Текст книги "Новый Король Галактики"

Глава 20

Город только от фонтана казался безжизненным. Едва десантники зашагали по одной из широких улиц, лучами расходящихся от того места, где бил фонтан, как в глаза бросились неподвижные фигуры часовых у подножий арок, нависающих над улицами, как мосты над реками. Даже Велт, не сталкивавшийся с ними лицом к лицу, сразу распознал в солдатах золотых легионеров – характерное свечение лат трудно было не узнать.

Фонтан не являлся центром города. По крайней мере, различалось еще несколько центров, где улицы сходились лучами. Одна из таких площадей-центров находилась недалеко, километрах в трех – там возвышался большой зеркальный купол, как раз за тремя парами охраняемых арок. Купол привлек внимание десантников и потому, что свечение потолка над ним казалось самым ярким, насыщенным. Можно было даже подумать, что купол излучает свет, а тот уже отражается от потолка и освещает город. И Сергей и Велт как-то сразу, не сговариваясь, решили, что двигаться нужно именно туда.

Прежде чем вынырнуть из-за высокого, в виде свисающей с дерева капли, строения и показаться на глаза легионерам, до которых оставалось еще не меньше двухсот метров, Велт взялся готовить оружие из своего арсенала.

Сергей же не мог ждать. Он ходил взад и вперед, то выглядывая из-за строения, то перебрасывал с одной руки в другую свой лестель, мешал Велту и изводил и его и себя упреками за медлительность. Теперь, рядом с целью, терять драгоценные секунды казалось преступлением!

Наверное, землянин и не заметил бы, что лестель не действует – настолько он возбудился. Зато Велт стал спокоен, как никогда. Борьба с самим собой в туннеле под фонтаном, похоже, только встряхнула профессионала. Велт указал на холодный кончик оружия и спросил:

– Ты что же, ничего не чувствуешь?

Сергей опомнился. Прибор не действовал. Энергия вокруг не ощущалась – усилитель биотоков ничего не усиливал. Попробовал ударить силовой волной по стене здания, но ничего не сделал, только еще больше ослабел от напряжения.

– Больше не пробуй, – предупредил Велт. – Дело не в лестеле – я перестал замечать рангмер на руке.

– Не хочешь же ты сказать, чтобы я дрался с Золотыми обыкновенным мечом?

Велт кивнул:

– А ты совсем разленился!

Из арсенала австрантийца удалось выбрать несколько предметов, которые вели себя, как обычно: портативный бластер, игломет со слюдяными патронами, легко растворяющимися в крови противника и усыпляющими его, многозарядный вибратор с похожим на сдутый мячик выбрасывателем и громоздкое на вид, так называемое, воздушное ружье. Поляризатор, как и другие прочие безделушки, почему-то не действовал.

– Нас, можно сказать, разоружили. Что тебе больше нравится?

Сергей пожал плечами – оружие выглядело совсем не как земное, а на тренировках с подобным даже не знакомили. После некоторого размышления Велт выбрал себе игломет, сильнодействующее средство лишь в руках настоящего снайпера, а землянину дал воздушное ружье. Подняв вертикально пластинку монитора на стволе, Велт объяснил:

– Когда будешь стрелять, поглядывай сюда. На мониторе видно только то, что будет уничтожено при выстреле, и ничего больше. Вот это кольцо, – он ткнул пальцем в трубку ствола, – изменяет дальность обстрела. Это – интенсивность воздушной волны. А это – ширину зоны обстрела. Все понял?

Велт оперся на стену строения-капли, изменился в лице и взялся внимательно осматривать хрусталь фундамента.

– Что-то случилось? – не понял Сергей.

– Как тебе сказать… Знаешь, из чего здесь дома?

– Нет.

Велт потрясенно поднял взгляд.

– Это вообще не материал, Сережа. Это – силовое поле! Все строения не из стекла, ты понял?! Их в любой момент можно выключить и включить, изменить высоту, ширину, форму… Надоел вид города – взял и в пару минут все перестроил… Фантастика! Излучатели – внутри хрустального фундамента… но где?

– Это что-то значит? – в голове у Сергея не находилось места архитектурным чудесам. «Любознательный» Велт отвлекался на ерунду, в то время, когда Лита могла так нуждаться в помощи, могла стоять на грани гибели…

Велт встрепенулся.

– Да, ты прав. Ничего не значит. Готов?

Сергей нервно кивнул.

– Тогда вперед!

Они выскользнули на улицу и бросились бежать прямо к арке, где стояли легионеры. Их заметили. Послышались изумленные вскрики и сверкнули мечи.

– Стреляй! – гаркнул Велт.

На мониторе-прицеле как раз разместилась вся арка и все ее окружение на пять метров в радиусе. Сергей потянул за спусковой рычаг.

Хлопок показался очень громким даже через герметичный шлем – на некоторое время мир звуков прекратил существование. Зато и легионеров буквально смело мощнейшей волной воздуха, а сама арка растворилась в пылевом облаке – ее хрустальное подножие разлетелось осколками хрусталя. Сергея же удивило только одно – он не ощутил отдачи. Думать о подобной чепухе не хватило времени – Велт уже перепрыгивал через хрустальные глыбы.

Выстрел послужил сигналом объявления войны. Дальше, выше по улице, из домов выбежал целый гарнизон стрелков из арбалетов, и через какую-ту секунду улица превратилась в свистящий рой маленьких дисков, которые, попадая в силовые стены зданий, отлетали от них, практически не теряя скорости и мчались дальше, уже непредсказуемые и потому еще более опасные, и застревали лишь в хрустале улицы или фундамента. Пальнув наугад, Сергей нырнул в переулок, едва поспевая за Велтом. Диски пронеслись совсем рядом. Десантники тут же выбежали, сделали короткую перебежку и прижались к колонне, едва не настигнутые новым роем. Выкатившись боком на мостовую, Сергей выстрелил три раза едва ли не очередью, не глядя толком, куда попадет. Не дожидаясь результатов, десантники опять мчались по улице, ритмично ударяя пятками по хрусталю под ногами и не видя впереди себя ничего, кроме серого тумана.

И только когда облако хрустальной да и обычной пыли улеглось, стало ясно, что арбалетчиков на прежнем месте нет. Искать их тела, чтобы убедиться, что все погибли, желания не нашлось. Едва миновав еще одну арку, на этот раз не разрушая ее, Велт подал мысленную команду «Пригнись!» и молниеносно снял из игломета двух стрелков на крыше дома, похожего на баобаб. Сергей не удержался и пальнул туда же, когда один из уже пущенных легионерами дисков изменил под напором воздуха траекторию и вертикально, с надрывным визгом пилы, вошел в хрусталь мостовой у самых его ног.

– Спокойнее! – приказал Велт. – Стреляй реже, иначе нас засыплет обломками!

Дальше находилась площадь. Оказалось, что светящийся купол значительно дальше, а на этой площади построено нечто вроде трибуны и амфитеатра ступень-скамеек. Строение располагалось ниже уровня мостовой, поэтому с улицы не замечалось. Сразу за площадью улица продолжалась и по прямой выходила уже непосредственно к дворцу со светящимся куполом наверху, но зато вокруг амфитеатра непрошеных гостей ждало целое кольцо монахов в таких же черных рясах до колен, какую еще недавно носил Велт. Едва увидев врага, монахи разбили о мостовую шары размером с человеческую голову, выпустили из них густые облака дыма, и сами растворились в них.

– Газ парализующего действия, – констатировал Велт не останавливаясь – вероятно, шлемы скафандров хорошо защищали от отравления.

Для пущей верности Сергей стрельнул в дым, но затем споткнулся и кубарем покатился по ступеням амфитеатра. Внизу, невидимые из-за дыма, его уже поджидали монахи с тяжелыми секирами. К счастью, Велту повезло больше – едва оказавшись на ступеньку ниже мостовой, десантник высоко подпрыгнул, перелетел через те ступени, которые Сергей пересчитал шлемом своего скафандра, и оказался рядом как раз вовремя, чтобы усыпить пятерых монахов и еще троих приколоть ножами-иглами для метания. Девятого монаха Сергей уже сам сшиб ногой из положения лежа.

Глянув в ту сторону, куда по всей вероятности лежал путь, десантникам показалось, что дым там становится все чернее. Только Велт, так и не отключивший звукового видения, сообразил, что перед ними не дым, а черная одежда монахов, число которых переваливало уже за триста… Вместо того, чтобы спускаться дальше, австрантиец потянул Сергея назад. Они выбрались на мостовую и побежали вокруг ямы амфитеатра. Несколько человек преградило дорогу, и Велт подстрелил их, не замедляя бега. Но дальше ждало целое море – ровные светящиеся когорты легионеров. Они запрудили всю улицу. Размышлять было некогда – Велт свернул в переулок. Тут никто не прятался, но зато в конце переулка явно обозначалась гладкая черная стена тупика. Сергей уже целился, но Велт одернул:

– Бесполезно! Ее так просто не возьмешь. Стреляй лучше…

– Куда?! – пользуясь задержкой, Сергей попытался отдышаться.

– Куда хочешь! Надо остановить их!

За ними бегом двигался ровный квадрат легионеров, надежно закрывающихся щитами от пуль Велта. С крыши на крышу прыгали арбалетчики.

Сергей усилил мощность и занялся разрушением изящных многовековых строений. За какую-то минуту поднялся настоящий смерч, так что сам землянин с трудом удержался на ногах. Воздух наполнила такая хрустальная пылища, что и эхолокация не спасала, а о шлем дождем застучали острые осколки. Велт выбрал направление и побежал между фундаментами, Сергей – за ним. Если преследователи и догоняли, то теперь их не было видно.

– Хватит стрелять!!!

Землянин действительно вошел в азарт. Он рушил все, словно все вокруг винил за разлуку с любимой; хлопки воздуха его уже не нервировали – он их не слышал, а поднимающиеся после каждых пяти-шести выстрелов вихри вполне соответствовали настроению и ничуть ему не мешали. Велт, наоборот, оставался хладнокровен, насторожен и ловок. Он чуял опасность заранее и усыплял одного стрелка за другим, непонятно как находя слабые места в броне их лат и нагрудников. Впрочем, смельчаки на крышах напрасно рисковали сломать шею – поднятый Сергеем ураган все равно не позволял дискам двигаться в заданном направлении.

Когда тяжело рухнула коробка дома перед ними – почему-то вполне обыкновенная, из голубого мрамора – цель – купол – появился совсем рядом. Перебравшись через растрескавшийся хрусталь фундамента и груду мраморных обломков, десантники оказались на площади, а дальше, метрах в трехстах от них, сверкал голубоватый купол на хрустальном ложе. Там же десантников ждал едва ли не весь Золотой Легион – все свободное пространство огромной площади вокруг купола заняли неподвижные фигуры бойцов.

Ветер подул так сильно, что десантники вынужденно спрыгнули на площадь – иначе бы их туда просто смело. Легионеры не шелохнулись. Зато прямо к иновременцам выдвинулась процессия монахов в черном. Сергей предостерегающе поднял оружие. Монахи остановились. Тот, что шел первым, поднял руки и прокричал, заглушаемый порывами ветра:

– Кто вы? Что вам нужно?

– Литу! – крикнул Сергей.

– Корону! – голос Велта оказался несравнимо громче, усиленный громкоговорителями шлема, о которых землянин и не подозревал.

Потом десантникам показалось, что они ослышались. Монах произнес:

– Станьте на колени и расстаньтесь с оружием!

– Только это? – уточнил Велт.

В голосе монаха они различили следы сожаления. Нечто подобное было в голосе Герцога, когда он говорил Сергею: «Ты должен умереть»:

– Подчинитесь мне! Тогда души ваши уйдут с миром!

– А что будет с телами? – чтобы распознать шутливый тон Велта, нужно было хоть немного знать его. Монах же ответил серьезно:

– Этот город не менялся вечность! Вы принесли в него разрушение и смерть! Тела должны быть жестоко наказаны, должны быть наказаны… – монах не находил слов, чтобы передать, какой суровой каре следует подвергать за такое. Он едва справился с волнением. – Я сам отрублю руки, поднявшие оружие на святыню, ноги, принесшие вас в Вечный Город, расколю головы, в которых родилась преступная мысль, и, возможно, тогда… будете прощены…

– Здорово. А если не согласимся?

Несколько тысяч солдат, как один, подняли оружие, хотя даже первые их шеренги едва ли могли слышать слова монаха или Велта.

– Вы и тогда умрете, но навечно…

– Хватит! – перебил Велт. – Если на счет три не освободите дорогу, мы сами ее расчистим!

Велт досчитал до трех, но ни один солдат не шелохнулся. Ветер трепал перья на их шлемах и резал лица битым стеклом, но они стояли неподвижно, как стена. Только монахи предусмотрительно удалились.

– Стреляй, но сбавь интенсивность, а то ветер достигнет такой силы, что и мы запорхаем, как бабочки!

Беглые выстрелы Сергея прорубили глубокие просеки. Легионеров на прицеле сметало, но остальные не дрогнули, потрясая своей тупостью. Едва образовался достаточно широкий проход, десантники устремились в него, стреляя теперь уже во все стороны.

– А ведь дядя в сутане прав, – заметил Велт мысленно. – Нам за такие дела действительно поотрывать бы и руки, и ноги!

Сергей не ответил. Он рисовал в воображении безжизненное тело Литы, такое, как подобрал в Санорской долине, вспоминал две недели, проведенные с девушкой, вспоминал ее шутки, ее рассказы, ее смех, ее глаза… – больше его ничего не трогало. Он рвался вперед, подымая ураганы ветра. Он с великой радостью разрушил бы не только этот «вечный» подземный город, но и весь Австрант до самого ядра и со всей его солнечной системой!!!

И все же, в какой-то момент легионеры ухитрились приблизиться настолько, что стрелять пришлось бы в упор, что равносильно самоубийству. Велт еще целился в кого-то из игломета, а вот Сергею пришлось перекинуть ружье в левую руку, а правой подхватить с мостовой меч – вовремя, чтобы не лишиться жизни.

Он уперся в хрусталь ложа купола и только тут сообразил, что рвался вперед, не думая, как проникнет вовнутрь. Пока размышлял, какой-то ловкач выбил из руки ружье ударом плети. Сергей остался лишь с тем оружием, владению которым обучен. Сжав меч обеими руками, он сцепился с напавшим легионером с таким исступлением, что противник отступил. Пыль и ветер скрывали остальных солдат и даже Велта, который должен был быть где-то рядом…

Легионер захрипел, хватаясь за пораженную шею, ветер сбил его с ног и спрятал в пылевом облаке, раскачивающемся, подобно смерчу. Землянин быстро огляделся. С того момента, как у него не стало ружья, истекло секунд пять. Велт в рукопашную отбивался сразу от троих, и делал это так ловко, что через несколько мгновений оказался рядом.

Они запрыгнули на хрустальную плиту. Сергей, успевший подобрать ружье, взялся очередями лупить вниз, не давая опомниться полчищам солдат, на какое-то время потерявшим их из вида, а теперь набросившимся с новыми силами. В это время Велт попытался прорубить бластером отверстие в стене купола – как и здание перед площадью, купол оказался настоящим, не из силовых полей, по крайней мере, снизу, в основании – будь иначе, пытаться что-либо сделать было бы смешно.

Легионеры уже влезали на плиту фундамента и слева и справа – землянин не успевал менять зону обстрела. И тут – надрывный свист, толчок в ногу, резкий шок и боль – арбалетный диск вонзился таки в ногу Сергею, как раз под прежней, еще сегодняшней раной. Сергей рухнул как подкошенный, тщетно пытаясь найти опору, и задохнулся от боли, подсознательно проклиная предательски лопнувшую металлоткань скафандра. Но и купол наконец поддался – землянин почувствовал, как его подхватили крепкие руки Велта, и увидел над собой желтый вогнутый потолок. Вой ветра приглушили стены.

– Идти можешь? – спросил десантник.

– Боюсь, что нет.

Диск крепко застрял в ране – рваные края цеплялись за кость, да и времени заниматься ногой не хватало – в проломе купола и без того слабый свет заслонили фигуры солдат. Велт выстрелил два раза, но иглы разлетелись о сталь щитов.

Если бы легионеры решились шагнуть под купол, на этом бы все закончилось… К счастью, какое-то суеверие, связанное с этим местом, остановило солдат. Они даже не стреляли.

Кровь хлестала из раны. Штанина скафандра прилипла к коже. Велт хотел сделать перевязку, но Сергей не дал:

– Потом, я стерплю.

Десантник не стал спорить. Они находились в треугольном секторе под куполом, маленьком и лишенном дверей. Стены перегородки сходились под углом в шестьдесят градусов.

Легионеры ждали снаружи. Оставалось только надеяться, что никто из них не выстрелит в отверстие – промахнуться было невозможно. Подчиняясь настойчивой просьбе Сергея, Велт взялся дырявить перегородку. Стена самого купола имела толщину более, чем пятьдесят сантиметров, а перегородки оказались раза в три толще, правда, их материал лучше поддался лучу бластера. Вырезав прямоугольник в человеческий рост, Велт с трудом вытолкнул плиту в соседнее помещение, где та громыхнула о пол. Сергей поспешил пролезть в образовавшийся проем. Он опирался на меч, как на костыль.

За перегородкой открылось пустое пространство, слабо освещаемое фосфоресцирующим потолком. Как оказалось, купол внутри полый, пустой, и поддерживается треугольниками перегородок по краям и широченной колонной посередине. Но, кроме этой колонны, под куполом вообще ничего не пряталось.

– Я начинаю сомневаться, что нужно было лезть в это пекло, ради… – Сергей перебил Велта, указывая на едва различимую дверь в колонне. Десантник понял без слов.

Это действительно была дверь. За ней, в полости колонны, вверх поднималась винтовая лестница, вьющаяся вокруг уже цельной колонны потоньше. Десантники стали взбираться.

Для Сергея подъем оказался настоящей пыткой. Гравитационные устройства в ранцах, как выяснилось, не работают и только создавали лишний вес. Внизу послышался шум – вероятно, ворвались таки солдаты.

– Мы уже выше неба этого проклятого города, – понял Сергей.

Колонна стала толще, радиус между витками лестницы увеличился. Тогда сверху неожиданно набросились монахи. Велт был начеку, поэтому успел увернуться от удара копьем, а вот Сергей почувствовал жгучую боль в плече. Посмотрел и в ужасе отвел взгляд – арбалетный диск разворотил все, что можно. Рука сама разжалась, роняя ружье.

– Держись, землянин! – подбодрил Велт. Он не оглядывался и не знал, что Сергею действительно огромных усилий стоит «держаться».

Одной рукой Велт разбрасывал лезвия, другой стрелял из бластера, но даже явное превосходство оружия не защищало его полностью – даже профессионал Велт получил несколько царапин и лишился треснувшего под могучим ударом секиры шлема. Сергей прятался за его спиной и силился здоровой рукой дотянуться до ружья. Он даже метнул кинжал, и довольно удачно – раненный монах покатился по ступенькам вниз, едва не утянув за собой и самого землянина.

Эти монахи оказались настоящими мастерами: бесшумно скользили по ступеням, легко уклонялись от выстрелов, слетали вниз, зацепившись кошкой за отверстия в колонне, рассекали воздух серией ударов и взмывали вверх, как мячики на резинке. Всего шесть человек, но отняли минут пять, и лишь когда четверо из них в конце концов сгорели под лучом бластера, а один не смог подняться, раненный кинжалом землянина, оставшийся скрылся.

Десантники продолжили подъем. Когда Велт оглядывался, Сергей сгибался, скрывая рану в плече – он боялся любой задержки, любого промедления.

Лестница неожиданно кончилась. Они стояли в круглом зале с множеством дверей, из которых следовало выбрать одну. Этот дешевый фокус наверняка рассчитывался на людей начисто лишенных интуиции и предвидения. По крайней мере десантники не колеблясь выбрали дверь слева и забыли про остальные.

– Давай-ка свое ружье…

Сергей кивнул на сапог скафандра. Ружье волочилось за ним, зацепленное за крючок в сапоге. Велт посмотрел на ружье, удивленно поднял брови и только тут обнаружил ужасную рану на плече землянина. Он открыл было рот, но сдержался, молча подобрал оружие, выстрелил в дверь, разлетевшуюся в щепки, и сочувственно подставил плечо, давая Сергею опереться на него. За дверью оказался коридор, а по обе стороны от дверей ожидало по шеренге монахов в белых сутанах. Едва перебравшись через порог, Сергей получил еще и рубец на боку. Не церемонясь, Велт, которого еще раз ударили по неизвестно как удержавшемуся на голове шлему, открыл огонь из бластера с максимальным рассеянием. Теперь монахов оказалось слишком много, чтобы свободно маневрировать по коридору. Мешая друг другу, на замкнутом пространстве они оказались обречены, не смотря на все свое мастерство. И хотя рассеянный огонь ранил намного слабее направленного, его хватало, чтобы попавший в зону обстрела уже не поднялся.

Пока Велт возился с монахами, Сергей завалился в углу, пытаясь самовнушением вернуть послушность мышц или, хотя бы, нервов.

Секунда, и Велт уже выносит новую дверь. За ней открылся ярко освещенный, украшенный фресками зал, в центре – хрустальный цветок, с бутоном, площадью не меньше сотни квадратных метров, поднимающийся над дымящимся обширным бассейном. В бутоне, на подогнутых лепестках, в хрустальных чашах-росинках лежали предметы настолько бесполезные на вид, что десантники сразу узнали в них те самые «реликвии» Герцога: что-то вроде жезлов, шариков, браслетов, гребней, блюд, украшений – каждый предмет в отдельном сосуде и на видном месте.

Рассматривать долго не дали. Круглый бассейн окружали белые монахи, в числе не меньше тысячи. Велт уже поднял бластер, но не выстрелил, отвлеченный величественным жестом одного из них, украшенного светящимся обручем на голове, и изображением пересекающихся полумесяцев на груди длинной слепяще-белой сутаны – вероятно, главного здесь. Монах приблизился на длину копья и пристально вгляделся в лица десантников. Для Сергея любое ожидание приносило муки, но Велт не стрелял. Монах ничего не сказал, не вслух, не мысленно. Он только смотрел, тоскливо и изучающе, а потом поднял руку, и все войско с траурной медлительностью скрылось в примыкающих к залу галереях. Монах же продолжал смотреть. В этом взгляде явственно различались ужас, потрясение, отвращение. Сергей понял, что монах смотрит на них как на самое отвратительное проявление зла, какое только могло зародиться на всех измерениях, как на нечто лишенное разума и неспособное остановить свою алчность. Даже не презрение, даже не отвращение, а нечто еще более глубокое и тяжелое.

А потом удалился и он сам, в глубокой задумчивости, печально опустив голову…

Велт выглядел, как обиженный ребенок, а Сергею вообще было не до того, как и кто к нему относится. Он с какой-то жалостью смотрел на без конца текущую из раны кровь и удивлялся только двум вещам: почему он еще не умер, и откуда в одном организме может взяться столько жидкости. Боль не прекращалась ни на минуту, поэтому землянин начал даже привыкать к ней.

– Странный он какой-то… – Велт встрепенулся и полез в бассейн.

– Так я и думал, – кивнул он, болтая ногами в облаках тяжелого пара. – Кислота.

– Ты же сгоришь, – промямлил Сергей.

– Не сгорю. Снизу мой скафандр цел, а кислота не доходит до пояса. Так что не сгорю. Задохнуться могу… Хромай сюда!

Велт бережно поднял Сергея и понес над кислотой. У землянина шлем оставался целым, и запаха не почувствовалось, но зато раны заныли, словно их посыпали солью. Сергей застонал, даже не стараясь бороться с собою.

– Ничего, – заверил десантник. – Если выберемся, тебя живо склеят. Потерпи, малыш! И не из таких переделок выходили!

Велт перекинул Сергея в чашу цветка, а сам подтянулся на руках и вскарабкался следом. Его скафандр дымился, как кипящий чайник.

Вокруг было то, ради чего они рисковали жизнью – десятки странных, непонятных предметов, бесценных древних драгоценностей. Сергей лежал у одного из них, похожего на скипетр и лихорадочно соображал, куда могли спрятать Литу – шестое чувство привело в эту комнату и теперь замолчало, словно до конца исполнило свой долг. В горящем сознании Сергея даже появилась мысль присвоить скипетр и потребовать у монахов, которых, наверное, полным полно вокруг, вернуть возлюбленную, взамен на реликвию. Однако, чтобы взять скипетр, нужно было, по крайней мере, разбить стекло «росы», в которое тот заключен, а на это требовалось столько сил, что Сергей боялся даже подумать.

Велт бродил среди сокровищ, как зачарованный, подолгу разглядывая то одно, то другое.

– Помнишь, как нам сказали, – произнес он. – Саму Корону мы и не увидим. Это мол «нечто». Напрягись-ка, последний раз, как думаешь, что здесь самое ценное?

Сергей как раз смотрел снизу вверх на пестик цветка из желтого хрусталя. На его верхушке находился изумительно красивый шар, напоминаюший по игре света знаменитый Архителкс эрсэрийцев. Больное сознание как раз пыталось решить проблему, почему пестик желтый, а шарик на нем разноцветный, и лежит ли он тут с самого начала или был перенесен позже. Велт проследил за взглядом землянина.

– Ого! Как же я не заметил? А ведь на самом видном месте… – австрантиец подошел и легко снял шар с пестика. – Похоже, то, что нам нужно.

Сергей послал импульс недоумения.

– Сфероид. Такие шарики мы используем, как носители информации. Должно быть, наши предки делали то же самое.

– Это и есть Корона?

– Что? – Велт не понял, но потом увидел, куда указывает Сергей. Золотистые тычинки образовывали вокруг пестика нечто напоминающее два пересекающихся полумесяца.

– Нам ведь показывали такое…

Велт кивнул.

– Так или иначе, задание мы выполнили. Если сфероид и не Корона, то ничего другого просто не существует – Хранители не пускали нас именно в эту комнату, следовательно, и «хранили» они именно этот хлам… Нам осталось только вернуться!

Как будто речь шла о такой мелочи – только вернуться!

Они перебрались через бассейн, и Сергей потребовал, чтобы Велт поставил его на ноги.

– Мне туда! – твердо заявил землянин, указав пальцем на одну из галерей – внутренний навигатор вновь ожил, и все внутри заныло от тоски и страха по любимой.

– Это еще зачем?

– Так нужно.

– Да тебе, похоже, совсем плохо, – встретив молящий взгляд Сергея, Велт все-таки согласился и помог землянину ковылять в выбранную им сторону, заставив перед этим проглотить таблетку антисептика.