Текст книги "Юридическая этика"
![](/books_files/covers/thumbs_240/yuridicheskaya-etika-110160.jpg)
Автор книги: Николай Порубов
Жанр: Учебная литература, Детские книги
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Требованиям нравственности должна отвечать не только деятельность судьи, но и «его ближайших помощников» в исследовании истины – обвинителя и защитника. Он часто называл прокурора – государственного обвинителя «публично говорящим судьей». Эти слова А.Ф. Кони стали крылатыми, они свидетельствуют об объективности и беспристрастности – этических качествах, которым должен отвечать каждый прокурор. Он подчеркивал прежде всего нравственные обязанности прокурора-обвинителя, призванного с одинаковой чуткостью и усердием ограждать «интересы общества и человеческое достоинство личности». «Мерилом дозволенности приемов судоповедения, – писал А.Ф. Кони, – должно служить то соображение, что цель не может оправдывать средства и что высокая задача правосудного ограждения общества и вместе защиты личности от несправедливого обвинения должна быть достигаема способами, не идущими вразрез с нравственным чувством». Он подчеркивал, что подлинный гуманизм в уголовном судопроизводстве достигается не в результате «всепрощения» и оправдания виновных, а в результате назначения справедливого наказания и надлежащего его исполнения.
В условиях современной судебной реформы, ввода в действие нового уголовно-процессуального законодательства, в результате которого усилена роль защиты, своевременно звучит требование А.Ф. Кони об этическом отношении прокурора к своему процессуальному противнику – защитнику. Он выступал против каких бы то ни было выпадов и личных оскорблений в адрес защитника, против обобщения отдельных недостатков адвокатуры и огульного охаивания ее деятельности. «Было бы, однако, в высшей степени несправедливо, – писал А.Ф. Кони, – обобщать эти случаи и поддерживать на основании такого обобщения неблагоприятный и нередко даже враждебный взгляд на такую необходимую жизненную принадлежность состязательного процесса, как защита».
Нравственные требования предъявлял А.Ф. Кони и к адвокату: «Он должен являться лишь правозаступником и действовать только на суде или на предварительном следствии, там, где это допускается. Он не слуга своего клиента и не пособник ему в стремлении уйти от заслуженной кары правосудия. Он друг, он советник человека, который, по его искреннему убеждению, не виновен вовсе или вовсе не так и не в том виновен, как и в чем его обвиняют. Не будучи слугою клиента, он, однако, в своем общественном служении слуга государства, и может быть назначен на защиту такого обвиняемого, в помощь которому по собственному желанию он бы не пришел. И в этом случае его роль почтенна, ибо нет такого падшего и преступного человека, в котором безвозвратно был бы затемнен человеческий образ и по отношению к которому не было бы места слову снисхождения. Говоря, при наличности доказанного преступления, о снисхождении, защитник исполняет свою обязанность – свою обидную обязанность – вызывать наряду со строгим голосом правосудия, карающего преступное дело, кроткие звуки милости к человеку, иногда глубоко несчастному».
Особого этического внимания требовал А.Ф. Кони по отношению к потерпевшему, «оскорбленному в своих лучших чувствах и своих законных правах». И в нашем действующем законодательстве на фоне прав обвиняемого и заботы о том, чтобы не был он ненароком обижен, остается забытым потерпевший, уже наказанный физически, материально и морально.
Уважительного отношения требовал А.Ф. Кони и к личности «не затронувшего лично делом свидетеля». «Они несут случайную повинность, всегда более или менее тягостную; большинство из них теряется в необычайной, торжественной обстановке суда; стороны – обвинитель и защитник – склонны всегда к бесцеремонному отношению к свидетелю, к предложению ему ненужных, щекотливых и обидных не по форме, а по своему косвенному смыслу вопросов. Одни свидетели, под влиянием этого, раздражаются и, чувствуя, что их ловят на словах, становятся грубы и принимают вызывающий тон, большинство же теряются и нравственно страдают».
Как прекрасный судебный оратор А.Ф. Кони понимал, какое большое этическое значение имеют судебные прения. «Можно и даже должно говорить об этической подкладке судебного красноречия… Все главные приемы судоговорения следовало бы подвергнуть своего рода критическому пересмотру с точки зрения нравственной дозволенности их».
А.Ф. Кони, рассматривая судебную этику «как учение о приложении общих понятий о нравственности к той или другой отрасли специальной судебной деятельности», подчеркивал, что «этические правила существуют и в других отраслях права, и в других учреждениях и областях общественной жизни», например, в законодательной деятельности, трудовом и финансовом праве, в деятельности «тюремного дела и общественного благоустройства и безопасности». Особенно богата этическими вопросами, писал А.Ф. Кони, область медицины и подчеркивал «всю важность этой отрасли профессиональной этики». Этическими требованиями, по его мнению, должна быть проникнута «область свободного творчества – искусство, литература и сцена».
Таким образом, А.Ф. Кони дал определение судебной этики, заложил ее основы и предмет: нравственные начала судебной деятельности и этические требования к ее участникам. К сожалению, замыслу А.Ф. Кони не суждено было сбыться. Только в наши дни в перечень учебных дисциплин, изучаемых в юридических учебных заведениях, была включена этика.
В Москве, на Воробьевых горах, рядом с высотным зданием МГУ, у гуманитарного корпуса, где находится юридический факультет, установлен единственный бронзовый монумент за все времена русскому юристу – Анатолию Федоровичу Кони – выдающемуся деятелю дореволюционного суда, ученому-юристу, блистательному судебному оратору и талантливому писателю, основоположнику юридической этики.
ЛИТЕРАТУРА
Вопросы истории этической мысли в преподавании этики. М., 1991.
Горелов, А.А. Учебное пособие по истории этики для школ / А.А. Горелов. М., 1992.
Гусейнов, А.А. Великие моралисты / А.А. Гусейнов. М., 1995.
Иванов, В.Г. История этики средних веков / В.Г. Иванов. Л., 1984.
Иванов, В.Г. История этики древнего мира / В.Г Иванов. Л., 1998.
История политических и правовых учений / под ред. В.С. Нерсесянц. М., 1996.
Кони, А.Ф. Собрание сочинений: в 8 т. М., 1967. Т. 4.
Ляховецкий, Д. Характеристика известных русских судебных ораторов / Д. Ляховецкий. СПб., 1902.
Покровский, И.А. История римского права / И.А. Покровский. Петроград, 1917.
Семитко, А.П. Развитие правовой культуры как правовой прогресс / А.П. Семитко. Екатеринбург, 1996.
Смолярчук, В.И. Анатолий Федорович Кони (1844–1927) / В.И. Смолярчук. М., 1981.
Смолярчук, В.И. Адвокат Федор Плевако: очерк о жизни и деятельности адвоката Ф.Н. Плевако / В.И. Смолярчук. Челябинск, 1989.
Смолярчук, В.И. Гиганты и чародеи слова (русские судебные ораторы второй половины XIX – начала XX века) / В.И. Смолярчук. М., 1984.
Тимофеев, А.Г Судебное красноречие в России / А.Г. Тимофеев. СПб., 1900.
Глава 3
Основные этические категории в юридической деятельности
Если цепь златая, унизанная жемчугом и драгоценными камнями, приятна для очей, на нее взирающих, тем более приятны красоты духовные.
Кирилл Туровский
Категориями этики принято называть высшие моральные ценности, в обобщенной форме отражающие нравственные требования людей друг к другу и к окружающему миру. В истории этической мысли в зависимости от понимания природы нравственности менялось конкретное содержание категорий этики, их форма и место каждой из них в общей системе понятий.
Этические категории, в отличие от категорий других наук, характеризуются следующими особенностями:
♦ областью исследования: область исследования нравственных категорий – поведение людей и отношения людей между собой (о морали можно говорить только в том случае, если в наличии есть два человека), а также отношением людей к социуму, государству, своей семье;
♦ превращением категорий нравственности в регулятор общественных отношений с позиции сущего и должного;
♦ действием категорий не на принуждении, а на силе общественного мнения. «Некоторые неписанные законы тверже всех писанных», – утверждал римский мыслитель Сенека;
♦ аксиологическим характером категорий – оценкой явлений с позиций добра и зла, добра и долга, добродетели и совести;
♦ преобладанием эмоционального аспекта в характеристике отношений между людьми[11]11
См.: Мартысюк, П.Г. Правовая этика / П.Г. Мартысюк. Минск, 1999. С. 6–7.
[Закрыть].
Этические категории многочисленны и разнообразны. И классифицировать их можно по различным основаниям. Так, Эпикур в основу деления положил категорию счастья, Аристотель – категорию блага, Кант – категорию долга.
Основными категориями в истории этики обычно считаются понятия добра и долга, понятия добродетели, совести и некоторые другие. Если в основу деления положить признак общепризнанности, то наиболее важными в теоретическом и практическом отношении этическими категориями будут добро и зло, свобода и справедливость, долг, совесть, ответственность, достоинство и честь, гуманизм. К категориям этики относят также смысл жизни, счастье, и др.[12]12
См.: Кобликов, А. С. Юридическая этика/А.С. Кобликов. М., 1999. С. 13. Несколько иной классификации придерживается П.Г. Мартысюк. Все категории этики он делит на три группы: собственно-этические категории (долг, честь, совесть), основные понятия этики (счастье, любовь, дружба, смысл жизни) и нравственные принципы (преданность, добросовестность, забота, коллективизм, честность). См.: Мартысюк, П.Г. Правовая этика. С. 9—11, 13–15, 40. Т.В. Мишаткина к основным категориям этики относит свободу и ответственность, добро и зло, страдание и сострадание, долг и совесть, честь и достоинство, смысл жизни и счастье, любовь как высшую ценность. См.: Этика / под ред. Т.В. Мишаткиной, Я.С. Яскевич. Минск, 2002. С. 132–137.
[Закрыть]
Рассмотрим основные этические категории: добро и зло, свобода и ответственность, справедливость, долг и совесть, честь и достоинство.
Добро и зло – антиподы, являющиеся нормативно-оценочными категориями сознания, в предельно-обобщенной форме обозначающие, с одной стороны, должное и нравственно-положительное благо, а с другой – нравственно-отрицательное и предосудительное в поступках и мотивах людей, в явлениях социальной действительности.
В истории этики, начиная с древности, в интерпретации добра и зла сталкивались материалистические и идеалистические тенденции. Первая связывала эти понятия с человеческими тенденциями и интересами, с законами природы или фактическими желаниями и устремлениями людей, с наслаждением и страданием, счастьем и несчастьем человека, с реальным социальным значением действий индивидов для совместной жизни. Вторая же выводила понятия добра и зла из божественного веления или разума, из некоторых потусторонних идей, в результате чего конфликту между добром и злом придавался смысл обязательной борьбы двух извечных начал в мире. Иногда содержание данных понятий сводилось к выражению субъективных пожеланий, склонностей, симпатий и антипатий человека.
В словаре русского языка, как утверждают лингвисты, насчитывается около 200 положительных эпитетов, которые характеризуют сущность человека. Ту или иную их комбинацию можно отнести к определенной категории этики. Человека доброго можно охарактеризовать такими положительными эпитетами, как благонадежный, щедрый, уравновешенный, спокойный, предсказуемый и т. д., а противоположными отрицательными качествами будут завистливый, лицемерный, непостоянный, надменный и т. д.
Определение добра и зла мы находим у великих писателей прошлого:
«Добро есть вечная, высшая цель нашей жизни. Как бы мы ни понимали добро, жизнь наша есть не что иное, как стремление к добру.»
Л.Н. Толстой.
«Доброта – это единственное одеяние, которое никогда не ветшает.»
Г. Торо.
«Доброта и скромность – вот два качества, которые никогда не должны утомлять человека.»
Р. Стивенсон.
«Когда творишь добро, сам испытываешь некое радостное удовлетворение и законную гордость, сопутствующую чистой совести.»
М. Монтень.
Наличие зла среди людей в истории этики объясняется по-разному. В религиозных учениях зло – фатальная неизбежность человеческого существования. Иммануил Кант считал зло необходимым следствием чувственной природы человека. Французские просветители объясняли зло как результат непонимания человеком своей подлинной природы. Марксисты связывали зло с антагонистическим устройством общества[13]13
Кобликов, А.С. Юридическая этика. С. 14.
[Закрыть].
Зло друг другу люди причиняют не столько действиями, сколько словом. И как важно бывает для общего блага вовремя промолчать, не сказать ничего лишнего. В этой связи французский философ Ф. Ламенне писал: «Мы недостаточно представляем все то зло, какое мы способны причинить себе и другим одним-единственным словом; это зло почти всегда неисправимо». Следует руководствоваться мудрым советом Эзопа: «Велико ли, мало ли зло, его не надо делать». Знаменитый педагог нашего времени В.А. Сухомлинский, вторя Эзопу, писал: «Береги, щади неприкосновенность, уязвимость, ранимость другого человека. Не причиняй людям зла, обиды, боли, тревог и беспокойства».
Следует иметь в виду, что человек, совершивший зло, наказывает сам себя на всю жизнь. «Дурной поступок, – писал Ж.-Ж. Руссо, – мучает нас не тогда, когда он только что совершен, а когда, спустя долгое время, вспоминаешь его, потому что память о нем не угасает».
Правильное понимание этических категорий добра и зла имеет исключительное значение для юридической деятельности, имеющей своим объектом исследования преступления – наиболее острую форму зла, и наказание как сатисфакцию за совершенное зло.
Свобода – это возможность человека действовать самостоятельно в соответствии со своими интересами и целями, выбирать свою линию поведения сообразно желаниям и обстоятельствам объективной необходимости.
Абсолютной, абстрактной свободы не существует. Свобода всегда конкретна и относительна, так как поведение человека детерминировано условиями жизни, в которых он находится. «Свобода – это не праздность, – утверждал французский писатель и публицист Ж. Лабрюйер, – а возможность свободно располагать своим временем и выбирать себе род деятельности». В зависимости от объективных условий и конкретных обстоятельств люди могут обладать свободой или же быть лишены ее: они могут обладать свободой в одних сферах деятельности и быть лишены ее в других; наконец, и степень свободы может быть весьма различной – от свободы выбора целей через свободу в выборе средств до свободы приспособления к действительности[14]14
Философский энциклопедический словарь. М., 1983. С. 595.
[Закрыть].
Нравственная свобода, под которой понимается превращение моральных требований во внутренние потребности, в убеждения человека, не является полной, если она не включает самопринуждения, самодисциплины. Человек нравственно свободен в том случае, когда его внутренние потребности сливаются с моральными требованиями общества. Нравственная свобода – это умение делать осознанный моральный выбор действий и поступков, давать им нравственную оценку, предвидеть их последствия и осуществлять разумный контроль над своим поведением, чувствами, страстями, желаниями[15]15
Этика / под ред. Т.В. Мишаткиной, Я.С. Яскевич. Минск, 2002. С. 144.
[Закрыть].
Когда внешняя нравственная необходимость превращается во внутреннюю, субъективную необходимость, а подчинение нравственному предписанию – в добровольное следование совести, когда выполнение правил внешнего поведения преобразуется в творческое осуществление моральных принципов на основе личного решения, тогда человек становится способным самостоятельно – свободно, без внешнего принуждения совершать поступки, наиболее целесообразные и для него самого, и для общества.
Иногда под свободой понимается все то, что не запрещено. Но это не означает, что остальная область возможного, все то, что находится по ту сторону запрета, – это область правоотношений, пока еще не регулируемая нормами права или морали. Лозунг М.С. Горбачева, юриста по образованию, что все, что не запрещено – то разрешено, в правовом отношении является неверным. Эта посылка может быть применена лишь в экономике, и то до предела разумного риска. «Свобода есть право делать все, что дозволено законом», – сказал Ш. Монтескье. Эту же мысль подтвердил и Вольтер: «Свобода состоит в том, чтобы быть в зависимости только от законов». Итак, чтобы стать свободным, нужно подчиняться законам.
Каждый человек, совершая тот или иной поступок, делает моральный выбор между добром и злом, между нравственным и безнравственным. И так как выбор зависит от самого человека, он ответствен за свои поступки. «Свобода означает ответственность», – утверждал Б. Шоу. Ответственность – обратная сторона свободы. Под ответственностью понимается характер взаимоотношений между личностью, с одной стороны, и коллективом, обществом – с другой, при сознательном осуществлении предъявляемых к ним взаимных требований. Проблема ответственности – это вопрос о реальной нравственной свободе человека.
Ответственность у человека формируется под воздействием внешних требований, которые к нему предъявляет общество. Их принятие личностью становится внутренней потребностью ответственного поведения. Становление личности предполагает воспитание у нее чувства ответственности, которая затем проявляется как черта характера человека. Чувство ответственности, или, как писал один из основоположников научной организации труда П.М. Керженцев, «любовь к ответственности» – это желание взять на свои плечи самую трудную задачу с самой тяжелой ответственностью. Чувство ответственности – это не принудительный фактор, а глубокая внутренняя необходимость повседневной деятельности. Без готовности взять на себя всю полноту ответственности, без решительности в действиях по использованию всей полноты власти юристу невозможно проявить инициативу, сметку и оперативность в борьбе с преступностью.
Ответственность может быть моральной и правовой. Последняя в свою очередь делится на уголовную, административную, дисциплинарную и материальную. В зависимости от субъекта действий ответственность может быть индивидуальной и коллективной. Мера ответственности зависит от полномочий и реальных возможностей индивидов: чем выше общественное положение – тем строже мера ответственности. При решении вопроса об ответственности личности учитывается ее возможность выполнять предписываемые ей требования, в какой мере эти требования поняты и истолкованы, как далеко простираются границы ответственности, должен ли человек отвечать за достижение требуемого результата и за те последствия своих действий, на которые оказывают влияние внешние обстоятельства, и мог ли он предвидеть эти последствия.
Ответственность неразрывно связана с дисциплиной.
Дисциплина – это определенный порядок поведения людей, отвечающий сложившимся в обществе нормам права и морали или требованиям коллективной организации. Дисциплина является необходимым условием нормального существования общества. Благодаря дисциплине поведение людей принимает упорядоченный характер, что обеспечивает коллективную деятельность и функционирование социальных организаций. В обществе всегда существует общеобязательная дисциплина и дисциплина обязательная только для членов определенной организации (трудовая, воинская и т. д.).
Различают внутреннюю дисциплину, или самодисциплину, дисциплину из соображений выгоды и дисциплину по принуждению. Внутренняя дисциплина предполагает глубокое усвоение членами общества норм, регулирующих поведение людей. Такая дисциплина поддерживается без внешних санкций и принудительных мер. Дисциплинированный человек испытывает внутреннюю потребность следовать принятым нормам поведения и в случае их несоблюдения испытывает угрызения совести, чувство вины и т. д.
В отличие от внутренней дисциплины, дисциплина из соображения выгоды и дисциплина по принуждению опираются на внешние санкции – положительные или отрицательные. В конечном счете дисциплина определяется степенью совпадения личных интересов членов общества, их потребностей и выполняемых ими социально обусловленных норм поведения. Если эти нормы не становятся внутренними пружинами действий индивидов, возникают разного рода отклонения в поведении, которые либо регулируются с помощью механизмов социального контроля либо могут привести к изменениям и ломке существующих норм. Однако общественно вредной может оказаться и чрезмерно жесткая дисциплина, так как в этих условиях члены общества лишаются творческой инициативы, а общественная система утрачивает необходимую гибкость[16]16
О дисциплине более подробно см.: Гавриленко, Д.А. Служебная дисциплина в органах внутренних дел: сущность, значение и способы укрепления / Д.А. Гавриленко, А.А. Подупейко. Минск, 2000.
[Закрыть].
Справедливость – категория морально-политическая и правовая. Аристотель различал справедливость уравнительную (справедливость равенства) и распределительную (справедливость пропорциональности).
Справедливость в этике – категория, означающая такое положение вещей, которое рассматривается как должное, отвечающее требованию соответствия между практической ролью различных индивидов (социальных групп) в жизни общества и их социальным положением, между их правами и обязанностями, между деянием и воздаянием, трудом и вознаграждением, преступлением и наказанием, заслугами людей и их общественным признанием[17]17
Философский энциклопедический словарь. С. 622.
[Закрыть].
«Справедливость, – утверждал Цицерон, – заключается в том, чтобы воздать каждому свое». «Справедливость – это мерка, – сказал Я. Колас, – которой нужно отмерять людям, как они того заслужили».
Справедливость характеризуется соотношением распределения благ между людьми, которое определяется их ролью в жизни общества, их социальным положением, их вкладом в общественное благо. Справедливость требует, чтобы никто не обогащался незаконно в ущерб другому лицу.
Несправедливость – антипод справедливости. По мнению Цицерона, «несправедливость достигается двумя способами: или насилием, или обманом». При несправедливости человек унижен, его права нарушены, между людьми нет равенства, а блага распределяются непропорционально заслугам и труду. Чтобы достичь равновесия в справедливости, требуется сила государственной власти. «Справедливость без силы, – писал французский ученый Б. Паскаль, – одна немощь, сила без справедливости – тиранична. Надо, стало быть, согласовать справедливость с силой и для этого достигнуть, чтобы то, что справедливо, было сильно, а то, что сильно, было справедливо». Справедливость должна быть сильной, а сила должна быть справедливой.
Категория справедливости для юриста – специфически правовая[18]18
Лукашева, Е.А. Право, мораль, личность / Е.А. Лукашева. М., 2001. С. 88.
[Закрыть]. Справедливость главенствует в профессиональной деятельности юристов. Само понятие «юстиция» по латыни означает справедливость (justitia). Юрист, таким образом, «представитель справедливости», а идея справедливости, требование справедливости пронизывают законодательство современного демократического общества[19]19
Кобликов, А.С. Юридическая этика. С. 16.
[Закрыть]. Требование справедливости заложено в основных международных документах – Всеобщей декларации прав человека, Международном пакте о гражданских и политических правах, в Основном Законе государства – Конституции Республики Беларусь и подзаконных нормативных документах – уголовном и уголовно-процессуальном кодексах, используются при реализации любой правовой нормы на всех стадиях правоохранительной и правоприменительной практики.
Правовой принцип справедливости является условием построения правового государства, закреплен во всех отраслях права и выступает как моральное качество правовых норм и правовых отношений, как критерий оценки и как нормативное требование, а также как принцип профессиональной морали юриста и как его моральные качества[20]20
См.: Мартысюк, П.Г. Правовая этика. С. 43.
[Закрыть].
Справедливость как категория тесно связана с понятиями равенства, законности, правдивости, честности. Поэтому, перефразируя известное изречение римского философа Квинтилиана, можно сказать: правда, законность, равенство, честность, добродетель – все это может быть объединено в понятии «справедливость».
Долг как категория этики – это отношение личности к обществу, другим людям, которое выражается в нравственной обязанности выполнять круг определенных действий по отношению к ним в конкретных условиях.
В этике моральный долг рассматривается как конкретизация общих требований морали, имеющих историческое происхождение, применительно к возникшим обстоятельствам, положению, способностям и возможностям человека, которые определяют условия и меру его личной ответственности и составляют содержание его мотивов и совести. В долге, таким образом, выражается нравственная специфика социально-идейной позиции личности по отношению к создавшейся общественной ситуации, конфликту и расстановке общественных сил. Таким образом, долг – это нравственные личные обязательства конкретного лица, взятые на себя добровольно на основании признанных им нравственных позиций. Это личная задача конкретного лица в конкретной ситуации (А. С. Кобликов).
Долг принято делить на социальный (гражданский, патриотический, воинский), профессиональный (врача, юриста, педагога) и личный (родительский, супружеский, сыновий и т. д.)[21]21
Говоря о воспитании в человеке долга, нельзя пройти мимо прекрасных слов педагога В. Сухомлинского: «Есть три вещи, которые необходимо утвердить в мальчиках и юношах, – долг мужчины, ответственность мужчины, достоинство мужчины».
[Закрыть].
Из представления о должном складываются нравственные требования, представление о том, какие поступки люди должны совершать. Применительно к человеку эти требования выступают как его обязанности; последние в обобщенной форме правил, равно распространяющихся на всех, формулируются в моральных нормах, заповедях. Все эти этические категории являются предметом изучения особого раздела этики – деонтологии[22]22
Деонтология (от греч. deon – должное + logos – учение) – наука о должном, раздел этики, в котором рассматриваются проблемы долга и вообще должного (всего того, что выражает требования нравственности в форме предписаний).
[Закрыть].
Долг юриста – это высокая и почетная обязанность, вытекающая из объективных потребностей защиты личности, общества и государства, освещенная государственно-правовыми требованиями и внутренними нравственными побуждениями. У юриста профессия необычная, на что указывал еще И.Т. Посошков, юрист, писавший в середине XVIII в.: «Я по своему мнению судное дело и управление судейское вельми поставлю высоко, паче всех художеств, на свете сущих»[23]23
Посошков, И.Т. Книга о скудости и богатстве / И.Т. Посошков. М., 1951. С. 75–76.
[Закрыть]. Юрист находится на ответственном участке наступления на преступность, а это ко многому обязывает. Одного лишь профессионального мастерства, не одухотворенного высокой нравственностью, явно недостаточно для выполнения долга перед народом и государством.
Долг неразрывен с совестью. Совесть – категория этики, характеризующая способность личности осуществлять нравственный самоконтроль, самостоятельно формировать для себя нравственные обязанности, требовать от себя их выполнения и производить самооценку совершаемых поступков. Совесть – одно из выражений нравственного самосознания личности. «Закон, живущий в нас, – писал И. Кант, – называется совестью. Совесть есть, собственно, применение наших поступков к этому закону».
Во многих европейских языках слово «совесть» этимологически значит «совместное знание», в русском языке оно происходит от слов «себя ведать» – «знать». Совесть – это субъективное осознание личностью своего долга и ответственности перед обществом. Но форма этого осознания такова, что они выступают как долг и ответственность человека перед самим собой. Руководствуясь личной совестью, человек судит свои поступки как бы от своего собственного имени. Поэтому совесть является оценочной категорией и она может проявляться как в форме рационального осознания нравственного значения совершаемых действий, так и в форме эмоциональных переживаний (например, «угрызений» совести)[24]24
Словарь по этике. М., 1989. С. 321–323; Мартысюк, П.Г. Правовая этика. С. 12; здесь дается несколько определений совести, характеризующих эту дефеницию с различных сторон:
«Совесть – категория этики, характеризующая способность личности осуществлять моральный самоконтроль».
«Совесть – это внутренний монолог, иногда диалог: спорят вечный оппонент с вечным защитником».
«Совесть – зеркало, отражающее, в какой мере в человеческом сознании утвердились доброта, честность, ответственность».
«Совесть – это сознание и чувствование моральной ответственности человека за свое поведение, за содеянное или предполагаемое действие перед другими людьми».
[Закрыть]. «Когтистый зверь, скребущий сердце» – вот как назвал совесть А.С. Пушкин.
Одна из особенностей юридической деятельности заключается в том, что юрист, выполняя функциональные обязанности, решает судьбы людей, затрагивает их жизненно важные интересы, он призван принимать решения в сложных моральных ситуациях. «И только работники с развитым чувством совести, способные правильно, самокритично и принципиально судить свои побуждения и поступки, могут эффективно выполнять свою высокую миссию и поддерживать престиж своей профессии и личности»[25]25
Кобликов, А.С. Юридическая этика. С. 18.
[Закрыть].
Вот как характеризовали совесть великие люди: А.И. Герцен: «…беспощаднее инквизитора нет, как совесть». Овидий: «Чистая совесть ни лжи не боится, ни слухов, ни сплетен». А.С. Пушкин: «Да, жалок тот, в ком совесть нечиста».
Честь – это, во-первых, моральное отношение человека к самому себе, во-вторых, отношение к нему со стороны общества, окружающих, когда моральная ценность личности связывается с его конкретным общественным положением, родом деятельности и признаваемыми за ним моральными заслугами. «Честь – это внешняя совесть, а совесть – это внутренняя честь», – говорил А. Шопенгауэр.
В индивидуальной чести во внимание принимаются личные заслуги человека, в первую очередь его труд и мера человечности, в зависимости от которых определяется мера оказываемого ему почета и уважения.
Честь дифференцированно оценивает человека, и это находит отражение в его репутации. Собственно честь требует от человека поддерживать (оправдывать) ту репутацию, которой обладает он сам или коллектив, к которому он принадлежит. Поэтому, как писал Ч. Диккенс: «Человек не должен никогда сходить с широкой дороги чести, даже под благовидным предлогом, что цель оправдывает средства. К благородной цели всегда можно прийти честным путем. А если нельзя, значит, цель недостойная».
В условиях становления рыночных отношений совершенствуется правовая основа собственности и договорных отношений. Приоритетное значение приобретают прибыль, предпринимательская инициатива, т. е. частный интерес. Утверждаются новые моральные нормы, переориентируются старые. Возникает афоризм: «Прибыль выше всего, но честь выше прибыли», в котором проявляется нравственное сознание цивилизованного предпринимателя.
Как мы уже говорили, честь – понятие морального сознания и категория этики, тесно связанная и во многом сходная с категорией достоинства. Если понятие чести предполагает в отношении к человеку ту меру уважения, которую он заслужил, то достоинство личности основывается на равном праве каждого на уважение.
Достоинство – категория этики, которая означает особое моральное отношение человека к самому себе и отношение к нему со стороны общества, в котором признается ценность личности. С одной стороны, сознание человеком собственного достоинства является формой самосознания и самоконтроля личности. Утверждение и поддержание своего достоинства предполагает совершение подтверждающих его нравственных поступков. С другой стороны, достоинство личности требует от других людей уважения к ней, признания за человеком соответствующих прав и возможностей, высокой требовательности к нему. Достоинство человека – одна из высших нравственных ценностей. В. Шекспир писал: «Величайшая обида, какую можно причинить честному человеку, – это заподозрить его в нечестности».
Если право на достоинство обретается человеком с момента появления на свет, то честь приобретается им в процессе всей его жизни. Как сказано в книге «Этика» под ред. Т.В. Мишаткиной и Я.С. Яскевич, «честь и достоинство – категории комплементарные (так же, как долг и совесть, свобода и ответственность, страдание и сострадание), то есть они взаимопредполагают и взаимодополняют друг друга. Именно поэтому они одновременно и едины, и отличаются друг от друга. Так, если честь – это внешнее признание ценности человека и внутреннее стремление к нему, то достоинство – объективная ценность личности, которая может быть и не связана с ее признанием или осознанием. Иными словами, честь – это то, что человек должен завоевывать, то, чего он должен добиваться; достоинство же принадлежит ему по праву рождения, потому что он человек (человеческое достоинство). Таким образом, понятие чести связано с социальным статусом личности, ее соответствием требованиям и ожиданиям, предъявляемым группе, к которой человек принадлежит (честь офицера, врача, дворянина), в то время как понятие достоинства безразлично к ним: человеческое достоинство бомжа ничуть не меньше, чем человеческое достоинство представителя высших социальных слоев, хотя осознание и чувство достоинства у них могут быть разными»[26]26
Этика / под ред. Т.В. Мишаткиной, Я.С. Яскевич. С. 215–216.
[Закрыть].
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?