Читать книгу "Братья Энберские"

А еще эта беседа с Гейгеррой… Почему-то она вдруг отчетливо вспомнилась. Видимо, знахарка готовила тогда почву, чтобы затем предложить свои услуги по рождению детей от смешанных пар.

Поэтому объясняла Аскольду как тяжело Велене, да еще в тот самый день, когда жена делала тест на беременность и получила отрицательный результат.

Аскольд сглотнул. Опять, опять он не мог разобраться в противоречивых желаниях и чувствах. Вдруг Велене, и правда, лучше без него? Намного лучше! Спокойней и легче?

Вдруг он делает ее несчастной? Даже когда из сил выбивается, стараясь ее осчастливить?

Внезапно женщины неспешно вышли, словно, не видя Аскольда. И он только теперь смекнул, что инстинктивно спрятался в пространственном кармане. Зачем? Почему?

Аскольд не знал.

– Да. Это непросто любить демона. В особенности, правителя. Такого как Аскольд или Дементрий… – произнесла Велена на какой-то вопрос Антонины Семеновны. – Всегда надо понимать, что такие мужчины рискуют почти ежедневно. Ты словно жена военного, служащего в горячей точке, МЧСника или пожарного. Никогда не можешь быть спокойной. Никогда не знаешь куда муж отправится завтра – на Майтах или войну. Тебе не грозит совершенно не тревожиться за его жизнь и целостность… Сегодняшний случай тому подтверждение…

Она говорила горячо, с надрывом, с нервом. Такой Аскольд Велену еще не видел. Похоже, в их общении жена сдерживалась. Старалась не подавать виду. Уж кто-кто, а Велена это умеет. Она восемь лет не проронила ни одной слезинки рядом с дочерью, умирающей от рака. И позволила себе рыдать в ее присутствии, лишь когда Марго пошла на поправку благодаря лечению Гейгерры.

Велена – самая сильная и волевая женщина, из всех, кого знал Аскольд, включая демониц и бывших правительниц провинций Дергошта. Он повидал их миллионы. Но такой внутренний стержень, такую силу духа… нашел только в Велене.

Эта женщина словно вода, растекалась, но не гнулась и не ломалась. И только Аскольд знал, интуитивно чувствовал – чего это ей стоит.

Эндер сглотнул. Велена озвучила все, о чем он и сам думал в последнее время. Надо, надо отменять демонический ритуал свадьбы и… отпускать жену на все четыре стороны. Даже вырвав себе сердце. Даже если после этого не сможет ни жить, ни дышать. Как обойтись без нее? Аскольд не понимал. Он просто не видел себя без этой женщины… Его воздуха, его одержимости, его силы и его слабости.

Но ради счастья Велены он пойдет на все. Оно дороже и важнее всего на свете! А что с ним потом будет… Это не так важно.

У эндера словно внутренности вырывали – медленно, с чувством, проворачивая и дергая.

Да какая же это пытка! Любить и оказаться не в силах сделать любимую счастливой!

– Так вы жалеете, что вышли замуж за такого мужчину? – вскинула голову Антонина Семеновна.

– Мам-а-а! Это бестактно! – Ольга дернула Антонину Семеновну за руку. Ее голос звучал осуждающе. Аскольд еще не слышал, чтобы Ольга разговаривала с матерью так. Взрослеет мышка, взрослеет… Наконец-то отлипла от юбки матери! Давно бы так. Может и Готрик не вел бы себя как безумец в последние месяцы.

– Я всего лишь хочу понять, что тебя ожидает. Хочу, чтобы ты это поняла, в первую очередь! – ответила эта фанатичка. Ну еще бы! Ей только на руку подобные разговоры. Пусть Ольга послушает. Может, наконец-то, бросит Готрика окончательно!

Велена слабо улыбнулась и произнесла:

– Не ссорьтесь. Понимаете… Мне очень тяжело быть женой Аскольда. Высшего демона, повелителя Дергошта. Того, кого многие боятся до ужаса. Того, кто отрывает головы виновникам, как судья и палач и кого в любую минуту могут вызвать на Майтах… Это страшно и больно временами… Но… Я не смогла бы жить без мужа. Потому, что так как он меня любит, как заботится… Никто никогда не любил меня и не заботился. И я… я очень его люблю. Я ни на кого не променяла бы своего Аскольда. И никакая спокойная жизнь не возместила бы мне его любви и присутствия!

Кажется, у Аскольда выросли крылья. Он выдохнул, собирался броситься, смять жену в объятиях! Проклятая Гейгерра! Все ее происки, ее нелепые россказни! Ее заигрывания с фактами! Ну ничего! Они еще поквитаются! Знахарка в подвале Аскольда! Без кучки инкубов, которые ее охраняли, без купленной и неделями создаваемой магической защиты. Без всего, что давало ей хоть какое-то видимое преимущество.

Велена разом вознесла Аскольда на вершину мира. Он еще не знал, что там с братьями, но уже почти летал в облаках. Однако мысль о Готрике и Дементрии отрезвила.

Аскольд разрушил пространственный карман и появился перед женщинами.

– Никогда не привыкну к тому, что эти портальщики так появляются, – покачала головой Антонина Семеновна.

– Привыкните, – улыбнулась Велена.

Аскольд подскочил к жене, обнял, закружил, и плевать ему было на то, что все смотрят и удивляются.

Она… с ним. Вся, целиком. Не скрывает, что ей плохо. Не хочет уйти. Она принадлежит Аскольду! И, проклятые мощи, он снова забыл спросить про братьев!

Эндер переживал за Дементрия и Готрика. Но разве могло быть что-то важнее Велены?

Ничего, ни на одной планете.

Аскольд остановился и уточнил у Велены.

– Как там Дементрий и Готрик?

– О-о-о! Это было невероятно! – усмехнулась Велена. – Они поправляются.

– Помогли Ольга с матерью, и ты с детьми? Но ведь их повредили новой магией… Я думал, даже вашей энергии отношений может не хватить. Гейгерра очень хорошо знает демонов. Даже эндеров. И ее боевая магия рассчитывалась на то, чтобы даже таким, как мы, пришлось очень туго…

– Знаю. И ты прав. Ни я с детьми, ни Ольга с Антониной Семеновной не смогли вытащить Готрика и Дементрия из беспамятства… Их исцелила Делена.

– Делена? – поразился Аскольд. – В одиночку? Это невозможно!

– Представляешь? – Велена усмехнулась. – Она отчаялась, расстроилась и позвонила кому-то в аппарате управления Эйвиллом. Какой-то женщине, которая отвечала за компенсацию близким погибших людей после взрыва в Костроле. Оказывается, семья Делены погибла в том взрыве… И взаимная ненависть чиновницы и журналистки вылечила Готрика с Дементрием.

– Велена. Вы не правы! – Антонина Семеновна гордо вскинула голову и обратилась к повелительнице Дергошта в нравоучительном тоне: – Я все слышала и видела. То была не ненависть. То был праведный гнев! А он – сильнее всего на свете!

Аскольд хотел возразить, да просто приказать, чтобы эта землянка, фанатичка, нелепая в своем убогом костюме, не смела так разговаривать с его женой. Но Велена сразу уловила настроение мужа и накрыла его рот ладошкой. И эндер подчинился. Во всем мире было только одно существо, которое имело над ним власть: безоговорочную и безраздельную. И ей он всегда повиновался.

– Сильнее всего любовь, – возразила Велена Антонине Семеновне. – Деленой двигала любовь, которая и подпитывала ненависть. Любовь к близким, которых она потеряла.

– Ну что ж… Бескорыстная любовь – это то, что поощряется свыше. Деленой двигал святой порыв, – согласилась женщина на аргументы Велены.

Аскольд усмехнулся. Его жена могла убедить и переспорить любого. Человека, демона, фанатика и повелителя.

– Велена? Так с братьями все хорошо?

– Готрик распоряжается в подвале. А Дементрий с Деленой… в своих покоях…

Она хитро улыбнулась и подмигнула, делая акцент на слове «своих».

– Тогда я предлагаю отправиться к Заладинову! – твердо произнес Аскольд. – Мне кажется, самое время. И у него как раз рабочий день не закончился.

Велена пожала плечами.

– Ну если что, нам скажут, когда…

Аскольд погладил жену по плечу и телепортировался сразу в лабораторию Заладинова, отправив тому сообщение по манкорлию. Эндер не стал объяснять Велене, что демоны чувствуют, когда у их жен овуляция. Зачем? Нарушать волшебство момента?

Он просто хотел сделать Велену еще счастливей. Чтобы она совсем не жалела, что его выбрала. Несмотря на все, с чем ей приходится сталкиваться.

* * *

Делена

Я очнулась в руках Дементрия. Абсолютно обнаженного, с лихорадочно сверкающими глазами и поняла… что мы уже не в лечебнице, а в спальне, на огромной кровати. Рассчитанной на нескольких демонов.

Тело эндера было таким горячим – хоть костры поджигай, каменные мускулы вздулись.

Он осторожно уложил меня на кровать и выпрямился, позволяя рассмотреть себя целиком.

Огромный, возбужденный, красивый. Самый красивый из всех мужчин, что мне доводилось когда-либо видеть.

Не знаю почему, но сейчас мне было совершенно плевать на то, как начиналось наше знакомство и вообще на все, что нас разделяло.

Все внутри меня кричало: «Он мой! Мой и только мой! Мы вместе… и это главное! Он жив! И это уже счастье!»

Дементрий прищурился и спросил:

– Ну что, моя маленькая кошечка. Спасительница от страшных ран… Теперь я тебя из постели не выпущу!

Я усмехнулась, приподнялась и демонстративно начала раздеваться.

Я играла с ним, искушала и мне до безумия нравилась реакция Дементрия на мои действия.

Я медленно стянула блузку, приподнялась, крутя бедрами и также неспешно сняла лосины.

Дементрий застыл каменным истуканом. И смотрел на меня так, словно готов съесть: вот прямо сейчас проглотить целиком. Кулаки его сжимались и разжимались. Эндер прикусил губу, но пока ничего не делал. Только смотрел так, словно боялся упустить хотя бы мгновение.

Я грациозно опустилась на кровать и парой движений избавилась от белья. Выгнулась, позволяя демону рассмотреть себя целиком. Полностью обнаженной.

Эндер быстро сглотнул несколько раз, провел языком по губам, будто собирал с них нечто очень вкусное, не желая упустить ни капли.

А потом матрас прогнулся, потому что Дементрий неспешно опустился на кровать и навис надо мной на руках.

– И ты называешь демонов жестокими? – рвано выдохнул он. – А что сама со мной делаешь?

– А ты попробуй ответь той же монетой…

Ох, зря я это сказала!

Дементрий криво усмехнулся и нас охватило какое-то безумие…

Жаркое дыхание демона опаляло кожу и разжигало внутри огонь. Я плавилась, млела и стонала от его ласк. Выгибалась, тянулась навстречу, гладила и сжимала крепкие мускулы Дементрия. Подтягивалась к нему ближе, цепляясь за сильные плечи. Зарывалась руками в его волосы, которые распустили еще в лечебнице.

А потом я решила еще немного поиграть, подразнить этого шикарного мужчину… Прежде чем окончательно сдамся…

Я толкнула Дементрия в сторону, и тот послушно перевернулся на спину, позволяя мне делать все, что захочется. Я воспользовалась этим по полной программе. Исследовала тело демона руками, а он прикусывал губы, позволяя касаться в любых местах, сжимал кулаки и пытался сдержать стоны. Простынь скрежетала под пальцами эндера. Каждый его мускул вздулся бугром.

Мне нравилась власть над этим могучим мужчиной. Над его телом, его порывами и его эмоциями тоже. Дементрий хотел меня так, что свидетельство его возбуждения вздрагивало от ударов пульса. Но пока я не изучила тело демона до конца, не прерывал сладкую пытку. Только сам гладил, умело касался эрогенных зон, заставляя меня застывать от удовольствия, ловя мгновение и упиваясь им. Я и не предполагала, что может быть так… Горячо… желанно… и ненасытно…

Конечно, размеры мужского органа демона… э-э-э… соответствовали размерам всего остального. На минуту я испугалась, что будет больно. Но Дементрий не позволил додумать эту мысль. Перекатился, поднялся на руках и навис надо мной вновь, глядя в упор и надсадно глотая воздух. А затем опустился ниже. Принялся ласкать и целовать внизу живота, между ног. Так что я закрыла глаза и забыла обо всем на свете.

Откинула голову, и вся погрузилась в ощущения. По телу словно ток пробегал, томление внизу живота нарастало, там даже немного ныло от возбуждения.

Дементрий рычал и от этого звука внутри меня все вибрировало.

С ним я чувствовала себя так, будто впервые отдавалась мужчине. Потому что никогда ничего подобного не испытывала…

Дементрий вошел в меня медленно, постепенно заполняя до предела. И было совсем не больно. Наоборот, так приятно, что я сама подалась навстречу, торопя наше предельное сближение. Словно все во мне создавалось именно для этого мужчины. Или он создан для меня… Внутри приятно пульсировало, кожу будто иголочками покалывало…

Эндер запрокинул голову, сильнее прикусил губу и начал осторожно двигаться. Я поймала его мощные ягодицы и настойчиво притянула к себе. А затем принялась двигать бедрами, показывая, что вполне готова. И Дементрий сразу ускорился…

А потом… потом мы любили друг друга.

Стоя, сидя, лежа, во всех возможных и невозможных позах. Дышали в унисон, пили из чаши страсти вместе и не могли насытиться друг другом.

Демон толкался в меня, рычал и шептал мое имя так, словно нет более сладостного, красивого и одновременно любимого слова…

Изливался и почти сразу же был готов снова.

Не отпускал, сжимая в сильных руках, не позволял слишком отстраниться, словно это причиняло ему боль…

Остановились мы лишь, когда я ослабела и распласталась на огромной постели демона.

Он заботливо уложил меня на подушку и вдруг исчез, растворился в воздухе. Но не успела я испугаться, что мужик сбежал, едва мы завершили интимный марафон, как Дементрий появился снова. В его руках был прозрачный стакан с водой.

– Пей! – эндер заботливо поднес сосуд к моим губам.

– А может лучше кофе? Кофе меня всегда отлично бодрит… – усомнилась я в правильности мыслей Дементрия. Тот усмехнулся, присел рядом на кровати и помог мне принять сидячее положение, подставив под спину две массивные подушки.

– Кофеманка моя, – почему-то эти слова звучали так ласково… Назови он меня любимой, единственной, бесценной, я и то так не прониклась бы…

– Эта вода с моей кровью. Поверь, такой бодрости ты не чувствовала.

– Хочешь вытеснить мою зависимость от кофе другой зависимостью? – усмехнулась я.

– Да! Зависимостью от меня. По крайней мере, это честно!

Я взяла стакан из рук эндера, вскинула брови и уточнила:

– Честно? Это почему же?

– Потому, что я одержим тобой. Как и любой демон, который… полюбит.

Он сказал это просто. Без красивостей и эффектных жестов. Но у меня внутри потеплело. И выжженная пустошь в душе вдруг расцвела как пышный луг.

Я выпила воду и… показалось выпила несколько литров тоника, потом выспалась от души, потом несколько месяцев питалась правильно, дополняя рацион витаминами… И еще бог знает, что делала!

Я словно могла поднять весь замок, где мы находились и переставить на другое место.

– Вижу, что ты оценила, – усмехнулся Дементрий. – Полежи немного, приди в себя. Я в душ.

– А я думала мы туда пойдем вместе?

Эндер усмехнулся – криво и немного порочно. Поднялся демонстрируя, что совсем не насытился мной. Вот прямо совершенно.

– Делена. Я ведь демон. Мне требуется больше времени, чтобы удовлетвориться. Не хочу дразнить себя и тебя изнурять.

Он чмокнул меня в щеку, прихватил полотенце и скрылся за дверью ванной.

Я немного посидела и почему-то решила, что самое время попробовать наладить свою жизнь. Сделать ее нормальной. Полноценной.

И первым шагом решила позвонить Надежде. Моей старой пристарой подруге. До гибели родных мы часто виделись, выбирались на шоппинг и прогулки. А потом… Потом я начала отменять встречи. Ради нового репортажа, статьи, да и просто потому, что не было настроения. И отношения как-то незаметно сошли на нет.

Так иссякает река общения, если ее бурные воды вдруг перестали пополняться подземными источниками встреч и бесед.

Поначалу она еще борется за существование тоненькими усталыми струйками редких сообщений. Как дела? Как жизнь? Как настроение? Как работа? А затем… и они высыхают. И вроде хочется что-то написать, спросить, уточнить. Но как-то уже все не то.

Да и нужно ли это?

Я напряженно ждала, когда же подруга возьмет трубку. А может и не возьмет вовсе? Может попросту сбросит вызов?

– Делена! – радостный голос Надежды развеял мои сомнения. – Как я рада, что ты позвонила! Это же здорово! Я скучала и все хотела набрать тебя. Но думала, может не вовремя, может тебе не до меня…

– Не поверишь! И я так думала!

И мы начали разговаривать… Дементрий успел вернуться из душа и одеться в черную шелковую рубашку и брюки. Выйти из комнаты и вернуться со столиком, как всегда полным вкусных закусок.

Я помылась, продолжая разговор телепатически. Нынешние кольца-компьютеры – не чета старым сотовым или компьютерам. Вода им не помеха.

Дементрий не мешал. Подливал мне чаю, стараясь отучить от кофе, подкладывал бутерброды с икрой. А мы с Надеждой не могли насытиться общением. Так человек, который долго сидел на строгой диете, вдруг начал есть все, что захочется. И его аппетит разгорается с каждым новым вредным блюдом, с каждым неполезным напитком, с каждым недиетическим соусом.

Я постоянно поглядывала на эндера, ожидая, что он разозлится или начнет досадовать. Ведь мы только стали нормально общаться… и еще как! Только-только рухнула между нами стена предубеждений и страхов. А я совсем переключилась на Надежду. Но эндер улыбался. Я впервые видела, чтобы его суровое, скуластое лицо озаряла такая светлая улыбка.

Но спустя часа три вдруг голос Надежды начала заглушать неимоверно громкая музыка.

Подруга сразу же переключилась на телепатический канал общения.

– Соседи! Черти бы их побрали! – выругалась она. – Ладно. Давай позже пообщаемся. В этом диком грохоте я даже мысленно не могу разговаривать. В голове все гудит.

– А ты живешь там же? – уточнила я.

– Да. Звони и заходи в гости. Теперь я жду тебя!

Я сбросила вызов и посмотрела на Дементрия.

– М? – он приподнял бровь. – Я только рад, что ты снова начала жить нормальной жизнью. Если ты об этом.

– Об этом тоже. Слу-ушай… – я замялась, зачем-то поправляя ворот рубашки эндера. – Мне нужна твоя помощь…

– Слушаю.

– Надежду терроризируют соседи своей громкой музыкой. Я это помню еще по нашему прошлому общению. И сейчас ничего не изменилось. Ты можешь… э-э-э…

– Могу. Она живет на Июльской, дом 19, квартира 5?

Я пораженно вскинула брови.

– Наводил справки?

– И да и нет. Просто звонки здесь отслеживаются. В целях безопасности. Идешь?

Я бодро встала с кресла, где провела последний час общения с Надеждой.

– Да!

Пикнуть не успела, а мы уже очутились в квартире, расположенной под жилищем Надежды. В той самой, где кучка мужчин и женщин плясали, словно дикари на оргии и хохотали, словно буйно помешанные. На накрытом столе в углу комнаты я заметила кучу пустых бутылок и мало закусок. Ничего не меняется.

Для некоторых хорошее развлечение – напиться до невменяемости и терроризировать соседей бешеной музыкой.

Соседи Надежды были уже такие «хорошие», что даже наше появление совершенно их не смутило. Ну да! Когда зальешься пойлом по самые брови, уже не думаешь, как в твоей квартире очутились огромный демон и журналистка.

Не зеленые человечки и не белочка – уже праздник!

Дементрий спокойно подошел к новомодным колонкам из манкорлиев и небрежным жестом выключил их.

Тишина зазвенела в ушах.

Тут же одна из потасканных женщин отлипла от кавалера и подбоченилась.

Теперь-то они нас заметили! Не прошло и часа!

– Вы кто такие вообще? Чего надо? – она двинулась на эндера, слегка пошатываясь на неверных ногах.

Тот усмехнулся:

– Стражи спокойствия ваших соседей.

Мужчина с осоловевшими глазами попытался снова включить колонки, но ничего не вышло.

– Да вы испортили нам технику! Мрази рогатые!

Пьяному море по колено, океан по пояс, а высший демон кажется незначительным препятствием к продолжению банкета.

Мужик рванул на Дементрия, как камикадзе и оказался скручен за минуту. Эндер будто связал его невидимыми путами и повернулся к остальным. Еще один, по виду качок, весь татуированный бросился на эндера. А следом за ним и еще двое.

Когда и они оказались связанными и беспомощными, Дементрий оглядел остальных. Еще четыре парочки и дамочки драчунов жались в углу, не рискуя возражать.

– Да это же… Дементрий Энберский? – будто не веря самой себе, произнесла одна из женщин. – Не лезьте к нему! Его и армией не победить!

– Вот! Одна светлая мысль! – усмехнулся эндер. – А теперь слушайте. Если еще раз включите музыку на такую громкость, я церемониться не стану. – Дементрий пошевелил ботинком скрученных мужчин. Те уже вполне протрезвели. Даже перестали изрыгать отборный мат. А заслышав имя посетителя – и вовсе присмирели. Только пялились на демона широко распахнутыми от ужаса глазами.

– Если кто-то из соседей еще пожалуется…

Дементрий не договорил – телепортировался назад в свои покои, налил нам по чашке чая и протянул мне.

А в следующую минуту позвонила Надежда.

– Представляешь? Они выключили музыку и даже извинились в сообщении! Обещали больше никакого шума. Будут ходить на дискотеки и в клубы!

– Очень даже представляю… – усмехнулась я. Теперь суеверный страх перед жителями Дергошта не казался мне таким уж ужасным и неправильным. Ведь главное – как использовать тот эффект, что оказывали демонныхи на землян. Можно в дурных целях, ради наживы или просто злорадного удовольствия, а можно и ради справедливости.

Мы с Надеждой проболтали до вечера.

Я узнала, что подруга рассталась со своим гражданским мужем и находилась в активном поиске нового мужчины. Сменила работу и теперь возглавляла пресс-службу одного из крупных предприятий по изготовлению косметики.

Перекрасилась раз пять и теперь была коротко стриженной рыжей.

Новости лились рекой, и мне безумно нравилось слушать про простую, обыденную жизнь Надежды. Это возвращало и меня к нормальной, обыденной жизни. В мир, полный забот и надежд, хлопот и приятных сюрпризов.

Я словно оттаяла изнутри.

Дементрий уходил куда-то, возвращался, приносил закуски, питье и еду.

А я чувствовала себя, как дома и больше не хотела никуда уезжать. Тем более, что мне здесь предложили прекрасную новую работу!

А когда я сбросила вызов, потому что наступил вечер и окно затянули синие сумерки, Дементрий вдруг предложил:

– Не хочешь пригласить подругу на свадьбу Аскольда и Велены?

– А, знаешь, ваш ритуал не так уж и плох, – улыбнулась я.

Дементрий приблизился и присел у моих ног на корточки.

– А ты… вышла бы за демона? За меня?

– Наверное… – я притворно закатила глаза.

Дементрий поднялся, и я очутилась в кольце его мощных рук.

– Не шути со мной Делена и не играй. Я готов к ритуалу. Вместе с братом. А ты?

Его взгляд прожигал, горячее сбивчивое дыхание приятно щекотало лицо. Желваки Дементрия прокатывались по острым скулам. Он переживал. По-настоящему. А я? Я, действительно, хотела остаться тут. Вместе с эндером. Тем более, что на Земле меня ничего не держало. Кроме Надежды, которую я всегда могла пригласить в гости или приехать к ней сама.

– Дай мне пару дней. Подумать.

Попросила я.

Эндер выдохнул, помотал головой и пересел на другое кресло.

– Я не хотел давить на тебя, – сказал с явным усилием. – Просто… Это так… быть с тобой, не расставаться…

– Я не собираюсь от тебя уходить, – прошептала я едва слышно. – У меня больше нет близких…

Секунда – и Дементрий снова на корточках, у моих ног, а его горячие ладони лежат на моих коленях.

– Делена? Ты что сейчас сказала? – он прищурился. – Я тебе близкий?

– Да.

– Ты остаешься и будешь у нас работать?

– Да.

– Ты выйдешь за меня замуж?

– Да…

– А говорила надо подумать, надо подумать, – передразнил меня эндер, сгреб в охапку и разместил у себя на коленях. – Валь шах Арран, – произнес гортанно и с чувством. – Так мои сородичи признавались в любви, – добавил тихо и проникновенно.

Я взяла лицо Дементрия ладонями и шепнула:

– Валь шах Арран, Дементрий Энберский.

Он сглотнул, прижал, собирался что-то сказать… Но вдруг выпрямился, будто шест проглотил.

Словно прислушивался к чему-то.

Еще недавно я бы удивилась, но сейчас сразу поняла – Дементрию позвонил Аскольд. Только его телепатические вызовы на манкорлий на ухе, Дементрий принимал абсолютно всегда. Почти в любой ситуации. Потому что каждый срочный и внеурочный вызов от Аскольда означал, что случилась беда. Такая, которая требует не только присутствия самого повелителя Дергошта. А еще и остальных его братьев. А значит, произошло нечто масштабное, ужасное и связанное, скорее всего, с политикой…

Дементрий помолчал пару секунд, а у меня сердце зашлось от паники. Мысли метались в голове встревоженными птицами.

Если его опять вызовут на бойню? Я его едва не потеряла! Я не хочу пережить подобное снова!

Не хочу! Ни за что!

Вспомнилась Велена, которая молотила кулачками в грудь и плечи Аскольда. Вспомнилась Ольга, которая горько рыдала, узнав, что Готрик в опасности. И я сама… Возле тела Дементрия. В лечебнице Гойских эндеров…

Растерянная, полубезумная от горя и ужаса…

Уже не понимающая – где земля, а где небо…

– Да. Понял, Аскольд. Сейчас буду, – деловито сообщил Дементрий. Вслух. Специально, чтобы я слышала.

Поцеловал меня в лоб, усадил в кресло и поднялся во весь свой немалый рост. Огромный, собранный и уже готовый ко всему. Он выглядел также, когда собирался на Майтах.

Я отлично помнила это выражение лица Дементрия! Не забывала его ни на минуту. Вытянутая суровая полоска губ, выпяченная челюсть, сдвинутые брови.

Боже! Я была права! Он намылился куда-то в опасное место!

Сердце подскочило к горлу и остановилось. Дыхания не хватало. Я пыталась восстановить кровообращение в заледеневших пальцах, но они почти онемели. Теперь я отлично понимала красивое выражение «оцепенеть от страха».

Я вскочила и крикнула:

– Никуда я тебя не пущу!

Дементрий снова обнял меня, но не так бережно и нежно, как прежде. Скорее так, будто хотел проникнуться, пропитаться насквозь нашей близостью… У меня аж воздух из груди вышел.

– Прости… – виновато произнес демон. – Прости… – и хватка его ослабела. Эндер наклонился, вгляделся в глаза, улыбнулся так, словно у его ног весь мир и все ему доступно, подвластно.

– Не думал, что это так… – произнес рвано. – Так… потрясающе… Так… удивительно…

– Ччто? – я была вся в эмоциях по поводу новой отлучки Дементрия. Наверняка, не менее опасной, чем все предыдущие. Я почти не понимала – о чем он толкует. Совершенно не могла сфокусироваться на теме, затронутой демоном в последней его фразе.

Эндер улыбнулся – светло и ласково. Так, что у меня сердце подпрыгнуло к горлу и снова зашлось в бешеном ритме. Еще немного – и придется совсем отказаться от кофе. И так пульс периодически зашкаливает.

– Здорово… когда ты за меня волнуешься.

Я шлепнула Дементрия по макушке, как нашкодившего ребенка и возмутилась:

– Не смей менять тему! Я не пущу тебя! Я тебя воскресила, я тебя вылечила! Я! Ты – мой!

Эндер нежно провел ладонью по моим волосам, наклонился и выдохнул в губы:

– Я твой… С той минуты, как мы встретились. Весь. Без остатка. Даже не сомневайся.

И… поцеловал. Так что у меня голова закружилась. Я совершенно забыла тему нашего спора. Страх и паника куда-то испарились.

Были только я и Дементрий. Его губы, нежные и настойчивые, мягкие и чувственные, сладкие и терпкие. Его ласки, такие, что у меня сладко сосало под ложечкой и в животе становилось почти горячо. Его руки, которые сжимали меня кольцом безопасности. Рядом с этим мужчиной я чувствовала себя огражденной, защищенной от всего мира.

Пока… он со мной.

Дементрий мягко прошелся пальцами по моей спине, и я выгнулась, подчиняясь его ласке. Эндер углубил поцелуй: тягучий, ненасытный и нежный…

Словно ток пробежал по моим нервам. Я забыла, что мы совсем недавно занимались любовью. До одури, до изнеможения. До того, что я едва смогла встать с постели.

Я принадлежала этому мужчине полностью.

Я сама провела рукой по спине Дементрия, по плечам, и он зарычал. Утробно, довольно, как огромный счастливый хищник. От этого звука все внутри завибрировало. Сладкие импульсы собрались внизу живота.

Я потянулась к эндеру и он вдруг оторвался от моих губ. Замер: серьезный и одновременно взвинченный.

– Я вернусь. Даю тебе слово. Тебе не придется пережить снова то, что случилось в лечебнице…

Раз – и вокруг меня только воздух.

Телепортировался! Сбежал! Улетучился!

Оставил меня в безопасности и бросился в очередную рискованную авантюру! Убью, как только вернется! Укокошу собственноручно! Чтобы врагам самое вкусное не досталось!