Читать книгу "12 Членов"
–Здравствуйте.
–Здравствуйте.
Делает шаг назад. Руки по-привычному сложены за спиной. Широко равнодушно улыбается белозубой улыбкой.
–Позвольте с Вами сфотографироваться.
–Да, да, конечно.
Согласился и опустил железобетонные щиты. Принимает дежурную позу рядом. Настроение на душевные кадры пропало.
Подручный делает серию кадров на мой телефон.
–Благодарю Вас.
Сдержанно наклоняю голову.
–Да, да, конечно.
Возвращается к беседе.
На сегодня программа по съёмке выполнена, закончена. Отправляю фотографии на виртуальный диск. Фоток много. За продолжительность банкета выгрузятся. Беру бокал с шампанским. Выпиваю залпом. Оу…повело. Лицо уже, наверняка, опухло, стало кривым. Лишь бы уродливые демоны не полезли. Они ещё маленькие, кривенькие, дикие. Надо освежиться.
….
Возвращаюсь в общий зал, плюхаюсь на освободившейся диванчик. Наблюдаю. Меня ведёт. Музыка играет громко. Люди резвятся на танцплощадке. Замечаю грустную начальницу из ДСМИ. Поднимаю приветственно бокал. Она трезвая. Замечает меня. Присоединяется на диванчик.
–Привет
–Привет.
–Ты давно здесь?
–Давнооо.
–И как праздник?
–Нормально. Традиционная ничем не отличающаяся пьянка в конце года.
Молчим.
–Ты пьёшь воду…
–Да…
Молчим.
–Шефа нет?
–Нет, и не будет.
Молчим.
–Как на личном? Наладилось?
–Лучше не спрашивай…по-прежнему хаос.
–Ты с этим собираешься что-нибудь делать?
–На данный момент нет. Испробованы все методы и способы.
–Ты сама чего хочешь?
–Понимаешь, то, что я хочу, он дать не может…
–Почемууу?
–Потому что человек такой…
–Тогда расстанься и найди другого.
Выпиваю шампанского залпом.
–Сменить мужика дело одного посещения клуба, выхода на прогулку…
–Так просто?
Киваю.
–Что бы встретить ЕГО, мне потребовалось почти десять лет.
–ОГО!
Играю многозначительно лицом.
–Почему не женитесь?
–Потому что у него есть жена.
–О Господи!
Развожу руками.
–Вот так…ирония судьбы. И вместе быть никак, и порознь трудно…
Она вздыхает, порывается что-то сказать.
–Клин клином не работает. Он держит меня крепко. Это мучает больше всего. По натуре свободолюбивое животное.
–Почему животное?
–Потому что люди – животные.
Она выпучивает глаза. Обалдевает от моей откровенности.
–Ой, ты прости, на нервах выпила лишнего, вот и несу ерунду.
–Не, ты, милая, когда пьяная. Такая трогательная и беззащитная.
–Спасибо
Обнимаю её. Она отвечает.
–Ты расплакалась по этой причине в Казани?
Киваю.
Мой ответ явно принёс ей облегчение.
–Скажи, украшения тебе мужчины дарят?
–Когда как?
Молчим.
–Поговорим о тебе…
–Ой, не…обо мне скучно…
–Расскажи…Интересно…
Она со скромным взглядом рассказывает, где родилась, выросла, как закончила ВУЗ и пришла работать в ведомство. Что на личном фронте далеко от сказки и романтики. Собирается уходить в декрет.
–Смотри, наш фотограф…сфотографируемся?
–С радость. Позови его, пожалуйста. Он меня боится.
–Почему?
Она улыбается.
–Фиг его знает…
Она подзывает жору. Развлекаемся с обнимашками, фигурами на диване, гримасами на лицах.
Смеёмся.
–Жора, где их потом искать?
Интересуется она.
–Будет общая рассылка.
Серьёзно бурчит он.
–Пойду я…поздороваюсь с остальными…
–Рада была повидаться.
–Взаимно.
Она подмигивает одним глазом.
Откидываюсь на спинку дивана. Кладу затылок на край спинки, распластав руки, сложив ногу на ногу. Душевно.
Подходит ПГВ.
–Привет Отдыхаешь?
Лениво поднимаю голову.
–Отдыхаю.
Двигаюсь.
Она садиться рядом.
Трогает мою пелеринку.
–Классная у тебя эта штучка…Что за зверёк?
–Один знаток на этой вечеринке сказал: «Сибирский барс».
Она играет бровями, улыбается.
–Тебе очень идёт макияж в стиле начала века.
Она стеснительно улыбается.
–Спасибо.
Молчим.
–Хочешь померить?
–Можно?
–Конечно.
Снимаю горжетку. Отдаю ей. Она накидывает на плечи, встаёт. Принимает разные позы. Снимает.
–На, жутко тёплая…
–Да…вот и снимаю периодически
Садиться рядом, молчит. Вопрос повис в воздухе. Решается задать.
–Слышала игру Директора ДМС на саксофоне?
–Не, пропустила.
–Жаль. Талант у человека.
–Будет видео?
–Наша активистка говорит, что будет.
–Ты про…?
–Именно.
Упоминание главной по кадром вызвало у ПГВ лёгкую неприязнь.
–Пойду на наш диванчик. Захочешь, присоединяйся.
Она встаёт.
–С удовольствием. Сфотографируемся на память.
–Обязательно.
В её ответе игривость, шарм, сексуальность. Глаза блеснули искорками.
Похоже, из женщин я самая пьяная. Куда подевались мои хвалёные тормозааааа? Кудаааааа? Йеееехххх. Ведущий объявляет о серии медленных танцев после текущей композиции. Настроение вульгарное, похотливое. Нагло высматриваю пару на танец. Умммм…у столба стоит, скучает «наш» высокий светловолосы Прибалт. Замечаю на другом конце заинтересованных в нём женщин. Обойдётесь. Он мой на два танца. Встаю. Расстёгиваю накидку, спускаю её пониже. Кошачьей походкой приближаюсь к нему. Какой он высокий. Туфельки на тонком, пятисантиметровом каблуке-рюмочкой не спасают. Тут десятисантиметровые вряд ли уравняли бы нас в росте.
–Здрассствуйте.
Делаю масляные-масляные глаза, надуваю губки.
–Здравствуйте.
Улыбается. Поплыл.
–Позвольте пригласить Вас на танец…
Посылаю ему флюиды.
–Я…я…я…обычно не танцую…
Продолжаю ласковым взглядом изучать его лицо.
–Пожалуй, сделаю исключение…
Он ожил, встрепенулся.
Протягивает руку. Кладу свою сверху. Помни, он мужчина. Он ведёт. Ты слабая, чувственная, податливая женщина.
Выходим к сцене. Музыка сменяется на медленную. Композиция из фильма «Приведение». Встаём в классическую позу для медленного танца. Его руки постепенно крепнут – одна плотнее прижимается к спине на уровне талии, вторая сжимает мою. Восхитительно двигается. О, прекрасный мужчина. Хоть один в этом зале.
–Как Вас зову не расслышал?
Называю своё имя.
–Это у Вас удивительная фамилия?
Смотрю ему в рот, киваю. Возвращаем головы на прежнее место. Танец приобретает более утончённый смысл, фигуры с поворотами, выпадами.
–Ваша фамилия тоже ласкает слух.
–Спасибо. Польщён.
Продолжаем танцевать и при смене композиции.
–Как Вам вечер?
–Приятный…
–Снялись в минифильме?
–Что Вы…я стеснительная.
Он удивлённо осматривает мой внешний вид. Загадочно, ехидно улыбается.
–Скромность и стеснительность – разные понятия.
Напеваю ему на ухо.
–Да, что Вы?
Сарказм? Чудесно.
Улыбаюсь внутри широченной улыбкой.
Продолжаем танцев в плотной позе. Его рука скользнула чуть ниже талии.
Композиция завершается. Деликатно отпускаем друг друга.
–Спасибо за приглашение.
Учтиво наклоняет голову.
–Благодарю за танец.
Он доволен. Отхожу на пару шагов. Даю ему возможность свободного движения в своём направлении. С лёгким сердцем возвращаюсь на свой диванчик. ПГВ, сидя в полоборота на своём, сложив руки на спинке, лукаво смотрит на меня. Толкую её взгляд как приглашение пересесть. Поддаюсь импульсу. Встаю, подхожу к диванчику. Девчонки двигаются, освобождая посадочное место рядом с ПГВ. Усаживаюсь. На столе стоят не тронутые бокалы с белым вином, виноград, тарелочки с канапе, сыр. Ассортимент закусок отличается от представленного на основном шведском столе. Молчим. Переглядываемся. Стыдно. Они практически трезвые.
–Расслабься. Ты отлично выглядишь.
Мягко говорит она, приблизившись к моему лицу. Мягко улыбаюсь.
–Здорово ты его окрутила
–Кого?
С искренним удивлением, округлив глаза, отвечаю.
Она мимикой, взглядом показывает на танцпол.
–Аааа, это
Девчонки слева, кучкой что-то обсуждают живо.
Жора постоянно фотографирует их.
–Сфотографируемся?
–Давай. Сама хотела предложить.
Мы фотографируемся. Получается тёплая, близкая фотосессия без перегибов. Жоре явно нравится ПГВ как модель. Он просит меня отстраниться. Чувство неловкости нарастает. Чувство лишности вопить.
Довольный уходит.
–Наверное, поеду. Притомилась.
–Уже? Ты уверена? Оставайся.
Осматриваю зал.
Поджимаю губы.
–Не, уже стало скучно. В сон клонит.
–Как знаешь… оставайся…
–Пожалуй, лучше потом увидимся, поболтаем.
Деликатно встаю с канапе. Застёгиваю на груди накидку.
Поворачиваюсь к присутствующим.
–Рада всех увидеть. Пока. Обращаюсь отдельно к главной по кадрам.
–Спасибо Вам за чудесный, интересный праздник.
На мгновение в её лице промелькнула искренность, удивление и благодарность за отзыв. Мгновение моментально сменилось надменностью, холодностью.
–Н-да…спасибо…
Голосок звучит высоковато, тихо. Клушки вокруг ловят каждое её слово.
–Увидимся.
Мило улыбаюсь. Выбираюсь в свободное пространство. Вздыхаю. Иду в сторону гардероба. Спускаюсь по лестнице. Перед второй лестницей вниз темнеет в глазах. Хватаюсь за перила. В груди сдавило. По затылку вниз скатывает парализующая изморозь. Затылок, шея, между лопаток леденеет. Вцепляюсь в перила. Воображение рисует падение кубарем. Стоять! Стоять! Стоять! Дыши. Дыши. Медленно, медленно, ещё медленнее спускаемся вниз. У огромного зеркала есть пуфик. Всего-то ряд ступеней. Милая моя, хорошая. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Осталось две ступени, два шага и пуфик… Уф, пуфик. Сажусь. Дышу. Холодно. Как холодно. Руки сковало от холода. Нащупываю в сумочке номерок. Встаю. Отдаю гардеробщице. Она выдаёт пальто. Надеваю его. Укутываюсь в него. Ноги мокрые. Абсолютно мокрые. Как они могут быть мокрыми, если в помещении жарко. Понимаю это, глядя на посетителей. Замечаю несущегося с графином и стаканами весельчака. Ловлю его взгляд. Он меняется в лице, подходит ко мне. Присаживается рядом. Он печален.
–Привет, ты как? Нормально?
–Не совсем…
Молчу. Ощущаю унылое выражение своего лица, мученические глаза.
–Прошу тебя, если не сложно, принеси, пожалуйста, стакан воды…
–Да, да, конечно. Только отнесу.
Он продолжает сидеть рядом, раздираемый сомнениями. Его ждут. Он должен. Он обязан уделять сейчас внимание руководству, обхаживать его.
–Иди. Подожду тебя здесь.
–Точно, никуда не уйдёшь?
–Не, не уйду.
Криво улыбаюсь.
Он идёт прямо в глубь помещения, пару раз оглядывается.
Наклоняюсь вниз к коленям, прячу лицо в ладонях. Боженька, Всевышний, и всё это я просераю. Просераю из-за дебилизма руководства Департамента, из-за внутреннего раздрая, из-за сумбура в личной жизни…Боженька, прошу тебя, помоги мне! Избавь от сомнений. Помоги правильно поступить. Принять правильное решение. Я не могу работать с толстым хамом, замом Директора, вульгарным и серым. Может, он хороший зам, отличный управленец, но он противен мне. Я не могу прогнуться под односельчанина! Не могу!
Кто-то стучит пальцами по моей спине. Медленно выпрямляюсь. Улыбчивое, заботливое лицо весельчака предстаёт передо мной.
–Вода.
Садиться рядом. Протягивает стакан. Открывает бутылку.
–Взял без газов, подумал, будет лучше.
Он улыбается широкой улыбкой.
Киваю. Становится легче. Согреваюсь.
–Ты почему в пальто? Замёрзла?
Киваю.
–И уходить собираюсь.
–Уже?
–Да, нездоровиться…
–Жаль…
Пожимаю плечами.
Он наливает воду.
–Ты уже и такси, наверное, вызвала…
–Да, скоро подъедет.
Он погрустнел.
Толкаю его плечом по-дружески.
–Сегодня досиделки без меня.
Он смеётся.
–Ты забавная
–Кто бы говорил .
Пью воду залпом.
–Ещё?
–Нееее, хватит
Смотрим друг на друга.
–Бутылочку, оставишь?
–Конечно…
Молчим.
–Иди, тебя ждут.
–Уверена, что справишься?
–Конечно. И-диииии…
Мягко, тепло улыбаюсь.
Он встаёт. Прижимает руку к груди, кланяется. Задорной походкой уходит прямо, вглубь.
Набираю номер такси, заказываю. Сразу приходит смс, что машина прибудет через пятнадцать минут.
–Быстро. Это судьба.
….
Прошла неделя после корпоратива. Вяло текущие дни. Сижу в джинсах, тёмно-синем свитере в тёмно-синих замшевых ботинках без макияжа. Листаю почту. Просматриваю СЭД на предмет подписания документов. Завтра нужно разослать скрины документов по всем проектам: текущим, новому спортивному, БЭВ – в Аппарат, смежные ведомства. Важно успеть. Важно успеть. В предстоящие новогодние каникулы буду отсыпаться. Сон. Сон. Сон. Открываю портал транснациональной организации, скачиваю формы документов для подачи на конкурс. Предчувствие, что дядька прокатил. Испугался либо жаба замучила. На всякий случай скачиваю. Заполню. Пусть будут наготове. Жду февраля, марта согласно озвученным им срокам. Дальше – сама, сама, сама. Загружаю присланный по договорённости проект Договора на Союз. Достаю из ящика сигареты. Выхожу из-за стола. Краем глаза замечаю хитрое выражение лица односельчанина. Понятно. Планы на вечер обсуждает. Иду по коридору в курилку шестого подъезда. Тоскливо падает мокрый снег. Зима называется. То плюс пять, то ноль, то мокрый снег, то дождь. На работу темно. С работы темно. Выдуваю дым, ёжась то ли от внутреннего, то ли от внешнего холода. Бросаю окурок в окно. Возвращаюсь обратно в кабинет.
Захожу. Шеф на месте.
–Привет. Ты то мне и нужна!
Сажусь в офисное кресло, поворачиваюсь к нему.
–Слушаю внимательно.
–Ты, ведь, знаешь про посиделки сегодня…
Односельчанин замер.
–Что за посиделки?
–Не в курсе. Понятно.
Молчим.
–Идите с односельчанином пораньше. Покажешь ему дорогу. Заблудиться, сердеШный.
Киваю.
–Где они будут?
–Перешли ей адрес.
Указывает через весь кабинет Шеф односельчанину.
Односельчанин мнётся. Разве, что не шипит от негодования.
–Чё ты мнёшься…
Односельчанин ушёл в несознанку.
–Ладно, я сам. Пока переключится между задачами, полвека пройдёт.
Поворачиваюсь к ноуту, разлочиваю. Открываю почту.
–Послал на личную.
Вопросительно смотрю на него.
–Твою с фамилией.
Киваю.
–Поймала?
–Да.
–Знаешь, где это?
–Догадываюсь.
–Вот и отлично.
Молчим.
–Давайте, через полчаса собирайтесь и дуйте туда. Позднее подгребу.
Пишу в чат популярного поискового сервиса односельчанину.
–Пешком или на метро?
–Ты быстро ходишь?
–Быстро.
–Тогда пешком.
–Тебе надо ещё куда-нибудь заходить?
–Нет.
Молчу.
–Кто там будет?
–Только товарищ на букву «Р».
–Понятно.
–Это обычный пивняк…
–Ты поэтому промолчал?
Смотрит на меня из-за ноута далёким от понимания сути вопроса взглядом.
–Забей.
Выхожу в аську, что бы удостовериться в отсутствии сообщений от Кулибина. Что хотела, то и получила. Выхожу. Внутренне соглашаюсь с окончанием отношений. Так правильно. Полчаса до выхода. Почитать всё равно ничего не успею. Почищу почту.
Время летит. Выключаю ноут, прячу в стол. Завтра пятница. Встаю.
–Готов идти?
Жёстко обращаюсь к односельчанину.
–Да, да, идууууууу.
Вяло отвечает он, продолжая пялиться в ноут.
Подхожу к шкафу с верхней одеждой. Оборачиваю синий палантин вокруг шеи, надеваю серое пальто из колючей шерсти отечественного дизайнера. Волосы оставляю под шарфом и пальто.
–Готов?
Давлю на него.
Ворчит себе под нос. Резко вскакивает. Выключает стоя ноут. Выползает из-за стола. Пячусь на два шага. Он надевает верхнюю одежду. Односельчанин подходит к Шефу, протягивает руку.
–Мы ж ещё увидимся…
Отбрыкивается Шеф.
Односельчанин с кривой жестикуляцией пытается донести до Шефа бессвязное бормотание.
–Ой, иди, уже. Потом.
Кривится Шеф. Отмахивается от него.
Односельчанин проглатывает. Выхожу в коридор. Придерживаю дверь открытой. Мы молча идёт по коридор. В общем молча. Односельчанин периодически глубоко вздыхает, как будто намеревается что-то сказать.
Выходим на улицу.
–Погода отвратительная.
–Погода как погода…не лето красное.
Хмыкаю.
Переходим на противоположную сторону Тверской. Прибавляю скорость. Идём в верх по улицы.
– Ты поэтому каблуки носишь?
–В смысле?
–Скорость поубавь. Не все такие резвые.
Смотрю на него снизу вверх. Разница в росте велика.
Нагло улыбаюсь.
–Отчасти.
Пауза.
–Люблю пешие прогулки.
–Готова?
Смотрю на него. В его глазах испуг.
–К чему?
Бросаю небрежно.
–Нууууу….
Разводит рукой.
–К пьянке что ли?
–И вообще?
–К пьянке, да. К остальном не понимаю, о чём ты…
–Потом ПРОДОЛЖЕНИ-Е
Делает особый акцент на последнем слове, подсасывая воздух в конце.
–Допустим. Мои нервы крепкие. Всякое повидала.
–Ну. ХО-РО-ШО.
Чеканит последнее слово.
Парень нервничает.
Сворачиваем в переулок. Идём по тёмному переулку к стилизованной вывеске.
–Нам сюда.
Открывает тяжёлую деревянную дверь.
–Ты не смущайся. Обычный паб.
Спокойно улыбаюсь.
–Пиво хорошее?
–Пиво хорошее.
Удивлённо смотрит на меня.
–Люблю и пью пиво. Что тебя так удивляет?
Раздеваемся в гардеробе.
–Да, ничего…странно как-то узнавать тебя с этой стороны.
–В тихом омуте черти водятся.
–Нам туда.
Разговаривает с хостесом. Хостес провожает нас извилистым путём в зал, находящийся в глубине. Замечаю сидящего у короткой стороны предпоследнего стола товарища на букву «Р».
Подхожу к столу, спиной чувствуя присутствие односельчанина.
Товарищ на букву «Р» приподнимается в приветственную позу.
Сдержанно улыбаюсь. Сажусь на стул у стены. На столе традиционные закуски – гренки, орешки и фисташки, хумус, маринады, лепёшки, тарелка с зеленью и редисом. Тоскливо смотрю на снедь.
Односельчанин садится напротив левее меня, ближе к товарищу на букву «Р».
–Пока ждём Шефа и коллегу из ДКИ, закажем по пиву.
–Да, с удовольствием.
–Ты, что пьёшь?
Обращается односельчанин к товарищу на букву «Р».
Тот ватным, скрипучим голосом отвечает. Пропускаю их диалог мимо ушей. Выбираю вишнёвый эль.
Подходит официант. Принимает заказ.
–Ты только пиво? А поесть?
–Не, не хочу. Орешков и гренок хватит.
–Ну, как знаешь. Лично я закажу колбаски и пюре.
Равнодушие. Абсолютное равнодушие на односельчанина и товарища на букву «Р». Наслаждаюсь пиво, вечером в компании, вне дома. Разнообразие. Отвлечение от мыслей о Кулибине, наших с ним отношениях. Хочу нормальных отношений. Модели, которые повидала за свою жизнь, не подходят для меня. Тепла в них нет, любви, заботы, искренности. Наверное, это норма для современного общества – строить брак как партнёрство. Приязнь между партнёрами уже хорошо. Бог мой! Дорогая моя девочка! С кого ты берёшь пример? На кого смотришь? У этих людей вышло криво и косо. Совсем не те примеры, на которые нужно обращать внимание. Ты всегда желала для себя лучшего, хотела лучшего, стремилась к эстетике. Вспомни, ты сама вылепила себя, сама была лучшей в учёбе, всегда стремилась быть в паре с Альфой. Сейчас так называют успешного самца. Собравшиеся вокруг мужчины – приспособленцы, упыри. Кривлюсь.
–Что пиво не вкусное?
–Вкусное…
–А что так скривилась?
Тебя ебёт?
Сдерживаюсь.
–Мысли…
Отключаю восприятие на бурчание односельчанина. Полилась очередная порция желчи. Сейчас Шеф придёт, вот из кого гной польётся. Господи, всевышний, что я делаю со всеми этими людьми, мужчинами?
Жужжит телефон. О, Шеф, вспомни говно, вот и оно.
–Здравствуйте.
–Где вы сидите?
Начинаю объяснять. Шеф начинает закипать.
–Слушай, встреть меня лучше у гардероба.
–Окей, иду.
Пробираюсь из-за стола. Ровной походкой иду к гардеробу. Замечаю Шефа. Бодрячком держится. Замечаю, выходящего из уборной здоровенного, неопрятного коллегу из ДКИ. Случай, когда страшный и умный. Он много сделал для проекта. Обхватываю свои руки одну за другой на уровне груди. Тайком щиплю себя. Ему за работу хорошо отвалили. Отставь сантименты в сторону. Каждый получил своё. Мужики собрались и разделили медведя.
Принимаю приветливое, доброжелательное выражение лица.
–Привет, рада тебя видеть.
Он запылал на момент и сразу взял себя в руки.
–Привет. Взаимно. Давно не виделись…
–Вот и повод случился.
–Пойдём те за стол. Там поговорите. Выпить хочется.
Снимаю улыбку с лица.
–Веди.
Иду быстрым шагом перед ними. Роль окончательно исчерпала себя, целиком и полностью. Манеры Подручной и даже одной из рук Шефа выглядят глупо, натянуто, искусственно.
Забираюсь на своё место. Рядом садится хвостатый коллега из ДКИ. Официант приносит еду односельчанину, большой колбасный набор для компании. Второе на сей раз нефильтрованное светлое пиво мне.
–Ты как всегда ничего не ешь…
Ехидничает Шеф.
Саркастически улыбаюсь.
–Ты, ведь, у нас журналюга.
Сколько ненависти и злости, презрения в Ваших словах. Сдерживаюсь, чтобы не выпалить: «А Вы у нас продавец телефонов».
–Вы продавец поддержанных пылесосов с Черкизовского рынка.
Злобно улыбаюсь.
Он меняется в лице.
–Аналитик. Начинала как аналитик.
Товарищ на букву «Р» решается на речь. Встаёт, произносит традиционные словами благодарности, почтения и бла-бла-бла. Его вдохновенно слушает только коллега из ДКИ. Шеф играет, односельчанин пропускает мимо ушей.
Шеф встаёт.
–Выпьем. Ух!
Чокаемся пивными кружками. Замечаю, что односельчанина полуторалитровая пивная кружка. Да, вы, бухиш. От того и злобный, худощавый. С сексом явно проблемы.
Шеф продолжает задирать меня.
–Ты вот сидишь, пьёшь и ногой под столом пишешь…
–Конечно…
С серьёзным лицом подыгрываю ему.
–Потом покажешь
–Обязательно.
Вот возбуждаться совсем не обязательно. Вы присутствующим как сексуальный объект не интересны.
Застолье пошло своим чередом. Третья кружка пива, тёмного нефильтрованного, выпита наполовину. Явно лишняя для моего организма в текущих обстоятельствах. Прошу коллегу выпустить меня. Он учтиво выпускает. Чем дальше отдаляюсь от стола, тем становится легче дышать, тем быстрее спадает напряжение в руках. Захожу в уборную. Умываюсь. Опустошаю мочевой пузырь. Опьянение среднего уровня гуляет по организму. Поддаюсь ему вопреки обыкновению. Перестаю бороться с ним. За годы выработался рефлекс – скорее избавиться от токсинов любым способом. Сижу на унитазе, уплываю. На удивление нравится состояние. Пофигизм. Тотальный пофигизм. Напряжение уходит из тела. Напряжение, мысли уходят из головы. Голова свободная, лёгкая. Настроение беспечное. Улыбаюсь. Пространство чуть-чуть потеряло чёткость. Прикольно. Встаю, натягиваю узкие светло-синие джинсы. Выхожу к раковинам. Мою руки, смотрю на своё глупое, улыбающееся лицо. «Я была навеселе и каталась на метлееее…Йо-ху!!!». Понятны причины любви людей к алкоголю. Я такая пьяная, я такая счастливая…
Возвращаюсь к столу. Сажусь на своё место. Шеф прищуривается, смотрит на меня внимательно. Расслабленным взором смотрю на его лицо, в его глаза, мягко улыбаюсь. Внутри напряжение отсутствует.
–В переглядки поиграем…
–Это вопрос или утверждение?
–Ну тебя…настроение сбила.
–Надо уметь проигрывать.
Он глубоко вздыхает.
Просит односельчанина выпустить его. Побежал, побежал. С чувством превосходства съедаю очередную редиску, зелёный лучок, продолговатую гренку-брусочек.
–Может, поешь, всё-таки, а то срубит…
Проявляет заботу коллега из ДКИ.
Глажу его по плечу.
–Нормально. Меньше еды, меньше брожения.
–То же верно.
Шеф с облегчением возвращается. Чувствую, заказал продолжение гулянки в одном из караоке клубов. Могу остановиться. Могу поехать домой. НО! ХОЧУ продолжения. ХОЧУ поиграть с огнём. ХОЧУ пройти до КОНЦА. Посмотреть, что будет.
–У тебя сейчас лукавое, лисье лицо…
–Оно Вас пугает?
Говорю мягким, эротичным голосом.
–Ты специально называешь меня на «Вы» и говоришь тихо?
–А Вы как думаете…
–Парни, едем дальше?
Официант приносит счёт. Товарищ на букву «Р» быстро прячет его под стол. Начался ритуал проявления мужской солидарности разделить счёт. С упоением наблюдаю. Товарищ на букву «Р» стоически отбивается, мотает головой. Он трезвее нас всех. Коллеги всё равно отдают ему по тысячи.
Допиваем дружно, стоя пиво. Дружной группой направляемся к гардеробу, выходу.
В гардеробе коллега из ДКИ помогает надеть пальто, уходит в уборную. Остаюсь один на один с Шефом.
–Ты с нами?
Утвердительно киваю.
Удивлён.
–Уверена?
–Абсолютно.
–Ну, тогда поехали.
Молча смотрим друг на друга. Мы разговариваем глазами.
–Дождёмся человечка и едем.
–Окей.
Он рад. Он рад, что еду. Он расслабляется. Он совсем не страшный. Грозность пропала. Вижу перед собой обычного человека. Понимаю, что сильнее его по духу. Он это понимает.
Парни выходят из уборной. Одеваются.
–И как мы поедем?
–Так и поедем. Мы втроём поместимся на заднем сиденье. Я худенькая.
–Вас четверо.
–Ничего положим её вдоль.
–А, ну, если претензий нет, тогда поехали.
Температура воздуха уже не различима.
Идём кучкой к машине Шефа. Он пожимает руки с каким-то незнакомым человеком. Понимаю, что это водитель по вызову. Фары машины мигают. Шеф садится на переднее пассажирское сиденье. Стоим четверо, соображаем…
–Грузитесь быстрее.
Командует Шеф.
Сначала садится товарищ на букву «Р». Он отпустил свой пафос. Увидела его настоящим. Полегчало. Он оказался нормальным. Дальше коллега из ДКИ, затем садится односельчанин.
–Давай прыгай.
Жестом подзывает.
–Это как?
–Прямо на колени, прыгай.
–Только не с разбегу, умоляю.
Шутит Шеф.
Подхожу к машине, вздыхаю. Забираюсь. Сажусь на выступ посередине.
Односельчанин закрывает дверь. Машина трогается.
–Не, ты ляг поперёк. Так тебя увидят и нас оштрафуют.
Соображаю.
–Хочешь, садись на колени.
Предлагает коллега из ДКИ.
Морщусь.
–Да, мне и здесь удобно.
–Не, лучше вдоль.
Высказывает решающее «фи» Шеф.
Смиряюсь с участью. Приподнимаюсь. Ложусь вдоль на колени коллегам.
–Только не ощупывать…ценный кадр.
Продолжает шутить Шеф, параллельно объясняя дорогу серьёзным голосом водителю по вызову.
Мы едем. На повороте меня разбирает дикий ржач. Звонко, заливисто смеюсь.
–Ребят, понимаю, вам там очень весело. ПОЖАЛУЙСТА, УМОЛКНИТЕ! Мы друг друга не слышим.
Давлю смех с помощью дыхания. Умолкаю. В салоне машины повисла тишина.
–И чего такие грустные…
Молчу. Односельчанин пытается разрядить обстановку, втирая что-то заумное Шефу.
Машина сворачивает в переулок.
–Приехали. Выходим.
–И как?
–Вы уж сами разберитесь.
Шеф выходит первый.
Дальше пятясь назад, выкарабкиваюсь я.
–Свежий воздух. Хорошо.
Поправляю пальто, одежду.
–Где ты нашла свежий воздух?
Грубит Шеф.
Сумрачно смотрю на него.
–Поехала с нами. Терпи.
Рычу на него. Он ноль внимания. Прощается с водителем по вызову.
–Все вышли? Никого не забыли?
Шеф в своей колее. Он мастер гулянок и вечеринок. Его беспрекословно слушаются в этом поле.
Мы заходим в клуб. Тёмное место с едва различимой крутой лестницей вниз, подсвеченной синими неоновыми лампами-трубами по краям ступеней.
–Эта лестница-тест на степень алкогольного опьянения?
–Угадала…
Ехидничает односельчанин.
–Ты бы видела, что тут творилось в прошлый раз.
–Удивительно, что нас пустили.
Машет рукой.
–Забей. Мы ещё скромненько…
–А понятно.
–Что стоим? Раздеваемся…раздеваемся…
Смотрю на Шефа злобно-игриво.
–Верхнюю одежду.
Еле сдерживаю смех.
Организованной группой спускаемся вниз в зал караоке.
За зарезервированным столом нас ожидают две девушки. Одна высокая, лет двадцати пяти, плотного телосложения, волосы высвеченные жёсткими домашними парикмахерскими методами, одетая в белую блузу, чёрное то ли платье, то ли сарафан, то ли кофту с юбкой. Вторая маленькая шатенка, в тёмных брюках. А, понятно, «тёлки».
Рассаживаемся. Диван угловой. Шеф садиться на прямой большой диван рядом с приглашёнными девушками, затем я, товарищ на букву «Р». С короткой стороны низенького стола в кресло рядом с товарищем «Р» усаживается коллега из ДКИ. В самый раз для его габаритов. Напротив основного дивана в кресле разваливается односельчанин. Сотрудник заведения подставляет ещё одно кресло рядом с односельчанином.
–Это для моей жены…
–Всамделешной жены?
Бравирую я.
–Почти.
–Понятно, сожители.
–Ой, как грубо. Не ожидал от Вас.
Ехидничает с нотками презрения Шеф, морщась и глядя на меня.
Натянуто улыбаюсь одними губами.
–Думаю, пить будем все одно и то же. Как всегда…
Вот теперь 10% вопросительной интонации и 90% утвердительной.
Коллеги для вида смотрят меню.
Шеф распоряжается по поводу наименования и количества напитков.
–Будьте добры, мне, пожалуйста, зелёный чай с мёдом и имбирём.
–Ты, заболела, что ли?
Как ошпаренный поворачивается ко мне Шеф с вопросом.
–Если так, то лучше иди…
–Неее, замёрзла, ноги замёрзли. Прямо как во льду.
–Тебе выпить надо.
Настойчиво утверждает он.
–Сними обувь. Легче будет. Что у тебя там? Ботинки?
Переживает коллега из ДКИ.
–Хотите, принесём плед?
Предлагает сотрудник заведения.
Шеф увлёкся новыми знакомыми.
–Не, плед не надо. Чаю.
Официант мешкает.
–Чааааююю.
Благосклонно моргаю.
–Так, только джинсы оставь на себе…
Бросает Шеф.
Он перегибает палку. Коллеги понимают это. Пропускаю его псевдоостроту мимо ушей.
Поджимаю ноги под себя. Всё-таки беру протягиваемый плед. Уютно откидываюсь на спинку дивана.
Официант заставляет стол ромом, колой в стеклянных бутылочках. Односельчанин сразу заказывает кальян.
–Как чай?
–Хорошо…
–Я сейчас…
Шеф уходит…
Во мне разыгрался «приставунчик». Девушкам устраиваю допрос с пристрастием. Они ещё трезвые, смущаются от моей наглости. Узнаю, что высокая выучилась на юриста. Работа ей не нравится и она намерена поступать в театральное. Сватаю ей зеленоглазого, который развёлся. Она отнекивается. Шатенка в порыве смущения ретиво уходит. Откидываюсь обратно на спинку дивана. Прикрываю глаза, концентрируюсь на ощущениях. Пью чай. Опьянение устойчиво поселилось в организме, голове.
–Медитируешь что ли?
Спокойно открываю глаза. Смотрю на ровное лицо Шефа, замершего в позе ожидания ответа.
Подходит к столу, спускаю ноги, надеваю ботинки. Собираюсь посетить дамскую комнату.
–Ты куда собралась?
–Выйти.
–А выпить?
Игнорирую его вопрос. Намереваюсь выйти из-за стола.
–Выпей и потом пойдёшь…
Он разливает ром по низким квадратным стаканам.
–Не лопнешь.
Он своей позой, порывом останавливает меня.
Беру стакан. Сажусь обратно на диван.
–Ну, будем.
Чокаемся. Залпом собравшиеся выпивают противный, жгучий, тёмный напиток с оттенками приторной сладости.
–Теперь иди, куда тебе надо было.
–Я с тобой.
Декларирует высокая блондинка.
Пожимаю плечами. Жду её. Идём в уборную.
–Он тебе кто?
–Сейчас знакомый. А так работаем вместе.
Она удивлённо смотри. Впервые в жизни вижу такое количество сомнения в лице.
–Да, ладно?
–Да…
–И как?
–Нормально. Сработались.
Заходим в тёмную уборную с высокими потолками.
Облегчение.
Кабинки уборных последнее время стали моими убежищами от суеты, шума, театра. Пятиминутный отдых. Пять минут для себя, что бы скинуть маски, шелуху, почувствовать себя.
–Ты, там скоро?
–Скоро.
Отвечаю, натягиваю джинсы. Резко дёрнула. Порвались внутри на бедре, рядом с интимным местом. Худеть надо. На фитнес пора.
Выхожу из уборной, смотрю на себя в зеркало. Она внутренне тянется ко мне.
Мило улыбаюсь губами.
–Ты красивая…зачем тратишь с ним время?
–Уже нет…совместное время подходит к концу.
Внутри абсолютное согласие с произносимыми словами.
–Он об этом знает?
–Пока нет. Придёт время, скажу…
Таинственно улыбаюсь.
–Странные у вас деловые отношения.
Молчу.
Выходим из уборной. Возвращаемся к столу. Усаживаюсь на своё место. По стаканам снова разлито.
–Вернулась. Выпьем за это.
Улыбаюсь.
Пьём и пьём. Орём песни. Я танцую на диване, на танцполе. Односельчанин потягивает кальян. Его «жена» присоединилась к нему. При её данных, внутренней силе могла бы выбрать мужика лучше. Это их дело. Она воздерживается от употребления алкоголя. Его злоба, надменность проявились в полную мощь. Он тиран. Злобный эмоциональный тиран. Она боится его. Боится. Зачем ей такая жизнь? В страхе. Каждому своё. Он смотрит на меня своими маленькими глазками в развалившейся позе. Поджимаю губы. Снова ловлю себя на мысли, что всегда права в отношении людей. Знания психологии только отточили, уложили, объяснили чутьё. В социуме важно, мне важно уметь объяснить скрытое от большинства глаз. Смотрю на него и вижу чудовище. Глупое, злобное чудовище, уверенное в своей неотразимости. Он получает удовольствие, причиняя горькую боль другим живым существам. Его стенания по поводу умершего пса не что иное как банальная попытка хоть как-то прикрыть свою моральную, духовную ущербность. Способ показать тонкость своей натуры, якобы способной к сопереживанию. Глупость.
