Читать книгу "Футураструктурология (Новый Вавилон). Часть 3"

В числе приоритетов местного сообщества могут оказаться те, о которых мы упоминали в связи с процессами антропотрансформирования. Агрегирование населения, поддерживающего радикальные внешние трансформации тела, в отдельных первичных городах по их выбору также является фактором предотвращения ангармонических общественных беспокойств. Инаковость становится консолидирующим фактором для специальной расселенческой программы. Вместе с тем такая особенность расселения не означает изолированности этой части общества. При этом фактором, ограничивающим уровень трансформаций, остается рациональный антропоцентризм, который является основой равенства членов всех городских социумов.

Второй принцип – достижение экологического равновесия. Он утверждает, что пространственное распределение первичных городов в национальном и планетарном масштабах должно сохранять экологическое равновесие, а доля урбанизированных территорий не должна превышать 10% (в существующих на данный момент природно-климатических условиях).

Для обособленных первичных городов пространственное распределение должно носить характер, близкий к матричному, но сохраняющему по возможности всю систему существующих пространственных связей. Для агломерированных территорий должны формироваться межгородские экологические каркасы, а на внешнем периметре – природные резерваты, компенсирующие уровень урбанизации.

Важной стороной деятельности по обеспечению экологического равновесия становятся процессы терраморфирования и терратрансформирования, которые уже нами упоминались и которые мы детально обсудим в следующей главе.

Государственное регулирование пространственного распределения городов на основе принципов экологического равновесия осуществляется в процессах пространственного планирования, которые тесно связаны с терраморфированием и терратрансформированием. Пространственное планирование в футураструктурологической перспективе выступает в качестве прикладного раздела этой науки и будет нами исследовано в четвертом томе. Здесь мы только отметим, что пространственное планирование будет заключаться в непрерывном трансформировании сложившейся часто нерациональной (по историческим причинам) системы пространственного распределения населенных мест. Важной особенностью пространственного планирования будет прогрессирующая урбанизация, заключающаяся в непрерывном сокращении нерационального сельского расселения и строительстве новых первичных городов. При этом будет сохраняться экологическое равновесие, следование равнонаселенности территорий и рациональному использованию элементов существующих транспортной и энергетической инфраструктур.

Искаженные пропорции в экологическом равновесии в связи с истощенностью природных компонентов окружающей города среды и недостаточностью сельскохозяйственных угодий будут приводиться к нормативному состоянию методами терраморфирования и терратрансформирования.

Третий принцип – равнонаделенность ресурсами. Этот принцип важен для обеспечения равных гарантий на качество жизни всего человечества и населения внутри каждой страны. Поскольку природные ресурсы распределены неравномерно вне зависимости от воли человека, то их распределение не должно определять фактор равнонаделенности ресурсами. Следовательно, речь идет о равнонаделенности антропогенными ресурсами. Более того, речь идет о равнонаделенности антропогенными ресурсами первичных городов, как обособленных, так и агломерированных. При этом, как мы выясним далее, равнонаделенность различными ресурсами различных городов вовсе не означает физического равенства объемов ресурсов.

Далее рассмотрим, о каких именно ресурсах идет речь (поскольку лишь некоторые из них уже обсуждались нами ранее). В первую очередь обсудим жилищный ресурс, то есть объем жилых зданий и помещений внутри первичного города. Поскольку мы фиксируем постоянную численность населения первичного города (в 10 000 жителей), а также фиксируем жилую площадь на одного человека (60 м²), то постоянный жилищный ресурс для первичного города равен 600 000 м². Это постоянный показатель для любого первичного города независимо от приоритетов жизнедеятельности его жителей. Напомним, что 50% ресурса относится к многоэтажной урбанизированной застройке и 50% – к малоэтажной субурбанизированной застройке. Очевидно, что доля малоэтажной застройки может сокращаться более быстрыми темпами, что, возможно, обусловит реконструкцию городов с сохранением нормативов жилой площади.

Все последующие типы ресурсов могут быть неравными для городов, и их физические объемы обусловлены в той или иной степени выбором приоритетов местного социума. Также следует рассмотреть эти ресурсы по степени их влияния на равнонаделенность городов ресурсами. В связи с этим большую роль играет экономический ресурс. В свете наших футураструктурологических построений экономика первичного города в основном зависима от индивидуальной творческой деятельности его жителей и только отчасти – от функционирования локализованных модульных производств. Поэтому экономическая успешность города обусловлена внутренней структурой индивидуальной или групповой творческой деятельности. Конечным выражением этой структуры являются произведенные продукты: их количество и спрос на них. Интегральной экономической характеристикой может стать некий аналог современного валового городского продукта, с выделением в нем доли индивидуальной или групповой творческой деятельности. Поскольку доходность от других видов экономической деятельности внутри города достаточно однородна, эта компонента доходности относительно постоянна от города к городу. Следовательно, показателем экономической успешности города может стать относительная доля доходности от творческой деятельности, выраженная в % на одного жителя. Очевидно, что он будет отличаться в каждом городе. Это непременно создаст диспропорции в функционировании и развитии городов. Внутренняя структура доходности от творческой деятельности может быть связана с приоритетами городского сообщества, его довлеющей ориентацией на определенные виды творчества. Наконец, агломерации за счет близости расположения субъектов творчества различных видов могут порождать синергетические эффекты от их взаимодействия и более широкого местного спроса на творческую продукцию.

Правомерен вопрос о выравнивании экономических показателей для разных городов в целях обеспечения соизмеримости общественных ресурсов, направляемых на их функционирование и развитие, а в конечном итоге на обеспечение равных качеств жизни в городах. Мы обсуждали выравнивание за счет формируемых и перераспределяемых общественных ресурсов, однако предупреждали о возможности демонстрирования некоторыми городскими жителями асоциального иждивенческого поведения. Также мы говорили о необходимости включения и поддержания конкурентных механизмов развития городов в их соревновании за привлечение населения. Поэтому в целом объявлять экономическое выравнивание абсолютным регулятивным механизмом государственной политики бессмысленно, поскольку в дальнейшем это убивает творческие стимулы и амбиции. Творчество и процветание должны идти рука об руку в обществе, отказавшемся от ценности стремления к обретению богатства, но сохранившем элементы рыночной экономики.

Экономика модульных производств и экономика коммунальной сферы зависима от климатических и иных природных условий города. Показатели деятельности этих секторов определяются структурой потребления и будут неравными в различных первичных городах. Однако именно они характеризуют качество жизни, а значит, их следует выравнивать за счет общественных государственных ресурсов. В противном случае диспропорции в экономике создадут угрозы государственной расселенческой политике.

Климатические условия, а также характер и объем творческой деятельности определяют различия в потребности первичных городов в энергетических ресурсах. Кроме того, некоторая неопределенность перспектив изменения структуры потребления требует резервирования мощности. Перспективы развития первичных городов в XXI веке связаны с локализацией источников энергоснабжения внутри города. Это должен быть самый эффективный в экономическом и физическом смысле ресурс, не требующий использования углеводородного топлива. Очевидно, сегодня таковым являются ядерные когенерирующие установки (производящие электрическую и тепловую энергию). Поскольку первичные города потребляют небольшие объемы энергии, необходимо использовать малые ядерные реакторы и генераторы. Сегодня ПАО «Росатом» имеет линейку таких энергетических установок, но еще большее их число находится в проектной разработке. В частности, имеется рабочий проект устройства необходимой мощности, который может размещаться в центральном коммунальном поясе первичного города в подземном варианте размещения. В дальнейшем необходим поиск путей создания более эффективных и безопасных установок с большей энергопроизводительностью, в том числе на основе новых физических принципов. Не исключено использование и других источников энергоснабжения: ветровой, приливной, геотермальной и солнечной энергетики, особенно там, где для этого имеются благоприятные климатические и иные природные условия.

Переход на локализацию источников позволяет снизить зависимость пространственной структуры расселения от сложившейся сетевой энергетической инфраструктуры и ее критических параметров, не говоря уже о монополизме отрасли. То же можно сказать о территориях, на которых сетевой инфраструктуры и генерации не было вовсе. Инфраструктурная экономия во многих случаях может покрывать более высокую стоимость строительства энергетических установок и даже влиять на стоимость энергии.

Обеспечение энергетических потребностей первичных городов будет предусматривать субсидирование разницы в энергозатратах из общественных фондов в связи с климатическими особенностями территорий, на которых они располагаются.

Весьма интересным является вопрос о равнонаделенности первичных городов экологическими ресурсами. Эта тема весьма чувствительна к современному экологическому состоянию территорий размещения городов, то есть к ее выбору. Вероятным действенным механизмом обеспечения экологического равновесия становится технология терраморфирования первичных городов, которая во многом заимствует технологию создания внутренних экологических каркасов, основным природным элементом которого остается городское озеленение. Отметим, что при типологизации городской застройки первичных городов и типологизации размещаемых источников выбросов несложно установить предельные параметры для его планировочной структуры и организации зеленых насаждений. В первую очередь речь идет о нормировании санитарных разрывов и ширины зеленых полос в улично-дорожной сети. Также необходимо нормирование ее загрузки транспортом (включая общественный) и типологии транспортных машин (электротранспорт и машины на газовых двигателях, а также индивидуальные малоскоростные средства передвижения, включая велосипеды и самокаты). Отсутствие в некоторых климатических районах возможностей для использования экологически эффективных видов растительности предъявляет особые требования к их терраморфированию. Возможно, на этом основании такие территории будут в меньшей степени вовлечены в процессы расселения либо на них будут предъявляться более жесткие требования к обеспечению экологического равновесия.

Мы уже обсудили особенности формирования инфраструктурного энергетического ресурса. Не менее значимыми являются вопросы создания и эксплуатации транспортной, водохозяйственной, коммуникативной и специальной городской инфраструктуры. Мы более подробно рассмотрим эти вопросы применительно к первичному городу в следующих главах. Здесь лишь отметим, что их эффективность во многом обусловлена типологизацией планировочной организации города. Климатические особенности, конечно, влияют на создание и эксплуатацию городских сетей, и правомерен вопрос о компенсации из общественных фондов разницы в затратах на эти цели.

Структура потребления ресурсов первичного города для различных климатических зон может быть формализована и нормирована как в части, касающейся ее создания, так и в части, касающейся ее эксплуатации. Прямым механизмом нормирования городских ресурсов при строительстве (реконструкции) первичного города является методология существующего в российской практике нормативного регулирования пространственного планирования (которая, конечно, требует некоторого пересмотра с позиций футураструктурологии).

Нормативы планирования пространственного расселения в современной теории не применялись. Всегда считалось, что размещение населенных мест является естественной исторической прерогативой человека-основателя. Однако такой выбор в подавляющем большинстве случаев оказывался случайным и небезопасным. В этом плане интересен литературно-художественный пример случайного выбора места поселения, описанный Кнутом Гамсуном3131
  Кнут Гамсун (норв. Knut Hamsun, настоящее имя Кнуд Педерсен (норв. Knud Pedersen); 1859—1952) – норвежский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе за 1920 год.


[Закрыть] в романе «Суть земли». Идет человек-бродяга, он устал, остановился в кем-то сооруженной землянке и остался в этом месте навсегда, обретя в конце концов статус ландграфа (землевладельца). Это история (пусть и вымышленная) Норвегии или подобная ей американская история «золотой лихорадки» из романов Джека Лондона3232
  Джек Лондон (англ. Jack London; при рождении Джон Гриффит Чейни, John Griffith Chaney; 12 января 1876, Сан-Франциско, Калифорния – 22 ноября 1916, Глен-Эллен, Калифорния) – американский писатель и журналист, военный корреспондент, общественный деятель, социалист.


[Закрыть]. Однако есть и реальный нерациональный исторический опыт освоения земель некоторых районов Скандинавии, Северной Америки и Сибири. Если обсуждать более значительные прецеденты, то на ум приходят болотистые основания Санкт-Петербурга или совсем уж бессмысленное строительство Венеции на затопляемой территории или строительство Помпеи возле предгорий Везувия.

Опыт ошибочного выбора населенных мест современного периода связан с их созданием вблизи крупных месторождений полезных ископаемых. По мере истощения месторождений эти поселения оказывались никому не нужными и приходили (и приходят) в упадок. Упадок – это естественное состояние исторических поселений на речных торговых путях в связи с появлением альтернативных железных и автомобильных дорог.

Именно неосознанность, а вернее, ненаучность подхода к выбору места размещения города и становится причиной многих страданий и потерь (прежде всего социально-экономических).

В новейшей истории возникает советская практика государственного регулирования расселения. В Советском Союзе разрабатывались регулирующие расселение документы – генеральные схемы расселения на территории СССР (1972—1975 гг. и так далее до 2000 года). Согласно генеральной схеме, должны были решаться следующие задачи:

– пропорциональное развитие сети городов, поселков и сельских населенных пунктов различной величины, административного значения и народнохозяйственного профиля, интенсификации развития крупных городов в условиях ограничения их роста, повышение социально-экономического потенциала малых и средних городов, развитие сети многофункциональных городских и сельских центров в районах нового освоения;

– последовательное объединение всех городских и сельских поселений страны в единую систему расселения, формируемую на основе административно-территориального деления и социально-экономического районирования в увязке с народнохозяйственными комплексами союзных республик, экономических районов, областей и других территориальных единиц; развитие и совершенствование межселенной социальной, транспортной и инженерной инфраструктуры;

– комплексное развитие отдельных городов с учетом их роли в системе расселения; обеспечение сбалансированности и пропорциональности производственной и непроизводственной сфер городов; преодоление диспропорций в жилищном строительстве, культурно-бытовом обслуживании, пассажирском транспорте и благоустройстве в городах; улучшение планировки городов и интенсификация использования городских территорий;

– развитие в сельской местности сети опорных центров сельскохозяйственного производства и культурно-бытового обслуживания населения; формирование районных, межхозяйственных и внутрихозяйственных систем расселения, отвечающих требованиям современного агропромышленного комплекса; совершенствование планировки, застройки и благоустройства сельских населенных пунктов, сельского транспортного обслуживания производства и населения.

В Сибири, на Дальнем Востоке развитие сети городских и сельских поселений определялось задачами повышения роли этого макрорегиона как важнейшей ресурсной базы страны, включая развитие нефтегазодобывающего комплекса Западной Сибири, энергетики и энергоемких производств в Центральной Сибири, освоение минерально-сырьевых ресурсов зоны БАМ и др. Решение этих задач осуществлялось в неблагоприятных для значительной части макрорегиона эколого-градостроительных условиях и осложнялось проблемой нехватки трудовых ресурсов. Необходимо было осуществить переход от формирования системы расселения на основе методов, традиционных для освоенных районов, к методам, отвечающим специфике местных условий. Это предполагало:

– совершенствование структуры производственно-экономической базы городов, отбор предприятий и объектов с позиций их непосредственной необходимости для народнохозяйственного комплекса макрорегиона;

– опережающее развитие социальной инфраструктуры, повышение комфортности условий проживания населения;

– повышение социально-экономического и научно-технического потенциала сложившихся больших городов, превращение их в центры внедрения эффективных методов освоения ресурсов, освоения районов Севера;

– расширение сети городов, включая новые города – базовые центры освоения необжитых районов и формирования новых ТПК; развитие вахтовых форм расселения в отдаленных районах с неблагоприятными условиями.

Современный анализ текста этого нормативного документа показывает его жесткую ориентированность на развитие национальной экономики (прежде всего первичного и вторичного ее секторов) и вторичность системы городского и сельского расселения по отношению к размещению ресурсной базы периферийных территорий.

Тем не менее большая часть решений этих документов была реализована на практике, благодаря чему возникает современная система расселения в азиатской части России. То есть имеется опыт регулятивного создания систем расселения на малообжитых территориях, с перемещением больших потоков мигрантов.

Опыт создания подобных нормативно-регулирующих документов в современной России не столь радикален и направлен скорее на закрепление аборигенного населения и сокращение отрицательной миграции и глобальной урбанизации. Пока он малоэффективен, но находится в процессе развития в том направлении, которое мы указали в этой главе. Следовательно, дальнейшее регулятивное нормирование процессов расселения на новой методологической основе требует лишь своего оформления применительно к идее рационального размещения первичных городов.

Возможная национальная схема расселения должна опираться на нормативы пространственного планирования размещения первичных городов и других центров расселения, базирующихся прежде всего на первом-третьем принципах рационального расселения.

Первый норматив, непосредственно вытекающий из второго принципа, устанавливает экологические ограничения на пространственную структуру расселения, гарантирующие соблюдение пропорций природопользования, обеспечивающих локальное и глобальное экологическое равновесие. Это уже неоднократно упомянутая нами 10% доля урбанизированных территорий. Норматив расселения при этом формулируется как условие, согласно которому отношение площади города к площади окружающих его неурбанизированных территорий не превышает значения 0,1.

Этот норматив создает естественные внутренние и внешние ограничения в развитии агломераций и ограничения в распределении первичных городов. Он позволяет сформулировать второй норматив предельного роста агломераций, согласно которому отношение площади урбанизированных территорий в агломерации к суммарной площади ее экологического каркаса и окружающих ее неурбанизированных территорий не превышает значения 0,1.

По существу это означает, что реконструкция территорий агломераций должна осуществляться таким же образом, как и размещение новых первичных городов, допуская при этом сближение центров расселения в агломерации за счет пропорционального расширения окружающего агломерацию неурбанизированного пространства. Следование этому принципу на самом деле означает движение в направлении сокращения агломераций и мегаполисов, к чему мы обратимся в дальнейшем.

Третий норматив – это уже упомянутый нами норматив предельной площади первичного города, который критически важен для определения структуры пространственного расселения, поскольку он определяет площадь связанных неурбанизированных территорий. Если площадь первичного города принимается в 250 га, то площадь сопредельных неурбанизированных территорий составит 2250 га.

Четвертым постоянным нормативом является норматив жилой площади первичного города, который мы условились принять равным 600 000 м² (учитывая его распределение по этажности застройки). Этот норматив либо его вариации определяют основной фактор привлекательности города для эмиграции.

Следующий групповой норматив фиксирует возможное многообразие экономической деятельности в первичном городе. Если первичный город является опорной базой расселения, приуроченной к крупному промышленному мегапроекту, то для него нормативным экономическим показателем является показатель общественных финансовых затрат на реализацию проекта. Если это матричный первичный город, то его экономические показатели связаны с городскими общественными фондами и объемами субсидий из общественных фондов вышестоящих уровней. В этом случае показателем может стать отношение объема собственного фонда к объему ежегодных субсидий за вычетом субсидий на выравнивание обеспеченности средствами в связи с климатическими условиями (в структуре затрат это в основном стоимость затрат на энергообеспечение жизнедеятельности города). Этот показатель, как и приведенный нами ранее, характеризует экономическую успешность города и его вклад в систему общественных фондов. Чем меньше этот показатель, тем менее успешен город. Показатель важен для программирования внутренней политики по развитию творческого потенциала его жителей. Этот показатель также важен для повышения привлекательности города и удержания населения.

Система показателей обеспеченности населения первичного города энергетическими и коммунальными ресурсами подобна показателям, существующим в настоящее время. Она должна соответствовать рациональным потребностям и структуре городской экономики. Эти показатели в целях осуществления расселенческой политики должны быть унифицированными и одинаковыми для всех городов и агломераций. Как отмечалось выше, показатели будут дифференцированными из-за особенностей климатических условий первичного города.

Могут быть приняты и другие нормативы, характеризующие факторы, гарантирующие устойчивость системы расселения и отсутствие или равенство встречных миграционных потоков.

Формализованная система нормативов не унифицирует города ввиду многообразия проявлений жизнедеятельности их социумов. Однако она создает условия для безусловной реализации первого-третьего принципов рационального расселения на всем национальном пространстве. Следует также заметить, что в некоторой упрощенной форме такие нормативы применяются в государственном регулировании выравнивания качества жизни населения в современной России.

Очевидно, что нормативы позволяют осуществлять разработку государственных документов целеполагания и регулирования пространственной системы расселения. В перспективе они могут также применяться при межгосударственном планировании расселения межнациональных и межстрановых социумов.

Четвертый принцип рационального расселения – унификация управления социумами. Он может быть сформулирован как обусловленность результативности политики равнонаселенности единством формализованных подходов к управлению городскими социумами. Весьма важный принцип, определяющий единство подходов и требований к управлению городскими социумами на основе постулатов футураструктурологии. Поскольку мы планируем посвятить изучению этих вопросов отдельную часть второго тома, мы не станем развивать эти идеи в настоящей главе. Здесь лишь отметим, что сегодня многообразие форм самоуправления и особенности муниципального правового регулирования скорее создают избыточные ограничения для горожан и часто необоснованно увеличивают расходы на управление. Их унификация позволяет планировать затраты на городское управление в масштабах всей страны или межгосударственного объединения в пропорциональных объемах. При этом различия в затратах могут быть связаны исключительно с объективными трудностями в управлении удаленными территориями.

Пятый принцип рационального расселения – конкуренция социумов за население. Это принцип, который может вызывать полемику, поскольку конкуренция по определению противонаправлена регулятивному выравниванию расселения. Поэтому изначально должна быть нормирована сфера конкурентных действий органов управления городами и их социумами.

Рациональное расселение предполагает равнонаселенность территорий при сохранении постоянного населения. Это означает в том числе сохранение численного постоянства населения каждого первичного города и агломераций. При этом миграция населения первичных городов не ограничивается. В таких условиях конкуренция за население представляет собой совокупность мер государственного и городского общественного регулирования постоянной численности населения первичных городов. Очевидно, что конкурируют между собой городские сообщества, а государство поддерживает такую конкуренцию в отношении городов с сокращающейся численностью населения. Среди государственных конкурентных мер – предупреждение отрицательной миграции путем ее компенсации за счет других социумов. Например, могут осуществляться программы обменных встречных миграций временного и постоянного характера, когда участники перемещений действуют по соглашению друг с другом и получают при этом государственную поддержку. В целях регулирования творческих потенциалов городов государство может осуществлять программы дружественных миграций, стимулируя перемещение талантливых творцов в целях передачи опыта в образовательных, научных и культурных проектах.

Городские сообщества могут принимать собственные программы поддержки воспроизводства местного населения при его сокращении. Формы поддержки могут быть совершенно различными – от поддержки семей до общественного воспитания детей, воспроизводимых искусственным путем (если это будет введено в общественную практику). Конкуренция может проявляться в реализации различных внутригородских образовательных и культурных программ и межгородских и международных фестивалей. Особую роль в конкуренции городов приобретают новые формы миграционного туризма, когда он осуществляется в целях знакомства с будущим местом миграции.

Пятый принцип может быть сформулирован как государственная политика и внутренняя политика городских сообществ, направленная на поддержание постоянной численности городского населения, которая обусловливает рациональное расселение в национальном масштабе. Таким образом, конкуренция не разрушает единого расселенческого пространства и не стимулирует концентрацию населения в агломерациях.

Шестой принцип рационального расселения – интегрированность межнациональных и межстрановых социумов и анклавное расселение. Об этих особенных типах расселения мы говорили ранее. Сегодня этот принцип не учитывается, и миграционные процессы отчасти приводят к его стихийной реализации, в регулировании которой заинтересованные страны не принимают участия. Возникающие миграционные проблемы приводят к нарастанию внутренних и межгосударственных (межнациональных) конфликтов. Несмотря на то что мигранты становятся часто гражданами другой страны, их этническая и культурная ментальность не позволяет им полностью интегрироваться в культурно чуждое им сообщество. Это приводит к формированию городских этнических анклавов, но на нелегализованной шестым принципом основе. Существующая международно-правовая основа, гарантирующая права мигрантов, является явно недостаточной. Кроме того, расселение в таких формах не обусловлено единой экономической политикой стран – участников миграционных процессов. Шестой принцип может быть сформулирован нами следующим образом: «Причины внешнего порядка, а также двусторонняя или многосторонняя межстрановая интеграция могут оказаться причинами глобальных перемещений больших количеств мигрантов для постоянного, в том числе анклавного расселения на территориях других государств, при этом необходимо регулировать эти процессы, соблюдая другие принципы рационального расселения».

Принципы рационального расселения обобщены в интегрированном подходе в некоторую рациональную совокупность и последовательность. В реальной практике они могут применяться частично или полностью, но в теории необходимо определить обязательность каждого принципа. Только в этом случае возможно построение идеальной модели рационального расселения в национальном и межстрановом масштабе. Следует отметить, что любая из построенных моделей является возможной в связи с нормативным содержанием футураструктурологии. Также может быть построено несколько моделей, отличающихся друг от друга и реализуемых в определенной исторической последовательности либо на различных территориях и в разных странах. Таким образом, теория предлагает нам широкий спектр возможностей для реализации этих моделей в масштабных экспериментах по всему миру.

Далее рассмотрим классификацию возможных моделей рационального расселения в футураструктурологической перспективе. Однако прежде рассмотрим наиболее вероятную модель эволюции расселения на основе сложившихся мировых и национальных тенденций. В основе этой модели, конечно, наблюдаемые процессы национализации экономик и дивергенция-конвергенция глобальной экономики. В момент обращения к этой теме исследования такие процессы приобретают весьма острый предвоенный характер, значительны проявления стагнации и нарастания кризисных явлений в глобальной экономике. В национальных экономиках наблюдается тренд на приоритизацию национальных экономических интересов над внутриблоковыми. В частности, это связано с проявлениями свертывания международных инвестиций и ориентацию на национальное импортозамещение. В геополитике происходит усиление блокового противостояния и дальнейшая сегрегация неприсоединившихся стран по симпатиям к основным противоборствующим блокам. Это также сказывается на дивергенции-конвергенции мировой экономики. Особенно ярко такие процессы проявляются на валютно-финансовом и инвестиционном рынках.