Читать книгу "Оракулы Междуречья"

– Главное, что всё получилось, – я отмахнулся от его нравоучений, – может, в конце концов, ты мне пояснишь всё. Кто такой Сорокх? Зачем ему меня освобождать? Кто ты такой? Ничего не понимаю.

– Пойдём, – ответил незнакомец, оставив меня без ответов на вопросы, – за нами будет быть погоня. Нужно поторопиться.

Быстрым шагом двинулись вглубь леса. Во время разговора смог хорошо рассмотреть своего спасителя. На вид ему было около тридцати, подтянутый, с хорошо развитой мускулатурой, тёмными, длинными волосами, пытливыми чёрными глазами, он невольно вызывал уважение. На ходу мой спутник стал пояснять:

– Великий Сорокх – это брат Абанги, того самого, что приказал тебя схватить и запереть в подвале. Абанга злой, он делает только плохое, чёрные адаты служат ему. Великий Сорокх сдерживает Абангу и тот не может развернуться, как того ему хочется. Абанга хочет властвовать над всем нашим миром. Не знаю, зачем ты понадобился Сорокху, но он послал меня, чтобы я тебя освободил и доставил к нему.

– Как тебя зовут?

– Я воин Великого Сорокха – Далмин.

– А я Влад. Скажи, Далмин, как далеко нам идти?

– Не очень. К исходу дня мы будем в замке Великого Сорокха.

Далее мы шли молча. Жизнь в этом мире шла своим чередом: лесу свистели, перекликались птицы, слегка шумели вершинами деревья, какие-то насекомые или зверушки громко трещали в кустах. Далмин шагал, уверенно, не оглядываясь. Мне давно хотелось, есть и пить, но пришлось терпеть, не показывать же свою слабость. Однако Далмин, словно читая мои мысли, остановился возле неприметного деревца и сказал:

– Вон там, за холмом, небольшой ручей. Немного отдохнём.

Он свернул вправо, за живописный зелёный холм, поросший невысокими пирамидальными кустиками. За холмом блеснула вода: внизу нежно журчал узкий ручей, петляя среди нависших над ним деревьев. Я припал к воде и пригоршнями долго утолял жажду. Далмин уселся на берегу, осматриваясь вокруг.

– Расскажи о вашем мире? Кто здесь живёт, большой ли он? – полюбопытствовал я, усевшись рядом.

Далмин немного помолчал.

– Наша Васайя прекрасна. Ты видел, как здесь тепло, зелено и уютно. Правда, у нас бывает сезон дождей, тогда становится холоднее, тучи закрывают небо, идут дожди, светлых дней бывает в тот период очень мало. Но так длится недолго, всего два месяца, затем у нас снова тепло. Васайя большая, даже не знаю, где граница нашего мира, так как нигде не бывал, кроме нашей местности.

– А кто ещё живёт на Васайе, кроме адатов и вас?

– Адатов у нас много, но они всё равно не такие, как люди. Абанга подчинил чёрных адатов себе, он полностью контролирует их. Я живу в народе кампоров, на территории, подвластной Великому Сорокху, ему же служат и белые адаты. Мы занимаемся земледелием, немного ремеслом. Я отобран в качестве воина и советника Сорокха. Большего рассказать не могу, так как и сам знаю немного. Ты расспроси обо всём у Великого Сорокха.

Его рассказ, по большому счёту, ничего не прояснил. Не представляю, что мне делать дальше, как вернуться в Междуречье. Разве, что тот самый Сорокх сможет помочь, остаётся набраться терпения и ждать.

Немного отдохнув, мы двинулись вперёд. Успокаивало то, что за нами не было погони: адаты то ли испугались, то ли потеряли наш след. К вечеру здорово устал и с трудом передвигался, стараясь не отстать от Далмина: сказывалась тяжёлая, почти бессонная ночь в холодном подвале. Но, в конце концов, мы дошли до пункта назначения. В наступающих сумерках, из-за деревьев, показались каменные стены с деревянными башнями. За стенами, также, утопая в зелени, выглядывали каменные и деревянные строения. Мы прошли к воротам, Далмин что-то неразборчиво прокричал и ворота открылись. Нас встретил молодой, смуглый воин, с копьём в руках, очень похожий на Далмина. Они о чём-то поговорили между собой и, мы с моим спасителем, пошли вглубь. Резиденцию Сорокха было трудно назвать дворцом. Это было большое квадратное строение, сложенное из небрежно отёсанных камней, верхнюю часть строения венчала крыша с деревянным куполом. Мы прошли большим гулким коридором и остановились у арки, завешанной какими-то плетёными верёвками. Возле арки ходил смуглый, черноволосый человек, скорее всего охранник.

– Вижу, Далмин, ты успешно справился с задачей, – улыбнулся он нам.

– Да. Но меня могло здесь и не быть, если бы не его помощь, – Далмин кивнул в мою сторону.

– Хорошо, я доложу Великому Сорокху о твоём прибытии, – охранник скрылся за ширмой.

Спустя некоторое время он вышел и поднял ширму, как бы приглашая войти.

Я последовал за Далмином. В просторной комнате с низкими сводчатыми потолками, на коврике, сидел худощавый седой старик с небольшой аккуратной бородой, в простеньком халате бежевого цвета. Его живые, подвижные глаза быстро пробежались по мне и остановились на лице. Кроме нас троих в комнате больше никого не было. Помещение освещалось факелами, закреплёнными на стенах в специальных нишах. Факелы нещадно чадили, но в потолке было видно несколько отверстий для отвода продуктов горения.

– Я привёл того человека, о котором ты говорил, Великий Сорокх, – лёгким наклоном головы Далмин доложил о своём прибытии.

– Спасибо, Далмин, за службу. Литмон сказал, что этот молодой человек помог тебе. Это так? – спросил Сорокх.

– Да, это так, – подтвердил Далмин. – Мы столкнулись с адатами Абанги, мне пришлось вступить в схватку. Я велел Владу бежать, но он вернулся и помог мне. Иначе я не справился бы с адатами и меня могли схватить. Поэтому, мы здесь вместе.

– Ещё раз спасибо, Далмин, ты можешь идти отдыхать. И скажи Литмону, чтобы принёс поесть. Думаю, что наш гость голоден.

Далмин удалился.

– Присядь, Влад. Тебя, кажется, так зовут?

– Да, меня зовут Владом, – подтвердил я и присел на коврик.

– Ты, наверное, не догадываешься, зачем я тебя освободил? – живые и пытливые глаза Сорокха, казалось, проникали вглубь моего сознания.

– Нет, не догадываюсь.

Сорокх тяжело вздохнул, встал и прошёлся по комнате.

– Давным-давно отец говорил мне, что есть много прекрасных миров. Но самый лучший тот, в котором ты родился и живёшь, где ты можешь приносить пользу своему народу, жить и радоваться жизни. И он был прав, Васайя прекрасна. Но я не думал, что будет так сложно сохранить красоту своего мира, доброту, справедливость и спокойствие. Мой брат, Абанга, просто бредит мыслями о всемирном могуществе. Он поработил часть Васайи, ждёт, когда я умру, чтобы захватить всю страну. Но ему и этого мало. Обладая большими познаниями, он научился проникать в иные миры и вознамерился завоевать в будущем Междуречье – очень близкий нам мир.

В это время к нам заглянул Литмон с подносом.

– Оставь еду, Литмон, возле Влада. И можешь идти. Ешь, Влад, не смотри на меня, – обратился Сорокх уже ко мне, – я не голоден.

Литмон всё так же, молча, удалился. Я не заставил себя долго упрашивать и принялся за содержимое подноса. Еды там хватало с избытком: два больших куска вяленого мяса, сыр, какие-то фрукты, большие гроздья ягод, лепёшки. Сорокх, тем временем, расхаживая по комнате, продолжил:

– Мой брат коварен и опасен, ему неведомо чувство жалости и сострадания. Мне скоро придётся умереть, он этого только и ждёт. Вся проблема в том, что у меня нет преемника, некому будет защищать народы Васайи от Абанги.

– Так научите кого-нибудь, – предложил я, пережёвывая мясо.

– Если бы это было так просто, – вздохнул Сорокх, – бы давно это сделал. Нужен кто-то, кто обладает определёнными способностями. Но мы не нашли никого среди жителей Васайи, а времени всё меньше и меньше. Мы ищем, но пока безрезультатно.

– Всё-таки, почему же я здесь? – этот вопрос просто вырвался из меня.

– Я слежу за Абангой, его происками. И даже вижу, когда он открывает проход в другие миры. Не раз был свидетелем того, как он губил на болоте случайно забредших туда жителей Междуречья, но помочь ничем не мог. Ведь именно там, на болоте, у него проход в Междуречье. Абанга делал всё очень быстро и просто наслаждался зрелищем смерти. Поэтому, когда он в очередной раз открыл проход, стал следить за ним. Там увидел, как Абанга пытался погубить тебя. Видимо, он чувствовал или знал, что ты можешь помешать ему. Но погубить тебя не удалось и, я понял, что ты не из Междуречья, ты из другого мира. Когда вошёл в контакт с Большим Облаком, мне открылось очень важное обстоятельство: именно ты, каким-то образом, можешь в будущем повлиять на судьбу Междуречья и Васайи. Поэтому я передал тебе информацию из Большого Облака. Возможно, она тебе пригодится. Абанга, когда не смог справиться с тобой, открыл проход для адатов, и они схватили тебя. Отправленные мною адаты не смогли выйти победителями в сражении с чёрными адатами. И мне пришлось направить Далмина, чтобы он освободил тебя уже из крепости Абанги.

– Всё это очень интересно, но как мне вернуться в Междуречье? – я вскочил.

– Спустя несколько дней снова будет благоприятный период. Я войду в контакт с Большим Облаком и, думаю, что открою проход в Междуречье, – успокоил меня Сорокх. – Тебе нужно вернуться, мы так и сделаем.

Я вздохнул с облегчением.

– Откуда же ты, Влад? – Сорокх снова присел.

– Я с Земли.

– Земля. – Сорокх задумчиво пожевал губами. – Не слышал о таком мире, видимо, это далеко от нас. Какова же ваша Земля?

– Она прекрасна, у нас тоже много лесов, рек, озёр, животных и птиц. Люди наши похожи на вас, но мы далеко продвинулись в науке и можем летать по воздуху, плавать по морям, ездить по дорогам на автомобилях. У нас есть то, о чём вы даже и не мечтаете.

– Да, конечно, это интересно, – Сорокх вздохнул, – но я этого никогда не увижу. Главное для меня – это найти преемника. Однако, вижу, что ты устал, об остальном поговорим завтра. Отдыхай.

Он окликнул Литмона, тот провёл меня в мою комнату. Я свалился на мягкую подстилку, закрыл глаза и почти тот час же провалился в сон.

Проснулся от того, что луч света бил мне прямо в глаза. Свет поступал в комнату сквозь небольшие проёмы в стене. Утро давно наступило, с улицы доносилось звонкое щебетание птиц. Я вышел в пустынный коридор. Во дворе Сорокх с кем-то беседовал. Увидев меня, он улыбнулся:

– Как отдохнул, юный путешественник?

– Спасибо, хорошо.

– Тогда поешь и отдыхай, познакомься с нашими жителями, погуляй. Если, что-то будет нужно, обращайся ко мне.

После хорошего завтрака отправился гулять по крепости, так как заняться было больше нечем. Двор вокруг жилища Сорокха выглядел ухоженным: вокруг росли красивые кустики, какие-то большие жёлтые цветы. Но людей поблизости не было, решил прогуляться дальше. Растительность стала более плотной, появились целые плантации фруктовых деревьев, напомиавшие наши сады. Углубившись в один из таких садов, увидел неожиданную картину. Большая группа белых адатов собирала с деревьев фрукты. Работали они организованно: одни ловко двигались по веткам, срывали плоды и бросали их вниз, другие внизу с корзинами собирали брошенные фрукты. Меня заметили уже вблизи. Адаты проявили необыкновенное оживление, когда я подошёл к ним: они ухали, тыкали в меня пальцем, размахивали передними конечностями. Всё это рассмешило меня и напомнило картинки с обезьянами в нашем зоопарке. Один из адатов осторожно приблизился ко мне и несмело протянул пару фруктов. Я взял и поблагодарил:

– Спасибо.

Моё действие вызвало целую бурю восторга у всей группы: они завизжали, закричали, захлопали в ладоши. Я снова рассмеялся и, помахав им рукой, пошёл дальше. По ходу испробовал подаренные мне фрукты. Они оказались очень сочными, мягкими и напоминали по вкусу наши ананасы. За фруктовыми посадками появилось возделанное поле. На нём сновали фигуры людей. Все были заняты своим делом, и на меня никто не обращал внимания. В посадках, среди поля, трудились две молодые девушки. При их виде моё сердце сжалось: где-то там, в Междуречье, меня ждёт Лейни. Она волнуется за меня и даже не предполагает, где я нахожусь. Только бы Сорокх не подвёл. Почему-то сразу расхотелось идти дальше, я повернул обратно. Возле дворца Сорокха было всё также спокойно и пусто, его самого тоже нигде не было видно. Решил немного вздремнуть, ведь заняться было совершенно нечем. Пробудили меня громкие крики. Выбежав из здания, увидел несколько воинов, снующих туда-сюда, среди них был и мой знакомый – Далмин.

– Что случилось? – спросил я.

– Беда, – сокрушённо ответил Далмин, – из дворца Великого Сорокха пропал священный камень. Правитель только что обнаружил его исчезновение.

– А где он сам?

– Там, – кивнул он головой влево, – в здании Посвящения.

Я направился туда, куда указал Далмин. Там, за рядом небольших строений, возвышалась каменная башня. Возле башни стоял Сорокх с убитым видом.

– Не могу понять, как это могло произойти? – сокрушённо кряхтел он.

– А что это за камень? И чем он так ценен? – поинтересовался я.

– Камень этот вроде бы небольшой, всего с кулак размером, – Сорокх был очень расстроен. – Но в нём кроется великая сила. С его помощью я входил в контакт с Большим Облаком, открывал проход в другие миры, боролся с кознями Абанги.

Моя спина покрылась холодным потом.

– Это значит, что без священного камня я не смогу вернуться в Междуречье?

– Да, мой юный путешественник. Если мы не вернём камень, боюсь, что не смогу тебе помочь.

– Кто же его украл? Кому он понадобился?

– Скорее всего, это дело рук Абанги, больше на это никто не способен. Тем более, что камень нужен ему для осуществления своих коварных планов.

– Что же теперь делать?

Сорокх немного призадумался.

– Сейчас я соберу своих помощников. Нужно расспросить всех, чтобы узнать, как исчез священный камень, кто помог похитить его из дворца. Ведь Абанга не сам совершил кражу, очень важно выяснить, кто это мог сделать.

Только этого не хватало, я был расстроен и рассержен одновременно. Только помечтал, что скоро вернусь обратно в Междуречье, увижусь, наконец, с Лейни и на тебе. Надо пойти на это совет, послушать, что там говорят.

Совет собрался в комнате Сорокха, куда пришли четверо, незнакомых мне, мужчин в халатах. С ними пришёл и Далмин. Сорокх согласился, чтобы я присутствовал на совете.

– Далмин, что удалось узнать? – обратился он к отважному воину.

Далмин встал и чётко, по-военному, доложил:

– Священный камень пропал, скорее всего, этой ночью. Точно установлено, что днём никого чужого на территории крепости не видели. Вакран, охранявший здание Посвящения этой ночью, утверждает, что ничего подозрительного не видел, но камень исчез.

Все помолчали. Сорокх в задумчивости погладил бороду и велел Далмину:

– Позови сюда Вакрана. Расспросим его здесь, на совете.

В скором времени перед советом стоял и Вакран – молодой, лет двадцати, воин, с трепетом взирая на Сорокха и членов совета.

– Что ты расскажешь нам, Вакран? – обратился к нему Сорокх.

– Великий Сорокх, – с жаром начал оправдываться воин, – честное слово, ничего не видел. Я целую ночь ходил вокруг здания, глаз не сомкнул, всё было тихо.

Но его лицо показалось мне подозрительным: как-то растерянно он оправдывался, нервничал, глаза его бегали из стороны в сторону, чувствовалось, что он недоговаривает. Я склонился к Сорокху, чтобы шёпотом высказать ему свои подозрения, но он сам уловил, что охранник что-то недоговаривает. Он нахмурился и сурово бросил молодому воину:

– Вакран, тебе лучше признаться во всём самому. Иначе будешь наказан самой страшной карой – изгнанием из нашего народа.

Вакран побледнел, несколько мгновений раздумывал, а затем бросился на колени:

– Не наказывай меня, Великий Сорокх. Я не виноват, этой ночью ко мне пришла моя девушка – Сайгара, мы с ней сидели в кустах, но совсем недолго. Я подумал, что всё спокойно, везде тихо. Когда снова стал обходить здание, то нашёл обрывок какой-то верёвки возле входа. Однако, нигде никого не было, и я успокоился. Это всё, что мне известно. Клянусь.

– Выйди, Вакран, я потом буду решать, как наказать тебя, – Сорокх отправил разгильдяя. Он прошёлся по комнате и обратился к совету:

– Мне кажется, что Вакран говорит правду. За ним следили и воспользовались его оплошностью, но это не меняет сути дела. Мы так и не знаем, кто же украл священный камень и где он находится сейчас. Какие будут предложения у членов совета?

Но никто из членов совета ничего не сказал, все пребывали то ли в растерянности, то ли в глубокой задумчивости. Далмин высказался первым:

– Мне кажется, кто бы это не сделал, священный камень будет у Абанги. И его надо вернуть, я готов пойти.

– Согласен с тобой, Далмин, что камень у Абанги, – спокойно рассудил Сорокх, – но горячиться не надо. Мы не знаем, где он спрятал похищенное. Возможно, что не у себя в крепости. Кроме того, мы не знаем о его планах, а это очень важно.

– Всё равно, нужно идти в крепость Абанги, – упрямо ответил Далмин.

– Это очень опасно. Он усилит охрану, – горестно вздохнул Сорокх.

Воцарилась тишина, совет застыл в раздумье. Я также задумался: и вправду, как поступить? Ведь решается и моя судьба. В одном Далмин прав: нужно попасть в крепость Абанги и узнать о его планах, нужно просто-напросто последить за ним.

– Прошу совет выслушать меня, – я поднялся. – Предлагаю, чтобы к Абанге пошли я и Далмин. Далмин там был, хорошо ориентируется, мне будет несложно разобраться, так как недавно был там. Если хорошо замаскироваться, думаю, что мы сможем незаметно пробраться в крепость Абанги. А там и что-то разузнать попытаемся.

Некоторое время, тихонько посовещавшись, все согласились, совет удалился. Остались только Далмин, я и Сорокх. Было решено, что с нами пойдут ещё два воина, которые помогут замаскироваться, и будут ждать нас за оградой. Выступление назначили на раннее утро.

Свет только приукрасил верхушки деревьев, а мы уже шли в сторону крепости Абанги. Двигались, молча и в довольно быстром темпе. В полдень остановились отдохнуть и поесть. К исходу дня цель была достигнута. В наступающих сумерках зловещими силуэтами вырисовались крепостные стены. Далмин знал, где можно будет проще проникнуть в крепость. Мы прошли немного вдоль стены и остановились возле упавшего дерева. Далмин ловко вскочил на него, затем подошёл к стене, уцепился за выступающие камни и взобрался на стену. Там он закрепил верёвку, спустился к нам. Наши напарники из лёгких веток, зелени и тонкой бечевы стали сооружать нечто вроде защитного костюма. Совсем скоро, когда стало темнеть, мы с Далмином, перемахнули через стену и осмотрелись. Пробираться нам нужно было по густой траве. Между деревьями просматривался замок Абанги, до него было около полукилометра. Чтобы не рисковать и не быть замеченными, ещё за стеной мы решили передвигаться по территории крепости ползком. Ползти было тяжело, уже через сотню метров я здорово вспотел. Но понял, что мы поступили правильно. Оглянувшись, увидел, что вдоль стены передвигаются чёрные адаты. Видимо, они совершали обход по периметру крепости. Затем из-за кустов вышли двое воинов с короткими пиками и прошли буквально в нескольких метрах от нас. Только наши защитные одеяния, густая трава и осторожность помогли нам остаться незамеченными. Когда, в конце концов, подобрались к замку Абанги, было совсем темно. Далмин знаком указал следовать за ним, он пополз к небольшой дыре в камнях под домом. Возле дыры оставили свои маскировочные накидки. Под домом было также темно, но я продвигался вплотную за своим товарищем и ориентировался, хоть это и покажется смешным, на его пятки. Скоро посветлело. Мы находились возле небольшого разветвления, рядом ступени вели в подвальное помещение, а вправо сворачивали в коридор. Далмин выбрался и осторожно выглянул. Видимо, коридор был пуст, так как он махнул мне рукой. Я последовал за ним. Мой товарищ быстро перебежал и спрятался в чернеющей нише, я тут же повторил его движения. Ниша в стене предназначалась, очевидно, для хранения различных вещей, так как коридор был узок и его не загромождали чем-либо. Мы спрятались среди обрывков ткани, старых циновок, сломанных деревянных щитов и ещё какой-то рухляди. Откуда-то исходил неприятный запах, но спрятаться больше было негде. Как оказалось, ниша отделялась от комнаты Абанги лишь тонкой перегородкой.

Мы затаились. Прошло какое-то время, на улице послышались громкие голоса, до нас долетели лишь отдельные обрывки. Затем кто-то протопал по коридору и зашёл в комнату Абанги. За ним, тяжело ступая, прошло, скорее всего, несколько адатов.

– Вы всё внимательно посмотрели, Гууин, Сорокх не подослал лазутчиков? – я узнал голос Абанги.

– У – у – уэ, – отрицательным тоном промычал неизвестный Гууин. Очевидно, это был адат.

– Можешь идти, ты, Самордаш, останься, – приказал Абанга. При этих словах Далмин слегка дёрнулся. Причина такого его поведения стала мне известна позже.

– Рассказывай, Самордаш, что творится у Сорокха? Что тебе удалось узнать? – снова прозвучал голос Абанги.

– Сорокх в растерянности, великий Абанга, – тихо заговорил вкрадчивый голос Самордаша, – без священного камня он не так силён. Вчера он собирал совет, и они решили, что сюда отправятся два шпиона, чтобы найти камень.

– Кого же решили направить?

– Того человека из другого мира и Далмина.

– Когда они отправятся?

– Скорее всего, они уже в пути, а, возможно, и возле стен крепости.

– Этот Далмин мне уже надоел, – злобно прорычал Абанга, – пора успокоить навсегда предателя своего народа. Мало того, что он выкрал у меня пленника, так ещё имеет наглость снова пытаться пробраться ко мне. Ну, да ничего, я им всем задам. Через два дня камень обретёт самую большую силу за все последние годы. Вот тогда сотру их всех: и Сорокха, и Далмина. Всех уничтожу, они мне за всё ответят.

– Да, великий Абанга.

– Ты, Самордаш, хорошо мне послужил. Пока возвращайся обратно, тебе осталось ждать недолго. Как только уничтожу Сорокха, ты будешь моим наместником в его владениях.

– Благодарю тебя, великий Абанга, – залепетал Самордаш. Зашелестела циновка, Самордаш, очевидно вышел.

– Гууин! – громко крикнул Абанга.

По коридору протопали тяжёлые шаги и стихли в комнате Абанги.

– Гууин, усиль охрану, смотрите внимательно – Сорокх послал лазутчиков. Возможно, они уже здесь, если заметите что-то подозрительное – сразу ко мне. И очень тщательно охраняйте вход в подземелье. Если исчезнет камень – всех, кто, охраняет, уничтожу, тебя тоже. Иди.

– У – у, – утвердительно промычал Гууин и вышел.

Абанга встал и заходил по комнате. Он что-то злобно бормотал себе под нос, но что-либо разобрать было невозможно, затем всё стихло. Мы просидели, не шевелясь, ещё какое-то время. Далмин дотронулся до меня рукой, как бы давая понять, что нам пора, выбрался первым, а я за ним. Наружу вышли без проблем. Тьма сгустилась, а это было нам на руку, тишину наступившей ночи нарушало лишь зловещее щёлканье неизвестных мне, то ли насекомых, то ли мелких животных, да негромкий разговор двух охранников за углом. Натянув свои защитные одеяния и соблюдая осторожность, стали продвигаться в обратном направлении. Я совершенно не ориентировался в темноте, Далмин полз впереди. Он повёл меня в какие-то кусты, затем мы попали в пустое деревянное строение. Далмин плотно закрыл за собой дверь и растянулся на полу.

– Нам нужно обсудить, что делать дальше, – произнёс он шёпотом.

– Сначала объясни мне, что к чему. Не понимаю, что происходит: где находится это чёртово подземелье, можно ли туда пробраться, кто такой этот Самордаш? – я говорил также шёпотом.

– Здесь мы в определённой безопасности, – устало отозвался Далмин. – Сюда охранники не пойдут, адаты тоже. А что происходит? Дело в том, что моё детство прошло в стенах этого замка, на этой земле. Мои родители принадлежали к народу, населяющему владения Абанги, отец принимал участие в строительстве этого здания. Вот почему я так хорошо здесь ориентируюсь. Когда вырос, то понял, что не смогу спокойно смотреть на то зло, которое творит Абанга, а он держал в страхе всё население. Понимая, что не смогу победить злого волшебника, пошёл к Сорокху, чтобы помогать ему. Вот Абанга и называет меня предателем. Что же касается Самордаша, то я убил бы его прямо там, да нельзя. Мы должны вернуть священный камень. Самордаш – один из советников Сорокха, он вчера присутствовал на совете. Представляешь, пошёл на предательство, чтобы самому руководить нашим народом, а Сорокх ему доверяет. Подлец.

При этих словах Далмин плюнул на землю. Он немного помолчал.

– Мы должны проникнуть в подземелье, которое находится недалеко от крепости. Я знаю, где это, но никогда не был там, не знаю, где спрятан священный камень. По слухам, в подземелье обитают ужасные создания, которыми Абанга может управлять. Из живущих на Васайе никто не пытался проникнуть туда, только Абанга. Так что, нам будет нелегко. Что скажешь?

– Что говорить? – я задумчиво потёр лоб. – Идти всё равно придётся: ты сам говорил, что камень нужно вернуть, мне без него не вернуться в Междуречье, да и времени у нас в обрез. Абанга что-то говорил том, что камень обретёт очень большую силу уже через два дня. Будем на месте решать, что и как. Когда отправляемся?

– Думаю, этой ночью и надо попытаться проникнуть в подземелье, днём мы не сможем подойти незамеченными. Вот отдохнём немного и двинемся в путь.

После передышки, всё также соблюдая осторожность, мы поползли к крепостной стене. Густая, липкая темнота снова окружила нас. Я боялся только одного: чтобы не наткнуться на охрану. Но волнения были напрасными, Далмин был великолепным проводником. Наши спутники терпеливо сидели в кустах. Обговорив с ними дальнейшие планы, сообщив новости и, слегка подкрепившись, всей командой направились за Далмином. Наших товарищей, мягко говоря, очень озадачила новость, что Самордаш оказался предателем, но обсуждать эту тему было некогда. Вскоре мы остановились.

– Дальше всем идти нельзя, – тихо сказал Далмин, обернувшись к нам. – За этой рощей, будет перелесок, затем заросли кустов. А уже за ними – большой холм. В нём и находится вход в подземелье, адаты усиленно охраняют его. Вы, двое, остаётесь нас ждать, мы с Владом идём туда. Если через сутки нас не будет – возвращайтесь к Сорокху.

Я даже мысли не хотел допустить, что мы не сможем добыть заветный камень, мне никак нельзя остаться здесь, это подобно смерти. Далмин сделал шаг, я за ним и наши спутники растворились в темноте. Мой напарник двигался медленно, очевидно понимая, что здесь повсюду могут скрываться охранники. Спустя какое-то время впереди посветлело, из-за густой растительности сверкнули два ярких факела. Они освещали подножие крутого холма с кучей камней, а возле камней сидело три адата. Правда, они почти сливались с местностью. Я понимал, что это не вся охрана, сколько ещё прячется вокруг – неизвестно.

– Там, где сидят адаты, вход, – прошептал Далмин. – Но охраны здесь будет много. Как будем пробираться в подземелье?

– Согласен, охранников здесь немало. И, поэтому, как мне кажется, ставку нужно делать на полную неожиданность. Пробиться мы сможем только хитростью. Нужно отвлечь охрану, наскоком не прорвёмся, слишком неравные силы, – ответил я.

– Так что будем делать? – снова повторил Далмин.

Но мне в голову ничего пока не приходило. Если побежим прямо, то, естественно, не успеем проскочить в подземелье, нас схватят. Можно попытаться обойти холм и выскочить сверху, неожиданно, но это также не даёт больших шансов на успех. Нужно думать.

Пока мы раздумывали, произошло нечто, что разрешило все сомнения в нашу пользу. В глубине холма раздался какой-то рокот или гул, адаты, охранявшие вход, встревожено вскочили. Из темноты к ним выбежало несколько человек с дубинами в руках. Они все столпились возле входа. В это время шум усилился и из недр холма вырвался яркий свет. Все, кто стоял возле входа, с криками, разбежались. Меня осенило: лучшей возможности проскочить в подземелье, наверное, не будет. Конечно, мы не знаем, что скрывается там, за входом. Возможно, нам угрожает какая-то опасность, но выхода нет. Я дёрнул Далмина за руку:

– Бежим! И как можно быстрее!

Расстояние до входа мы проскочили, как мне казалось, в мгновение ока. Заветный вход представлял собой большую круглую дыру, заросшую травой. Вход был обложен большими камнями, вниз вели ступени, вымощенные мелким камнем. Из подземелья лился мягкий, не ослепляющий свет. Быстрым шагом мы стали спускаться вниз, а до нас донёссся тот самый шум. Далмин вопросительно посмотрел на меня: дескать, что делать? Я уверенно кивнул головой вниз, другого пути у нас нет. Вскоре лестница закончилась, и перед нами выросло небольшое овальное помещение, свод которого, подпирали две массивные, грубые каменные колонны. Из помещения было три выхода: один – наверх, откуда мы спустились, а дальше в подземелье вели два узких тоннеля. Один зиял непроглядной чернотою, а из второго струился тот самый яркий свет. Свет то тускнел, то становился ярче, иногда сияя очень ярко. Нужно было продолжать рисковать, но не в в темноту, это путь в никуда. Поэтому снова дёрнул Далмина за руку, увлекая за собой. Тоннель был немногим выше человеческого роста, округлой формы, словно прорублен в земле, свет струился откуда-то из глубины. И мы шли навстречу свету. Постепенно тоннель стал становиться шире и спустя какое-то время мы вышли в просторный зал, где увидели источник света. Посреди зала, на небольшом возвышении, лежал довольно приличный кусок неизвестного мне минерала, похожего на слюду, размером с человеческую голову. Он то и светился тем странным светом: минерал постепенно тускнел почти до затухания, а затем также постепенно набирал мощь и становился настолько ярким, что на него невозможно было смотреть. Вполне очевидно, что он мог снова вспыхнуть, как и тогда, когда разбежалась охрана возле входа.

– Это случайно не тот самый камень, что мы ищем? – обернулся я к Далмину.

– Нет, что ты, это совсем не то. Волшебный камень, которым владел Сорокх, был небольшой, размером меньше моего кулака, он не светился. Я не вижу его здесь.

– Будем искать и обязательно найдём, – пришлось мне обнадёжить его, а, может быть, и ещё больше, самого себя.

Мы стали осматривать помещение. С первого взгляда казалось, что далее идти некуда, помещение было глухим, мы не видели каких-либо проходов или дверей. Я отправил Далмина влево осматривать стены, сам пошёл вправо. В это время найденный нами камень засветился настолько ярко, что пришлось не только зажмурить глаза, но ещё и прикрывать их руками. Жара, однако, никакого не ощущалось. Когда я открыл глаза, то увидел, что Далмин топчется в растерянности: он не успел закрыть глаза, и его немного ослепило светом.