Читать книгу "Братья Энберские"

Дементрий поднялся с дивана и взял меня за руку. От шока после пережитого, я даже не нашлась что сказать, не придумала – что сделать. Вырвать руку или же нет. Обрадоваться возвращению эндера к жизни или возмутиться его бесцеремонностью.

– Нам тоже пора.

Я думала, мы окажемся в холле замка, но мы переместились… в поле… Стена, что окружала особняк эндеров осталась за нашими спинами. А вокруг, куда ни кинь взгляд, колосилась трава, покачивались на ветру луговые цветы.

Я удивленно озиралась, а Дементрий вдруг слегка потянул за собой. Я инстинктивно шагнула… и ахнула.

Мы оказались в гигантской постройке, под прозрачной крышей. Она выглядела просто огромным. Невероятно большой и просторной. Я даже слегка опешила, когда меня окружили причудливые животные. Чешуйчатые и клыкастые лошади, тигры с мордой дракона и вертикальными желтыми зрачками, огромные птицы с крокодильими лапами, похожие то на орлов, а то на страусов.

Я отступила и наткнулась на Дементрия. Тот усмехнулся.

– Внимательно посмотри. Это зверинец. Животные ограничены магией.

Я еще раз огляделась. Действительно. Они двигались только на определенное расстояние и до нас не достали бы.

Дементрий приобнял за талию и двинулся вперед. Я высвободилась и эндер на секунду скривился.

Мы прошли вдоль невидимых вольеров с удивительными существами и оказались в длинном коридоре, где содержались только хищные птицы, размером с полторы лошади. Они напоминали орлов с клювами унизанными острыми зубами и лапами, вроде драконьих.

– Ездовые неккаллы. Наш транспорт. Вроде ваших лошадей.

Без предупреждения, Дементрий позвал одну из птиц. Серебристо-голубую, с красноватым оттенком клюва. Неккалл приблизился и потерся о щеку эндера своей щекой.

Дементрий погладил зверя и свистнул. К нам вышел из вольера еще один такой же неккалл. Только черный, с белоснежным клювом и белыми полосками на спине.

Он медленно и неспешно подошел ко мне.

Склонил голову, словно здоровался.

– Не бойся. Погладь его. Все любят ласку. Его зовут Татрий.

Мне почудилось, или демон имел в виду не только транспортных птиц, когда говорил о ласке?

Я пытливо вгляделась в лицо Дементрия. Но на нем прописалось то самое выражение, которое всегда появлялось, когда пресс-конференция шла особенно горячо. Нечитаемое и напряженно-сдержанное.

Эндер вдруг двинулся дальше, и неккаллы послушно устремились за ним. Мне ничего не оставалось, как только последовать за провожатым и гигантскими птицами, чьи когти слегка постукивали по гладкому полу.

И только сейчас, глядя на кровавые разводы, что тянулись за нами, я вдруг вспомнила, что мы все в бордовой субстанции. Будто купались в крови, с перемолотым миксером мясом врагов…

Хм… врагов. Я воспринимала врагов эндера как своих.

Однако! Я хочу помыться!

Только в эту минуту я вдруг ощутила как же неприятно себя чувствую. Как чешется все тело от чужой крови, как стягивают кожу чьи-то прилипшие клочки кожи и мяса. Я аж передернулась. Настолько мерзким все это показалось. Но, как ни поразительно, еще минуту назад я совсем не ощущала ничего подобного и не думала – в каком виде покинула поле боя, а затем – и особняк Аскольда.

Почему? Да потому, что вначале я переживала за свою жизнь и жизнь эндеров… А потом… за Дементрия…

Я настолько волновалась и тревожилась, что забыла обо всем на свете. И это было так на меня непохоже, что оставалось лишь поражаться…

Мы вышли из зверинца к… горному водопаду. Явно эндер подшаманил. Не поверю, что мы миновали такое расстояние внутри здания. Мой внутренний компас не настолько еще сбился.

Водопад обрушивался в небольшое естественное углубление в породе, очень похожее на ванну. Из щелей в породе били тугие струи. Видимо, прорывались подземные источники. Небольшой водоем был прозрачным, как слеза, с гладким, будто нарочно отшлифованным дном.

Мы находились словно на низком плато. Под ногами оказался слитный гладкий камень, чуть присыпанный мелким крошевом и прозрачным белым песком.

Дементрий щелкнул пальцами каким-то особенным образом – и неккаллы присели неподалеку от водопада. Я вопросительно посмотрела на эндера.

– Ты ведь собиралась помыться? Разве не так?

Я выпрямилась от удивления.

– Да ладно! Тут не нужно читать мысли. В таком виде не особо попутешествуешь! – он вначале кивнул на меня, а затем обвел руками и свою одежду тоже. Определить прежний цвет наших вещей не представлялось возможным. Их покрывали бурые и алые разводы, по большей части высохшие. И мне даже думать не хотелось – что присохло к ткани. Розовое, белое, серое…

– Вода теплая, не бойся, – подмигнул эндер.

– Эм… Как бы это сказать… У меня нет запасной одежды.

– Я об этом уже позаботился! – заявил Дементрий, решительно сдергивая рубашку и берясь за ремень брюк. Ахнуть не успела, как эндер предстал передо мной совершенно голый. Я поняла, что он возбужден. Сильно. Вот прямо очень даже. Еще стало ясно – демоны не носят белья…

Однако сразу отвернуться, не заглядеться на шикарное тело Дементрия у меня не хватило силы воли. Я должна была! Эндер заметил, усмехнулся: так криво и порочно, что я сделала шаг назад. Секунду он смотрел на меня так, словно сейчас съест. Буквально проглотит с потрохами… Или возьмет. Даже без согласия. Все тело демона напряглось и вздыбленная плоть так и бросалась в глаза. Размеры ее впечатляли…

Напряжение повисло в воздухе невысказанными фразами и страхами. Я снова попятилась, выдохнула и ощутила себя зверем в ловушке. Глупым, маленьким зверьком, который прогуливался зачем-то с куда более страшным и мощным хищником. А затем… угодил в ловушку. Сердце пропустило удар и замерло, окаменело.

Руки и ноги увлажнились.

Проклятье!

Я дразнила Дементрия, ругала его расу, подзуживала. Я вдруг поняла, что не только глупые журналисты и люди на мероприятиях, где участвовал этот эндер покупались на его мнимую безобидность и почти человечность. Не-ет! Я тоже так делала!

Я общалась с Дементрием как с обычным мужчиной, к которому имела претензии, чьих близких я ненавидела. Но все-таки. Я воспринимала его так. Так, как он сам себя подавал… На Земле.

А теперь я видела настоящего первородного демона. Существо, которое некогда наводило суеверный страх на людей, заставляя выдумывать мифы о пришельцах из преисподней с рогами, крыльями и копытами…

Красивые, жесткие черты лица эндера, его порочная, пошлая улыбка, его громадное, сильное тело… Все это заставляло меня испытывать суеверный ужас. Также, как древние люди…

Боже! Я влипла.

Я обняла себя руками и смирилась.

А куда бежать-то? Мы на плато, внизу утесы, спуск, как я успела оценить за несколько минут панического ужаса – очень крутой. Тут не только навыки скалолазания потребуются, но и вполне серьезное альпинистское снаряжение!

Минуты капали, а Дементрий смотрел и не двигался, навис скалой. Хотя находился достаточно далеко. Впрочем – для эндера разве есть далекие расстояния? Он за мгновение окажется где угодно! Они же портальщики, для которых целая планета – лишь маршрут для пешей прогулки.

Я вздохнула. Зажмурилась, словно вот прямо сейчас случится атака… Сжалась…

Мы здесь одни. Никто не помешает эндеру и никто мне не поможет. Никто не услышит мои крики о помощи. А если и услышит? Никто не вмешается, учитывая личность Дементрия. Да и его силу. Он головы отрывал как корнеплоды от зелени. Легким рывком, чуть прокручивая…

Но ничего не произошло.

Секунду, другую, минуту… Тук-тук-тук… Сердце колотилось в ушах.

Шррр… Чуть шкрябали кости неккаллов о камень.

Дзинн… Бульк… встречалась вода с водой: водопад и мелкое природное озерцо.

Я нашла в себе силы приоткрыть один глаз. Другой… Дементрий стоял под потоками воды, спиной ко мне.

Тугие струи падали на его крепкое тело и скатывались по мощным мускулам. Он напоминал хищника: сильного, опасного, но одновременно и притягательного… Зрелище завораживало. Я невольно спустилась взглядом к ягодицам эндера – крепким как орехи и мускулистым ногам…

Черт! Он демонически шикарен и адски опасен!

Во мне боролись противоречивые чувства, ощущения лились через край.

– Успокоилась? – спросил Дементрий через плечо. Голос его звучал напряженно и совсем не так, как я привыкла. Ровно, почти без интонаций. – Чего надумала? Я никакой не насильник! Никогда в жизни женщин не принуждал!

Я, что обидела его? Своим страхом и недоверием?

Кажется, я совсем забыла – зачем явилась в Дергошт. Эта мысль мелькнула и пропала. Я дернулась, не зная, как действовать дальше.

– Заходи под струи справа от меня – там теплая вода, как и в озерце.

Я сбросила одежду, пока Дементрий стоит ко мне спиной и услышав, как шумно задышал демон, бросилась к воде. Осторожно спустилась в водоем. Эндеру вода доставала лишь до середины икр, я же погрузилась по пояс. Но ощущения были самыми приятными. Теплые струи обняли тело, ласкали и массировали. Я чувствовала течение, которое буквально обнимало, отрезая меня от другого, видимо холодного. Я проверила ногой. Правда, там ледяная вода. Как Дементрий стоит под ней?

Может водопад над ним теплый?

Я выбросила руку вбок, сделала шаг, чтобы дотянуться. Ой боже! Вода как лед! Я отдернула руку, и еще минуту чувствовала жжение, словно коснулась раскаленной сковороды.

Эндер промолчал, хотя я видела, как он косится и наблюдает за моими действиями.

Усмехнулся.

Грудь Дементрия вздымалась часто-часто, а возбужденный орган кажется стал еще больше. Он продолжал стоять под ледяной водой и молчать.

Я подставила тело под теплую часть водопада и на время забыла об эндере. Ммм… Прия-ятно…

Я прикрыла глаза, позволяя естественному душу очистить тело от всей той гадости, что налипла за время демонической схватки.

Струи массировали тело, гладили и ласкали как умелые руки массажиста.

Я сомлела, а когда наконец-то открыла глаза, Дементрий стоял на берегу, одетый в кожаные брюки и черную рубашку. На его руке висели лосины и блузка из моего гардероба.

Голубые, моего любимого цвета. Рядом с эндером стояли серебристые кроссовки, тоже мои фавориты.

Дементрий шумно втянул воздух и показал мое же белье в другой ладони.

– А ккак? – удивилась я. Могу поклясться, что у Дементрия не было ни карманов, ни сумки. Где же он добыл эти вещи?

– То, что я легко могу шагнуть сквозь пространство и напасть на тебя, ты усвоила, а то, что я могу вытащить из любой части планеты все, что угодно, если знаю где, что и как искать – не подумала? Впрочем, я мог также использовать аурные карманы. Просто боялся, что в схватке они повредятся и вещи тоже.

Я невольно прикрылась руками и двинулась к берегу. Дементрий снова усмехнулся. Он, что теперь всегда будет так порочно смеяться?

– Я разглядел бы тебя и в шубе. Но если уж так хочется, можешь прикрываться…

В голосе эндера отчетливо слышалась хрипотца.

– А ты не засматривайся! Я ненавижу демонов!

– Знаю и даже знаю за что!

Я остановилась, замерла, остекленела. Он действительно все знает? Или просто прикидывается?

– Оденься, – Дементрий вытянул руки с моими вещами. – Потом полетим кое-куда ужинать и там поговорим.

Я невольно подчинилась эндеру. Теперь его голос звучал повелительно, и я снова увидела новую грань этого демона. Поняла, что в Дергоште ему никто не перечит. И здесь Дементрий не убеждает, не аргументирует и ни с кем не цацкается. Распоряжается, как и Аскольд.

Я повиновалась на инстинктивном уровне. Вылезла из воды под горящим взглядом демона, слыша его шумные вздохи, взяла одежду и облачилась.

Оглянулась на неккаллов.

– А у меня получится управлять таким зверем… эмм… птицей?

– Получится! – уверенно заявил Дементрий.

Я с сомнением посмотрела на черного неккалла, а затем на эндера.

– Хм… Недавно ты считала меня ублюдком, который пиарит свою гадкую расу. А теперь боишься и не доверяешь? Что-то новенькое! Ты же смелая и готова бросить вызов любому демону!

Он то ли сетовал, то ли надсмехался, а может все вместе?

Наше общение давно вышло за прежние рамки. Я совсем не узнавала Дементрия и понимала, что как раз узнаю его. Только здесь и сейчас.

Эндер выдержал паузу, не сводя с меня взгляда, а затем неспешно приблизился. Облизал губы, сглотнул. Я как завороженная оставалась на месте, не отступала, но и не двигалась навстречу.

– Делена. Ты ведь могла подставить меня во время битвы. Разве не так?

– Могла.

– Я защищал тебя, подставляясь. Не пытаясь в первую очередь спасти свою шкуру?

– Да.

– Так почему тогда ты доверяла мне свою жизнь, а сейчас – нет?

– У меня тогда не было выхода…

Эндер набычился после моего ответа – каждый мускул вздулся бугром. Казалось – секунда и его рубашка разойдется по швам.

– Хорошо, – процедил он сквозь зубы. – Но разве я предал твое доверие? Расценил свою шкуру дороже твоей? Когда меня ранили?

– Нет.

– Тогда какие у тебя основания не доверять мне? Считать насильником и убийцей? – на последнем слове он повысил голос так, что я вздрогнула. Дементрий усмехнулся, мотнул головой и отступил. А затем вдруг протянул руку и достал из воздуха… Громадный чан. Вроде того, в каких ведьмы в фильмах готовят свои зелья.

Посудина со звоном опустилась у моих ног.

Эндер скрипнул зубами и снял крышку.

В нос ударил запах крови и плоти. Мертвой плоти.

Я отшатнулась. Чан был до верху наполнен головами и гениталиями пожирателей. Белые глаза мертвецов уставились куда-то невидящим взглядом.

Желудок сжался узлом и меня бы вырвало, если бы я недавно хоть что-то съела.

Я отвернулась, зажав нос.

– Что это? Это же не журналисты, которых тебе не удалось убедить! У землян нет рогов! – язвительная реплика вырвалась сама. Как защита. Дементрий усмехнулся.

– Это пожиратели, которые убили твоих близких.

Я вгляделась в мертвые, перекошенные лица… Вначале не веря, а затем четко узнавая эти черты. Я хорошо запомнила убийц моих близких. Каждый шрам на их лицах, каждую цветную точку в глазах, каждый изгиб и узор рогов.

Я больше не видела отвратительные части тел, я видела – головы врагов. Мертвых и поэтому уже ничего мне не должных.

Да. Это они. Точно и без сомнений. Все те семеро пожирателей, что спаслись ценой жизни моих близких.

Я замерла, нервно сглатывая и не в силах сказать ни слова. Внутри бушевали эмоции.

Радость, что этих мразей постиг столь бесславный конец, облегчение – мои любимые отомщены, желание отблагодарить Дементрия. Страх, что он поймет это не так, как надо и… пустота. Я не понимала – что делать дальше.

Так человек, что всю жизнь стремился к мечте, получает ее и впадает в уныние. А что теперь? Нет больше движущей силы, нет того, что толкало на подвиги, заставляло вставать по утрам, преодолевать все на свете…

Сейчас я, как никогда, ощущала – насколько пустой, ущербной стала моя жизнь. Насколько она никчемная. В ней ведь была только месть и все подчинялось этому чувству, желанию, порыву. Вот, месть свершилась и что? Что у меня осталось, кроме работы?

Ни подруг, с которыми я сто лет не виделась, потому что всю свою жизнь подчинила цели, ни любимого мужчины, ни детей. Ни-че-го. Только звенящая, как хрустальные бокалы, пустота и горчащее вино расплаты…

Я всхлипнула, и горячая ладонь легла на плечо. Дементрий вдруг развернул меня к себе и произнес:

– Сейчас Делена у тебя есть я. Злобный лжец, пиарщик мерзкой расы. Демон, который прикрывал тебя телом от взрыва и сто раз еще прикроет. Даже если погибнет.

Я вскинула глаза на его лицо, изучая напряженные заострившиеся скулы, упрямый лоб и опущенные уголки губ.

– Ппочему? – спросила тихо. – Почему защитишь даже ценой жизни?

Дементрий усмехнулся, отмахнулся и предложил:

– Поехали. Надо развлечься и отвлечься. Оставим на потом серьезные разговоры.

Он двинулся к неккаллам, давая понять, что разговор окончен. Я немного помедлила и последовала за эндером. А что мне еще оставалось?

Глава 5

Велена

Я кричала, возмущалась, молотила Аскольда по плечам и груди. А эндер только молчал и улыбался. Когда мой запал иссяк, муж крепко прижал, втянул запах моих волос и шепнул на ухо:

– Велена… Ты – моя жизнь. Скажешь – уйду с поста и никаких больше рискованных предприятий. Пусть все считают меня трусом, подлецом. Мне, правда, плевать! Я ведь все это делаю ради тебя и твоих близких. Чтобы земляне были защищены от демонов-отступников! Ты знаешь, что и среди наших есть те, кто не приветствует новые порядки. Но ты мне дороже. Я не хочу, чтобы ты так переживала.

Я задышала ровнее, прижалась к горячему телу Аскольда и некоторое время молчала.

Он только гладил по волосам, целовал в шею, в ушко, прижимался возбужденным телом, но даже не пытался затащить меня в постель. Хотя мы уже находились в наших личных покоях, где и кровать была соответствующей – пять на пять метров.

– Я смогу защитить тебя. Как и твоих родных. Я жизнь за вас отдам. Как и все, кто мне останется верен, даже если уйду с поста…

Я подняла глаза на мужа. Его лицо выглядело таким просветленным, таким красивым и одухотворенным, что я залюбовалась.

– Ты думаешь?

– Да. Мы воевали бок о бок. Нас объединяет не социальная лестница. Мы – соратники.

– Я боюсь, ужасно боюсь всякий раз, когда ты…

Я всхлипнула и просто не смогла закончить фразу.

Аскольд поднял меня на руки и прижал крепче.

– Велена. Сколько раз я тебя обманывал?

– Ни разу. Никогда.

– Сколько раз я уходил на битву или Майтах и не возвращался к тебе?

– Ни разу. Но…

– Никаких но. Я не могу к тебе не вернуться. Не могу. Как ты этого не понимаешь?

– А вдруг?

– Мне столько лет, что тебе и представить сложно. Я воевал столько раз, что у тебя не хватит волос на голове для сравнения. А сейчас – это даже не война, не схватки. Так, поразмяться…

– Но тебя ранили? – возмутилась я.

– Поверь. Они об этом очень пожалели.

– А Дементрий? Он серьезно пострадал!

– Он защищал свою журналистку. Так как я тебя защищал когда-то… Есть лишь одна причина, по которой я готов принять смерть – защита моей Велены.

Я закрыла рот эндера рукой, но он все равно договорил.

– Не смей!

– Это не обсуждается, любимая… Моя… только моя… убью любого, кто осмелится оспорить это…

Он уложил меня на постель и раздел за секунду. Я плавилась и стонала под поцелуями мужа как в первый раз и как каждый раз.

Я отдавалась ему так, как ни одному другому мужчине, даже прежнему любимому мужу-человеку. Я вся отдавалась Аскольду…

А потом… когда мы лежали вместе после трехчасового марафона страсти, он уложил мою голову на свое плечо, и я выдохнула:

– Жаль, что у нас не получается зачать ребенка…

Аскольд усмехнулся, ласково провел по щеке тыльной стороной ладони, как умел только он.

– Я получил больше, чем желал. Больше, чем, возможно, заслуживаю. Велена. Успокойся. Все в руках Вселенной. Как она решит, так и будет. Неправильно сетовать, когда мы… так счастливы.

Я усмехнулась. Философ. Но он, безусловно, прав. Человек всегда думает о том, что теряет или о том, что не может получить, забывая о том, что имеет.

Демоны чувствуют и думают иначе. Они умеют ценить все, чем одарила судьба и бороться до последнего за то, что хотят получить.

Я вдруг вспомнила то, что собиралась спросить у мужа и приподнялась на локтях. Аскольд прищурился:

– Говори!

И расхохотался. Он так и не избавился от этой привычки иной раз командовать. Вот только теперь я хорошо знала: если муж отдает мне распоряжения, значит переживает, волнуется, не может дотерпеть до момента, когда же я выскажусь.

– Извини, – Аскольд осторожно погладил мою щеку тыльной стороной ладони. – Я опять за свое… Просто ты молчишь и явно что-то хочешь сказать… А после нашей ссоры…

– Это была не ссора, – возразила я торопливо.

– Да? А что? – он приподнял брови и чуть улыбнулся с явным облегчением.

– Тогда я за тебя тревожилась. Вот как ты сейчас за мою реакцию.

Аскольд приподнялся и поцеловал меня в макушку, замерев на несколько минут.

– Сейчас скажу плохое. Только не злись…

Я усмехнулась.

– Первородный демон, беспощадный правитель, могущественный эндер боится моей злости?

– Если честно, это единственное чего я боюсь в этой жизни, – совершенно серьезно ответил он.

Я не удержалась, погладила мужа по голове, как он любил и я любила. Настал черед Аскольда усмехнуться.

– Что? – удивилась я.

– Ты меня возбуждаешь даже такой маленькой лаской. Ты нарочно? Чтобы я даже к народу выходил с пикой в штанах?

Я расхохоталась:

– Зато все увидят, что правитель силен не только умом и мускулами.

– Да… Эту мою силу не заметить в последние месяцы сложно. Подумываю даже использовать как дополнительную вешалку. Повесил сумку…

– Не надо. Завидовать будут.

– Мне? Сумке?

– Мне… Что мой мужчина так меня любит… Что у меня такой страстный муж.

– Ты хотела мне что-то сказать, Велена. Не мучай меня…

Голубые глаза Аскольда тревожно сверкнули.

– Марго хотела назвать сына Аскольд. Просила уточнить у тебя…

– Для тебя и твоих близких все, что захочешь. Велена, зачем вы вообще меня о чем-то подобном спрашиваете?

– А о чем тебя нужно спрашивать?

– Можно ли оставить меня одного без тебя хотя бы на минуту…

– Этого я спрашивать не буду! И нечего тут свои демонические привычки вспоминать!

– Плохо… Минута без тебя… Кто знает сколько демонов, между прочим – твоих подданных, могут пострадать или погибнуть. У тебя совсем нет сердца!

– А у тебя?

– Ты – мое сердце, Велена…

* * *

Делена

Татрий казался таким большим, опасным, могучим неккаллом. Однако, когда я снова погладила его по голове, слабо заурчал, словно большой кот и потерся о мою щеку.

Я удивленно посмотрела на Дементрия.

– Я ведь говорил – ласка может подчинить и покорить любого…

В его голосе слышалась хрипотца, интонации казались какими-то необычными… Я собиралась разобраться, когда Татрий присел и подставил мне крыло.

Дементрий подошел, показывая, что готов помочь. Но я жестом остановила эндера. Он усмехнулся и мотнул головой.

Мол, упрямица! Да, я всегда была ужасно упрямой. Еще мама говорила «если бы упрямство было электричеством, ты снабдила бы энергией всю Землю».

А вот теперь мамы нет и единственный, кто напоминает об этом моем качестве, почему-то также ненавязчиво, с юмором и без злобы – огромный первородный демон, к которому я испытываю смешанные чувства.

Да уж. Жизнь непредсказуема.

Я ступила на крыло, ухватилась за холку зверя, и он приподнял крыло так, что я фактически доехала до спины Татрия.

Устроилась верхом без особого труда. Оперенье неккалла, жесткое на крыльях, здесь сменялось мягким пухом, который приятно щекотал ноги.

– Я так понимаю, уздечки, стремена и прочее – не для могучих демонов? Им бы экстрим? – посмотрела я в сторону Дементрия, который уже оседлал своего Нурия.

– Это людям бы все подчинить себе любую тварь. Мы действуем иначе.

– Сразу убиваете? Отрываете головы и конечности?

– И так тоже, – не стал отрицать Дементрий. – Но если можно честно договориться, заключить союз, то почему нет? К чему попытки кого-то подавить?

– Скажите это женщинам, которых всенародно объявляют чьей-то вещью! – выпалила я.

– Скажу! Правда, они понимают, что мужчина берет в этот момент на себя ответственность: за их жизнь, удобства, детей. И объявив женщину женой, никогда не заставит ее зарабатывать на хлеб или прислуживать себе как рабыня.

– Только изображать сладкую рабыню в постели?

Зря я это сказала. Дементрий сглотнул, поменял позу на неккалле и уставился так, что мне захотелось спрятаться и одновременно принять позу посексуальней.

Несколько минут я терялась под сверкающим взглядом демона. Не знала, что предпринять. Хотела бежать и подойти к Дементрию поближе, сесть на его неккалла и прижаться… Меня раздирали эмоции. И, кажется, эндера тоже. Он еще раз поменял позу, поправил брюки и хрипло ответил:

– В постели мы можем многое такое, что тебе и не снилось, Делена. А теперь может полетим?

– Ка-ак?

– Мысленно прикажи неккаллу встать на крыло. И также задай направление. Следовать за моим Нурием.

Без всякой надежды, полная скептицизма матерого журналиста, я последовала совету… и… Оба неккалла мягко взмыли ввысь. Я схватилась за жесткие перья по бокам от шеи Татрия, как поступал Дементрий. Правда, он почти не держался, так лениво положил ладони на нужное место. Я же вцепилась изо всех сил. Однако меня не качало, не трясло и пока никаким падением я не рисковала. Неккалл летел так, что я всегда оставалась почти вертикально. Словно заботился. Или, правда, старался ради удобства наездницы?

Поначалу я сконцентрировалась на полете. На том, чтобы крепче держаться, не потерять равновесие и не рухнуть вниз. Но через какое-то время расслабилась и начала наслаждаться.

Ветер обдувал лицо, убирая назад непослушные волосы, вокруг – куда ни кинь взгляд простиралась дикая природа Дергошта. Прекрасная и опасная.

Гигантский горный хребет под нами сверху напоминал какого-то причудливого зверя. С длинной мордой ящера, мускулистым телом кошки и шипованным хвостом стегозавра. Морда каменного монстра смотрела в сторону реки, которая словно с перепугу утекала прочь от чудовища.

Мы обогнули горный хребет, и полетели дальше.

«Ты вроде собиралась брать у меня интервью?» – я не сразу сообразила, что Дементрий подключился к моему кольцу по телепатическому каналу. Сейчас почти каждое подобное устройство, предназначенное для связи, работы как за компьютером, выхода в сеть, позволяло и мысленное общение. Удобно, потому, что собеседник не мог слышать, как ты костеришь его вслух. Рычишь или упражняешься в ненормативной лексике. Устройство передавало лишь те мысленные импульсы, которые сопровождались словом «Передать». Все остальное оставалось за гранью разговора и можно было вслух как следует выразить эмоции, а мысленно вести спокойный деловой разговор. Эмоции и интонации телепатический канал не транслировал.

«Соскучились по моим острым вопросам?» – с вызовом ответила я эндеру.

«Боюсь уже за тебя. Ты такая тихая. Испугалась в драке?»

«Ты не ругал меня за то, что последовала за тобой и подставила вас всех под дополнительный удар…»

«А смысл? Дело уже было сделано».

Я думала, он объяснит дальше. Но молчание по телепатическому канало дало понять, что Дементрий распространяться не собирается.

«Почему вы дрались с теми чергоями?»

«Вот! Узнаю хваткую журналистку Антонову! Зрит в корень конфликта!»

«А все-таки. Хочу напомнить, что вы обещали отвечать честно и прямо».

С минуту по связи транслировалась тишина. И я поняла, что снова задела Дементрия намеком на то, что он мог обманывать меня или лукавить.

«Ты хоть знаешь кто на этой планете может обвинить меня во лжи?»

«И кто же?»

«Только Аскольд. Любой другой может заикнуться и только один раз… А ты… уже в который раз сомневаешься в моих словах…»

«Покараете?»

Еще минута тишины.

«Давай начнем с того, что ты перестанешь мне выкать».

«Хорошо».

«Я оторвал бы голову любому, кто хотя бы раз намекнет, что я нечестен. Но не тебе».

«Почему?»

«Это не касается интервью о демонах и Дергоште на которое мы договаривались. Так что сейчас я предпочту это не обсуждать».

«Великий Дементрий, оратор каких мало, тот, кто может убедить даже старушку, что демоны – милые и няшные, не способен ответить на простой вопрос?»

Я знала, что вопрос не простой. И почему-то хотела, чтобы эндер ответил. Он еще помолчал, а затем мне в голову прилетело:

«Я отвечу. Позже».

«Когда?»

«Когда сочту, что ты готова».

«Это так страшно?»

«Это не страшно. Просто нет смысла пока говорить о том, что тебе не нужно. Так ты еще хочешь узнать о причине схватки с чергоями?».

«Это ведь был Майтах? Древняя казнь демонов, которая теперь используется как последний инструмент решения споров?»

«Да».

«Неужели даже повелителя можно вызывать на Майтах?»

«Да».

«А женщину? Ой… то есть демоницу».

«Нет».

«Не верите, что женщины хорошо дерутся?»

«Женщин в наших краях положено беречь и защищать».

«Так зачем вы дрались?»

«Мы убили главу клана этих чергоев – Мейтта, повелителя Ортана».

«Так вот как твой брат стал повелителем всего Дергошта? Убив остальных правителей?»

«Нет. Аскольд не хотел этого бремени. Его попросили главы самых мощных кланов. И брат не мог им отказать».

«Аскольд не хотел властвовать над всей планетой демонов?»

«Нет. Он на тот момент вообще собирался уйти от власти».

«Почему? Его ведь любит ваш народ, насколько я знаю. И на Земле с ним считаются…»

«Он хотел этого ради любимой женщины. Любовь демона – это одержимость. Желание всегда делать так, как хочется женщине, что вызывала это чувство. Аскольд полюбил Велену и собирался сделать так, как ей лучше».

«Но все равно поступил иначе?»

Молчание дало мне знать, что Дементрий опять рассержен. И на сей раз пауза затянулась. Минуты капали, а эндер не отвечал. Я косилась на его лицо, но на нем застыло нечитаемое выражение. Словно Дементрий разом запер все чувства внутри. Боже! Какие же там бури бушуют! Становилось даже немного страшно. Почему-то я опять инстинктивно боялась этого демона, вспоминала как легко он отрывал головы и конечности себе подобным. Он ведь и меня может, как тряпичную куклу…

Я уже собиралась извиниться, сказать, что забираю вопрос назад, когда эндер ответил:

«Велена дала согласие. Если бы она отказалась, Аскольд ушел был с поста повелителя».

Я собиралась спросить – уверен ли Дементрий, но в последний момент остановила себя. Нет, я не стану больше дразнить дракона…

И тут же по связи пронеслось: «Боишься задать следующий вопрос? Отважная маленькая журналистка! Какого Ррасхета ты думаешь, что я причиню тебе вред?»

«Я видела вас… эм… тебя в бою».

Боже! Зачем, ну вот зачем я опять это сказала. Напряжение достигло какого-то пика. Я услышала, именно услышала рычание Дементрия. Он поджал губы и нахмурился. Выглядел сейчас эндер почти как в бою. Я сжалась и молчала, стараясь не смотреть больше на демона.

Несколько минут мы летели в полном молчании. Белые облака над головой соединялись, сгущаясь тучами, словно собиралась гроза. Даже чудилось – вдалеке громыхает гром.

Я нервно сжимала перья неккалла и не знала, что делать дальше. Боже! Я ничего и никого так не боялась, как этого демона, которому недавно еще собиралась бросить вызов!

Как же я ошибалась!

Холодная испарина появилась на лбу и по связи пронеслась мысль Дементрия:

«Ты не понимаешь… Насколько это ужасно, когда единственное существо в Дергоште, на обеих планетах, которому я не причиню вред, боится меня как ужасного убийцу и насильника. А ведь мне легче себе навредить, чем тебе».

Он замолчал, Нурий рванул вперед с удвоенной скоростью, а Тантал моментально подстроился. В ушах засвистел ветер. Я выдохнула и кажется немного успокоилась.

«Я не понимаю, Дементрий» – ответила по телепатическому каналу.

«Вы, землянки, такие одинаковые и такие разные!» – он словно одновременно удивлялся и возмущался. – «Готовы драться, горло перегрызть за близких. И это восхищает. Но потом начинаете бояться и шарахаться от того, кто за вас отдаст жизнь. Аскольд отдал палец Гейгерре, чтобы вылечить Марго, дочь Велены. А она еще долго от него шарахалась…»