Читать книгу "ЦРИ-3"

Глава 13. Мразь атакует

На следующее утро Катя увезла сестру к стоматологу с острой зубной болью. Буквально через пару часов они уже вернулись. При встрече я спросил, как самочувствие у Оли? И тут глупая сестра спалила контору в очередной раз:

– Представляешь, мне все сделали бесплатно и без очереди!

Катя, услыхав ее слова, крикнула: «Рот закрой, дура!». Я засмеялся и подошел к Кате:

– Ничего мне отдать не хочешь?

Катю гнуло и колбасило от жадности и злости на сестру.

– Я не отдам тебе деньги, которые ты дал на лечение. Точнее, отдам, но позже, нам с сестрой надо много чего прикупить, а тебе все равно не к спеху, так что войди в положение!

Я, признаться, прихуел от такой наглости.

– Катя, мне денег не жалко, но мне чисто любопытно, с каких пор я должен содержать ваш семейный подряд?

И Катя тут же начала играть на публику, как полагается в деревнях:

– Ах, жизнь моя тяжелая! Отца в тюрьму посадили по беспределу, мать одна семью тащит, и та беременная! А ты уже и помочь не можешь, я ведь для тебя последнее отдаю! (Вот пиздит и не краснеет).

Ее крутая деревенская фишка сработала – на нас уставились все в радиусе километра, уж больно громко она рвала глотку. Я не выдержал и сказал:

– Хорош блажить, я не собираюсь у тебя ничего отнимать. Мне обидно, что даже в таких мелочах ты стараешься меня наебать.

Катя, наконец, заткнулась, и, довольная победой, свалила прочь. Я стоял, как оплеванный, и чувствовал себя далеко не комфортно. День продолжался, и после обеда случилась пиздец какая неприятная история, но обо всем по порядку.

Как только закончилось время обеда, я отправился на занятия. Я, как обычно, спускался с третьего этажа, и по привычке заглянул на женский этаж. Признаюсь честно – я так делал, чтобы мельком увидеть Настю. Не понимаю, почему, но только от одной встречи мое настроение максимально поднималось. Наверное, тогда началась моя неосмысленная привязанность к ней.

Я увидел, как в пустом коридоре прогуливалась Оля. На ее лице красовался флюс, который еще не прошел после острой зубной боли.

– Ты чего тут шарахаешься, Оля, ты разве не идешь на занятия?

Она спокойно ответила:

– Я сегодня не в состоянии учиться, голова все еще болит, вот пошла отлеживаться.

Ну что ж, раз так, ну и хуй с тобой, – подумал я, и пошел на занятия.

Когда завершилась последняя лекция, я еще на подходе к общежитию услышал до боли знакомые крики Ольги, они, кстати, мало чем отличались по звуку от криков Кати. Я влетел на женский этаж и забежал на кухню. Там стояла толпа девушек, а посередине стояла Оля и блажила, как ненормальная:

– Я ей ебло расшибу! Сука ебаная! Хуле она пиздит, шлюха!

Мое появление мгновенно заткнуло ебло этой колхозницы.

– Ты че разоралась, что опять случилось?

И тут Оля вновь с криками поведала мутную историю.

– Эта тупая сука Настя, она обвинила меня в том, что я лазаю по комнатам и пытаюсь воровать! Она меня за крысу посчитала, я ее щас ушатаю нахуй, проститутка ебаная!

История Ольги была жутко мутная. С ее слов, она во время занятий бродила по коридору и зашла в комнату Насти, которая, кстати, тоже прогуливала занятия, и попросила сигарету. А затем Настя уже в курилке кому-то из девочек сказала вот такую нелицеприятную вещь, и слух разошелся очень быстро. И вот теперь Оля требовала сатисфакции (возмещения ущерба): либо публично взять слова назад, либо получить в ебальник за свой тухлый базар.

И самое ужасное, что большая часть баб кричали:

– Ебашь ты эту суку, она достала уже всех!

Я осознал, что история ну никак не клеится, хоть ты тресни, и мигом побежал в комнату к Насте.

И вот тут я узнал совершенно другую историю. Оказывается, Настя втихаря осталась после обеда в своей комнате, решив прогулять последние занятия, и чтобы ее никто не обнаружил, она тихо закрылась изнутри и легла спать.

Затем в какой-то момент она просыпается от странных звуков и наблюдает, как кто-то пытается вскрыть ее дверной замок, подбирая то один ключ, то другой. Настя решила, что это санитарная проверка комнат, и открыла дверь. На пороге стояла обосранная от страха и удивления Оля. Она не знала, что в комнате кто-то есть, и на мгновенье вообще лишилась дара речи.

Затем, после длинной паузы, Настя спросила:

– Ты чего тут ковыряешься?

Ответ Оли был оригинальным:

– Да я это, стучусь к тебе сигаретку попросить, в общем.

Настя была не глухой девушкой и явно могла различить стук в дверь от звука ключа в замочной скважине. Испугавшись не на шутку, она поделилась этой новостью с одногруппницей в курилке. Это услышали местные стервы, которые мигом все доложили Ольге, и та, поняв, что отступать некуда, решила применить лучшую тактику – нападение, и закатила скандал.

Лично мне было все понятно: Настю гнобили все местные стервы, они старались всячески напакостить ей банально за то, что та красивее их.

И, видимо, Оля решила поднасрать окончательно. Дело в том, что некоторые ключи подходили к другим замкам. Это знали все, и она, вооружившись парой ключей от комнаты Кати и своих подруг, решила вскрыть Настино жилище, как раз, когда все были на занятиях, чтобы спиздить чего-нибудь полезное или ценное, но тупо попалась.

Но чтобы разобраться окончательно, нужна была помощь специалиста, и я привлек к этому делу разоблачителя пиздоболов – его величество Игару!

Он молча выслушал обе версии и, ничего не говоря, увел меня в сторону:

– Братан, вердикт один, и он железный. Оля – крыса, и это я могу сейчас доказать. Но ты пойми, она сестра Кати, и мы от такого расклада все перекусаемся, а это война до конца года, так что нужен план «Б».

Узнав о том, что стервы пытаются устроить самосуд над Настей, Игара заявил:

– Не допущу!

Точно так же рогами уперся и я. Мы оба понимали, что это чистый бабский беспредел, и допускать его было нельзя.

А в это время Оля скакала по коридору и визжала:

– Где эта сука?!

Я спустился на этаж девочек и увидел жутко довольную Катю, она шипела:

– Давай, давай! Въеби ей от души, а я тебя поддержу, ни одна сука вякнуть не посмеет.

Все эти слова Настя слышала из своей комнаты, и я даже боюсь представить, что ей пришлось пережить в этот момент. Они принялись ломиться в ее комнату, до начала расправы оставались секунды, когда в коридор вышли я и Игара.

Наше появление расшугало всех сучек по углам.

– Рассосались, суки!

И стервы, словно шакалы, разбежались по комнатам. Катя продолжала что-то кричать, и я заткнул ей пасть самым жестким образом:

– Ебло завали, дура! Куда толпой на одну бабу полезли? Пусть один на один разберутся!

Это мощное условие тут же осадило Олю. Она была готова забивать Настю толпой, но совершенно не была готова меряться с ней силой один на один. Повисло гробовое молчание.

Катя вновь заблажила:

– Хуле ты за нее впрягаешься, она тебе кто ваще? Я твоя девушка, хуле ты на ее стороне ваще?

Это был жесточайший напор и накал страстей. Настя побледнела.

В разборку вступил Игара:

– Катя! Какая разница, что он твой парень, вы сейчас беспредел устраиваете, и я его не допущу!

Пока Игара грамотно осаживал Катю, я схватил Настю за руку и потащил прочь из комнаты. В коридоре стояли испуганные жители соседних комнат:

– Разошлись нахуй отсюда!

Я затащил Настю на третий этаж в свою комнату и сказал:

– Сиди тут и не дергайся, мы тебя в обиду не дадим.

Затем, вернувшись, я обнаружил, что Игара заткнул всех своим базаром. На весь этаж стоял его бас, и ни одна сука не смела вякнуть слово против. Меня остановила испуганная девочка со словами:

– Мальчики, сделайте что-нибудь, нам страшно, успокойте этих сумасшедших. Мы же понимаем, что они это специально затеяли, не допустите расправы!

Я влетел в комнату и схватил Ольгу за руку:

– А ну пойдем со мной, вот щас все по понятиям будет.

Оля заблажила в сторону сестры:

– Катя, помоги-и-и-и!

Игара кинулся расталкивать зевак и придерживал Катю.

– Куда ты мою сестру потащил!

Игара понял мой расчет без слов и продолжил осаживать озверевших баб, а я затащил Ольгу в свою комнату и усадил ее напротив Насти.

– А вот теперь поговорим, как положено!

От былой наглости и смелости Ольги не осталось и следа. Без поддержки сестры она заглохла и не знала, что сказать, зато я знал.

– Ну что, расскажи, Оля, в чем косяк Насти?

Она что-то пыталась связать, типа:

– Она меня обвиняет в воровстве.

Но я поправил:

– Не обвиняет, а говорит, и не в воровстве, а в том, что ты в замочную скважину ключ пыталась вставить, верно?

И после моей поправки Оля совсем заглохла.

– Я не вскрывала, а так получилось просто, ключом стучала, понимаешь?

– Ну а раз так, какого хрена ты решила, что тебя обвиняют в воровстве? Таких слов со стороны Насти не звучало, ты на себя наговариваешь или сознаешься?

Оля поняла, что пудрить мозги некому, и согласилась с моим раскладом. Тягаться со мной – себе дороже.

Я обратился к Насте:

– У тебя претензии к ней имеются?

Настя помотала головой:

– Нет, не имеются.

– А раз такой расклад, тогда и разбираться нехуй. Я считаю, вы друг друга неправильно поняли, но мы эту проблему уже уладили, верно?

Оля качнула головой, Настя сидела, как парализованная от страха. Она не верила, что два парня только что спасли ее от неминуемой расправы отмороженных баб.

Я открыл дверь и отправил Олю на все четыре стороны, затем лично отвел Настю в комнату, опасаясь, что по пути какая-нибудь пизда кинется ей волосы драть. Но Игара уже разрулил это дьявольское сборище, в коридоре никого уже не было.

Настя виновато улыбалась и тихо говорила:

– Спасибо… Спасибо…

Я зашел в Гараж, где меня ждал Игара, и вдруг почувствовал, что по моим вискам текут капли пота.

– Это было трудно, но мы справились.

Игара улыбнулся и добавил:

– Согласись, с мужиками проще разборки наводить?

И на всю комнату раздался наш смех. Еще весь вечер мы обсуждали и анализировали этот инцидент, и тогда Игара мне поведал все в деталях, четко и строго обоснованно, как он раскусил Ольгу. Я сейчас уже не помню достоверно, какие аспекты Игара приводил, но в его правоте я был уверен на 100%. Он в очередной раз подтвердил свой статус разоблачителя пиздоболов.

Буквально на следующий день я встретил Сладкого, он был чем-то напуган.

– Братан, тут такое дело, помнишь, в том году малолетки приезжали на мопеде? Так вот, они, короче, опять быкуют, встретиться хотят.

Я сразу вспомнил, что год назад Сладкий проявил себя, как последний мудак. Вспомнил, как он прогнулся под школьника, и мы дали им уйти безнаказанно. Вспомнил, как предупреждал его, что эти ублюдки вновь вернутся, и у нас будут проблемы.

– Сладкий, я же тебе говорил! И че ты от меня сейчас хочешь?

Он опустил глаза и что-то промямлил:

– Ну, если что, нам нужно быть начеку…

– Кому нам-то? Ты эту кашу опять заварил, а мне предлагаешь ее разгребать? Как так получилось, ты мне объясни? Твоя Ирина уже с Илычем ошивается, а предъявы все равно тебе кидают?

Сладкий еще что-то пытался мне объяснить, но мне было плевать. Местные малолетние ублюдки повзрослели на год и почуяли безнаказанность. Знаменитый малолетний педрила по прозвищу Мыло и его крепкий дружок по прозвищу Клен вновь, по непонятным мне причинам, стали наезжать на Сладкого, и их визит был не за горами.

Вечером я зашел в тренажерный зал, чтобы отпиздить свой любимый боксерский мешок, и там я встретил уже знакомых вам персонажей – двух богатырей, Канаву и его друга детства Попа.

В ходе тренировок мы разговорились, после чего я пригласил их в общежитие попить чай. Но поскольку местным запрещалось находиться в общежитии, я договорился, что ребята постоят на первом этаже, а сам убежал за кружками.

Я притащил чай и печеньки, мы расположились при входе, и беседы пошли рекой. Болтали, кажется, обо всем на свете. В ходе разговора к нам присоединялись другие парни, и наша чайная посиделка приняла масштабный характер.

В ходе разговора я вспомнил про слова Сладкого и поинтересовался:

– Слушайте, парни, а вы знаете таких чуваков, как Мыло и Клен?

Поп улыбнулся и сказал:

– Конечно, знаем, они минувшей весной к нам обращались, просили, чтобы мы приехали с ними в ЦРИ на разборки, хотели тут кому-то пиздюлей дать. Но мы их послали нахуй, нужно быть конченым дебилом, чтобы избивать инвалидов.

Я не верил своим ушам и принялся расспрашивать детальней:

– А что за парни хоть? Серьезные, или так, апельсины?

Поп и Канава сообщили, что это двое местных чуханов, которые дохуя выебываются, и впряги за них никакой нет.

Я был безумно рад услышать такие слова. С тех пор Канава и Поп стали регулярно заскакивать на чай после тренировок, а я осознал, что, кажется, завел очень полезные знакомства. Но даже тогда не мог представить, насколько серьезные…

Глава 14. «Фешн из май профешн»

Учеба шла полным ходом, и в один из октябрьских дней 2008 года мне позвонили из дома с конкретным наездом:

– Сынок, ты когда паспорт менять собираешься? Еще чуток – и тебе полагается штраф! Так что давай, поднимай задницу, и при первой возможности езжай домой.

Я тут же прикинул примерную дату моей вынужденной поездки – где-то ближе к концу недели, а до этого времени мне как раз нужно было обновить свой гардероб, буквально прикупить пару вещей. Во время перемены я проболтался Игаре, что мне нужно на местный рынок заскочить, прикупить кроссовки и пару вещей на повседневный выход (это сегодня все в магазинах одеваются, а в то время рынок очень выручал). Эти слова невероятным образом услышала Катя, мать ее, сука, за ногу, и она тут же прикопалась ко мне:

– Дорогой, любимый мой, давай поедем на рынок вместе, тут как раз мать денег выслала для Ольги, заодно и ее приоденем чуток.

Я жутко не хотел брать этот семейный подряд с собой. Я прекрасно знал, как будет складываться ситуация: с меня просто будут выжимать деньги, а зная, как Катенька умеет закатывать истерики, я решил обрубить всю движуху на берегу.

– Катя, у меня лишних средств нет, и, в случае чего, не смогу финансово помочь твоей сестре, так что извиняйте.

Но, на мое удивление, Катя не сдавалась, она выступила с гениальным предложением:

– А давай мы просто поможем выбрать тебе вещи? Ну, типа, выступим в качестве стилистов, и подскажем, что на тебе лучше сидит.

Мне бы, дураку, отказаться, а я взял да кивнул головой. И вот после занятий мы оказались на местном вещевом рынке, и я принялся выбирать себе обувь.

Все начиналось в лучших традициях плохого индийского боевика – до нас докопались цыгане! Но не их мне надо было бояться, а этих двух колхозниц, что увязались за мной. Мы наткнулись на старого знакомого торгаша, который всегда делал нам большие скидки, и тут, сука, началось.

Торгашу главное что? Продать товар, и похуй, что покупатель после приобретения вещей станет выглядеть, как вокзальный ханыга. Катя и Оля кинулись выбирать мне обувь, и если я всегда старался брать более-менее трендовые вещи, то эти бабы стали толкать мне под нос вещи только черного цвета.

На любой мой упрек они отвечали:

– Ты че, в натуре, черный цвет, бля, для пацанов нормальных, ты же не педрила какой-нибудь, ты будь мужиком! Вот, погляди, какие хорошие кроссовки!

А рядом стоящая Ольга подсирала:

– Да-да-да! Ваще круто, у Витьки такие же, ваще крутые. Ну-ка, померяй скорее, давай-давай!

Я нацепил один кроссовок абсолютно черного цвета, и они хором закричали:

– О-о-о-о! Ваще как влитые на ноге сидят, и к лицу подходят!

Я повернулся к торгашу, а тот кричит протяжно, как ворона из мультфильма «Попугай Кеша»:

– Преле-е-естно! Преле-е-е-естно-о-о!

Ну ебать вас всех в сраку. Поглядел я на себя в зеркало, вроде кроссовки как кроссовки, но раз все тащатся от их вида, так уж и быть, беру! И Катя, сука, хватает коробку и давай складывать обувь. Затем я расплатился, но на этом приключения только начинались.

Торгаш спросил:

– А разве к такой красивой обуви не нужная верхняя одежда?

И Катя, не давая мне вставить слово, заорала:

– Да-да! Мы как раз ему на повседневку шмотки выбираем!

Торгаш раскинул руки в сторону и замычал:

– О-о-о! Дак вы по адресу, я предлагаю подобрать молодому человеку отличный спортивный костюм!

В моей голове мелькнуло – какой еще, нахуй, спортивный костюм? Но было поздно, эти суки вырядили меня в абсолютно черный костюм «Адидас»! Торгаш кричал:

– На повседневный выход самое оно!

И мы долго спорили о размере. В итоге я подошел к зеркалу. Ебаный стыд, я выглядел угрожающе и никак не мог сообразить, кого я себе напоминал, но внешне я выглядел, ебать, «четко». Видимо, массовое воздействие толпы повлияло на мое решение, потому что я согласился взять этот «набор красивого парня».

Эпический пиздец настал тем же вечером, когда мы с парнями отправились пить пиво. Я нацепил новые кроссовки, и всю дорогу у меня одна нога свободно болталась в ботинке, ну что за хуйня, господа? Наверное, шнурки плохо затянул. И только когда я, пьяный, топал обратно в галимой темноте, я сообразил, что кроссовок не родной!

В общежитии я принялся внимательно рассматривать кроссовок, ну что за хрень такая – вроде одинаковые, а сидят на ноге по-разному. И тут, сука, я смотрю на размер обуви: один кроссовок сорок первого размера, а второй сорок третьего. Ну ебаный ты стыд, теперь понятно, почему ботинок болтался. Удивительно, как он вообще не слетел с моей ноги, когда я пьяный шарахался по лесополосе.

Я сначала не понимал, как такое могло случиться, а потом вспомнил, что обувь в коробку складывала Катенька, диверсант хуев! Но при последующем допросе она все отрицала:

– Я не виноватая, хоть убей, это не моих рук дело!

На следующий день Катя, решив загладить вину, предложила постирать новый спортивный костюм, а то от него пахло синтетикой подпольных китайских цехов, ну а я, дурак, согласился. И пока я бегал менять кроссовки и объяснять торгашу, что это он напутал, Катя все выстирала в горячей воде.

Учебная неделя подходила к концу, и я решил свалить домой за новым паспортом в четверг. А в этот день как раз была физкультура, и я нацепил чистенький спортивный костюм. Я сразу почуял что-то неладное, уж больно рукава мне показались короткими, но Катя уверяла:

– Все нормально, сидит шикарно. Ты ваще четкий!

Я уже стоял на вокзале, когда мне позвонили родные и спросили:

– Ты фото на паспорт сделал? Учти, у нас единственный магазин срочного фото закрыли на ремонт, так что делай все заранее!

Я положил трубку и прикусил губу. С-су-у-ука-а-а!

Мало того, что до автобуса оставалось пятнадцать минут, так на мне был этот сраный спортивный костюм! Выбора не было, и я побежал фотографироваться на паспорт в спортивном, мать его, костюме! И, как назло, фотограф попался – мудачило последней стадии. У него тряслись руки, и он четыре раза меня сфотографировал криво – лицо было размыто, либо глаза были полузакрыты.

Я шипел от злости, а у него нихуя не получалось. В итоге, на хрен пойми какой попытке, я увидел более-менее адекватное лицо и крикнул:

– Вот! Его печатай!

Поздно вечером я зашел на порог родного дома, скинул куртку, и родные ахнули:

– Это что за гопник в дом приехал? Ты где купил это убожество? Ты себя в зеркало вообще видел? Да у тебя же рукава до локтей! Костюм явно не твоего размера, а эта обувь! Это что за калоши, и почему ты, как уголовник, во всем черном?

Я слушал упреки родных и проклинал Катеньку с ее блатными замашками. Это был чистой воды проигрыш, я выглядел, как убогое чмо! С точки зрения «Реальных пацанов», я был невзъебенно крут. И моя четкость зашкаливала – я сам себя боялся в зеркале, но, с точки зрения цивилизованных людей, меня в этом наряде ни в одно приличное заведение не пустят.

С чистой совестью заявляю, что это была самая неудачная покупка за всю мою жизнь! Этот проклятый семейный подряд поклонников шансона в лице Кати и Ольги вырядил меня по образу и подобию их славного отца, который был тот еще чудило.

Утром в пятницу я зашел в паспортный стол, отдал все документы, заполнил какие-то анкеты. И вот кто паспорт менял, должен помнить, что эта процедура достаточно длительная, пару дней минимум. Однако ко мне подошел человек и сказал: «Погуляй пятнадцать минут». Я вышел на улицу и увидел знакомого, мы разговорились, и он даже не успел выкурить сигарету, как вдруг человек вышел и сказал:

– Обратно зайди, быстро…

Спустя минуту я стоял с новым паспортом в руке, где красовалась моя идиотская фотография! Наверное, так быстро паспорт делали только президенту или спецагентам в шпионских фильмах. В моем случае все оказалось проще – помогли связи. Вот так порой знакомства могут сыграть вам на руку. Я, кстати, всегда считал и считаю, что в нашей жизни связи решают все.

А тем временем на мой телефон названивала любимая Катя:

– Ах, дорогой, представляешь, меня пригласили на день рождения, но я отказалась, потому что без любимого никуда не пойду, вот такая я у тебя хорошая, правда?

Я задумался и ответил:

– Правда… А мне для чего звонишь? Похвастаться, что ли?

И тут я понял, зачем Катенька позвонила.

– Ах, вот был бы ты рядом, пошли бы вместе. Но тебя нет, я буду одна в общаге сидеть. Пусть все веселятся, ничего страшного. Они будут веселиться на базе отдыха, а я в комнате у себя посижу. Что ж, так бывает, будет и на нашей улице праздник.

Я прекрасно понимал, для чего Катя разыгрывает этот спектакль. Она могла молча свалить на эту блядскую пьянку, но тогда наши отношения окончательно будут запущены, поэтому она решила давить на жалость, чтобы я сам ей предложил сходить на именины. Вот вам небольшой пример женской хитрости.

Выслушав ее нытье, я сказал:

– Ах, как жаль, что я далеко. Ну все, мне некогда, я пошел по делам, пока.

И отключил телефон. Боюсь представить, как колбасило и гнуло Катю от злости, я ведь специально шлангом прикинулся.

Но так просто сдаваться она не собиралась, и в течение дня мне позвонило +100500 девок с общаги, и все просили отпустить Катю побухать. Я всем отвечал:

– Я ее не держу, пусть идет.

Но Кате надо было, чтобы я лично ей позвонил и уговорил ее не сидеть в общаге, а пойти и развеяться. А хуй тебе, золотая рыбка!

Ближе к ночи эта пиздень мне позвонила пьяная и сказала:

– Ой, ты не поверишь, меня именинница силой затолкала в машину и увезла на базу отдыха. Тут все наши, и я, короче, уже бухаю, представляешь, как получилось.

Мне было глубоко на нее похуй, я понимал всю ее жалкую актерскую игру и просто сказал:

– Ясно, понятно, пока.

В воскресенье вечером я вернулся в общежитие и первым делом увидел испуганные глаза первокурсников.

– Че случилось, парни?

Оказалось, что в мое отсутствие начал лютовать Лущан. Он хорошо помнил, что за его спиной стоит психопат и наркоман Джерри. Этот факт привел к тому, что Лущан почуял безнаказанность. Он нашел какой-то надуманный повод и избил в умывалке несчастного Линзу, который, кстати, уже активно выхватывал пиздюлей от своих же одногруппников.