Читать книгу "На задворках вечности. Часть I. Рождение богов"

Глава 24

Назначив вместо себя главных, Хорс скомандовал готовиться к взлёту. Быстро передав устный приказ предводителю эскадрильи «Коршунов», адмирал приказал тому по окончанию сражения следовать за ним к сенату. Не задерживаясь более ни на минуту, Хорс созвал всех военных, которых только смогли разыскать помощники, сгоняя небольшой сборный отряд из телохранителей, десятников и пехоты на борт. Его адмиральский фрегат, подобрав по дороге шесть охраняющих стратосферу боевых кораблей четвёртого ранга, быстро покинул пределы сокровищницы.

Приземлившись через десять минут на центральной площади столицы подле комплекса сената Верховных Правителей, Хорс живо проинструктировал отряд.

– Выполнять только мои приказы! – напомнил им он. – В сенате не разбегаться, по сторонам не глазеть, держаться цепочкой.

Возле входа их поглотила взволнованная толпа. Сотрудники службы безопасности сената проводили экстренную эвакуацию.

– Где командир охраны? – спросил Хорс одного из военных.

Проверив документы адмирала, сотрудник поспешно отдал честь.

– В церемониальном зале. Сопровождение?

– Нет, – отказался Хорс. – За мной.

Позвав отряд, адмирал первым просочился в толпу, минуя заторы. Церемониальный зал, тот самый, что вёл в личные покои Верховного Правителя Аллалгара, находился в левом крыле здания. Добравшись туда, Хорс сразу увидел среди остальных сотрудников командира охраны – невысокого, крепкосложенного бывшего пехотинца, даже за долгие годы службы в сенате не сумевшего стереть в себе простого солдата. Как и в былом полку, так и здесь, у дверей покоев одного из первых лиц государства, командир резко жестикулировал, ругался, пинал нерасторопный персонал, позабыв о манерах и осточертевшем ему этикете. Увидев адмирала-командующего, после стандартного приветствия он грубо налетел на Хорса. Из всего сказанного им лишь фраза «Что произошло?» оказалась без ругательства. Хорс быстро оборвал командира.

– Где Правители?!

– Правитель Александра эвакуирована в третье убежище.

– Аллалгар?

– Вместе с советниками заперся изнутри! Не открывают, разразии… их! – вновь начиная ругаться, не сдержался командир.

– Давно?

– Да кто знает? Возможно, с утра. Когда пришли десять минут назад, уже заперто было.

– Правитель точно там?

– Точно! – уверенно ответил командир.

– Хорошо. Ломайте дверь! – оборачиваясь к своему отряду, приказал Хорс. – Быстро!

Дюжие солдаты оттеснили от массивной двери крутившихся там техников, навалившись на дубовые створки. Затвор прогибался. Скрипел. Парни гнули спины. Дерево гнулось в ответ.

– Продолжайте эвакуацию. Здесь ваша помощь уже не нужна, – спровадил командира Хорс.

– Так что случилось-то? – опять спросил командир.

– Действуйте по уставу, выполняйте протокол чрезвычайной ситуации, – только и ответил адмирал, игнорируя любопытство последнего. Тот, задержавшись ещё немного, коротко и громко выругался напоследок, покидая церемониальный зал.

Через мгновение послышался глухой хруст смолёного дерева.

– Занять периметр! Стрелять в крайнем случае! – быстро отдал приказ Хорс.

Его сборный отряд проскользнул в парадную личных покоев Правителя. Адмирал ждал у входа. Оттуда, проходя в каждую комнату, ему докладывали короткими «Чисто!». Хорс начинал нервничать.

– Улизнул, толстый хрыч, – подумал он о Правителе.

– Адмирал! – позвали его изнутри.

Хорс поспешил на голос. Плотно закрытые гардины закрывали покои от солнца, сохраняя в них ночь и практически кромешную темноту. Пробравшись в зал совета Верховного Правителя, адмирал быстро заморгал, стараясь рассмотреть хоть что-то.

– Да откройте вы шторы! – взбесился он.

Двое бойцов проворно протиснулись меж массивных кресел и расставленных кругом небольших столиков. Через мгновение яркий дневной свет ужом проскользнул сквозь мутные стёкла окон, ослепляя отряд. Хорс упорно заморгал, протирая глаза. Свет рассеивался, прятался в затемнённых углах, куда не доставали лучи солнца. Привыкнув, адмирал быстро огляделся, вновь потянувшись рукой к глазам.

– Бойня.

Это тихо произнёс один из солдат.

Хорс остановился, не трогая более и без того натёртые веки. Ему это не казалось. В просторной комнате для Совета Правителя, куда ни глянь, в лужах собственной крови валялись трупы. Брызги тёмной запёкшейся жидкости были везде. Мелким бисером они усеивали стены, мебель, в некоторых местах даже потолок. Взглянув на первого убитого, Хорсу показалось, что голова того взорвалась изнутри, выворачивая содержимое черепа наружу.

– Адмирал…

Хорс обернулся. Ему указывали в начало длинного, занимающего центр комнаты красивого резного, увитого сложным тематическим декором стола. Несколько убитых уронили окровавленные головы на столешницу, один валялся меж пухлых толстых ножек, закрывающих и без того изуродованное смертью лицо несчастного. Но это не помешало адмиралу узнать убитого.

Подойдя к нему, Хорс склонился над трупом, не став щупать пульс. Это было уже ни к чему. Из треснувшего черепа растекалась вязкая лужица вскипевшего мозга, открытые глаза были выжжены, от тела несло горелой плотью.

Собравшийся вокруг отряд притих. Все ждали дальнейших приказов адмирала, но Хорс и сам теперь не знал, что ему приказать. Все догадки рухнули.

– Разыщите командира охраны, – нарушил затянувшуюся тишину Хорс. – Передайте, Верховный Правитель Аллалгар – мёртв. Убит. Действовать согласно протоколу.

Один из бойцов метнулся выполнять приказ.

Хорс встал. Коротко отдал честь погибшим, и, более не смотря на изуродованные тела, жестом указал отряду на выход. Не теряя времени, он отдал команду взлетать. Связь между звеньями отсутствовала, корабли сообщались через примитивные рации малого радиуса. Дождавшись, пока в него войдут последовавшие вслед за ним «Коршуны», Хорс обратился ко всем командирам:

– Начинаем ускоренную мобилизацию в первом секторе…

…

Антарес удивлённо вскочил, ощутив мощнейшее колебание материи в галактике. Потянувшись к кулону, он отпустил внутренний взор, осматривая просторы каждой системы своих владений, догадывался, куда стоит заглянуть первым делом.

Оказавшись в Солнечной системе Красной Звезды, Антарес быстро разыскал истоки изменений. Они сочились сразу в нескольких местах, преображая материю. Дотянувшись к ним разумом, Владыка галактики резко отпрянул, словно коснулся раскалённого металла. С удивлением он заново притронулся к червоточинам, но те, словно не принадлежали его власти, вновь отказались повиноваться,

Задумавшись лишь на мгновение, Антарес грубо крикнул:

– Кочевник!!!

Но на его зов никто не ответил.

Он позвал Тёмного Кочевника ещё пару раз. Результата не было.

Владыка галактики разъярённо сорвался с места, заметавшись по своему огромному дому, но мыслями он был всё ещё там, в системе Звезды.

Неужели время истекло, и этот день настал?

Антарес не хотел думать об этом, но наглядные изменения в материи пространства-времени были лучшим тому доказательством. Тёмный Кочевник готовил последнее вторжение. Вот так, даже не предупредив, что пора…

Что ж, это в его манере – делать что-то тогда, когда от него этого не ждут.

А ведь Антарес надеялся, что у него ещё остался хотя бы день.

Владыка галактики резко остановился, наткнувшись на свои же неприглядные мысли: «Зачем ему время?». Разве он не принял решение? Конечно же, принял. И что с того, случится это сегодня или днём позже? Он уже не сможет ничего изменить.

Слишком поздно…

Успокоившись, Антарес вернулся в свои покои.

«Пусть всё закончится. Закончится сегодня», – шепнул себе он.

Его разум продолжал чувствовать инородное проникновение. Тень сущности Тёмного Кочевника хозяйничала в просторах Солнечной системы Красной Звезды. Антарес видел, что тот делает – десятки тоннелей между мирами, некоторые из которых уже начинали открываться. Его слуги поработят систему, а затем и всю их расу, но зато Илтим останется свободной.

Да. Она останется с ним…

Холодная иголка легонько кольнула разум Антареса – один из проходов был открыт.

Владыка галактики поспешно отвёл взгляд, не желая видеть того побоища, что вскоре развернётся в системе. Но, простояв всего мгновение, Антарес вновь вернулся обратно. Он лишил возможности Илтим наблюдать порабощение дорогих ей существ, и не мог позволить себе того же. Ему придётся взглянуть на их крах.

Тяжело вздохнув, Антарес отпустил свой разум в систему Красной Звезды.

Как алый рассвет, там разгоралось первое сражение.

…

С большим усилием Хорсу удалось установить связь на малом радиусе, построив сообщение между округами планеты через цепочку. На это уходило непростительно много времени, но адмирал довольствовался и таким видом связи. На большее рассчитывать пока не приходилось.

К его облегчению, практически каждый округ, получив приказ о мобилизации, уже завершал подготовку. Что же творилось за пределами планеты в остальной части системы, он по-прежнему не знал. Отправленные им разведчики не вернулись, ни первое звено, ни второе, и адмирал принял решение не рисковать более подчинёнными, оставив лишь передовые дозорные звенья на ближней и дальней орбитах Аккада.

С того момента, как он покинул сенат Верховных Правителей, пролетело не более шести часов. Самых нервных часов в его жизни. Основные меры по эвакуации уже завершались, города столицы опустели, население перебралось в подземные убежища, посты, временные госпитали, склады и пункты координационных штабов были открыты, наземные артиллерийские установки активированы, несколько рубежей обороны поставлены, силы стянуты в каждом округе и готовы отразить атаку. На этом обороноспособность планеты исчерпывалась.

Отправив добровольцев к Главнокомандующему, Хорсу оставалось только надеяться, что те сумеют пробраться через пелену невидимой угрозы. Но даже если им и повезёт, ближайший полк флотилии адмирала Сварога базировался в двадцати двух часах пути от Аккада, из которых миновало всего пять. Это не считая того же времени на обратный путь, в случае, когда тревожное сообщение всё же достигнет Главнокомандующего. Так что на помощь Хорс мог надеяться не ранее чем через сорок-пятьдесят часов, практически полтора суток. Слишком долго. В сложившихся обстоятельствах и уже зная технический уровень врага, адмирал сомневался, что им удастся выстоять дольше суток. Слишком долго. Многие защитные системы планеты вышли из строя: всё, что управлялось спутниками, наземными технологиями и искусственным интеллектом, блокировалось установками врага. В распоряжении армий планеты осталась лишь техника и оружие, управляемое вручную, но и оно функционировало с отклонениями. И хоть пока адайцы не проявляли себя, Хорс чувствовал: период затишья на исходе.

Штаб адмирала, оборудованный в убежище под центральной площадью сената Правителей, продолжал получать сообщения с первого рубежа планеты. Те из-за цепной связи достигали Аккада с небольшой задержкой, лишь через несколько минут, и содержимое последнего сигнала подтвердило опасения Хорса. Вражеский флот адайцев вышел на манёвр, стремительно направляясь к планете одновременно с четырёх направлений. До первого столкновения оставалось двадцать минут.

Отдав напоследок всем комендантам округов ещё один приказ, адмирал окончательно вверил тем командование, понимая, что стоит только битве завязаться, и армиям Аккада уже не удастся установить даже цепную связь. Теперь каждый материк отвечал за себя.

Покончив с протокольными обязанностями в штабе, адмирал поспешно вернулся на свой корабль, доставивший его к главному галеону второго рубежа защиты.

– До столкновения одна минута, – спокойным голосом продолжало вещать бортовое оповещение.

Но, чем ближе подбирался противник, тем меньше спокойствия оставалось на самом галеоне. Первый рубеж находился всего в трёхстах тысячах километров от этой линии обороны, далеко, чтобы увидеть сражение, но недостаточно, чтобы не представить его себе. И как только система оповещения отсчитала последние секунды, экипаж галеона невольно замер, прислушиваясь, будто бы мог расслышать отголоски безмолвных взрывов. Но вместо них была тишина.

Угнетающая пустая тишина неведенья, где единственным способом хоть что-то узнать оставались небольшие корабли разведчиков, беспрерывно летающих туда и обратно.

Адмирал Хорс не спеша внёс запись в бортовой журнал:

«Время – 17.26. – 213 день 3304 года Четвёртой цивилизации. Вторжение началось»…

…

– Прибываем через полчаса! – крикнул Энки.

Межгалактический фрегат начинал замедлять скорость, выходя из сверхсветового режима. Длинный путь был практически завершён, и корабль автоматически готовился к скорой посадке.

Всю дорогу беспокойство и подозрение попеременно сгрызали командира. Он искоса поглядывал на Кали, та же, казалось, не замечала ничего и никого вокруг, но это было не так. Энлиль помнил, насколько легко девушке удавалось читать чужие мысли, и старался находиться от неё подальше. Забытые размышления вновь одолевали командира – он никак не мог объяснить своё странное гнетущее ощущение, что появлялось при каждом взгляде на ученицу.

«Что это? Страх? Жалость?», – спрашивал себя он. «И ещё это странное чувство, связь… Почему мне кажется, что я знаю её гораздо дольше?»

Неожиданно, Кали мельком одарила Энлиля необычной понимающей улыбкой. Командир, как от укола, неуклюже подорвался с места, поспешно ретировавшись в самый дальний угол. Но, взявшись с удвоенным рвением за проверку амуниции и оружия, он, против воли, всё равно, изредка продолжал думать об ученице. Сидящий рядом Бэар незаметно усмехнулся, проследив за короткими взглядами наёмника.

– Необычная внешность, – шепнул он.

Энлиль невозмутимо продолжал проверку арсенала, но от ответа не устоял.

– Тебе повезло. Ты мог видеть её каждый день.

Бэар непонимающе взглянул на командира, но затем улыбнулся.

– Разве что в мечтах…

Произошёл небольшой резкий толчок. Фрегат окончательно вышел из сверхсветовой скорости. До Цесны оставалось семь минут. Энки взял управление на себя, заняв пилотскую. Энлиль и Бэар остались вдвоём.

– О чем ты? – услышав последнюю фразу лейтенанта, задумчиво переспросил наёмник.

– Ну а где ещё я мог её видеть? – мечтательно плёл парень.

– Разве тебя не допускали к Хранителям? – удивлённо спросил предводитель наёмников.

Фраза задела лейтенанта. Тот гордо выпрямился, немного нагоняя на себя суровый вид.

– Конечно, допускали! – рассерженно ответил парень.

– До орбиты три минуты! – крикнул Энки, однако его возглас все пропустили.

Бэар из-за возмутительного предположения наёмника, Энлиль же из-за невозмутимого ответа последнего. Мельком, всё ещё не понимая услышанного, он взглянул на забившуюся в противоположный угол молчаливую девушку. Та, словно увидев его думы, резко обернулась в их сторону, впившись в командира прямым взглядом. Кали была далеко от него, но отчего-то Энлилю показалось, что зрачки её расширились, а сама она рылась в его мыслях, догадываясь, о чём он собирается спросить Бэара.

Девушка оставалась безмолвна. Не отводя взгляда, она продолжала смотреть на предводителя наёмников. На мгновение Энлилю действительно расхотелось продолжать разговор с лейтенантом, но раззадоренный интерес взял своё.

– Кали, – медленно начал говорить он, – первая ученица Хранителя Дильмуна, и ты не мог её не видеть…

Бэар уставился на командира, хоть тот всё ещё не сводил глаз с ученицы.

– Что?

– Кали – ученица Хранителя, – поднимаясь, повторил Энлиль.

Не делая резких движений, он аккуратно убрал оружие, спрятал ножи и тонфу.

Девушка поднялась вслед за ним.

Энлиль уже не ждал ответа лейтенанта. Немой взгляд Кали был ему ответом вместо любых слов Бэара. А ведь, действительно, никто и ни разу при нём не назвал её ученицей, не узнал, когда они были в сокровищнице. Никто.

– Поверь, – тем временем, не замечая накалившейся обстановки, бубнил Бэар, – будь она в братстве, я бы её знал. Это верно…

Но Энлиль уже не обращал внимания на гомон лейтенанта. Предводитель наёмников сделал шаг в сторону девушки. Кали не шелохнулась. В его глазах появилась тревога, но страха не было.

Медленно преодолев половину палубы, Энлиль остановился в нескольких метрах от неё.

– Кто ты такая? – практически беззвучно спросил он.

Корабль немного затрясло.

Незаметно Кали вплотную оказалась рядом с командиром.

– Ты мне скажи… – не размыкая губ, шепнула она.

Фрегат вновь тряхнуло, да так, что все вмиг растянулись на палубе. Мелкая тряска продолжилась, внутреннее освещение заискрилось. Задержав на Кали взгляд, Энлиль не заметил ничего, кроме лёгкой ухмылки.

Его настойчиво позвал Энки.

Спотыкаясь, командир поспешил в пилотскую. Подобравшись к другу, Энлиль ухватился за сиденье пилота. Как мог, Энки старался выровнять фрегат.

– Почему нас трясёт?

– Что-то с гравитацией планеты! – перекрикивая себя, ответил Энки.

Фрегат входил в стратосферу Цесны, заходя на курс покинутой колонии. Его бросало, словно мячик в узкой металлической трубе, сильно искривляя все показатели бортового компьютера. К грохоту добавились звуки коротких хлопков.

– А это уже стрельба, – быстро усаживаясь за панель управления защитными системами корабля, заметил Энлиль.

Настроив установку, он вывел на трёхмерный проектор графическое изображение их корабля в реальном времени. В хвосте фрегата вилось более десятка маневренных истребителей, таких же, что уже встречались им в сокровищнице.

– Бери полное управление на себя! – приказал Энлиль другу, активировав автоматическую защиту корабля.

Фрегат начал проникновение в атмосферу Цесны, перестраиваясь под новый антигравитационный режим полёта. Тряска уже должна была прекратиться, но неизвестная аномалия продолжала воздействовать на корабль. Стараясь выяснить, в чём дело, Энлиль поспешно запустил сканирование радиуса вокруг стремительно приближающейся колонии. Через несколько секунд устройство выдало результат. И хоть картинка была графической и примитивной, предводителю наёмников хватило всего одного взгляда на неё, чтобы понять причину.

– Смотри! – позвав Энки, крикнул он. – Это портал!

Наёмник обернулся через плечо, заметив огромную трёхмерную воронку, уходящую ввысь и деформирующую пространство. Портал нависал прямо над колонией, и его масса и энергия искажали работу внутренних систем фрегата, и чем меньше становилось расстояние к воронке, тем ниже падала эффективность управления кораблём. Полувоенный грузовой транспортник постепенно выходил из строя, чего нельзя было сказать об истребителях противника. Похоже, те были оснащены неизвестными технологиями, позволяющими блокировать аномалии и не попадать под воздействие деформирующей материи портала.

Расстояние до поверхности планеты резко сокращалось. Фрегат практически падал, будучи не в состоянии выйти на антигравитационный режим. Система защиты и перехвата отказала, но истребители уже не трогали и без того падающий корабль. Одна за другой отказывали внутренние системы жизнеобеспечения. Освещение перешло на аварийное. Тормозные двигатели не запускались, антигравитационные же работали на последнем издыхании, попеременно запускаясь и выключаясь вновь, отчего фрегат раз за разом резко падал, будто проваливаясь в воздушные ямы.

– Необходимо активировать тормозные установки!

Энки безрезультатно перезапускал управление. Корабль практически не отвечал.

– Не выходит! Мы разобьёмся!

Энлиль пошатнулся от нового падения. На этот раз антигравитационные двигатели включились лишь через полминуты. До поверхности оставалось ещё три тысячи километров, и в следующий раз им может уже не повезти. Необходимо срочно найти способ посадить корабль без амортизирующих установок и тормозных двигателей, да так, чтобы не превратить его в лепешку. Для судна весом в несколько тысяч тонн это казалось невыполнимой задачей. Энлиль неплохо знал конструкцию фрегатов такого типа и понимал – корабль не спасти. Необходимо катапультироваться, пока для этого ещё была возможность. Но как? Истребители хоть и прекратили огонь, продолжали следовать за ними, и им не составит труда заметить выпущенные капсулы.

Впрочем, возможно, это и к лучшему…

– Выпускай спасательные капсулы! – крикнул он другу.

Засомневавшись лишь на долю секунды, Энки быстро поднял защитную крышку панели управления капсулами, наугад опуская несколько рычагов подряд. Глухой хлопок и короткий свист ознаменовали отсоединение капсул, быстро уходящих в разные стороны от корабля.

Энлиль обновил показатели проектора, с волнением наблюдая за погоней.

– Получилось! – довольно крикнул он.

Преследовавшие фрегат истребители сменили курс, разделившись на группы и устремившись вслед за выпущенными спасательными капсулами. Замысел командира удался. Беспилотники клюнули на наживку, оставив судно, не заметив подвоха. Хотя шанс, что тем удалось бы просканировать на нём экипаж, был невелик. Энлиль и Энки уже успели зарядить и надеть защитные костюмы, Кали оставалась невидимой для сканирования и без них, и только Бэар мог себя выдать, но из-за постоянных вспышек двигателей обнаружить его было практически невозможно.

Истребители тем временем уже добивали последнюю капсулу, фрегат же практически вошёл в свободное падение. Не став медлить, Энлиль приказал готовиться к эвакуации. До столкновения насчитывалось меньше минуты. Надев планеры, дождавшись, пока судно достигнет двухсот метров, все четверо одновременно покинули фрегат. Через мгновение корабль врезался в центр колонии, разлетаясь на осколки.

Незаметно один за другим друзья приземлились, спланировав на пустынные окраины заброшенного квартала рабов. Энлиль оглянулся. Энки и лейтенант были рядом, Кали чуть поодаль. Увидев девушку, командир живо вспомнил последнюю сцену между ними. Сейчас было не место и не время для выяснений, но он должен узнать правду. Узнать, кто она такая…

Быстро освобождаясь от ремней планера, он поспешил в её сторону, но Кали заметила его первая, скрывшись за облупленным жёлтым зданием. Добежав туда, Энлиль увидел лишь такую же, как и все остальные, пустующую улицу.

– Кали! – негромко позвал он её, не надеясь, что та ответит.

К нему подошли остальные.

– Разделимся! – приказал Энлиль. – Ищите её!

Каждый выбрал направление, скрываясь в лабиринте квартала. Предводитель наёмников пошёл по улице, где последний раз стояла девушка, но, миновав несколько домов, поспешно вернулся обратно, позвав остальных. Поравнявшись с лейтенантом и Энки, он указал тем на портал.

– Нельзя дальше идти, там что-то происходит! – доставая небольшой бинокль, предупредил он.

Проход искрился над большим даже по меркам Аккада, выделяющимся на фоне убогих построек поместьем. Вокруг портала вертелись какие-то нечёткие точки разных размеров. Воспользовавшись едва работающим биноклем, командир убедился, что ему не показалось. Вместо точек проход окружали боевые корабли и истребители разных конфигураций, сфокусировав же картинку, он заметил не только воздушную, но и наземную технику, а также несколько отрядов адайцев, занявших дом. В колонии было далеко не пусто, как могло показаться на первый взгляд, и те истребители, что помогли им «приземлиться», оказались всего лишь одним из звеньев базирующейся здесь, вокруг портала, флотилии.

Но это было не единственное скопление. Осмотревшись, с трудом Энлиль разобрал ещё одно в противоположной стороне от поместья далеко за пределами колонии. Увеличив приближение бинокля на максимум, ему удалось рассмотреть расположенный рядом с какой-то ветхой невысокой постройкой, похожей на вход в шахты, лагерь противника. К нему, пригнувшись, от бархана к бархану аккуратно приближалась высокая фигура.

– Это Кали! – крикнул он остальным.

– Как она успела уйти так далеко? – непонимающе спросил Бэар.

Энлиль прикинул на глаз. От них до девушки было уже не меньше десяти километров.

– Почему она оставила нас? – возмутился Энки. – Она говорила тебе что-то?

Командир отрицательно мотнул головой, не понимая поступка девушки. Тем временем Кали подобралась уже к первому посту. Энлиль успел разобрать лишь несколько коротких движений, убивших адайцев. Покончив с ними, девушка всё так же незаметно направилась к следующему, не догадывающемуся о случившемся отряду. Предводитель наёмников собирался проследить за ней, но ему это не удалось. Бинокль отключился.

Раздражённо наёмник отбросил устройство. Остальные впились взглядом в размытый горизонт, где сейчас находилась Кали, но с такого расстояния не увидели ничего, что хоть как-то пролило бы свет на происходящее. Энлиль начинал волноваться. Он видел, с какой лёгкостью Кали расправилась с первым отрядом, но это ещё не означало, что ей будет везти так всегда.

– Возможно, всё из-за портала, – Энки указал на панель управления защитных костюмов.

Повернув запястье, где в рукав была вделана панель управления, Энлиль вздохнул с досадой. Несмотря на то, что оба они перезарядили амуницию, защитные костюмы проработали всего несколько минут, полностью отказав, и даже не издав предупредительного сигнала.

Настороженно переглянувшись, все трое поспешно потянулись к оружию. То также оказалось бесполезным. Сильная магнитно-гравитационная аномалия портала выводила из работы любые незащищённые от её воздействия технологии, делая из них непригодный мусор.

Спрятав оружие, наёмники извлекли тонфы, отдали Бэару десяток метательных ножей. Теперь это была их единственная действенная защита. И если бы не маскировочные свойства костюмов, принимающих расцветку окружающей среды, все трое были бы посреди песчаного пейзажа как на ладони.

– Вперёд! – выдвигаясь, приказал Энлиль.

– Стойте! – опомнившись, позвал Бэар – Если Хранитель действительно там, я настаиваю на соблюдении Республиканского договора по взаимопомощи между Сеннааром и нашим братством, – вспоминая пункты этого старого соглашения, растеряно зачастил лейтенант.

– Вы не имеете права мне отказать! – тараторил парень. – Как бывшие военные…

– Да хватит тебе! – оборвал того Энки. – Будет тебе договор.

Бэар раздражённо замолчал, но настаивать не стал.

Убедившись в маскировке костюмов, все трое молча перешли на бег.