Читать книгу "Театр кошмаров"

Каспер

Чертовы педали украденного велосипеда отказывались крутиться еще быстрее. Каспер проклинал себя за то, что оставил скейт на заброшенной стройке, а Дарена – за то, что сбежал.

Он гнал по искаженным улицам Фирбси так, что в ушах свистел ветер, а из глаз вышибало слезы. Влажная от пота футболка липла к спине и груди, волосы на голове тоже взмокли. Мимо проносились люди и чудовища, улицы города и их уродливое эхо. Все это мешалось перед глазами, и лишь черный столп дыма, что тянулся к красному небу, оставался четким.

Каспер понятия не имел, куда мог направиться Дарен. Единственное место, которое приходило на ум, – это «Жерло». Именно там, похоже, и разгорелся пожар. Именно туда направился Каспер. Он поклялся себе, что устроит Дарену взбучку за его идиотскую выходку, и молился, чтобы ничто не сорвало это обещание.

Пожалуйста, пусть Дарен останется жив. Пожалуйста!..

– Каспер?!

Он даже не понял, кто выскочил перед ним на дорогу. Резко дернул руль, чтобы не сбить человека, и велосипед вильнул в кусты. Каспер выругался за секунду до того, как расстелился по земле.

Кто-то подхватил его за плечо и потянул вверх.

– Я помогу, – сказал голос Этель.

Каспер резко обернулся, не веря ушам. В этот момент он запнулся о раму поваленного велосипеда и чуть снова не упал.

– Эй, ты нас обоих хочешь опрокинуть? – возмутилась подруга.

Ее лицо было измазано чем-то черным. Тушь? Краска?

– Сажа, – Этель заметила удивленный взгляд Каспера и стерла со своей щеки темный след.

– Ты как? – Каспер взволнованно оглядел Этель с головы до пят, но никаких серьезных ран на ней не заметил. Только красные следы на запястьях – полосы и ожоги.

– Я в полном порядке, но Дарен…

От этих слов вдоль позвоночника прокатилась дрожь, она стекла в ноги, наполнив их свинцовой тяжестью. Губы и язык, на которых еще совсем недавно горел поцелуй Дарена, теперь онемели и стали непослушными.

– Он в театре. С Ви, – опережая все вопросы, рассказала Этель.

Каспер как в тумане поднял с земли велосипед и вывел его на тротуар. Мимо бежали выжившие люди, они что-то кричали, но Каспер не мог разобрать ни слова. Этель забралась на багажник и обняла Каспера за талию.

Ехать до театра оставалось недолго. Каспер уже видел полыхающую крышу, возвышающуюся над кронами деревьев. Они остались не измененными Изнанкой – редкое явление, с тоской отметил Каспер и ускорился.

Может, от усталости или страха или потому, что они ехали на скорости, но Касперу показалось, что Изнанка отступает. По воздуху и земле еще ползли трещины, но теперь они не ширились, разрастаясь. Наоборот – они сужались, а странные существа, которые когда-то были людьми, бросались прочь от разломов. Туда, где пока еще торжествовала Изнанка.

– Этель, – удостоверившись, что зрение его не обманывает, Каспер все же спросил: – Ты это видишь? Что происходит? Неужели Ви сдался?

– Увы, но нет. Ви тут ни при чем, – выкрикнула из-за плеча Каспера Этель. – Он не может закрывать разломы. А я могу.

Каспер нервно сжал руль и нахмурился. Все больше ему казалось, что он дошел до финала игры, правила которой так и остались секретом.

А еще его не оставляла мысль – Дарен бы не ушел, если бы город не погряз в Изнанке.

– Если умеешь, то почему ты не закрыла разломы раньше? Зачем дотянула до такого? Мы ж в полной жо…

– Я не могла сделать это без тебя! – перекрикивая ветер, заявила Этель и взвизгнула. Они чуть не врезались в дерево. – Ты что, ездить нормально не умеешь?!

– Я скейтер, а не профессиональный велосипедист! Уж извините!

Касперу показалось, что Этель пробубнила что-то вроде «Чего тут уметь? Лучше бы я села за руль», но предпочел проигнорировать этот выпад. Сейчас были вопросы куда важнее.

– И что? Хочешь сказать, без меня разломы закрыть нельзя?

– Можно, конечно. Но закрываться они будут по одному и вряд ли надолго. А ты… Стоп. То есть ты тоже этого не понял?

– Не понял что? – нахмурился он.

– Ви сказал, ты – начало и конец всего. Сказал, что разлом, который он тебе нанес – «истинная сердцевина, от которой поползут другие веточки». Теперь ясно? Ви просчитался. Он сделал ключом к новому миру одного человека. Тебя.

Касперу показалось, что ему за шиворот насыпали целое ведро кубиков льда.

– Хочешь сказать, все эти разломы – посеял не Ви, а я?

– Неосмысленно, – Этель кивнула. – Думай об этом как об инфекции. Ты начал ее распространять, но подхватили многие, и процесс пошел быстрее.

– Отличное сравнение, спасибо, доктор.

Этель сдавленно хихикнула, а Каспер снова задумался.

– Выходит, если залечишь мой разлом – мир спасен? – Он напрягся в ожидании ответа, а в голове засел недавний разговор с Дареном. Йоркер ведь предлагал затянуть разлом Каспера, а он, дурак, отказался.

Может, ответь он в тот момент иначе, Дарен никуда бы не ушел?

– Посмотри на свою руку, Каспер.

Он послушно опустил глаза, коротко глянув на свое предплечье. Его больше не пронизывали точки разлома, лозы и цветы исчезли. Изнанка снова запечатана в теле – Этель залатала прореху, а Каспер даже не понял.

– Ты и сам заметил, что разломы начали зарастать. Но, пойми, мир это уже не спасет. По крайней мере, Фирбси точно еще долго не оправится от выходки Ви.

Каспер и сам это понимал. Слишком много людей погибло, проиграв самим себе. Каспер лично видел, как Тобиас и Найт перестали существовать. Осталась лишь их пугающая Изнанка.

А сколько еще жителей выжило, но лишилось близких? Сколько обезумело после этого дня?

– Нам уже не спасти Фирбси, – мрачно проговорила Этель, – но Дарена мы обязательно вытащим.

Каспер хотел спросить, как так вышло, что Дарен остался один против Ви? Что произошло между ними, когда Этель сбежала? И почему… Почему она бросила Дарена?!

Последний вопрос он все же задал вслух, но ответ не принес никакого облегчения.

– Я просила его уйти. Как могла намекала, что ты, а не Ви – ключ ко всему, – голос Этель походил на тонкую нить, что была готова вот-вот лопнуть. Каждое слово давалось девушке с трудом, но она все равно продолжила: – Я не могла сказать это Дарену прямо, иначе Ви бы все понял и придумал способ нам помешать. Дарен освободил меня, разбив своей Изнанкой цепь, которая приковывала меня к Ви. У меня было мало времени, чтобы заставить сбежать Дарена или решиться уйти самой.

– И ты, конечно же, ушла сама, – совесть больно кольнула Каспера за тон, каким он обвинил подругу, хотя не должен был этого делать. Этель старалась все исправить изо всех сил.

– Кто-то должен был найти тебя, – виновато пролепетала Этель. – Мы не могли оба остаться с Ви, иначе…

– Я понял, – оборвал он ее. – Понял. Извини, Этель. Просто я тоже чувствую, что виноват. Если я потеряю Дарена…

Этель прильнула к Касперу, по-дружески обняв его со спины. На душе сразу стало теплее, но и боль обострилась. Каспер не мог забыть поцелуев Дарена и не хотел думать, что они были последними.

– Все будет хорошо, Каспер. Мы обязательно спасем своих любимых.

Каспер все-таки врезался. Наехал на забор, не проскочив в калитку парка. Велосипед накренился, Этель взвизгнула, и они повалились на асфальт. Это падение вышибло все вопросы, которые до этого крутились в голове.

– Брось велик. Там все в колдобинах, – крикнул Каспер, – сами быстрее добежим.

И они бросились в парк. Каспер бежал, а трещины разломов змеились рядом. Они стремительно стягивались и исчезали, как лучи света. Не прошло и нескольких минут, как небо уже просветлело, а из-под завесы Изнанки выглянул реальный мир. Оконца в зеркальную реальность таяли на глазах, не оставляя ни следа.

– Быстрее! – Этель еле говорила из-за тяжелого дыхания. Ее ноги заплетались. Она двигалась из последних сил.

Каспер хотел помочь ей бежать и подставил плечо, чтобы Этель могла закинуть на него руку. Но вдруг что-то страшно загудело, послышался скрежет, а потом – оглушительный грохот, который ознаменовал падение одного из аттракционов. Центрифуга, повалившись на землю, все равно продолжала крутиться.

«Жуть», – подумал Каспер, а потом увидел то, что раньше разглядеть не мог. Упавший аттракцион открыл обзор на площадь у театра. И то, что Каспер разглядел, заставило сердце болезненно сжаться.

Дарен стоял к Касперу спиной, с трудом опираясь на что-то черное, тонкое и высокое. Посох? Коса? Да какая разница?! Дарен дрожал, а его руки покраснели от ожогов. Чуть поодаль от Дарена на ступенях развалился Ви. Его лицо обгорело и стало похоже на алую маску, покрытую волдырями и язвами. Ви держался за бок и что-то тихо говорил.

– Нет, – дрожащим голосом обронила Этель.

Она очень тихо всхлипнула, но Касперу показалось, что, несмотря на разделявшее их расстояние, Ви все равно услышал. Он резко посмотрел в их сторону. Взгляд желтых глаз подольше задержался на Этель, а затем коснулся Каспера.

– Он меня узнал, – догадался Каспер, и в этот момент Ви перевел взор на Дарена.

Пару мгновений он что-то обдумывал, а затем вдруг заливисто рассмеялся. Желтые глаза метались от Дарена к Касперу. Ви указывал то на одного парня, то на другого, продолжая безумно хохотать.

Дарен обернулся, и их с Каспером взгляды встретились. Каспер побежал Дарену навстречу, но вдруг снова загудел металл. Этель закричала:

– Назад, Каспер!

Он успел отскочить в последний момент. Очередной аттракцион врезался в землю, едва не прикончив Каспера.

– Какого черта творится?! – Сердце тарабанило где-то в горле. Каспер выглядывал безопасный путь к Дарену, но вряд ли такой сейчас существовал.

– Не знаю, – жалостливо выдавила Этель. – Не знаю! Возможно, Изнанка этого места не хочет, чтобы мы вмешивались.

– Да плевал я, что она хочет! Там Дарен!

С крыши театра поехала черепица. Стекла в окнах начали взрываться от жара, которым дышало нутро здания. Загорались деревья, которые были ближе всего к «Юстине». Дарен медленно шел к Ви, а тот продолжал заливаться хохотом.

«Чего смешного?!» – хотел спросить Каспер, но знал, что его никто не услышит. Знал, что этот вопрос ничего не изменит.

Поэтому он, наплевав на все, бросился вперед. За спиной кричала Этель. Аттракционы угрожающе стонали и кренились. Поздно. Слишком поздно поворачивать назад.

Каспер успел заметить, как на него несется гигантский столб карусели, и успел вовремя затормозить. Махина упала на расстоянии вытянутой руки с таким грохотом, что затряслась земля. Внутренняя дрожь пробрала до мозга костей.

Когда поднятая в воздух пыль улеглась, Каспер увидел, что Дарен смотрит на него. Руки Йоркера были опущены, рот открыт в крике, который Каспер не услышал из-за оглушительного шума. В ушах ужасно звенело.

А потом за спиной Дарена выросла узкая черная тень. Ви возник неожиданно. Дарен не успел обернуться. Зато Ви почти сумел вырвать из рук противника его оружие.

Истошный вопль заполнил пространство, и Каспер все понял.

Это не оружие. Это Изнанка Дарена.

Мир сузился до небольшой площади перед театром, где на земле корчился Дарен. Каспер перелез через поваленный аттракцион и помчался вперед, вопя во все горло:

– Остановись!!!

Он не думал о себе, не смотрел по сторонам, страшась новых крушений. Но подними Каспер глаза, он бы увидел – аттракционы «Жерла» растаяли, скрывшись за тонкой серебристой полосой затянувшегося разлома.

Нити исчезающих прорех бежали вперед вместе с Каспером. Оставался последний островок Изнанки, и раскинулся он, что неудивительно, вокруг Ви. Может, поэтому парк исчезал? Если Ви растворится в Изнанке, вместе с ним исчезнет все, чему он однажды положил начало.

Возле Ви еще плясали тени и клубились дикие иллюзии. Создавалось ощущение, что эта последняя серебряная нить – четкая граница между мирами.

И лишь потому, что это ощущение было правдивым, Каспер не смог пересечь грань миров. Он уперся в нее как в незримую стену. Точно так же, как на парковке, когда Дарен улизнул в разлом.

– Привет, букашка, – Ви махнул Касперу рукой и беззубо улыбнулся.

От этой улыбки кожа покрылась противными мурашками, и Каспера передернуло. Он не мог видеть эту беззаботность на лице Ви, пока тот вырывал душу Дарена.

– Хватит! – взвыл Каспер и ударил кулаком в невидимый барьер. – Ты убьешь его!

Ви выпятил нижнюю губу и потянул за рукоять косы с новыми силами. Ногой он упирался в покрытое ожогами запястье Дарена, и тот кричал от боли. По его щекам текли слезы, смывая с лица пепел. Но Дарен все равно не сдавался.

– Он первый меня ранил, – Ви кивнул на свой бок, из которого сочилась черная кровь.

Каспер тяжело сглотнул. Проход между миром и его отражением закрывался. Четкое осознание – Дарен и Ви сейчас по ту сторону – проскочило в голове, и Каспер ужаснулся. Если ничего не сделать, Дарен останется заперт в Изнанке.

– Отпусти его, пожалуйста! – взмолился Каспер и осел на землю.

Он буквально стоял перед Ви на коленях, и чудовищу это нравилось.

– Ах, любовь, – Ви снова расплылся в улыбке и все-таки перестал мучить Дарена. Он отпустил его Изнанку и отступил на шаг.

Дарен распластался по земле. Если бы не его тяжелое дыхание, Каспер бы решил, что Дарен умер.

– Я вспомнил, – поделился Ви таким тоном, будто его нисколько не волновало, что совсем скоро проход закроется. – Ты приходил ко мне, букашка, и кричал, что спасешь Дарена Йоркера даже ценой своей жизни.

Каспер не сдержался и коротко глянул на Дарена. Тот лежал на земле, смотря в ускользающее за чертой разлома небо. Он крепко сжимал черное древко своей косы.

– Я не сразу вспомнил имя, когда он мне его назвал, – Ви легонько пнул ногу Дарена, – но потом я спросил его, за что этот дурень сражается. Знаешь, что он ответил?

Каспер увидел, как Дарен из последних сил все же повернул голову. Их взгляды встретились, а Ви сказал:

– Он сражается за тебя, Каспер. Вы стоите друг друга.

Бессилие разрывало Каспера изнутри. Если он сейчас ничего не сделает, то навсегда потеряет Дарена. Он обернулся и взглядом нашел Этель. Она едва плелась, запыхавшаяся, усталая. Этель чуть ли не ползла, но упорно шла к ним. Жаль, что она опоздает. Она не сможет ничем помочь. Времени ничтожно мало.

– Умоляю, отпусти его! Позволь Дарену перейти через разлом!

Проход уже был размером с широкий дверной проем. Теперь счет перешел на секунды. Каспер должен выторговать Дарену жизнь!

– А мне что с того, букашка? Сам-то я выйти не смогу без проводника-Зрячего. Думаешь, я трепещу от мысли, что через какую-то пару минут растворюсь в Изнанке?

– А если Дарен выведет и тебя? – в отчаянии предложил Каспер.

Желтые глаза Ви вспыхнули от удовольствия. Похоже, он этого и добивался. Что ж, плевать! Главное, чтобы с Дареном все было хорошо, а уж с Ви они потом как-нибудь разберутся.

– Так и знал, что этот мальчишка – Зрячий. Если Дарен согласен, то и я не против такой сделки, – Ви ухмыльнулся и протянул Дарену руку.

Сердце Каспера запело, когда Дарен принял помощь и поднялся на ноги. Прореха была уже совсем небольшой – размером с окно. Дарену придется пригнуться, чтобы проскочить, но это ерунда.

Каспер был готов рыдать от счастья. Все получилось! Сейчас все разрешится, Дарен шагнет через серебряную нить, и весь этот кошмар останется позади.

Но вместо того, чтобы вместе с Ви выбраться из Изнанки, Дарен попытался вырвать свою руку и дернулся в сторону разлома.

– Ты демон! – выкрикнул Дарен, и душа Каспера упала в пятки. – И место тебе в аду!

Ви оскалился, как зверь, а загнанный в тупик Дарен замахнулся косой.

В момент, когда лезвие должно было вспороть грудь Ви, раздался крик. От голоса Этель, надрывного и отчаянного, воздух будто похолодел на несколько градусов. Касперу показалось, что его внутренности покрылись тонкой корочкой льда, который рассыпался, когда пространство заполнил сухой шорох. Перед глазами мелькнуло что-то светлое, точно мимо пролетела птица. Каспер успел лишь моргнуть, а когда открыл веки, Этель уже стояла в островке Изнанки перед Ви. Она защищала его крыльями, расправленными под ее раскинутыми руками. Большие и белоснежные, они будто были сделаны из бумаги.

Каспера молнией прошило воспоминание: комната Этель, в каждом уголке которой прятался бумажный журавлик. В каждом оригами – хорошее воспоминание, вещественное доказательство того, что жизнь не так уж никчемна.

«Счастье есть!» – кричали бумажные птички. Теперь Каспер знал, что Этель всегда втайне хотела быть одной из них.

– Живее! – приказала Этель и крылом, сотканным из ее Изнанки, буквально подтолкнула Дарена к разлому.

Дарен в последний момент проскользнул в крохотную форточку между мирами и рухнул на землю рядом с Каспером. Он обхватил Дарена дрожащими руками и прижал к себе, трепетно и бережно. Они оба молчали, пока сквозь последнюю трещину пространства доносились затихающие голоса.

– Зачем? Зачем ты это сделала? Что с тобой теперь будет?.. – вопрошал Ви.

Каспер не думал, что Ви умеет плакать. Он не подозревал, что этот монстр вообще способен что-то чувствовать. Однако и сам Каспер задавался тем же вопросом. Зачем Этель пожертвовала собой?

– Я ведь уже сказала сегодня. Я хочу остаться с тобой, Вильгельм. И я ни о чем не жалею. Ты же мечтал стать счастливым, – ласковый голос Этель резал душу в клочья. – Я с тобой, слышишь? Теперь у нас все будет хорошо.

Слова повисли в воздухе и растворились в тишине. Разлом исчез, не оставив ни следа. Он забрал с собой призрака и девушку, луна-парк и все ужасы Изнанки. Лишь горевший театр напоминал, что случившееся не было сном.

Взор Каспера затуманился от слез. Он был безмерно счастлив, что Дарен здесь, но эта радость омрачалась уходом Этель. Что с ней станет на той стороне? А с Рондой? Нет, Ронде нельзя знать. Она не вынесет…

– Каспер, – слабо простонал Дарен и заворочался в его объятиях.

Каспер быстро утер слезы, чтобы Дарен их не заметил, и чуть отстранился. Раны Дарена вблизи оказались еще ужаснее, чем Каспер думал. Его прошила дрожь, а паника сковала дыхание.

«Скорую». Нужно срочно вызвать «Скорую»!

– Каспер, я все-таки смог…

Каспер всхлипнул, безуспешно пытаясь нашарить в карманах джинсов телефон. Где он? Куда он, черт возьми, пропал?!

– Я все-таки смог тебя защитить, – из последних сил выдавил Дарен.

Каспер хотел бы погладить его по щеке, но боялся потревожить ожоги. Он осторожно поднял Дарена на руки, хотя сам едва мог двигаться.

– Конечно, Дарен, – улыбнулся он сквозь боль. – Ты был очень крут. И твоя коса… Жаль, что исчезла. Тоже очень классная, прям как из какой-нибудь игры.

Из груди Дарена вырвался хриплый смех, но тут же оборвался и превратился в кашель. Счастливая концовка Каспера быстро превращалась в кошмар.

– Помогите! – закричал он, больше не пытаясь притворяться ради Дарена, что все хорошо. – Помогите! Здесь раненый!

Никто не откликнулся. На пустыре перед горящим театром не было никого, кроме них. Пожарники или медики не приедут. Город почти вымер.

– Нет, нет, нет, – стонал Каспер, пытаясь бежать на ватных ногах. – Помогите! Кто-нибудь!

Слезы обжигали щеки. Грудь точно пронзили арматурой. Происходящее напоминало кошмарный сон, когда нужно бежать, но ты не можешь и постоянно падаешь.

Дарен был таким легким. Как перышко. Казалось – дунет ветер, и парня унесет. Тогда Каспер его больше никогда не увидит.

– Каспер, – снова позвал Дарен.

Касперу хотелось исполнить свое обещание прямо сейчас и хорошенько треснуть Йоркера. За то, что тот сбежал. За то, что тратит последние силы на какую-то ерунду.

Но он не мог просить Дарена молчать. Просто понимал, что другого шанса поговорить у них теперь точно не будет.

Слезы Каспера падали на тело Дарена. Едва подумав об этом, Касперу захотелось ударить себя.

Дарен – не тело. Он жив! И Каспер сделает все, чтобы…

– Ты замечательный, Каспер.

Его будто ударили по груди тяжеленной гирей. Каспер до боли стиснул челюсти, но так и не смог сдержать рыданий.

Как глупо. Дарен улыбался, а Каспер выл в голос и все бежал-бежал, бесполезно пытаясь что-то сделать. Но разве он мог сдаться?

– Ты тоже замечательный, – искренне выдохнул Каспер. – Ты мой герой, Дарен.

Не сбавляя шаг, Каспер осторожно прижался лбом к неопаленному виску Дарена. Он услышал его слабое дыхание и кожей ощутил исходящий от тела жар.

Когда далеко впереди ему показались очертания людей, Каспер снова закричал:

– Помогите! Умоляю, помогите! – Он бросился вперед из последних сил, а далекие тени ринулись навстречу. Все-таки это были люди!

А потом Дарен улыбнулся, и его глаза закрылись.

Эпилог

Почтовый ящик дома Уайлен, как всегда, пустовал. Каспер зачем-то проверял его каждую неделю, хотя сам прекрасно знал – ничего не изменится. Ему снова придется врать.

Снег скрипел под подошвами. Каждый шаг приближал к порогу дома, от которого веяло холодом сильнее, чем от сугробов. Касперу всегда было сложно возвращаться сюда, но этот раз – особенный. Потому что последний.

– Ааррон, это ты? – голос Ронды лился со второго этажа, где находились спальни.

Каспер сбил с обуви снег, расстегнул куртку и направился наверх.

– Не Ааррон, не угадала! – весело выкрикнул он, хотя улыбаться совсем не хотелось. Каспер ненавидел врать Ронде, но иначе не мог.

Он прошел по узкому коридору и замер на развилке. Одна дверь вела в спальню Ронды, а другая – в комнату, что раньше принадлежала Этель. Каспер замялся, но все же сделал безошибочный выбор.

– Привет, – Ронда махнула рукой тотчас, как дверь в комнату Этель открылась.

Она сидела на заправленной кровати сестры и крутила в руках бумажного журавлика. Здесь их было целое море. Цветные птички заполонили все поверхности и даже висели на ниточках под потолком.

Ронда ничего не изменила в комнате Этель. За свои многочисленные визиты Каспер заметил, что она всегда ставила предметы на то же место, с которого их брала. Что удивительно, если вспомнить, в каком бардаке привыкла жить сама Ронда.

– Привет, – Каспер улыбнулся, и хоть Ронда не могла этого видеть, он знал – она уловит перемену в голосе и улыбнется в ответ. Так и случилось. – Я принес новое письмо от Этель.

На этих словах голос подвел Каспера, но Ронда все равно продолжила улыбаться. Возле ее ног клубком свернулся белый пес с черным пятном на спине. Ронда ласково погладила питомца, будто говоря: «Просыпайся! У нас радостная весть!»

Бу вырос за минувшие полгода и стал поводырем ослепшей девушки. Ее неизменный спутник, который был свидетелем каждой лжи Каспера. Может, Бу действительно понимал, что гость врет? Потому и лаял всякий раз, когда Каспер передавал Ронде записки, предназначенные вовсе не ей, а Ааррону.

Ааррон – еще один спутник Ронды и сообщник Каспера. Он разделял мысль о том, что Ронде не нужно знать правду об Этель. Потому помогал Касперу врать и поддерживал его еженедельные спектакли. В записках, которые Каспер передавал Ронде, всегда были «письма Этель» для Ааррона. И пусть все они дублировались в смс, бумага была дополнительной подстраховкой. На случай, если Ронда вдруг попросит Ааррона прочитать письмо сестры еще раз.

Только вот даже Ааррон не знал правды. Он считал, что Этель погибла в пожаре или оказалась растерзана Изнанкой. Каспер врал, что так и не увидел девушку перед ее смертью. Вытащить Дарена из огня – единственное, что ему удалось в тот день.

– Ну, давай, читай!

Ронда бережно отложила журавлика, как бы демонстрируя – она готова слушать. И Каспер начал читать.

Голос не дрожал, пока Каспер кормил Ронду очередной порцией лжи. Он давно все продумал и каждый раз просто приукрашивал старую историю, добавляя ей витков и деталей.

По легенде, Этель сбежала в другой город, потому что Фирбси ее напугал. Но город Этель, разумеется, не называла, как и не оставляла обратного адреса. Каспер так и не смог придумать достойной отговорки, почему «Этель» не хочет дать Ронде возможность ее найти или хотя бы позвонить.

«Мне просто хочется свободы и самостоятельной жизни. Не приезжай за мной, пожалуйста», – писала «Этель» в конце каждого второго письма. Ронда на этих строках всегда тяжело вздыхала, а Касперу становилось нестерпимо больно.

Может, лучше было бы сказать правду?

– Обратного адреса снова нет? – с досадой спросила Ронда, нервно теребя край черной повязки, под которой прятала слепые глаза.

– Нет, – с тяжелым сердцем выдавил Каспер.

Бу гавкнул, и Касперу стало еще более тошно. Даже пес презирает его ложь.

– Жаль. Я бы хотела написать Этель, что жду ее возвращения. Каждый день сижу в ее комнате и надеюсь, что она войдет и отругает меня. – Ронда кашлянула, будто актриса, настраивающаяся на роль, а потом вскрикнула, копируя тон Этель: – Ронда! Ты чего развалилась на моей кровати!

Она рассмеялась, а Каспер со стыдом понял – он рад, что Ронда сейчас не может видеть его лица. Дрожащие губы и глаза, полные слез, наверняка бы выдали его с головой.

– Ладно. Давай сюда письмо. Покажу потом Ааррону и положу к остальным в шкатулку.

Каспер передал Ронде письмо. Помимо «нового послания от Этель» там была красная приписка: «Завтра уезжаем. Если потребуется какая-то помощь – звоните».

Ронда с трепетом взяла обычный тетрадный лист. Так, будто это было хрупкое крыло бабочки.

– Послушай, Ронда, – неловко потоптавшись, начал Каспер.

Он репетировал эту речь уже неделю, но все равно волновался. Отчасти потому, что понимал – в чем-то он поступает эгоистично.

– М? – Ронда положила письмо на колени и вскинула голову, будто могла видеть сквозь повязку.

– Раз ты сказала про Ааррона, я тут подумал… Почему вы не съезжаетесь?

Он ожидал, что Ронда смутится или вспылит, но она только пожала плечами:

– А зачем? Он и так переехал в соседний дом.

Об этом Каспер знал. Фирбси сильно опустел после лета. Жители бросали свои дома вместе с мебелью, не желая ни дня дольше проводить в ужасном месте, которое забрало столь многих. Каспер прекрасно их понимал. Если бы не родители, Ронда и реабилитация Дарена, он бы уехал одним из первых.

– Разве вам не было бы лучше… вместе? Вы же нравитесь друг другу.

Щеки Ронды залились румянцем, но она быстро взяла себя в руки.

– Я пока не готова к отношениям. Я калека, Каспер. Не хочу быть обузой для Ааррона. Он хороший парень и найдет себе достойную пару.

Каспер закатил глаза. Упрямство Ронды раздражало, но он был уверен – однажды девушка все равно сдастся. Ааррон ей небезразличен, да и за последние полгода они сильно сблизились.

– Да и к тому же, – добавила Ронда немного погодя, – если Ааррон переедет ко мне, Этель будет некомфортно, когда она вернется. А если же я перееду к Ааррону…

– Ронда.

Каспер не выдержал. Он не планировал портить их, возможно, последнюю встречу жестокой правдой, но наивность Ронды его убивала. Каспер надеялся, что она рано или поздно отпустит ситуацию. Но, глядя на Ронду, слабо верил, что это однажды случится.

– Почему ты думаешь, что она вернется?

Он снова вспомнил, как разлом сомкнулся, унося голос Этель. Вспомнил, сколько нежности и печали звучало в ее словах, обращенных к Ви.

Дарен говорит, что, возможно, и Этель, и Ви живы. Пока Этель – его Якорь – с Ви, он не исчезнет даже на той стороне. Когда время подойдет, они уйдут вместе.

Каспер хотел верить в то, что Дарен прав. Все-таки по какой-то неведомой причине Этель любила Ви. И хоть Каспер чувств подруги к чудовищу принять не мог, сейчас жизнь с Ви в Изнанке была для Этель лучшей судьбой. Гораздо более счастливой, чем остальные возможные исходы пути, который Этель выбрала.

– А что, если Этель все же никогда не…

– Не надо, Каспер, – Ронда предупреждающе вскинула руку. – Ничего не говори, ладно? Просто продолжай носить мне письма. Этого будет достаточно.

И тут сознание больно ужалила догадка, и Каспер почувствовал себя полным идиотом. Разумеется, Ронда знает правду. Понимает, что ее сестра никогда не вернется.

Ронда как никто другой знала Этель: ее манеру речи и письма, мельчайшие тонкости характера и привычки. Каспер знал Этель всего год, а Ронда – девятнадцать лет.

Умная девушка, которая отучилась в полицейской академии и стала помощницей детектива. Она просто позволила себя обманывать. Потому что так всем будет проще.

Потому что она не хочет знать, что именно случилось с ее сестрой.

Пока Ронда живет во лжи, она строит вокруг себя воздушные замки и сама с охотой верит в сказку. Но если эти замки рухнут, правда погребет под собой.

– Просто я хотел сказать, что больше не приду, – выпалил Каспер на одном дыхании. – Потому что не смогу.

– Вот как, – вздохнула Ронда. – Значит, уезжаешь?

Проницательно. Теперь Каспер в жизни не поверит, что хоть на секунду смог действительно обмануть Ронду.

– Да. С Дареном, – признался он, и щеки потеплели от легкого смущения. – Он хочет побольше узнать о том, что произошло летом. Вряд ли ведь что-то такое случилось только в Фирбси.

– Логично, – Ронда одобрительно кивнула и задумчиво потерла подбородок. В этот момент Каспер увидел в ней ту Ронду, какой она была полгода назад. Жадную до информации, увлеченную, сосредоточенную. – В книгах и интернете ничего нет?

– Только новости о Фирбси.

Летом в город съехалось много народу: ученые, журналисты, блогеры… Все хотели докопаться до истины и понять, чем же являлась эта Изнанка? Только вот, приехав, они обнаружили уже обычный опустевший Фирбси. Быстро разочаровавшихся гостей как ветром сдуло, а научные исследования застопорились. Выжившие горожане не могли дать объяснений, а Дарен и Каспер – не хотели.

Изучить Изнанку нужно, но эти знания не для всех. Лучше не втягивать в дело ученых, чтобы исключить возможные эксперименты и их опасные последствия. Изнанка – вовсе не то, с чем стоит играться обычным людям, никак не связанным с той стороной.

– Ясно. Значит, тупик, – буркнула Ронда.

– Дарен уверен, что есть люди, которые знают правду: как и почему все началось и можно ли этим управлять. Мы хотим их найти.

– Это хорошая затея, – Ронда одобрительно кивнула. – Но вы уверены, что Дарен уже готов к путешествию? После такого тяжелого лечения нужно время, чтобы прийти в себя.

– Я так же сказал. Но Ааррон и сам Дарен утверждают, что все отлично.

– Ну, если уж сам лечащий врач так говорит, – протянула Ронда.

Пес у ее ног потянулся к руке Ронды, выпрашивая ласки. Она с удовольствием потрепала его между ушей, и Каспера всего на мгновение накрыла грусть. Он будет скучать по Ронде, по Ааррону и Бу.

– А что твои родители? Они не против, что ты уедешь?

Ронда не спросила, «не против ли, что ты уедешь с Дареном», потому что Каспер еще в августе рассказал ей, как прошло его признание.

Подумать только, он так долго пытался играть чужую роль, лишь бы мать с отцом не страдали от того, кто их сын на самом деле… А им оказалось плевать на ориентацию Каспера.

– Я давно знала, милый, – тогда сказала мама. – Я думала, это ни для кого не секрет.

– Главное, чтобы ты был счастлив, – поддержал ее папа. – Этот парень, который тебе нравится…