Текст книги "I am enough. Просто. Ешьте. Еду."
![](/books_files/covers/thumbs_240/i-am-enough-prosto-eshteedu-141783.jpg)
Автор книги: Анастасия Чекмарева
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
*
Один случай меня ошеломляет по сей день, потому что я смотрю на него другими глазами. Андрей снова предложил провести выходные вместе. Опять мы договорились, что он повезёт баулы с моей едой. Я всё собрала, отмерила, взвесила, мы собрались и пошли в метро. Едем, болтаем. Потом я достаю телефон и понимаю, что он – не мой. У нас с отцом на тот момент были одинаковые модели, только у моего телефона корпус был чёрный, а у его – тёмно-синий, поэтому я не заметила разницы и схватила папин.
Я вытаскиваю телефон из кармана, сначала не понимаю, потом смеюсь: «Ахахах, телефоны перепутали!» Затем мне как ударит в голову: «В твоём телефоне остался счётчик калорий, там написано, что и в какой приём есть, что теперь делать??» Я понимала, что если мне не увидеть, сколько, чего и когда съесть, то я буду голодать и не возьму ни крошки еды в рот. Передо мной дома на столе лежала куча взвешенных продуктов, но мне их нельзя есть без счётчика: какую еду мне нужно есть в определённое время?
У меня была огромная паника. Я чувствовала беспомощность. Набираю отцу. Говорю, что мы перепутали телефоны, и прошу его сделать фото экрана (скриншот) в моём приложении. Он не понимает, как это. Я начала его учить. Вроде он понял. Заскринил, выслал по электронной почте (!). Когда я увидела изображения, у меня будто упала гора с плеч: «Я смогу поесть в эти выходные!» Тревога отступила.
Без приложения я была похожа на грудничка, который не в состоянии питаться самостоятельно: я не умела есть в прямом смысле. Я полностью положилась на программу, причём я не думала, что это плохо. «Правильное питание требует подобного поведения!» – считала я.
*
Жизнь шла своим чередом, я училась в ВУЗе (причём училась с перфекционистским настроением: «Либо получаешь 5 баллов, либо ты самая тупая») и всегда думала о еде. Мысли о ней пронизывали абсолютно все события, которые происходили со мной. Мои приёмы пищи должны были быть ровно в то время, которое я себе установила: «Хочешь есть в 13:05, а обед в 14:00? Плевать, сиди и жди голодная».
Если какое-либо мероприятие «портило» мне расписание приёма пищи, я очень злилась на весь мир.
В 2012 году у меня был режим «есть 4 раза в день, но очень сытно». Завтрак – пачка хлебцев и мёд. Перекус – такой же. Обед – гречка и 1 куриная котлета на пару. Ужин – фрукты и пачка творога 0% жирности. Так я ела, абсолютно ничего не меняя, больше года. Каждый день. Я считала эту еду безопасной, поэтому, съедая её, я не чувствовала тревоги. Как-то я собиралась на две пары в универе и решила съесть 2 приёма пищи подряд: перекус и обед. Зато с собой ничего не брать.
Когда я пришла в ВУЗ, оказалось, что пар не будет. Все одногруппники с радостью побежали к метро, зато я была расстроена тем, что я зря съела сразу «две еды». Я писала Андрею: «Я могла и не есть так много, если бы знала! Что мне сейчас дома делать?? Я же привыкла приходить домой и снова есть! А тут я приду не к ужину, а часа на 3—4 раньше! Это же надо, две пары отменили! Бесит!»
Меня. Больше. Ничего. Не. Волновало. Либо я ем, либо я жду, когда буду есть.
Психолог: период Страшного Голода может пугать, что вы находитесь примерно в том же состоянии: либо едите, либо ждёте, когда будете есть. Это логично и нормально. Что происходило «до»? Организм хотел еды, но не получал её. Что происходит сейчас? Он её получает. Конечно, он продолжает её требовать – ему нужно покрыть дефицит, но это временно.
Я начала замечать, что немного потеряла в весе – это видит и Андрей: «Насть, по-моему, ты похудела…» «Ой, да нет, что ты! – говорила я, – тебе кажется, я ем хорошо!» На самом деле я подумала: «Офигеть! Я похудела! Вот это да! Отлично! Мне всего лишь нужно было узнать о КБЖУ».
2013 год прошёл однообразно, в моей жизни ничего не происходило, я была роботом в человеческом обличии. Я училась, ела по режиму и тренировалась – это основной набор моих действий, который я запомнила. Мне кажется, я не жила в 2013-м, я пропустила его, пока «спала».
Я не чувствовала эмоций. Меня не существовало, как живого человека.
2014
Апрель 2014. Я замечаю страницу одной девушки о правильном питании. Я решила, что тоже заведу такую и буду рассказывать людям о том, как это чудесно. Я просто горела этой идеей, я ещё никогда не хотела так сильно что-то сделать. «Я же уже стооолько знаю о правильном питании, да я научу этому всех лучше, чем кто-либо! Я же с 2011 в этом всём, уже как 3 года!»
Новый виток. Я завожу страницу @pp_vsegda (за несколько лет её существования она успела побыть @pp_ne_vsegda, а затем превратилась в @_i_am_enough_). Андрей, как узнал, что я написала в шапке профиля, полдня ухохатывался. Потом он сообщил это моему отцу – папа тоже смеялся. Сейчас и мне это очень смешно, но тогда я обижалась и не понимала, что я сделала не так. В шапке я написала примерно это: «Аккаунт закоренелой ПП-шки! ПП с 2011 года, учимся есть правильно! Присоединяйтесь!»
*
Орторексия ужесточается, но, с другой стороны, я вдруг понимаю, что, если я приготовлю какое-либо «запретное» блюдо, но «правильным» путём, то мне это можно будет съесть.
Когда я приходила в магазины с огромными полками фруктов и овощей, я себе говорила: «Я же столько могу съесть! Целые полки растительной еды, которую мне можно! Полки с молочкой до 2% – можно! Полка с хлебцами – можно! Полка с мёдом – можно! Но дома, когда кто-то ел «нельзя-еду» в моей душе переворачивался огромный тяжёлый булыжник.
Наступает период, когда я пытаюсь извернуться. Я готовлю «пэпэ-шарлотку», в которой тесто из отрубей и яйца, публикую фото в «Instagram», подписываю: «Ну, наконец-то! Испекла „шарлотку“, которую мне можно!» С каким же счастьем я её ела! Я готовила «пэпэ-торты»: намазывала на круглые хлебцы творог с сахзамом и порошком какао, потом оставляла пропитываться на ночь в холодильнике, и затем с утра я восхищалась, что «я на ПП, но могу есть торты; они прямо как вредный бисквит на вкус!»
Сейчас меня очень смешит фраза «Я сижу на ПП». Сижу.
Психологически мне было значительно легче, чем в 2011—2013 годах. Я успокоила себя, что любое «вредное» можно превратить в «полезное», «всего лишь приготовив его из других продуктов». К тому же я продолжала есть на 2ХХХ ккл и ела даже не до сытости – я объедалась таким количеством еды. Я доедала каждый приём пищи до конца в любом случае: «Это же всё полезно, так положено по счётчику, значит, надо съесть».
На начальных стадиях ОРПП я начиталась всяких «правильных» рецептов и скупила все виды муки в супермаркете. У меня была и нутовая, и овсяная, и рисовая, разные: прямо целая полка упаковок с мукой. Я так воодушевлённо пекла с ними «пэпэ-печенье» и прочие «прекрасные» вещи. Когда ОРПП усугубилось (я подумала, что мне муку всё-таки не есть есть), то я перестала всё это печь, а мука стояла до тех времён, пока в ней не завелись насекомые. В каждой пачке было израсходовано от силы 20—30 грамм. Практичность – мой конёк.
*
Помню, Андрей заходит за мной гулять, было лето, а я сижу перед своим обедом – горой «правильной» еды – уже еле впихиваю, но ем до последнего. Он говорит: «Ну, пойдём уже, Насть, доешь потом, ты же наелась». Я: «Андрей, подожди ты 5 минут, мне-то тут осталось!»
Однажды мы с Андреем пошли в парк. Мы решили просто прогуляться, посидеть на траве, подышать свежим воздухом. Естественно, я не могла пойти гулять просто так. Мне нужно было собрать правильный перекус. Сначала я запекла баклажан в духовке, красиво его сфотографировала, потом я порезала овощ на куски и накидала в контейнер. «Ну а что? Сфотографировала, опубликую фото в 17:00, зачем мне теперь эта баклажанная красота нужна?»
Мы пришли в парк, ходили по аллеям. Потом я говорю Андрею, что хочу посидеть. Мы уселись на траву. Я смотрю на время: «О, пора есть перекус!» Сначала я, конечно же, опубликовала пост в «Instagram» про свой баклажан и как его готовить, а потом открыла контейнер.
Я бы не стала это сейчас есть! Какие-то скрюченные холодные куски, в которых толком ничего нет, кроме специй и чеснока. Причём я даже в тот момент голода не чувствовала, но «раз надо есть в 5 часов, значит, надо есть в 5 часов!» Кроме баклажана я взяла ещё пару круглых хлебцев со вкусом пенопласта.
Андрей всегда на меня просто молча смотрел, когда у меня был ритуал «правильного приёма пищи». Смысла ко мне лезть и что-то доказывать не существовало (только если ты хочешь жутко поссориться). Баклажан был для меня невкусным, он вовсе у меня вышел каким-то полусырым, но я сидела и давилась своим пэпэ-блюдом, потому что план, чёрт возьми!
Я не была довольна тем, что я ела в тот момент. Я молча соблюдала «правила игры» и терпела. «Так все делают, кто хочет иметь отличную фигуру, не за чем страдать, баклажан – это полезно и вкусно!» Я заставляла себя верить в приятный вкус тех продуктов, которые мне не нравились.
*
Позже в «Instagram» меня неожиданно заметила девушка, от которой я и заразилась идеей «правильно» есть. Я была в шоке. Я так всегда мечтала с ней познакомиться, узнать её, но я не знала, как: я же один человек из её тысяч подписчиков, как она меня увидит? Тут я сама завела профиль о еде, и эта девушка сама же меня и нашла. Я находилась в состоянии эйфории.
Она упомянула меня в своём профиле, когда писала о каком-то ПП-блюде. Тогда ещё не знали, что такое взаимопиар: она сделала это просто так. За один день ко мне пришла тысяча человек. Дальше уже без её участия люди шли отовсюду: «Мне вас посоветовали, я увидела вас в „Рекомендованных“, я нашла вас по тегу» и прочее.
Я практически сразу же словила «звёздную болезнь» и считала, что я нахожусь «выше» остальных. «Я столько знаю о питании и тренировках, что, зря на меня столько людей подписались? Все меня спрашивают, сколько калорий надо есть, как жарить омлет без масла, как я накачала такой пресс, да я лучшая!» Я задирала нос к небу и никого не замечала. Я нехотя отвечала на вопросы в комментариях, считая, что «можно было бы это и знать, это же так очевидно!»
Я возомнила из себя всезнающего пэпэшника. Как-то я оказалась на странице худеющей девушки. Я помню, как она каждое утро выкладывала фото, где значились круглые хлебцы, на них был то ли творог, то ли йогурт, кружочки киви, с подписью под постом: «Мой завтрак!» Я терпела-терпела её завтраки, а потом написала едкий комментарий: «Так сроду и не похудеешь, кто ест хлебцы-то утром?? Надо кашу есть! Овсянку! Она полезная!» Девушка мне испуганно ответила: «Да-да, конечно, я не знала…» Я подумала: «Всему вас надо учить, как можно такого не знать-то?!»
P.S. Иногда, когда я перечитываю свои старые «истории», хочется встать и аплодировать себе, закатывая глаза.
*
Я начала тренироваться дома и показывать результаты. Люди не верили, что я могла так «трансформировать» себя дома: «У вас такие ноги, такой пресс». Я выучила всё, что могла: КБЖУ, распределение нутриентов в день с тренировкой и без, калории для похудения/поддержания веса, как надо тренировать группы мышц, как выбирать и готовить правильно все продукты. Подними меня ночью и спроси, сколько калорий в капельке молока – я скажу. Тогда я этого не знала, но сейчас я понимаю, что работала на аудиторию, которая увеличивалась и ждала от меня большего.
Одним из новых витков в моём расстройстве было то, что я решила заниматься по видео дома. До этого я придумывала себе упражнения, и это походило на обычную зарядку, но которой я занималась почти 2 часа. Я нашла канал «Fitness Blender» на «YouTube» (и это реально крутые ребята, я и сейчас пользуюсь их видео, но разумно), стала постоянно выбирать себе видео, да потяжелее. Почему я решила, что нужно находиться именно 1.5 часа перед монитором под команды прыгать, бежать на месте и отжиматься? Не знаю, так мне стукнуло.
Я составляла плейлисты и прыгала без остановки. Несколько раз мне было настолько плохо, что я теряла дыхание, ничего перед собой не видела, дышала с ужасными звуками в горле, но я упорно продолжала заниматься, думая: «Ну, что ты, такой слабак что ли?! Не можешь выдержать тренировки? Плохо тебе, не выдерживаешь ни черта, эх ты!» Новая спираль издевательств над собой длиною в год. Именно после неё я начала восстановление, так как добила себя уже по всем фронтам.
Я строчила посты о том, какие упражнения помогут для того, чтобы «похудеть вот здесь и вон там». Я считала, что я просто БОГ всей этой тусовки и знаю ВСЁ.
Я мучила себя физической активностью почти каждый день. «Надо же улучшать результаты, люди ждут, значит, нужно интенсивнее тренироваться!» Я ненавидела минуту осознания, что нужно идти заниматься: мне было неинтересно делать упражнения, мне это претило, я махала руками и ногами и думала: «Какого чёрта мне надо это всё?!»
Я сервировала блюда час, а ела 15 минут. Зато у меня было много лайков и вопросов в стиле «Как вы это делаете?? Так круто!». Я в упор не понимала, как можно хотеть вредную еду.
В 2014 я была просто помешана фотографировать свою тарелку перед тем, как с неё есть. Пока всё идеально «не ляжет», пока я её всем не покажу – я даже не притронусь к еде.
Как-то Андрей пригласил меня к себе. Выпадало так, что именно ко времени приезда к нему мне нужно было перекусывать. Я открываю приложение для подсчёта калорий, смотрю, что у меня там по плану: «Кусок камбалы, овощи, яйцо». Ладно. Я беру самый гигантский контейнер, чтобы рыба не развалилась и осталась плоской всю дорогу, пока я буду её везти в другую квартиру для идеальной фотографии. Яйцо и овощи привезла без проблем.
Только захожу в квартиру мужа, как я скидываю с себя обувь, несусь с сумкой на кухню, кладу два его кухонных полотенца на стол (фуд-фон!), открываю вонючий рыбный контейнер, всё красиво раскладываю с яйцом и овощами, фотографирую, пишу описание и выкладываю в «Instagram». Только потом набрасываюсь на свой «перекус» и съедаю его за 5 минут. «Уже 17:10! Я опоздала на 10 минут, чтобы его съесть». Rolling my eyes. Хочет ли есть муж? Не знаю, ему всё равно по времени не нужно питаться.
Чтобы составить безупречную картинку своего приёма пищи, я тратила час (!) на «лепку» аппетитных хлебцев с «намазками», на выкладывание долек фруктов, на «красивый» кофе. Я делала 20 кадров, из которых потом выбирала лучший и публиковала. Лишняя крошка/капля на тарелке сразу же ликвидировались: мне нужен был идеальный снимок. Я приходила чуть ли не к середине первой пары, потому что готовила завтрак 15 минут, ела его тоже 15 минут, но я же ещё целый час делала из него шедевр для «Instagram», который видят столько людей – это важно!
Я собирала кучи лайков и восторженных комментариев, люди приходили сотнями, я публиковала 5—7 подобных картинок в день. Я жила в еде. За такими фото стояла нездоровая зависимость. Каждые ягодка и орешек были взвешены, я покупала порционные сливки, чтобы точно знать, что в моей чашке кофе их будет ровно 10 миллилитров.
Наступил день, когда я решила не показывать свой завтрак. Я съела кашу, перемешав её с орехами, прямо из кастрюли. Я почувствовала такую свободу.
Вроде бы задуматься: приготовил еду, съел её и не сфотографировал. Что тут особенного? Но я была под большим впечатлением: «Я съела завтрак без часа его фотосессии, сразу же! Так можно было?!»
*
Как-то мне написали комментарий в стиле: «Настя, всё это, конечно, красиво, но разве вам не хочется в течение дня съесть что-нибудь ещё помимо того, что вы показываете? А как же перехватить пару конфет? Разве нет желания? Или печенье на работе к кофе взять? Неужели вы чётко следуете плану?»
Вместо того, чтобы просто спокойно ответить, я начала злиться, что со мной не согласны. Я написала: «Нет, я так не делаю. Потому что я ем достаточно, вы вообще видели мои порции? Я наедаюсь так, что потом вообще ничего не хочу!»
Я ни разу не солгала. Я, правда, не хотела объедаться, мне всё было в новинку: калории, «особенная» еда, фотографии в «Instagram» и так далее, я не хотела есть конфеты и шоколад. Я, правда, ходила сытая весь день. Я настолько возмутилась: «Как вообще можно такое спросить-то?!»
Ещё мне, помню, оставляли комментарий: «Настя, вот вы всегда питаетесь дома (прим. авт.: я фотографировала каждый приём пищи на синем коврике для горячего, так что это было очевидно), а как насчёт выйти с друзьями куда-нибудь, в баре выпить, что-нибудь съесть, какие-нибудь закуски, заказать коктейли, веселиться? Вы не позволяете себе такого?»
От таких слов во мне поднялось цунами из ярости. Я ответила: «Я иду с друзьями встретиться, а не напиться и поесть. Чтобы хорошо провести время, не обязательно есть еду и пить алкоголь. Я так не делаю, мне достаточно того, что люди рядом». Я пытаясь донести: «Вы слабачка, вот и едите, где не надо, не можете чётко себе поставить режим питания, только вот ко мне со своими „левыми правилами“ не лезьте».
Сейчас я со своими словами о встрече отчасти согласна, но со здоровой точки зрения. Да, если я встречу друга и мы никуда с ним не пойдём перекусить, то я и не вспомню об этом. Но если мы решим куда-нибудь зайти, то я, без проблем, поем. В 2014 году еда при встрече мне казалась преступлением и предательством. На самом деле, я не хотела есть перед друзьями, потому что такая еда не была запланирована.
«Либо я ем чётко по плану дома, либо я не ем в своей жизни совсем».
*
Я хорошо помню лето 2014 года. Почти каждый день была шикарная погода. Я проводила много времени дома и никуда не выходила, потому что часы и часы уходили на фотографии приёмов пищи, их приготовление и прочее. Обычно я готовила, потом долго фотографировала, ела, затем публиковала и отвечала на комментарии – и так весь день.
Однажды после ужина, как обычно разбирая комментарии, я наткнулась на один. Я помню это ощущение: сидишь, листаешь сообщения, по очереди всем пишешь, и тут такое. Вероятно, мне и не суждено узнать, кто конкретно это был, но слова той девушки заронили во мне мысль о том, что со мной точно не всё в порядке. Я не очень хорошо помню её ник, сейчас в ИГ я её больше не вижу. Она написала мне: «Посмотрите у меня последний пост про орторексию».
«Реклама собственных постов что ли?!» – подумала я и всё-таки зашла. Я всегда предполагала, что анорексия – это когда человек похож на живой скелет (но на самом деле анорексия может быть у человека в любом весе; низкая цифра веса может быть последствием этого типа ОРПП), я знала, что булимия – это когда вызывают рвоту, но про орторексию ничего сроду не слышала.
Эта девушка писала, что, если ты ешь на 100% «правильно» и боишься съесть определённую еду – это психическое расстройство. «Да как. Стремление. Человека. К лучшей. Жизни. Может. Быть. Болезнью?? Что за чушь? Как можно сказать это МНЕ, которая ест полезно и хорошо? Опустить меня ниже плинтуса и поставить ярлык „ты больная“???» Какая же я была злая, меня переполняла ярость.
Я начала листать её аккаунт: девушка пыталась похудеть, но ела всё. Она фотографировала куски пиццы, картофельное пюре и так далее. В общем, она ела то, что я считала ядом и «уделом слабых людей, которые не понимают, как нужно жить».
Я сразу же начала строчить ей комментарий: «Хочешь есть свою пиццу – ешь сама! Я забочусь о своём здоровье, что в этом плохого?? Столько людей согласны со мной, кто ты такая вообще, чтобы мне тыкать о моём образе жизни? Не лезь ко мне, я живу правильно, а ты ешь, что тебе угодно!» – я почти дописала этот комментарий, но на середине последнего предложения курсив встал на месте. Меня будто оглушили. Я сидела, помню, на кровати, глаза стали стеклянными, и я онемела. Как будто произошёл резкий громкий хлопок в комнате, и я перестала слышать.
«Я правда боюсь еды… Признайся себе, Насть? Да? Да… У тебя в ленте ни одной „вредности“, даже когда ты ещё не завела страницу в ИГ у тебя не было ни одной конфеты в рационе. Да? Да, Настя?? Да…»
Я поняла, что я сижу снова в какой-то глубокой чёрной яме.
Я же выбралась?
Я же перестала объедаться??
Я же больше не скелет, у меня нет анорексии?!
Почему всё это неправильно?
Зачем ты мне это сказала??!
Знаете игру «Shift»? Когда ты нажимаешь кнопку, то всё, что происходит на экране, переворачивается верх дном. То же самое случилось со мной: неожиданно нажали кнопку, и я с неба прилетела носом в землю.
*
Я решила пойти на компромисс. Новый виток. Правильное питание с частичным включением «вредной еды». Я боялась сладостей, выпечки, всего «неправильного» и «неполезного». Я включала в свой рацион сладкое буквально по крохам. После потери сознания из-за бинджа в 2012, после воспоминаний, как я не умею есть «страшную» еду, даже эти самые «крошечки» мне казались чем-то восхитительным и волшебным.
Я всё ещё помнила, что к той девушке «с пиццей в аккаунте» я отнеслась некрасиво, всё-таки в тот раз отреагировав на её комментарий, пусть и не в такой грубой форме. Позже я написала ей сообщение со словами благодарности. Я писала, что благодарю её за то, что помогла открыть мне глаза: «Теперь я пытаюсь есть всё». Тем не менее хотя я и начала «допускать» обычный сахар в своей жизни, я его безумно боялась.
Сегодня тот день, когда мне можно съесть 30 (!) грамм сладкого. Я уже вписала их в калораж. Завтрак. Наконец-то. 30 грамм я кромсаю чуть ли не крошку, чтобы у меня получилась куууча маленьких кусочков, чтобы казалось, что я «ем много». Каждый крошечный кусочек я чуть ли не рассасывала. Я не хотела, чтобы шоколадка или печенье быстро уходили из моего рта. Это, наверное, выглядело так жалко со стороны.
«Как можно затолкать в рот сразу 2 кубика шоколадки?! Как можно съесть конфету в один укус? Так же всё слишком быстро заканчивается!» Когда я позволяла себе эти 30 грамм, я неистово увещевала себя, что «я здорова и ем, как все. Вот, и сладкое есть, и правильная еда. Я такая молодец!»
Появлялись и другие признаки моего расстроенного пищевого поведения, но, каждый день читая «Instagram», я видела, что другие люди «на ПП» точно такие же, а, значит, «в моём питании ничего ужасного нет».
Меня, наоборот, «возвышали» все признаки расстройства над другими людьми. Это были мои «чудесные особенности», которые я открыла для себя, а затем поняла, «как нужно правильно жить». Так как теперь хотя бы немного в моей жизни присутствовало «неправильной» еды, я уже могла себя ей оправдывать: «Я теперь не больна, у меня же теперь всё включено в рацион: и сладкое, и не сладкое – значит, мне не о чем беспокоиться». Я очень жестоко себя обманывала.
В период ограничений (но я этот период называла «идеальное КБЖУ и чистое питание») у меня была фишка – накупать «нельзя-продукты», складировать их для красоты, иногда от них щипать по грамм 5—10 и говорить: «Видите, я всё ем, когда захочу (=„вписав это в калораж и съев в подходящие часы“)».
Я покупала/делала «намазки» на хлебцы – творожный сыр («жирный, 7 грамм в день за глаза с утра»), паштет («калорийный – бери совсем немного»), пэпэ-нутеллу («фундук, какао и стевия – такое позволять себе нужно очень аккуратно»). «Намазки» у меня занимали целую полку в двери холодильника. Потому что «я питалась разнообразно и не ела одно и то же».
Я могла есть подобное месяцами, и чаще всего это просто-напросто плесневело, и я выбрасывала всё без сожаления. «Ну, не успела съесть… Но кто творожный сыр съедает в течение его срока годности-то?! Слишком калорийно». У меня плесневел и обычный сыр, я ела его по 20 грамм в день, плесневел хлеб «без муки и дрожжей». Я выбрасывала очень много еды.
В буфете я складировала разные виды хлебцев, орехов, семечек и сухофруктов (целая высокая коробка из-под обуви) и гордо говорила, отмеряя по 3 штуки чего-либо из закромов: «Я дозирую орехи, как таблетки: их опасно много есть. Это полезно, но надо питаться в меру».
Пачка цельнозерных супер-пупер «здоровых» макарон у меня стояла чуть ли не год. «Ой, не на этой неделе…», «В следующем месяце обязательно сварю!», «Я и так уже на этой неделе ела белый рис… макароны есть – слишком много быстрых углеводов в моей жизни. Потом!»
Склады еды в моем доме! Ради чего? Чтобы построить иллюзию, что я здорова и ем всё. Самое главное – я верила в этот обман.
Обман о том, что мне всё можно, я не боюсь еды, я её ЕМ («всем плевать, сколько грамм я ем в день»), я ем всё, когда хочу («захотела сейчас – съела на 9 часов позже – утром, не отложила же на 10 лет»), что я ничего не ограничиваю («я просто разлюбила все сладости, вот их и не ем, что тут такого?!»).
ОРПП – психическое расстройство с тысячей оправданий своего существования.
Больше меня волновал приход мысли о «не совсем полезной еде». Эта мысль могла меня заколебать буквально за день – это и рядом не стояло с простотой выбрасывания половины пропавшего холодильника.
«У меня есть в холодильнике шоколадная паста и хлеб, но овсянка полезнее и лучше. Сварю овсянку».
Проходит несколько дней.
«Блин, хочется же пасты с хлебом поесть, как обычный человек! Ладно. Куплю полезный хлеб и сделаю ПП-нутеллу».
Проходит ещё несколько дней.
«Всё равно любой хлеб несытный и остаётся вредной булкой. Может, зря я всё купила. Ладно, впишу это в калораж на завтра».
Завтрашний день. Делаю 3 бутерброда вместо привычного «нетревожного» ковша каши.
«Да, точно не сытно, а мне ещё тренироваться! Ладно. Я так раз в месяц сделала всего лишь. Ничего со мной такого не будет».
Съела. Всё провалилось, как в чёрную дыру (организму в принципе на таком «стиле питания» мало энергии, а не только мало завтрака).
«Ну вот, так и думала. Зачем съела? Могла же кашу! Так. Теперь мы это не едим очень долго, хватит развлекаться».
Миллион. Мыслей. Об одном. Приёме. Пищи. Это ненормально!
Несмотря на то, что в моей голове начали появляться мысли «Может, съесть обычный хлеб? И обычный сыр?», я как-то с лёгкостью их отметала, и они прекращались. Я также пыталась себя утихомирить: «И что, что я захотела обычный бутерброд для всех смертных? Ну, на хлебец намажь что-нибудь низкокалорийное. …Да поешь ты свой хлеб! И макароны поешь. Только потом как-нибудь. Когда будет тяжёлая тренировка… Ну, или ещё когда-либо!»
Таким образом, я могла откладывать еду, которую хочу, месяцами (!). Организм не сопротивлялся и не просил – пока что он терпел всё это. Я и радовалась: «Вот, как хорошо! Прекрасное питание! Ем всё, что угодно, выбираю, что полезнее. Какая я умница!»
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?