Читать книгу "Рок. Зыбь времени. Книга 5. Том 1. Выбор грядущего"

Глава 19

Над береговой линией скал, кружит множество стервятников. Их непрерывные крики, зловеще заполнили всё пространство залива. Вошедшие в залив корабли, замирают на месте… утопив в воде вёсла. С их бортов и палуб, наблюдатели, оглядывая поднимающиеся в небо дымы, кои по своей плотности уже «говорят» этим наблюдателям, что сила пожара спала, так как огонь «съел» всё то, что могло стать его питанием…

– Мы опять не успели! Снова, опоздали! – Диархон качает головой, хмуро взглянув на окрестности залива. – Какой уже раз, этот пират обыгрывает нас! Мы ждём его у Эдера, а он появляется южнее. Мы несёмся на юг, а он оказывается на побережье Иберии. Он смеётся над нами! Я не могу понять, сколько у него галер?!

Диархон посмотрел на остова четырёх торговых галер… кои разваливались у берега.

– Так… Четыре торговых судна. Все команды истреблены. Вон как бесятся стервятники! Торговля блокирована им… И где сидят его доносчики и лазутчики? – Диархон в сердцах сплёвывает за борт свою горечь неудач.

Он смотрит на Ферона. Тот, молча, рассматривает на берегу массу разбросанных тел. Одних убили пираты… здесь. Другие тела выбросил на берег прилив…

– Нам надо менять тактику, Диархон! – говорит он, – тактика засад не принесла нам успеха! Твои галеры и опытные военачальники, хороши в сражениях, но… не в разгадывании ребусов Гонория. Вот когда мы разгадаем его замыслы, твои друзья, великолепные мореходы, пригодятся нам. Они рассчитывали, что в море встретят огромную, кровожадную акулу! Но… там оказался кровожадный, опасный… наземный змей. И все планы он разрабатывает на суше! Я говорил тебе – нам надо самим включатся в игру! Самим начать играть!

Диархон ещё раз плюнул за борт.

– Да… зря, я тебя не послушал! Это уже мой третий промах! Ладно, Ферон, твоя очередь! Начинай, я не буду вмешиваться. Можешь использовать всех моих номархов галер.

Ферон, совершенно спокойно, без тени радости на лице, после «сдачи» Диархона, отозвался на это предложение:

– Это наше общее поражение, Диархон. Но… мы ещё можем отыграться. Нас хорошо покусали… но это совсем не означает, что нам перегрызли горло. Мы от этого только заболели бешенством, кои переносят грызуны, но не потеряли головы! Я тут подумал кое о чём… нам надо забросить свою снасть… и ждать поклёвки. У них хорошая сеть соглядатаев… на этом и сыграем. Мы превратим самые сильные их стороны… в самые слабые.

Диархон посмотрел на Ферона.

– Звучит хорошо. Но… как этого добиться? Есть план?

Ферон, немного подумав, ответил:

– Есть схема. А план… мы разработаем вместе.

Диархон, ещё раз обведя взглядом залив, отреагировал твёрдо:

– Рисуй свою схему, Ферон.

Ферон посмотрел на выброшенные на берег остова кораблей.

– Они нападают на суда идущие со стороны Африки. Только на них. Заметь, они не раз не напали на греческие суда, значит, греки могут рассматриваться нами, как прямые подельники Гонория. Нет-нет! Дослушай, Диархон! Я уже вижу, что ты мне хочешь возразить! Вижу!.. Нет. Мы греков топить не будем. Даже, трогать их не будем. Мы… заставим это делать… самого Гонория.

Диархон икнул от неожиданности.

– Как?! Как ты этого хочешь добиться?! Мы что, оденем не плечи Гонория свою голову? – выдохнул он.

Ферон ответил не сразу.

– А вот послушай. У нас с тобой достаточно трирем сопровождения, кои мы захватили у пиратов. Греки Сагунта отправятся за новым товаром в Африку и в Сардинию. Мы пропустим их… как мы это делаем всегда, после наступления мира. Они, проплывая мимо нас, смеются нам в лицо… мы всё вытерпим… А за Болеарами, на их обратном пути, триремы пиратов потопят их. Теми самыми триремами и потопим!.. Под теми же вымпелами и потопим, кои остались со дня захвата. Это… внесёт разлад меж кланами. И пираты Массалии сразу же обвинят в этом Гонория. А далее… им захочется отомстить ему… за вероломство и всем известную его жадность. Тит Сервий, понеся убытки… начнёт ломать голову, а не его ли, вызванный им же Гонорий, работает против него? Вот такие мысли, Диархон.

Диархон посмотрел на Ферона.

– И ты думаешь, что разлад случится из-за одного происшествия в море?

Ферон улыбнулся.

– Нет конечно. Не одного… цепи нападений. Они бросятся искать пиратов… но они будут уже в недоступном для них месте. А когда надо, вновь, выйдут на промысел. К тому же… пираты будут настоящие.

Диархон открыл рот в удивлении:

– Как настоящие?

Ферон загадочно улыбнулся.

– И здесь есть идея. Надо сплавать к Эдеру.

Диархон, ничего толком не поняв, но уже зная Ферона и его склад ума и РАЗума, согласился:

– Надо. Так надо! Что задерживаться… Я обещал на этот раз действовать по твоему плану. Вперёд, Адмирал! А павших… уберут без нас!

Оставив на месте почти всю эскадру флота, к Эдеру устремилось восемь галер Ферона…

…По улицам города, направления которых незатейливо бегут к центру города, шагает высокий путник. Он одет неброско, но и не бедно. Всем видом напоминает живущего в достатке главу рыболовной артели, кои промышляют у берегов Болеарнских островов. Плащ его, хоть и поношен, но выглядит чистым и опрятным. На нём даже заметен орнамент артели рыбаков, которой руководит он. Также, заметно, что он не принадлежит к тем рыбакам, кои имеют прямые связи с городскими торгашами, кои на рынках перепродают выловленную рыбу заезжим купцам. Это определяется, когда он с безучастным видом проходит мимо рядов тех самых торговцев, даже не взглянув на них… А те провожают его взглядами, в коих светятся вопросы о его присутствии на торгах… Путник, явно, здесь не для торгов. Он самодостаточен и только останавливается у некоторых рядов торга, где продают различные мелкие украшения. Всем любопытствующим становится ясно, что рыбак, продавший удачно свой улов, теперь, ищет украшение, кое он намерен подарить здешним жрицам любви, кои сидят в различных харчевнях города… Вот путник отходит от торговых рядов и продолжает путь. Он не привлекает внимания даже у стражи рынка, кои осматривают подозрительных личностей, дабы выявить среди них пособников пиратов, так досаждающих городу в последнее время. Стража, своим «намётанным» глазом, находит среди посетителей рынка пройдох-воришек и бродяг, которые действительно стараются что-нибудь спереть, пользуясь толчеёй толпы и тут же, в ней же, попытаться скрыться. Но, наш путник, дорогие читатели, проходит меж групп стражи, совсем не заинтересовывая их… Он идёт дальше… Путник, проследовав в торгово-административный центр островного города Эдер, останавливается у нескольких харчевен, кои зазывают к себе, исходящими ароматами приготовленных в них различных блюд. Наш знакомый, заметив таверну с названием «Хвост Тритона» идёт к ней и исчезает за её широкими дверями…

Войдя внутрь, путник некоторое время стоит на пороге большого зала таверны, всматриваясь в публику, коя находится в ней в этот час. В нос бьют ароматы приправ… и дешёвой выпивки, коя льётся «рекой» для городской бедноты, стоящей непосредственно у стойки таверны. Среди той толпы, есть едва стоящие на том, что у них должно быть ногами, но «что» уже почти совсем потеряло твёрдость. От этой внезапно произошедшей перемены, данные персонажи, при прикладывании к очередной чаше с дешёвым пойлом, хватаются за сотрапезников или за самую стойку, чтобы не потерять ориентацию в полёте опьянения… и не грохнуться на грязный, облёванный ими же пол…

Путник, брезгливо скривив гримасу отвращения, проходит мимо этого сброда, но одна из дам, сидящая на корточках… кричит ему вслед:

– Эй… рыбачёк!.. Не хоччешь… сооблазнить выпивкой… ппрриличную… горожанку. Для… тебя… все услуги…

Но видя, что путник даже не смотрит на неё, криво сморщивает пьяное лицо, кое, надо заметить, на лицо и не похоже, ибо напоминает собой, соскобленный ломоть китового жира, кричит ему снова:

– Смотрри… прям весь… из себя… Эй! Тавернщик… налей мне… для любви… свой нектар…

Она поднимается на ноги… тянется за выпивкой… и плюхается в лужу нечистот её же собутыльников…

Наш путник уже подошёл к другой стороне зала таверны, коя отгорожена от предыдущей парусиной… Здесь, есть отдельный выход на улицу в который выходят и входят те, кто только что прибыл в порт города. Это и является главным входом в таверну. Тот первый служит входом для городской черни.

Этот второй отделённый зал, наполнен другой частью публики, коя представляет из себя удачливых торгашей, купцов порта. Зал почти полон посетителями и наш путник, остановившись, медленно проводит взглядом по столам и рядам сидящих за ними, как будто ищет взглядом кого-то среди них… И здесь, к нему, направляется одна из красоток заведения, кои дежурят для таких случаев у входа в таверну.

– Доброго дня, зашедшему к нам, уставшему… промысловику! – Говорит она, определив принадлежность вошедшего к рыбацкому ремеслу. – Для рыбака ты слишком «наряден»?! Ты артельщик?! Я что-то не видела тебя здесь… прежде… – Начинает она разговор, встряхивая своими прелестями перед его взглядом и, надо заметить, природа не обделила её на этот счёт. – Я вижу ты хочешь избавиться от сегодняшнего одиночества?! Нет?! Ты ищешь кого-то?.. Может вместе, скоротав вечерок, поищем твоих приятелей?! Я сегодня… свободна… и… мне скучно. Повесели меня, милок!..

Красотка заглядывает путнику в глаза… и он читает в её взгляде страсть и истому, едва сдерживаемую ею.

– …ты не забудешь… этот вечер надолго… – шепчет она ему. – Я соскучилась по сильным, мужским рукам… таким, как у тебя! Обними… меня…

Она призывно изгибается… и проводит рукой по его плечу…

Тот, совершенно спокойно и даже с симпатией, наклоняется к её уху… и что-то шепчет ей… Красотка взрывается смехом… Выдавая интерес к его шёпоту и… самому зашедшему артельщику. Он снова шепчет ей «что-то» на ухо и после того, как он заканчивает это, только ей, принадлежащее «сообщение», она игриво поднимает взгляд и смотря в его глаза с разбуженной, необузданной женской чувственностью, говорит:

– А не обманешь?

Путник широко улыбается и сунув за пояс руку, достаёт оттуда «что-то» и, снова улыбнувшись, протягивает этот предмет заигрывавшей с ним красотке.

– Вот, это тебе.

Глаза дивы таверны загораются восторгом и ещё большим оживлением. Она принимает из его рук неизвестный нам предмет и повисая на его шее, тянется к нему губами. Он… осторожно, отодвигает её и улыбаясь, говорит:

– Уговор?! – напоминая ей о чём-то.

Одарённая природой и прелестями красотка, виртуозно разворачивается, встряхивая своими прелестями в местах их различного нахождения на теле и идёт по лестнице, поднимаясь куда-то вверх, на следующий этаж таверны. Во время её прохождения мимо крайних столов к ней тянутся многочисленные руки, подвыпивших купцов, торговцев и других посетителей таверны.

– Эй, Розалина! Ты куда?.. Я… здесь… Сегодня я… пьян… немного… но… не до такой степени… чтобы…

– Убери руки, пьяная свинья! Не пьян?.. – Розалина хлопает по ближайшим рукам, – ты в прошлый раз говорил тоже самое! А оказался… в карде со свиньями!.. Ха-ха-ха!..

Её лицо делает презрительную гримасу, и она, смеясь над кем-то, проскальзывает меж других рук и оказывается на лестнице. Но на лестнице, ей путь преграждает здоровенный детина с чёрной кожей, явно из прибывших в порт мореходов. Это заметно по его пошатывающейся походке, кою имеют многие, кто проводит жизнь на качающейся палубе. Он широко разводит свои руки и… ловит, попытавшуюся проскользнуть мимо него Розалину.

– Пусти, обезьяна! Я не сплю с… потомками горилл!.. Что тебе мало своих самок? Ваши вон стоят… у пристани… Иди выбирай любую… Пусти говорю!

Она умело, бьёт его… в пах… и тот, отпуская её, повисает на перилах лестницы… Слышится громкий смех и снизу из зала, и сверху, куда направлялась красотка таверны…

Розалина, или Розалинда с гордым видом проходит мимо негра… ухмыляясь…

На лестнице появляется третий… претендент… на тело красавицы. Он спускается вниз и ловит рукой руку Розалины… и бросает взгляд на стоящего артельщика.

– Кем ты занята сегодня, Розалина? Вон тем недотёпой? Горожанином-артельщиком, который убежал от наскучившей ему жены? Пришедшим сюда, чтобы вдохнуть дух свободной любви?! – говорит он, не отпуская руки, попытавшейся освободиться Розалины. – Хочешь, я освобожу тебя от обещания, данного ему? Хочешь, я это сделаю?!

– Пусти, Азар! Что ты можешь предложить мне?! Час барахтанья на колючем сене двора? Где бегают собаки твоего хозяина! Или угостишь меня тем тухлым вином, от коего два дня болит голова?! К тому же, я не советую тебе задираться с ним… у него под плащом рыбака… нечто большее… чем то, что имеется у тебя! Ты меня понял, скотина!

Собутыльники того, кто держал руку Розалины и чей стол был первым на верхнем этаже таверны, громко «заржали» после этих слов красотки.

– Га-га-га! Ха-ха-ха! Ну… Розалина! ну метко! Азар отпусти руку! Ха-ха-ха! Ты «мелок» для неё! Га-га-га! Твой «якорь» истёрся… и не интересен нашей Розалинде! Ха-ха-ха!

– Да! Ха-ха-ха! Азар, брось попытки… совратить… Розалину! Обратись к Гаитене… вон она спорит со слугами хозяина!.. Ха-ха-ха! Может быть там… тебя ждёт удача! Может там… твой якорь ещё зацепится… за выпирающий риф! Ха-ха-ха!

Этот смех, заставил Азара разжать свою ладонь и освободить запястье Розалины. Он… скосил взгляд на горожанина, который стоял спокойно… и смотрел ему прямо в глаза. В его взгляде, Азар прочитал то, что заставило его отвести от него глаза и… посмотреть в сторону товарищей.

– Ха-ха-ха! Розалина обрушила всю «твёрдость» намерений Азара! Ха-ха-ах! Она… эта твёрдость…«опала» едва начав свой подъём! Аха-ха-ха! Вот так ты и в море, Азар! Ветер всегда гонит тебя к берегу… там ведь спокойней! Ха-ха-ха! – продолжали смеяться собутыльники.

Эти насмешки собутыльников, всё же нашли слабое место в захмелевшей голове Азара… и он, почувствовав удар хмеля и обиды, делает резкий шаг назад… и разворачивается к ним.

– Что?.. Я испугался… его?! – Кричит он. – Отступил от Розалины… из-за него?! Да я его!.. Детина отшвыривает от себя Розалину… бросая её вниз…

Она летит к тому самому путнику… от которого начала свой подъём по лестнице. Но… Розалина не успевает упасть на пол – её подхватывают сильные руки того самого рыбака-артельщика, который сражает всех присутствующих своей реакцией и скоростью перемещения. Путник, подхватив Розалину, улыбается ей и ставит… её на ноги. Его последующее движение, после этого уже направлено в сторону верха лестницы… Тот чернокожий детина, уже оправившийся от «тычка» коленом Розалины, получает такую оплеуху, что перелетает через перекладину лестницы, словно набитый соломой, не имеющий веса, мешок. При этом становится видно, что в росте путник совсем не уступает перелетевшему через лестничные перила детине. Он идёт к тому, кто запустил вниз, словно опустошённую, ненужную, выпитую кружку из-под дешёвого вина, красотку Розалину.

– Ты почему не слушаешь, что тебе говорят? – Роняет вопрос, в своём движении к застывшему Азару, горожанин-артельщик. —Соль ветров высушила тебе весь мозг, образина?!

Этот вопрос звучит, как приговор для Азара и тот отступает вверх по лестнице с побледневшим, перекошенным от страха лицом. Он поворачивается к собутыльникам, ища поддержки и понимая, что вляпался в совсем неожиданную для себя ситуацию, коя теперь выходит из-под контроля, который уничтожил именно он сам… Собутыльники Азара вскакивают с мест, видя, что тот, над кем так глупо посмеялся Азар и кого они сами не слишком-то взяли в расчёт как сопоставляемого им противника, совершенно спокойно поднимается ко всей компании разгулявшихся забияк. Взгляд горожанина не выражает никаких чувств и это, ещё более угнетает всю компанию, ибо они, понимают что этот неизвестный, видимо, привык смотреть в глаза опасности этим спокойным, уравновешенным, расчётливым взглядом… Среди собутыльников Азара блеснуло оружие – некоторые из них достали длинные морские кинжалы… Эти их движения хорошо выдают их намерения… ибо испуг, который пробежал меж «членов» их «стадной» компании, заразил их всех и только оружие в их руках, могло своим «холодом» хоть как-то укрепить их собственное сознание силы в предстоящей, как они поняли, схватке.

…Азар, увидев движение собутыльников, воспрял «духом», выдохнув страх, который поселился в его ногах. Он выхватил из-за пазухи свой китовый тесак и раззадоривая себя яростью, коей хотел заглушить неуверенность ног, зарычал:

– Что? Что ты пищишь, ягнёнок?! – и почувствовав за своей спиной «отвагу» стада товарищей, бросился на артельщика с занесённым над головой тесаком.

Но в этот же момент, путник, мгновенно, неуловимо, отступил в сторону… и бросок пьяного, обезумевшего Азара, вовлёк того в «обрушение» его тела в… пустоту лестницы, куда он полетел головой вперёд… и несколько раз «хлопнувшись» лицом по толстым лестничным доскам, замер на месте… с растекающейся лужицей крови, коя появилась под его ликом…

Но путник-артельщик не видел того, что произошло с Азаром, в своём движении вперёд, он уже был впереди и это движение… открыло чужим взорам его бок, отклонив в сторону плащ… Товарищи Азара побледнели… там висел тяжёлый меч, коим может управлять не каждый даже опытный воин, ибо тяжесть его не для слабой руки. Они в страхе попятились назад… поднимая руки над собой и пряча извлечённые кинжалы. Хмель и пьяный кураж, кои присутствовали в их головах и пьяных рожах мгновенно испарились…

Розалина, так и застывшая на лестнице, смотрела на артельщика, как на спустившегося с небес бога. Тот, повернул к ней голову и произнёс:

– Выполняй уговор, Розалина!

Розалина, с торжествующим видом, прошла мимо горе собутыльников Азара, кои стояли не шелохнувшись, понимая, что любое их движение неожиданный гость может расценить как враждебное и тогда, может произойти то, чего они совсем не хотели – извлечённый из ножен меч, превратит их головы в рассечённую капусту. В этом у них не было ни малейшего сомнения если брать в расчёт скорость движений, продемонстрированных «неизвестным».

На всех этажах таверны повисла тишина… кою разорвали стоны, очнувшегося после падения Азара. Тот, поднимая голову, фыркал носом, из которого бежала кровь.

– Я… ты с кем связался! Я тебе… покажу! Я срежу с тебя всё мясо! Я отрублю тебе… то… чем ты… сразил глупую Розалину… Скотина!.. Я просто… оступился…

Азар поднялся… поворачиваясь к лестнице… Взгляд его застыл… увидев совсем неожиданную для него картину – его товарищи, как побитые собаки, сбились в кучу и стояли в стороне от его обидчика, совсем не имея желания… вступаться за него.

Артельщик повернулся к нему. Взгляд его был холоден.

– Я жду, Азар! Поднимайся сюда! Держи крепче свой тесак. А то можешь поранится им. Иди сюда, докажи… что ты что-то можешь! – спокойно произнёс он.

Азар понял, что сейчас является точкой всего внимания таверны. На него устремлены все взгляды присутствующих в этом зале. И если он, сейчас, не докажет всем свою смелость и силу, то потеряет уважение даже местных самых опущенных шлюх. Отчаянье охватило Азара. Заревев, он бросился на обидчика. Тот спокойно шёл ему навстречу. Азар перепрыгнув несколько ступеней, выбросил руку с тесаком вперёд, стремясь вспороть тело своего противника… Но… его рука снова провалилась в пустоту… А артельщик оказался сбоку от него… Азар почувствовал сокрушающий удар в своё ухо и… полетел… в невообразимо расширившемся для него… пространстве таверны…

…Сколько он пролежал после приземления – он не понял… Но подняв голову, он увидел, что оказался сбоку от перил лестницы. Голова его гудела… кружилась…, но сообразила, что он перелетел перила, как тот чёрный детина. Он снова «заревел» или… всхлипнул… и схватил длинный острый вертел, на коих в таверне зажаривали поросят… и решив действовать им как копьём, бросился к лестнице…

– Если ты, сейчас не бросишь то «что» взял в руки, я насажу тебя на него и заброшу в печь! – Вдруг, звенящий как сталь голос, донёс до Азара смысл намерений его противника.

Азар… замер… понимая, что остановился перед выбором: жить дальше или умереть, как откормленный до времени поросёнок… Почему-то, его проснувшийся разум говорил ему именно это… а ноги стали вновь ватными… отяжелев массой страха… Он взглянул наверх, словно прося помощи товарищей… Те, едва заметно, качали головами… Азар, поняв их подсказку и выбирая жизнь, выронил вертел… и отступил назад на шаг.

Путник совершенно спокойно отнёсся к этому… и повернувшись к нему спиной, вновь начал подъём по лестнице.

Азар почувствовал на своих плечах чьи-то руки.

– … Ох, бедненький… как он тебя! Таких не надо трогать!.. – Азар услышал голос одной из служанак хозяина таверны. – У тебя… сплющен нос. Тебе повезло… он мог просто прибить тебя… Прибить, как надоедливую муху… тебе повезло… Видимо, это добрый сердцем человек…

Азар скосил глаза… на спину поднимающегося артельщика… Глубоко в сердце… он был благодарен ему… за сохранённую жизнь…

Артельщик, поднявшись наверх… посмотрел на, сбившихся в стороне от своего стола, товарищей Азара. Кивком головы он пригласил их занять свои места за столом. Те, без промедления, заняли их и взявшись за недопитые кружки, осушили их, смачивая засохшие от волнения губы. Артельщик шагнул к их столу и… смотря на побледневших собутыльников Азара, протянул над столом руку… Он, раскрыв ладонь… просыпал на него пригоршню монет.

– Это вам за проявленное благоразумие! – улыбнулся он. – Совсем, не хотелось вспарывать ваши животы, чтобы увидеть набитые требуха!

Он повернулся к их столу спиной и потеряв к ним интерес, огляделся…

К этому времени, то, что произошло в таверне и закончилось несколькими мгновениями назад, уже было забыто множеством подвыпивших посетителей, кои вернулись к обсуждению своих тем… Таверна наполнилась обыденным гомоном и разговорами, в ней стала протекать обыденная, каждодневная городская и портовая «жизнь».

– Что хотел найти здесь столь отважный и достопочтенный путник, в одеянии артельщика-рыбака? – Вдруг услышал голос наш вошедший в таверну герой.

Голос раздался сбоку от него и он, повернувшись, увидел того, за кем он посылал Розалину – хозяина всей таверны. Это был смуглый ибер, лет пятидесяти.

– Я с большим облегчением понял, что уважаемый гость не собирается убивать столь опившегося, потерявшего разум, Азара. Сильный человек, всегда, знает границы применения, данной ему Богами силы! Я рад, что в мою таверну вошёл именно такой! Всё закончилось без особого «ущерба» для Азара и таверны! Я смотрю гость очарован нашей местной красой?! Ты можешь воспользоваться её благосклонностью… бесплатно… за счёт… заведения.

– Я, как ты уже знаешь, ищу своих старых знакомых! – Ответил пришелец, – где Розалинда?

– Она… – Ибер покрутил головой, – была где-то здесь! Но… я знаю на память всех своих постояльцев! Скажи мне кого ты ищешь, и старый Диро, вспомнит и сообщит о них всё, что знает!

Ибер назвал своё имя в этой фразе. Гость-пришелец посмотрел на него пронизывающим до костей взглядом. Ибер почувствовал… проявляющийся страх… перед колючей спокойственностью взгляда гостя.

Его спасла появившаяся Розалинда. Она была не одна. За её спиной стояло несколько фигур, кои «вперились» взглядами в гостя таверны, как будто припоминая «что-то».

Сам хозяин таверны, в этот момент, стал «бел» и помрачнел взглядом. Он замер на месте… явно не понимая, что последует за появлением тех, кто стоял за Розалиной.

– Я приветствую… нашего старого знакомого… – Вдруг произнёс один из стоящих позади красотки Розалинды, – то-то я смотрю… и не могу понять, где я мог видеть… такие лихие движения нашего гостя?! Теперь… всё стало на свои места! И само это место… не похоже… на то прежнее место… нашей встречи!

Он вышел и встал прямо перед гостем таверны. Это был тот самый пират, коего Ферон отпустил со своей палубы галеры… в прошлый захват.

– Диро! Приготовь нам самого вкусного вина! Это самый дорогой гость, коего я мог ожидать здесь… в твоих… и наших стенах! И посмотри, чтобы рядом, в момент нашего разговора с этим уважаемым гостем, не пролетала и муха! Ты понял меня, Диро?

Хозяин таверны, услышав, что пришедший гость является знакомым его… «постояльцев», расплылся в счастливой улыбке.

– Я всё сделаю! И сделаю быстро! Я сегодня проснулся со странным чувством… чувством чего-то неожиданного! Я бегу… бегу!

Диро исчез в закоулках таверны.

Пират, проводив его взглядом, тихо произнёс:

– Я вижу, сегодня, нам будет предложено какое-то… задание? Разве, не так, Стратег?! Сотрудничество?!

Ферон, а это был он, улыбнулся, протягивая руку для приветствия:

– Это мы должны будем обсудить…