Читать книгу "Братья Энберские"

– Могу я остаться? Хотя бы на несколько часов?

Я похлопала ладонью по кровати.

– Брошь завтра заберешь у Хортона.

– Хорошо.

Я свернулась калачиком и моментально уснула.

* * *

Утро встретило меня сюрпризом.

Аскольд сидел на корточках возле моей кровати и заговорщически улыбался.

– Что? – удивилась я.

– Сюрприз! – усмехнулся он. – Собирайся. Жду на веранде.

Эндер исчез, а я принялась за дело.

Помылась, надела свободные брюки на бедрах и блузку, которая открывала плечо.

Деволсия внизу лестницы выглядела тоже загадочно. Как и Мастих, который лично проводил меня до веранды…

Там жевала бутерброды с икрой… Марго.

– Ничего, если мы отправимся за покупками вместе? – предложила дочка.

Я подскочила, она встала, и мы обнялись. С минуту не отпускали друг друга. А затем Аскольд выдвинул мне стул. Я заметила, что лицо эндера снова будто посветлело.

– Твоя идея? Когда провернул? – обратилась я к демону.

– Я и не такое могу.

Вот и весь ответ.

* * *

После завтрака мы с Аскольдом еще посидели, поговорили на отвлеченные темы, и эндер посадил нас с Марго в машину.

Я уже предвкушала марафон по цветочным магазинам, лавкам и салонам. Мне безумно нравилось, как Марго энергично готовится к свадьбе. Радуется, словно ребенок и светится… Хотелось, чтобы дочка всегда оставалась такой…

Счастливой, наполненной и энергичной…

Марго резво заскочила машину, едва та снизилась возле замка Аскольда.

– Мама… Я хочу кое-что рассказать тебе, – дочка покосилась в сторону охранников. Я нашла взглядом кнопку, которую нажимал Аскольд, чтобы поднять ширмы и попробовала.

Когда синие перегородки отрезали нас от спутников, Марго улыбнулась и заговорщически сообщила:

– По-моему, Аскольд любит тебя…

Я призадумалась…

Он ни разу не говорил о любви. Много чего говорил, но не это.

И вдруг пришла новая мысль. А хочу ли я признания от Аскольда? Я вспомнила нашу прогулку, наши беседы в последние дни и сегодняшнее утро… Да, наверное, я этого хочу.

– Мы об этом не говорили, – ответила я дочери.

– Мам! Ну ты прямо как маленькая! – хихикнула она. – Да он же с тебя глаз не сводит! Позавчера я все время удивлялась, как не споткнется и не расквасит нос. Он шел, совсем не глядя по сторонам, будто только тебя и видел. А сколько он для нас сделал? И не говори мне про сделку! Разве туда входила помощь Наташе? А? Или мне с организацией свадьбы? Или подарки в виде счетов и домов? Входили?

– Нет.

– И честно скажи. Ты же видела демонов. Многие попросят у сыновей женщины разрешения за ней ухаживать?

– Я не знаю, доченька. Правда, не знаю.

– А он тебе нравится?

Я усмехнулась и потупилась. Как девчонка, ей богу!

– Нравится, – сделала вывод Марго.

– Давай мы посмотрим, что будет дальше, – серьезно произнесла я. – Хочу увидеть, чем закончатся наши три месяца.

– Вот всегда ты такая…

– Да, придется вам всем с этим смириться.

– Да уже смирились, – усмехнулась Марго. – А давай наберем Тамару? Как там дела у Наташи? На прогулке она так хорошо выглядела!

Я немедленно позвонила подругам и включила громкую связь.

– Да, Велена? – взяла трубку Тамара.

– Расскажи, что у вас там. А то Аскольд позавчера вскользь упомянул…

– О! У нас такие-е новости! – воскликнула Наташа.

– Ну? Давай все по порядку!

– В общем, – взяла слово Тамара. – Наташу исследовали. Почти двое суток. Сказали, что не могут ничего гарантировать. Но противопоказаний для участия в эсперименте нет. В целом организм в неплохом состоянии. Наташа прошла два курса, и большая часть мозга начала работать.

– Большая? – заволновалась я. – Но не весь?

– Часть больших полушарий уже не включатся. Но это не страшно. Сказали, что там не содержится жизненноважных центров. Возможно, эти части мозга оживут сами или отомрут. Но, в любом случае, их еще будут поддерживать прежней терапией.

– Велена! – закричала Наташа. – Мне не придется ложиться в кому! Ни на три месяца, ни на сутки! Достаточно амбулаторно в сознании пройти несколько процедур в год. А там – кто знает! Врачи не исключают, что мозг заработает полностью!

– Я за тебя очень рада, – выдохнула я с облегчением, ощущая, как неприятные воспоминания вдруг отступают и блекнут. Наташа, распластанная на асфальте, рядом с классиками и детскими рисунками… Забитая и запуганная в полицейском участке… Равнодушная и усталая, как в последний год…

Образы таяли и уходили куда-то.

– Мы приехали! Еще созвонимся. Собираемся выбрать цветы для свадьбы, – Марго ткнула пальцем в окно. Машина пошла на снижение во дворе огромного торгового центра, выполненного в виде алого бутона.

– До связи! – попрощалась Тамара.

– Велена… Я люблю тебя. Спасибо, – добавила Наташа.

И прежде, чем успела возразить – что благодарить надо не меня – Аскольда, ведь это он все устроил – подруга отключилась.

Мы с Марго вошли в двери торгового центра, вдыхая ароматы миллиардов цветов. Насыщенный и сладковатый – роз, свежий и кисловатый – орхидей, терпкий и густой – ландышей, похожий на запах специй – кактусов…

У-ух! Вот тут мы разгулялись…

Бродили, рассматривали, выбирали, как дети в гигантской конфетной лавке. Марго хотела «нечто невероятное».

Мы перекусывали на ходу удивительной пиццей. Выполненной в форме мороженного с приятным расплавленным сыром, кусочками поджаристой колбасы и мясистыми помидорками черри.

Не останавливались, продолжали…

Ближе к вечеру, когда ноги заныли, а Марго наконец-то определилась и заказала все, что хотела, мы спустились в кафе и заказали черный чай с облепихой.

Пока ждали за коричневым столиком, на уютных диванчиках, в зоне видимости обнаружился демон.

В принципе, не такая уж и редкость теперь на Земле. Демоны, конечно, встречались в нашем измерении не чаще, чем восточные мигранты во времена моей молодости. Но уже не казались такой экзотикой, как поначалу. Но вот то, что направился незнакомый рогатый к нашему столику, всерьез встревожило меня. Впрочем, тотчас, откуда ни возьмись, появился Хортон с охранниками. И застыли возле колонн, ожидая моих распоряжений.

Что ж… Интересно – чего надо незнакомому рогатому.

– Это друг Аскольда? – спросила Марго.

Я пожала плечами.

– Вот сейчас и узнаем.

Демон мне почему-то сразу не понравился. Худощавый, с очень узким, хищным лицом, он напоминал ворона. Вот только не мудрого и древнего, а скорее спутника какого-нибудь злобного мага. Темные глаза с вертикальным зрачком указывали на то, что перед нами змей. Небольшие рога его терялись в густых черных кудрях.

Одевался он во все темное – кожаные брюки, шелковую рубашку и кожаную куртку.

Змей приближался медленно, плавно и осторожно, словно не хотел спугнуть нас. Остановился в нескольких шагах и спросил:

– Велена Мерешникова?

– Да.

– А вы, наверное, Марго?

– Да.

– Велена. Могу я переговорить с вами с глаза на глаз? – демон взглядом указал на один из соседних столиков.

Я опять оглянулась на охранников.

– Не беспокойтесь. Вы под надежной защитой, – догадался о моих мыслях змей. – Во-первых, надо быть полным идиотом, чтобы напасть на человека посреди торгового центра, на виду у всех и на камеры. Это война. А войны ни один из нас не хочет. Во-вторых, Хортон уже побеждал меня в схватках под Лавирнией. Кстати, простите, забыл представиться. Манталь, повелитель Лавирнии.

Ого! Я только сглотнула. Еще один повелитель? Не к добру это, ой не к добру.

Между тем, демон продолжил.

– В-третьих, я без охраны. Хортон это уже проверил, можете спросить у него. Я здесь один. Плюс два портативных портала. Прошу уделить мне всего несколько минут. Под присмотром охраны и под прицелом камер торгового центра.

Я кивнула. Показалось невежливым отказывать одному из правителей Дергошта.

– Я скоро вернусь, – пообещала Марго, и мы с Манталем переместились за другой столик.

Демон сложил руки на столе, сцепил пальцы в замок – да так, что те побелели и произнес:

– Велена. Вы ведь живете у Аскольда Энберского?

Я сразу обратила внимание на две вещи. Манталь обращался ко мне на «вы», хотя остальные высшие демоны – все, с кем довелось общаться из первородных кланов – тыкали. Кроме того, он назвал Аскольда не так, как все другие – Гойским, как правителя, а по фамилии, клановой принадлежности. Что-то мне в этом не понравилось. Но я кивнула на вопрос.

– Все так.

Манталь подался ко мне и ровно, нарочито медленно произнес:

– Я знаю про ваш уговор. Про три месяца.

Я опешила, сглотнула и мысли заметались в разные стороны. В замке Аскольда измена? Там есть соглядатаи? Я с трудом поборола желание немедленно рвануть к эндеру и сообщить об этом. Но затем одернула себя. Если Манталь следил за нами, следует выяснить, что еще известно змеюге и зачем он пожаловал?

– Дальше, – произнесла я как можно спокойней.

– А дальше вот что. Велена. Давайте начистоту. Вы взрослая женщина, хотя и выглядите очень молодо даже для ведьмы вашего возраста. Спасибо вашему виду дара.

– Не стоит размениваться на комплименты. Что вы хотите?

– Хм… Ну что ж… Уверен, вы понимаете, что Аскольд одержим вами.

– Одержим?

– Не делайте круглые глаза, Велена. Демоны лишь раз в жизни влюбляются как безумные и всегда одержимы своими женщинами. Забьют до смерти соперника, не отпустят от себя даже на шаг, всюду будут следовать за ними.

И не говорите, что не поняли этого. Вы слишком умная, чтобы не понять.

Сразу вспомнилось, как Аскольд бил Назаврия. И следом пронеслись кадры. Он – в моей спальне. «Я заходил к тебе спящей». Он соглашается осматривать сады для свадеб. И всю дорогу смотрит… лишь на меня…

Пока я затихла, Манталь продолжил: вкрадчиво и с акцентом на каждом слове.

– Велена. Положа руку на сердце. Вы хотите стать королевой демонов? Повелительницей в нашем жестоком мире? Чтобы выносить смертные приговоры и смотреть как ваш муж их исполняет? Это ведь обязанность супруги повелителя! Вы не сможете пренебрегать ей. Иначе народ сочтет себя оскорбленным.

Память вновь услужливо подкинула кадры. Аскольд в подвале. Отрывает головы и прочие части тела виновных. Рычит и скалится подобно дикому зверю. Убивает в доме, где держат Тамару. Безжалостно, быстро и свирепо…

Брр.

Смотреть на видео – еще куда ни шло. Но лично присутствовать при казнях… Это немыслимо…

Тошнота подкатила к горлу. А Манталь ждал, молчал и сверлил своим гипнотическим змеиным взглядом. Заметив, что я на нем сосредоточилась, демон отвис и продолжил:

– Если правитель занят, ну всякое бывает, сами знаете – может даже к человеческому президенту уехать – вам придется самой вершить суд. С помощью ведьмовского дара или палачей. Но иногда и собственноручно. Дабы все видели и знали – жена правителя настоящая повелительница.

Вы готовы к этому? А, Велена?

Я мотнула головой, прогоняя наваждение. Кровь на руках, чужие головы в пальцах. Фу… Какой ужас! Даже подумать страшно…

– Какое вам до этого дело? – вспылила я. – Да и вообще! Аскольд не делал мне предложение. Через три месяца обещал отпустить.

Манталь запрокинул голову и расхохотался. Так, что у меня все внутри задрожало.

Хортон сделал шаг в нашу сторону, но я жестом приказала ему оставаться на месте.

– Вы, правда, верите, что он отпустит вас? – слишком тихо после грохочущего смеха спросил Манталь. – Да вы наивная маленькая человеческая женщина! Велена! Он вами одержим! Он и дня без вас больше не сможет. Да он запрет вас, пленит, заставит заключить новую сделку!

– Я не верю, – процедила я. – Он не такой.

– Правда? – вскинул курчавые брови змей. – Хм… Не хочу вас разочаровывать. Но он уже так поступил.

– О чем вы? – сердце пропустило удар, я ощутила, как холодеют руки. Что такое сделал Аскольд?

Манталь замолчал, внимательно наблюдая за моей реакцией: растерянностью, недоверием, беспокойством. И выдержав паузу, произнес с металлом в голосе:

– Вначале выслушайте мое предложение. И пока не отвечайте. Я предоставлю вам доказательство лживости и одержимости Аскольда.

Еще пауза, взгляд неподвижных змеиных зрачков, от которого внутри все холодеет и предложение:

– Вы впустите на территорию повелители Гойи наши войска. Мои и повелителя Мейтта. Только вы можете это сделать своей аурой и мысленным приказом. Мы перебьем эндеров. Всю эту проклятую семейку. И вы сможете вернуться домой. К семье, к детям, к нормальной жизни. А мы вознаградим вас как королеву. И никакого короля не потребуется. Всю землю купите, если захотите.

Я собиралась возмутиться, резко отказаться. Потому что даже мысли не могла допустить о гибели Аскольда. Но Манталь быстро напомнил:

– Стойте! Вначале доказательства вероломства Аскольда. А уже потом – ваш ответ.

– Ну? – выдавила я.

Манталь откинулся на спинку кресла и усмехнулся – как-то очень уж злобно и ехидно.

– Спросите у Тамары, зачем Аскольд звонил ей после происшествия возле храма. Он собирался драться с братом и… отпустил вас. Сказал, что отпускает. А после связался с Тамарой и все отменил. Вот также он отменит и вашу сделку!

Я сглотнула. Откинулась на спинку дивана. Отменил? Отпустил и внезапно передумал? В голове крутились тысячи мыслей, объяснений, вопросов.

Почему? Зачем? Как так вышло?

Я совсем запуталась, не понимала – злюсь на Аскольда или же нет. Но в эту минуту Манталь вмешался в мой внутренний диспут с самой собой:

– Ну так что, Велена? Позвоните подруге. Спросите ее, если мне не верите!

Я вскинула взгляд на демона.

Он ухмылялся, довольный своей тирадой и тем, как ввел меня в замешательство. Но одного Манталь не учел. Каким бы ни выглядел для меня поступок Аскольда, предавать эндера я точно не стану. Обижусь, уйду, перестану общаться, если Аскольд настоит на соблюдении договора. Но я никогда не предам того, кто мне доверился и кому я доверяю.

Я встала и произнесла:

– Я никогда не сделаю то, что вы просите.

Собиралась уйти, но в спину полетел возглас Манталя…

– Что ж… может и не потребуется…

И прежде чем что-либо поняла, сделала, позвала Хортона, меня коснулись горячие руки демона. Легли на плечи и почудилось, я уплываю куда-то. В голове помутилось, к горлу подкатила тошнота.

Я испугалась, что Манталь похитит или убьет или еще бог знает что сделает…

Но все изменилось в мгновение ока. Манталь исчез – видимо, ушел порталом, рядом очутились Хортон и несколько охранников.

– Госпожа, Велена? Вы в порядке?

Подскочила Марго.

– Мама? Все нормально?

Я моментально пришла в чувство и обратилась к Циклопу:

– Хортон. В замке Аскольда измена! Манталь только что поведал мне о том, что могут знать только слуги и охранники. Вам нужно поспешить. Проверить, найти лазутчика. Я не знаю, как вы в таком случае действуете…

– Госпожа, Велена. Не волнуйтесь. Мы сейчас же все исправим. Никто не знает, но в замке повсюду установлены манкорлии. Обычно такое количество манкорлиев установить невозможно, последует взрыв. Поэтому ими снабжают только основные помещения. Но повелитель Аскольд – эндер и его братья тоже. Они окружили манкорлии пространственными разделителями. Это как будто они не близко, а очень далеко.

– Я поняла. Срочно пошли к Аскольду.

– Вы не против, если Фаскольд отвезет Марго домой, а вы перенесетесь со мной портативными порталами? Или оставить вас с дочкой?

– Нет. Я с вами. Вдруг Манталь сказал еще что-то важное, а я не поняла. Но разговор-то я помню!

Хортон окинул меня странным взглядом. И вдруг произнес:

– Вы можете стать достойной повелительницей.

Я вздрогнула, вспоминая предупреждения Манталя. Вновь перед глазами поплыли: кровь, оторванные конечности, головы…

Но я тряхнула головой и повернулась к дочери.

– Я позвоню, хорошо?

– Конечно, мама.

Марго чмокнула меня в щеку и в сопровождении нескольких охранников двинулась на выход, расплачиваясь по счету. Я обратила внимание, что дочка уже выпила чай и съела заказанный круассан.

Хортон взял меня под руку, нас дернуло и закрутило. Вот теперь я поняла – о чем говорил Аскольд. Портативные порталы – совсем не то же самое, что телепортация эндеров. Там мы просто вошли – и вышли. А здесь… Нас слегка пошвыряло из стороны в сторону, повращало и побросало как на батуте. Но затем мы все же очутились прямо в покоях Аскольда. Насколько я это поняла.

Демон мгновенно отделился от окна и двинулся навстречу.

– Велена? Ты в порядке? Что-то случилось?

Хортон ждал, пока Аскольд осмотрит меня, и, видимо, оценит ауру. Когда эндер немного успокоился, Циклоп произнес:

– К Велене приходил на разговор Манталь. Мы не слышали ничего. Видимо, он воспользовался заклятьем-глушителем.

– Аскольд! Он знает о том, что случилось в замке. О нашей сделке и вашей потасовке с братом!

– Понял. Так ты не предала меня?

– А ты мог заподозрить меня в подобном?

Ответить мне не дали – накрыли губы поцелуем и некоторое время не отпускали.

Наконец, Аскольд отстранился. Выглядел он уже суровым, деловитым и очень опасным. Таким, каким я его и запомнила, когда впервые встретила в «Сальвинии».

– Мы разберемся с предателем, – невозмутимо заявил эндер. – Велена, жди здесь, в моих покоях. Сюда кроме тебя, меня, Дементрия и Хортона больше никто войти не сможет.

Я замерла перед таким доказательством доверия эндера. Слова застряли в горле, а он наклонился, вдохнул запах моих волос и снова отстранился с рычанием.

Собирался уйти, но я прошептала:

– Мне нужно кое-что спросить у тебя. Очень важное…

Аскольд остановился, вгляделся в мое лицо, и произнес:

– Я закончу с предателем и отвечу на все вопросы. Любые. И без ограничений.

И прежде чем я успела что-то сказать, они с Хортоном растворились в воздухе.

Глава 8

Аскольд

Готрик вел себя, как обычно, безумно. Но хотя бы в пределах комнаты.

Напивался как свинья, самоудовлетворялся под человеческое порно с демоницами и ругался как последний плотоядный.

Аскольд убедился, что брат заперт, выслушал в свой адрес достаточно забористых фраз. И после того как Готрик послал его на языке первородных ушел, не прощаясь.

Что делать с младшеньким один светлый Мечет знает.

Вот ведь незадача! Когда Велена отсутствовала, Аскольду казалось, что время остановилось. И все прожитые века – лишь мгновения, до встречи с этой удивительной женщиной, а вот каждая минута без нее – столетие. Тягостное и напряженное.

Когда ведьма приезжала, время точно вспоминало, что слишком уж надолго притормаживало и неслось вскачь, как оголтелое. Аскольд не успевал насладиться обществом Велены, как она опять куда-нибудь отлучалась.

Прежний повелитель Гойи, до встречи с Веленой просто запер был ее, объявив своей, и повсюду следовал за ведьмой.

Но теперь Аскольд понимал – лишь если она вернется сама, без принуждения, без нажима и требований – он сможет упиваться теми взглядами, улыбками и отношением Велены, которых так жаждал.

Слоняясь по дому, словно неприкаянный, эндер пытался придумать, как помочь Готрику, но вместо этого снова и снова прокручивал в голове беседы с Веленой. Интим поначалу смаковал мысленно тоже. Но быстро понял, что это приводит к обострению желания. Почти до невыносимого, до какого-то пика и решил не дразнить самого себя.

Аскольд не ждал ведьму засветло. Но когда она явилась раньше времени, не в машине – а портативным порталом, в сопровождении Хортона, у эндера сердце упало. Он метнулся к своей женщине, как медведица к медвежатам. Осматривал, проверял – все ли в порядке, раз за разом проходился по ауре.

В голове кружила одна только мысль, билась раненой птицей, ломающей крылья в попытке взлететь хотя бы ненадолго.

Только бы с ней ничего не случилось! Только бы с ней ничего не случилось!

И чуть позже присоединилась вторая.

Если кто-то обидел ее – не убью, оторву конечности и оставлю умирать. Медленно, мучительно и долго. Чтобы понял, чтобы прочувствовал.

Дабы все увидели, что случается с любым, кто обидит Велену. Хоть действием, хоть словом, хоть взглядом.

Аскольд выдохнул только когда понял, что ведьма пришла так рано, такая взволнованная, и столь необычным для нее способом, чтобы предупредить.

У эндера голова пошла кругом. Сердце заколотилось так, что, кажется, слышали все в Гойе.

Она не предала его! Не купилась на обещания! Уж наверняка Манталь не скупился! В таких случаях не продешевишь! Любые деньги и любые услуги не могут быть лишними или чрезмерными.

Но Велена не предала Аскольда и предупредила.

От этой мысли кровь закипела в венах. Захотелось прямо сейчас целовать эту женщину, сжимать в объятиях, обнимать весь мир… и даже простить предателя.

Да какая разница, что там произойдет, что выяснил Манталь, если она верна! Прибежала предупредить, тревожится!

Спешила так, что аж запыхалась!

Аскольду хотелось кричать и петь! Прыгать как мальчишка, ошалевший от радости!

Но требовалось сейчас совершенно иное.

Предатель, может, пока и не опасен. Однако он довольно опасен, в принципе. Его надо немедленно выявить и уничтожить. Физически устранить из Гойи.

Аскольд нехотя переключился на дела и рванул в свой кабинет, где располагался один из основных следящих манкорлиев. Туда непрерывно закачивались сведения о каждой комнате в доме и каждом постояльце.

Пока Аскольд занимался активацией кристаллов по всему дому и сбросом информации, Хортон вызвал Таннара и Кассия и велел охране собраться в подвале. Для разбирательства с предателем. Или с предателями, если тот действовал не в одиночку. Хотя в это Аскольду не особенно верилось. Нужно иметь какую-то невероятную причину, чтобы рискнуть изменить повелителю Гойи. Да и большинство слуг, охранников искренне любили и уважали эндера. Он не думал так, а видел – по их аурам.

Впервые в жизни Аскольд понял… опять впервые в жизни… В который уже раз впервые! Как можно искать предателя с легким сердцем. С легким сердцем готовиться к возможным гадостям от Манталя, Ортана. Да от кого угодно!

В том, что эти два слизняка работают вместе, эндер ни минуты не сомневался. Собрали коалицию против Аскольда, чтобы затем сразиться один на один при помощи хитрости или вероломства.

Да что там! Даже умереть с таким чувством на душе – и то не страшно.

Только где-то там, на задворках сознания сверлил вопрос. Что она хотела выяснить? Вид у Велены в этот момент был торжественный, какой-то растерянный и одновременно взволнованный.

Что такое наговорил ей змей? Впрочем, Аскольд верил, что ничего дурного не сделал. А если и так – самое худшее Велена уже простила. Драку с Назаврием, приказы, телепортацию к ней в спальню без разрешения…

Замковая прислуга жила здесь же, в поместье Аскольда и в каждом помещении велось неусыпное наблюдение. Разумеется, эндер не лез без необходимости в личные дела челяди и не любовался на их постельные утехи, болезни или страдания. Он держал видеонаблюдение исключительно ради подобных случаев.

Кроме того, каждый демон, включая Хортона и помощников Аскольда, отслеживался по его кольцу или манкорлию на ухе. Все устройства содержали маячки. Их Аскольд обычно не проверял тоже. Пусть себе. Не его дело, чем занимаются демоны повелителя в свободное от работы и службы время. Но вот в таких случаях, в ход шло все. Включая вмешательство в личные дела.

Не наблюдал Аскольд только за братьями.

И только их перемещения, встречи, переговоры он не отслеживал.

В клане Энберских давно заведено: предать своих все равно изменить самому себе. И каждый прекрасно это понимал. Ни один первородный из другого клана не подошел бы к Дементрию с подобным предложением. Даже к Готрику и даже после его ссоры с братьями. Запертому в комнате их магией, нервному и безрассудному из-за отставки у Ольги.

Эндеры не предавали своих даже под страхом смерти. Какие бы отношения их не связывали и какие обиды не разделяли бы. В клане Энберских существовало правило: ругаться – ругайся, дерись, если хочешь, убей – если тебе так уж приспичило. Но своим никогда не изменяй!

Аскольд скрестил руки на груди и замер у стола, пока вместе с Кассием, Таннаром и Хортоном просматривал записи манкорлиев и маячков слежения.

Слуг и охранников поделили примерно по равному количеству на каждого. Записи наблюдения за Кассием и Таннаром Аскольд отдал Хортону и сообщил об этом вслух. Видео с главой охраны досталось помощникам и эндер также это четко проговорил.

Ребята бровью не повели, лишь отмахнулись: мол, да ради бога. Ауры их не транслировали ни гнева, ни злости, ни обиды на недоверие повелителя.

Все понимали причины подобного.

Аскольд знал это, но ему доставило удовольствие видеть реакцию приближенных. Еще раз убедиться, что им можно доверить не только свою жизнь, но и жизнь Велены.

Теперь он не мог не думать об этом в первую очередь.

Минуты капали. Бессмысленные кадры семейных идиллий, одиноких ночей, обжорства или аскетизма мелькали перед глазами демонов.

Аскольд не запоминал. Ему нужно только одно – выяснить личность предателя! Остальное – не дело повелителя Гойи.

Копаться в грязном белье – недостойно высшего демона, первородного из клана Энберских. Не подобает эндеру рыться в чужом мусоре.

– Да вот же! Раздлих! Мразь такая! – громыхнул Хортон, тыча пальцем в видео из манкорлия. И бешено закивал в сторону карты, где отмечались передвижения пожирателя. – Убью, тварь!

Аскольд сделал рукой знак утихомириться. Кабинет защищен магией – никто ничего не услышит, и не поймет. Но наказывать и карать следует с холодной головой.

– Надо проверить. Вдруг он действовал не один, – скомандовал Аскольд.

И вместе с помощниками продолжил работу.

В итоге, выяснилось, что Раздлих действовал в одиночку. И никто другой не знал о его предательстве. Вот только мотивы пожирателя оставались неясными. Он ни разу не говорил об Аскольде плохо и выглядел вполне себе довольным своим положением в замке. Только в последнее время заметно нервничал. Но удивительного мало – для изменника-то!

– Взять Раздлиха и притащить в подвал! – скомандовал Аскольд ближайшим к пожирателю охранникам.

– Да, повелитель.

Аскольд поборол желание немедленно телепортироваться в нужное место. Вместо этого они с помощниками отправились туда пешком.

По дороге эндер послал сообщение Велене:

«Все в порядке. Нашли предателя. Я иду с ним разбираться».

В подвале уже толпились охранники, держа скованным магией и цепями Раздлиха. Аскольд оглядел демона. Выглядит отчаянным. Серые глаза сверкают, взгляд озверевший, тело напряжено до предела. Освободи – и бросится в драку.

Что ж. Дадим парню волю, а эмоциям – выход.

Эндер небрежным движением пальцев освободил Раздлиха. Тот кинулся на повелителя без предупреждения. Аскольд только усмехнулся, позволив пожирателю предельно приблизиться и почти ударить огненным лезвием. Кулак Раздлиха окружало пламя, внутри которого образовался клинок, по типу металлического. Таким можно и эндера продырявить насквозь.

Аскольд дождался, пока удар почти состоятся. Не стал телепортироваться, уклонился одним легким движением, поймал руку пожирателя и вырвал.

Отбросил конечность и увернулся от нового удара – каменной сетью. А ведь неплохой воин! Жаль, что предатель!

Аскольд пригнулся, опять демонстративно не пользуясь главным своим оружием – телепортацией. Крутанулся, очутился за спиной у Раздлиха. Вывернул тому руку и дернул голову так, что одно движение – и все, конец изменнику.

– Неплохо дерешься, – признал повелитель Гойи.

– Убивай! Чего тянешь, повелитель! – прорычал Раздлих.

– Убью, – спокойно произнес Аскольд. – Но вначале скажи – почему предал?

Эндер ожидал, что пожиратель начнет отпираться, как делали все изменники, лгать или оправдываться. Возможно, даже молить о помиловании. Все изменники слабы духом. Не выдерживают справедливости. Аскольд это тысячу раз видел. Но Раздлих снова удивил повелителя Гойи.

– Теперь уже неважно, раз убьешь. Мортана, из клана Манталя, его сводная сестра. Я люблю ее. Без нее ни жить, ни дышать…

Остальное Аскольд понял без слов. Рука, что держала голову Раздлиха, расслабилась, и пожиратель рухнул на пол.

Аскольд присел, поднял голову изменника за волосы и пытливо вгляделся в его лицо, изучил ауру. Не лжет. Выложил все как на духу.

Еще минуту назад убил бы. Хоть матерью одинокой пытайся разжалобить, хоть детьми, что умрут с голоду. Но теперь… Рука не поднималась.

Если бы Велена родилась в клане Манталя… Отдал бы все, предал родных, лишь бы видеть ее… Лишь бы…

* * *

Велена

Я ожидала Аскольда с нетерпением. Мерила его комнату шагами, и, думаю, намотала не один километр.

Просторные покои эндера совсем не походили на мои. Скорее – на комнаты воина, хотя я ожидала увидеть нечто иное.

Гнездышко падишаха, где повелитель встречает наложниц со всей соответствующей атрибутикой. Кроватью с какими-нибудь приспособлениями, шкафом с секс-игрушками и чем-нибудь еще…

Постель Аскольда была самой обычной – большой, двуспальной, но и только. Добротной, конечно же.

Судя по всему, одеялом он не пользовался. Матрас показался мне жестковатым.

Кроме постели в покоях эндера обнаружился большой стол с манкорлием, что позволял выходить в сеть на Земле и Дергоште, несколько стульев и кресел. Большая просторная спальня представлялась мне полупустой.

Я бродила из угла в угол, пересекала помещение по диагонали и не никак могла успокоиться.

Я переживала, что Аскольд не вычислит изменника и тот продолжит гадить, докладывать все Манталю. Но помочь ничем не могла. Все мысли устремились в одно русло.

Но когда получила от Аскольда сообщение, что предателя вычислили, появились и другие размышления.

О том, что я так и не успела спросить у эндера.

Что ж… Кто знает, сколько планируется пытать изменника. Может, Аскольд вернется лишь через несколько часов…

Что там говорил Манталь? Спросить у Тамары?

Я набрала подругу, и та сразу ответила:

– Да, Велена?

– Том, у меня важный вопрос! – мой голос дрогнул, и подруга спросила:

– У тебя все хорошо? Что-то случилось?

– Наташа рядом? – опомнилась я. Не хватало еще волновать подругу во время лечения!

– Она на процедурах, не бойся. Говори уже!

Шумное пыхтение Тамары лучше всяких слов свидетельствовало о ее тревоге.

И я не выдержала – выпалила на одном дыхании:

– Зачем тебе звонил Аскольд? В ночь, после всего случившегося возле храма. Ну ты же видела… Наверное…

– Видела. В новостях. В сети, – вздохнула Тамара и замолчала.

– Он просил мне не говорить? – пронзила внезапная догадка. Неприятная такая, словно чем-то острым под ребрами ковырнули. Вроде не смертельно… Но, боже! Как же хочется избавиться от этого ощущения!

– Да.

– Скажи мне.

Тамара еще помолчала и разродилась:

– Велена. После всего, что сделал Аскольд для меня, для Наташи и для твоей Марго, рассказывать мне не хочется. Но ты моя подруга и я не могу молчать вечно… Так или иначе… Ты все равно обо всем узнаешь.

– Да говори уже! – воскликнула я, вновь слушая сбивчивое дыхание по связи.

– Он позвонил поздно. Сказал, что не может с тобой связаться…

– Да. У меня в тот день кольцо сломалось.

Кажется, я сама оттягивала момент истины. Перебивала подругу и чувствовала, как внутри что-то обрывается. Или наоборот – нарастает лавиной. Мешает дышать и двигаться, сковывает по рукам и ногам незнакомым, предательским холодом.