Текст книги "I am enough. Просто. Ешьте. Еду."
![](/books_files/covers/thumbs_240/i-am-enough-prosto-eshteedu-141783.jpg)
Автор книги: Анастасия Чекмарева
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
*
Со временем происходило ужесточение правил. Нутриенты строжайше по часам, тренировки строго 4 раза в неделю, если пропустила – «отрабатывай хоть ночью, чтобы никаких пробелов!» Я пыталась сделать из себя робота, который будет беспрекословно всё соблюдать и успевать делать, естественно, «правильно» и «идеально».
Однажды я долго была в ВУЗе на парах, и, обычно приходя домой примерно в 17 часов вечера, я приехала в 21. «Тренировка назначена? Назначена. Ты её сделала? Не сделала. …Но у меня ещё домашняя работа на завтра… Делай домашку, а потом тренируйся». В тот день я занималась во втором часу ночи (!) в коридоре (!). Отец, если сказать, что обалдел, это значит ничего не сказать. Но мне было всё равно – так положено, значит, я это сделаю.
В плане еды мне казалось, что я ем вполне достаточно: «Я пользуюсь цифрами калоража для поддержания веса. Я пересчитала всё, и на самом деле мне нужны 1ХХХ ккл, а не 2ХХХ! Ведь так все в „Instagram“ делают, и им комфортно, тебе-то что всё вечно не то?! Тебе просто кажется, что есть хочется. 1ХХХ ккл – да это столько калорий, что 90% худеющих тебе позавидуют. Это роскошь!»
Когда я ела на подсчитанные 1ХХХ ккл, то была злая. Просто безумно злая! Я психовала 80% дня, я злилась на всех и вся, я игнорировала всех людей, я хотела провалиться сквозь землю и ни с кем не общаться. Я огрызалась на отца, поэтому мы общались только по делу.
В определённые дни у меня был «читмил», но я под начало восстановления уже не выдерживала и начинала съедать тысячи калорий вместо разрешённых нескольких сотен.
Да, я очень переживала, тревожилась, ругала себя, когда ела много, но при этом я становилась невероятно доброй и общительной. Клянусь, как будто мне давали особую таблетку, и моя стервозность покидала меня. Я была в шоке. Мой живот разрывался, больной мозг придумывал, как бы это всё отработать завтра, но настроение у меня было просто восхитительное. Я хотела со всеми разговаривать, смеяться и шутить. Я сама не заметила, как самоненависть после бинджа куда-то улетучилась в отличие от прошлых лет.
Психолог: интересный факт. Вот ограничивает себя человек, не получает удовольствия от еды, видит человека с корпулентными77
Корпулентный – пухлый, полнотелый.
[Закрыть] формами и говорит: «Ах, он такой бедный, не ведает моего счастья», а то и что похуже. Ему даже не приходит в голову, что этот корпулентный человек может быть счастлив и может с истинным удовольствием съесть торт. С точно таким же удовольствием пойти в театр или кино, куда угодно.
Отец был очень довольным в такие дни. «Вот ты как много поешь сладкого, так всегда такая радостная!» – и улыбался мне в ответ. Большинство времени организм получал мизер, а, когда мог докричаться до меня, то пытался «отхватить» тысячи калорий.
*
Заморочки в тренировках меня очень долго не отпускали. Может, где-то полгода я занималась с 5.20 утра. Да, именно в это время, так как я думала: «Ко 2-й паре мне ехать к 9.40, если встать в 5.20, то я успею потренироваться, потому что после пар я приду домой очень поздно, а мне ещё тьму уроков готовить и вечером я не хочу заниматься физической нагрузкой в принципе».
Собственно, поэтому я и отжималась рядом со стиральной машиной на кухне, приседала у кровати спящего брата, стараясь не слишком громко дышать, делала выпады в крошечном коридоре и думала: «Нуштожподелаешь ради фигуры!»
Другая часть меня, я помню, очень сильно сопротивлялась. Я не хотела вставать в 5.20, когда могла встать в 7 часов утра. Хорошо то, что у нас были пары ещё раньше – с 8 утра в определённые дни. Тогда я не занималась: я вставала в 6, одевалась, завтракала и выезжала, а встать совсем в ночи ради тренировки перед ВУЗом я точно не была готова (вот это да!).
*
Андрей ещё весной мне сказал, что в августе мы поедем к его родителям. Они увидят меня впервые, а я – их. На удивление, я даже не волновалась. Не знаю, у меня не было мандража и тревоги: «Вдруг меня не примут, я им не понравлюсь» и прочее.
Ехать к ним долго: примерно 9 часов на автобусе в одну сторону. Мы всегда ездили и ездим так, чтобы это была ночь – это хотя бы немного удобно: не жарко и можно немного поспать (скрючившись сидя).
Летом в автобусе очень душно, зимой проще. Когда мы хотим спать, Андрей садится к окну, берёт мою кофту, прислоняется с ней головой к стеклу, а я ложусь к нему на колени. Так мы можем проехать всю ночь с попеременным кряхтением «О, боже, мой зад уже квадратный» или «Блин, моя спина сломалась».
В дорогу (в период режимных лет) я брала, конечно же, свой «правильный» ужин, так как мы выезжали в 7—8 вечера («20.00 – пора есть»), и что-то низкокалорийное, если я ночью захочу перекусить. Так как мы плохо спали, я с большой тревогой жевала ночью яблоко, как-то – даже банан (от чего я забеспокоилась в самый край): «Вдруг я потолстею от фруктов, их же ночью нельзя?»
Мы ехали по тёмной дороге, остановки были примерно каждые 3 часа, и на каждой остановке люди ели. Не все, только некоторые. Я, конечно, смотрела, что они решили положить себе в рот. Кто-то жевал пирожок, кто-то – бутерброд, кто-то пил лимонад. Я сидела, наблюдала за всем этим и думала: «Люди, ну как можно быть такими?? Почему вы просто кефир не попьёте? Зачем вы едите ночью – это же плохо?!»
*
Мне нравилось и нравится ездить гостить к родителям мужа. Они никогда меня не осуждали, не обсуждали (по крайней мере, при мне) сколько я ем и почему. Но моя свихнутость была просто космической, и это, конечно, было заметно за километр.
Когда я приехала с Андреем туда впервые, его мама встретила меня очень тепло. Она подарила мне тапочки, футболки (от чего я умиляюсь по сей день), сказала, что она знает, что я ем кашу по утрам, показала на пачку с овсянкой, а там написано «1 минута». Я мило улыбнулась, но есть такую кашу, конечно же, не стала: «Полезная овсянка – другая. Почему она не знает об этом?»
У родителей есть свой дом, они живут в крошечном городке, и там здорово, особенно летом. Сейчас, когда я прошла рекавери, я понимаю, что в летние месяцы там настоящий рай (мои глаза будто начали видеть реальный мир), но по стечению обстоятельств я работаю второе лето. Поэтому муж ездит туда один, а я не могу туда попасть.
Море ягод, фрукты, горячий воздух, солнце, зелень во дворе – во время расстройства я этого не видела, потому что главным в моей жизни оставалось беспрекословное выполнение правил питания. Всё остальное было до лампочки.
Лето я провожу с мужем у будущей свекрови. 8.00 утра. Андрей ушёл на рыбалку на озеро. Свекровь собирается на работу, заглядывает ко мне в комнату: «Настя, я там сварила яиц на завтрак и…» Голос замирает.
Я, энергично махая ногой, следя за видео тренировки с планшета, поворачиваю к ней голову: «Ага, да, спасибо». Мама Андрея просто в шоке. Закрывает дверь. Я же после её ухода тренируюсь ещё час.
Проходит день. Свёкор приоткрывает дверь на кухню и тут же резко закрывает: я с красным лицом делаю выпады со столетними ржавыми гантелями, которые мне муж нашёл в гараже.
Психолог: как всегда про здоровых людей. Понимают? Нет. Недоумевают? Да.
Ремарка: я заставила мужа везти коврик для занятий [расстояние – 400 километров]: «Я не умею отдыхать, заниматься полезно, отстань, вот, я его упаковала, забирай!» И лучше было брать, иначе мои психи были адовые, просто жестокие.
Что было между днями тренировок? Например, застолье: Настя ест 60 граммов привезённой с собой гречки и 150 граммов курицы. Оливье поесть? Суп с неизвестным мне мясом (и это явно не курица)? Вы что? «Не надо мне ничего, мне своё вкусно». Или обычный обед: перечитайте то, что написано про застолье.
Не помню конкретно тот день, но это было именно там, у родителей: меня буквально на месте чуть не вывернуло от гречки. Тут я сообразила: «Пора бы гречку поменять на пшёнку, а от курицы пока не тянет блевать же? Ну, значит, её пока ещё можно есть». Мама молча смотрела, как я охаживаю пароварку и ем хлебец с миллиметровым слоем мёда «на десерт». Она говорила Андрею, что я слишком худая и ем очень странно, что «нужно есть всё, просто в меру».
Муж вечером: «Пойдём поиграем в бадминтон?» Я: «Конечно! [Так, много ли я сожгу калорий?]» Мама принесла пирожки: надо сфотографировать, помять в руке, понюхать и положить, а больше-то тебе ничего с ними делать и нельзя. Правильное питание – это сила воли.
Второй перекус. Сорвала кабачок с грядки. «Хм. Примерно полкило в руке… Много! Отрежу 300 где-то. А остальное куда?.. В пакетик и в холодильник! Кто-нибудь съест». Пока нет никого на кухне, я расстилаю 2 розовых кухонных полотенца, красиво расставляю на них тарелки, раскладываю кабачки и ещё что-то по мелочи, потом всё запечатляю в «Instagram», кладу полотенца на место и только потом начинаю есть.
– Насть, мы пойдём погулять? В магазин ещё зайдём.
– ШТО? А пресс качать? Я сегодня ещё это не делала. Подожди.
– Насть, пойдём в гости в 9 вечера?
– Ладно. Только в 8 часов у меня ужин, а там я буду только чай.
9 часов вечера. Мы в гостях. На чьём лице выражение, как будто тот жевал землю? На моём. Все медленно едят по куску торта, а я злая, как свирепый питбуль: «Ммм, какой вкусный чай!» Возвращаемся домой: муж довольный, а у меня вообще истерика началась просто так [мне ничего нельзя].
Следующие дни. Мама собирается на рынок. Что купить?
1. Творог;
2. Овсянку долгой варки;
3. Вроде и всё.
«А, хлебцы без муки ещё поищите, пожалуйста, и молоко 0.5%, а то 3.2% я не пила несколько лет – это слишком жирно для меня. Есть молоко только 2.5%? Как можно жить без ноль пяяять?!»
Я давала чёткие указания, и иногда это звучало отвратительно: «Мне нужен творог ноль. Нет „нуля“ у вас? (Да как может не быть творога „ноль“?! ) Ну, тогда, 2% (начинается, потом поди ещё придётся соглашаться на 5% или вообще на 9). А… Есть только 5% и 18% (18, Карл! Как они такое едят?!) …Ну, давайте 5% – две пачки».
Конечно, я расстраивалась, когда узнавала, что нет «идеально правильной» еды. Но ПП-жизнь без творога – не жизнь; пусть будет хотя бы такой, жирный.
Я психовала, не понимая, как взрослая женщина не знает, какая овсянка полезная, какой творог является «хорошим». Почему всё приготовлено на масле, зачем покупать пирожки, делать курицу в майонезе? Я очень раздражалась.
За «правильной» овсянкой я ходила с Андреем сама («а то всё равно мне не то купят, я же знаю»). Я долго стояла у полок в магазине, не понимая, как может такой простой продукт, как хлебцы, не появиться здесь, в этом городке. «Главное, вредное везде есть, а полезное еле найдёшь!» Мы нашли и купили оливковое масло – оно по сей день стоит на кухне в том доме – другого масла я не признавала.
*
Один раз, пока мы гостили у родителей, Андрей предложил пойти «на пески». Это похоже на отмель, и там довольно неплохо. Пока туда идёшь, можно пройти мимо леса, подышать свежим воздухом, да и вообще на природе побыть. Мы собрали рюкзак: Андрей взял пару персиков, а я набрала «правильных» перекусов, которые мне нужно было съесть в специальное время.
Помню, мы идём по полю, на котором рос цикорий. Андрей говорит: «Это твоя трава, которую ты пьёшь». Потом мы зашли в лес, а там росло что-то похожее на щавель. Не помню, что это, но на вкус кисловатое – длинные травинки. Муж мне сказал: «Попробуй, прикольная штука!» – а я испугалась травы.
«Мне предлагают есть в неположенное время, что делать?!» (Травинку, блин, предложили!) Потом я подумала: «Ладно, Насть, не надо так волноваться, в травинке, наверняка, одна или максимум две калории, тебе точно от неё ничего не будет Или нет?» Мы идём по дороге, я жую эту злосчастную травинку, а сама всё думаю: «Может, не надо было на неё соглашаться?..» Отдых был весь пропитан моим расстройством.
*
Лето, когда ты живёшь в своём доме, вдвойне чудесно. Особенно с утра, когда ты выходишь на крыльцо и чувствуешь на лице нежную свежесть воздуха, на листьях блестит роса. Лает собака, кот бегает.
Это волшебное время. Иногда мне жаль, что всё это я променяла на несуществующие идеалы и «правила».
В саду у родителей росли кусты малины. Мы попали именно в то время, когда большие, спелые, тёмно-бордовые ягоды уже оставалось только положить себе в рот. Что делала я? Сначала, конечно, готовила себе «правильный» завтрак, ела, а затем шла к кусту и аккуратно снимала 2—3 штучки малины, жевала их со страхом и говорила себе: «Всё, Насть, хватит. Это и так было не по плану, я же не знаю точное количество калорий в каждой ягоде. Завтрак поела? Поела. Что тебе ещё надо?»
*
Обычно мы гостили у родителей одну неделю, потом возвращались в Москву. Как-то в дорогу я взяла пачку отрубей и подумала: «Они же жутко сытные. Наверное, я съем за ночь несколько горсточек и всё, идеально я придумала». Пока мы ехали, я оказалась такой голодной, что ела отруби и не могла остановиться. Я так беспокоилась об этом, что прожужжала Андрею все уши.
Когда мы приехали домой, я решила, что теперь, может, и завтракать не надо, «раз я столько ем», но, когда я отоспалась, то поняла, что есть мне нужно.
Мои переживания о пище были перманентны: практически каждый час я задумывалась о еде. Меня ничего не могло отвлечь от этих мыслей, я как будто всё время лежала в ванне, которая была ими наполнена. Всё это впитывалось в мою кожу, попадало в кровь и жило со мной каждый мой день.
*
Всё пошло своим чередом. С осени мы снова начали учиться и работать. Однажды отец пришёл домой радостным, сказал: «Я был на мюзикле „Монте-Кристо“, такой обалденный! Хотите, вам с Андреем билеты возьму, сходите?» Так как мне было абсолютно плевать, что делать, лишь бы по режиму при этом всё было, я согласилась.
Я безумно кайфовала от 100%-ного контроля, от ощущения, что всё под моей властью. Но я управляла в своей жизни только количеством калорий.
Я была готова выполнять «на слабо» любые действия. Тренировка в полусонном состоянии? Ради идеального режима – да. Есть только в определённые минуты? Просто!
Меня даже не особо волновало, что у меня тело не «как с картинки»: мне важнее было, чтобы я идеально соблюдала правила.
Я начиталась, что есть по режиму где и когда угодно – это нормально. Это круто. На тот момент это было святой верой в правильность моей жизни. Я носила с собой контейнеры с пакетиками и открывала их, чтобы съесть в любом месте.
Мы с мужем пришли на мюзикл «Монте-Кристо». Начало мюзикла в 19:00, а начало моего ужина в 20:00. Ну, извините, так вышло: я буду есть в положенное время. Мы сидели на левом балконе во втором ряду (всего их и было 2). Снизу сидела девушка с мамой и своим молодым человеком.
20:00, на сцене во всю поют. Я медленно разворачиваю пакетик с нарезанным зелёным перцем и начинаю его жевать. Девушка с первого ряда с большим недоумением немного оборачивается и смотрит, ничего не понимая. «Метаболизм не должен пахать в холостую. Чё смотрите все? Завидно? Ешьте свои чипсы в антракте!» – думала я.
Потом на «нашем» балконе запахло отварной курицей. Занавес.
*
Я психовала везде, где только можно, только дай малейший повод. Это было не только стандартное «я ем не в ту минуту, которую надо», но это касалось и времени тренировок. Сейчас мне кажется, что я сходила с ума и даже представить себе не могла, что это плохо и ужасно. Я не знаю, как Андрей выдерживал это всё. Наверное, он многое пытался перевести в шутку или вовсе делал вид, что ничего не было, но я от этого раздражалась ещё больше.
7 часов утра, суббота. Так, кардио у меня в 7.30, то-сё, а в 9.30 у меня будет завтрак – нормально! Тогда ещё мы с мужем не жили вместе, и я ночевала у него. Просыпаюсь. Он: «Ты куда??» Я, задрав нос, говорю: «Спи, я заниматься иду!» Глаза еле открываются, но я надеваю кроссовки, шорты, майку, делаю кофе, пью его на голодный желудок. Жду минут 5—10 и начинаю прыгать под видео чуть ли не до потери пульса 1 час: «Так жир горит быстрее!»
Знаете, где я прыгала? На кухне. Потому что больше было негде. Я двигала стол, табуретки, освобождала место и скакала своё кардио. Андрей жил в двухкомнатной квартире с другом, и этот друг спал буквально за стеной. Мне было плевать, разбужу ли я соседей, друга Андрея, самого Андрея. Мне нужно было следовать правилам. Всё.
Потом я шла в душ, стоически терпела час без еды («жир горит без еды»), потом с жадностью набрасывалась на овсянку. Позже заходил на кухню муж, а я ему: «Ты только встал, а я уже отзанималась целый час и даже позавтракала! Эх, ты! Это же всё ради здоровья делается! Что? Какие тебе бутерброды готовить?? Кашу надо есть, кашу, сколько раз тебе говорить?!»
Тренировки в любое время были моей гордостью – ведь не каждый сможет, как я. Нужно встать, когда ещё петухи не кричали, с величием надеть кроссовки, выбрать видео и через пот и слезы идти к своей цели. Другие слабаки просто спят до 11 и потом сразу же идут есть: так все могут.
*
Иногда я готова была поступиться удобством и комфортом, лишь всё сделать «как надо». Я не знаю, почему меня не волновало, что я делаю себе хуже этой «правильностью», но, главное, я слепо шла по придуманной схеме. Даже если мне станет от этого гадко жить – мне всё равно.
У меня могли появиться очень странные заморочки. Я совсем не видела в этом ничего плохого. Раз люди говорят о ПП-правилах и сами так делают, значит, это полезно. Нужно делать всё максимально полезно!
Если я узнавала для себя что-то новое и интересное о «правильной» жизни, я сразу же пыталась приписать это к своему километровому списку правил.
У меня появился один «загон»: есть макароны холодными. Я услышала по телевизору, что в холодном виде в них что-то там с крахмалом происходит, то ли его меньше, то ли ещё что за ересь. Я ела макароны раз в неделю. И я ела их холодными. «Я ем максимально полезно. Невкусно? Главное – полезно!»
Я помню большую досаду размером с дом, когда мы ещё жили раздельно с мужем, встречались. Я переночевала у него, и потом мы поехали ко мне домой: он всегда меня провожал до двери моего подъезда. Мы выходим на улицу. Весна. Тепло. Солнце очень приятное. Птицы поют. Один голос в голове говорит: «Погуляйте, тут же так здорово! Воздух так вкусно пахнет землёй, весенний». Другой: «Нет. Какое гулять? Сегодня тебе тренироваться надо в такое-то время, быстро домой!»
Я, сама на себя жутко обиженная, что мне запретила гулять тренировка (!), поплелась к метро. Муж меня проводил, я потренировалась, своё «Надо» успокоила и весь день сидела дома: Андрей уже всё равно уехал на другой конец Москвы, и у него появились другие дела.
*
Я пыталась выполнить на «отлично» любое правило, всё, что требуется для «правильной» жизни. Даже если это было что-то незначительное, я сразу же лезла на амбразуру. Мой «перфекционист» находился в идеальных условиях, он рос, цвёл и не собирался оставлять меня.
Как-то я ела салат из помидоров вечером, а потом увидела в «Instagram», что красные овощи на ночь лучше не есть, лучше есть зелёные. Я из интереса полезла на разные форумы. И… да! Там женщины с пеной у рта спорили о том, можно ли есть салат с помидором на ужин или нет.
Я поверила в это и потом какое-то время давилась салатом из огурцов и ненавистной брокколи. Позже мне это настолько опротивело, что я опять начала есть помидоры, говоря себе: «Ну, ладно, сделаешь, как не положено… Вроде не толстеешь же от помидоров!» Но свёклу с морковью, а особенно картофель я не стала бы есть даже под дулом пистолета.
*
Мы ехали в метро с мужем к нему домой, было время перекуса (даже больше «положенного»). Для 4-го приёма пищи у меня были редиска и творог. Андрей держал мою сумку.
Я: «Достань редиску, мне есть нужно».
Он: «Что?»
Я: «Редиску!! Мне надо есть!»
Он: «Давай подождём до дома, нам осталось минут 20».
Я (шиплю на него со злыми глазами): «Достань мне!!!»
Видимо, чтобы я уж совсем в слюнях не изошлась, мне достали редиску. Она горькая, неприятная, если есть её вхолостую, но я ем: «Перекус, надо». В вагоне смотрят на меня, как на НЛО, а я с гордым выражением лица жую: «У меня режим, что бы вы понимали».
Только мы зашли домой, я несусь на кухню, распечатываю творог «Valio 0.1%» и съедаю его за пару минут. «Всё, ура. Перекус съела. Опоздала, конечно, но больше такого не повторится».
*
В ноябре 2014 в нашей семье был сложный период в финансовом плане. Отец уволился, искал работу, мы с братом только учились, а оставшиеся деньги таяли. Папа начал отчаиваться, он не мог спать ночами и засыпал только тогда, когда сутками был на ногах и просто падал без сил – тогда он мог уснуть. Я понимала, что нужно начать работать: мне уже было 20 лет, почему нет?
Сначала я рассылала резюме на должности официантов, кассиров, сотрудников ресепшен, съездила на несколько собеседований. Но потом Андрей предложил мне преподавать уроки по английскому по «Skype»: «Насть, ты же прекрасно знаешь язык, давай, попробуй!» Я сначала очень долго отнекивалась, так как мне было элементарно страшно, но потом и отец подхватил эту идею: «А что? Работаешь дома, никуда не ходишь: и тебе нормально, и нам спокойно, что ничего с тобой не случится».
Я дала объявление в «Instagram» в своём аккаунте, что я готова обучить английскому всех желающих, причём за мизерную стоимость. На него пришло очень много негатива: да кто я такая, имею ли я право преподавать и так далее. Я была подавлена и очень расстроена, но нашлись несколько человек, которые согласились со мной заниматься.
Когда я только начала вести занятия, я безумно стеснялась, мне казалось, что сейчас я что-либо скажу, и мне ответят: «Фу, как так можно вести урок?!» – несмотря на то, что знание английского у меня отличное. Понемногу я начала осваиваться, люди приходили и уходили. В феврале 2015 года я сдала тест на сертификат TKT (Teaching Knowledge Test), который в письменном виде сообщал, что я получила высший балл и могу преподавать язык.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?