Читать книгу "I am enough. Просто. Ешьте. Еду."

*

В «Instagram» я постоянно пыталась «достучаться» до людей и показать, что со мной. Я не знала, полностью ли я честна в своих мыслях, а, может, лгу и не знаю об этом. В итоге да, я лгала, но кто мог меня вытащить из такого? Я не понимала в полной мере, что релапс страшен. Я думала: «Ну, да, это всё плохо, но я тут всё равно побуду ещё, почему бы и нет, это такие знакомые ощущения и мысли о еде, тренировках».

Вспомните, как вы питались до режимных граммов еды? Это ваше обычное питание, которое сейчас называется интуитивным. Это не новая схема модного режима.

Моих целей «построить идеальное тело», «стать „ХХ“ килограмм» больше нет. Они остались редкими мыслями, но не целями.

Мне не нравится говорить: «Я придерживаюсь интуитивного питания» – это звучит как «я в тренде». Я просто ем, как раньше, пытаясь попутно давить таких тараканов, как «что-то ну слишком большая порция» или «я же буду за сотку килограммов скоро, ё-моё, что мне делать?!» У меня всё чаще получается оставлять еду на тарелке, если чувствую, что в желудке достаточно, но я не думаю «на сколько же баллов я сыта» и тому подобное.

Честно, может, от лености своей, но я не особо разбиралась, почему я так много ем несколько месяцев – я тупо шла к холодильнику и ела, когда начинали грызть мысли о еде. Любые мысли.

Почему так? Потому что за последний год я несколько раз порывалась отойти от режима: включала сладости и углеводы вечером в рацион, не учитывала в КБЖУ какой-нибудь помидор и так далее. Но это были настолько жалкие попытки, что я возвращалась опять в свою клетку со вздохом «ну вот, опять ничего не вышло».

Я ела и ныла об этом, не зная, где конец. Я поняла кое-что осенью. Либо я «отпускаю вожжи» на 100% и терплю этот «ужас», пока меня это не оставит, либо так и буду: «приоткрыла дверь – ой, нет, не пойду, закрыла; снова нос всунула в дверную щель – ого, тут так без режима хорошо, ну, ладно – закрыла дверь».

Мой случай можно, с одной стороны, назвать «запущенным», так как моё питание было «наичистейшим» несколько лет – я не нарушала его ни крошкой сладкого. Поэтому я ела, ела и ела, чтобы съесть созданный дефицит энергии.

Я не знаю, где финиш. Нельзя говорить, что я здорова полностью. Мне нравятся худые и очень худые девушки – и этого не изменить. Нравятся! Но также не изменить и того, что я по природе своей не попадаю в свою же группу-фаворит. С этим фактом я пытаюсь примириться по сей день.

Психолог: «я не знаю, где финиш». Это часто пугает – причём как на первых стадиях, так и на последних. Только вы можете забывать, что если выбрать ОРПП, а не восстановление, то финиш находится вполне в определённом месте.

«Группа-фаворит»… Она исчезла. В то время, когда я писала этот пост, я не хотела верить, что смогу смотреть на людей иначе: «Вот люблю худых и всё!» Нет, всё изменилось. В конце рекавери я поняла, что мне нравятся разные люди. Те, которые выглядят, будто умирающие лебеди, перестали мне быть симпатичны.

*

Я очень много начала тренироваться, мне было невыносимо тяжело, потому что я продолжала нагрузки с теми же гантелями, что тягала до рекавери. Я задыхалась, у меня темнело перед глазами, но просыпалась в 6 часов утра, чтобы сделать тренировку. Я могла поднимать гантели вечером прямо перед носом Андрея – мне ничего и никто не могли помешать.

Я не хотела себе признаваться, что нахожусь в откате и он убивает меня. «Что такого? Это просто полезно. А вот это не потому что надо отработать калории. Я просто хочу, чтобы у меня мышцы красивые оставались. А в 6 часов утра я встаю, потому что вечером я не захочу тренироваться, нормальное же время!»

В моих публикациях проскальзывало «интуитивное питание», потому что мне казалось, что после трёх месяцев Страшного Голода я «теперь умею есть», теперь можно перечитывать заново книжку про ИП и начинать его пробовать по-новой. Я ошибалась. Я очень запуталась.

*

В своих постах я понемногу начала видеть ложь: «Настя, ты же пишешь, что ешь всё; что, так быстро всё закончилось, раз ты ешь на завтрак пару сырников с сахзамом?». Я продолжала описывать, что со мной было, не затрагивая мизерное количество потребляемых калорий и бешеные физические нагрузки, но сама уже всё больше начинала подозревать, что я свернула «не туда».

Фотографии тела начали мелькать чаще, и я их делала для того, что сказать: «Вот, смотрите, хоть я и наела 15 килограмм, но всё равно я не толстая! У меня тут пресс даже виден! Так что никто меня не может назвать ужасной, я всё равно правильный молодец!»

Я не хотела выходить из релапса: он был для меня таким родным и не тревожным.

Я просто жила в откате и не знала, как выйти из состояния «я не знаю, что мне нужно».

*

Как таковых проблем с одеждой у меня не было. Когда я начала набирать вес, я заведомо прощалась в мыслях со своей одеждой 42-го размера и морально готовилась к 50—52. Честно. Причём это может показаться преувеличением, но так оно и было – я мыслила крайностями: либо ты толстый, либо ты худой. Середина? О чём вы?

Первое время я надевала штаны 44-го размера, они понемногу переставали на мне болтаться. Я носила их месяца 2. У меня не было паники по поводу того, что одежда сейчас, возможно, будет меняться. Просто принимала, как должное: ты становишься больше, значит, купишь другое.

Я сильно отекала. Как-то я надела тёплую кофту, куртку, и пошла на улицу. Через час вернулась, разделась и сначала испугалась: свитер настолько сильно впечатался в кожу, что появились борозды с кровоподтёками. На другой руке было то же самое. Сейчас, если такое возникает, то является практически незаметным.

Сейчас я влезаю даже в 42-й, причём он «сидит», как влитой. Раньше болтался и 42-й размер. Ношу 44-й чаще всего в данное время. Джинсы не меняю сейчас, ношу 42-й, всё хорошо, они стрейч, хотя думала, их я первыми запрячу в дальний угол шкафа, дабы не расстраиваться.

По сути, я так ничего нового «побольше» и не купила, так как у меня были вещи до 46-го размера включительно, которые были практически не ношены, потому что я была сушёной воблой – всё на мне висело. Даже лифчик, простите. Причём я не ради красного словца это говорю. Моим штанам и кофте теперь есть, что обтянуть! Какой-никакой, а плюс.

На самом деле 42-й размер штанов я натягивала еле-еле. Я всё ждала, что сейчас я на 1ХХХ ккл снова похудею и эти штаны снова будут болтаться. Я ходила в малых джинсах как сервелат в сеточке, чтобы самой себе доказывать, что я не так и сильно набрала вес. Это смотрелось некрасиво. Я ещё чаще стала скакать у зеркала, ощупывать себя, фотографировать, чтобы сравнивать изображения: вдруг что-то изменилось?

*

В некоторых постах сквозило откровенное враньё, но я была в настолько цепких лапах расстройства, что не могла остановиться в своей лжи. Да, я писала полезные подсказки о рекавери, но о себе я лгала напропалую.

Раньше я была сторонником «замены» того, что я действительно хотела съесть.

«Хотите шоколад? Это означает, что вам не хватает „Х“, а тот самый „Х“ есть вот здесь… – значит, едим это». И так во всём. Сейчас я, убейте, не понимаю, зачем так делать. В чём смысл?

Шоколад = шоколад

Торт = торт

Пицца «4 сыра» = пицца «4 сыра»

Если вы заменяете желанную еду на ту, от которой у вас желание есть пропадает, но «зато я ем полезнее» – это боязнь определённого вида пищи.

• «От этой еды я наберу вес»;

• «Такая еда принесёт только болезни»;

• После такой пищи вы будете себя ругать;

• После приёма «страшной» еды вы, вероятно, «накажете» себя (изматывающая тренировка, например).

Это не относится к отказу от пищевых групп по медицинским показаниям.

Я давала себе несколько месяцев, чтобы организм сам отрегулировал нужное количество желаемой пищи. Сначала я ела по полкило сладкого за раз, потом 300 граммов, 200, 100. Я знаю, что ещё будут такие дни, когда я смогу опять съесть 3 порции любимой еды. Ну, бывает. Но сейчас в большинстве случаев мне нужно малое количество того, чего очень хочу.

Психолог: опасность! Обратите внимание на фразы «я давала себя несколько месяцев», «малое количество». Восстановление не зависит от того, сколько месяцев вы ему даёте: только организм может определить, сколько времени ему нужно. Акцент на малом количестве намекает, что это по-прежнему в приоритете.

Я читаю публикацию и не понимаю, почему я так мыслила? Я либо шла совершенно не туда, либо я шла в верном направлении, но несла какую-то чушь, которая могла меня скатить за секунду. Балансирование между «truerecovery» и «квази-рекавери» грандиозно меня запутывало и мешало найти твёрдую почву под ногами.

*

Каждый день я ела мало и снова ощущала, будто я «подсаживаюсь на иглу». Что-то во мне больно ворочалось, мне не было комфортно в режиме, как раньше. Всё мне было как-то неудобно, не так. «Вот поела три месяца, а всегда говорят, что после не пэпэ-еды хочется так всегда и есть! Терпи теперь!»

Только недавно в январе у меня начали появляться мысли об овсянке, омлете, курином филе, овощах. В ноябре я возненавидела эти «режимные элементы»: они ассоциировались у меня с планом, схемой, клеткой.

Я ела всё, кроме ЗОЖ-ных продуктов, будто специально, чтобы доказать самой себе, что они больше мной не командуют, а я управляю ими – есть их мне или нет.

Сейчас я не высчитываю свой рацион в процентах – «10% у меня на такую еду, 30% – на такую» и так далее. Каждый день я ем по-разному, но мне всё больше нравится необработанная пища и всё меньше – промышленные сладости, хотя я не отрекаюсь от них насовсем. Я всё ем, но что-то больше, что-то меньше.

Психолог: какой сильный акцент на еде, вы заметили?

Я не мечтаю о завтраке, засыпая. По-моему, это не очень-то здорово. Встал утром, что захотел, приготовил, съел, дальше пошёл. Зачем о нём думать? Или я не понимаю какой-то фишки?

Может, вам просто не хватает еды, что вы о ней мечтаете? Когда вы хотите пить – вы думаете о воде. Когда вы устали, вы думаете о том, чтобы прилечь. Но вы думаете о завтраке, засыпая. Хорошая мысль, я о ней задумалась не так давно.

Да, мысль действительно была чудесная, но я так пристально следила за своей едой, что суждение про завтрак было просто «пшиком» в никуда. Это бы не спасло меня, я была гораздо глубже в релапсе, чтобы выполнить один совет и снова встать на дорогу рекавери.

Я будто пыталась доказать всем, что со мной всё в порядке: «Я не толстая, я совсем не набрала вес, и я ем всё, но, конечно, „правильных“ продуктов стараюсь есть больше».

Обман, обман, обман. Релапс был похож на сильное головокружение. Февраль 2016 был для меня тяжёлым месяцем. Каждый день организм получал от меня предательство. Опять и опять, из раза в раз. Я обманывала себя и наказывала ограничениями, хотя перед этим 3 месяца я говорила телу: «Поверь мне».

Я считала, что таким рекавери и должно быть: я поела, вес набрала, месячные вернула, потом лишнее схудела, вуаля – всё круто! Я думала, что всё это только на несколько месяцев, и у меня, наверное, всё идёт, куда надо.

*

20 февраля мы с Андреем встали в 6 часов утра. Регистрация брака была в 9:10. Было очень темно, и мы не хотели никуда идти. Пришлось! Начали одеваться, ждали друга, который должен был приехать на машине и довезти нас до ЗАГСа. Ещё должна была подойти Эля, но она опаздывала и пришла, как всегда, в самую последнюю секунду.

Пока мы ехали, я звонила отцу с братом, чтобы спросить, где они сейчас. Он говорил, что в пути и очень стараются быть вовремя. Мы приехали в ЗАГС: пока я переобувалась, Эля поправляла мне букет, волосы и платье, отца всё ещё не было, хотя было уже 9:00. Я звонила ему, он говорил: «Едем, да, как можем!», но они всё не заходили ко мне.

Нас с Андреем позвали в кабинет и сказали, чтобы мы расписались в документе о том, что наш брак заключён. Перед этим на меня грозным взглядом посмотрела женщина и спросила: «Девушка, вы точно уверены??», и я между её слов услышала: «А то у нас тут все говорят „уверена“, а потом разводятся через 2 недели». Я сказала «уверена» (причём Андрея об этом не спросили), мы расписались и снова вышли к друзьям.

9:10. Отец звонит, просит прощения, что задерживается. Женщина, которая была с нами в кабинете 2 минуты назад, говорит, чтобы мы просто пропускали пары вперёд себя, пока «ваши гости опаздывают». Я сразу перестала переживать из-за отца, и перед нами зашли в зал парень с девушкой.

9:25. Отец заходит в ЗАГС вместе с братом, держа в руке огромный букет жёлтых тюльпанов: «Настя… Прости меня… Я ездил за ними… Их только что срезали… Извини, что я не попал к тебе… Прости, пожалуйста…» Я сказала: «Па, ещё ничего не было, не переживай». В ту секунду лицо моего отца до того озарилось, что я просто не могу передать словами: «Так я это увижу?? Я успел? Ничего ещё не было?? Я думал, что я уже всё пропустил!» Он был таким счастливым.

*

Мы зашли с Андреем в зал в 9:30. Я не помню себя. Я как будто была в коме, но могла ходить. Моё умение говорить было парализовано. Я помню, звучала живая музыка, нам что-то говорила женщина, нас снимали на камеру. Потом нам сказали подойти и подписать «здесь и здесь». Я находилась в какой-то прострации, я не понимала, где я и что я. Вероятно, на вид я была в полном адеквате, но только я одна ощущала, как будто нахожусь в космосе.

Когда мы надели друг на друга кольца, меня «прорвало»: я начала реветь, не знаю, почему. Мне хотелось спрятаться, чтобы никто не видел, как я плачу. Никто не плакал, кроме меня. Я как будто проснулась, вышла из своей «комы», и чувства буквально волной обрушились на меня.

Нам отдали запись церемонии, мы переобулись, расселись по машинам и поехали домой. До этого момента мне было хорошо и спокойно. Я всё ещё находилась в релапсе, но так как еды рядом не было, то что могло бы меня волновать? Мы купили торт, несколько нарезок и решили накрыть небольшой стол дома.

*

Уже когда я шла с тортом домой, я думала: «Торт калорийный, а я же снова худею, что мне делать? Сколько мне его можно съесть? Или может сегодня вообще объесться, всё равно такой важный день, а что, повод же есть».

Моё психическое состояние было, естественно, лучше, чем хотя бы полгода назад, но я всё равно ощущала внутри себя подавленность и собственный запрет на еду. Я ела торт, колбасу, я ела абсолютно всё, но внутри начинали просыпаться тревога и страх.

Позже, когда все разошлись, я села с мужем на кровать и начала плакать. Он сразу меня спросил в чём дело. Я была так расстроена: даже в такой важный для меня день я думала о еде, калориях, весе и съеденном торте.

«Вместо того, чтобы радоваться и испытывать положительные эмоции, я сижу и считаю, чёрт возьми, сколько калорий было в куске сырокопчёной колбасы, который я съела!»

Я очень злилась на себя за это, но, с другой стороны, мне было ещё и очень обидно.

Я сказала Андрею, чтобы он меня не трогал: я хочу просто полежать на кровати и поплакать. Мне просто так захотелось – чтобы меня не спрашивали. Он согласился. Я лежала и ревела, сколько мне вздумается. Полегчало.

*

На следующий день мы поехали отмечать регистрацию в кафе. В релапсе все ОРПП-страхи выползали наружу и орали мне в уши. Я ела роллы, салат, а потом Татьяна мне сказала: «Давай кусок торта закажем пополам!» Мне было страшно это услышать, но, раз пополам, то «я и торта поем, и калорий не так много будет». Я согласилась.

Мы съели 2 куска от разных тортов. Было правда очень вкусно, и мне было хорошо. Мысли расстройства пытались проявиться каждую минуту: «Ну это торт же… -СТОП– это же столько калорий… -СТОП– ты и так ела много и вчера наелась после регистрации… -СТОП– как ты это отработаешь?» Я подавляла их. Меня так расстроило моё вчера, когда я только и думала о еде в такой день, что уж второй день я была обязана прожить без этого ужаса.

Я помню, что писала об этом пост на своей странице. Я была рада, что у меня есть #recoverywin: я съела еду и не ругала себя за это, я акцентировала внимание на том, что вокруг, и не считала калории. Я говорила себе: «Я иду вперёд, со мной всё в порядке». До конца релапса было ещё примерно 2 недели.

*

В то время мне снова вспомнилась книга «Интуитивное питание», и я решила пересмотреть на неё взгляды и написать, что думала о ней в тот момент. Да, я говорила правду, и сейчас я думаю то же самое. Сумбур в моей голове о восстановлении продолжался изо дня в день в большей или меньшей степени из-за того, что я не могла соотнести «всё можно» и правила ИП.

Напишу, какую информацию я смогла принять и с чем согласиться, а что прошло мимо меня.

Я выбрала «страшный» вариант – есть еду, которая была ограничена 5 лет, пока не надоест. Многие меня не поняли и ушли, но я не видела выхода в интуитивном питании, мне всё претило, любые правила. Я избирательно согласна с протоколом восстановления HDRM – из него я беру некоторые положения.

Людям с ОРПП лучше пока отложить книгу об ИП: у них нарушены сигналы голода. Мозг и желудок хотят есть в разное время, и человек не может поймать единый сигнал (например, «я объелся, но всё ещё хочу есть „головой“»). В стадии активного ОРПП эта книга мне не помогла.

Я не смогла принять информацию о том, что ИМТ 25 и выше – нестрашен, это приемлемо. Не смогла воспринять и согласиться. Не смогла принять информацию о том, что полные люди в выигрыше в плане здоровья. Может, мои мозги промыты наглухо?

Не могу воспринять «любите любой свой вес». Набирая вес, я жутко боялась, честно, что не остановлюсь никогда, но всё остановилось на 65 килограммах. Если бы мой организм выбрал 70 килограмм, я бы принимала себя ещё медленнее. Может, позже я пойму. [Это может быть триггером! Да, это были мои мысли при выздоровлении, но я всё ещё болела ОРПП.]

Я приняла тот факт, что жир нам нужен. Это орган, который нельзя бездумно «удалять»; орган, без которого организм будет включать режим экономии энергии и сил. Приняла то, что заниматься физическими нагрузками надо не «до смерти», а в свою силу, как смогу. Приняла то, что физическая нагрузка в первую очередь должна быть для здоровья.

Я выполняла автоматически «легализацию», так как ела всё, что хотела, пока это не пройдёт. Да, я делала это коряво, не «должна быть одна конкретная марка, куча пачек на столе, съел – добавляй столько же; и так – пока не надоест это есть». Я просто ела всё.

В большинстве случаев еда – это топливо, но еда служит и удовольствием тоже. Важен баланс печенья и каши, торта и овощей, лимонада и зелёного чая.

Психолог: и о том, какой это баланс, знает только ваш организм. Сегодня баланс один, завтра – другой.

Помню, в книге об интуитивном питании было упражнение (опишу грубую суть): «Если хотите съесть что-то, когда не голодны, то для начала просто хотя бы потанцуйте». Как же я воспротивилась тогда: «Как может помочь движение, если в голове у тебя одни пирожные и ничего больше, совсем ничего??»

Упражнения на определение чувств мне были интересны, но не особо помогли. Время от времени я много ела из-за ограничений, а не из-за «спектра грустных чувств», я чувствовала депривацию: хотелось съесть одно, а по расписанию было положено съесть омлет и наесться – точка.

Шкала голода и схема «какую я хочу еду» тоже на первый взгляд вещи забавные, но потом как-то подруга сказала: «Вот ты пришла в кафе, и говоришь: «Тааак… Где моя шкала голода? Сейчас проверим, что же я могу съесть с определённым уровнем голода. А где теперь схема определения вида пищи?»

Да, я и сама ощущала что-то не то, но после её слов ещё больше перехотелось этому следовать. Было ощущение, что меня учат заново ходить на горшок или как нужно чистить зубы. То есть такие вещи, которые любой человек уже знает, как делать, но они расписаны просто микроскопически близко. Я бросила заглядывать в эти схемы.

В общем, если есть возможность – прочтите. Что-то вы для себя усвоите, что-то у вас принять не получится (может, так будет только с первого прочтения, кто знает). Называть книгу бесполезной я не буду – это труд, и он каждому может оказаться полезным по-разному.

Повторюсь: я думаю, что людям с ОРПП лучше такую книгу отложить, учиться есть «страшные» виды пищи, когда не только возникает физический голод, но и когда голова неумолимо просит определённой еды, отпустить контроль за своим питанием до конца.

В публикации я вскользь написала, что частично принимаю некоторые положения протокола HDRM. Всё потому, что боялась есть «столько еды», и я не хотела, чтобы вышло так, что я начну рекавери по такому способу, всем об этом скажу, а потом придётся страдать и мучиться, но всё равно доказывать, почему HDRM такой прекрасный. В релапсе такими мыслями моя голова была заполнена особенно часто.