Читать книгу "С гитарой по жизни. Воспоминания"

«Спасение утопающих – дело рук самих утопающих»

2003 год. Сын мой после окончания политехнического института нашел работу не по специальности, но она ему нравилась, и, несмотря на небольшой оклад, с головой ушел в премудрости своей работы. Я по инерции еще кое-что писал, но здоровье вдруг заставило прекратить всякую работу, связанную с волнениями и тем более со стрессами. А какой же журналист без всего этого? Сильно меня подкосил тот процесс с В. Бычко. Начались вызовы скорой помощи с последующей госпитализацией в больницы. Улучшения здоровья не наступало. Друзья даже привели меня однажды к местной знаменитости – экстрасенсу.

После длительного стояния в очереди, попав в ее кабинет, я с трудом рассмотрел сквозь пелену струящегося из лампад фимиама, сидящую под висевшими над нею картинами с изображением фантастических животных, страшно взлохмаченную жрицу то ли черной, то ли белой магии. Усадив меня в кресло перед столом, она дала мне в руку крупную фасолину и заставила рассказать свою историю болезни. Выслушав меня, экстрасенс долго молчала, перебирая пальцами рассыпанные на столе фасолины.

– Ваши болезни от лекарств. Вас лечат неверно. Вижу у вас аллергию, – категорично заявила она.

Ушел я от нее озадаченным. Верить или не верить? Я кроме как в Судьбу ни во что другое не верю, но тут задумался. А может, она права? В двух городских больницах, куда меня ранее привозила скорая, ставили диагноз «гипертонический криз» и лечили 21 день. Выписывали с некоторым улучшением, но стоило мне следовать предписаниям врачей и принимать дома назначенные лекарства, состояние мое ухудшалось. Через несколько месяцев мне определили вторую группу инвалидности, и я получил право на бесплатное получение лекарств, которых в аптеках зачастую не было. После визита к экстрасенсу я задумался: правильно ли меня лечат? Разные врачи выписывают разные лекарства – почему? Подходят ли мне они? И еще, может быть, тут замешана, действительно, аллергия на продукты?

Начал анализировать. Выяснилось, что у меня страшнейшая аллергия на боярышник. Вот вам и первейшее средство для улучшения работы сердца! А я регулярно принимал настойку боярышника, после которой оказывался чуть жив! Помимо этого, обнаружилась аллергия на петрушку, сельдерей и лимоны. Аллергия на петрушку едва не стоила мне безымянного пальца на правой руке, где у меня обручальное кольцо. Мы гостили у дочери. Жена попросила нарвать в огороде петрушки к столу, что я и сделал, а к вечеру у меня распухла вся кисть правой руки и покрылась волдырями как от ожога. В травматологии разрезали кольцо и сказали: еще бы пару часов и отрезать нужно было бы палец.

Чтобы разобраться в лекарствах, я начал изучать медицинскую литературу о гипертонии. Кроме этого, купил новейшие по тем временам справочники по лекарственным препаратам и узнал много полезного о совместимости лекарств, об их действии на организм. Оказалось, мне категорически нельзя принимать бета-блокаторы из-за частоты моего пульса (52—54 удара в минуту). Когда я их принимал по предписаниям врачей, частота падала до 45 ударов, и состояние резко ухудшалось, хотя давление снижалось до нормальных цифр. Нельзя мне принимать такое распространенное антигипертензивное средство, как индапамид. После его приема у меня начиналась аритмия. А мне ведь это все врачи назначали, и я добросовестно принимал эти лекарства. Это сейчас я о гипертонии знаю не меньше своего участкового врача, а тогда врачи едва меня не угробили в возрасте 66 лет. Даже в краевом диагностическом центре, куда меня направляли для обследования из моей поликлиники, врачи назначали лекарства, противоречащие по действию друг другу. Это я узнал позже, когда стал более критически относиться к назначениям и тщательно читать аннотации к лекарственным препаратам. Порой лекарства могут принести больше вреда организму нежели сама болезнь.

В получении лекарств по бесплатным рецептам в городе царил полный беспредел. Несмотря на принимаемые меры, создание телефонной «горячей линии», положение не улучшалось. В аптеках не переводились очереди. Больные инвалиды были вынуждены покупать лекарства в тех же аптеках. За деньги – пожалуйста, а по льготным рецептам – ждите, когда будут. (Из рассказов своих знакомых– инвалидов могу утверждать, что такая ситуация сохранилась и до нынешних дней). Более того, ситуация усложнилась, когда почему-то срок действия рецепта сократился до одной недели. Страшно представить: нужно было всякий раз продлевать рецепт у врача! В поликлиниках столпотворение. В период эпидемии гриппа это буквально косило ветеранов и инвалидов. Многие инвалиды были вынуждены отказаться от такой «льготы» и перейти на её денежную форму оплаты. Так поступил и я. Теперь я твердо знаю, какие лекарства мне нужны и в каком количестве, а в свою поликлинику я забыл дорогу.

«Дай Бог, чтобы твоя жена тебя любила даже нищим»
Иногда бывает

Подошло время жениться моему сыну. В 27 лет он познакомился с девушкой. Звали ее Ларисой, имя для меня очень знакомое, в переводе – Чайка. Я всячески поощрял его решение о женитьбе, да и моя жена была не против. Лариса была выпускницей музыкально-педагогического училища и работала музработником в детском саду, где ее мать была заведующей. Встречался сын с Ларисой недолго. Сыграли свадьбу, и нам с женой вновь пришлось уплотняться. Стали жить они в нашей квартире потому, что у родителей Ларисы никаких условий не было. Они сами ютились в небольшой пристройке к половине частного дома, купленного бабушкой Ларисы несколько лет назад.

Через положенное время у нас родилась внучка Леночка, и стало нам веселее потому, что у нас жил еще и внук, сын дочери.

Моя жена с внучкой на руках, 2004г.

Внук учился в одной из лучших гимназий города, а поскольку дом дочери был в 15 километрах от города, то отводить и забирать внука из гимназии приходилось мне.

Это свои дети растут как-то медленно, а внуки растут стремительно. Наверное, это потому, что в старости время для нас летит неумолимо, без остановок. Сейчас внуку 20 лет и он по-прежнему живет вместе с нами, потому что учится в ВУЗе.

Внук Дмитрий, 2015г.

Мирно наша семья прожила два года, а затем возникли скандалы. Заболеет внук – Лариса недовольна из боязни заражения ее ребенка. Начинаются у неё конфликты с моей дочкой: почему не забирает домой больного? А та не может взять больничный из-за специфики работы… Из мирной наша семья стала превращаться в пороховую бочку – того и гляди взорвется.

Нет худа без добра. Случилось событие, повлиявшее сразу на три семьи: и нашу, и сватов, и сына. Младшая сестра нашей невестки Ларисы, Таня, неожиданно вышла замуж. Она окончила в Краснодаре физкультурный институт, была прекрасно сложена при своем росте 180 сантиметров и весьма недурна собой. Уехала в Москву, работала там моделью, победив на кастинге многих конкуренток, и на каком-то показе очаровала молодого москвича. Да не простого, а олигарха, и тот, воспылав к ней страстью, женился, и стала наша Танечка счастливой и богатой. А наша невестка Лариса, которая соперничала со своей сестрой во всем с детских лет, оказавшись замужем за простым инженером с окладом в 30 тысяч рублей, посчитала себя невезучей.

Надо отдать должное Татьяне: она одолжила Ларисе деньги на первоначальный взнос, и мой сын, взяв кредит в банке, купил по ипотеке двухкомнатную квартиру. Мы сообща со сватами помогли обустроить квартиру, и семья моего сына обрела свое жилье. Конечно, долги значительно сокращали семейный бюджет, но мы старались им помочь, да к тому же весомой была помощь действующих на тот момент в крае дотаций молодым семьям. Пять лет понадобилось для выплаты кредита.

Пять лет Лариса копила в себе недовольство своей судьбой. Её сестра живет в роскоши, содержит неработающих мать и отца, построила им двухэтажный дом, ежегодно со своими детьми отдыхает на курортах, а она считает копейки от получки до получки мужа. Началось все с претензий к нашему сыну: почему он не ищет вторую работу? Но, как мне думается, зависть к положению сестры не давала покоя Ларисе. А сестра, как нарочно, то позовет её на отдых в Турцию, то пригласит в санаторий, и все это бесплатно. После таких поездок Лариса становилась очень раздражительной и еще больше давила на Андрея. Начавшиеся ссоры по пустякам переходили в длительные противостояния.

– Давай уедем в Москву, – требовала Лариса, – Таня попросит мужа о твоем трудоустройстве, и я найду себе работу.

– А где будем жить?

– Поживем временно у сестры. У нее места хватит.

Но Лариса плохо знала своего мужа. Тот стать приживалкой ни у кого не собирался и пресмыкаться ни перед кем не хотел.

– Я категорически не приемлю твой вариант, – заявил он Ларисе.

Кончилось все это довольно прозаически. После очередного пребывания на курорте в Турции Лариса, улучив момент, когда сын работал во вторую смену, собрала вещи и улетела в Москву к сестре. Как оказалось, навсегда. Кто-то из великих сказал, что для любви нужны два человека, а для разрыва отношений достаточно одного. После семилетнего брака сын получил развод. Квартиру свою они продали и поделили деньги. А мы потеряли радость постоянного общения со своей внучкой Леночкой, которая живет теперь с мамой в Москве, но часто звонит нам, поздравляя с праздниками. Мы ее очень любим и с радостью встречаем, когда она приезжает к нам на школьных каникулах. В семье бывших сватов тоже произошли перемены: мама Ларисы развелась с ее отцом и теперь живет в купленной младшей дочерью для нее трехкомнатной квартире с новым гражданским мужем.

А жизнь продолжается…
Факт

Мой сын вскоре познакомился с женщиной, у которой была дочь от первого брака. Это несколько скрашивало его тоску по своей дочке. Около двух лет жил с Сашей (так зовут нашу новую невестку) в гражданском браке. Затем сыграли свадьбу и сейчас счастливо живут в купленной квартире. Родился у него сын, Егор, а у меня это пятый внук.

Первый сын Владимир был трижды женат. От двух жен имел по сыну, но ни с одной женой так и не ужился. Сейчас живет в гражданском браке с очередной женой. Говорит, что счастлив, что уже остепенился. Да уже пора, коль распечатал шестой десяток лет: в этом году ему исполнится 55 лет.

Не сложилась личная жизнь пока только у нашей дочери Елены. Думаю, что при своем целеустремленном характере она найдет свое счастье.

Мой младший брат Иван и его жена Людмила живут в Крыму, в Евпатории. Они часто приезжают к нам, и мы тоже бываем у них с ответными визитами. Иван с женой уже на пенсии. В Евпаторию они переехали совсем недавно из поселка Черноморское, где у них есть свой частный дом с обширным приусадебным участком, в котором помимо других фруктовых деревьев есть и особенно любимый мною кизил. Конечно, в Евпатории, в квартире со всеми удобствами брату и его жене жить легче, но, думаю, что они все же тоскуют по дому, в котором выросли их дети.

Сыновья Ивана свою жизнь связали с морем. Старший Константин – капитан дальнего плавания, младший Сергей – механик на судне. Так получилось, что Константин живет в Харькове, теперь в другой стране. Сергей – в Евпатории.

Новая семья моего сына Андрея

С дочерью и внучкой, 2014г.

На даче с братом Иваном

Брат с женой в гостях у Андрея

Однажды мы поехали в Бахчисарай посмотреть на город нашего детства. Первое, что бросилось в глаза – это горы. Они показались мне не такими уж и высокими, какими видел их я в детстве.

Окраина города Бахчисарая

Зато молодой граб, в кроне которого я часто прятался, играя в прятки с друзьями, превратился в могучего великана. Но самое главное – наш дом тоже как будто в землю врос. Он был сложен из крымского камня и имел стены чуть ли не метровой толщины, но уже начал рушится. Новых хозяев я не застал дома и смотрел на дом с улицы. Стало тоскливо. Нахлынули воспоминания. Бывших соседей никого не осталось в живых. Об этом мне поведал новый хозяин дома напротив – татарин, радушно пригласивший меня с братом в гости, в дом, в котором мы с братом бывали в прошлом не раз – там жила тогда бабушка Аня, о которой у меня и брата остались самые теплые воспоминания. Нас она подкармливала постоянно. Мне отдала огромную подшивку газеты «Нива» еще дореволюционного издания, которую я читал и перечитывал в годы одинокой жизни в своем доме. Татарин угостил нас шелковицей, с того самого дерева, которое росло во дворе бабушки Ани и которое было нам так знакомо.

А лет пятнадцать назад до этой нашей совместной поездки, я сам приезжал в Бахчисарай и попытался найти могилу матери, но куда там! Даже кладбища этого уже нет. А как хотелось на ее могиле сказать: «Мамочка, родная. Я приехал поклониться тебе и сказать свои слова благодарности за все пережитое тобой ради нас». Ничего от старых глиняных карьеров, в районе которых было это кладбище, не осталось. Вокруг сплошной новостройки…

«К долгожданной гитаре я тихо прильну, осторожно и бережно трону струну…»

Моя гитарная жизнь теперь не столь бурная. За последние десять лет я сменил около десяти гитар, но полного удовлетворения так и не получил ни от одной. Я познакомился с мастером, Константином Гострым. Его гитары отличаются прекрасной «столяркой» и звучанием, но мне все еще хочется, чего-то большего. Сейчас я играю на одной из его гитар. Многие пьесы стали недоступными. Правда, недавно повторил сонату «Меридиональ» Мануэля Понсе. От его музыки я всегда получал величайшее наслаждение.

Принялся за осуществление своей мечты – научиться качественно играть сложнейший гитарный прием – тремоло. Двумя пальцами правой руки тремоло я играл и раньше, но мне не нравилось такое исполнение. Качественно играть тремоло – это природный дар. Есть много гитаристов в мире, которые превосходно играют все, кроме тремоло, хотя достаточно и таких, которые кроме тремоло не могут играть практически ничего. Исполнители классического тремоло делятся на две категории: играющие квартоли ровно, где все четыре ноты имеют между собой равные промежутки, и другие, играющие квартоли, образуя между первой нотой и тремя остальными какой-то едва слышимый интервал. Причем последние три ноты образуют триоль. Для непосвященного слушателя и то и другое кажется приемлемым, но для гурманов только первый вариант считается подлинным тремоло, а второй – его пародией.

Естественно, мне, играющему тремоло на домре, режет ухо малейшее отклонение от ровности. Так вот, после своего 77-летия я решил освоить правильное тремоло тремя пальцами, хотя сразу скажу: есть гитаристы, играющие тремоло двумя пальцами, и довольно хорошо. К примеру, Ана Видович. Эта молодая хорватская гитаристка покоряет слушателей прекрасным звучанием гитары и серьезным репертуаром.

Трехпальцевое тремоло у меня получалось очень долго неважно. Но я упрямо изо дня в день заставлял себя играть упражнения и этюды на эту тему. Я заметил, что пальцы стали более уверено попадать на струну и извлекать четкие звуки при быстром чередовании нот. В конце концов, добился весьма сносного исполнения. А тут меня приняли в российское общество репетиторов, которое стало присылать мне учеников. В основном это великовозрастные ребята и девушки, желающие овладеть гитарой, но есть и такие, кто обучается в детской музыкальной школе, но в силу разных причин продвинуться в игре не могут. Все педагоги знают, что обучать с нуля легче, чем переучивать и устранять порочные навыки игры. Я специализировался в основном на устранении таких пороков.

За долгие годы преподавания игры на гитаре у меня выработалась своя методика этого непростого дела. Не всякий гитарист-виртуоз может стать педагогом, для этого нужно иметь особое чутье в понимании индивидуальных способностей ученика, нужно проявить умение заинтересовать его пьесами и упражнениями.

С учеником

И не убить непомерными трудностями его желание учиться. Скажу, что очень приятно видеть, как ученик, который начинал обучение буквально с нуля, через некоторое время становится гитаристом.

Почти каждый из выдающихся гитаристов прошлого оставлял после себя определенные учебные пособия. Фернандо Сор и Наполеон Кост оставили замечательный труд по методике преподавания. Правда, основоположник современной школы игры на шестиструнной гитаре – Франсиско Таррега лично не оставил учебного пособия, но его ученик П. Роч издал школу поего методу. Капитальный труд – «Школу игры на шестиструнной гитаре» издал и другой его ученик – Э. Пухоль, заложив туда основы методики Тарреги. Наши российские гитаристы П. С. Агафошин, А. М. Иванов-Крамской тоже издавали свои школы. Но я с большим удовольствием веду занятия по «Самоучителю игры на шестиструнной гитаре», автором которого является мой учитель – Евгений Дмитриевич Ларичев. В 2013 году он умер на 80-м году жизни. Это был прекрасный гитарист и педагог.

Перефразируя известную фразу, можно сказать: «педагогика – дело тонкое», она требует от учителя абсолютных знаний предмета. Педагог-гитарист всегда должен быть в форме и способным проиллюстрировать ученику любую пьесу, которую тот разучивает. Только так и никак иначе. Конечно, нынешние условия обучения резко отличаются от тех, которые были у меня раньше. Сейчас интернет позволяет детально изучить игру выдающихся гитаристов мира, увидеть и прослушать мастер-класс почти любого из признанных корифеев гитары. Нужно только, как сказал кто-то из великих: «не позволять душе лениться».

Некоторые аспекты моей педагогики
Кто-то подсказал, а что-то сам придумал

Могу ли я говорить о педагогике, не имея специального образования? Конечно, с точки зрения «высокого искусства» – нет. А вот с точки зрения жизненного опыта, считаю, что – да. За свою жизнь я встречался с выдающимися гитаристами и педагогами, учился у них и все, что я впитал от них в себя, считаю, не должно уйти вместе со мной. Так в чем же заключается моя методика преподавания игры на гитаре? Не помню, кажется М. Ломоносов говорил, что «науки надо вводить без особых кровопролитий». Другими словами – не торопить события, не стремиться «объять необъятное». Двигаться вперед только после хорошо усвоенного и качественно исполненного предыдущего материала, но раз за разом подбрасывать ученику новые» трудности», которые он должен преодолевать на основе уже полученных навыков.

В детских музыкальных школах все обучение подчинено программе. Ученик должен к положенному сроку играть определенный материал, то есть ученики с разными способностями уравниваются и педагогу приходится с этим считаться. Мне кажется в нашей системе детского музыкального образования есть серьезные проблемы. Обучение игре на инструменте не может быть конвейерным – 45 минут занятий с одним и заходи следующий! Урок должен заканчиваться только после того, когда педагог убедится в том, что ученик твердо усвоил предлагаемый материал. Видимо, в большинстве случаев этого не происходит. Вот и получается: тут ученик не усвоил, там не совсем понял, а в результате все обучение сильно «хромает». Мои друзья педагоги, а их осталось только двое, вынуждены были уйти с педагогической работы в ДМШ и заняться частными уроками. И не жалеют об этом.

С чего я начинаю обучение? Прежде всего с посадки и статической постановки рук. Это все прекрасно описано в учебной литературе. Правда, в постановке правой руки сейчас появилось «новое веяние». Наши гитарные корифеи при игре не пользовались усилителями, микрофонами и прочей электронной аппаратурой. Их игра была настолько мощной, что заполняла звуком огромные концертные залы. И в своих школах игры они рекомендовали извлекать звуки пальцами правой руки (кроме большого) перпендикулярно натяжению струн. Сейчас же, благодаря достижениям науки и применению электроники, большинство современных педагогов выдвинули новую теорию о том, что струны при старом способе звукоизвлечения якобы оказывают некоторое сопротивление пальцам и как бы прилипают к ним. Поэтому звуки надо извлекать под некоторым углом к струнам, т. е. кисть правой руки надо слегка повернуть в сторону грифа. Может быть это и верно, когда есть аппаратура, а когда ее нет, то лучше учить по-старому. Гитара в этом случае звучит мощнее.

Когда начинается динамика, то есть, собственно игра, здесь я делаю упор на два основных способа защипывания струн пальцами правой руки – «апояндо» (с опорой на соседнюю струну) и «тирандо» – (без опоры). Необходимо обучить учащегося двум этим основным приемам звукоизвлечения. Ученик должен научиться применять эти приемы автоматически. Точно так же, как мы не замечаем своего дыхания. Существует целый ряд пьес, где эти приемы чередуются. Нужно только умело подбирать и предлагать ученику эти пьесы, помня основной принцип обучения: от простого к более сложному.

Строгих правил на применение апояндо или тирандо нет, но рекомендуется гаммы и пассажи, а также мелодическую линию пьес играть приемом апояндо. Тирандо хорош для арпеджий, а также для тремоло. И еще. Не последним фактором является желание ученика выучить ту или иную понравившуюся пьесу. Не стоит навязывать ученику пьесы, которые ему не нравятся. Про постановку левой руки мне нового сказать нечего – все прекрасно описано в учебниках. Нужно только следить чтобы большой палец находился под грифом напротив указательного и прижимался к грифу не всей плоскостью, а боковой поверхностью и не выглядывал из под грифа.

Естественно, параллельно со всем этим должно идти обучение нотной грамоте. Необходимо привить ученику основы «ритмического сольфеджио». Что это такое? В пьесах встречаются различные ритмические «хитросплетения» нот. Сочетание различных длительностей не всегда поддается счету на «раз и, два и»… и. т. д. Сочетание дуолей с триолями, нот с точкой или с двумя точками с нотами без точек – все это создает трудности если ученик не умеет все это ритмически пропеть. Прежде чем играть такие сочетания, их нужно пропеть, повторяю – не мелодически, а ритмически, используя простейшее: «та» или «таа», модулируя длительностями этих звуков. При этом ученик должен отсчитывать метр рукой. Конечно, в учебных заведениях изучение музыкальной грамоты идет более углубленно, параллельно с изучением сольфеджио преподается общее фортепиано и прочие предметы. В частной практике все это маловероятно, но все зависит от желаний обучающегося.

Я у кого-то из музыкальных педагогов вычитал такую фразу: «Медленная игра не научит быстрой». Все музыканты понимают и безоговорочно принимают основной постулат: разучивание новых пьес должно идти в медленных темпах, скрупулезно следуя аппликатурным указаниям в тексте. И только после усвоения необходимо добиваться темпа, указанного автором. Я лично этого придерживался и придерживаюсь всегда. Но после усвоения всех технических трудностей, необходимо выбирать темп такой, каким он указан в нотах.

Что же необходимо для достижения скорости в игре? Многие педагоги советуют играть с утра до вечера гаммы. Не спорю, но нужно это делать тоже с умом. Тут надо сказать, что, на гитаре гаммы не имеют такого решающего значения, как при игре на других инструментах, где каждая нота определенной высоты имеет единственное место извлечения. На гитаре большинство одинаково звучащих по высоте нот, начиная уже с малой октавы, имеют несколько «адресов» на грифе. Поэтому одну и ту же гамму можно сыграть в разных позициях на разных струнах. Чтобы достичь скорости нужно гаммы играть не просто звук за звуком, а формировать ступени гаммы в дуоли, триоли, квартоли, секстоли и тому подобное, при этом, внутри скомплектованных группировок можно делать различные сочетания по длительности. Очень помогает проигрыш трудных мест (пассажей) в пьесах по многу раз.

Ко мне приходят ученики с различной степенью подготовки, но, в основном, это нулевая, когда ученик не знает нотной грамоты и никогда не держал гитару в руках. Это, как говорил мой первый учитель – «нераспаханное поле для посева разумного, доброго, вечного». Другое дело, когда приходит ученик с начальной подготовкой, но с явными пороками в постановке рук, а отсюда и с неверными способами звукоизвлечения. Переучивать гораздо труднее, чем учить заново. С такими учениками приходится работать долго и упорно. Необходимо потребовать от ученика забыть все старое, что игралось ранее. И начать с нуля.

Особенно часто у таких учеников «страдает» звукоизвлечение большим пальцем правой руки. Они вовлекают в защипывание этим пальцем струны всё предплечье, что категорически делать нельзя. Большой палец должен быть всегда впереди остальных пальцев, его движение должно быть направлено в сторону конечного сустава указательного пальца, в так называемый «испанский крест». Остальные пальцы должны совершать движения во внутреннюю часть ладони и ни в коем случае не выходить при этом за пределы внутренней части большого пальца. Здесь очень много нюансов и от педагога требуется максимум внимания.

Педагогу необходимо научить ученика извлекать правой рукой двойные ноты. Это «краеугольный камень» технической подготовки гитариста. Широкие интервалы, как правило, извлекаются с участием большого пальца и одного из трех остальных почти всегда приемом одновременного апояндо. Пальцы должны нажать на струны, на которых должен звучать интервал, и соскользнуть на соседние. Необходимо строго следить за одновременностью извлекаемых нот. Не допускать опережения в звучании одной из нот. Здесь апояндо может быть глубоким, когда пальцы задерживаются на соседней струне и легким, когда только слегка её касаются. Узкие интервалы извлекаются приемом тирандо. Здесь могут быть самые различные сочетания из четырех пальцев. Есть особый прием извлечения секст по третьей и первой струнам. Это делается приемом апояндо указательным и безымянным пальцами.

Конечно, техника является средством выразительности. Не имея технической подготовки невозможно передать звучание пьесы так, как этого хочется. Но и выразительность в игре сама по себе не приходит. На начальной стадии обучения педагог должен привить ученику понятия о мелодическом движении в пьесах, о многоголосии и одноголосии, что такое аккомпанемент и что такое мелодический рисунок. В дальнейшем, когда ученик начнет понимать музыку, с ним можно говорить об агогике – индивидуальном понимании в отклонении от указанного темпа в музыкальном произведении. Если педагог очень настойчиво требует от ученика соблюдать знаки динамики в тексте, то это, на мой взгляд, может выработать у ученика этакое иждивенчество, без собственных эмоций. Поэтому полезно иногда дать ученику выразить собственные чувства без оглядки на указанные в тексте знаки.

И еще хотелось бы сказать об учебниках. Сейчас нотные отделы магазинов завалены разной литературой для классической гитары. Педагогу надо выбрать тот учебник для ученика, который соответствует его стилю преподавания. У меня есть школа игры испанского гитариста Аренаса. Так вот, в этой школе во всех упражнениях и пьесах аппликатура для левой и правой рук проставлена у каждой ноты. Я считаю, что это правильно. В силу своей специфики гитара многотембровый инструмент. Одну и ту же ноту можно извлечь на разных струнах. Отсюда и исполнение очень зависит от правильно выбранной аппликатуры. И еще. Не надо усложнять трудной аппликатурой и без того трудный инструмент. Но хуже всего, когда в учебной литературе не проставлено никакой аппликатуры.

В завершение скажу, что нельзя, как говорится, «стричь под одну гребенку» всех учеников. К каждому ученику учитель должен находить индивидуальный подход. Учитывать нужно все: качество его инструмента, конституцию кистей рук, музыкальный слух, состояние здоровья и даже семейные условия. Ни в коем случае нельзя повышать голос и выражать неудовольствие жестами и поведением. Только добродушие и дружеская расположенность! Чаще хвалить. Не останавливать игру ученика, если он допустил какую-то неточность. Пусть доиграет до конца пьесу или этюд и только после этого указать на ошибки и помочь их исправить. Чаще играть дуэтом, как в унисон, так и разные партии.

В завершение хочу сказать, что я не претендую на абсолютную истину моих рекомендаций. Кто-то скептически улыбнется и скажет, что сказанное мной давно устарело, а кто-то найдет в этом рациональное зерно.