Электронная библиотека » Геннадий Корж » » онлайн чтение - страница 18


  • Текст добавлен: 31 декабря 2013, 17:02


Автор книги: Геннадий Корж


Жанр: Политика и политология, Наука и Образование


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 18 (всего у книги 35 страниц)

Шрифт:
- 100% +

На самом деле в Ираке погибло около двух десятков наших парней…

«Кучмагейт»

Историю с пленками Мельниченко сначала назвали Кучмагейтом – по аналогии с Уотергейтом, в результате которого был вынужден покинуть свой пост американский президент Ричард Никсон.

Здесь четко видна системная ошибка, характерная для нашего общества, отученного вникать в детали. В Америке скандал разразился из-за того, что президент незаконно прослушивал оппозицию. То есть был нарушен закон. А у нас закон нарушали те, кто и поднял шум, то есть те, кто организовал подслушку.

Интересна реакция политиков на первое выступление в парламенте Александра Мороза. Представитель президента в парламенте Роман Безсмертный назвал его провокатором, один из лидеров СДПУ(о) Александр Зинченко – обвинил в преступлении. Лидеры парламентского большинства подписали совместное заявление, в котором обвиняли лидера социалистов в публичной акции с целью улучшения собственного политического имиджа. Это заявление также подписали лидеры обоих Рухов – Юрий Костенко и Геннадий Удовенко. Публично осудили лидера социалистов и большинство СМИ.

Бурно реагировали все. Пресс-служба СБУ назвала происходящее «провокациями и преступлением», пресс-секретарь президента Александр Мартыненко – «инсинуациями». Глава администрации президента Владимир Литвин заявил, что обратится в суд за защитой, МВД обратилось в прокуратуру с просьбой принять против Мороза меры.

О «провокации иностранных спецслужб» заявил Леонид Кучма. Он продолжил тему в телеобращении к нации 6 декабря 2000 года; правда, имени Мороза не назвал. Зато сказал, что против Украины начали осознанно спровоцированную и четко спланированную политическую кампанию, цель которой – «представить Украину в глазах остального мира нецивилизованным государством, диким и темным обществом».

Подтверждения тому, что именно таким обществом мы являемся, появились уже через день, когда в Борисполе таможенники задержали и обыскали членов парламентской комиссии по делу Гонгадзе – Александра Жира, Сергея Головатого и Виктора Шишкина. Они возвращались из Чехии после встречи с Мельниченко, и власти, видимо, полагали, что они могут везти новые фрагменты записей. Депутаты действительно везли видеозапись встречи, которую таможенники конфисковали. Но запись все равно попала на экраны – дальновидно было сделано несколько копий.

Организаторы этих незаконных действий совершили серьезную ошибку, когда зацепили депутатов. Из чувства солидарности большинством голосов парламент встал на защиту коллег – потребовал выслушать потерпевших, показать видео, заслушать «силовиков». Правда, попытка начать расследование против президента провалилась.

Провалилась и попытка осудить инцидент в Борисполе. Спикер всячески оттягивал голосование, а потом объявил перерыв на обед. А в перерыве представитель президента в парламенте Роман Безсмертный приватно сообщил, что в случае голосования за расследование президент распустит парламент и введет чрезвычайное положение. Голосование было сорвано после того, как в зале не появились председатель комиссии по расследованию дела Гонгадзе Александр Лавринович и другие депутаты. Сославшись на это, спикер голосование отменил, а потом и вовсе закрыл заседание.

В зале оставались около двух сотен депутатов, которые бурно обсуждали происходящее, как вдруг выключили свет…

Несколько заседаний прошли в борьбе с переменным успехом. В конце концов прошла резолюция, предложенная социалистами, рекомендовавшая президенту уволить министра внутренних дел и требовавшая от генпрокурора информировать парламент о ходе расследования.

На следующий день, 15 декабря, группа молодых социалистов во главе с Юрием Луценко и правых политиков, возглавляемых Владимиром Чемерисом, поставили на площади Независимости в Киеве палатки, начав акцию протеста. Вскоре к ним присоединились радикалы из УНА-УНСО, «Щита Отчизны» и Всеукраинской организации «Тризуб» им. С. Бандеры. Акцию поддержали социалисты, оба Руха и «Реформы и порядок».

17 декабря состоялась первая демонстрация, в которой приняли участие 10 тысяч человек. Еще через день жители палаточного городка пригрозили начать голодовку, если в течение 24 часов Кучма не выслушает их требования. На следующий день президент принял представителей протестующих. Они требовали освободить руководителей МВД и СБУ, речь также шла о предоставлении эфира на государственном телевидении и международном расследовании дела Гонгадзе.

22 декабря участники акции, посчитав дело сделанным, сняли палатки. 10 января прошли массовые выступления в поддержку президента; местные власти их организовывали в рабочее время.

30 января 2001 года оппозиция начала новую акцию протеста. Поскольку площадь Независимости огородили забором под предлогом проведения ремонтных работ по случаю 10-й годовщины Независимости, палатки поставили на Крещатике.

Через неделю открывалась очередная сессия Верховной Рады. По этому случаю оппозиция организовала 6 февраля в центре Киева демонстрацию под лозунгом «Украина без Кучмы». В ней принимали участие пять тысяч человек. Маршрут пролегал к Верховной Раде и администрации президента. Когда колонна ушла с Крещатика, три сотни молодых людей, которые называли себя анархистами, появились у палаточного городка. Часть из них, коротко стриженые парни, затеяли драку, а затем исчезли. Милиция не вмешивалась. Зато появились боевики из «Тризуба», которые затеяли драку с «анархистами», и те ретировались на соседнюю улицу.

В тот же день были и другие стычки: боевики «Тризуба» напали на коммунистов, боевики УНА-УНСО дрались с «Солидарностью» и Всеукраинским союзом рабочих, журналистов «Интера» побили члены «Щита Родины».

Медиа комментировали это как столкновения левых и правых радикалов.

9 февраля к оппозиции присоединилась Юлия Тимошенко, которая стала соучредителем Форума национального спасения. Тогда отмечали, что именно ее деньги стали основой для массовых протестов оппозиции. 13 февраля Тимошенко арестовали и отправили в Лукьяновский СИЗО. В этот же день появилось заявление президента Кучмы, премьер-министра Ющенко и председателя Верховной Рады Плюща, в котором оппозиция осуждалась за проявления фашизма. Оппозиционеров здесь называли «украинскими нацистами». В заявлении, в частности, говорилось: «Стоит поближе присмотреться к их символике и лозунгам, к атрибутам, которыми обставляются театральные политические шоу, чтобы убедиться – перед нами украинская разновидность национал-социализма».

«Подписанты» утверждали, что «против нашего государства развернута беспрецедентная политическая кампания со всеми признаками психологической войны». Они назвали Форум национального спасения «пестрым конгломератом», лидеры которого, «обиженные за собственные политические поражения и провалы, действительно ищут спасения. Только не для государства, не для нации, а для самих себя – от политического банкротства и забвения. А кое-кто – и от уголовной ответственности».

Последнее явно касалось Тимошенко, которая обвинялась в даче почти 80-миллионнодолларовой взятки Лазаренко, уклонении от уплаты налогов в размере сотен тысяч долларов и столь же масштабной контрабанде российского газа. Оппозиция, ошеломленная ее арестом, удивлялась, почему заявление подписали Ющенко и Плющ. Первый заявил, что сделал это потому, что был президентским премьером, второй – что подписал, не читая. Оба комментария звучали неубедительно. Когда заместителя генерального прокурора Украины Николая Обихода спросили, знал ли о противоправных действиях Тимошенко ее непосредственный начальник Виктор Ющенко, он ответил: «Человек на этой должности должен знать все». Возможно, здесь кроется объяснение поведения Ющенко.

Если сразу после первого заявления Мороза в парламенте относительно пленок Мельниченко в администрации президента царила растерянность, то теперь власть полностью взяла инициативу в свои руки. Но дело на этом не закончилось.

2 марта в «Financial Times» появилось письмо Джорджа Сороса, в котором тот писал: «Запад должен занять четкую позицию, осудив действия и поведение Кучмы. Международное сообщество не должно ни при каких условиях иметь дела с господином Кучмой, пока не закончится независимое расследование и виновные не понесут наказание. Население должно знать, что Запад на его стороне и будет противостоять любым попыткам Кучмы уйти от ответственности и, в конечном итоге, закона».

Продолжались уличные протесты. На этот раз использовалась новая форма – «суды» над президентом. 25 февраля в Киеве провели «государственный трибунал», во время которого Кучму «осудили» к обследованию в «советской специальной психбольнице».

И все же президент выигрывал это противостояние. Оппозиция теряла массовость выступлений (в «трибунале», например, участвовали всего 5 тысяч человек), в то время как за ним были СМИ, большинство в парламенте, силовые структуры.

1 марта был ликвидирован палаточный городок на Крещатике «Зона, свободная от Кучмы». Вся операция заняла 20 минут. Заручившись решением суда, милиция разогнала протестующих, затем территорию хорошенько убрали. С протестом против случившегося на улицы вышли уже только 50 человек.

Казалось, оппозиция выдохлась. Однако 9 марта состоялись наиболее массовые выступления этого периода. Как известно, в этот день отмечается день рождения Тараса Шевченко, и руководители государства по традиции возлагают цветы к его памятнику в парке его имени. Было решено помешать Кучме сделать это.

Оппозиционеры начали собираться в парке с самого утра. Однако перед началом церемонии их оттеснила милиция. Оцепление не пропустило и депутатов от оппозиции – особенно сильно пострадала Валентина Семенюк.

После того как цветы были возложены и руководители государства покинули парк, началась драка УНА-УНСО с милицией. Наиболее активных арестовали. А когда оцепление сняли, оппозиционеры растоптали цветы, а также ленты с национальной символикой, которые были возложены к памятнику.

Пока длился митинг, часть демонстрантов отправилась к киевскому ГУВД, требуя отпустить арестованных. Когда это требование было выполнено, казалось, что страсти вот-вот утихнут. Но произошло совершенно все наоборот. Сейчас говорят, что все получилось случайно. Однако очевидцы утверждают, что демонстранты вполне организованно двинулись к администрации президента. Причем они якобы подходили туда с трех разных сторон, чтобы затем в час дня скоординированно появиться на перекрестке Банковой и Лютеранской.

Демонстрантов было 15 тысяч, милиция прикрывала здание в шесть рядов, выставив металлические барьеры. Внезапно часть демонстрантов атаковала милиционеров, вырывая у них щиты, применив камни, палки, металлические стержни, те же барьеры. И хотя иногда утверждают, что нападавших было не более полутора десятков, кадры, которые потрясли Украину, свидетельствуют о том, что агрессивно действовала значительная часть тех, кто тогда пришел под администрацию.

Вечером милиция стала задерживать по всему городу молодежь, участвовавшую в демонстрациях. Больше всего было арестовано на железнодорожном вокзале, и в основном это оказались львовские студенты. Параллельно ОМОН разгромил офисы УНА-УНСО и Консервативной республиканской партии.

Последовавшие дебаты в парламенте ни к чему не привели. А 19 апреля состоялось голосование, в результате которого большинством голосов был отправлен в отставку премьер-министр Виктор Ющенко.

Хотя благодаря его усилиям зарплаты и пенсии стали понемногу выплачивать, но цены выросли, и в итоге жить лучше не стало. Кошмарной была и сложившаяся к зиме 2001 года ситуация с энергоресурсами, и урегулировать ее смогли лишь с помощью России.

Кризис закончился, и оппозиция вынесла из него важные уроки. Главным из них было понимание того, что только по-настоящему массовые акции протеста могут хоть как-то раскачать ситуацию. А для этого из «тени» следовало выйти и объединиться всем, кто выступал против действующей власти. Именно такой вариант будет использован в ходе выборов 2004 года. Такой вывод подтверждали и результаты социологических опросов. Опрос, проведенный фирмой «Социс» и фондом «Демократические инициативы» в декабре 2000 года, свидетельствовал, что всецело доверяющих президенту было 13 процентов, а в начале того же года этот показатель составлял 12 процентов. В то же время в январе 2000 года Кучма совсем не пользовался доверием у 46 процентов респондентов, а в декабре – у 45. По сути, оппозиция выступила с «нулевым» результатом.

Она явно недооценила масштабы ресурса, которым обладал президент. Кучма сумел заручиться также поддержкой Москвы, причем экономической. Вопрос о том, что же он пообещал взамен, до сих пор остается открытым.

Не случайно в одном из московских изданий появился вот такой рецепт: «В сложившейся ситуации Леонид Кучма обязан сделать выбор, избавиться от скомпрометированных лиц в своем окружении и ни в коем случае не пытаться разыгрывать антирусскую карту. У Кучмы есть шанс собрать эффективную команду профессионалов и начать реализовывать реалистичную и прагматичную политику, главным направлением которой станет постепенное сближение с Россией. От провальной идеи «многовекторности» придется полностью отказаться. Именно это, похоже, и происходит сейчас на наших глазах.

В противном случае положение Кучмы незавидно. Ясно, что за обвинениями последуют новые и президент может просто не выдержать их груза, хотя бы и в чисто моральном плане (впрочем, вопросы морали и нравственности мы здесь вообще не обсуждаем). Приход к власти Ющенко и его прозападной ультранационалистической команды не оставит ему и его окружению шансов на дальнейшее безбедное существование. Для русского же населения Украины это станет настоящей катастрофой.

Уход в сторону МВФ и НАТО, по сути, ничего Украине не дает. Она рассматривается лишь в качестве рынка сбыта западных товаров, сырьевой и военной базы. Нет оснований полагать, что Запад расщедрится на крупные кредиты, а следовательно, начнется рост производства и повысится уровень жизни населения. В конце концов, совсем еще недавно известный финансист Джордж Сорос откровенно заявил, что Украина должна предпринять очень много усилий, чтобы вернуть доверие западных инвесторов.

Если же Кучма, несмотря на очевидность негативного прогноза, продолжит играть в ГУУАМ, «многовекторность» и «открытость Западу», он окончательно и однозначно похоронит себя как политического деятеля. Хватит ли ему ума избежать столь бесславной участи? Хватит ли у России политической воли отстоять свои геополитические интересы в битве с превосходящими (по своим финансово– и медиаресурсам) силами противника?»

Лексика этого пассажа словно кричала – основное сражение впереди. В то же время на свой день рождения Кучма получил от Путина царский подарок в виде прекращения торговой войны. А это моментально сняло напряжение в бизнес-кругах, поддерживающих президента. Более того, усилило его имидж как политика, способного решать проблемы отечественного капитала.

Да и американцы приутихли. Так или иначе, но Кучме дали дотянуть до конца президентского срока.

Но о третьем сроке ему пришлось забыть. И в ходе выборов 2004 года американцы оказывали всяческую поддержку оппозиции. Говорят, что они потратили на выборы в Украине 18 миллионов долларов. Но это только то, что поступало из бюджета. Кроме того, с оппозицией щедро делились различные неправительственные организации и благотворительные фонды. По моим наблюдениям, это в основном были силы, близкие к демократической партии США. И именно Мельниченко на протяжении нескольких лет оставался основным тараном, при помощи которого били по Кучме.

Все это подтверждало, что курс на кардинальное реформирование украинской власти сохраняется. В сентябре 2002 года «Грани. Ру» опубликовали интервью с бывшим охранником Кучмы. Николай Мельниченко говорил в нем, что «очень скоро» в США «начнутся громкие судебные процессы» против украинского президента Леонида Кучмы и его окружения, «как вы понимаете, вопрос об аутентичности моих записей на суде уже не встанет». Он также заявил тогда, что на скамье подсудимых окажутся многие «ныне действующие высокопоставленные российские чиновники», чьи голоса также есть на записях, которые Мельниченко, по его словам, сделал в кабинете Кучмы.

Вот это интервью.

– Прежде всего о записи, в результате которой США «временно приостановили» финансовую помощь Украине. Когда она была сделана?

– 10 июля 2000 года.

– А когда вы покинули Украину?

– 26 ноября 2000 года.

– И как долго эта и другие магнитофонные пленки были только в ваших руках?

– Хочу уточнить, что я располагаю большим объемом информации. Часть этой информации я передал в следственную комиссию Верховной Рады Украины, некоторую часть – в Минюст США.

– А что касается записи по Ираку?

– Властям США я передал ее через своих адвокатов в мае 2002 года. ФБР проводило тщательную проверку ее достоверности по ряду параметров. И прежде всего устанавливалась тождественность записанного на пленке голоса голосу Кучмы. До этого такую же проверку прошла пленка с записью слов Кучмы о журналисте Гонгадзе и его установки на физическую расправу с депутатом Александром Ельяшкевичем. Результат проверок один – на пленке голос Президента Украины Леонида Кучмы.

– Удар нанесен, прямо скажем, расчетливо – в дни всплеска антипрезидентских выступлений в Киеве.

– С моей точки зрения, для дела оппозиции было бы полезнее обнародовать эту запись раньше – 14–15 сентября, когда все только начиналось.

– Вы считаете себя игроком на нынешнем политическом поле Украины?

– Ни в коем случае. Сегодня я далек от политики, у меня нет политических амбиций. Я не могу вам назвать ни одну политическую партию, силу на Украине, в рядах которой я бы себя хотел видеть. Во всяком случае, пока. Моя цель одна – посадить преступников на скамью подсудимых. И могу вам сказать, что очень скоро начнутся громкие судебные процессы.

– Где? В Украине?

– Нет, здесь, в США. Вместе с депутатом Ельяшкевичем мы готовим судебный иск против Леонида Кучмы. И не только против него. Как вы понимаете, вопрос об аутентичности моих записей на суде уже не встанет.

– Кого, кроме Кучмы, вы еще имеете в виду, когда говорите о судебном разбирательстве?

– Многих. В том числе и кое-кого из России.

– Вы хотите сказать, что среди ваших записей есть и такие, где звучат голоса ныне действующих высокопоставленных российских чиновников, и записи эти могут рассматриваться как доказательства их преступной деятельности?

– Да, именно это я хочу сказать. Но считаю нужным подчеркнуть: мы не хотим, чтобы пострадали национальные интересы Украины, России, других стран. Мы просто считаем, что преступление не может оставаться безнаказанным.

Еще в конце 2002 года отмечалась чрезвычайная активность западных организаций в Украине. Среди наиболее активных были Национальный демократический институт США (НДИ), Международный республиканский институт США (МРИ), «Дом свободы», фонд «Евразия», немецкий фонд Конрада Аденауэра.

Очевидно просматривалась и тенденция: поддержка так называемых неправительственных организаций (НПО). По данным Министерства юстиции Украины, на 1 января 2004 года в стране было зарегистрировано 399 международных организаций, 421 благотворительная организация с международным статусом, 179 структурных ячеек неправительственных общественных организаций зарубежных государств. Сеть НПО в Украине развивалась в первую очередь благодаря иностранной денежной помощи.

Бюджеты 90 процентов НПО уже тогда составляли от 50 до 300 тысяч долларов, зато каждая десятая имела 500 тысяч долларов и больше. Самыми крупными реципиентами оказались Международный фонд «Відродження» и Институт «Открытое общество», подчиненные американскому мультимиллионеру Джорджу Соросу. Интересно, что гранты, на которые выделялись эти немалые средства, предоставлялись под проекты, которые заказывала сама организация-донор! Так, между прочим, построена вся зарубежная помощь: основную ее часть съедают свои же.

Становилось все более очевидным, что деятельность НПО явно сориентирована на усиление влияния на политический процесс и общественное сознание. Да это и не скрывалось.

11 февраля 2004 года «The Wall Street Journal» писала: «Украинская оппозиция, США и ЕС должны осуществить необходимое давление на Леонида Кучму, убедить его провести свободные выборы, а также требовать от него прекратить перекраивать законы… Имея большое количество рычагов, Вашингтон израсходовал больше 2 млрд долларов, лишь бы поддержать свободную и независимую Украину. США могли бы с большей пользой посвятить большую часть этих средств для поддержки демократических соперников Кучмы, которые делают то же, что делала оппозиция в Сербии и Грузии».

По мнению А. Ослунда, директора программы «Международный мир» Фонда Карнеги, лишь в 2004 году США были готовы потратить в Украине около 200 миллионов долларов «на общечеловеческие ценности».

А Стивен Пайфер, один из помощников госсекретаря США и бывший посол США в Украине, откровенно заявил: «Мы поддерживаем те силы в Украине, которые поддерживают политические и экономические реформы, а также хорошие отношения с Соединенными Штатами… Мы ощущаем определенное право прийти и сказать: «Посмотрите – вот эти вещи вы не должны делать, а эти вещи вы должны делать».

Честно говоря, попахивает вмешательством во внутренние дела… Пайфер, который никогда не любил и не понимал Украину, доигрался до того, что его отказался принять президент Кучма, хотя такая встреча была запланирована в программе визита. А в результате ему пришлось отправиться на пенсию…

Депутаты Верховной Рады, которые 289 голосами проголосовали за создание временной следственной комиссии по вопросам установления фактов заграничного вмешательства в избирательные кампании посредством НПО, были уверены, что давно пора бить тревогу. В предварительном отчете комиссии было сказано, что «НПО, которые финансируются из-за границы, используются для разработки и внедрения эффективных политтехнологий… с целью дальнейших изменений их внутреннего и внешнеполитического курса в русле стратегических интересов тех, кто выделяет средства». Примечательно, что депутаты от «Нашей Украины» и социалистов отказались принять участие в работе этой комиссии.

В Украине действительно оказалось немало политтехнологов – в основном из Грузии и Сербии, то есть тех, кто имел опыт организации массовых протестов. Кое-кого из них из Украины выдворили, но в целом этой деятельности власти не мешали.

Интересно, почему? На последней в 2003 году пресс-конференции президент Кучма сделал несколько важных заявлений, которые помогут представить тогдашнее понимание происходивших процессов. Вот они:

«…Могут ли в Украине повториться грузинские события? Во-первых, я хочу сказать, что украинцы – не грузины, это уже важно. Во-вторых, поедьте в Грузию и посмотрите на ситуацию, которая там, и сравните с той, которая имеется в Украине. В-третьих, у нас уже были попытки сделать свой, украинский вариант, я имею в виду акцию «Восстань, Украина!» Цели были одни и те же. Вы хорошо понимаете, что наши оппозиционеры на такой шаг не пошли бы…»

«…Где вы видите какой-то наезд на Кабинет министров? Я, наоборот, говорю, что в экономике – это лучший год за последние три года. Но я подчеркиваю, что свое задание как президента вижу в том, чтобы обратить внимание на все недостатки, просчеты, которые есть. Кроме того, могут заработать механизмы, которые приведут к досрочному роспуску парламента. Президент на этот шаг не пойдет. Но все будут знать, что сегодня играть в такую игру, которая вредит украинским интересам, нельзя. Потому что можно получить роспуск. А скажите, пожалуйста, кто хочет досрочно уйти из парламента? Я таких не видел…»

«…Я свою позицию уже четко высказал. Я не собираюсь идти на третий срок. Вы не перегибайте палку, вот возьму и соглашусь! Если в парламенте будут выборы, то я ни в коем случае не буду баллотироваться, и не только в парламенте не буду…»

«…Перед тем как заявлять о своих президентских амбициях, каждому политику нужно исходить из того, какое место он занимает в ряду украинских политиков. И если ты с двумя-тремя процентами сделаешь попытку пойти в президенты, это вызывает только глубокую жалость, что человек не просчитывает даже на шаг вперед. А если этот человек является лидером партии, то он должен понимать, что в 2006 году можно поставить крест на парламентских выборах. Поэтому я повторяю, что должен быть тот политик, который действительно пользуется поддержкой, которая дала бы ему возможность на равных выступать на этом поле битвы…»

«…Я, например, со страхом смотрю на следующий год для Украины. Все же согласны с тем, что это будут самые страшные выборы в Украине, самые грязные и самые, самые, самые…»

Вряд ли соглашусь с теми, кто говорит, будто Кучма не отдавал себе отчета в происходящем. Да нет, он все прекрасно понимал. В другом интервью он с горечью оценивал происходящее:

«Можно идти двумя путями – зажать или вообще не вмешиваться. Я занял позицию невмешательства. Обо мне такое пишут… Самый главный враг всей планеты. Я некоторым своим оппонентам говорю: давайте по Украине проедем, посмотрим, как люди живут, потом поедем в Болгарию, в Румынию и сравним. И вы увидите, что это небо и земля, что Украина и без щедрых кредитов развивается нормально. Это при том, что мы после российского кризиса в 1998 году упали в два раза и поднимались очень тяжело. Это первое.

И второе: свобода прессы – это ведь тоже обслуживание интересов. И против этого не попрешь. А что, в Европе ситуация другая? Конечно, там до похабщины не опускаются, как у нас. А то, что у нас сегодня объединились крайне левые и крайне правые, – это нонсенс нашей системы. Это очень мешает.

Сегодня я работаю не в нормальном режиме президента – практически нет времени, чтобы сесть и обдумать очень серьезно все, посоветоваться со всеми по той или иной проблеме. Сотни вопросов, которые президент не должен решать, а решать приходится. Так уж сложилось. Я все пытаюсь от этого отойти. Я очень много общаюсь и с правительством, и с депутатами. Просто такую систему когда-то завел, а потом от нее отказаться уже сложно. Мне хотелось знать процессы изнутри».


Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 | Следующая
  • 0 Оценок: 0

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


Популярные книги за неделю


Рекомендации