Читать книгу "Все произведения школьной программы в кратком изложении. 10 класс"

Вскоре за Ростовым «была записана длинная колонна цифр». Долохов же решил довести сумму «до сорока трёх тысяч. Число это было им выбрано потому, что… составляло сумму сложенных его годов с годами Сони».

Закончив игру, Долохов спрашивает: «Когда прикажете получить деньги, граф?» и добавляет: «Счастлив в любви, несчастлив в картах». Кузина твоя влюблена в тебя. Я знаю». Но Николай не намерен говорить о Соне. Он понимает, какой удар нанесёт родителям своим известием о проигрыше, понимает и то, что человек, которого он считал другом, играет с ним, «как кошка с мышью».

Глава XV. Приехав домой, Николай слышит чудесное пение Наташи и ловит себя на мысли, что в тяжёлых ситуациях можно по-прежнему оставаться счастливым. «Что ж это такое? – подумал Николай, услыхав её голос и широко раскрывая глаза. – Что с ней сделалось? Как она поёт нынче?» – подумал он. И вдруг весь мир для него сосредоточился в ожидании следующей ноты, следующей фразы… Эх, жизнь наша дурацкая!.. Все это, и несчастье, и деньги, и Долохов, и злоба, и честь, – все это вздор… а вот оно – настоящее…».

Глава XVI. Николай сообщает отцу о своем проигрыше и просит у него денег. Добрый отец обещает помочь сыну, хотя такие деньги ему трудно достать. Николай плачет и просит у него прощения.

Вбегает Наташа и говорит матери, что Денисов сделал ей предложение. Наташе жаль «милого» Денисова, но она не любит его. Графиня отказывает Денисову: «…моя дочь так молода, и я думала, что вы, как друг моего сына, обратитесь прежде ко мне. В таком случае вы не поставили бы меня в необходимость отказа».

На следующий день Ростов провожает друга, который уезжает из Москвы. Соня поддерживает Николая, но он чувствует себя недостойным её. Вскоре Николай выплачивает Долохову долг, а затем в конце ноября уезжает в полк, который находится в Польше.

ЧАСТЬ 2

Глава I. По пути в Петербург Пьер останавливается в Торжке. Он не замечает происходящего вокруг, не отвечает на вопросы, к нему обращённые. Он во власти своих дум: «Что дурно? Что хорошо? Что надо любить, что ненавидеть? Для чего жить, и что такое я? Что такое жизнь, что смерть? Какая сила управляет всем?» – спрашивал он себя. И не было ответа ни на один из этих вопросов, кроме одного, не логического ответа, вовсе не на эти вопросы. Ответ этот был: «Умрёшь – все кончится. Умрёшь, и всё узнаешь – или перестанешь спрашивать». Но и умереть было страшно».

Смотритель просит его потесниться и приводит в комнату проезжающего – это был «приземистый, ширококостый, желтый, морщинистый старик с седыми нависшими бровями над блестящими, неопределённого сероватого цвета глазами». Умный взгляд этого человека поразил Пьера, и ему захотелось заговорить с ним.

Глава II. Первым, однако, заговорил старик. Оказалось, что он знает Пьера и слышал о его проблемах: «Вы несчастливы, государь мой… Вы молоды, я стар. Я бы желал по мере моих сил помочь вам».

На пальце незнакомца Пьер видит перстень с изображением «адамовой головы» – знака масонства и на его вопрос, не масон ли он, старик отвечает, что принадлежит «к братству свободных каменщиков». Начинается важный для Пьера разговор с человеком, который окажется одним из известнейших масонов – Осипом Алексеевичем Баздеевым.

Пьер признаётся, что не верит в Бога, масон уверяет его в том, что, если бы Его не было, они бы не говорили о Нём: «Он есть, но понять его трудно… Он не постигается умом, а постигается жизнью». Пьер «с замиранием сердца» слушает масона и хочет и боится верить ему.

Баздеев предлагает Пьеру отказаться от прежней «распутной жизни», задуматься о существовании других людей («о десятках тысяч ваших рабов»), которым нужна помощь. Но Пьеру и самому нужна помощь, и он просит её у масона. Тот вручает ему записку к графу Вилларскому и советует посвятить себя уединению.

Глава III–IV. По приезде в Петербург Пьер живёт в уединении, читает книгу, которую кто-то ему привёз и начинает верить «в возможность братской и деятельной любви между людьми». Через неделю с предложением о вступлении в братство приезжает Виларский. Они едут в помещение ложи, где проходит обряд посвящения. Пьер исполняет все требования (отдаёт ценные вещи, снимает с себя фрак, жилет и левый сапог, отвечает на вопросы, слушает совет искать «блаженства не в страстях, а в своём сердце») и начинает ощущать «источник блаженства… радостию и умилением переполнявший его душу».

В комнату входят новые люди, среди которых Пьер замечает известных ему сановников, продолживших обряд. В какой-то момент приходят сомнения («Где я? Что я делаю? Не смеются ли надо мной? Не будет ли мне стыдно вспоминать это?»), но он видит серьёзные лица, и сомнения рассеиваются.

«Заседание было кончено, и по возвращении домой Пьеру казалось, что он приехал из какого-то дальнего путешествия, где он провел десятки лет, совершенно изменился и отстал от прежнего порядка и привычек жизни».

Глава V. К Пьеру приезжает князь Василий. Он начинает убеждать его в том, что Элен не виновата, старается уговорить его встретиться с ней и объясниться.

Пьер понимает, что нарушает масонский устав («буди ласков и приветлив»), но сдерживать себя не в силах: «…с бешенством в лице, которое напоминало его отца, не глядя в глаза собеседнику, он проговорил тихим шепотом:

– Князь, я вас не звал к себе, идите, пожалуйста, идите!»

Спустя неделю он отправляется в свои имения, оставив масонам «большие суммы на пожертвования» и получает от них рекомендательные письма к членам ордена в Одессе и Киеве.

Главы VI–VII. В конце 1806 года становится известно, что Наполеон уничтожил прусскую армию под Иеной и Ауерштетом. Наши войска вступают в Пруссию и начинают вторую войну против Наполеона. Борис Друбецкой по-прежнему занимается карьерой и ищет выгодных знакомств в обществе. Ему неприятны воспоминания о Наташе и семье Ростовых, с самого отъезда в армию он ни разу не был у них.

На одном из вечеров Анна Павловна Шерер «угощает» своих гостей Борисом, который прибыл в Петербург «курьером из прусской армии и в прусской армии находившийся адъютантом у очень важного лица». Он вызывает интерес у собравшихся, но «более всех внимания» к его рассказам «выказала Элен», которая приглашает его к себе.

Анна Павловна советует Борису не говорить с ней о её муже: «Ей слишком тяжело!»

На следующий день Борис приезжает в салон Элен на званый ужин и получает новое приглашение. «В этот свой приезд в Петербург Борис сделался близким человеком в доме графини Безуховой».

Глава VIII. Война продолжается и уже почти подступает к русским границам. Старый князь Николай Болконскийбыл назначенгосударем одним из восьми главнокомандующих русским ополчением. Он постоянно находится в разъездах.

Княжна Марья занимается воспитанием своего племянника Николеньки. Старик Болконский отдает в распоряжение сына большое имение Богучарово в 40 верстах от Лысых Гор, там он проводит большую часть времени. «Князь Андрей после Аустерлицкой кампании твёрдо решил никогда не служить более в военной службе».

26 февраля 1807 года старый князь Болконский уезжает в поездку по округу. Николенька болеет, лежит в жару. Князь Андрей заботливо ухаживает за сыном.

Глава IX. Князь Андрей получает письмо от своего знакомого дипломата Билибина, который рассказывает о проблемах на фронте. Читая письмо, Болконскийсердится на себя за то, что военные дела начинают его волновать.

Он идёт в детскую, видит спокойно спящего ребёнка и счастлив тем, «что кризис совершился и что он выздоровел». Николенька, княжна Марья, он сам – «они втроём были отделены от всего света… «Да, это одно, что осталось мне теперь», – сказал он со вздохом.

Глава X. Пьер Безухов едет в Киевскую губернию, где у него находится большинство имений. По его приказу в деревнях строятся школы и больницы для крестьян.

Весной 1807 года он объезжает свои имения. В Киеве сообщает управляющим о необходимости освобождения крестьян от крепостной зависимости, а женщин с детьми от работ, о недопустимости телесных наказаний и строительстве больниц, приютов и школ.

Он в восторге от результатов своей деятельности, «счастлив… выказываемой ему благодарностью, но стыдится, принимая её. Эта благодарность напоминала ему, насколько ещё больше он бы был в состоянии сделать для этих простых, добрых людей». Но на самом деле его крестьяне по-прежнему жили бедно и работали еще больше. Управляющие обманывали наивного Пьера, не имевшего «практической цепкости», и извлекали из преобразований, осуществляемых барином, выгоду для себя.

В большом городе «опять целые дни, недели, месяцы жизни Пьера проходили… между вечерами, обедами, завтраками, балами… как и в Петербурге. Вместо новой жизни, которую надеялся повести Пьер, он жил всё той же прежней жизнью, только в другой обстановке».

Глава XI. Возвращеясь из поездки, Пьер заезжает в Богучарово к Андрею Болконскому, которого не видел 2 года. Изменения, произошедшие с другом, он замечает сразу: «Слова былиласковы, улыбка была на губах и лице князя Андрея, но взгляд был потухший, мертвый…». Они говорили «о прошедшей жизни, о планах на будущее, о путешествии Пьера, о его занятиях, о войне и т. д.» Князь Андрей показывает свою усадьбу, за обедом заходит речь о женитьбе Пьера и её последствиях. И в связи с этим о добре и зле. Болконский высказывает свои новые взгляды: «Жить для себя, избегая только… двух зол (угрызения совести и болезни), вот вся моя мудрость теперь». Пьер, воодушевлённый идеями масонства, не согласен с другом.

По мере того, как Болконский рассуждал о взаимоотношениях помещиков и крестьян, «взгляд его оживлялся».

На вопрос о возможной службе в армии, он отвечает отрицательно, однако сообщает, что служит при отце, потому что тот «страшен своею привычкой к неограниченной власти и теперь этой властью, данной государем главнокомандующим над ополчением», и только он, Андрей, может в случае необходимости оказать на него влияние. И при этом он доказывает Пьеру, что делает это вовсе не из желания добра людям.

Глава XII. Вечером Андрей и Пьер возвращаются в Лысые Горы. Андрей показывает поля и рассказывает о своих хозяйственных усовершенствованиях.

В свою очередь Пьер думает о том, как «просветить и поднять» князя Андрея. Он не может согласиться с мыслями друга о назначении человека и начинает говорить о масонстве, которое есть «учение равенства, братства и любви»: «…усвойте себе наши основные убеждения, вступите в наше братство, дайте нам себя, позвольте руководить собой, и вы сейчас почувствуете себя, как и я почувствовал, частью этой огромной, невидимой цепи, которой начало скрывается в небесах».

Они подъехали к реке, вошли на паром и продолжили разговор о Боге, о будущей жизни. «Надо жить, надо любить, надо верить», – убеждает Пьер друга. «Князь Андрей стоял, облокотившись на перила парома, и, слушая Пьера, не спуская глаз, смотрел на красный отблеск солнца по синеющему разливу.

– Да, коли бы это так было!» – ответил он на восторженную речь Пьера.

Он впервые после Аустерлица взглянул на небо, и «что-то давно заснувшее, что-то лучшее, что было в нём, вдруг радостно и молодо проснулось в его душе».

С этого момента для него «началась хотя во внешности и та же самая, но во внутреннем мире его новая жизнь».

Глава XIII. Когда они приехали в Лысые горы и вошли к сестре князя Андрея, сидевшей «с своими Божьими людьми», как и предполагал князь Андрей, она «сконфузилась и покраснела пятнами». Княжна Марья обрадовалась Пьеру, которого «знала ребенком». «Она смотрела на него своими прекрасными, лучистыми глазами и, казалось, говорила: «Я вас очень люблю, но, пожалуйста, не смейтесь над моими».

Глава XIV. Разговорпродолжается в гостиной и за ужином: княжна рассказывает Пьеру о здоровье брата, последствиях ранения, радуется, что его приезд подействовал на Андрея положительно. Вернувшийся из поездки старый князь также очень рад другу сына, вступает с ним в спор о будущей войне, в возможность которой не верит Пьер.

Все домашние, даже годовалый Николенька, улыбались Пьеру. Все видели в нём только хорошее. Сам он в этот приезд в Лысые Горы «оценил всю силу и прелесть своей дружбы с князем Андреем».

Глава XV. Возвратившись в свой полк, «Ростов испытывал такое же чувство, как когда его обнимала мать, отец и сестры, и слезы радости, подступившие ему к горлу, помешали ему говорить. Полк был тоже дом, и дом неизменно милый и дорогой, как и дом родительский».

Ему не было никакого дела до того, что не касалось дел полка. Здесь всё было «ясно и отчетливо определено и приказано…». Он решил, что будет брать у родителей не десять, а только две тысячи в год, остальное пойдёт на уплату долга Долохову.

Положение Павлоградского полка было очень сложным: люди умирали от голода и болезней, у многих опухали руки, ноги и лица. Причиной этого медики считали «употреблении корня», который солдаты выкапывали из земли и ели, потому что не хватало еды. Между тем служба продолжалась, как всегда.

Ростов по-прежнему был дружен с Денисовым.

Глава XVI. Чтобы спасти солдат от голода, Денисов перехватывает транспорт с едой, которая предназначается для пехоты. Наконец-то «солдатам раздали сухарей вволю, поделились даже с другими эскадронами». Полковой командир советует Денисову поехать в штаб и объясниться, и там узнаёт, что его намереваются «судить за разбой». Дело передают «по команде», а когда он приходит к «комиссионеру», то видит Телянина, которого обвиняет в том, что тот морит полк голодом, и с которым вступает в драку: «Я бы убил его, кабы не отняли». В штабе открыли дело, и Денисову грозит суд. Однако вскоре во время рекогносцировки он получает ранение в ногу и оказывается в госпитале, что спасает его от наказания.

Глава XVII. В июне 1807 года происходит Фридландское сражение, в котором Павлоградский полк не участвовал. Во время перемирия Ростов направляется в госпиталь проведать Денисова. «Как только Ростов вошёл в двери дома, его обхватил запах гниющего тела и больницы». От тифа здесь умирают не только раненые, но и доктора. Ростов не слушает совета и идёт в солдатские палаты, где видит лежащих на полу людей, понимает, что санитары не успевают выносить умерших, и они остаются тут же: «Нет, тут ничего не сделаешь, – думает Николай».

«…опустив глаза и сжавшись… он вышел из комнаты».

Глава XVIII. В офицерской палате Ростов встречает капитана Тушина, которому ампутировали руку. Тушин провожает Ростова к Денисову. «Прошло шесть недель, как он был ранен. Но рана его не заживала». Николай заметил, что друг не рад его визиту, не расспрашивает о жизни в полку.

Денисов обеспокоен судебными тяжбами, но не хочет признавать свою неправоту: он собирается доказать, что обнаружил казнокрадство и отказывается писать прошение о помиловании. После уговоров Тушина и других офицеров вечером он всё же передает Ростову письмо к государю: «Видно, плетью обуха не перешибешь…».

Глава XIX.Вернувшись в полк и сообщив командиру о деле Денисова, Ростов едет к государю с просьбой о помиловании.

13 июня Александр I и Наполеон съезжаются в Тильзите, где находится Борис Друбецкой, получивший место в свите императора. Он живёт с другим адъютантом государя польским графом Жилинским, который в день приезда Ростова устраивал ужин для знакомых французских офицеров. Николай, считавший Наполеона преступником и доказывавший, что с французами не может быть мира, увидев гостей Друбецкого и его «неудовольствие», чувствует себя лишним. Рассказав о деле Денисова, Ростов просит передать письмо с просьбой о помиловании.

Однако Борис считает, что обращаться к «его величеству» не стоит, надо «прямо просить корпусного командира», обещает подумать и возвращается к своим товарищам праздновать перемирие.

Глава XX. 27 июня были подписаны первые условия мира, и императоры обменялись орденами. На следующий день, бродя по городу, Ростов думал: «Борис не хочет помочь мне, да и я не хочу обращаться к нему. Это дело решенное… между нами всё кончено, но я не уеду отсюда, не сделав все, что могу, для Денисова и, главное, не передав письма государю…».

У дома, в котором остановился Александр, он встретил бывшего начальника дивизии, в которой служил, и попросил заступиться за Денисова.

Вскоре он увидел Александра, «и чувство восторга и любви к государю с прежнею силою воскресло в душе Ростова». Увидев, как генерал долго разговаривал с императором, и услышав: «Не могу, генерал, и потому не могу, что закон сильнее меня…» – Ростов, не помня себя от восторга, с толпою побежал за ним».

Он по-прежнему счастлив видеть государя.

Глава XXI. Николай Ростов становится свидетелем встречи двух императоров. Его поражает, чтоони общаются как равные. Наполеон изъявляет желание наградить самого храброго русского воина. Командир батальона называет фамилию Лазарева. «Маленькая белая рука с орденом дотронулась до пуговицы солдата Лазарева. Как будто Наполеон знал, что для того, чтобы навсегда этот солдат был счастлив, награждён и отличен от всех в мире, нужно было только, чтоб его, Наполеонова, рука удостоила дотронуться до груди солдата. Наполеон только приложил крест к груди Лазарева… как будто он знал, что крест должен прилипнуть к груди Лазарева. Крест действительно прилип, потому что и русские и французские услужливые руки, мгновенно подхватив крест, прицепили его к мундиру…».

На площади за накрытыми столами начинается банкет преображенцев. Ростов издалека смотрел на пирующих и «в уме его происходила мучительная работа, которую он никак не мог довести до конца…

– Для чего же оторванные руки, ноги, убитые люди?» – и думая так, он пугался своих мыслей.

Вместе с тем, когда он слышит военных, не довольных заключением мира, с горячностью кричит: «…Угодно государю императору признать Бонапарте императором и заключить с ним союз – значит так надо… Наше дело исполнять свой долг, рубиться и не думать, вот и всё».

ЧАСТЬ 3

Глава I. Наполеон и Александр объединяются в войне против Австрии– недавнего союзника России. «Жизнь между тем, настоящая жизнь людей с своими существенными интересами здоровья, болезни, труда, отдыха, с своими интересами мысли, науки, поэзии, музыки, любви, дружбы, ненависти, страстей шла, как и всегда, независимо и вне политической близости или вражды с Наполеоном Бонапарте и вне всех возможных преобразований». Андрей Болконский два года безвыездно живёт в деревне. Благодаря «практической цепкости», он успешно провёл реформы» – «одно именье его в триста душ крестьян было перечислено в вольные хлебопашцы (это был один из первых примеров в России)», в других барщина заменена оброком. Он следит за происходящими в стране и мире событиями, читает много книги, анализирует неудачи в «несчастных кампаниях», составляет «проект об изменении наших военных уставов и постановлений».

Весной 1809 года князь Андрей едет по опекунским делам сына в рязанские имения. По дороге он видит большой дуб «с обломанными, давно, видно, суками и с обломанной корой, заросшей старыми болячками. С огромными своими неуклюже, несимметрично растопыренными корявыми руками и пальцами, он старым, сердитым и презрительным уродом стоял между улыбающимися берёзами. Только он один не хотел подчиняться обаянию весны и не хотел видеть ни весны, ни солнца».

При виде этого дуба князь Андрей погружается в грустные мысли: «Да, он прав, тысячу раз прав этот дуб, – думал князь Андрей, – пускай другие, молодые, вновь поддаются на этот обман, а мы знаем жизнь, – наша жизнь кончена!»

Глава II. Болконскому необходимо заехать к уездному предводителю дворянства графу Илье Андреевичу Ростову, который живёт в Отрадном.

Подъезжая к дому, он видит «толпу девушек», среди которых выделяется смеющаяся «черноглазая девушка в жёлтом ситцевом платье, повязанная белым носовым платком, из-под которого выбивались пряди расчесавшихся волос».

«О чём она думает? И чем она счастлива?» – невольно с любопытством спрашивал себя князь Андрей».

Вечером, оставшись один, он стоит у окна, смотрит на небо и слышит разговор:

– Только ещё один раз, – сказал сверху женский голос, который сейчас узнал князь Андрей. – Да когда же ты спать будешь? – отвечал другой голос…

– Ты спи, а я не могу…

– Ну, как можно спать! Да ты посмотри, что за прелесть! Ах, какая прелесть! Да проснись же, Соня, – сказала она почти со слезами в голосе. – Ведь эдакой прелестной ночи никогда, никогда не бывало.

«И дела нет до моего существования!» – подумал князь Андрей, но в то же время в душе его появляются новые мысли и надежды.

Глава III. Возвращаясь на следующий день домой, князь Андрей вновь видит дуб и не узнаёт его: «Старый дуб, весь преображённый, раскинувшись шатром сочной, тёмной зелени, млел, чуть колыхаясь в лучах вечернего солнца. Ни корявых пальцев, ни болячек, ни старого горя и недоверия – ничего не было видно…».

Он понимает, что жизнь не кончена в 31 год, и решает осенью ехать в Петербург, чтобы «принять деятельное участие в жизни».

Глава IV–VI. В августе 1809 годакнязь Андрей приезжает в Петербург, чтобы передать свой проект военного устава императору, однакопроект попадает к военному министру Аракчееву, который сообщает Болконскому о том, что он направлен в комитет по воинскому уставу, а сам князь назначен его членом, «только без жалованья».

В ожидании зачисления в комитет Болконский возобновляет старые знакомства, посещает вечер у графа Кочубея, где знакомится со Сперанским, в ведении которого оказываются все гражданские дела государства. Сперанского интересуют проведённые князем Андреем преобразования, и он желает «подробно побеседовать» об этом. Князь Андрей получает приглашение «пожаловать» к Сперанскому «в среду».

Глава VII. Пьер Безухов активно занимается делами масонства и невольно становится во главепетербургского ордена. Несмотря на активные занятия делами, он всё большеразочаровывался братьях-масонах, которых в свете знал «как слабых и ничтожных людей»: «Из-под масонских фартуков и знаков он видел на них мундиры и кресты, которых они добивались в жизни».

В конце 1808 года Пьер едет за границу, чтобы посвятить себя в высшие тайны ордена. По возвращении в Петербург он знакомит братьев со своими идеями: «всеми силами преследовать порок и глупость и покровительствовать таланты и добродетель». Однако ни речь Пьера, ни его программа не были приняты масонами.

Главы VIII–X. Три дня Пьер проводит в одиночестве. В это времяон получает письмо от жены, которая просит его о встрече, сообщает «о желании посвятить ему всю свою жизнь». Одновременно его посещает один из братьев и внушает мысль о прощении кающихся; мать Элен умоляет приехать для переговоров. «Не отвечая ничего ни жене, ни теще, Пьер… уехал в Москву, чтобы повидаться» с Иосифом Алексеевичем Баздеевым. О своём визите к учителю и разговоре с ним он пишет в дневнике.

Старик посоветовал Пьеру заняться самосовершенствованием, а также как и положено масону и вести дневник поступков. Перечитав письма Баздеева и вспомнив разговоры с ним, Пьер решил, что «не должен отказывать просящему», то есть Элен, однако, по его словам, «соединение с нею» будет «иметь одну духовную цель».

Элен Безухова, несмотря на свою глупость и пустоту, блистает в высшем обществе: «У ней бывали господа французского посольства и большое количество людей, известных своим умом и любезностью». Пьер же «на этих вечерах испытывал чувство, подобное тому, которое должен испытывать фокусник, ожидая всякий раз, что вот-вот обман его откроется». В глазах света он был умным чудаком, мужем красивой жены. Вместе с тем «в душе… Пьера происходила… сложная и трудная работа внутреннего развития, открывшая ему многое и приведшая его ко многим духовным сомнениям и радостям».

В одной из дневниковых записей он рассказывает о принятии в масоны Бориса Друбецкого, ставшего частым гостем в доме Безуховых; о встрече с Долоховым и о том, что его гнев не прошёл; пересказывает свои сны, в которых беседует с Баздеевым.

Глава XI. Семья Ростовых живёт в деревне уже два года, но их финансовое положение не улучшается. Управляющий Митенька плохо ведёт дела и увеличивает долги. Граф Ростов едет в Петербург, чтобы «искать место» службы, и берет с собой дочерей – Наташу, Веру и Соню.

Дом Ростовых посещают Пьер, Борис Друбецкой, Берг, который вскоре делает предложение Вере, потому что любит её «за рассудительный характер». До свадьбы оставалась неделя, а старый граф не знал, какое состояние он даст за дочерью. Вопрос Берга о приданом смутил его, и он постарался успокоить жениха, однако тот хотел, чтобы ему ответили конкретно: «…ежели он не будет знать верно, что будет дано за Верой, и не получит вперед хотя части того, что назначено ей, то он принужден будет отказаться». Граф Ростов обещает дать за Верой приданое в 20 тысяч рублей наличными и 80 тысяч векселем.

Главы XII–XIII. Шёл 1809 год. Наташе исполнилось 16 лет. Четыре года она не видела Бориса Друбецкого, о своём поцелуе вспоминала как о ребячестве. Приехав в гости к Ростовым, Борис видит похорошевшую Наташу, и в нём вспыхивает прежнее романтическое чувство. Однако расчётливый молодой человек хочет жениться на богатой девушке, поэтому Наташа, не имеющая состояния, не подходит ему. И всё-таки он реже стал ездить к Элен и больше времени проводить у Ростовых.

Однажды во время ночного посещения матери Наташа заговорила о Борисе. Графиня советует ей прекратить общение с ним: «Это не годится, душа моя. Не все поймут вашу детскую связь, а видеть его таким близким с тобой может повредить тебе в глазах других молодых людей, которые к нам ездят, и, главное, напрасно мучает его. Он, может быть, нашел себе партию по себе, богатую; а теперь он с ума сходит». Но Наташа не хочет понимать мать: «Ну, не выйду замуж, так пускай ездит, коли ему весело и мне весело».

Оценка, которую даёт Наташа Борису, говорит о том, что её чувство к нему – не любовь: «…очень мил, очень, очень мил! Только не совсем в моем вкусе – он узкий такой, как часы столовые… Вы не понимаете?.. Узкий, знаете, серый, светлый…». Она сравнивает Бориса с Пьером, которого воспринимает не только как «славного» человека, но яркого: «он темно-синий с красным…».

После разговора графини с Борисом он стал бывать у Ростовых реже.

Главы XIV–XVII. 31 декабря 1809 г. Дворянство съезжается на бал у Екатерининского вельможи в Петербурге. «Наташа ехала на первый большой бал в своей жизни. Она в этот день встала в восемь часов утра и целый день находилась в лихорадочной тревоге и деятельности. Все силы её с самого утра были устремлены на то, чтоб они все: она, мама, Соня – были одеты как нельзя лучше. Соня и графиня поручились вполне ей». Она не успевала подумать о себе, и «только тогда… вспомнила, как ей надо было себя держать… и постаралась принять ту величественную манеру, которую она считала необходимой для девушки на бале», когда шла по освещённой лестнице.

Они с Соней были одеты одинаково, «но невольно хозяйка остановила дольше свой взгляд на тоненькой Наташе». Ростовым называют гостей, среди которых Элен Безухова, Анатоль Курагин, Борис Друбецкой и Пьер:

«Наташа с радостью смотрела на знакомое лицо Пьера, этого шута горохового, как называла его Перонская, и знала, что Пьер их, и в особенности её, отыскивал в толпе. Пьер обещал ей быть на бале и представить кавалеров».

Он остановился возле Андрея Болконского, «который показался Наташе очень помолодевшим, повеселевшим и похорошевшим».

В бальную залу входит государь Александр I. Начинается первый танец. Красавица Элен Безухова танцует с адъютантом императора. В отличие от Наташи у большинства дам были кавалеры: «Неужели так никто не подойдет ко мне, неужели я не буду танцевать между первыми, неужели меня не заметят все эти мужчины, которые теперь, кажется, и не видят меня…», – думала она.

По просьбе Пьера Андрей Болконский приглашает Наташу танцевать.

«Давно я ждала тебя», – как будто сказала эта испуганная и счастливая девочка своей просиявшей из-за готовых слез улыбкой, поднимая свою руку на плечо князя Андрея…».

Он «выбрал Наташу, потому что на неё указал ему Пьер и потому, что она первая из хорошеньких женщин попала ему на глаза; но едва он обнял этот тонкий, подвижный, трепещущий стан и она зашевелилась так близко от него и улыбнулась так близко от него, вино её прелести ударило ему в голову: он почувствовал себя ожившим и помолодевшим, когда, переводя дыханье и оставив её, остановился и стал глядеть на танцующих».

После этого Наташа танцует с Борисом Друбецким, с другими молодыми людьми и опять с князем Андреем.

Когда ей нужно было выбрать для фируг танца двух дам, он загадал: «Ежели она подойдет прежде к своей кузине, а потом к другой даме, то она будет моей женой…» Она подошла прежде к кузине». Старый граф приглашает Болконского нанести им визит.

Несмотря на то, что, казалось, Наташа была поглощена своим успехом, она заметила «мрачное, несчастное лицо» Пьера, и ей захотелось ему помочь.

«На глаза Наташи, все бывшие на бале были одинаково добрые, милые, прекрасные люди, любящие друг друга: никто не мог обидеть друг друга, и потому все должны были быть счастливы».

Глава XVIII. На следующий день к Болконскому приезжает «страстный поклонник новых идей Сперанского» Бицкий. Его рассказ о Государственном совете, открытия которого ждал князь Андрей, теперь показался ему «более чем ничтожным».

В этот день он впервые обедает у Сперанского в кругу его друзей и понимает: «Всё, что прежде таинственно и привлекательно представлялось ему в Сперанском, вдруг стало ему ясно и непривлекательно», а то, как он «приласкал дочь своей белой рукой и поцеловал ее» – показалось и вовсе неестественным.

Вернувшись домой, Болконский вспомнил свою петербургскую жизнь за эти четыре месяца – свои хлопоты, искательства, историю своего проекта военного устава, вспомнил о заседаниях комитета, и ему стало совестно за себя. Он представил себе Богучарово, своих крестьян, Дрона-старосту, «и, приложив к ним права лиц, которые он распределял по параграфам, ему стало удивительно, как он мог так долго заниматься такой праздной работой».

Глава XIX. На следующий день князь Андрей едет к Ростовым. «Наташа и все семейство… приняли его как старого друга, просто и радушно». Ему показалось, что это прекрасные, простые и добрые люди, которые, однако, не понимают Наташу. Но и в ней он чувствовал «присутствие совершенно чуждого для него, особенного мира», хотя этот мир и манил его.

Он слушает пение Наташи и начинает ощущать счастье: «Ему решительно не о чем было плакать, но он готов был плакать. О чём? О прежней любви? О маленькой княгине? О своих разочарованиях?.. О своих надеждах на будущее? Да и нет. Главное, о чем ему хотелось плакать, была вдруг живо сознанная им страшная противоположность между чем-то бесконечно великим и неопределимым, бывшим в нём, и чём-то узким и телесным, чем был он сам и даже была она. Эта противоположность томила и радовала его во время ее пения». Дома он начинает строить счастливые планы – заняться воспитанием о сына, найти ему воспитателя, выйти в отставку и ехать за границу. «Надо жить и быть счастливым», – думал он, вспоминая слова Пьера на пароме.