, это две наглых блядо-девушки, которые весь год харкали на дверь Насти. Эти кобылы искренне считали, что нормальная баба имеет право ебаться с кем угодно и когда угодно, и аборты – это вовсе не грех, а издержка вольной жизни.

Таким образом, ЦРИ поделилось на два лагеря – это адекватные люди, коих было большинство, и малая группа «блядского племени», правда, сил они никаких не имели. Более того, весь авторитет Кати рухнул в одночасье, и теперь все знали, что защиты у нее больше нет.

Я сейчас объясню ситуацию детальней: раньше Катя могла выебываться, и никто не мог сказать ей слова в ответ, потому что она сильная жирная баба, и за нее заступились бы многие парни, в том числе и я.

Так было раньше, а теперь выходило все наоборот – весь актив ЦРИ встал против Кати, и в том случае, если она посмеет открыть свою пасть, мы мгновенно заткнем ее без разговоров. Таким образом, любой житель ЦРИ получил заочную защиту от Кати и свободное право голоса. То есть, в общежитии полностью исчез авторитет Кати, теперь она была вне закона.

Особым бонусом для меня стал момент, когда земляк Кати, Лущан, узнал о ее блядстве. К моему дикому восторгу, он спокойно ответил:

– Поделом, ибо нехуй.

Это означало, что даже такой близкий человек, как Лущан, был больше не на стороне Кати. По сути, он никогда не был ее защитником, просто в ЦРИ соблюдался неписаный закон – костяк общежития должен стоять друг за друга горой.

Катя просто лишилась этого звания, и больше всего меня порадовали жители ЦРИ. Видимо, они так устали от ее выходок за последние несколько лет, что, как только осознали ее крах, в тот же день стали отпускать шутки про поросят и свиней. Ранее эти шутки были под запретом, точно так же, как неприлично произносить в США слово «ниггер».

А теперь самое забавное – все вышесказанное произошло в течение одного вечера, в тот момент, когда Катя еще даже не вернулась из колхоза. Она уезжала полным хозяином положения, настоящей королевой, а теперь ей предстояло вернуться полным ничтожеством.

Я с нетерпением ждал ее приезда, но на горизонте было чисто. Лишь поздним вечером она вернулась в общежитие с сестрой Ольгой, и я резонно поинтересовался, как ее дела.

На что услышал надменный ответ:

– Ты даже не представляешь, как у меня все шикарно!

Катя цвела и пахла, она это говорила, скривив натянутую улыбку. Ее просто подмывало от мысли, как здорово она в очередной раз обвела всех вокруг пальца.

Но рядом стоял я и улыбался еще шире, мысленно приговаривая: «Дорогуша, ты даже не представляешь, в каком ты дерьме.» Мы поулыбались друг другу в лицо и разошлись по комнатам – она к себе, а я к Насте.

Я, как обычно, пил чай и болтал о разных вещах, как вдруг услышал, как Ольга прошла в комнату к своим блядо-подругам (в логово оппозиции), и, видимо там ей доложили о последних новостях с фронта. Что началось дальше, я не видел, но очень хорошо слышал: Ольга забегала по коридору из одного крыла в другое, затем раздался топот ног Кати.

Лично мне все было понятно: подруги доложили о том, что все ЦРИ знает «о великих похождениях» Кати. Что с ней творилось в этот момент, я не видел, но поверьте – в ту ночь ей не очень хорошо спалось. Зато крепко спал я, обняв упругие титечки Насти.

Наутро мы явились на экзамен, если не изменяет память, по налогам. Я ждал только одного – триумфального появления Кати. И в тот момент, когда она вошла в аудиторию, ни один человек с ней не поздоровался. Она, скривив лицо, нехотя прохрипела:

– Всем здрасьте!

Но в ответ была гробовая тишина, лишь один человек аккуратно шепнул:

– Привет…

Но и без этого все было понятно – Катя стала изгоем.

Она сдала экзамен самой первой, и через час у нас состоялась мимолетная встреча в коридоре второго этажа общежития. Увидев меня, она подлетела с диким криком:

– Ты что, все рассказал? Ты что, вообще все рассказал?! Всю правду?

Я расплылся в улыбке и ответил:

– Конечно, ведь ты сама сказала, что тебе плевать, что скажут люди о твоих блядских похождениях. Более того – ты еще угрожала меня выставить виноватым, ты же не думаешь, что я стал бы ждать такого развития событий? Ты не оставила мне выбора, поэтому я решил – пусть будет все по-твоему, пусть все знают.

Этот момент я помню, как сейчас: Катя не ругалась и не истерила, она глубоко дышала и грызла свои губы. Ее глаза быстро бегали, со стороны было ощущение, что она ищет тяжелый предмет, чтобы меня ударить, но ничего не предпринимала. Она продолжала тяжело дышать, медленно, но верно осознавая весь масштаб пиздеца.

Она металась из угла в угол, поглядывая в окно, затем резко отходила, чтобы посмотреть, кто из студентов стоит в коридоре. Признаюсь честно – мне было немного жутковато. Я заранее приготовился ставить блок на случай ее внезапных ударов, но ничего не последовало.

Затем я увидел, как ее затрясло, и спросил:

– У тебя, кажется, что-то случилось, с тобой все в порядке?

Она нервно дергалась и отвечала:

– Все нормально, все нормально.

А затем, выждав паузу, прошипела:

– Ты об этом еще пожалеешь!

Я спокойно ответил:

– Катя, я уже жалею, что когда-то позволил тебе доучиться в ЦРИ.

После этих слов я развернулся и пошел прочь, а Катя продолжала бегать по коридору. Должен заметить – сначала она не верила в мои слова, поэтому устремилась все уточнять у своих сподвижников, которые жили по соседству с Настей.

В этот момент, вы только представьте, я был в комнате Насти. Она как раз ушла набирать в чайник воду. Дверь раскрылась, и проходящая мимо Катя буквально охуела от этого вида. Я, совершенно довольный, лежал на кровати и улыбался во весь рот, как чеширский кот.

Катя, не веря глазам, молча уставилась на меня. Но в этот момент ее подвинула Настя – она как раз вернулась с полным чайником воды. И вот эту ситуацию можно смаковать вечность: Настя совершенно свободно ходит под носом Кати, ни капли ее не опасаясь (я же рядом), а я, в свою очередь, валяюсь на кровати. У нас полная идиллия, все хорошо и мы счастливы, а в коридоре стоит Катя с открытым ртом и ничего не может сказать.

Я встал с кровати и перед лицом Кати спокойно закрыл дверь. Эта сцена была вообще без слов, но колорит в ней зашкаливал. Что могла возразить Катя в этот момент? Абсолютно ничего – она сама сказала, чтобы я убирался к Насте, и сама сказала, что ей похуй на мнение учащихся. Все было именно так, как она сказала, только с одной разницей – я больше не молчал и действовал в своих интересах.

В тот же вечер у нас состоялся коллективный поход в сосновый бор, где мы отмечали успешную сдачу экзамена. Впереди была сдача последнего предмета – экономики. Но история не об этом. В нашу компашку затесалась Катя. Не помню, с кем она прискакала в лес, но помню очень важный момент.

Она, будучи блядским говном, решила мне «поднасрать». Вы, должно быть, спросите – каким образом? Вот сейчас прошу вас запомнить один постулат: бабское коварство не знает границ, поэтому Катя стала на моих глазах клеить Зыряна. Кстати, он на тот момент был, наверное, единственным, кто не знал о блядстве Кати (просто ездил домой и не вникал в последние события).

Я пил прохладное пиво, наблюдая, как эта пиздень шептала Зыряну на ухо какие-то ласковые слова, что-то о чувствах, и так далее. Все делалось для меня напоказ, мол, смотри и страдай, сука.

И вот тут случилась неоднозначная ситуация. Я писал в прошлых частях ЦРИ, что Зырян все это время был тайно влюблен в Катю, но, будучи мужиком, он не смел рушить чужое счастье. А в тот день Катя объявила ему, что ее сердце целиком и полностью свободно. Видимо, алкоголь помог Зыряну раскрепоститься, и он поплыл, точнее, повелся на сладкие слова Кати.

Лично мне было обидно за Зыряна. Я прекрасно знал, что Катя теперь живет с Рыжим Сука Трактористом, и Зыряну точно ничего не обломится. Но тот, наверное, просто хотел верить в любовь или еще в какую-то ванильную чепуху.

Как вдруг эту идиллию прервал ваш покорный слуга.

– А хуле ты жмешься к чужим мужикам?

Катя оживилась и тут же съязвила:

– Тебе какая разница? С кем хочу, с тем и стою!

Зырян явно не понимал, что происходит, но я был неумолим:

– Ты нахуя парню мозги пудришь? Тебя в колхозе Тракторист заждался, а ты уже и тут передком торгуешь. Тебе одного аборта мало было?

Повисла неловкая пауза, и тут же разразился скандал. Катя что-то истошно кричала, про то, что она права, и еще много непонятных слов, из которых я слышал обрывки:

– Ненавижу тебя! Ненавижу!

После чего Катя, уже по старой традиции, сорвалась и убежала, куда? – правильно, вглубь леса, заливаясь крокодильими слезами, издавая громкие крики на бегу.

Из лесной чащи доносились крики раненого орангутанга, но абсолютно никакой реакции от ребят не последовало. Рядом стоял ошарашенный Зырян, который ничего не понимал. Вот тогда ему обо всем и рассказали – и про измены, и про аборт, и про то, как она вновь вернулась к Рыжему. Зырян молча слушал и глотал пиво, опустив голову. В тот момент в его сознании обрушился целый мир.

Наверное, это событие стало последней каплей. Дело в том, что у Зыряна в те дни разбился старший брат, дальнобойщик. Он чудом остался в живых, но страшно повредил руку. Но это была лишь маленькая часть глобальных проблем. У Зыряна складывалась какая-то ужасная финансовая ситуация в семье. Достоверно мне неизвестно, что именно было, но помню, что им пришлось сменить место жительства, переехать в другой город. И был момент, что они разом лишились возможности заниматься дальнобоем, вроде как грузовикам конец пришел, но это все неточно.

Эти проблемы заметно отразились на учебе Зыряна: сначала он прекратил контактировать с ребятами, часто пропадал дома, а в конце и вовсе стал пропускать некоторые экзамены.

И вот в тот момент последний лучик надежды в лице Кати безвозвратно погас. Он был морально подавлен – это было видно невооруженным взглядом.

Он был отличным парнем, мы бок о бок прошли по огненным дорогам нашей неспокойной юности, выбрались из стольких передряг. Он был одним из немногих, кто ни разу не оступился, но даже для такого святого человека за три года обучения в ЦРИ так и не нашлось кусочка взаимопонимания со стороны девушек. Раз за разом он терпел неудачи на любовном фронте, и, видимо, в тот вечер в сосновом бору он окончательно разочаровался во всем, и больше всего в ЦРИ.

Тогда я еще не знал, что видел Зыряна в последний раз. Он исчезнет утром следующего дня, и больше его никто в ЦРИ не увидит. Не подумайте, что он покончил с собой, просто он погас и потерял интерес. Его больше ничего не интересовало, он просто ушел, не сказав ни слова.

С тех пор прошло шесть лет. Я неоднократно безответно писал Зыряну, даже смог лично встретиться с его младшей родной сестрой-красавицей, списывался с его братом Косяком, но сам Зырян пропал, закрывшись от прошлого ЦРИ. Возможно, оно и к лучшему.

P.S. Не так давно я узнал, что он обрел счастье, и скоро в его семье будет маленькое прибавление, но это уже совсем другая история…

Глава 45. «Время собирать камни»

Впереди было несколько дней до финального экзамена по экономике, и пока все студенты пыхтели на лекциях, мы наслаждались маленькой свободой. Я пришел на обед в столовую и обнаружил отсутствие Кати. Странно, обычно этот поросенок любит покушать, а тут – пропала девка.

Я поймал в столовой ее сестру Ольгу и спросил, куда пропала дорогая Катя, на что получил ядерный ответ:

– Она покинула ЦРИ до следующего экзамена, домой свалила.

Расчет Кати был верным – она подалась в бега, осознав, что ее позор стал достоянием всей общественности. Она просто решила скорее исчезнуть, дабы вообще никому ничего не объяснять. Я понимал и другое – ей было жутко стыдно, и она тупо пряталась, но ей предстояло еще не раз вернуться обратно.

А теперь, дорогой читатель, загибай пальчики – сначала на экзамен, затем на преддипломную практику минимум трижды, потом защита, и в конце – вручение дипломов. Как ни крути, свое поросячье рыло ей придется еще не раз показать в стенах ЦРИ, и я был намерен сделать все, чтобы эти приезды были сродни с адом.

Я подходил к общежитию, когда увидел в окне Настю. Она прислонилась к стеклу и посылала мне воздушные поцелуи, а я, как дурачок, ловил их в прыжке и прислонял к груди. Настя подхватила эту забавную игру, и ее воздушные поцелуи перешли в пошлые жесты, а затем, оглядевшись о сторонам, она резко задрала футболку, и я узрел ее огромные обнаженные упругие титечки! Oh my God, люди-и-и! Это было неожиданно и очень приятно. Я быстро прилетел к ней в комнату и увидел, что она показывала мне свою грудь в присутствии своей подруги!

Рядом с Настей сидела девушка с пышным бюстом, приятным лицом, и, не поверите – она была не просто рыжая, а огненно-темно-рыжая от природы. Должен заметить, что рыжеволосые девушки – они особенные во всех смыслах, и по характеру, и по всему остальному. Даже секс с ними совсем другой – они реально огненные создания.

В общем, Настя представила меня своей подруге:

– Знакомьтесь, это моя Рыжка.

Я переспросил, кто? Настя утвердительно ответила:

– Это моя Рыжка, и я ее люблю!

На самом деле у девушки было другое имя, просто за цвет волос ей подобрали, на мой взгляд, самое крутое прозвище, которое можно было только придумать. Рыжка оказалась веселой и довольно интересной девушкой, она была местной, и они очень крепко сдружились с Настей.

И, как водится, у хороших друзей есть свои фирменные шуточки, которые понятны далеко не всем. Так вот, Настя шутила следующим образом: она показывала на меня пальцем и начинала цитировать вождя из французской комедии «Миллион лет до нашей эры (2004)».

– Знакомы с моей женой?

– Да, вождь!

– Красавица?

– Да, вождь.

Женой, выходит, был я, а фразу «Да, вождь» говорила Рыжка. Звучит, как бред, но шутка получилась. Прошло шесть лет, а мы с Настей помним ее по сей день. В течение беседы Настя еще пару раз кидалась меня обнимать и вновь спрашивала Рыжку:

– Красивая у меня жена?

В общем, в конце концов я оставил девочек в комнате наедине и ушел по своим делам.

Тем временем ко мне буквально каждые пять минут подходили студенты, и все задавали один и тот же вопрос – это правда? Ну, то, что Катя еблась на стороне, а потом и вовсе залетела от Рыжего Сука Тракториста по осени? Я отвечал – да, правда, и вот теперь она с ним обратно сошлась. Я принципиально отвечал на все самые неудобные вопросы.

Я делал это осознанно – пусть каждый знает, что из себя представляет Катя. В действительности, я устал от ее наглости и безграничного хамства, с этим давно пора было покончить. Слухи расползались, как тараканы по кухне в программе «Ревизорро», и я был доволен.

Ближе к вечеру мы вышли подышать свежим воздухом на полянку перед общежитием, кстати, там же была оборудована летняя курилка. Сидим, значит, на скамейках, и тут к нам выходит из здания Опарыш, такой поникший весь. Мы тут же поинтересовались:

– Ты чего такой кислый?

А он в ответ:

– Ольга опять ругается, руку на меня поднимает, как быть – не знаю.

Мы переглянулись с Игарой и оба улыбнулись.

– А отчего ругается-то?

Опарыш чуток помялся и отвечает:

– Да она с меня денег требует, мол – ты мой парень, поэтому должен содержать меня. А у меня денег уже не осталось, я ей объясняю, а она ничего слушать не хочет, еще сильнее ругаться начинает.

Мы вновь переглянулись с Игарой, в голове мелькнуло – «Ну и тряпка же ты, Опарыш». И тут раздается грохот – кто-то со всей силы бил кулаком по окну. Мы подняли головы и увидели, как Ольга, словно бешеная горилла, колотила по стеклу, и при этом истошно визжала:

– Опарыш, сука-а-а-а! Трубку возьми, пидорас, бля! (Клянусь, так и орала, не подбирая слов).

Повисла секундная пауза. Опарыш крикнул:

– У меня телефон в комнате остался!

Ольга, подумав секунду, крикнула в ответ:

– Ты мне сигарет купишь?

Опарыш развел руками в стороны, мол – денег нет. И тут Ольгу затрясло, словно сам дьявол в нее вселился. Она так заорала! Это был чистой воды психоз.

– А-а-а-а-а! Пидорас ты ебаный! Ненавижу тебя!

У всех сидящих на скамейке глаза полезли из орбит, я вообще впервые видел, чтобы Ольгу так несло. Кажется, у нее реально не в порядке с психикой. Я тут же вспомнил, как она дралась с Катей, применяя хорошие лоу-кики. Да она ебнутая, вот уверяю вас, на всю башку, бля.

Опарыш немедленно соскочил с места и убежал в сторону магазина. Я не верил своим глазам, но ярче всех выразился Игара. Он был справедливым мужиком, но его слова я помню по сей день:

– Да будь у меня такая баба, то за такой вот концерт, что я только что увидел, въебал бы с кулака прям в еблище, чтоб отлетела нахуй.

От этих слов я рассмеялся:

– Ты что, Игара, реально будешь свою бабу пиздить?

Игара от волнения даже начал глубоко дышать, и пояснил:

– Если она вот так же будет орать, как Ольга, то… буду! Вот прям на корню, сука, сразу по ебалу, чтоб знала свой угол!

Я еще громче рассмеялся от этих слов. В голове мелькнула картина свадьбы Игары, где он без повода, так сказать, на корню, сразу указывает жене, где ее угол, и с оттяга ебашит ее кулаком в голову. Это был очень забавный момент, я ржал, как идиот:

– Игара, скажи, что ты пошутил, ты же не станешь ебашить в пятак свою супругу за скандал, ведь так?

Игара твердо стоял на своем:

– Не должна баба прилюдно мужика с грязью мешать. Таких, как Ольгу, воспитывать надо, и не словом, а кулаком, по-другому такие люди не понимают.

Затем он подытожил:

– Опарыш внатуре тряпка, он позволяет Ольге собой так помыкать, это ж пиздец.

И тут я вспомнил слова Кати о том, что Ольга трахается с бывшим мужиком каждый раз, когда катается в деревню.

– Пацаны, а хотите, хохму расскажу?

Парни оживились, и я поведал историю о подвигах Ольги.

Расклад выходил круче, чем банальное «бабье блядство». Мало того, что она изменяла Опарышу, так она его еще и пиздила и доила, как молочную корову, а он, бедолага, терпел и отстегивал дань на содержание. Круто, правда? «Дорогой, я буду ебаться, с кем захочу, а ты будешь меня содержать, и если ты дернешься, я тебе ебло расколочу».

Самое отвратительное заключалось в том, что это были не выдумки, а блядская реальность. Парни слушали и морщились:

– Да что же за блядское семейство у них такое, это все деревенские такие, или только эти две сестры – бляди от природы?

Я уже хотел ответить, что, скорее всего, Ольга и Катя – исключение, как вдруг вспомнил, что их средняя сестра Аня однажды предлагала мне потрахаться, поэтому комментарии тут излишни. Парни испытывали неподдельное отвращение по отношению к этому семейному подряду. От себя могу добавить лишь одно – занимайтесь воспитанием своих детей, особенно если у вас растет девочка. Сами по себе они ничему хорошему не научатся, иначе вырастет нечто похоже на Ольгу или Катю.

На Опарыша нам было плевать, поэтому ему никто и ничего не стал рассказывать, пусть сам расхлебывает. Я зашел в общежитие и увидел своего земляка по прозвищу Гребень. На его лице красовалась небольшая, но хорошая гематома.

– Это кто тебя так наградил?

А теперь, дорогой читатель, напряги память, к кому подкатывал свои яички Гребень? Правильно, к Баге-Маге, а кто у нее был парень? Правильно, Канава. Он не раз предупреждал, что если еще раз увидит его рядом со своей девушкой, то он за себя не отвечает. Если вы помните, то я однажды заступился за Гребня и предупредил его, что в следующий раз ничем помочь не смогу, поэтому попросил прекратить подкатывать к чужим девушкам.

Но Гребень считал иначе. Канава вновь его застукал в гостях у Баги-Маги, и на этот раз молча вывел его на улицу и спросил:

– Я тебя предупреждал? Предупреждал…

И во время воспитательной беседы втащил с кулака Гребню пару раз. Гребень говорил, что первый удар был слабый, а вот после второго он поплыл. Канава преподал ему хороший урок, и тут я даже не стал бы вмешиваться, все было по-честному.

В тот же вечер я забрел в кабинет к воспитателям, где мне задали щекотливый вопрос о Кате. И я, ни секунды не церемонясь, выдал все, как было. Мои слова вызвали настоящий шок – Катя создала себе репутацию святой непорочной девы, а на деле вышла натуральная жесть.

Одна из воспитателей, услышав всю историю, сделала важное наблюдение:

– Я примерно предполагала, что у вас что-то с Катей не чисто, ее ведь с кровотечением увозили в гинекологию по осени. Это ведь было сразу после аборта, верно?

Я кивнул головой, и воспитатель спросила:

– Так, выходит, это не твой ребенок был?

Я помотал головой:

– Не-а, своего я бы не позволил убить.

Этот ответ показался резонным всему воспитательскому составу – в целом, я выразился, грамотнее не придумаешь.

Эта беседа сделала самое главное: воспитатели были самыми мощными сплетницами во всем ЦРИ, и, по-моему, во всем городе. Выходило так, что к экзамену буквально каждый преподаватель будет знать, кто такая Катя. Лично меня как раз устраивал такой расклад.

Наконец, выходные дни прошли, и наступил день последнего экзамена в ЦРИ. Признаюсь честно, для меня экономика была самым сложным предметом – слишком много теории, слишком много формул и расчетов. Я надеялся на тройку.

И вот сидим мы в коридоре, нарядные такие, ведь экзамен для нас всегда праздник. Как вдруг в коридоре раздается топот поросячьих копыт – все верно, это шла Катя. Она была очень веселой и задорной.