Читать книгу "Рок. Зыбь времени. Книга 5. Том 1. Выбор грядущего"

Он, вздохнул и оглядев своих соседей… сплюнул.

– Так на что же вы надеялись?! – покачал головой Ферон, – мы видели реи ваших кораблей… когда укрывались от шторма, за мысом Китовая губа. После этого, мы поплыли следом! Не очень —то вы умны! Но… куда делись те военные, кои были с вами?

Пират поднял голову.

– В бухте? В Губе? Мы не заходили никуда! Мы приплыли с Северо-запада! Огибая остров. Мы не были у побережья Иберии. Мы знали о вашей эскадре… коя утопила много отважных… пиратов.

– Отважных? – Ферон, чуть не поперхнулся, – а в чём ваша отвага-то? Впрочем, оставим это… так, значит, вас не было у побережья?!

– Да нет же! Но… я догадываюсь кто был там! Это они… соорудили нам западню!.. Убрали конкурентов! Сволочи!

Ферон загорелся взглядом, выказывая заинтересованность.

– Так кто это был? Кто так ловко подставил Вас?! – спросил он с усмешкой.

Пират, оглядел других своих «собратьев» по ремеслу.

– Я скажу тебе об этом… Стратег. Но… что я и мои товарищи получат за это?! Крест? Меня ведь казнят… как и других. Вот… пообещай нас отпустить, и я скажу… кто тот хитрец, подставивший нас. Я… его знаю… по побережью Корсики… та ещё змея!

Ферон, немного подумал, поняв, что ему придётся, теперь, научиться вести торги, вот за такую информацию… коя может помочь в грядущих событиях.

– Хорошо! – ответил он, – я обещаю отпустить вас!.. Сделаем так! Я беру всех вас на галеру! И мы отплываем от берега… ну, скажем на две мили… И стану отпускать вас по очереди… к берегу. Плывите… Спасётся самый удачливый… опытный пловец. Если, не встретит… ну очень голодную акулу. Но… здесь ещё надо взять в расчёт волну… она там по более, чем у берега! Придётся плыть… то вверх… то вниз… Я не любитель казней на кресте! А так… есть возможность выжить… Как вам такое предложение?!

Пираты покачали головами.

– Так… никто не доплывёт. Две мили… Да и… смерть в зубах чудовища?.. Нам кажется… нужно изменить условия торга!

Ферон улыбнулся.

– Так вы мне и так ничего не сказали! Что его менять-то?

– А мы скажем… Только отправь нас в плавание не с двух миль… а с одной! Боги… дадут выжить… только легко грешному!

Ферон оглядел пиратов.

– А есть… среди вас такие?

Пираты переглянулись.

– Это решать Богам. – Ответил за всех первый.

Ферон подумав, ответил одним словом:

– Я слушаю вас.

Тот пират, который начал диалог, приободрился.

– Тот, о ком ты спросил раньше здесь не появлялся. Он промышлял у берегов Корсики, Сардинии и Апеннин. Там он заработал свой авторитет – везучего, неуловимого пирата. Опыт в нашем промысле у него огромный. Но… его появление здесь, говорит о том, что его везению есть свои причины. И причина та – расположение к нему латинян. Военные галеры, о коих ты спросил – были их! Мы… у берегов Массалии видели движение галер Рима. Среди парусов с орлами, был и парус того… кого здесь не должно было быть. Он прибыл в эти воды. Значит, у него здесь задачи… Он давно служит им, не забывая и свою выгоду. Те, кто пытался делить с ним сферы набегов у богатых берегов, топились эскадрами латинян. У нас… уже тогда возникло подозрение… о его негласном союзе… с одной из сил правления в Риме. И, теперь, я вижу, что они были не напрасны… Зовут его – Гонорий Скавр. Он выходец из Пизы. Говорят, что он, даже, какое-то время воевал в их легионах… в союзнических вспомогательных частях. Он… очень хороший тактик на море… и на берегу. Если бы он, сегодня, оказался на нашем месте, ты бы, Стратег, не так просто добился своей победы. На его флотилии установлена дисциплина… как на флоте латинян. Но… он всегда водит с собой и вольных пиратов… делясь с ними добычей. Для чего? Никто не знает! Вожди пиратов сторонятся его… и бояться связываться с ним. Но те… кто к нему попадают… уйти уже не могут. Он их тогда преследует… и топит. Если ты, захотел уйти от Гонория, то должен выпросить свой уход! Выкупить его! Так заведено у него. Выполнить ряд его условий… задач. А если, ты решил увести с собой и корабль, хоть он и был твоим, он требует выкуп для тех, кто остаётся с ним – а это большая сумма. Так что, если кто-то по глупости проговорится о своём уходе, то он попадает под жёсткий контроль и надзор своих же бывших товарищей, кои не хотят упустить свою выгоду! Гонорий не глуп. – Пират покачал головой, – Жадность – тот самый рычаг, коим сковал своих пиратов Гонорий Скавр. Нашёл… наше общее… слабое место…

Ферон слушал пирата очень внимательно… и не перебивал, а тот продолжал:

– … Видимо, он частями, ставит свою флотилию… в верфи латинян и ремонтирует их там. И… вообще… он любит дробить свои силы. Никто не знает, где он нанесёт главный удар, а где… отвлекающий. И ещё… Самого Гонория… мало кто видел в лицо! Его корабли видели почти все, но его самого… Он не появляется там… где собираются самые удачливые, «честные» пираты…

Упоминание о «честных» пиратах, вызвало у Ферона и его воинов ухмылку.

– …поэтому, этот Гонорий, таинственная хитрая змея, готовая тебя сжать своими смертоносными кольцами… и уже не отпустить… задушив… в объятьях смерти.

Пират замолчал, посмотрев на Ферона.

– Но… у меня к тебе новое предложение. – Проговорил он, – если я скажем… открою часть его планов… сможет ли тогда храбрый Стратег… отправить нас в плавание к берегу… с расстояния в две трети мили?

Ферон, уже очень заинтригованный рассказом пирата, немного подумал, прежде чем дал свой ответ:

– … А откуда ты знаешь его ближайшие планы, разбойник?

Тот переглянулся со своими соседями… и те, глазами дали ему знак своего согласия на то, что тот собирался озвучить.

Пират, приободрённый этим, повернулся к Ферону.

– Тут мы… давеча… поймали двоих из его шайки. Те… Перепились… и проболтались… нашим шлюхам, что их он оставил непросто так. Мы решили поговорить с ними с пристрастием… Их уже нет… среди живых… Но… они рассказали нам… А как с договором, Стратег?

Пират, с хитрым прищуром, взглянул на Ферона.

– Говори. – Кивнул Ферон. – Считай, что мы договорились.

– Вот это добро. – Просиял пират и переглянулся со своими соседями, – Так вот… Гонорий планирует рейд на Картахену. Но… как сказали его холуи… сделает это только после того, как одурачит эскадру Баркидов. Отправив её по ложному следу. Для этого, он уже кое-что придумал. Что именно, эти олухи не знали! Но… они нам рассказали ещё кое-что интересное… Гонорий связан с Префектом римского торгового пути в Лигурийском море Титом Сервием. Это военачальник, охраняющий этот путь вверенной ему эскадрой галер Республики. Я знаю его. Это, наверное, наижаднейший гражданин Рима. Он получает долю с каждого проданного раба в Сагунте. Он даже, как-то подкупил Тритона, чтобы тот (мы тогда были вместе с ним), ограбил у Корсики конвой сопровождения Апулийских работорговцев, дабы поднять цены на этот «товар» в Сагунте, где имеет свою выгоду. Поэтому, Гонорий, оказавшись здесь, действует, скорее всего, по его задумке. Здесь, мне кажется… начинается большая игра! Вот только цель её… нам не совсем ясна.

Ферон, выслушав весь рассказ пирата, заметил:

– Ну что же, долг платежом красен! Ведите их на галеры. Выполним договорённость.

Воины, повели пленных пиратов, кои говорили с Фероном, к кораблям…

…Когда последний пират выпрыгнул с галеры в морские волны, Ферон и стоящий рядом Диархон, молча наблюдали, как разбойники быстро, но без сильных всплесков, дабы не привлечь внимание акул, плывут в сторону берега.

– … И всё же, я не доверился бы их рассказу! – произнёс Диархон. – Разбойник, прежде всего разбойник. Он… за свои слова, перед нами не отвечает.

Ферон взглянул на Адмирала.

– Ты не веришь его рассказу, – произнёс он. – Я тоже, сначала… не поверил. Но… подумал: «А вдруг!..»

Ферон сделал поузу… пожал плечами… и продолжил рассуждать:

– Иметь пиратов… кои имеют к тебе… невраждебные чувства… всегда полезно. Если… эта задумка Гонория не подтвердиться… это совсем не означает, что они лгут. Гонорий опасный противник. Но… пираты, ненавидящие его, теперь, на нашей стороне. В случае чего – шепнут о чём-нибудь!

Тут Диархон согласился.

– Здесь, ты прав. Пираты, часто сдают более удачливого «товарища». Так было всегда. А пираты Массалии не контачат с пиратами Сагунта. Они… можно сказать прямые враги.

Ферон взглянул на плывущий пиратов.

– Вот на этом и сыграем.

Последние слова Ферона, Диархон расценил, как вызов тому самому Гонорию, коего обрисовали Ферону пираты.

Ферон меж тем, смотрел, как пираты, достигнув берега, выбираются на сушу.

– Да… Если судить по словам пиратов, то тяжело грешных среди них нет. Доплыли все. – Произнёс он в задумчивости.

Он думал о словах пирата… О задумке таинственного Гонория и его налёта на Картахену.

«-…что это? Обман? Или всё же действительность?! В Картахене Оттия и наш сын… Что же, придётся разобраться… в этом…»

…К вечеру они вновь остановились в одной из прибрежных бухт. Но в этот раз, Ферон остался на галере. Диархон произвёл осмотр берегов без него, встретившись со своими наблюдателями в ней. Вернулся Диархон с нахмуренными бровями и лбом.

– Всё верно. Пираты не соврали. Здесь, прошли римские галеры. Шли с нашей стороны. С ними шли и другие корабли. Мы упустили их. Если бы, не дымы, мы бы нагнали их. Но… решили, что грабят наши ночные «незнакомцы». Вот… надуло же ветром… нам нового врага!

Ферон услышав подтверждение слов отпущенных им пиратов, только заметил:

– Утром… обмозгуем произошедшее. А сейчас… спать. Я валюсь от усталости!

Диархон согласился.

– Это верно. День был долгим и насыщенным событиями. Спать!..

Глава 18

С началом месяца Дайлета, по древнему календарю, исходящему от Светлооких Богов, с Севера, на границы Союза Иберии, вторглись племена одриссов. Они жгли взошедшие нивы и рубили сады. Протектор Гасдурбал, метался вдоль границы, уничтожая или преследуя одриссов, кои уводили в рабство людей из приграничных селений. Всех пленённых гнали в Сагунт.

– … Протектор! У источников Тахо, мы настигли их основные силы! – докладывал Протектору опытный Тимолеонт, – в битве уничтожено более половины их численности. Остальные рассеяны по лесам. Соберутся не скоро…

Гасдурбал прослушал весь доклад и заметил:

– Я ожидал, что ты настигнешь их там, где они уже чувствуют себя в безопасности. Это известие взбодрило меня, дорогой Тимолеонт! Камень с души и плеч опал. Ганнибал ещё не вернулся из своего «задания», а эти… уже на границах… Откуда они взялись? Да… в такой численности!

Тимолеонт пожал плечами.

– Это непонятно. Одриссы редко объединяются. Живут порознь друг к другу. Кто-то проплатил их «объединение» и спуск… с предгорий, где они укрывались.

Гасдурбал покачал головой.

– Вот в этом и непредсказуемость Иберии. Котёл народов… кипит постоянно. Он вмещает в себя более ста народов! Нет никакого единения… общей цели. Культуры… Одни клянутся в одном… другие в другом… Первые делают второе, а вторые первое… Да! мы не сможем удержать их в мире… меж собой… Кельты не хотят мириться с иберами… и наоборот… А иберы, не мириться с «тёмными» иберами, даже у побережья. Эта их вечная вражда… так тормозит развитие Союза. Но… другой дороги у нас нет! Эту дорогу начал Гамилькар… и нам её продолжать. Раз уж мы вступили на неё.

Тимолеонт улыбнулся.

– Я рад, Протектор Гасдурбал, что план Гамилькара воплощается всеми нами! И главную задумку разрабатываешь ты, Гасдурбал. И ты несправедлив к себе – тебе удалось многое! Основные враги повержены и отодвинуты. Это… – Тимолеонт махнул рукой на сторону одриссов, – мелочь! Мир же с основными врагами, лет на пять обеспечен. Там… подрастёт новое поколение… и враги… может быть, снова попытают счастья в сражениях… Те, кто подрастёт, не получали ещё «по носу» и, если им не вправят головы старшие, захотят получить сами. Но и мы ведь не будем стоять или сидеть на месте. У нас тоже растёт новое поколение, кое заменит нас. Я стал уже стар, для такой работы. Мне пора уходить. Моё поколение «ветеранов» своё отвоевало. Сколько славных сражений мы выиграли! Сколько раз испытали чувство триумфа, разбив кажущегося непобедимым врага!.. Да… славное время прожили мы. Но… всему есть предел. И он наступил. У меня, Гасдурбал, очень много ран. И они всё чаще стали напоминать мне о себе. Поэтому, Протектор, я готовлю себе замену. Я хочу, чтобы ты знал это.

Гасдурбал, прослушав это неожиданное признание Тимолеонта, стал более чем серьёзен.

– Я знаю его? – спросил он.

– Его знают все мои ветераны! Он из нового поколения храбрецов, но давно заработал опыт и славу. Я скажу тебе его имя…, но чуть позже. Боюсь… что ты, станешь уделять ему особое внимание, а это может сказаться на качестве подготовки. Несколько, «испортит» его… Возвысит раньше времени. Его должны выбрать сами ветераны, после объявления о моём уходе. Поэтому, узнаешь о нём, в момент моего ухода.

Гасдурбал открыл было рот, чтобы спросить о чём-то ещё… но Тимолеонт остановил его и ответил:

– Я знаю, что ты хочешь спросить! Тебя интересует, когда я решу уходить… так вот, не беспокойся – я уйду не в это лето.

Гасдурбал облегчённо вздохнул.

– Я благодарен тебе, Тимолеонт, за твою службу! Спасибо, что не скрыл от меня этого своего намерения. Спасибо, что остаёшься со мной ещё на одно лето (напоминаю, что лето у нас – это то, что сейчас зовут годом. Авт.). Не знаю… как я буду обходиться без тебя… и твоих товарищей.

Гасдурбал вздохнул.

– Нет незаменимых, Протектор. Ведь, ты заменил Гамилькара! А в момент его смерти… в наших сердцах было отчаянье. Погиб Барка и враги уже подумали, что сплочённость Баркидов канет в прошлом. Но… они ошиблись. И для многих эта ошибка стала РОКовой. Ошибаешься и ты. Среди моих воинов множество очень талантливых командиров.

Гасдурбал вновь вздохнул.

– Талантливых… да. Но… есть ещё один фактор – это надёжность. Я помню… о Хосте. Да и ещё. Я ведь, не служил в корпусе Гамилькара! И не знаю, кто на что способен. Враги будут пытаться подкупить их…

– Да! Это будет! И было… здесь надо держать «ухо востро»! Но… не забывай, с тобой рядом Теоптолем! Гамилькар полагался на него, как на себя! Он никуда не уходит. Он верен слову, кое дал Гамилькару! Поэтому, у тебя есть на кого положиться. И я подберу того, кому доверюсь сам.

– Ну хорошо. Я надеюсь, на твоё «чутье».

– Не забывай, что рядом с тобой, сыновья Гамилькара. Их три. И все не обделены талантами. Им ты можешь доверять, как себе. И к тому же, ты довольно умело решил назревавший конфликт в армии, меж Ганнибалом и Фероном. Ганнибал здесь имеет слабость, на кою его отец ему бы сразу указал, был бы жив. Но… время вылечит его. Лишь бы не было последствий… Рока, который запускает сам Ганнибал. Но, я поддерживаю твой выбор на назначение Ферона адмиралом флота Баркидов. Ферон, надо признать, блестящий полководец. Но… я бы, советовал в дальнейшем, подготовить и ему замену. Почему? да потому что Ферон более пригодится тебе на суше! А пока… пусть разберётся с пиратами. Он это сделает. Нет никакого сомнения! Ферон… задира. И не надо вставать у него на пути – спуску он никому не даст.

Гасдурбал задумался.

– На море тоже неспокойно. Пришло известие, что Рим подвинул один из своих флотов… к нашим водам. Для чего? Скорее всего, демонстрация своей силы! И, заодно, проверка нас… на крепость духа.

– Да. И то, и другое. И здесь… задиристость Ферона, так кстати! Ты знал… кого назначить! Я это сразу подметил. Если, Рим чуть зарвётся… быть столкновению! Ты на это рассчитал?

– Да! – Гасдурбал открыто говорил со своим военачальником, – именно такой адмирал, мне нужен на этом посту! Ферон, сам договора не нарушит… но нарушившего проучит как следует! И… не забывай… он один из Баркидов!

Тимолеонт прокрутил в голове все доводы Гасдурбала.

– А вот… об этом я и не подумал! Рим, если решится на провокацию… устраивает её против одного из кланов Суффетов Карфагена. Это правильно. Рим должен осознавать… какие последствия последуют вслед этого. На посту не простой «задира» …а представитель РОДа. Теоптолем следит за всем?

– Он в курсе всего. Он знает, что Рим прислал сюда Тита Сервия. Это нечистый на руку политик и военачальник, использующий все шансы, для своего обогащения. Весь Сенат знает, что он замешан в торговле рабами. Он переправляет их из Сагунта, Массалии и из других городов на Апеннины, где продаёт уже по более дорогим ценам. Он опутан связями с пиратами. Для чего? А они затрудняют привоз в места торговли рабами, «товара» других работорговцев. Пираты топят их корабли… а добычу… опять же доставляют Титу. Тут целая схема… комбинаций… обманов… откровенных разбоев. Он пригласил сюда Гонория, одного из самых опытных пиратов, кои промышляют у Сардинии и Корсики. И этот набег… одриссов, – Гасдурбал несколько мгновений размышлял, – скорее всего часть их игры… Только вот какова… цель?..

– Да что тут не понять?! Хотят развести наши силы! Тактика их не меняется. Всё, как и при Гамилькаре. Но… ты, теперь, Протектор. Утвердился на этом посту общим выбором, крепкой, последовательной политикой! Многие, враждебные нам в прошлом, Вожди, кои побаивались Гамилькара, решили вступить с тобой в Союз. Даже, некоторые вакцеи, подписали договор и… отодвинулись от границ. У нас камнем в горле стоит Сагунт. Тебе надо собирать силы, Гасдурбал. Сагунт придётся брать. Не сегодня, так завтра. Да… это война. Война с Римом. Но, она и так начнётся!.. Гамилькар это понимал. И готовил армию… А Рим дрожал, при этих известиях. Но… римских эскадр у наших вод не было! Хиллины—сагунтяне сделают всё, чтобы столкнуть нас лбами. Как это сделали в своё время Сиракузы. Не надо забывать этого. И надежда здесь только на гнездо Баркидов. Надо быть осторожней – могут начаться новые покушения!

Гасдурбал покачал головой.

– Не думаю. С римской стороны я не жду новых покушений. А вот с внутренней… От Суффетов… Они могут последовать.

Тимолеонт посмотрел на Протектора.

– Ты боишься за свою семью.

– Я боюсь за всех. И за тебя, мой старый Друг! Быть Протектором очень нелегко… Я осознал это сам… Гамилькар был сильнее меня. – Грустно улыбнулся Гасдурбал.

– Да уж…, надо думать. – Со вздохом, кивнул Тимолеонт. – Но… кто-то должен нести этот груз! А кроме тебя… нести его пока некому!

Он снова поглядел на Гасдурбала.

– Что, есть вести от Сарбона и Ганнибала?

– Они прошли вдоль границ Лузитании. Там всё спокойно. Гонец, сказал, что скоро вернутся назад. Им осталось выполнить одно поручение.

Тимолеонт покачал головой.

– Я не понимаю… их задания. И тот Гордей, коего они взяли с собой? Зачем?! Он заведёт их в западню! Или я чего-то не знаю? Но…, по-моему, тем отрядам пора отдохнуть. Надо их отвести к Кастулону.

– Да, Тимолеонт, ты прав. Отведём. А сейчас отводи назад нашу армию. Враг получил сполна. Наши люди освобождены. Воинов ждёт вознаграждение… и отдых. Отличившихся отметь.

– Сделаю. – Кивнул Тимолеонт. – Пойду… устал.

– Да-да! Отдыхай, мой Друг! Прости, что задержал тебя. Просто, хотелось поговорить… как в старое доброе время. Пооткровенничать… Ты уж прости… Даже, у Протекторов… бывают слабости.

Тимолеонт устало и понимающе улыбнулся.

– Все мы просто люди… в этом воплощении. Это Гамилькар был Богом. Я даже не знал, когда он спит?! И спит ли вообще? А мне… надо поспать… А то свалюсь без чувств.

Гасдурбал проводил его до выхода из комнаты приёма…

После ухода Тимолеонта, он прошёл в коридор, проверяя стражу.

Найдя номарха стражи, он тихо спросил:

– Зоя у себя?

– Нет. Они все в саду дворца. Их стража с ними.

Гасдурбал развернулся и продолжил путь по коридору к выходу из дворца. Пройдя несколько залов насквозь и преодолев ещё несколько петляющих коридоров, он оказался в заросшем цветами открытом, без свода, помещении, кое выходило в сад в три стороны. Гасдурбал прошёл в правое крыло и… вдохнул, полной грудью, аромат цветения деревьев, кустарников, цветов… Он, прошёл в одну из аллей… скрываясь за её границей. Шёл он твёрдой походкой…, явно, зная место нахождение той, о ком спросил. Это место Зоя любила более всех. Это была широкая цветочная поляна, на коей не росли специально посаженные цветущие растения. Здесь, всё было иначе. Здесь, росла дикая трава и такие же дикие цветы. Поляна обрамлялась высокими дубами. Именно это место притягивало Зою более всего. Это ей напоминало о её прежней жизни. Свободной, независимой, не отягощённой статусом жены Протектора…

Ещё издали, Гасдурбал услышал звон мечей с той стороны. Но, «это» совсем не напрягло его. Он знал, что так «ярятся» оставленные Титеем вои стражи Зои. Так и оказалось – Звеница и Лют упражнялись в поединке, попеременно нападая друг на друга, оттачивая технику отражения атаки… Самый старший вой смотрел на них… и указывал недочёты в том, или ином приёме, движении. Гасдурбал встал за дерево… и немного понаблюдал за ними.

– … Ты делаешь отход назад полным шагом, Звеница! А надо делать пол шага. Так твои мечи хранят равновесие и не теряют соприкосновений с мечами противника!.. Гляди ему в глаза… так! Молодец! Ну, что тут сказать – витязи! Скоро мне вас учить будет нечему.

– Так прям уж и нечему! – Вступил в разговор третий вой, он сидел рядом со старшим, – я видел, как ты в прошлом сражении оказался в окружении врагов. Но мои глаза даже не уловили, когда засверкали молнии ударов твоих мечей, направление твоей атаки из того кольца?! Я увидел тебя уже вырвавшимся их окружения… и, вновь, навалившегося на врагов. Я встал с тобой рядом… и видел, что ты применял хитрые удары! Я их не знаю до сих пор?! Но, я подумал тогда, что доведись мне попасть так в окружение, то я могу и растеряться… от выбора того места, в кое мне следует пробиваться.

Седой вой повернулся к нему.

– Это тебе кажется, что ты растеряешься! Я учил вас другому. И вы впитали моё учение. В нужный момент, оно прорвётся из вас само. И поверь мне, раздумывать особо долго ты не будешь. Направление то… подскажет твой РАЗум.

Третий вой, подумав, ответил:

– Может и так… О чём мне тогда думать, в этот момент? Чем занять УМ?

– Думай о сородичах, кои ждут твою помощь! А враг… вот он – перед тобой! И смерть твоя – это шаг к предыдущим сородичам-пращурам, кои ушли в Свагу! Что тут рассуждать – и там, и здесь тебя ждут! От этого родится кураж… схватки. Та самая… Рать. Но запомни, в битве ты не должен думать ни о будущей славе, ни о доблести! Долг перед РОДом и РОДиной – вот твои маяки движения. А враги лишь помехи в нём. Так стань сущностью славы и доблести РОДа! И не забывай, что они всегда с тобой! – Старец положил на плечо подошедшего к нему Люта руку и извлёк из-за его рубахи косу, пригладив обе стороны. – Вот они… видите?! на ваших плечах: Слава и Доблесть! А теперь о долге… – Седой воин посмотрел на всех троих, – наш долг защищать Зою и её семью! И не забывайте об этом! Мы его должны исполнять до последнего дыхания! Ибо, Сварга Небесная не принимает отступников от долга и слова своего! Слово, сказанное однажды, рождает вибрацию, коя доходит по незримым путям до самой Сварги, а потом отец Сварог, берётся в свидетели этого слова, перед РОДом. Так что, отступая от слова или долга, подтверждённого звуком, ты отворачиваешься и от него – самого Сварога. То есть, отворачиваешься от самого себя, ибо ты его часть! Отворачиваешься… превращаясь в затемнённое существо, от которого отворачивается и Свет. Вот так, вои. Но… в вас я уверен!

Седой вой посмотрел ласково на них… и тут же нахмурил брови.

– А ну чего встали! В новую пару! Яриться!

В этот момент из аллеи появился Гасдурбал. Все вои повернулись к нему.

– Зоя у источника, – ответил Седой вой, поняв немой вопрос Гасдурбала.

– Спасибо, Одята! – Кивнул Гасдурбал и посмотрел на «ярящихся» с мечами. – Хорошо рубятся! Не бояться пораниться?!

– Волков боятся в лес не ходить, – Ответил Одята. – Ты ведь, Гасдурбал, тоже, ходишь по саду без охраны?

Гасдурбал понял правильность укора Одяты и улыбнувшись кивнул:

– Верно.

Он зашагал в сторону источника. Вскоре, он исчез в зарослях сада.

Лют и Волота вставшие в новую пару, посмотрев ему вслед, переглянулись. Лют сказал:

– Не приведёт это к добру, Одята! Он храбрый человек, но от удара из-за угла храбрость не помогает!

Звеница тоже подал голос.

– А зачем ему ходить со стражем в сад? Ведь, весь дом и сад окружён стражей? Не проберётся и лисица!

Одята посмотрел на него.

– Зато, проползёт змея, Звеница! А она более опасна! – в раздумье произнёс он.

Все три молодца переглянулись, поняв смысл сказанных слов Одятой…