Текст книги "Мобильность и стабильность на российском рынке труда"
![](/books_files/covers/thumbs_240/mobilnost-i-stabilnost-na-rossiyskom-rynke-truda-126566.jpg)
Автор книги: Коллектив Авторов
Жанр: Управление и подбор персонала, Бизнес-Книги
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 34 (всего у книги 36 страниц)
11.4. Факторы межстрановой вариации реаллокационных процессов
Межстрановые различия в показателях оборота рабочих мест могут определять самые разные факторы. Прежде всего, следует назвать характеристики компаний – это размер и отраслевая принадлежность. Одновременно немаловажную роль играют сложившиеся в той или иной стране институты рынка труда.
Отраслевая структура экономики и оборот рабочих мест. Структуру экономики можно рассматривать в качестве важного фактора, объясняющего межстрановую дифференциацию в темпах мобильности на рынке труда. По расчетам Дж. Халтивангера и его коллег, особенности отраслевой структуры могут объяснить до 5 % различий в темпах оборота рабочих мест между отдельными странами [Haltiwanger, Scarpetta, Schweizer, 2010].
Каждая страна имеет свою отраслевую структуру экономики, что в конечном итоге отражается на динамике мобильности на рынке труда. В табл. П11-5 приведены данные оборота рабочих мест по основным секторам экономики в развитых странах и переходных экономиках в среднем за 1999–2006 гг. Особенностью данной выборки является включение в анализ всех типов компаний: действующих, вновь созданных, а также ликвидированных. Интенсивность создания и ликвидации рабочих мест связаны обратной зависимостью с капиталоемкостью конкретной отрасли – чем менее капиталоемкой является то или иное производство, тем больший оборот оно демонстрирует (исключением является добывающая промышленность).
3 При этом следует обратить внимание на то, что даже эти цифры являются заниженными из-за особенностей расчета показателей оборота рабочей силы. В показателе найма рабочей силы учитываются работники со стажем менее года, независимо от того, сколько раз они меняли рабочее место в течение этого периода времени.
Для обеих групп стран характерна более интенсивная реаллокация рабочих мест в сфере услуг и добывающих отраслях по сравнению с обрабатывающим производством. В среднем по тридцати странам в сфере услуг ежегодно создавалась и ликвидировалась почти четвертая часть всех рабочих мест. Лидерами по обороту рабочих мест являлись риэлтерские услуги, гостиничное хозяйство, строительство и торговля (отметим, что в данном случае в выборку сферы услуг попали только отрасли, предоставляющие рыночные услуги) [EMJF, 2011, table 14]. Высокие темпы создания и ликвидации рабочих мест в сфере услуг (на всех типах предприятий) сопровождались ростом занятости, чего нельзя сказать про добывающие отрасли, численность работающих в которых повсеместно сокращалась. Важно отметить, что эти тенденции прослеживаются как для развитых, так и переходных экономик.
Среди основных видов экономической деятельности отрасли обрабатывающей промышленности занимают последнее место по динамике оборота – этот показатель не превышает 18 %. К тому же эта отрасль демонстрирует снижающуюся занятость. Подобная ситуация стала итогом активно идущих процессов реструктуризации промышленного производства как в странах с переходной экономикой, так и развитых европейских странах. В последней группе стран свою роль сыграл процесс перевода обрабатывающих производств в регионы с более низкими издержками на рабочую силу.
Особенностью мобильности рабочих мест на предприятиях обрабатывающей промышленности западноевропейских стран является то, что сокращение занятости происходило преимущественно за счет ликвидации фирм (которую не смогло компенсировать создание новых компаний), тогда как число рабочих мест на действующих предприятиях показывало положительную динамику. Ротация предприятий также стала важным фактором сокращения занятости в обрабатывающей промышленности постсоциалистических стран Европы, правда, в этом случае сокращение численности работающих наблюдалось, в том числе, и на действующих предприятиях. Отмечая различия между двумя группами стран в динамике оборота рабочих мест в отраслевом разрезе, можно сказать, что хотя добывающие и обрабатывающие производства, а также отрасли сферы услуг в переходных экономиках демонстрируют более высокие темпы реаллокации, экономическая перестройка в этой группе стран все еще не привела к устойчивым темпам занятости. Если в западных странах при сокращении занятости в промышленных отраслях в сфере услуг наблюдался рост числа рабочих мест, то в бывших социалистических странах Восточной и Южной Европы в анализируемый период сокращение занятости было повсеместным, что отражало трудности адаптации к рыночной экономике.
Отраслевая структура также является одним из важнейших факторов, определяющих динамику мобильности рабочей силы. Использование более доступных и легче поддающихся корректировке по единой методологии данных обследований рабочей силы позволяет включать в анализ оборота рабочей силы большее количество стран. Так же как и показатели оборота рабочих мест, показатели найма и увольнений в двадцати двух странах ОЭСР (помимо развитых стран ОЭСР в выборку вошли пять стран с переходной экономикой) значительно различаются по отдельным отраслям: наиболее высокий зафиксирован в общественном питании, наиболее низкий – в электроэнергетике. Отраслевые особенности мобильности рабочей силы в целом повторяют ситуацию с оборотом рабочих мест. Однако значение отраслевой структуры в межстрановых различиях в общих показателях мобильности рабочей силы выше, чем при реаллокации рабочих мест. Распределение занятости по отдельным отраслям способно объяснить от 37 % межстрановых различий в показателе найма до 51 % в показателях увольнений [Bassanini, Marianna, 2009, р. 20].
Размер предприятия и динамика оборота рабочих мест. Хотя отраслевая структура экономики является важным фактором, определяющим масштабы мобильности на рынке труда, гораздо большее влияние на динамику и межстрановые различия в реаллокации рабочих мест оказывает размер компании. Этот фактор способен объяснить до 47 % различий в показателе оборота рабочих мест между отдельными странами [Haltiwanger, Scarpetta, 2010]. Таблица П11-6 демонстрирует поведение компаний по созданию/ликвидации рабочих мест в зависимости от своего размера. В целом подтверждается наличие обратной зависимости между размером предприятия и скоростью оборота рабочих мест, а также приростом занятости. Как в экономически развитых странах, так и в переходных экономиках процесс создания новых и ликвидация действующих предприятий особенно активно идет на микропредприятиях, а также в секторе малого бизнеса. Мельчайший бизнес, значительная часть которого состоит из семейных предприятий, является лидером по темпам оборота и создания новых рабочих мест. Показатель ежегодного оборота рабочих мест в мельчайших предприятиях за 1999–2006 гг. по тридцати европейским странам зафиксирован на уровне 26 %, при этом ежегодный рост занятости был равен 1,7 %. В то же время соответствующий показатель для крупных компаний составил 21 %, несколько выше он был в компаниях, классифицируемых как средние (22 %). Однако секторы и крупного, и среднего предпринимательства показали отрицательные темпы изменения занятости.
Различия между фирмами разного размера в показателях мобильности наиболее значительны в странах с переходной экономикой, где разрыв между микрофирмами и крупным бизнесом составляет в валовом обороте рабочих мест (включая действующие компании, а также пришедшие и ушедшие с рынка) 15 п.п., а в показателе прироста занятости – 10 п.п. Для стран Западной Европы подобные показатели значительно ниже – 3 и менее 1 п.п. Однако следует подчеркнуть, что в странах с переходной экономикой роль малого бизнеса в создании дополнительных рабочих мест обеспечивается, прежде всего, высокими темпами их ротации (созданием и ликвидацией), в то время как в развитых европейских странах роль малого предпринимательства по созданию новых рабочих мест происходит в основном за счет уже действующих малых предприятий.
Вывод о значительной ротации рабочих мест на предприятиях малого бизнеса подтверждается многими авторами, которые проводили свои исследования на разных выборках и с разным набором стран. В работе [Haltiwanger, Jarmin, Miranda, 2010] делается вывод о том, что наибольшие темпы создания новых рабочих мест характерны для компаний с числом занятых менее 20 человек, а наименьшие – для компаний, где численность работников превышает 100 человек. Хотя данная зависимость действует для всех стран, в США она выражена более отчетливо, тогда как в западноевропейских странах с рыночной экономикой эта взаимосвязь является более сглаженной.
Все же роль малого бизнеса в расширении занятости не следует преувеличивать, так как по абсолютным масштабам большинство новых рабочих мест создается в секторе крупных компаний. Государственная поддержка малого бизнеса способна содействовать созданию дополнительных рабочих мест. Однако для того чтобы этот процесс способствовал повышению производительности труда, необходимо создание новых компаний не только в сфере услуг и торговле, но и высокотехнологичных отраслях экономики.
11.5. Влияние институциональной среды на реаллокационные процессы на рынке труда
Несмотря на важность основных характеристик компаний, межстрановые различия в потоках рабочих мест не могут быть объяснены исключительно технологическими и структурными факторами. В странах с развитой рыночной экономикой отрасль и численность занятых, взятые вместе, «отвечают» только за половину всей вариации в показателях валового оборота рабочих мест. Правда, этот показатель несколько выше в менее развитых регионах – он составляет 52 % для стран Латинской Америки и 56 % для стран с переходной экономикой [Haltiwanger, Scarpetta, 2010]. Оставшуюся часть устойчивых межстрановых вариаций в потоках рабочих мест связывают с институциональными особенностями отдельных стран. Состояние институтов способно резко замедлить интенсивность реаллокационных процессов или даже исказить траекторию их движения. Таким образом, решая задачи повышения эффективности экономики страны, необходимо не упускать из виду институциональные реформы.
Среди институциональных факторов, оказывающих влияние на мобильность рабочих мест и рабочей силы, в первую очередь следует назвать законодательство о защите занятости, систему страхования безработицы, особенности конкурентной политики. От особенностей функционирования этих институтов зависят издержки входа на рынок и, следовательно, инвестиционная активность. Список институтов, которые могут влиять на интенсивность реаллокационных процессов на рынке труда, можно было бы продолжить, включив в него, в частности, активные государственные программы, направленные на поддержание занятости, систему установления заработной платы и ряд других. Однако отсутствие сравнимых страновых данных по этим институтам пока не позволяет использовать их в качестве предмета анализа.
Законы о труде и интенсивность реаллокации на рынке труда. Среди институтов рынка труда, влияющих на процессы реаллокации, особое место занимают законы о труде. Механизм влияния трудового права на основные параметры рынка труда рассматривается в контексте многих теоретических направлений. Например, в работах [Nickell, 1978; Bentolila, Bertola, 1990; Bertola, 1990] описывается поведение фирм в условиях, когда законодательство предопределяет значительные расходы на увольнение. В условиях высоких затрат на сокращение работников фирмы, действуя рационально, уменьшают масштабы «сброса» рабочей силы в периоды спада производства, но одновременно нанимают меньше работников на стадии благоприятной экономической конъюнктуры. Подобная тактика ведет к замедлению темпов реаллокации рабочей силы. Хотя общее влияние на уровень занятости может быть как положительным, так и отрицательным, жесткие законы о труде сдерживают темпы достижения равновесного уровня занятости. В рамках теории поиска работы (search and matching models) содержится вывод о негативном воздействии жесткого трудового законодательства на динамику оборота рабочих мест [Mortensen, Pissarides, 1999].
Теоретические представления о влиянии трудового законодательства на потоки рабочей силы и рабочих мест не всегда получали достоверное эмпирическое подтверждение: страны с одинаковой степенью жесткости законов о труде могли иметь разные показатели оборота рабочей силы. Часть авторов связывали эти расхождения с недостатками измерения самих институтов [Bartelsman, Haltiwanger, Scarpetta, 2009]. Во-первых, с методологической точки зрения все еще достаточно сложно корректно оценить отдельные составляющие законодательства о защите занятости и сравнить отдельные компоненты этого законодательства между странами. Во-вторых, отсутствие четкой зависимости между трудовым законодательством и процессами мобильности может быть объяснено тем, что влияние одного института бывает трудно отделить от воздействия других институциональных факторов. Более того, влияние этих факторов может даже в определенной степени исказить оценку последствий одного из институтов. С другой стороны, то что страны, имея схожее по жесткости трудовое законодательство, демонстрируют разные показатели оборота, может быть объяснено особенностями инфорсмента этих законов.
Из-за сложностей подбора унифицированной статистики первые эмпирические работы, рассматривавшие влияние законодательства о труде на масштабы мобильности, были сделаны для стран, осуществивших масштабные реформы на рынке труда: Испании, Франции, Италии и Германии. Сравнение динамики оборота рабочих мест/рабочей силы до и после проведения институциональных преобразований в целом потверждало наличие отрицательной зависимости между жесткостью законов о труде и динамикой потоков на рынке труда.
Активизация межстрановых исследований о влиянии институтов на создание и ликвидацию рабочих мест, наблюдаемую с начала 2000-х годов, напрямую связана с появлением унифицированных баз данных, собранных в отдельных странах по единой или, по крайней мере, близкой методологии. Второй причиной, сделавшей возможным сравнительные исследования, стало использование продвинутых эконометрических методов, и прежде всего метода разности в разностях (difference-in-difference approach), который позволяет более точно определить вектор и интенсивность воздействия отдельных факторов. Известно, что влияние, в частности, законодательства об увольнениях ощущается гораздо сильнее в компаниях, которые приспосабливаются к изменению спроса на свою продукцию через увольнение/найм работников по сравнению с теми фирмами, которые в подобной ситуации чаще используют внутреннее перемещение сотрудников. Метод разности в разностях помогает нивелировать влияние подобного фактора [Bassanini, Garnero, 2012].
Законодательство о труде в значительной степени определяет масштабы и динамику реаллокационных процессов на рынке труда. Сами по себе различия в степени жесткости законодательства о защите занятости могут объяснить от 20 до 30 % различий в показателях оборота рабочих мест между странами ОЭСР [Bassanini, Garnero, Marianna, Martin, 2010]. При контролировании отраслевой структуры экономики интенсивность оборота рабочих мест выше в странах с либеральным трудовым законодательством – Великобритании и США. В этих странах оборот рабочих мест составляет 25 % от общей численности занятых. В то же время в странах с регулируемой рыночной экономикой (Германии, Швеции) этот показатель не превышает 15 % [Bassanini, Marianna, 2009].
Одно из наиболее масштабных сравнительных исследований по влиянию различных уровней жесткости законодательства о защите занятости на динамику оборота работников с постоянным контрактом было проведено ОЭСР [OECD Employment Outlook, 2010]. Созданная в рамках этого исследования статистическая база включала данные по отдельным отраслям экономики двадцати четырех стран, входящих в эту организацию, за период с 2000 г. по 2007 г. Контролировалась доля занятых, имеющих трудовой договор с ограниченным сроком действия, а также демографические характеристики работающих. Было выявлено, что по странам ОЭСР в среднем увеличение жесткости трудового законодательства на один процентный пункт (по шестибалльной шкале) приводит к замедлению оборота рабочей силы на 5,2–6,7 п.п. Причем замедляются как темпы увольнений (на 3–3,6 п.п.), так и найма (соответственно на 2,2–3 п.п.). Либерализация регулирования труда постоянных работников обычно ведет к ускорению общего оборота рабочей силы, при этом наблюдается как рост темпов найма, так и увольнений. Подобное происходит несмотря на то, что одновременно сокращается доля занятых с временным контрактом (темпы оборота которых обычно бывают выше, чем у постоянных работников).
Среди отдельных составляющих законодательства, регулирующего найм и увольнение, наиболее значимое влияние на масштабы оборота рабочей силы оказывают размер выходного пособия и сроки уведомления об увольнении (так как именно от этих норм зависит кадровая политика работодателей), в несколько меньшей степени такой компонент трудового законодательства, как «особенности процедуры найма и увольнения» (он включает длительность испытательного срока, детализацию понятия незаконного увольнения и размер финансовых издержек, которые несет работодатель в случае признания увольнения незаконным) [Bassanini et al., 2010]. Вывод о «неодинаковости» влияния отдельных компонентов законов о труде на мобильность следует учитывать при реформировании юридических норм.
Одним из важных результатов исследований о влиянии институтов на реаллокационные процессы является выявление различной реакции отдельных отраслей экономики на законодательство о защите занятости, которое, естественно, носит общенациональный характер. Водораздел обычно проходит в зависимости от того, за счет какого рынка труда – внутреннего или внешнего – фирмы конкретной отрасли адаптируются к экономическим шокам. Если компании в результате технологических изменений или изменений в спросе на продукцию обычно прибегают к увольнениям, то в этих случаях высокие расходы на «расставание» с сотрудниками скорее всего приведут к замедлению темпов оборота рабочей силы. Подобные отрасли получили название отраслей, «чувствительных к мерам государственной политики» (policy-binding industries). В отраслях, в которых приспособление к изменениям спроса осуществляется преимущественно за счет внутренних перемещений работников, значение трудового законодательства для скорости движения рабочей силы не столь значительно. Влияние трудового законодательства на процессы реаллокации также не может быть одинаковым для отдельных демографических групп и работников разного уровня квалификации. Жесткие нормы найма и увольнения, защищая рабочие места для постоянно работающих, ухудшают возможности трудоустройства для аутсайдеров рынка труда, среди которых высока доля молодежи и женщин.
Вектор влияния институционального устройства, в первую очередь законодательства об увольнениях, на оборот рабочих мест и рабочей силы подтверждается не только при использовании балльной оценки жесткости трудового законодательства, разработанной ОЭСР, но и базы данных «Экономические свободы в мире» (Economic Freedom of the World), публикуемой канадским институтом Фрейзера (Fraser Institute). Особенностями этой базы являются длинные временные ряды и широкий охват стран. Она кроме стран – членов ОЭСР включает переходные экономики и многие развивающие государства. Исходя из базы данных института Фрейзера, наиболее жестким законодательством в отношении найма и увольнения отличаются страны с переходной экономикой (совокупный индекс равен 5,70), затем страны с развитой рыночной экономикой (соответственно 5,43), а замыкают список латиноамериканские страны с показателем 4,68 [Haltiwanger et al., 2006]. Следует подчеркнуть, что оценка жесткости законодательства о труде в базе данных «Экономические свободы в мире» и базы данных ОЭСР очень близки – корреляция между схожими индикаторами достигает 0,85.
Использование статистических данных института Фрейзера позволяет рассмотреть влияние на мобильность трудового законодательства с учетом особенностей его инфорсмента. Та или иная степень инфорсмента законов о труде способна серьезно скорректировать экономический эффект законодательства. Речь идет не только о незаконном предпринимательстве, когда вновь создаваемые предприятия не регистрируются в государственных органах и тем самым продолжают действовать в «тени», но и той части фирм, прежде всего мелких и мельчайших, которые могут иметь официальную регистрацию, однако игнорируют выполнение многих законодательных норм, надеясь на то, что у государственных контролирующих органов не дойдут руки до их проверки. Рассчитываемый экспертами Института Фрейзера индикатор законности и порядка (Law and Order indicator) демонстрирует степень «законопослушности» фирм в разных регионах мира. Исходя из этого индикатора наиболее полно закон соблюдается фирмами развитых стран ОЭСР, затем следуют страны с переходной экономикой, а в конце списка оказываются страны латиноамериканского региона. Анализ влияния законодательства о труде, скорректированного на степень его инфорсмента (по базе данных Института Фрейзера), показал, что законы об увольнении, требующие значительных расходов работодателей на «расставание» с сотрудниками, приводят к снижению темпов реаллокации рабочей силы, при этом в наибольшей степени это негативно отражается на темпах организации новых предприятий. Все это замедляет темпы перетока работников и рабочих мест в наиболее эффективные сферы хозяйствования [Haltiwanger et al., 2006].
Тенденция к либерализации рынка труда, которая наблюдалась в целом ряде европейских стран на протяжении последних двадцати лет, коснулась преимущественно применения срочных контрактов. Результатом снятия ограничений с трудовых договоров с ограниченным сроком действия и деятельности агентств по лизингу персонала стало усиление темпов оборота рабочей силы, так как при условии сохранения жесткости трудовых контрактов для постоянных работников происходит замена постоянных работников на временных, показатели найма и увольнения которых в целом выше [Boeri, Garibaldi, 2007]. Особенно активно процесс «замены» постоянных работников на временных проходил в странах, осуществивших «двухъярусную» реформу рынку труда, когда, с одной стороны, значительно либерализовали применение контрактов с ограниченным сроком действия, а с другой, оставили без изменения или даже ужесточили нормы трудового права, регулирующие занятость постоянных работников. Именно такой характер носила реформа рынка труда в Испании [Dolado, Stucchi, 2008]. Подобный перекос в реформировании рынка труда привел к замедлению темпов роста производительности труда, а также более медленному внедрению инноваций [Bassanini, Nunziata, Venn, 2009]. Это происходит в силу того, что работники, нанимаемые на определенный срок, чаще являются менее квалифицированными, к тому же они получают меньшее обучение на рабочем месте [Bentolila, Dolado, Jimen, 2008; Dolado, Stucchi, 2008]. Асимметрия реформы привела к еще одному негативному последствию, которое отдельные авторы стали определять как «излишний оборот» (excessive turnover), подчеркивая тем самым, что временные работники стали занимать неоправданно большую долю рынка труда [Centeno, Machado, Novo, 2009]. Чрезмерный оборот работников с временными контрактами происходит из-за того, что предприниматели часто увольняют таких работников сразу после истечения срока контракта только для того, чтобы не переводить их на постоянные рабочие места. Потеря работы работником с временным контрактом может привести к потере специфического человеческого капитала, что в конечном итоге тормозит темпы роста производительности труда. В экономической литературе есть свидетельства того, что длительный период безработицы после увольнения временных работников либо смены ими отрасли ведет к значительным потерям в заработной плате, в первую очередь в результате недоиспользования человеческого капитала, прежде всего специфического [Schmieder, von Wachter, Bender, 2012].
Таким образом, многочисленные страновые и межстрановые исследования убедительно показали связь между степенью жесткости трудового законодательства и масштабами реаллокационных процессов на рынке труда.
Система страхования по безработице и перемещение работников на рынке труда. Система страхования по безработице является еще одним институтом рынка труда, оказывающим влияние на масштаб реаллокационных процессов. Теоретически его влияние может быть разнонаправленным – как стимулировать оборот рабочей силы, так и оказывать сдерживающее воздействие. Стимулирование оборота происходит в силу того, что работники, зная, что они получат пособие в размере, которое обеспечит им в течение определенного периода времени приемлемый уровень жизни, не «держатся» за свои рабочие места, если они не соответствуют их качественным характеристикам, а могут активно искать новое приложение своему опыту и способностям. Замедление динамики оборота рабочей силы происходит преимущественно в условиях излишне «щедрых» пособий по безработице. Завышенный уровень пособий по отношению к получаемой ранее заработной плате может стать причиной менее активного поиска нового рабочего места, тем самым увеличивая продолжительность пребывания в рядах безработных и общий уровень безработицы. В свою очередь, более медленный переход из безработицы в занятость замедляет оборот рабочей силы [OECD Employment Outlook, 2006]. К тому же щедрые пособия увеличивают резервируемую заработную плату, тем самым снижая возможности создания дополнительных рабочих мест в краткосрочном плане [Mortensen, Pissarides, 1999]. Высокий уровень пособий по безработице по отношению к заработной плате может изменить политику работодателей в отношении найма новых работников – они становятся более избирательными [Pries, Rogerson, 2005]. Работодатели не могут позволить себе найм сотрудника и его оценку уже после приема на работу. Таким образом, динамика найма пойдет вниз, а вместе с этим показателем масштабы оборота рабочей силы.
Эмпирические работы, рассматривавшие влияние системы страхования по безработице на реаллокационные процессы на рынке труда, в основном подтверждают положительное воздействие этого института на темпы оборота рабочей силы. Наиболее масштабным является сравнительное исследование, проведенное экспертами ОЭСР для 23 стран, входящих в эту организацию [OECD Employment Outlook, 2010]. Использование метода разности в разностях, который «отсекает» влияние других факторов, позволило сделать вывод о том, что увеличение пособия по безработице на 10 п.п. увеличивает интенсивность оборота рабочей силы в среднем примерно на 1 п.п. Этот результат остается неизмененным при различном наборе стран, а также при рассмотрении разной отраслевой структуры. Особенно значимое влияние повышение размера пособий оказывает на уровень увольнений.
В исследовании [Gomez-Salvador, Messina, Vallanti, 2004] рассмотрено соотношение между длительностью выплат пособий по безработице и оборотом рабочих мест. Авторами была зафиксирована обратная зависимость между продолжительностью выплат и темпами создания рабочих мест, в то же время влияние на ликвидацию рабочих мест проследить не удалось. В работе [Boeri, Macis, 2010] влияние системы страхования по безработице на мобильность рассматривалось на примере стран, которые ввели этот институт сравнительно недавно – т. е. стран с переходной экономикой и развивающихся, в том числе Чехии, Словакии, Литвы и Латвии. В качестве контрольной группы выступали страны, в которых подобная система действует в течение длительного периода времени (это, прежде всего, Западная Европа). Как было выявлено авторами, введение системы пособий в случае потери работы дает толчок значительному перераспределению рабочих мест между отраслями экономики, хотя влияние этого фактора постепенно затихает [OECD, 2009]. Работники, зная, что в случае смены работы им обеспечен на определенное время приемлемый уровень жизни, перестают «держаться» за старую работу и более активно ищут новое рабочее место.
Воздействие системы страхования по безработице на различные демографические группы также неодинаково. Самым значимым образом система пособий влияет на безработных младших возрастных групп. По мере увеличения возраста безработного это воздействие ослабевает, а для старших возрастных групп (55 и старше) оно и вовсе становится отрицательным. В случае увеличения пособия на 10 п.п. валовый оборот рабочей силы молодежи сокращается на 1,5 п.п. и становится негативным для работников старше 55 лет, т. е. более щедрая система пособий приводит к уменьшению оборота среди старших возрастов [OECD Employment Outlook, 2010].
Таким образом, можно заключить, что эффективно настроенная система пособий по безработице в сочетании с либеральными законами о труде, может стать важным компонентом пакета мер, направленных на ускорение движения рабочей силы.
Регулирование товарных рынков и потоки на рынке труда. Помимо трудового законодательства и системы страхования по безработице на потоки на рынке труда может оказывать влияние политика по регулированию товарных рынков, в первую очередь антимонопольное законодательство (Anti-competitive product market regulation). Поскольку создание и ликвидация компаний «отвечает» за треть всего оборота рабочих мест в странах ОЭСР в целом [OECD, 2009], то устранение финансовых и административных барьеров для открытия нового бизнеса, а также особенности практики признания предприятия банкротом способны серьезно видоизменить реаллокационные процессы на рынке труда.
Устранение административных препятствий для открытия нового бизнеса также может приводить к изменению структуры между более производительными и менее производительными компаниями в пользу первых, так как создаваемые фирмы обычно обладают большей производительностью по сравнению со «старожилами», что способствует вытеснению последних с рынка [Aghion, Howitt, 1998]. И наконец, вероятность того, что фирмы будут быстрее расширять свою деятельность, выше для компаний-«новичков» [Bahk, Gort, 1993].
Заслугой ОЭСР стала разработка индекса, оценивающего степень жесткости антимонопольного законодательства в целом для экономики (economy-wide indicator of anti-competitive product market regulation), а также для ряда отраслей: энергетики, розничной торговли, связи, транспорта и бизнес-услуг. Построение подобных индексов позволило оценить влияние антимонопольной политики на масштабы мобильности на рынке труда за период с 1996 г. по 2007 г. по 13 странам, входящим в эту организацию. Выбранный отрезок времени определялся не только наличием сопоставимых данных, но и тем, что на него пришелся этап значительной либерализации антимонопольной политики. В ходе исследования было подтверждено наличие отрицательной зависимости между индексом зарегулированности и потоками на рынке труда. В тех отраслях экономики, где наблюдалось снижение индекса на 1 п.п., оборот рабочих мест вырос в среднем на 0,6 п.п. [OECD Employment Outlook, 2010, p. 199].
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.