Читать книгу "Братья Энберские"

Как выяснилось, проголодалась я изрядно.

С удовольствием устроилась на выдвинутом Аскольдом кресле, больше похожем на обтянутый зеленым бархатом трон, и отдала должное трапезе.

Эндеры присоединились.

А когда мы закончили, Назаврий встал, подошел к берегу, сбросил одежду и нагишом нырнул в воду. Уже оттуда предложил:

– Присоединитесь?

Я посмотрела на Аскольда. Тот нахмурился, и я ожидала категоричного запрета. Но повелитель Гойи ответил почти нейтрально:

– Иди, искупайся. Ты ведь этого хочешь?

– Да.

– Тогда чего спрашиваешь? Мы вроде все обговорили в машине. Делаешь что хочешь и на меня не оглядываешься.

Аскольд подал знак охранникам – и те принесли из машины мою сумку с купальником.

Я оглянулась вокруг.

– А где можно переодеться?

Аскольд приподнял брови.

– У нас купаются нагишом. Раздевалок не предусматривают. Могу сделать тебе вот что.

Он взмахнул рукой и перед нами образовался прямоугольник из тумана.

– Заходи, – предложил эндер.

Я вошла и оказалась словно в комнате со стенами из пара.

Из одной появилась рука Аскольда с моей сумкой.

Мускулистая, жилистая, красивая.

Я даже залюбовалась. И почему я прежде не обращала внимание на то какие у него руки? Наверное, потому, что больше следила за словами и действиями эндера.

Я быстро переоделась, собрала снятые вещи в сумку и вышла наружу.

Аскольд окинул меня таким жадным взглядом, что невольно вспомнился наш разговор в машине.

Эндер усмехнулся.

– Да. Это как раз то, о чем я тебе говорил. Ты очень соблазнительная.

– А я-то специально выбрала закрытый купальник.

– Ты очень соблазнительная, – повторил Аскольд и криво улыбнулся. – Поэтому не буду дразнить себя. Иди купаться одна.

Его слова про «дразнить» прозвучали настолько возбуждающе, что я невольно смутилась и одновременно изнутри понялось непривычное волнение. С каких пор я волнуюсь, лишь услышав комплимент от демона? И все же сейчас я ощущала себя почти как в подвале. Эндер смотрел неотрывно, сглатывал и не смаргивал, прикусывал чувственные губы, от чего они выглядели еще более яркими.

Я застыла, забыв обо всем. О Назаврие, о том, что мы на берегу озера и вокруг дома каноньев, которые могут нас видеть. Загипнотизированная взглядом Аскольда и почему-то совсем сбитая с толку, я не хотела шевелиться, чтобы не разрушить мгновение. Сладкие спазмы скрутили низ живота так внезапно, что я поразилась, стало жарко и томно. Аскольд переступил с ноги на ногу, спрятал руки в карманы и произнес с хрипотцой:

– Иди купаться.

Крутанулся на пятках и вернулся к столу. Сел и залпом осушил кружку воды.

Фуф… Я вдруг вспомнила как дышать и услышала приглашение Назаврия:

– Велена? Вы идете купаться? Или уже передумали?

– Иду! – я решила следовать уговору с Аскольдом. Действовать так как считаю нужным. С разбегу бросилась в воду, ожидая, что та прохладная, все-таки озеро, а не море…

Однако вода оказалась настолько теплой, словно я нырнула в домашнюю ванну.

Я поплыла, пытаясь догнать Назаврия.

– Оу! Смелая человеческая женщина? Пытается плавать наравне с высшим демоном? – усмехнулся он и поднажал.

Я тоже прибавила скорости. Еще некоторое время мы играли в водные догонялки. Я плаваю очень даже неплохо, но Назаврий, понятное дело, все равно здорово опережал. Позволял приблизиться и вдруг поддавал пару. Резко останавливался и, стоило мне поравняться, неожиданно срывался с места.

Мы играли и резвились как дети. Хохотали и плескались, кружили и ныряли.

А когда я ощутила усталость и направилась к берегу, Назаврий догнал, и я заметила, что он возбужден. Сильно.

Аскольд все это время ждал за столом у озера. Но окинув взглядом фигуру брата, когда тот добрался до мелководья, повелитель Гойи медленно встал, прищурился – и вмиг очутился между нами.

Я даже ахнуть не успела, как эндеры сцепились в схватке.

Глава 4

Аскольд

Как будто пенопластом по стеклу. Наждачной бумагой по металлу. Примерно так оценивал Аскольд свое общение с Веленой. И самое худшее – он ничего не мог с этим поделать. Как ни старался, как ни выворачивался наизнанку, все равно время от времени между ним и ведьмой снова возникало это напряжение. Тяжелое, непреодолимое.

А затем вдруг рассеивалось безо всякой причины.

И тем острее воспринял Аскольд общение Велены с Назаврием – неожиданно теплое, спокойное и безмятежное.

Впервые в своей жизни повелитель Гойи испытал это ощущение – желание убить кого-то не из-за его оплошности, не из-за предательства или после вызова. Лишь потому, что тот беззаботно общается с женщиной.

Аскольд сдерживался, но рычание и резкие слова все-таки прорывались. Он видел, что Велена реагировала на это еще хуже, чем прежде. Смотрела с осуждением, сторонилась, шарахалась. Но ничего не мог с собой сделать. Стоило обуздать эмоции, как случалось новое и неожиданное.

А хуже всего, что Назаврию явно понравилась Велена. Аскольд видел, что брат общается с ней не так как с другими женщинами. Назаврий был романтичным и где-то даже почти человечным в плане личных отношений. Любовниц не заводил, и лишь пару раз встречался с демоницами. Отношения длились долго – пару столетий, а после заканчивались дружбой. Назаврий помогал своим бывшим, поддерживал их и навещал.

И Аскольд вдруг отчетливо осознал, что брат – именно тот самый демон, который мог понравиться Велене сразу. Своим поведением – без приказов, общением совершенно без нажима, своими принципами и даже способом питания.

От этого у повелителя Гойи совершенно помутилось в голове. В глазах плыла кровавая пелена и Аскольду до безумия хотелось убить Назаврия. Прямо тут, сейчас и не медля.

Когда же ведьма и каноний резвились в воде, словно малые дети, Аскольд поймал себя на мысли, что он сам так не смог бы. Слишком сильно жаждал обладать Веленой.

А потом… Потом чаша терпения переполнилась.

Аскольд увидел, что Назаврий возбудился. Так сильно, что стало ясно – он тоже пал жертвой чар ведьмы. Аскольд посещал с братом развлекательные заведения, в далекие времена их бурной молодости, когда Назаврий еще не был таким правильным.

Повелитель Гойи прекрасно знал: брат вовсе не из тех, кто заводится с полоборота даже рядом с голыми девицами.

В голове помутилось, терпение дало трещину. Аскольд с минуту еще пытался обуздать эмоции, понимая, как отреагирует Велена на его выходку и предвидя последствия. А затем с рычанием бросился в драку.

Назаврий ответил. Нет ничего естественней и сильнее чем битва самцов за самку.

Вначале Велена с ужасом бросилась прочь из воды. Нанося и отражая удары, подминая под себя тело брата, Аскольд краем глаза заметил ее лицо. Казалось, ведьма очутилась на казни. Причем не современной, а средневековой, человеческой.

Страх, непонимание, порицание – все промелькнуло в ее глазах и в мимике читалось тоже.

Аскольд зарычал, но остановиться не смог.

Назаврий отвечал. И самое главное, еще спорил:

– Сам сказал: она не твоя женщина! Да, она мне понравилась!

– Я убью тебя, если приблизишься к Велене! – прошипел Аскольд.

Они схватились в воде, затем повелитель Гойи вытащил брата на берег и здесь продолжил свирепую схватку.

* * *

Велена

Я металась по берегу, не понимая: то ли позвать на помощь, то ли разнять мужчин, а то ли вначале одеться.

Больше не думая о стеснении, я торопливо стянула купальник и надела свежие брюки с футболкой, чтобы больше не дразнить гусей.

Подскочила к узлу тел и закричала:

– Да хватит уже!

Демоны словно и не заметили. С рычанием продолжили биться. Аскольд наносил удары так, словно пытался разрушить стены. И я знала – он это может. Назаврий отвечал в том же духе. Наконец повелитель Гойи повалил брата лицом на землю и скрутил его руки за спиной.

– Ты к ней больше не приблизишься! – свирепо зарычал он.

Покосился в мою сторону и вдруг отпустил Назаврия. Шарахнулся к нашей машине и устало оперся о нее спиной. Запрокинул голову и выдохнул.

Я посмотрела на Назаврия – тот оделся и выжидающе застыл неподалеку.

Повернулась к Аскольду. Тот тоже молчал, будто в рот воды набрал.

Ну и что мне теперь делать?

Словно ответом на мой не высказанный вопрос повелитель Гойи зарычал снова. Я почти привыкла к этому утробному звуку и даже перестала бояться его. Думала, последует напоминание: про договор, про то, что мы прилетели вместе. А затем и требование – больше не общаться с Назаврием.

Аскольд воззрился на меня не смаргивая, уголки его чувственных губ слегка опустились, глаза сверкали неистовством. Он приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но тотчас закрыл его. Затем помотал головой и все-таки произнес:

– Ты можешь делать все, что захочешь, Велена. Так мы, кажется, договорились, – и залез в машину.

Я оглянулась на Назаврия. Тот приблизился и предложил:

– Велена. Вы можете погостить у нас. Вы мне… нравитесь. Очень. Не как тело для секса. Вы удивительная женщина. Интересная и веселая. С вами невероятно легко общаться…

– Вы меня в гости приглашаете?

– Да.

Я оглянулась на машину – Аскольд скрылся в салоне и не подавал никаких знаков.

Ну и как мне теперь поступить?

Внезапно на кольцо пришло сообщение от повелителя Гойи.

«Если хочешь – оставайся. Я не могу неволить тебя».

Все. И ни слова больше.

Наверное, это сообщение все для меня и решило. Ушло чувство противоречия, исчезли страхи и сомнения.

Я посмотрела на Назаврия и в то же мгновение вспомнила про Аскольда. Горящие голубые глаза, суровое лицо и прямые ответы даже на самые интимные вопросы. При мысли о Назаврии мне хотелось улыбаться, но при мысли об Аскольде колени подкашивались и сладкий дурман наполнял голову. Мне нравился этот демон. Хотя еще недавно я и сама этого до конца не понимала.

– Назаврий. Большое вам спасибо за гостеприимство. Все было просто чудесно…

Эндер сделал шаг навстречу, но я жестом остановила его.

– Удачи вам и всего хорошего.

И чтобы не затягивать с прощанием я стремительно направилась к машине. Добралась до места с перебежками и запрыгнула в салон.

Аскольд застыл в кресле и выглядел так, словно по нему танки проехались. На лице – полное безразличие, тело одновременно напряженное и какое-то совершенно обессиленное. Так выглядит существо после долгой болезни, когда пытается через боль восстанавливаться.

Завидев меня, Аскольд оживился.

Прищурился и спросил:

– Решила вернуться?

– Ага.

– Я же тебя пугаю?

– Не всегда. Только лишь изредка.

– А еще со мной не так легко и приятно общаться, как с Назаврием. В договор не входит твое пребывание рядом со мной. Ты вполне можешь остаться тут.

– Хм… А я вот не понимаю… Почему бы тебе тогда просто не вернуть меня домой, на Землю? – вспылила я из-за этого упрямца.

Аскольд оскалился, зарычал в очередной уже раз.

– Да потому что здесь я всегда могу увидеть тебя… Ни на кого не оглядываясь… Если…

Он замолчал, сглотнул, отвернулся к окну и произнес глухо:

– Если станет совсем невмоготу.

И от этих слов тепло заполнило тело, по нервам словно ток пробежал. Я ощутила себя томно и приятно, как-то невероятно расслабленно. Сладкий дурман окутал и захотелось что-то сделать.

– Аскольд?

Он обернулся и внимательно уставился на меня.

– Я хочу вернуться с тобой.

– Я же сказал, оставшись тут, ты не нарушишь договор…

– Ты такой упрямый потому что демон?

Он приподнял брови и усмехнулся.

– Я могу уйти… Но хочу вернуться в поместье с тобой.

Я картинно привстала, но тут же очутилась вжата в кресло мощным телом Аскольда. Его руки удерживали за плечи, а лицо оказалось совсем близко.

Горячее сбивчивое дыхание эндера возбуждало и будоражило.

Аскольд приблизил губы к моим, дернулся и все же вернулся на место.

Улыбнулся.

– Поехали! – приказал водителю и сам захлопнул дверь.

На некоторое время в салоне воцарилась полная тишина.

Аскольд откинулся на спинку сиденья и как обычно смотрел на меня, чуть приподняв уголки губ. Я же пыталась собраться для вопроса.

Не знаю уж по каким признакам, но эндер опять обо всем догадался.

– Говоришь, не боишься меня. А сама уже минут десять не в силах задать мне вопрос! – произнес, скривив красивые губы. Я оглянулась на охранников, на водителя, и Аскольд без слов поднял синие ширмы между нами.

– Я не боюсь, – сказала, глядя прямо на эндера. – Я стесняюсь.

Аскольд выпрямился, приподнял брови и рассмеялся.

– Никогда не понимал эту черту в людях. Стесняться самого себя. Своих интересов и проявлений…

Я вспомнила, как он рассказывал, что хочет меня и невольно заулыбалась.

– Я смотрю демоны вообще ничего не стесняются…

Аскольд уловил направление разговора.

– Пфф… Во-первых, у нас почти у всех внушительные размеры мужских достоинств. Когда встают, это сразу же видно. Какой смысл стесняться? Что это изменит? Во-вторых, это естественно – желать женщину, которая нравится. Плохо, когда не желаешь. Вот тут определенно с тобой что-то не так. Но находится рядом с женщиной, которая вызывает самые сильные эмоции… – он сглотнул, прищурился и помотал головой. – И не хотеть ее… Это вряд ли удастся здоровому мужчине. А раз это и так понятно – какой же тогда смысл в смущении?

– Ммм… – мои щеки вспыхнули, сердце пропустило удар. Я вскинула глаза на Аскольда – он смотрел пристально, снова гипнотизировал и голубые глаза завораживали. Казалось – проваливаюсь в бездну, но не страшно, скорее приятно. Все-таки между нами постепенно нарастала какая-то химия. И вспоминая наше общение, я вынуждена была признать, что она ощущалась с первой же встречи. Еще там, в баре междумирья.

Этот мужчина определенно волновал меня. Просто отношение к нему пока оставалось очень неоднозначным.

– Что? – не выдержал Аскольд.

Я рассмеялась.

– А сейчас что?

– Я почти слышу, как ты добавил – «Говори»!

Аскольд расхохотался.

– Ну и? – поторопил он меня с объяснением.

– Ты такой нетерпеливый… для очень древнего демона, – кажется понимание того, что между нами происходит, породило во мне игривость.

– Это с тобой. Обычно я ждать умею.

– Точно?

– Да.

– А если демон хочет женщину и это видно… – я не сдержала улыбку, Аскольд усмехнулся. – А она не хочет его…

– Значит ему нужно либо ее добиваться, либо сбросить напряжение как-то еще.

– А почему ты не сбрасывал… как-то еще?

Я сама поразилась – как решилась на подобный вопрос. Кажется, раскраснелась подобно спелому помидору. Вся. Не только щеки – уши и шея.

Эндер очертил меня взглядом и ухмыльнулся.

– Вот видишь. Можно спрашивать. Даже не смотря на стеснение.

– Да уж… Сама себе поражаюсь… – вырвалось у меня. – Кажется у меня первый такой диалог за всю жизнь.

– Значит со мной ты впервые полностью раскрылась? – сделал свой вывод демон. – Это хорошо. Это радует.

– Хм… Наверное… – я повела плечом.

– Не стесняйся, Велена. Я думал об этом варианте… Но потом понял, что он принесет только разочарование.

– А я считала, что демоны полигамны…

Я опять усмехнулась, ощущая, как жар отступает и щеки перестают пылать.

– Возможно. – Задумчиво произнес Аскольд. – Но только не с тобой. Ты слишком хороша, чтобы потом удовлетвориться с другой. Это словно всю жизнь убивать паразитов в грязных лужах, а потом вымыться в благоухающей ванне и натереться лечебным лосьоном. И после, в отсутствии ванны вдруг снова подумать о луже…

Вот уж не предполагала, что этот порочный разговор принесет мне столько приятных эмоций. Я улыбнулась.

– Вообще мне это льстит.

– Это правда.

– Ты ревновал меня к Назаврию? – я опять говорила такое, что при любых других обстоятельствах не смогла бы из себя выдавить.

Аскольд напрягся, оскалился и прорычал:

– Наверное, по человеческим меркам можно сказать и так. Но я готов уничтожить любого, кого ты можешь мне предпочесть. Это мужская разборка. Кто сильнее – тот и достойней.

– Готов уничтожить любого? Даже родного брата?

– Да.

Я слегка опешила и замолчала, изучая лицо Аскольда – суровое и непреклонное, каким оно иногда выглядело. Именно таким и пугало меня. Но сейчас я совсем не боялась. Скорее не знала, что ответить на откровенность эндера. Наверное, я только с ним осознала, что правда – обоюдоострое оружие. И для того, кто говорит, и для того, кто слушает тоже.

Какое-то время я переваривала услышанное. Аскольд не мешал. Косился в окно и окидывал меня теплым взглядом. Так взрослый смотрит на ребенка, что вдруг узнал – откуда берутся дети.

В какой-то момент эндер вдруг решил нарушить молчание, но на его кольцо пришло сообщение. Аскольд прочел, выругался и приказал водителю:

– Езжай в «Остров»! Срочно!

Набрал ответ, получил еще один и, закончив переписку, повернулся ко мне:

– Велена. Ты подождешь меня в машине. Надо кое-что уладить.

– Что-то случилось? – встревожилась я, глядя как ожесточилось лицо Аскольда. Обычно оно становилось таким в случае больших неприятностей.

– Готрик! – процедил Аскольд. – Я, возможно, убью его! Кстати, из-за женщины! Из-за его женщины, которая бросила мелкого и теперь он чудит. Позорит наш клан и Гойю. Убью мелкого засранца! – прорычал эндер.

– Он вроде выглядел… эм… Нормальным. Хотя я не разбираюсь в демонах… – растерянно произнесла я.

– Выглядел! Вот ключевое слово! – усмехнулся Аскольд.

– А почему его бросила женщина?

– У нее мать – фанатичка. Считает, что дочь потеряет свою душу…

– Погоди! – наконец-то у меня сложилось два и два. – Так вы для этого ездили в храм?

– Да. И ты видела, чем все закончилось.

– Стой! Но ведь все вроде закончилось нормально?

– Закончилось бы… Если бы Готрику не вздумалось драться со старушкой. Да еще и матерью девушки, которую изнасиловал плотоядный.

– Боже… – я прикрыла лицо рукой.

– Вот именно. Поэтому оставайся в машине. Да, я снова приказываю. На сей раз – именно так.

– Хорошо. Конечно. Я тебя подожду.

Еще минуту мы летели в полном молчании. Аскольд хмурился и поглядывал на меня, кажется, стараясь выглядеть как можно приветливей. Не пугать меня, во всяком случае. В гневе эндер был по-настоящему страшен. Без разговоров и оговорок.

И я решила занять его новым нейтральным вопросом.

– А как же озеро? Ты ведь обещал показать его мне? Лейдрах Арран? Так оно называется?

– Ты в нем купалась…

– А любовь огней?

Аскольд вздохнул, подался вперед и пояснил:

– Вечером, когда зажигаются звезды, на поверхность озера всплывают рыбы и танцуют брачный танец. Их чешуя светится. Но мы этого не увидели, потому что я…

– Приревновал к брату.

– Я покажу тебе. Обязательно.

– Хорошо. Буду ждать. Ты же еще планировал покатать мена на неккале… Можно совместить…

– Можно. И если боишься лететь одна… Мы можем полететь на одной птице вместе. Подходит?

– Хорошая идея.

Аскольд расслабился, улыбнулся, вгляделся в мое хитрое лицо и заломил бровь:

– Отвлекала?

– Отчасти…

– Удалось…

Он привычно подался вперед, расположив руки на коленях, и вгляделся в мое лицо: внимательно, с прищуром.

– Всегда думал, каково это… Вот ты смотришь на женщину, отвечаешь, общаешься и хоть поезд собьет – не заметишь. Теперь понял.

Я не знала, что и ответить. Снова стало тепло, приятно и томно. Хотелось всегда смотреть в голубые глаза Аскольда – бездонные омуты, которые завораживали.

* * *

Аскольд

Если бы не Велена, Аскольд высказал бы Кассию такое, что у того уши завяли бы. А еще Таннар. Куда он смотрел?

Готрика заперли магией в его же покоях, но тот умудрился обмануть Мастиха. Выслать с кристалла на ухе приказ принести какой-то еды. И слуга попросил у Кассия разрешения войти, временно снять магическую защиту.

Готрик воспользовался – сразу же телепортировался.

У Аскольда слов не хватало, чтобы описать тупость Кассия. Ведь такой простой трюк голодающего в Гойе! Почему нельзя было дождаться повелителя?

Впрочем, Аскольд также понимал, что Готрик – член правящего клана эндеров. И морить его голодом у помощника просто не хватило моральных сил. Наверняка, тот предполагал, что побег возможен… Скорее всего, даже хотел остановить, припас портативный портал. Но пользоваться брешами как эндеры не может никто ни в одном измерении…

Вероятно, младшенький начал петлять порталами, и помощники только ловили его аурный след…

Кассий все-таки нашел Готрика, но, видимо, далеко не сразу. Младшенький умудрился уже завалиться в клуб для людей и демонов. Оправдываться помощник не стал. Сообщил, что Готрик сбежал и сказал, что готов принять наказание.

Повезло ведь растяпе!

Сейчас Аскольд простил бы любого. Абсолютно.

Еще несколько минут назад он думал, что Велене понравился Назаврий, как мужчина и как потенциальный муж. Вначале Аскольд готов был убить брата, стереть с лица земли и порвать на части. Но затем вдруг пришло прозрение. Если Велене дорог Назаврий, как можно поселить грусть и тоску в этих обжигающих глазах? Сделать так, чтобы эти соблазнительные губы больше не улыбались?

Аскольд еще помнил Велену в баре, сломленную и раздавленную. И он совсем не хотел видеть ее такой из-за Назаврия. Поэтому остановился и сказал ей решать самой. В полной убежденности, что теперь придется наведываться к каноньям, чтобы утолить жажду видеть эту женщину. Изредка перебрасываться с ней несколькими фразами… Слушать музыку ее голоса и теряться от этого взгляда… Без которого так трудно дышать, будто каменные плиты на грудь сложили.

Он сидел в машине и уже собирался отдать приказ улетать, когда туда заскочила Велена. И вдруг, ни с того ни с сего сообщила, что хочет вернуться в поместье с Аскольдом.

Не случись всего этого несколькими минутами раньше… кто знает, что сталось бы с Кассием.

Даже сам помощник страшно удивился, когда понял, что отделался легким испугом и приказом собрать воинов неподалеку от «Острова».

В последнем сообщении Кассия содержалось только «Спасибо, повелитель. Я заслужу ваше прощение».

Да нет, растяпа, не Аскольда ты должен благодарить, а Велену. Ее одну и никого больше!

Вот какого Ррастеха этому идиоту Готрику потребовалось чудить в самом центре столицы Земли, на глазах у стольких людей! Какого Ррасхета ему потребовалось сунуться сюда после случившегося в церкви!

Дементрий весь день светился на парадных мероприятиях. Давал пояснения, интервью, чтобы все замять. А этот безголовый мальчишка снова демонстрирует худшие черты демонов!

Аскольд хотел бы порвать брата на части и развесить над городом на потеху землянам. Давненько они не видели подобного. Несколько веков! Никак не меньше.

И самое главное, что повелитель Гойи не понимал – как поступить с братом. Легко оторвать ему голову. Но ведь впервые за многие столетия у чудачества Готрика была настоящая причина. Достаточно веская, чтобы Аскольд проникся. Ни дурость, ни юношеский максимализм, ни вседозволенность толкали младшенького на безумства… Отчаяние…

Потому что… Останься Аскольд без Велены, возможности даже увидеть ее, перемолвиться парой слов… Кто знает до чего дошел бы повелитель Гойи… Возможно, выходки Готрика показались бы тогда милыми детскими шалостями.

Об этом думал Аскольд, одновременно злился и расписывался в собственной беспомощности.

Но потом его отвлекла Велена.

Проклятые мощи! Можно вечно разговаривать с этой женщиной – просто разговаривать и не думать ни о чем другом! Аскольд настолько увлекся, что пропустил поселок каноньев. Потом забылся и даже не заметил, что машина идет на снижение возле злосчастного клуба «Остров»…

Когда Аскольд и Велена покинули Тенталь, в Дергоште занимались первые сумерки, а на Земле наступила глубокая ночь. По человеческому времени стукнуло полпервого.

Яркие фонари центра Эйвилла били по глазам неоновыми огнями. Безвкусные вывески владельцев ночных заведений, магазинов и ресторанов, пестрели подчеркнуто-модной одеждой, фигурами поваров и стриптизерш в человеческий рост.

Аскольд не любил эту городскую бижутерию. Но всегда полагал, что людям она нравится. Однако заметив, как скривилось лицо Велены, не мог не порадоваться. Хоть в чем-то они сходились.

«Остров» располагался в здании, похожем на гору. Огромную скалу с крутыми утесами и покатыми невысокими склонами. В одном из таких и ютился ночной клуб.

У входа дежурили два крепких раргоя и два смазливых инкуба.

Аскольд вышел из машины и оглянулся на Хортона который двинулся следом:

– Останься охранять Велену! – громко приказал пожирателю. Тот уставился на повелителя с удивлением. И эндер посмотрел на начальника охраны тяжелым взглядом, не терпящим возражений. Хортон поклонился и задом вернулся в машину.

Аскольд сделал знак нескольким охранникам – пожирателям и плотоядным следовать за собой. Половина телохранителей остались дежурить возле Велены.

Эндер вышел из машины и бросил на ведьму последний взгляд. Не отвернулась, смотрит. Уже легче. На душе у демона резко полегчало.

– Никуда не выходи. Просто жди, – напомнил ей Аскольд о договоре. Он не сомневался, что ведьма все сделает правильно. Слишком умная, и – если ей все объяснять – понимающая. Но хотелось еще раз посмотреть в эти глаза. После того, как Велена не осталась с Назаврием и сказала, что хочет улететь с эндером. Утонуть, лишиться воли, забыться… и набраться невиданных сил. Велена, похоже, догадалась. Улыбнулась и осторожно коснулась руки Аскольда, застывшей на дверной ручке. Демон сглотнул, ощущая, как по телу струится мощь. Невиданная, неожиданная и такая приятная. Теплые волны пробежали по мышцам. Аскольд даже забыл, как же это возбуждает, когда она сама вот так просто касается. Хотя неудовлетворенность моментально дала о себе знать.

Ну и вот как теперь уйти-то? Ноги не двигаются, словно к земле приросли и невозможно, немыслимо прервать контакт взглядов. Кажется – отвернешься, и все – пропасть.

Аскольд выдохнул, а Велена подлила масла в огонь:

– Удачи. Все будет хорошо. Уверена, ты все уладишь.

И что-то такое прозвучало в ее голосе… То, что Аскольд слышал, когда ведьма общалась с Марго и до темноты в глазах хотел услышать в беседах с ним.

Проклятые мощи! Ну что ж она делает-то! Настроила, конечно, да! Но и деморализовала! Теперь хоть залезай в машину, целуй и не отпускай. Пусть все катится к Ррасхету! Пусть брат хоть сдохнет в этом человеческом притоне! Какая разница? Если она такая…

Аскольд сглотнул и замер, силясь запечатлеть мгновение, чтобы затем смаковать и проигрывать его в памяти. И кто знает, как он поступил бы, если бы Велена не убрала ладошку. Слишком велико оказалось искушение. Даже для высшего демона.

Аскольд опять выдавил из груди тяжелый воздух. Словно дышал не кислородом, как люди, а жидким металлом.

– Отвечаешь за нее головой! – рявкнул в сторону Хортона.

– Да, повелитель.

Проклятые мощи! Сколько усилий нужно просто, чтобы отойти от нее?

И что делать, когда закончатся ррасхетовы три месяца? Сдохнуть?

Аскольд тряхнул головой, прогоняя тяжелые мысли, развел плечи и двинулся к клубу.

Охранники синхронно отступили, едва завидев эндера.

«Добро пожаловать, повелитель» – прозвучало четыре раза.

По ту сторону двери дежурил Кассий.

Вышагивал из стороны в сторону, ограниченный коридором и гардеробом. Пустой пастью с вешалками.

Лето. Люди легко одеваются.

Кассий встретил взгляд повелителя, потупился, собирался что-то сказать, но эндер опередил:

– Веди!

Они миновали предбанник и голубые двери в уборные с женским профилем в шляпке и мужским – в галстуке.

Несколько землянок, одетых так, словно отправились на пляж, окинули демонов внимательными взглядами, приостановились и зашептались.

А вот потом, такие как Велена, скажут, что демоны – животные. Хотя человеческие женщины ведь сами напрашиваются! Ну правда! Четыре дамочки, надушенные и разукрашенные, принялись протискиваться мимо Аскольда. Нарочно задевая бедрами и грудью везде где ни попадя. Эндер усмехнулся и мотнул головой. Сделай Велена подобное – наверное кончил бы на потеху публики, а может и не раз. А так… будто жабы потерлись.

Мерзко…

Кассий оскалился и отодвинул от себя двух других женщин. Его взгляд иллюстрировал мысли эндера.

Сопровождавшие Аскольда десять охранников, вообще не церемонились, просто локтями раздвигали прилипал.

Демоны дождались, пока женщины пропустят, и устремились в зал.

Аскольд опять вспомнил как же не любит подобные заведения.

Грохот музыки просто оглушал, аж тело вибрировало. Лучи света от зеркальных шаров на потолке, этих раритетов человеческих ночных заведений, вращались и ослепляли внезапно, в самый неудачный момент.

Толпа извивающихся тел воняла потом и алкоголем так, что хотелось блевать.

Аскольд фыркнул. Как он мог оставить Велену? С ее тонким чуть пряным запахом, таким сладостным без любого парфюма, с ее обжигающим взглядом и отправиться сюда вытаскивать Готрика? Да пусть бы натешился, вернулся домой и получил по первое число.

Эндер усмехнулся собственным мыслям и окинул зал взглядом.

Бармен-пожиратель, как же без этих поглотителей эмоций. В зале люди вперемежку с демонами. Пожиратели, черняки, инкубы, раргои и плотоядные. Всех мастей демоны и землянки – гремучая смесь. Эти на оголенные груди и задницы, что терлись и задевали во всех местах, реагировали соответственно.

Самые нетерпеливые удалялись в уборную.

Готрика Аскольд пока не обнаружил.

На минуту даже закралась мысль: а не улизнул ли, когда запахло старшим братом и наказанием?

– Где он? – спросил Аскольд Кассия, активировав телепатический канал на кольце.

– Дальше, в зоне привата! – процедил черняк.

Ну да! О зоне привата Аскольд и запамятовал.

Протискиваться через лес тел не хотелось – аж скулы сводило от предвкушения такого счастья и радости. Аскольд подхватил Кассия за локоть и перешел дальше порталом. Главное – не промахнуться. Не выйти с другой стороны здания. Аскольд постарался сосредоточиться и уловить вибрации приватной зоны. Получилось.

Сине-лиловые лампы разливали на диваны и шесты для стриптиза неестественный неоновый свет. Вот теперь Аскольд заметил и Готрика. Тот развлекался с фигуристой, длинноногой черняйкой, с выбритыми по земной моде висками и двумя землянками уже без бюстгальтеров.

Женщины буквально прилипли к телу младшенького: целовали, посасывали, гладили. Готрик опять самоудовлетворялся, избегая сексуального акта.

Заметив Аскольда и Кассия, девицы расползлись как каракатицы и уставились выжидающе.

Старший эндер церемониться не стал:

– Номера счетов в универсальной валюте? – спросил в сторону дамочек.

Те быстро продиктовали цифры.

Аскольд перечислил суммы, достаточные, чтобы женщины еще неделю не работали, и рявкнул:

– Прочь!

Дамочек будто ветром сдуло.

Готрик натянул штаны.

– Ну и чего тебе надо? – прищурился он. – Я никого не убиваю, скажи и на этом спасибо!

– Ты идиот? Или прикидываешься? – прорычал Аскольд. – А если тебя здесь заснимут на камеры? Если журналисты обнаружатся среди посетителей? Ты не думал, как мы будем выглядеть? Ты – не какой-нибудь там вонючий инкуб или голодный раргой! Ты – эндер, из клана правителя Гойи!

Готрик смотрел исподлобья и мочал с таким видом, словно ему на все наплевать.