Читать книгу "Братья Энберские"

Глава 19

Аскольд

Аскольд слушал, как Марго с Веленой щебечут о завтрашних планах. Собираются в свадебные салоны, магазины для новобрачных и размышлял, как убедить их воспользоваться своим кошельком.

Знаменский не особенно нравился демону. Какой-то весь вылизанный, слащавый красавчик. Наверняка, занимается в спортзале, но вряд ли выдержит даже один удар нормального мужчины. Что уж говорить о демонах.

Впрочем, невеста жениха обожала. Смотрела такими глазами, что Аскольд невольно ставил себя на место Знаменского, а Велену – на место Марго. Он бы, наверное, так и замер под этим взглядом, оплавился и делай что пожелаешь. Проси все, чего только захочешь: хоть трон, хоть замок, хоть головы обидчиков. Не откажет. Ни в чем. Лишь бы так посмотрела.

Сегодня ведьма общалась с эндером как-то иначе. Во время беседы косилась, иногда улыбалась. И даже когда Аскольд не сдержался – чуть придвинулся на стуле, чтобы касаться колена Велены своим – не дернулась, не отодвинулась и не охладила осуждающим взглядом.

У эндера в тот момент голова закружилась. Маленький контакт – и все гормоны на дыбы, кровь закипает и все мысли только об одном. Вот она приоткрывает рот и кусает блинчик. Проклятые мощи! Почему это так возбуждает? Все внутри переворачивается, и фантазии несутся вскачь резвыми скакунами… А вот если бы она взяла в рот… кое-что другое…

Аскольд сглотнул, понимая, что почти не слышит веселого щебетания женщин и редких реплик Знаменского. Перестал жевать, хотя демонстративно начал есть, чтобы Велена успокоилась.

Все. Ничего не надо. Ничего не хочется. Только ее…

Эндер закинул ногу на ногу, чтобы Велена, которая сидела совсем близко, не заметила изменений в его теле. Еще не дай бог вспомнит про вчерашнее или то, о чем думала прежде, до проверки в бордовой гостиной.

Ох, проклятые мощи! Зачем он об этом подумал?

А Велена, как нарочно, дразнила. Просто пытала, иначе и не скажешь.

Облизала губы: медленно и со вкусом, и – контрольным выстрелом – обернулась на цепкий взгляд демона. Обожгла, пленила, почти лишив силы воли.

Аскольд сглотнул снова, ощущая, как жар растекается по телу, и боль простреливает бедра.

Придвинул к ведьме чашку с чаем, который только что подлил, и прочистил горло.

Пора уходить.

Угодить в семейную идиллию Велены, общаться с ней по-дружески, без прежнего напряжения, казалось так приятно, так здорово! Так сладко и так волшебно! Но еще немного – и зверь внутри вырвется на волю.

Желание становилось нестерпимым, просто невыносимым и практически неконтролируемым. Аскольд уже несколько дней не удовлетворялся и не находил возможности сбросить напряжение.

Он хотел только Велену. Так хотел, что ноющая боль в паху стала обычным спутником. Но думать о сексе с другой не возникало желания.

Эндер попытался представить, как выпустит пар с одной из самых красивых пожирательниц или даже змей… Ему ведь стоит лишь свистнуть… Но сладкая мука отдавала горечью. У Аскольда так хорошо получалось представлять себя с Веленой… теплой, податливой, гибкой… Слишком уж хорошо получалось… И совсем не выходило вообразить себя с любой другой женщиной.

Проклятые мощи, еще немного – и он сорвется. Схватит ведьму и потащит в дом, в комнату. Разложит на постели и все, чего добился за последние сутки, пойдет прахом, развеется дымом.

Аскольд дождался короткой паузы в разговоре Велены с Марго и произнес:

– Вы можете отказываться от моей помощи или подарков, – он посмотрел на Велену, сглотнул и продолжил: – Но я свяжусь со всеми свадебными салонами Эйвилла и соседних городов тоже. Договорюсь, чтобы все, что вам приглянется, оплачивалось исключительно за мой счет.

Ведьма дернулась, открыла рот, чтобы начать возражать. Но Аскольд положил руку на ее ладонь, ощутил какая же у нее нежная кожа… так и хочется поцеловать, лизнуть каждый палец и… Тело напомнило демону, что его терпение не безгранично, поэтому он поспешил закончить:

– Я уже говорил. Мне так хочется. Это мое желание. Это часть сделки на проживание здесь, Велена. Так и считай. Не как одолжение. Фаскольд с утра будет ждать вас во дворе. Как соберетесь – поедете. У меня завтра важное дело. Так что… Вечером расскажете о своих успехах…

Эндер выдержал недолгую паузу и добавил:

– Велена. Я бы хотел встретиться нынче вечером. Вместе поужинать в том же закрытом холле. Надеюсь, теперь никаких подозрений не возникнет?

Она чуть наклонила голову и уставилась в лицо Аскольда.

Да что ж за пытка такая! Как сдерживаться, если она так близко и не смотрит с презрением?!

– Придешь? – уточнил Аскольд.

Велена оценила его новые навыки общения. Никаких приказов – исключительно пожелания, никакого нажима – только свобода выбора.

– Я приду. Но мы ведь просто поужинаем и пообщаемся?

Она еще не до конца верила.

Так не пойдет – надо убедить.

– Конечно. Просто поужинаем. Плюс я расскажу какие места планирую показать тебе на этой неделе. Начиная с послезавтра. Когда вы с Марго закончите марафон по свадебным салонам и магазинам для новобрачных. Должна же ты посмотреть Гойю, а не просто сидеть тут, в четырех стенах.

Велена оценила, усмехнулась и ответила мягко:

– Хорошо. Договорились.

И пока ведьма не передумала, пока возбуждение не достигло предела, Аскольд торопливо поднялся и устремился в дом.

Надо остыть, а потом пообщаться с Готриком. Ему предстоит подготовиться к завтрашнему ритуалу. И пусть только посмеет пикнуть или зыркнуть гневным взглядом на недовольных верующих, если таковые попадутся на пути. Больше никакой помощи и поддержки не получит.

Аскольд торопливо взбежал по лестнице, ворвался в свои покои и приблизился к окну. Прислонил лоб к прохладному стеклу и выдохнул. Ррасхетова бездна! Как же горячо!

Прежде он всегда контролировал собственные инстинкты. Даже в присутствии красоток, которые терлись об Аскольда, ласкали и предлагали себя в недвусмысленных позах.

А теперь ничего такого и не требуется. Одно школьное касание коленом под столом, взгляд Велены и ее теплая ладошка. И все – от эндера можно костры поджигать и батарейки заряжать интереса ради.

Медленные вдохи выдохи, еще и еще… Сосредоточиться.

Готрик!

Аскольд тряхнул головой и отправился к брату, пытаясь согнать с лица глупую улыбку. Велена пригласила его с ней пообедать! Сама! Без нажима, да что там – без малейшего намека!

Ни разу не шарахнулась за все время трапезы! Позволяла касаться и общалась спокойно.

Эндер продолжал улыбаться, как глупый мальчишка. Не мог избавиться от слишком приятных мыслей и стереть с лица дурацкое выражение.

А надо бы! Слуги косились на повелителя и подмечали изменения в его настроении. Аскольд никогда не улыбался. Просто вообще, за все столетия.

Ладно. В конце концов, он не железный и не мраморная статуя демонического правителя. Улыбается – значит так надо.

Аскольд усмехнулся и вошел в комнаты Готрика.

Младший брат сидел по-турецки на шкуре и снова глушил свой любимый шербен. Из горла бутылки, как и вчера. Аскольд не сдержался – утробно рыкнул, схватил Готрика за плечо и встряхнул, что есть силы. Младший эндер скривился от боли и рявкнул:

– Чего тебе?

Аскольд толкнул брата так, что тот развалился на шкуре и начал медленно подниматься, буравя осоловевшим, стеклянным взглядом.

– Тебе завтра к церковникам! А ты? Какого Ррасхета ты опять так расквасился?

Готрик издал каркающий смешок и отправил Аскольду сообщение со своего кольца.

«Готрик. Я безумно скучаю. Я бы так хотела увидеть тебя, прижаться. Ощутить твое тепло снова. Но мама сказала – либо ты, либо она. Прости меня, любимый птеродактиль. Я должна была сразу тебе рассказать, что мама ни за что не примет наши отношения. Но я молчала, скрывала и надеялась. Мама велела мне срочно уволиться, по-тихому собраться и уехать из Эйвилла. Обосноваться в ее городе. Я пыталась объяснить, что это же глупо. Ведь эндеры – портальщики, и найдут всюду. Но она ничего и слышать не хочет. При одном упоминании о тебе начинает молиться…»

– Ну и? – Аскольд разместился в кресле. – С чего вдруг такое уныние?

Готрик удивленно поднял брови:

– Ты не читал, что ли?

– Читал.

Младший допил бутылку шербена и с размаху разбил ее, как вчерашнюю. Потянулся к комоду, чтобы достать новую. Но Аскольд вскочил, очутился рядом и перехватил руку Готрика на полужесте.

Пришлось сесть на шкуре, рядом с братом, как дикий пещерный человек с Земли. Аскольд еще видел этих существ. Которые общались мычанием или рычанием, смотрели зверем и совершенно не походили на нынешних представителей культурного человечества.

– Ты идиот? Или прикидываешься? – уточнил он у брата. Тот уставился, не моргая.

– Она тебе пишет. Волнуется. Любит. Чего еще надо? О чем тут жалеть? Завтра мы решим вашу маленькую проблему. Ну-ка быстро привел себя в чувство! Как вообще Ольга встречалась с таким дитем малым? Ты мужик или несмышленый ребенок?

Готрик выпрямился, вытер рукой губы и проскулил:

– Мне без нее плохо…

– Понимаю.

– Не понимаешь!

– Понимаю! – рявкнул Аскольд и все же добавил: – Считаешь минуты до мгновения встречи. Видишь – и теряешься, полностью растворяешься. Как будто нет больше ничего вокруг. Никто кроме нее и не существует. Посмотрит ласково – и все, ты у ее ног. Готов ластиться и лизаться, словно бездомный пес. Взглянет с недоверием или осуждением – и хочется рвать, крушить, убивать…

Готрик слушал, приоткрыв рот, моргал и сглатывал. Аскольд закончил, вернулся в кресло и устало откинулся на спинку.

– Велена? – спросил младший.

Аскольд не ответил.

– А хочешь я поговорю с ней? – оживился младший. – Аскольд! Ты не знаешь, как общаться с земными женщинами. А я – знаю!

– Оно и видно, – усмехнулся повелитель Гойи. – Второй день наблюдаю последствия…

– Да бро-ось! – вскочил на ноги Готрик, словно враз протрезвел. – Ты помогаешь мне, а я хочу тебя поддержать. Аскольд. Я знаю, что ты закрытый и весь такой сильный. Как скала, как самое прочное железо. Но иногда можно принять и руку поддержки. Я же твой брат!

Аскольд как представил этого великовозрастного придурка рядом с Веленой, аж скулы свело. Даже думать не хотелось – как воспримет ведьма жест Готрика. В особенности, в его нынешнем состоянии.

Нет! Нельзя чтобы хрупкий мостик между Аскольдом и Веленой разрушился.

– Даже не подходи к ней и не разговаривай. Понял? – сквозь зубы процедил повелитель Гойи. – Не посмотрю, что ты мой брат. Ты меня знаешь.

– Аскольд!

– Я все сказал!

Повелитель Гойи встал и, прежде чем удалиться, напомнил:

– Ты должен быть готов за час до назначенного времени. Держи себя в руках. Скорее всего, не все верующие нам обрадуются. Веди себя спокойно. Никаких истерик, никакого рычания и никаких споров. Будут оскорблять – молчи, делай вид, что не слышишь. Начнут ругаться, гнать – игнорируй. Не сдержишься – пеняй на себя. Уйду – и сам разбирайся.

Готрик улыбнулся и выпалил:

– Да ради Ольги я что угодно выдержу!

Ну да… Подумал Аскольд, уходя порталом в свои покои. Ради той, без которой и вдох не сделать, можно выдержать все. Даже ее презрение и безразличие.

* * *

Велена

Знаменский уехал после обеда.

А мы с дочкой еще долго листали виртуальные каталоги и общались на такие приятные темы, что и заканчивать-то беседу не хотелось.

К вечеру Марго отправилась в лечебницу. Жельва обещала выписать ее со дня на день, но пока требовала полного соблюдения режима.

Не успела войти в замок, как на кольцо прилетело сообщение от Аскольда:

«Велена. Жду тебя в бордовой гостиной».

Хмм… Слуги доложили, что мы с дочкой расстались? Я окликнула Деволсию и та появилась словно пряталась где-то неподалеку.

– Ужин накрыт в закрытом холле? – уточнила я у домохозяйки.

– Да, госпожа Велена.

– Давно?

– Часа два назад.

– А как давно там повелитель?

– Часа полтора.

Ничего себе! Он терпеливо ждал и не торопил?

Хм… Этот демон все больше удивлял меня. Прежде казалось – он только приказами общаться и умеет. Только и знает – что требовать и распоряжаться. А теперь… Теперь я разрывалась между симпатией, что неуклонно зарождалась к Аскольду, и все еще живущей в душе настороженностью.

Я поднималась по лестнице и думала об этом.

Он ни разу не обманул моих ожиданий. Ни разу не подвел меня, если вспомнить. Все, что обещал – выполнил в точности.

Перестал давить, командовать и шантажировать. И с каждым днем, пожалуй, с каждым часом, давал мне все больше свободного пространства. Я почти забывала, что живу здесь в гостях, из-за сделки с могущественным демоном.

Иной раз даже приходилось напоминать себе о моем положении должницы Аскольда.

Я собиралась войти в бордовую гостиную, когда на кольцо пришло сообщение от… Тамары.

Хм… Что ей нужно? Что-то случилось?

«Велена, привет. Просто хочу рассказать. Наташу везут в какой-то диагностический центр. Судя по всему, суперпуперкрутой. Я поеду с ней и буду держать тебя в курсе».

И все. Ни строчки больше.

Я набрала номер Тамары.

– Что случилось? – сердце екнуло и понеслось вскачь без особой причины. Вдруг Наташе резко стало хуже? Вдруг она умирает, уже отключается, потому что лечение перестало действовать? По словам медиков, «живая кома» может поддерживаться многими десятилетиями. Но, в конце концов, все ведь заканчивается.

– Велена, успокойся. Я думала, ты знаешь, – Тамара искренне удивилась.

– Что-о? – поторопила я подругу.

– Вчера к Наташе приехали демоны от Аскольда Гойского и какая-то знахарка. Гейгерра, если я не ошибаюсь. Они сказали, что твой повелитель распорядился отправить Наташу на дополнительное обследование. В какой-то супернавороченный медицинский центр для олигархов и крупных политиков. Вроде как там разберутся – можно ли что-то еще сделать с ее живой комой. Аскольд все оплатил, включая транспортировку.

– Велена! Ты даже не представляешь! Мы летим по небу! Как птицы! – восторженный возглас Наташи раздался на заднем фоне.

– В общем, я еще позвоню. Счастливо, – Тамара тоже горела оптимизмом.

– Пока, – протянула я и отключилась.

Рванула к Аскольду, чтобы все выяснить, но, когда вошла – просто обомлела.

Я помнила интерьер бордовой гостиной и не думала, что он настолько преобразится. Кровать бесследно исчезла из комнаты. Словно Аскольд тонко намекал, что вовсе не планирует приставать ко мне.

Кресла окружали высокий стол из белого дерева на резных ножках.

Пахло свежей ухой из стерляди – моей любимой, и сам суп обнаружился в большой фарфоровой емкости с ручками. Жирный, наваристый, с кусочками рыбы на поверхности.

Аскольд наблюдал, как я оцениваю стол и молчал.

Кроме ухи там дымились горшочки с картошкой и курицей. Пахло сытным мясом и пряными специями. Желудок сжался узлом, и я даже испугалась, что он заурчит очень не к месту. Не слишком культурно в приличном-то обществе. Как-никак Аскольд – повелитель, правитель Гойи, первородный Дергошта.

К пиршеству прилагалась вазочка с хурмой – прозрачной, налитой, с коричневыми прожилками. Королек! Летом! Обалдеть!

Над столом витал запах чая с мелиссой и мятой.

Аскольд заметил, что я смотрю на него, встал и отодвинул мне кресло напротив своего.

– Позвать слуг, чтобы обслужили? Или я сойду? – уточнил эндер.

– Эм… – я даже немного растерялась. Говорить, что главный демон Дергошта, самый сильный, могущественный и опасный сойдет за слугу я не решалась. Но что-то ответить требовалось – Аскольд смотрел выжидающе.

– Делайте как считаете нужным, – демократично ответила я.

Эндер улыбнулся уголками губ и принялся накладывать мне уху в тарелку с золотистым восточным узором по краю. Добавил чай в белой граненой чашке и вернулся на место.

– А сами есть не будете? – уточнила я.

– Уже перекусил, пока ждал тебя.

– Я-а-а… не знала, что вы меня ждете…

Я смутилась, не найдя, что ответить, но Аскольд быстро пришел на помощь.

– Все нормально. Вы закончили с дочерью, и ты пришла. Этого достаточно.

Налил себе свежевыжатого апельсинового соку и спросил, заметив, что я смакую уху.

– Вкусно? Или сказать поварам, чтобы больше старались? Они не мастера по человеческой пище.

– У вас очень вкусно готовят.

Кажется, он остался доволен ответом – слегка улыбнулся и произнес:

– Ешь. Потом пообщаемся. Закончишь с трапезой, расскажу куда собрался везти тебя на экскурсию.

Я отдала должное кушаньям. А едва перешла на чай, Аскольд лично нарезал хурму и положил мне на блюдечко.

Я решила, что самое время задать вопрос.

– А-а-а… Можно поинтересоваться?

– Спрашивай, что хотела.

Он поднял на меня горящий взгляд и облизнул губы.

– Наташа… Мне позвонила Тамара…

Я просто не знала – как правильно сформулировать вопрос. Но Аскольд все понял с первых же слов.

– Ах, это! Гейгерра нашла одну коллегу – знахарку и доктора медицины. Она работает в клинике «Вечность».

– Говорящее название…

– Угу. Так вот. Там проводятся исследования по излечению живой комы. Правда, ничего толком сказать пока нельзя. Проблема в том, что твоя подруга слишком долго находится в этом состоянии. Никто не знает – что сейчас с ее мозгом. Можно ли восстановить его работу, запустить заново или же нет. Но экспериментальная методика существует. Там как будто перезапускают мозг при помощи магических и электрических импульсов. Однако я бы очень не хотел, чтобы ты заранее радовалась. Никто ничего пока не гарантирует.

Я вгляделась в спокойное лицо Аскольда. Ведь не забыл! Ну надо же! И о Наташе умудрился позаботиться! Без напоминаний, без просьб!

– Большое спасибо вам за хлопоты, – произнесла я с чувством.

Эндер удивленно приподнял брови.

– Ты сегодня не такая как обычно. Не шарахаешься, не называешь отродьем. Благодаришь за то, что делаю по собственной воле.

– Эм?

– Я всегда считал: благодарить принято за то, что выполнил чью-то просьбу. Или сделал одолжение.

– А разве это…

– Нет. Я хочу сделать это для тебя и делаю. Потому, что мне очень нравится, если ты радуешься. И если получится помочь Наташе, я опять увижу твою улыбку, счастье в твоих лучистых глазах. Вот этого я и хочу.

Я замолчала… Смотрела и только моргала. Глотнула чаю, потому что в горле резко пересохло и вдруг выдала такое, за что аж самой стало стыдно:

– Я думала, ты хочешь просто затащить меня в постель.

Аскольд слабо зарычал, сжал кулаки до такой степени, что костяшки побелели и произнес сквозь зубы:

– Ты неправильно думала.

Я тут же сообразила, что обидела его. Подалась вперед и… осторожно взяла эндера за руку. Аскольд опять удивился, даже рот приоткрыл.

– Я прошу прощения. Не хотела обидеть тебя.

Эндер прищурился.

– Значит, теперь думаешь иначе?

– Да, теперь думаю иначе.

Он взял мою руку в свои и сжал ее пальцами. Погладил, медленно, осторожно. Касание казалось таким нежным и одновременно таким сладким, что мурашки побежали по коже.

Аскольд поднял мою руку к губам… Немного помедлил и вдруг взял в рот один палец. Слегка поиграл с ним языком, губами и повторил тоже самое со вторым. Вот уж не думала, что это настолько приятно… Ласково и порочно.

Ноздри эндера начали раздуваться, грудь заходила мехами, и он медленно положил мою руку на место.

Прочистил горло и произнес:

– Завтра у меня дело с младшим братом. Вечером надеюсь еще на один совместный ужин…

Молчание и пытливый взгляд. Я улыбнулась:

– Да, конечно. Только я буду совершенно разбитой. Мы же планируем ездить по свадебным салонам. Тот еще квест, можешь поверить. Когда возвращаешься, такое ощущение, что под катком побывала…

– Я жду тебя любой.

Вот так коротко и почему-то неожиданно приятно.

– Главное – приходи.

Я ощутила, как тепло разливается внутри, а эндер тряхнул головой, облизал губы и произнес с легкой хрипотцой:

– Значит слушай. Послезавтра с самого утра мы полетим смотреть Гойю. Я планирую показать тебе Хрустальный храм, Золотой сад и поселок каноньев. Это демоны всех видов, которые живут общиной и питаются исключительно от животных и растений.

– Не от других демонов и не от…

– Людей? Да. Мой брат Назаврий там часто гостит. Он тоже «вегетарианец».

– А… ты?

– Эндеры питаются от отношений. Нас осталось всего четверо. Я и братья. И мы очень древние. Поэтому питаемся мы крайне редко. Не чаще раза в сто лет.

– Значит, ты давно не…

– Лет семьдесят, наверное… И еще столько же могу не питаться без ущерба для сил и магии. Но если война… Тогда придется.

– А-а-а… У демонов всегда… – я осеклась, думая, не слишком ли далеко зайду с этим вопросом и своим неумеренным любопытством. Аскольд кивнул:

– Спрашивай.

– У демонов всегда правит сила? Ну сильнейшие?

– Кхм… Да. Народ у нас горячий. Хотя мы и не библейские демоны, исчадия ада, и к Сатане не имеем отношения. У нас, кстати есть свои божества: темные и светлые. Но мы более сильные и жестокие, чем люди. В основном. Поэтому править должны те, кто способен удерживать народ в узде.

– Лично? Не с помощью армии?

– Да.

– А демоны женятся?

Вопросы лились сами собой, без задней мысли. Я просто любопытствовала, но последняя фраза почему-то насторожила эндера. Он вгляделся в мое лицо: пытливо так, внимательно и уточнил:

– В каком смысле – женятся? Ты имеешь в виду ритуал бракосочетания? Создание пары? Заключение брака по закону, как делают люди?

– А что у вас принято?

Аскольд немного помедлил, изучая меня, и я решила прояснить причину своего интереса.

– С дочкой одни мысли о свадьбах. Вот и спросила…

Эндер хмыкнул:

– А я размечтался…

– О чем? – удивилась я.

– Ну может ты о нас спрашиваешь… Потенциально. Если бы вдруг…

Я не нашлась, что и ответить. Аскольд продолжил гипнотизировать, облизал губы и спросил в лоб:

– Могла бы ты выйти за демона?

– Даже не знаю, – пожала я плечами. – Правда, не знаю. Никогда об этом не думала.

– Подумай.

В комнате воцарилось звенящее беззвучие. Аскольд только смотрел, сглатывал и молчал. А я просто не знала, что делать. И уже даже подумывала уйти под каким-нибудь благовидным предлогом, когда эндер наконец-то разродился.

– У нас нет официального документа о браке. И мы не расписываемся. Мы надеваем друг на друга свадебные браслеты. И мужчина объявляет женщину своей. В присутствии родственников, близких или при всем народе, если этот мужчина облечен властью.

– А женщина?

– Что?

– Что говорит женщина? Какая у нее роль в вашем ритуале?

Эндер усмехнулся, помотал головой и выдал:

– Можно объявить женщину своей и без ее согласия, даже не спрашивая. Но счастья это не принесет. Так что главная в этом ритуале – женщина. Ее мнение и ее желания. Без них… – он помолчал и закончил: – Смысла в церемонии я не вижу.

– Ну мало ли… У нас когда-то говорили: стерпится слюбится…

Аскольд прищурился, продолжил искать на моем лице ответы на ему одному известные вопросы, помолчал и вдруг произнес:

– Зависит от желаний мужчины. Любой из нас сильнее любой женщины. Обладать не так сложно, сломить сопротивление тоже, – он говорил почти отрешенно, словно рассуждал, прикидывал. Наверное, поэтому, подобные слова меня не пугали и не отталкивали. – Думаю, и удерживать рядом тоже возможно. Всякие есть рычаги. Но не каждый этого хочет. Кому-то достаточно, а кому-то нет.

– А чего хотят остальные?

– Я не могу говорить за многих. Я не был в их шкуре. Хочешь узнать мое мнение?

– А скажешь?

Я ощутила странное волнение. Оно охватило вдруг и сразу. Даже ладони слегка увлажнились. Аскольд протяжно и медленно выдохнул, выдержал паузу и сказал:

– Раньше я считал: вполне достаточно, чтобы женщина нравилась физически. И ей со мной нравилось. Физически, материально и психологически. Хороший секс, нормальное общение, без напряжения и частых ссор. Я обеспечивал любовниц, а они радовались жизни.

– Раньше? – почти прошептала я.

– Да.

Он замолчал, налил себе соку и залпом выпил стакан, как рюмку спиртного. Я считала, что разговор окончен и уже собиралась сменить тему – судорожно искала что бы такое спросить про Гойю или Дергошт, когда Аскольд выдал:

– А сейчас я понимаю Готрика. С его Ольгой.

– Он ее любит?

– С ума сходит. Буквально. И я всегда считал это блажью или подростковым максимализмом. Хочу ее – и все. Никого другого не надо. Только ее видеть, только с ней разговаривать.

Он помолчал еще и закончил:

– Это на самом деле потрясающее ощущение. Лучшее из всего, что можно испытать. Даже если прожил тысячелетия. Когда крышу сносит не от бешеного секса, или экзотических поз вашей Камасутры, а от касания пальцев или коленей под столом. И когда перед приходом женщины не можешь думать ни о чем другом, а после ее ухода смакуешь каждую минуту… каждое мгновение вашего общения. И понимаешь, что только такую женщину можешь объявить своей. При всех. Делать все, чтобы видеть радость на ее лице, а не для того, чтобы спать с ней.

Я молча слушала, ощущая, как от смущения горят щеки. И мне, взрослой и опытной женщине, престарелой по прежним человеческим меркам, становилось и сладко и томно.

Я глаз не могла отвести от Аскольда. А он закончил, облизал губы и замолк. Просто смотрел. Но не так как раньше. С легкой улыбкой, почти мальчишеской… такой светлой…

И лишь спустя несколько минут я поняла – он любуется…

Любуется мной и моей реакцией.

От этого стало совсем неловко. Я опустила глаза в стол и не нашла ничего лучше, как сменить тему. Уйти в такой момент выглядело неправильным, да и ноги вдруг ослабели.

– Демоны спят?

– Да.

– Но не каждую ночь?

– Кхм… Нет.

– Значит вы жили до появления людей?

– Да. Я лично видел, как зарождалась твоя раса.

– А до появления людей демоны питались…

– От других демонов, растений и животных.

– Мм… Мой сын, Денис, ты видел его, сказал, что Гойя победила в войне с соседними странами? Он изучал историю Дергошта. Все, что можно нарыть в сети.

– Да.

– А почему вы не завоевали их? То есть не покорили окончательно?

Аскольд усмехнулся:

– Завоеванной страной нужно править. Требуется следить за народом, находить недовольных и выявлять их. Решать проблемы жилья и пищи, следить за порядком и рабочими местами. Лишние рты должны быть накормлены, лишние граждане найти работу. Нельзя, чтобы мужчины насиловали женщин и убивали всех, кого только ни попадя. Для этого у вас существует полиция, министерства и прочие ведомства. У нас: армия, повелитель, его клан и небольшая группка его помощников. Слишком много хлопот и работы.

– Да уж… – вырвалось у меня. – С таким-то народом…

Эндер вдруг подался вперед и сцепил пальцы рук.

– Велена? Почему мы не можем всегда так общаться?

– Как?

– Без напряжения.

Я усмехнулась. Пожала плечами.

– Наверное, можем. Надо пробовать.

– Практиковаться! – заявил Аскольд. – Надо чаще практиковаться.

В очередной уже раз вгляделся в мое лицо и вдруг спросил:

– Больше не чувствуешь себя пленницей?

Ничего не оставалось, как только снова пожать плечами.

– Вроде нет.

– Почувствуй себя хозяйкой…

Он встал, но не приблизился, развел руками:

– Хозяйкой всего этого… Просто попробуй.

– Эм… – я растерялась. – Даже не знаю, как это сделать… Наверное, любопытный опыт.

Аскольд взялся ладонями за спинку кресла и наклонился ко мне.

– Да просто все. Ни о чем меня не спрашивай. Делай что хочешь. Хочешь – уехать – уезжай. Приказывай Фаскольду, пусть ждет. Хочешь впустить зятя, будущего зятя… впускай. Веди себя как дома… Как в собственном доме себя повела бы.

– Кхм… У меня нет слуг. Это так непривычно.

– Ну представь, что неожиданно получила подарок. Как там у вас у людей… На Земле… Тебе написали дарственную на замок. Вместе со слугами. Ты приехала и распоряжаешься.

Не знаю почему, но я ощутила какую-то игривость. Сощурила глаза и выдала:

– А ты не пожалеешь?

– Нет. Хочу, чтобы ты на меня не оглядывалась. Как сегодня утром. Хочешь пригласить с вами позавтракать – приглашай. Нет, я не напрашиваюсь. Единственная просьба. Каждый вечер мы будем встречаться тут, за столом. И ужинать вдвоем. Сможешь?

– Думаю, да.

– Ну вот и отлично.

Аскольд обошел стол и разместился в дальнем кресле, напротив меня.

– А вот теперь решай, как хозяйка дома. Хочешь – и мы еще поговорим. Спросишь о демонах и нашем мире. Расскажу все, что интересно.

– Без утайки?

– Да.

– Есть дела поважнее – иди. Не спрашивай меня и не жди моего первого хода.

Я переместилась в кресло, напротив Аскольда, захватив чай и произнесла:

– У меня тут есть один вопрос… Правда, могу задать любой?

– Да.

– А ты сам-то как хотел бы провести вечер?

Аскольд подался вперед, сложил руки на коленях и произнес:

– Отвечу. Если первой ответишь на мой вопрос.

– Хорошо. Слушаю.

– Тебе интересно беседовать со мной? Вот как сейчас? Хочется узнать про наш мир? Или просто поддерживаешь беседу?

Пытливый взгляд впился в лицо, Аскольд замер, словно окаменел.

– Мне интересно.

Эндер улыбнулся и, кажется, выдохнул с облегчением. Я даже слегка удивилась.

– Я скажу тебе, чего хотел бы, Велена. Но надеюсь, что не станешь делать выводы, пока не закончу. Договорились?

– Хорошо, – я слегка напряглась.

Что такое он собирается мне сказать? К чему подобная прелюдия?

– Я хотел бы разговаривать с тобой. Всю ночь напролет. А потом заняться сексом. Таким, чтобы ты забыла, что я демон. А думала лишь, что мужчина, который доставляет такое удовольствие, какого ты в жизни еще не испытывала. Я это умею. Можешь не сомневаться.

Он говорил ровно и непохоже, что хвастался. Я отпила чаю и слушала с нарастающим волнением.

– Потом мы снова бы разговаривали. А потом я смотрел бы как ты спишь… Такая расслабленная и… прекрасная…

Я приподняла брови.

– А что тебя удивляет? Ты невероятно красивая женщина. В клубе междумирья демоны за тебя чуть друг другу глотки не рвали. А они видели разных женщин. И, уж поверь, многие к нам благосклонны. Мой брат Дементрий меняет женщин как перчатки. Землянок и демониц. Но он тоже пускал на тебя слюни. И обязательно попытался бы тебя соблазнить, если бы я не вмешался.

Даже не знаю почему, но сейчас разговор на подобные темы не пугал меня, скорее будоражил. Я не думала, что Аскольд демон и что все демоны – насильники. Слушала и даже заслушивалась.

– Ты видела и чувствовала, как я хочу тебя. Не вижу смысла скрывать это. Я никогда так не хотел женщину. Просто ни разу за всю жизнь. А живу я так долго, что ты и представить себе не можешь… Но я никогда так не хотел общаться с женщиной. Наслаждаться каждым ее вопросом и каждым ответом на мои собственные. Достаточно тебе информации?

Я кивнула, но Аскольд добавил:

– Я не трону тебя даже пальцем. Если сама не захочешь. Но у меня есть встречное предложение. Я расскажу тебе про мир демонов все, что захочешь и без утайки. А ты поделишься своей историей. Поведаешь мне о своей жизни. О том, что тебе нравится, а что раздражает. О том, чем любишь заниматься в свободное время, где познакомилась с подругами… Идет?

– Хорошо.

– Вот и договорились.