» » » онлайн чтение - страница 26

Текст книги "Империя Повелителей"

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

  • Текст добавлен: 3 октября 2013, 19:36


Автор книги: Антон Белозеров


Жанр: Фэнтези


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 26 (всего у книги 27 страниц)

Шрифт:
- 100% +

– Я же говорил, что твой отец теперь всегда находится рядом с моим сердцем! – Патетически воскликнул лорд. – Я поместил его сознание в собственную матрицу бессмертия. Ты хотя бы представляешь себе, сколько средств я потратил на то, чтобы создать приборы, имитирующие матрицу Императора? Я мог бы просто пригласить его в этот замок, где бессмертие Повелителей не действует, и убить. Но я этого не сделал. Представляешь, как я дорожу твоим отцом? Ха-ха! Это мое любимое украшение!

– Это хуже смерти! – Возмущенно воскликнула Килеана, пожирая глазами медальон. – Ты не только лишил моего отца возможности возродиться в новом теле, ты даже не отпустил его в мир мертвых, не позволил его душе влиться во всеобщий круговорот жизни и смерти.

– Зато я в любой момент могу вернуть его в мир живых. – Возразил Гилеанис. – Достаточно только вставить матрицу в аппарат-оживитель, и Киллатолис обретет сознание и новое тело.

– Так сделай это, и твое преступление будет прощено.

Гилеанис потер лоб, как будто принимал тяжелое решение, а потом сказал:

– Пожалуй, я этого не сделаю. Лучше я присоединю к этой матрице твою, девочка.

– Тогда ты обречен. – Вздохнула Килеана.

– Почему? – Искренне изумился Диктатор.

Девушка выдержала паузу и торжественно провозгласила:

– Великий Первый Бог возродился!

Гилеанис удивленно и немного разочарованно посмотрел ей в глаза:

– Не ожидал я от тебя такого дешевого трюка. Разве ты не знаешь, что наши Боги пали в Великой Битве? Я сам видел их развоплощение!

– А я видела Великого Первого Бога. – Твердо заявила Килеана. – От него я узнала, что на тебя наложены чары неуязвимости.

Гилеанис вздрогнул, его взгляд забегал из стороны в сторону.

– Этого не может быть. – Растерянно пробормотал он. – Это невозможно.

– Я подтверждаю ее слова. – Сказал Яманубис.

– И я! – Крикнул я, поднимаясь на ноги.

– И я. – Добавила Дилл.

Гилеанис даже не обернулся в нашу сторону. Он как будто прислушивался к чему-то внутри себя. Внезапно лицо лорда осветилось радостью, которая плавно перетекла в выражение самодовольной уверенности.

– Вы пытаетесь меня запугать. – Сказал он. – Но я вам не верю. Ты, Яма-Анубис, Бог Смерти, сражавшийся против Великого Первого Бога, видел его и остался жив?! Ты что, думаешь, будто я поверю в то, что смертельная вражда переросла в дружбу? Я не так глуп. А тебе, девочка, о чарах неуязвимости могли рассказать те Повелители, которые видели, как Великий Первый Бог награждал меня за героизм. Но на всякий случай проведем маленький эксперимент.

Гилеанис принял торжественную позу: выпятил грудь, поднял взор к потолку замка, воздел руки вверх и позвал:

– Великий Первый Бог! Если ты есть, если ты слышишь меня, приди на зов твоего верного слуги, твоего лучшего воина в Битве Богов!

Ничего не произошло. Лишь человеко-гоблины одобрительно заурчали, восхищаясь смелостью своего господина.

Гилеанис удовлетворенно оглядел всех находившихся в зале и повторил:

– Великий Первый Бог! Если ты существуешь, если ты слышишь мой зов, ответь Диктатору Повелителей, который от твоего имени поведет армады боевых кораблей на Срединные Измерения!

И снова отозвались лишь слуги Диктатора. Повторяя движения хозяина, они подвывали в такт его словам и тянули кверху свои мускулистые лапы. Даже те, кто держал Дилл, поддались всеобщему настроению. Волшебница легко выскользнула из лап человеко-гоблинов и оказалась в моих объятиях. Прижавшись друг к другу, мы напряженно ожидали развязки.

– В третий раз я взываю к тебе, Великий Первый Бог! – Произнес Гилеанис, и теперь в его тоне явно проступили откровенно глумливые ноты. – Если ты вновь возродился, в чем я лично сильно сомневаюсь, то попробуй помешать мне убить этих четверых существ, вторгшихся в мой замок!

Человеко-гоблины радостно заревели, видя торжество Гилеаниса, а Яманубис в отчаянии попытался разорвать свою радужную оболочку. У него ничего не вышло, что еще больше развеселило наших врагов. Килеана была бледна, как мел, и только ее губы что-то беззвучно шептали. Может быть, она читала какую-нибудь молитву Повелителей, а, может быть, отчаянно ругалась.

– Вот и все! – Победно провозгласил Гилеанис. – Мне нет равных в этой Вселенной! Я стану ее единоличным хозяином. Древние Боги ушли, теперь время новых Богов, вернее, одного Бога – меня! Мне не страшны ни Высшие Силы, ни Повелители, ни тем более, жалкие смертные существа!

– Ты забыл, что и люди способны противостоять тебе! – Воскликнула Дилл и начала быстрой скороговоркой составлять заклинание, неотрывно глядя на Гилеаниса. Я сразу узнал это смертоносное проклятие, хотя слышал его всего лишь один раз: то же самое она насылала на меня по ошибке во время нашей первой встречи, когда я отвязывал ее от Пентаграммы Пулай Худа. Но если тогда ее голос был слаб и еле слышан, то теперь он грозно и мощно раскатывался по замку, отражаясь от высоких стен. Пока Диктатор упивался своей победой, моя любимая волшебница смогла обрести магические силы.

Лорд Гилеанис, видимо, неплохо разбирался в заклинаниях, чарах и проклятиях. С его лица мгновенна слетела напыщенная невозмутимость, обнажив неуверенность и страх. Но Повелитель не растерялся, он не стал тратить драгоценное время на то, чтобы вновь спустить на нас свору человеко-гоблинов. Я увидел, как его рука метнулась к поясу и в то же мгновение распрямилась, выбросив тонкий острый метательный нож. Нож летел прямо в грудь моей Дилл, и, не колеблясь ни секунды, я оттолкнул ее в сторону и бросился на Гилеаниса.

Разделявшие нас пятнадцать шагов я преодолел за три прыжка. Последний должен был сбить лорда на пол, смять, смести. Я ожидал сильного удара от столкновения с крупной фигурой Повелителя… Но ничего не произошло! Я пролетел не мимо, а сквозь Гилеаниса. Неужели это всего лишь его голографическое изображение, созданное, чтобы нас запутать? Я обернулся и увидел…

Спиной ко мне, совершенно не обращая внимания на мою атаку, стоял лорд, а за ним, в окружении человеко-гоблинов, стоящая на коленях Дилл обнимала мое тело с ножом Гилеаниса в сердце. Я умер, меня убили! Осознание этого мгновенно пронзило мой мозг (или что там теперь у меня было). Странно, я столько раз бывал на краю гибели, столько раз мое сердце замирало от ужаса перед смертью, а вот теперь оказалось, что самого мгновения разделения души и тела я так и не ощутил.

Словно сквозь ватные тампоны затухающих ощущений я слышал голос Гилеаниса:

– Вот и все, жалкие человечишки. Куда вам тягаться с Диктатором Империи Повелителей, с будущим Императором Вселенной?!

Дилл безудержно рыдала и не могла продолжать свое заклинание. Словно в ужасном сне я подошел к ней (а, вернее подплыл по воздуху) и отчаянно позвал:

– Дилл, я тут! Услышь меня, посмотри на меня!

Но даже великая волшебница не слышала зова души умершего и не видела его призрак. В своем радужном пузыре в ярости метался Яманубис, но он был надежно изолирован, и я не мог понять, подает ли он мне какие-то знаки или просто переживает из-за моей смерти. Килеана, связанная по рукам и ногам, кричала:

– Дилл! Во имя Рена! Докончи проклятие! Отомсти!

Но волшебница окаменела, сжимая в объятиях мое бездыханное тело, как-будто это могло его воскресить. Я знал, что скоро начнется распад моей личности, скоро придет спасительное беспамятство, но напоследок смотрел на свою любимую, прощаясь с ней навсегда.

– Пора кончать этот цирк. – Гилеанис вытащил из-за голенища сапога еще один кинжал и направился к Дилл. – Смотри, Килеана, бывшая Императрица, как я перережу горло твоей последней надежде. А потом возьмусь за тебя. Скоро у меня на шее будет висеть еще один медальон.

Когда-то давно я слышал, что иногда бестелесный человеческий дух на короткое время обретает возможность влиять на мир материальный. Это происходит в момент высшего напряжения всех духовных сил, когда смертельная опасность угрожает самым дорогим существам. Для меня этот момент наступил сейчас. Не осознавая, что я делаю, не думая о том, что едва ли могу ему чем-нибудь повредить, я вновь бросился на Гилеаниса. Это произошло инстинктивно и настолько естественно, что я неведомыми живому человеку органами почувствовал, как моя душа входит в тело лорда и там, прямо внутри его тела, обретает материальность, бомбой взрывая ненавистное тело…

Меня отбросило к самому потолку. Я вновь стал бестелесным духом, все больше и больше теряющим связь с миром материи. Бессильно тая в воздухе, я видел большую красную лужу крови и мясных ошметков, оставшихся от Диктатора. И еще я видел, как человеко-гоблины ринулись на Дилл и связанную Килеану, чтобы отомстить за гибель своего хозяина. Я попытался рвануться вниз, чтобы защитить от них Дилл, но, увы, все силы, отпущенные мне Природой, были израсходованы на уничтожение Гилеаниса. Затухающим сознанием я с горечью осознал собственное бессилие. И это был самый страшный момент за всю мою жизнь.

Но вдруг на границе слышимости я ощутил новый звук, вторгшийся в окружающий меня туман. Это был чей-то вопль, зависший на одной протяжной низкой ноте. «Что бы это могло быть?» – с нарастающим равнодушием беспамятства подумал я, рассеяно перемещая свое внимание по Колонному залу. И вдруг острый луч понимания вновь собрал в единое целое распадающийся разум. Яманубис разрывал свою радужную тюрьму! И он менялся: увеличивался в размере, у него проявлялись еще две руки, в которых он сжимал меч и огненную чашу.

Яманубис, так же как я только что, переживал преображение. Он так стремился спасти Килеану, что обретал свою утерянную Божественную Силу!

Одним движением его руки полчища человеко-гоблинов Гилеаниса оказались повержены на пол замка. Теперь Дилл и Килеана были спасены! Бог Смерти вернул свою Силу. Я мог покоиться с миром. Испытанное мною облегчение оборвало последние нити, связывающие распадающуюся душу и материальный мир. Сквозь потолок замка, сквозь атмосферу, сквозь космос полетели частички моего некогда единого разума. Удивительно, но я еще мог видеть, как на орбите этой планетки взрываются боевые корабли Повелителей, уничтожаемые Богом Смерти. И эти огненные вихри служили мне прощальным салютом. «Прощай, жизнь. Прощай, Дилл…»

– Подожди! – Грозный окрик приостановил мой полет в никуда.

«Зачем ждать? Все кончено. Я умер.»

– Подожди!

«Ждать? Что? Кого? Ведь меня уже нет.»

– Подожди!

«Кто меня зовет? Кто тревожит рассыпающуюся среди холодных звезд душу болотника Рена Рила?»

– Я. – Это было сказано очень твердо и в то же время очень мягко.

И тогда я увидел лицо Бога. Того, Кто Назвал Себя Трисмегист. Того, Кто Был Почти Великим Первым Богом. Точнее, это на языке материального мира я говорю «лицо». В том мире, частицей которого я был в тот момент, следует использовать другие определения, но в языке живущих их просто не существует.

– Ты умрешь, но не сейчас. – Сказал мне Бог.

– Я уже умер. – Возразил я ему.

– Нет. Ты ошибаешься. Тебя ждут. Ты нужен. Значит, ты жив.

И мир вокруг меня завертелся огненным водоворотом. Осколки Имперского флота рванулись вверх, а я провалился вглубь атмосферы. За землю я упал с оглушительным металлическим звоном. «Почему я издал такой странный звук?» – удивился я. И открыл глаза. Сразу несколько фактов вошло в мое сознание. Первый: прямо на меня смотрела Дилл мокрыми от слез фиолетовыми глазами. Второй: металлический звон издал нож Гилеаниса, выпавший из моего сердца. Третий: я, действительно, опять жив!

– Здравствуй, Дилл, здравствуй, моя жизнь. – Произнес я.

– Что случилось? – Странный голос изменившегося Яманубиса послышался откуда-то сзади.

Я обернулся и увидел своего уже шестирукого Учителя и Килеану, бегущих к нам с Дилл.

– Он умер, а потом воскрес. – Просто объяснила Дилл, осторожно дотрагиваясь до того места, где на глазах затягивались края моей раны. По-моему, она была в шоке, который предохраняет несовершенный человеческий разум от превосходящих его невероятных чудес, творимых Богами.

– Это бывает. – Подтвердил Яманубис, который теперь тоже был Богом. – Правда, очень редко. Очень-очень.

– Это твоя любовь воскресила его, милая. – Растроганно произнесла Килеана.

– Нет, не может быть… я не умею… – растерянно залепетала Дилл. – Когда Рен упал, я пришла в ужас… отчаяние, боль… у меня и в мыслях не было, чтобы оживить умершего. И меня получился бы только ходячий труп, как у Пулай Худа, а это еще хуже, чем…

– …Чем окончательная чистая смерть. – Торжественно закончил за нее Яманубис. – Немногие Боги способны отменять основные законы Мира, особенно такие, как круговорот жизни и смерти. И я чувствую, что здесь присутствует сам…

– Всем привет! – Веселый возглас заставил всех обернуться, а меня привстать с холодного пола.

Это явился Трисмегист собственной персоной. Он улыбался, а его глаза светились нечеловеческой бирюзовой мудростью Вечности. Яманубис сжался, уменьшился в размере, у него опять оказались только две руки, но выглядел он теперь не как веселый толстячок, а как юный атлет с гордо посаженной головой, с коротким бронзовым мечом на поясе. Килеана обняла его за талию, а он положил ей мускулистую руку на плечо. Я встал на ноги, и совершенно машинально мы с Дилл приняли точно такую же позу.

– Это он вернул меня к жизни, – шепнул я на ушко своей любимой. – Это тот самый Трисмегист.

Похоже, мое объяснение оказалось излишним. Широко раскрытыми, сияющими фиолетовым счастьем глазами, моя невеста глядела на Бога. Интересно, что видела она в тот момент своим магическим зрением? Я, например, воспринимал его, как вполне обычного на вид молодого человека, и только глаза выдавали его истинную сущность.

– Вот и все. – Трисмегист повторил фразу Гилеаниса, произнесенную тем некоторое время назад. Но как же отличались эти слова по тону и по смыслу! Как, оказывается, можно одними и теми же знаками выразить прямо противоположные мысли и чувства.

– Где же ты был раньше, Бог? – С упреком в голосе произнесла Килеана. – Как ты допустил, чтобы произошло все это?

Она повела свободной рукой вокруг, указывая на разодранное тело Гилеаниса и на трупы его звероподобных воинов.

– А что? – Невинно поинтересовался Трисмегист. – По-моему, все кончилось хорошо. Гилеанис мертв, его не смогло защитить даже мое древнее благословение. Он погиб не от оружия, не от яда, не от магии. Человеческая душа, сильная в своем праведном гневе, покарала его тогда, когда совершенные злодеяния Повелителя перевесили на весах справедливости его прежние подвиги. Это должно стать уроком. Для всех.

Он протянул Килеане руку, в которой каким-то чудесным образом оказался медальон с матрицей ее отца:

– На! Возьми.

Рука девушки слегка дрогнула, когда она принимала бесценное сокровище.

– А что дальше? – Спросил Яманубис. Мне показалось, что, хотя он и обрел свою Божественную Силу, но по-прежнему боялся Великого Первого Бога.

Трисмегист пожал плечами:

– Наверное, вам надо отправиться по своим домам и навести там порядок. У каждого из вас есть незавершенные дела.

– А как же мое обучение? – Спросил я, справедливо полагая, что имею право голоса среди Богов и Императриц.

– Ты уже закончил его. – Ответил Яманубис и вопросительно посмотрел на Трисмегиста.

– Да, вы его закончили. – Подтвердил тот, обращаясь одновременно ко мне и к моему Учителю. – Поздравляю тебя, Мастер Рен Рил! Поздравляю, Бог Жизни и Смерти Яма-Анубис!

– Благодарю. – Ответили мы одновременно.

– Не будем задерживаться в этом злом месте. – Предложила Килеана. – Здесь надо многое перестроить, чтобы на Калласе вновь во всей красе и величии вознесся замок Богов Хаоса.

– Да, пожалуй, на это уйдет довольно много времени, – пожал плечами Трисмегист. – Итак, приключения закончены, пора отправляться по домам – к новым приключениям.

– А как же я? – Спросила Дилл, плотно прижавшись ко мне всем телом, и в ее глазах горела невысказанная мольба. – Куда идти мне?

– Домой. – Сказал Трисмегист и хлопнул в ладоши…

Глава 19. Возвращение домой.

…И мы оказались в полной темноте. Я и Дилл, чей тонкий хрупкий стан я так и не выпустил из рук.

– Где мы? – Робко спросила волшебница.

– Понятия не имею. Темно, хоть глаз выколи. Может, какой-то новый мир?

Вдруг недалеко от нас зажегся огонь и хриплый голос спросил:

– Эй! Кому это там не спится?

Я сразу узнал этот голос. Я слышал его с детства. Он принадлежал старому ворчливому Кройгу, рыболову из моего клана. Огонь приблизился, и я увидел, что это факел, который несет старик.

– Чего шумите? – Кряхтел он, тяжело переставляя ноги. – Всех рыбголовашек распугаете. Ба! Да это же Рен Рил, собственной персоной. И не один, а с девчонкой…

Я не дал Кройгу договорить: «…с девчонкой, как всегда.» Теперь многое должно будет измениться, и надо сразу все расставить по местам.

– Здорово, дед! – С искренней радостью я заключил старика в объятия и расцеловал в обе щеки. – Познакомься: это Дилл Хамай, волшебница с планеты, названия которой я так и не узнал. Она – моя невеста.

Потом я вновь обнял Дилл и подкрепил свои слова долгим, сладким, захватывающим дух поцелуем.

– Я дома, Дилл, – шепнул я ей на ухо, – мы на Подсолнечной, на моем Острове Белой Скалы, о котором я тебе столько рассказывал.

Лицо Дилл сияло невообразимой радостью, так что она, к счастью, не обратила внимания на слова Кройга.

– Бог сказал: «Идите домой». – В счастливом полузабытьи бормотала она. – И я оказалась здесь, с тобой, Рен. Это значит, что именно здесь теперь мой дом… наш дом. Рен, это так чудесно, божественно чудесно!

– Наш союз благословил Великий Первый Бог, – шепнул я в ответ, – но мои родственники пока об этом не знают. Чувствую, мне понадобятся все мои силы, чтобы многое изменить в своей жизни.

– Смотри, Рен, – с восторженным вздохом произнесла Дилл, – наша одежда!

– Что с ней? – Не понял я.

– Она как будто новая!

Действительно, в свете факела Кройга стало видно, что мой костюм из кожи змеи-анакванды и сине-фиолетовая одежда Дилл абсолютно целы и невредимы, словно только что сшиты. Запекшаяся кровь человеко-гоблинов Гилеаниса, порезы и разрывы исчезли без следа. Я-то не придавал этому значения, но для Дилл это было очень важно.

– Стоит ли удивляться, что Трисмегист придал нам приличный вид, – шутливо ответил я, – если он смог вернуть меня из мира мертвых и залечил все наши раны? Конечно, он позаботился и о том, чтобы ты предстала перед моей семьей во всей своей красе.

Потом я вновь обратился к старику, который слушал наш разговор, ни слова в нем не понимая:

– Я вернулся, Кройг. Наконец-то вернулся. Ты даже не представляешь себе, сколько всего я пережил за это время.

– Ну, дела.. – Старик почесал затылок. – Ведь ты же вроде бы уплыл в Муравейник, обучаться боевому искусству?

– Обучение закончено. – Рассмеялся я. – Поэтому я и вернулся домой.

– Ну-ну. – Кройг недоверчиво прищурился. – Значит, Рен, ты готов участвовать в завтрашнем поединке?

– В завтрашнем? – С моего лица мгновенно сползла улыбка. – Сколько же времени я отсутствовал?

«Неужели, – лихорадочно пытался я сообразить, – наши приключения продолжались больше двух сезонов дождей на Подсолнечной? Или Трисмегист забросил нас в будущее?». Многочисленные перемещения из одного Измерения в другое не позволяли даже приблизительно подсчитать, сколько же времени могло пройти на Подсолнечной. Время везде течет по-разному, в чем я не раз имел возможность убедиться. Например, когда я пять дней боролся за жизнь на тюремной планете, на Перекрестке Измерений, где остались мои друзья, прошло всего лишь несколько часов. А если учесть, сколько субъективного времени я провел в Хаосе, то становилось страшно от того, сколько сезонов дождей я отсутствовал на родине.

Но Кройг развеял мои опасения, сказав:

– Я давно подозревал, Рен, что у тебя что-то с головой не в порядке. Но ведь не настолько же! Тебя не было всего тридцать дней, и я не знаю, где ты шлялся, где подцепил эту белобрысую девчонку, и как теперь оправдаешься перед своим отцом и перед своим кланом. Но я знаю, что как только ты отчалил с баржей купца, так прямо на следующий день пришел вызов на поединок. Бой состоится завтра, здесь, на Острове Белой Скалы. Южане и наблюдатели из соседних кланов уже прибыли и сейчас спят в гостевом доме.

– Ну, дела. – Теперь настала моя очередь почесать затылок. – Тогда мне надо быстрее встретиться с родителями.

– Ты уверен, что стоит? – Кройг глазами показал на Дилл.

Я махнул рукой:

– Ты так ничего и не понял, дед. Ладно, когда на собрании клана я расскажу о своих приключениях, то все узнают…

Подхватив Дилл под руку, я поспешил вглубь острова. Уже начинало светать. Небо окрасилось в сине-розовые муаровые цвета. Высокие перистые облака медленно и величаво плыли со стороны океана. Ветви апельсиновых деревьев, увешанные крупными оранжевыми плодами, качались вверхвниз, словно приветствуя наше появление вежливыми поклонами.

– Очень красиво. – Дилл не отрываясь смотрела на небо, и несколько раз едва не споткнулась на каменистой дороге.

– У нас так каждое утро. И каждый вечер.

Пока мы добирались до поселения, я показывал Дилл те места острова, о которых она раньше слышала из моих рассказов. Она не скрывала восторгов. Еще бы! Я вспомнил ее родной буро-серый безымянный мир, полный жестоких людей и разгуливающих по земле мертвяков. И как же Судьба разбросала род человеческий по столь разным планетам? Спросить бы об этом у Великого Первого Бога, сотворившего некогда людей, но, увы, Трисмегист являлся только по собственному желанию.

Когда мы дошли до частокола, солнце показало свой край над зеленым морем колышущегося тростника. Поселение болотников просыпалось.

– Эй, да это никак Рен! Вернулся, значит. – Такими словами приветствовал меня мой дядя, вышедший из дома и увидевший посередине улицы меня и Дилл.

– Да. – Обрадовано ответил я. – И, кажется, как раз вовремя.

– Ты, похоже, ничего не знаешь, Рен. – Дядя не разделял моего веселья. – Сегодня, прямо сейчас начнется поединок между Лодаром Рилгом и бойцом из южного клана, бросившего нам вызов. Ты хоть понимаешь, что это значит? Половина женщин нашего острова уже собирает вещи, заранее считая бой проигранным.

Лодар Рилг был одним из самых лучших охотников нашего клана. Ему исполнилось тридцать шесть сезонов дождей. Но теперь, одаренный знаниями и мудростью Учителя Яманубиса, я не сомневался в том, что лучший охотник не всегда лучший боец. Лодар Рилг наверняка проиграет этот бой. И, наверное, сам это понимает, но не может отказаться. Он – единственная надежда клана и скорее погибнет в бою, чем откажется.

– Дядя, мне нужно срочно увидеть отца и старейшин клана.

– Да вот же они! – Он показал мне рукой на появившихся из-за угла людей. – Идут на берег, где должен состояться поединок.

Действительно, навстречу нам из центра поселка нестройной толпой двигалось множество людей. Я увидел во главе процессии своего отца и Лодара Рилга. Следом за ними шли пятеро седовласых старейшин. А за их спинами я разглядел свою маму, двоих сестер, других родственников и членов клана. Лица идущих людей были мрачны, словно это была похоронная процессия. Похоже, никто всерьез не рассчитывал на победу. Они шли прямо на нас, но словно никого не видели перед собой. Отчаяние затмило им взоры.

– Стойте! – Крикнул я. Мой голос обрел силу внушения Повелительницы Килеаны и Бога Яманубиса одновременно.

Процессия невольно остановилась и на меня и Дилл вопросительно уставились десятки печальных глаз.

– Зачем ты здесь, Рен? – Удивленно спросил отец. – Ты же знаешь, что у нас сегодня происходит.

– Поэтому-то я тут. – Твердо сказал я. – Я закончил свое обучение и готов выйти на поединок.

– Не говори ерунды, Рен. – Горько сказал отец и махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху. – За тридцать дней? Да до Муравейника только плыть шестнадцать суток. Ты шлялся где-то тридцать дней, да еще зачем-то приволок за собой эту иномирянку.

– Отец! – Мой голос зазвенел металлом. – Это моя невеста волшебница Дилл Хамай. Мы вместе прошли столько испытаний, что рассказ о них займет не меньше суток. Я прошу тебя впредь с уважением говорить о ней, а также, желательно, и обо мне. Я способен выйти на поединок, и я это сделаю.

Мама тронула отца за локоть и тихо сказала:

– Посмотри на его глаза, Колан. Посмотри на его глаза. Они какбудто принадлежат другому человеку. Не нашему прежнему Рену.

Ее слова заставили отца более внимательно присмотреться ко мне. Он еще очень сильно сомневался во мне, но в его голове, я чувствовал, зарождается понимание. Надо было побыстрее подкрепить его чем то, пока он вновь не исчезло.

– Дилл, любимая, – обратился я к своей невесте, – не могла бы ты сейчас показать им что-нибудь простенькое, волшебной. Это для меня очень важно.

Моя колдунья тесно прижалась ко мне и шепнула в ухо:

– Я не могу, Рен. Понимаешь, в новом мире требуется время, чтобы привыкнуть к его ауре. Сейчас я бессильна.

– Все уже решено, Рен. – Влез в разговор Лодар Рилг. – Я иду на поединок и постараюсь сделать все возможное, чтобы победить.

– Да, да! – Зашелестели голоса. – Все уже решено. Нам надо идти. Скоро начнется поединок.

– Ты хоть видел бойца южан? – Спросил один из старейшин Роош Зигел и сам же ответил. – А мы видели. Это такой силач, который давно не рождался среди болотников. Он уже пять раз побеждал в поединках за острова. Теперь пришел и наш черед расстаться с Островом Белой Скалы, если мы не одержим победу, конечно.

Слово «победа» Роош Зигел произнес так неуверенно, так робко, что мне стало очевидно: никто всерьез на успех не рассчитывает. И еще мне внезапно пришло в голову, что сейчас предстояло самое тяжелое сражение в моей жизни. Я должен был доказать людям, знающим меня с самого детства, что я уже вырос и могу совершать самостоятельные и важные поступки. Те, кто всю жизнь считал меня легкомысленным и безалаберным, должны теперь поверить моим словам. Я во что бы то ни стало должен был их убедить. А это, может быть, будет посложнее, чем пройти множество чужих миров и одолеть лорда Гилеаниса.

– Подождите. – Сказал я. – Выслушайте меня сначала. Я знаю, что вы привыкли видеть повесу Рена, Рена-бездельника. Но, поверьте, за короткое время я перевидел и пережил столько, чего вам не может привидеться в самом немыслимом сне. Теперь я совсем другой. Посмотрите на себя: вы же все заранее настроились на поражение в этом поединке. Вы же не верите не в свои силы, ни в победу очень уважаемого мною Лодара Рилга. Я же твердо заявляю Вам – я могу победить. Допустим, многие из вас сомневаются в моих словах. Но тогда не все ли вам равно: проиграю я или Лодар Рилг?

В таком вот духе, взывая то к чувствам, то к логике, то к страху, то к надежде, я и продолжал говорить. Наверное, помимо Мастера боевых искусств я стал еще и неплохим оратором. Я видел, как постепенно зажигаются огоньки решимости и надежды в глазах людей, как выпрямляются их спины и поднимаются головы. Свое выступление я закончил словами:

– Я прошу лишь одного: первый раз в жизни принять мои слова всерьез и поверить мне.

Моя дорогая Дилл взяла меня за руку и очень мягко, проникновенно добавила:

– Поверьте ему, пожалуйста, как верю я. И очень скоро вы сами убедитесь, что он говорит правду. Я его очень люблю.

Отец и дядя сначала очень долго смотрели на меня, на Дилл, словно оценивая и что-то прикидывая, потом переглянулись между собой, также молча взглянули на старейшин. Мама смотрела только на Дилл и в ее глазах я видел искреннюю радость. За меня. Я же несколько отстраненно наблюдал за сомнениями руководителей клана. Я сделал все, чтобы их убедить, и оставалось только ждать вынесения приговора. Хотя про себя я решил, что если мне не позволят отстоять честь и жизнь клана похорошему, то я использую для этого силу.

Наверное, родичи почувствовали мою твердую решимость, потому что отец сказал:

– Ты очень сильно изменился, Рен. Я не видел тебя всего тридцать дней, а кажется, что ты повзрослел на десять сезонов дождей.

– Так и есть. Когда я на поединке побью южанина, то расскажу все о том, что со мной произошло.

– Ты так уверен в своей победе? – Испытующе посмотрел на меня дядя.

– Да! – Я спокойно встретил его взгляд, и, не выдержав, он отвернулся.

– Хорошо. – Без всякого выражения произнес мой отец. – Я верю тебе, Рен. Ты будешь сражаться за клан Острова Белой Скалы.

И процессия, состоящая из меня, Дилл, моих родственников и почти всех членов клана, двинулась к определенному для поединка месту. Бой должен был состояться на пологом песчаном пляже, неподалеку от пристани, где качались на чистой воде рыбацкие лодки. Круг диаметром в десять шагов был ограничен белыми камушками. Делегация южан и наблюдателей из других кланов уже заняла свои места.

Южане плотной кучкой топтались возле своих каноэ, недружелюбно поглядывая на любопытных детей, крутившихся вокруг. Судьи, одетые в ритуальные желтые плащи с нашитыми на них перьями огнехвостых резвянок, держались более свободно, но во взглядах, которые они бросали вокруг, чувствовалась жалость. Они сочувствовали счастливому дружному клану, который из-за поражения на поединке должен будет покинуть этот замечательный уютный остров.

Завидев нас, главный судья Дроок Рунир, вышел навстречу и, следуя установленным правилам, спросил:

– Готов ли клан Острова Белой Скалы отстоять свои права на землю, на которой он живет, на воду, по которой он ходит, на зерна, которые он выращивает, на дичь, которую он добывает?

– Готов. – Твердо ответил мой отец.

– Тогда пусть представитель клана войдет в круг.

Я переступил через белые камни и оказался на ровной песчаной площадке. Судья объявил:

– Пусть представитель клана Озерного Мелководья также войдет в круг.

На арену вышел мой противник. Бойцом южан оказался здоровяк, очень похожий на незабвенного Боровика из Лесного Народа. Квадратное тело, ноги – столбы, руки – ветви деревьев, голова – почти не заметна. Странно, что среди худощавых болотников родился такой великан. Наверное, какие-то ранее дремавшие гены древних предков внезапно проявились, определив судьбу этого человека. Может быть даже вопреки своей воли он стал бойцом клана Озерного Мелководья.

Но сочувствовать этому гиганту времени не было.

– Поединок будет продолжаться до тех пор, пока один из бойцов не положит другого на обе лопатки, или пока один из бойцов не будет вытолкнут за пределы круга.

Это были очень мягкие правила. В отличие от поединков с оружием, к примеру.

– Готовы ли поединщики? – Спросил судья.

– Я готов. – Отозвался Боровик неожиданно тонким голоском и в подтверждение своих слов закивал головой.

– И я готов. – Сказал я.

– Тогда начинайте. Да свершиться справедливость!

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 | Следующая

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю

Рекомендации