Читать книгу "На задворках вечности. Часть I. Рождение богов"

Грязный, в потемневшей от крови одежде, к Хозяину наследник вернулся лишь через сутки. Тот довольно скалился. Эн-уру-гал молчал.

Сперва Хозяин оставил парня на Цесне, где тот провёл почти век, познавая грани своих возможностей, выполняя бесконечные поручения, выслеживая, добывая информацию, превращаясь в покорную машину для убийства. Постепенно Эн-уру-гал научился контролю. Дарованная власть подчинилась его телу, разуму, будто бы всегда была с ним. Когда обучение подошло к концу, Хозяин отправил наследника в первый комплекс Сеннаарского братства в системе Роэтта. Дальше были десятки таких же сокровищниц, пока не пришло время главной – Аккадской. Здесь он в который раз принял новую внешность, стал носить выдуманное имя, вжился в очередную роль. Год за годом, обрастая ложью, Эн-уру-гал носил свои маски, повторяя один и тот же путь: из новобранцев в телохранители.

Всё, что было до того, – мелочь. Лишь становясь личным телохранителем, он приступал к выполнению главного условия в своей сделке. Все эти годы ему предстояло разыскать артефакт. Носитель мог храниться в любой из сокровищниц страны, и несколько раз он даже чувствовал его присутствие, но добраться до него наследник не успевал – реликвию перепрятывали. Эн-уру-гал не сдавался. Всё более совершенствуясь, он в конце концов смог повысить свои способности настолько, чтобы оставаться в тени. И после, ещё до того, как Хранители той или иной сокровищницы начинали чувствовать в своих рядах неладное, он уходил, берясь за очередной комплекс. Когда дело дошло до Аккада, Эн-уру-гал уже полностью контролировал свой дар. Он не пробыл здесь и года, когда начал понимать – артефакт рядом. Он всё ещё не мог к нему дотянуться, но, благодаря развившимся способностям, наследник не сомневался – он на правильном пути.

Уверовав в себя, Эн-уру-гал быстро узнал, кому из тридцати Хранителей было доверено хранить этот носитель. Незаметно, шаг за шагом он влился в личную охрану Дильмуна, присматривался, изучал. Прошло ещё несколько лет, однако наследник так и не сумел разгадать секрет носителя, то, как им воспользоваться.

Тёмный Кочевник ждал, но и его терпение подходило к концу. Не желая более промедлений, он натравил на Республику своих рабов, заставив Эн-уру-гала провести тех в сокровищницу. Зная, какое могущество может таить в себе носитель, Кочевник опасался Верховного Хранителя, приказав изолировать старика подальше от комплекса и его братства. Запустив открытие портала, Эн-уру-гал покинул сокровищницу за полчаса до вторжения, увозя с собой и Хранителя.

Эн захватил его без особого труда. Он и Хозяин знали, что им не стоит опасаться покровительницы расы илимов и самого Дильмуна, но связь между Красной Звездой и стариком, даже несмотря на то, что та была лишена сил уже практически десять тысяч лет, оставалась сильна, и оба не решились рисковать. Они спрятали Хранителя настолько далеко от её солнца, насколько смогли. И по иронии судьбы лучшим местом для этого оказался старый дом Эн-уру-гала – его ссыльная планета.

После того погрома, что он устроил, обжитая колония опустела, а все, кому удалось уцелеть, перебрались на другие планеты или погибли. ЕН-32 превратилась в мёртвую пустыню, и затеряться на ней не составило труда.

Перенеся сюда Хранителя, наследник заточил его в старых шахтах, где когда-то умер его отец. Здесь же, обшарив обветшалый господский дом, оставленные с ним адайцы разыскали и орудия пыток, которыми некогда, возможно, пытали и самого наследника.

Вернувшись туда, где всё началось, Эн-уру-гал вновь лишился самообладания. Каких же только усилий ему требовалось, чтобы не содрать со старика кожу. Одного только взгляда на Хранителя хватало для неистовой злости. Дильмун был последней тонкой гранью между ним и наградой, и Эн-уру-гал с трудом сдерживался, видя его хитрую ухмылку и смеющиеся над ним глаза.

Оставшись наедине с Дильмуном впервые, наследник и вовсе засомневался, того ли он Хранителя взял в плен? Но, попытавшись проникнуть в разум старика, Эн-уру-гал наткнулся на прочный щит, пробить который не смогло даже присутствие Тёмного Кочевника. Он не ошибся. Но что толку? Ни под пытками, ни под угрозами Дильмун не выдал местонахождения носителя. Не смогли разыскать артефакт и адайцы, опустошившие сокровищницу. Это был тупик.

Более чем сто пятьдесят лет Эн-уру-гал жил лишь надеждой, что когда-нибудь сумеет вернуть долг. Полтора века он, не задумываясь, шёл на любые жертвы, только бы приблизить этот момент, когда Иннана и Калахари вновь будут живы. И сейчас, когда все планы рушились, наследник не понимал, что ему делать. Без носителя терялся смысл. Столько смертей, столько крови на его руках, и всё зря.

Он уже знал о павшем барьере. Знал о сдаче адайцев. Чувствовал гнев Владыки. Отражение сознания Тёмного Кочевника, не затихая, разрывалось у него внутри. Невидимая материя измерений вибрировала, накалялась. Владыка сверлил в ней червоточины. Не те порталы, что открыл для адайцев Эн-уру-гал. Другие. Тоннелями они соединят их галактику с мирами захватчиков, и подобный проход нельзя уже будет закрыть. Ни мощным взрывом, ни любым иным оружием. Конец неизбежен…

…

Эн-уру-гал привалился к прохладной стене. Его немой рассказ всё ещё звучал в сознании Хранителя. Дильмун слушал. Не перебивал. Перебежчик вернулся к нему несколько часов назад, растерянный, потрёпанный, он молча сел в тёмный угол, уводя Хранителя в свою память. Тот не сопротивлялся. Он показал Дильмуну свою жизнь, каждое значимое воспоминание, не утаив ничего. С одинаковой яркостью Хранитель увидел обе стороны наследника – ту, что существовала надеждой на встречу с любимой, и ту, что превратилась в чудовище, отдавая всё ради этой встречи. Видения прекратились.

– Помоги мне, – неожиданно тихо попросил Эн-уру-гал.

Дильмун настороженно молчал.

– Помоги, – повторил наследник. – Теперь ты знаешь всё, что знаю я. Он придёт. Придёт, если я не отдам ему носитель.

Эн-уру-гал судорожно задышал, справляясь с истерикой.

– Клянусь, я хотел этого! – вдруг закричал он. – Я мечтал залить Республику огнём! Мечтал вернуть Калахари, вернуть Иннану. Ты не представляешь, как сильно было моё желание отомстить. Оно съедало меня изнутри.

Наследник вышел на свет, остановившись напротив связанного старика.

– Посмотри, что оно сделало со мной! – склоняясь над Дильмуном, говорил он.

Хранитель осторожно взглянул на парня. Сейчас на нём уже не было маски. Рано поседевший, изъеденный страхами, болью, своими поступками, он всматривался в него пустыми глазами гонимого всеми старца. Где-то в их глубине затухала вера. Дильмун отвёл взгляд.

– Останови вторжение – спаси свою расу! – продолжал Эн-уру-гал. – Что есть носитель? Где он спрятан?

– Ты просишь невозможного, – тихо ответил Хранитель.

Наследник оторвался от старика, нервно заходив взад-вперёд.

– Он всё равно получит своё! – стараясь успокоиться, уговаривал он. – Он всегда получает своё!

Эн-уру-гал остановился.

– Если мы не отдадим ему артефакт, он придёт за ним сам. Не с помощью своих рабов. А САМ! – голосом сумасшедшего рассказывал наследник.

– Пусть приходит. Он не получит его!

Наследник грубо рассмеялся.

– Он поглотит ваше солнце и заточит в своём чреве чёрной дыры эту систему, возможно, и галактику. Всё живое будет либо растерзано, либо подчинено, а он, Кочевник, всё равно получит своё.

На какое-то время оба замолчали. Хранитель думал об услышанном. Его опасения. Его страхи. То, чего он боялся, сейчас лилось из уст перебежчика.

– И у нас всего два пути. Либо мы отдаём ему носитель и надеемся на его милость. Либо всему конец, – продолжил наследник. – С минуты на минуту он откроет тоннели, впустит своих рабов и те истребят нашу расу. Пощады не будет уже никому.

– Где артефакт? – вновь повторил свой вопрос Эн-уру-гал.

Хранитель молчал.

Наследник быстро разрезал верёвки, освобождая старика. Дильмун не стал подниматься, оставшись на месте. Парень присел напротив. Неподалёку донеслись голоса высланных Эн-уру-галом прочь адайцев.

Парень медлил, не решаясь вновь спрашивать старика. Он более не прятался, не скрывал своё лицо, своих глаз, не отводил их от того, кого, как и многих до него, чуть было не замучил до смерти. Совесть его кричала и выворачивала парня наружу. Он терпел. Не надежда, а лишь остатки прежней надежды ещё не давали ему сдаться.

Дильмун также не отводил глаз, и тоже чувствовал необратимые изменения вокруг. Но чувствовал он и ещё кое-что. Парень был честен с ним. Возможно, Эн-уру-гал впервые был честен, за все полтора века, что ему пришлось скитаться в чужих обличьях. И, глядя на поникшего седого юношу-старика, Хранитель вдруг ощутил, как отступает ненависть к нему. Он действительно жалел наследника, но помочь не мог.

Дильмун устало вздохнул, подбирая слова.

– Тёмный Кочевник невероятно могущественен и силён, – тихо заговорил он, – но даже ему не под силу вернуть того, кто переступил новый рубеж. Твои родные умерли, и благослови небеса, что они умерли не в его власти, не стали его пленниками. Иначе их ждала бы такая же участь, что и адайцев – уродство тела, уродство души.

Эн-уру-гал вздрогнул. Промолчал. Хранитель продолжил.

– И говоря тебе, что я не могу помочь, я не лукавил. Да, я Хранитель реликвии, скажу даже более, перерождаясь, я был её Хранителем уже сто семнадцать раз, но я не владелец. И нет для неё ни тайников, ни хранилищ, ни сокровищниц. Она сама хранит себя от любого взора.

Наследник неуверенно взглянул на старика, не понимая сказанного.

– Я знаю, что артефакт невидим для Кочевника, но он открыт для нашей расы, – шепнул парень.

– Это не так, – перебил его Хранитель. – Кочевнику действительно не дано его увидеть, но не дано это и миллиардам наших собратьев. Если на чистоту, то этот носитель и вовсе способны увидеть лишь единицы, и он совершенно неказист на вид.

– Артефакт невидим для всех?! – удивлённо вскрикнул наследник. – И мы зря столько дней обыскивали сокровищницу? Напрасно пытали Хранителей?

– Теперь ты понимаешь, почему твои слова вызывали мой смех, – вспомнил Хранитель. – Да, он невидим для всех – такова его природа. Но с тобой этот носитель всё-таки кое-что связывает. Ты никогда не задумывался, почему именно тебя выбрали для его поиска?

Наследник пожал плечами.

– Может быть, оттого, что я его чувствую?

– А почему ты его чувствуешь? – продолжал Хранитель.

– Не знаю.

– Это дар. Как и тот дар, что был некогда у первого Хранителя, получившего реликвию. И, хоть мы и созданы благодаря этому осколку, (кстати, выглядит он как мутный осколок-кристалл), дар настолько редкий, что встречается лишь раз на поколение. В моём поколении он в очередной раз достался мне. В твоём – тебе. Однако, одного этого недостаточно. Повторюсь, я не владею осколком, а лишь оберегаю.

– Но ты знаешь, где он? – перебил наследник.

Дильмун устало свесил голову.

– Ты отказываешься думать, – помолчав, ответил он.

– Так объясни мне! – попросил Эн-уру-гал.

Хранитель взглянул на парня. Тот искал искупления, хоть и сам этого не понимал.

– Это сложно принять, – вздохнув, начал старик. – Мы называем его осколком, но на самом деле эта субстанция необъяснима и лишь иногда принимает облик мутного камня. В ней есть что-то от коллапса, но не нейтронной звезды, а, скажем, всей Вселенной, даже сотен Вселенных, что-то бесконечно малое и непостижимо огромное одновременно. Оно ни жидкое, ни твёрдое, ни горячее, ни холодное, ни пар, ни сыпучее, ни лёгкое и ни тяжёлое.

Осколок – это иллюзия. Скомканные в едином целом миллиарды мыслей и воспоминаний. Энергетический след, запутанный в огромный клубок, поверхность которого мне удаётся распутать, да и то лишь с его позволения. Иногда он открыто делится со мной мыслями, но чаще всего я даже не замечаю его присутствия в своём разуме. Понимаешь? Нет для него Хранилища или сокровищницы. Он везде и нигде, а я только магнит, что притягивает его. Не более.

– Значит, ты способен его притянуть?

На мгновение Хранитель помедлил с ответом, но затем кивнул.

– Да.

– Так почему ты медлишь? Ты ещё можешь избежать миллиардов смертей! Сделай это!

Дильмун печально улыбнулся.

– Если б ты был его Хранителем, понял бы, насколько пусты твои слова. Я скорее дам погибнуть всей расе, чем допущу подобное! С этим осколком нашему народу всегда удастся возродиться заново.

– Но, поверь мне, – мягче добавил Дильмун, – я надеюсь и на хороший исход. Что бы ты мне ни говорил, как бы ни был силён наш враг, я верю в свой народ. Для нас ещё есть шанс выстоять, и он не в пресмыкании перед твоим Владыкой.

Эн-уру-гал поник.

– Смирись с потерей родных, – продолжал он. – Смирись с содеянным. Прошлого не изменить. Не в этой жизни. По своей воле ты впустил в себя тьму, по своей же сумеешь и избавиться от неё.

– Слишком поздно…

– Для тебя никогда не будет поздно, – настоял Хранитель.

Наследник удивлённо взглянул на старика.

– Разве я забыл сказать? – улыбаясь, продолжил Дильмун. – Осколок выбирает лишь того, в ком преобладает истинное начало. И раз ты всё ещё чувствуешь реликвию, добро осталось и в тебе.

Эн-уру-гал резко поднялся, отступая назад.

– Ведаешь ли, что говоришь! – крикнул он. – Я убил больше, чем ты можешь себе представить. Вообрази гору трупов до небес, а моя гора всё равно будет выше! Нет! Таким, как я, нет прощения! Во мне зло! Я и есть Зло!

Наследник быстро отвернулся, прячась в тень. Ужасная злоба и отчаянье вскипели в его крови. Не разбирая ничего перед собой, Эн-уру-гал вдребезги разворотил стену, выбивая пробоину в метровой кладке. На гул сбежались адайцы.

– Прочь!!! – крикнул им он.

Один из стражников заметил развязанного Хранителя и хотел было поднять тревогу, но наследник вновь закричал, на это раз применив силу. Небольшой отряд вмиг скрылся, оставляя разъярённого господина. Вслед за ними, не сказав ни фразы, поспешно удалился и Эн-уру-гал.

Хранитель остался один. Он мог бы попытаться бежать, но продолжал ждать возвращения наследника, однако тот пришёл только через сутки. Тяжело дыша, ещё более осунувшийся, он нерешительно приблизился к старику. Проведя весь день в раздумьях, Эн-уру-гал мучился от последних слов Хранителя, и к рассвету, вконец изведя самого себя, он решился задать вопрос.

Выйдя к Дильмуну, парень ещё какое-то время стоял молча. Старик не торопил его. Оба пробыли в тишине около часа, и лишь затем Эн-уру-гал тихо шепнул.

– Мне действительно можно помочь?

Хранитель ждал этого вопроса, улыбнувшись.

– Да, – твёрдо ответил он. – Если ты сам этого хочешь. Тебе можно помочь!

Парень неотрывно смотрел на старика. Его лицо вздрогнуло. Потянувшись к глазам, он с удивлением вытер слёзы, будто видел те впервые.

– Я столько всего натворил… – едва слышно произнёс он.

– Мы ещё можем это исправить. Вместе! – уверенно настаивал Хранитель. – Вернёмся на Аккад, и я смогу предотвратить вторжение. Наша раса выстоит. В ней ещё остались те, кто способен нас защитить. Поверь, тебе и твоему господину удалось убить далеко не каждого из них. Всё уладится. Ты научишься бороться со своим прошлым. Научишься вновь быть собой.

– И когда-нибудь, – продолжал старик. – Когда меня не станет… Ты займёшь моё место. Как и было начертано тебе ещё до рождения.

Наследник застыл в удивлении.

– После моей смерти, – тихо шептал старик, – ты станешь Хранителем осколка…

Эн-уру-гал не успел ответить. Как вспышка, в него ворвалась острая боль. Через мгновение он и Дильмун уже лежали на полу, корчась в мучениях. Его боль начала отступать, но старик продолжал извиваться в судорогах. В отчаянии парень затряс Хранителя, пытаясь тому помочь. Ничего не получалось.

– Молодец, ученик! – внезапно раздалось рядом.

Эн-уру-гал подскочил как ужаленный.

Не спеша, из темноты к нему вышел Хозяин.

– Молодец, – повторил тот. – Ты справился.

Помещение заполнили адайцы, окружив Хранителя. От боли тот лишился чувств.

– Он не сказал, где осколок! – поспешно крикнул Эн-уру-гал. – Оставь его!

Но Хозяин только усилил боль старика.

– Я не вру! – попытался остановить его наследник.

Хозяин хищно улыбнулся.

– Знаю, что не врёшь, – прошипел он.

– Тогда не убивай его! Прошу!

Хозяин подошёл к Эн-уру-галу, остановившись рядом.

– Очень умно! – неожиданно произнёс он. – Я всегда знал, хитрость – не последнее оружие в достижении цели, и ты применил его как нельзя кстати. Не по своей воле старик никогда бы не открыл тебе правды, но ты сумел узнать её иным путем.

Наследник непонимающе взглянул на Хозяина, начиная догадываться о его намерениях.

– Да, мой ученик, да, – подтвердил его мысли тот. – Ты сделал всё верно. Ты сумел узнать секрет осколка.

– Значит, – медленно произнес Эн-уру-гал, указывая на Дильмуна, – если ты его убьешь?..

– Вот именно!

– Хранителем осколка стану… я?

Хозяин довольно кивнул, удваивая усилия. Хранитель пуще прежнего забился в судорогах. Из-под прикрытых век старика хлынули кровавые слёзы.

– Прекрати! – не ожидая от себя, крикнул Эн-уру-гал.

– О, мальчик мой, он просто немного запудрил тебе мозги, – не обращая внимания на наследника, ответил Хозяин. – Покончим с ним, и в путь! Я уже запустил открытие портала над Цесной. Вскоре нас ждёт измерение Владыки и твоя награда! Тебя ждёт власть!

Эн-уру-гал нерешительно остановился. Мириады мыслей пронизывали его голову, и он практически не разобрал сказанного Хозяином, уловив лишь окончание.

– Я просил не этого, – тихо шепнул он.

– Полно тебе, – довольный собой, проговорил Хозяин. – У кого есть власть, у того есть всё!

Хозяин отвернулся от парня, полностью занявшись Хранителем. Убить его было непросто. Тот всё ещё цеплялся за жизнь, упираясь тёмному могуществу, но чтобы его дар перешёл на Эн-уру-гала, требовалось уничтожить не только тело, но и сущность старика, стирая в пыль его разум и душу. Не обращая более внимания на наследника, Хозяин переключил всю свою энергию в одно русло, уже не слушая парня. Ему практически удалось разорвать последние нити между сущностью и телом, а затем и испепелить их, но в решающий момент его энергия неожиданно наткнулась на невидимую преграду. Хозяин попытался вновь. Преграда не поддалась.

– Что за проклятье! – прошипел он, раздраженно оглядываясь.

Он было подумал, что в разуме старика осталась последняя защита, но наткнувшись на взгляд Эн-уру-гала, понял, кто возвёл стену.

– Не препятствуй мне! – гневно приказал он, но наследник не сбавил напор.

Движением кисти Хозяин приказал адайцам напасть на парня. Те быстро повиновались, однако также быстро отступили назад, когда первые из них не смогли подойти к Эн-уру-галу, превращаясь в пепел. На мгновение все замолчали, напряжённо следя за наследником и господином. Хозяин прицельно сверлил парня взглядом, стараясь распознать его мысли, тот в ответ не сводил с него далеко не приветливых глаз.

– Скажи, – тихо потребовал Эн-уру-гал. – Скажи мне правду.

Хозяин мог бы скривить душой, что не понимает, о чём речь, но за те годы, которые он знал парня, так называемая «правда» уже проела ему плешь. Конечно же, ему не нужно было гадать. Он и так понимал, чего от него ждёт наследник. Вместо ответа Хозяин постарался незаметно добить Хранителя, но ему не удалось. Эн-уру-гал вновь оказался готов, отразив удар. Тягаться с ним сейчас, когда вся энергия ещё оставалась перенаправлена на уничтожение старика, было бы самоубийством. Медленно Хозяин вернул её обратно, прекращая мучить Хранителя.

В качестве примирения он легонько поднял руки ладонями вперёд, не спеша направившись к наследнику.

– Не глупи, – аккуратно произнёс он, подбираясь ближе.

– Ответь! – крикнул Эн-уру-гал.

Терпение Хозяина лопнуло.

– Что ты хочешь услышать?! Что ты прав?! Да?! – закричал он. – Да! Ты прав! ПРАВ! Больше тебе их не увидеть. Они мертвы. Давно мертвы! И хватит уже тратить моё время!

– Вы солгали. Оба, – едва слышно шепнул парень.

Хозяин истерично хлопнул руками.

– Ох, небеса! Ну кто не без греха! – раздражаясь, продолжил он. – Но в тебе ведь была его сила. Ты провёл с ней столько времени, столько убивал, терзал, калечил, мучил, и тоже мог бы догадаться. Пусть и не в первый день, но хоть через год, два, столетие…

– Догадаться о чём? – перебил его Эн-уру-гал.

– Что тёмное могущество не способно созидать! Неужели ты этого не понял? Сила, что в нас и во Владыке, не возвращает смертных умерших! Он мог бы исцелить их, не более, но на момент нашей сделки они уже были мертвы. Будь в них хоть намёк на бессмертие, хоть капля чистой материи души – тогда другое дело, тогда за это хоть можно зацепиться. А так, они просто биомусор, просто плоть с проблеском ума, который невозможно даже идентично клонировать. Не в его власти воскресить примитивное смертное существо! И, уж точно, не в его прихоти, придумывать, как вернуть их тебе обратно.

– А теперь довольно пустой болтовни! – нетерпеливым тоном приказал Хозяин. – Признаться честно, зная о твоих хладнокровии и жестокости, я и позабыл эту давнюю блажь! Думал, ты поумнел!

Эн-уру-гал не отвечал, ещё сильнее выводя из себя Хозяина. Запущенный им портал уже был готов, и он не мог медлить. Стараясь говорить как можно спокойнее, он медленно вновь направился к наследнику. Поравнявшись рядом с парнем, Хозяин коснулся его плеча. Тот не прекращал использовать силу, закрывая Хранителя.

– Довольно! – твёрдо настаивал он. – Обратного пути нет. Ни для меня, ни для тебя. Выбрось из ума всё, что он успел тебе наговорить.

– Спасение? – презрительно повторил Хозяин. – Наше спасение в могуществе! В могуществе и власти!

Не отнимая руки, Хозяин ощутил, как сила парня начинала слабеть. Эн-уру-гал убирал защиту.

– Хорошо, – довольно прошептал Хозяин, оттесняя парня назад.

Не теряя времени, он быстро возобновил воздействие на старика. Ещё немного, и ему удастся того уничтожить.

– Вот так…

Хозяин поспешно завершал начатое.

Эн-уру-гал молча наблюдал за его действиями, застыв в нерешительности, чувствуя, как растворяются разум и душа старика, утекая в никуда.

Жизнь Хранителя таяла.