Читать книгу "Страна-анамнезия. Сатирический роман"

Поэтому Новостроев решил отвечать, начиная со следующего дня, универсальным ответом на все претензии так: «А Вы пробовали, когда-нибудь трудится на хозяина? Если хотите, я могу посодействовать Вашему трудоустройству в частную клинику. Но, учтите, там, в два раза больше платят, но и больше работают в четыре раза, причем вопросов никаких со стороны подчиненных не терпят!».

А как быть с пациентами в случае возникновения неуправляемой ситуации? И тут его осенило! Нужно продолжить регулярно просматривать по системе видео наблюдения поведение пациентов на предмет выявления потенциальных «бунтарей». Именно такие люди всегда воздействуют на толпу в периоды отсутствия решения лидера, и тогда ситуация становиться неуправляемой. Таких анархистов заблаговременно следует… попросту выписывать из клиники, как прошедших курс лечения. Нет пациента – нет потенциальных проблем! Как же ему сразу не пришла в голову такая мудрая мысль?

Не теряя времени, Новостроев включил систему наблюдения на просмотр палаты лидера предвыборной гонки Долбиелдаева, а Большевикова и Загребухина, он поставил на запись, которую намеревался просмотреть позже. В этой палате шел оживленный разговор о первом дне трудотерапии, кандидат в президенты организации «проводил разбор полетов». Новостроев пожалел о том, что раньше не включил наблюдение и не поспел на начало разговора в палате Долбиелдаева.

– …, а ты Гриша, почему решил, что нужно охранять костер от пожарных? – строго вопрошал Долбиелдаев пациента.

– Все побежали охранять костер, и я …тоже, – отвечал Гриша, – я же не знал, что нужно делать в этом случае.

– Понятно, – зло произнес Долбиелдаев, – этого от тебя, Гриша, я просто не ожидал. Ты кто? Ты моя правая рука, мое доверенное лицо, а вел себя политически близоруко, поддался настроению толпы. Это, Гриша, недопустимо! Мы с тобой представляем центристские политические силы нашей клиники, а это ответственность перед рядовыми членами организации.

Центристы не должны поддаваться настроениям и требованиям толпы и уклоняться вправо или влево от политической платформы. Тем более проявлять крайние настроения. На том и стоим! Бери пример с партии власти в стране, как я советовал, телевизор смотришь по вечерам?

– Да смотрю, – подтвердил Гриша, – но там не говорят, что нужно делать, если пожарники приезжают тушить твой костер.

– А там про это и не скажут, – поучительно воспитывал Гришу Долбиелдаев, – это частный случай, а политик должен усматривать общий закон. И не просто видеть, но и принимать дальновидные и превентивные решения! Смотришь телевизор, а сам анализируешь получаемую информацию. Партия власти в нашем государстве, как и мы, здесь, тоже представляет центристские политические силы в стране. Вот и смотри, как и что она делает, и старайся также как они. Например, что ты видел в последнее время по телевизору, какую, так сказать информацию почерпнул?

– Президент провел заседание госсовета по вопросам модернизации экономики страны, – ответил Гриша, – а премьер приехал в роддом в каком-то городе и пообещал его медперсоналу повышение зарплаты на треть….

– Вот-вот, а теперь проанализируй и сделай политически взвешенный вывод, – посоветовал Долбиелдаев.

Гриша задумался на несколько минут, чеша у себя за ухом, его мышление напряглось до предела, выражение лица стало напоминать портрет древнегреческого философа и, наконец, он неуверенно выдавил из себя свой взвешенный вывод, посматривая тайком на реакцию Долбиелдаева:

– Президент сказал на госсовете, что стране не нужно много юристов и экономистов, требуются инженеры, которые будут модернизировать нашу промышленность. А премьер посетил роддом, чтобы в свете поставленных президентом задач, проконтролировать, сколько в стране рождается будущих инженеров для модернизации промышленности и сориентировать рожениц на роды инженеров. И это правильно! (Гриша постепенно входил в раж).

Иначе получится, что если по-прежнему будет рождаться много юристов и экономистов в стране, то уже совсем скоро каждый из них начнет подсказывать Президенту: «Не так надо, а вот эдак…», что будет сильно мешать работе всех органов власти. Когда мало кто понимает в том, на что направлены законы и действия власти, то ей спокойнее и продуктивнее работать….

– Ладно, с исполнительной властью у тебя не очень, – подытожил его анализ Долбиелдаев, – а что ты можешь сказать о деятельности законодательной власти, Государственной думы, например?

– Там принимают законы, – не задумываясь, ответил Гриша.

– Это понятно, – ответил Долбиелдаев, – какие и для чего?

– Но мне трудно что-либо сказать, я не юрист, – парировал Гриша, – хотя видел, что депутаты прогуливают рабочее время. Судя по репортажам из Думы, на ее заседаниях присутствует четверть депутатов, а за прогульщиков кнопки нажимают их друзья или родственники…, не знаю.

– Вот видишь, насколько ты политически близорук, – поучительно говорил Долбиелдаев, – ты заметил только то, что не все депутаты являются на заседания Думы. А нужно смотреть на результаты работы этого органа. А они таковы, что без лишних споров и дебатов принимается необходимое количество законов, нужных для реформирования страны. О чем спорить? Партия власти представляет квалифицированное большинство в Думе, а поэтому любой закон примут независимо от мнения оппозиции, а значит не обязательно всем сидеть и париться в зале.

Решения, Гриша принимаются в кулуарах Думы, заранее договорившись. Поэтому не важно, кто будет давить кнопки. А когда неправильно нажимают, депутатам «подскажут» из Кремля. Если ранее принятый закон не работает, как должен, то его «приводят в соответствие» с конкретной реальной ситуацией в стране….

– А я дурак не знал, что нужно закон под работу исполнительной власти принимать, – сказал Гриша, – но тогда это не закон получается, а, как сказал Шарапов в известном фильме, кистень….

– Да, но «подгонять работу властей под закон» мы будем… в нормальной политической обстановке, после того как модернизируемся, – разъяснял Долбиелдаев, – а сейчас некогда заниматься такой тягомотиной, ведь процесс «подгонки» работы исполнительной власти под закон займет не одно десятилетие.

Все в стране подчиняются одной идее, плану и человеку, реализующему его, а представь-ка себе, Гриша, если бы все вели себя подобно вам в произошедшем конфликте с пожарными – «все побежали, и я …тоже». А ты у меня лично спросил, что нужно делать? Нет! А поэтому, если вы хотите, чтобы не было неуправляемой ситуации, в следующий раз нужно спрашивать у меня, а я у главного врача. Улавливаешь, о чем я?

– Улавливаем, – вступил в разговор другой пациент палаты, – но скажи нам, Долбиелдаев, почему ты, когда не был еще кандидатом в президенты организации, постоянно критиковал любую власть, а сейчас заговорил по-другому?

– Ответственность Архипыч, – задумчиво произнес Долбиелдаев, – перед вами, за ваши судьбы, лечение и реабилитацию. Аналогично и в России, когда элита страны почувствовала ответственность за судьбу народа, его нищенский жизненный уровень, катастрофическую демографию, так сразу же и родилась партия власти, центристы, как и мы с вами. Ответственность – это то, на чем держится наша политическая платформа…. На том и стоим!

– Что ты еще можешь сказать и проанализировать? – спросил Долбиелдаев у Гриши, – какую еще информацию из официальных источников ты слышал?

– Ну, передавали по телику, что президент выделил дополнительные средства из своего фонда на программу по уходу за недоношенными детьми, – промолвил Гриша.

– Вот, проанализируй и сделай вывод, – предложил Долбиелдаев.

– Президент, наверное, хотел, – начал неуверенно Гриша, – чтобы недоношенные дети выросли здоровыми и рослыми людьми. А то ведь помельчал народ как-то, все больше низкорослых…, а это своеобразный имидж государства. Вот посмотрите на президента США. Здоровенный рослый мужик, который олицетворяет могущество американского государства и всем видом внушает это….

– Ты Григорий не дерзи, – посоветовал Долбиелдаев, – не в росте лидера кроется могущество государства, мал золотник, да дорог! А что касается твоего вывода, то он неверный. Деньги на поддержку клиник по уходу за недоносками президент выделили для того, чтобы они быстрее росли, раз уж поспешили появиться на этот свет. Подрастающее поколение – это смена российской элиты, а ее нужно выращивать….

– Барак Обама, конечно не самый рослый, – неожиданно продолжил Гриша, – но он первый темнокожий президент США. (Он демонстративно показывал политическую эрудицию). Кстати, когда он победил на выборах, то ее праздновали не только в США, но и в России.

– Что-то я не помню такого, – засомневался Долбиелдаев, – кто это из россиян праздновал его победу?

– Россияне, которые проживают в бараках, – вполне серьезно ответил Гриша, – ведь их жизнь неразрывно связана на протяжении десятилетий с его именем….

Просмотрев беседу Долбиелдаева, Новостроев понял, что в его команде работа идет в нужном направлении. Этот лидер все понял правильно и сделал соответствующие «политически взвешенные» выводы из состоявшейся беседы главного врача с президиумом. За нормальное продолжение этой разъяснительной работы среди сторонников Долбиелдаева можно не переживать – он сделает все так, как предписал ему Новостроев. Михаил Сергеевич включил на просмотр записи беседы в палате Большевикова.

– … что ты такое говоришь, Владимир Ильич? – обращался Большевиков к сопалатнику, очень похожему на… Ленина, – это твое утверждение справедливо только для конца…, (пауза) девятнадцатого века. Современные коммунисты не должны выглядеть ортодоксами перед лицом мировой общественности. Что значат эти твои «экспроприация», «национализация» и прочие догмы?

– Не для конца…, не для конца, батенька, а термины эти вовсе не догмы, а архиважные постулаты теории марксизма-ленинизма, – отвечал человек, очень похожий на Ленина, – они как никогда архиактуальны сегодня, на то она и теория….

Новостроев присмотрелся к этому Ленину и не нашел чего-либо, указывающего на то, что его внешность являлась результатом работы опытного гримера. На обходах клиники, он не припоминал такого пациента, а это значило, что его привезли в клинику недавно. Схожесть с вождем мирового пролетариата удивительно высока, даже его картавость казалась естественной, хотя очевидно, он специально это делал для большей аналогии с вождем мирового пролетариата, специально не выговаривая букву «р».

– Когда к нам положили Ленина? – спросил Новостроев, вызвав Верочку.

– Вчера, Михаил Сергеевич, – отвечала она, – его привезла скорая психиатрическая помощь вместе с Троцким! Эти два дурака удивительно схожи с настоящими Владимиром Ильичом и Троцким, как две капли «Перцовки»….

– А Вы помните, как выглядели настоящие? – удивился Новостроев.

– Ну, что Вы! – парировала Верочка, – я еще не старуха, на меня засматриваются молодые мужчины, когда иду по улице.

– Вы, наверное, напоминаете им, как выглядели их предки! – пошутил Новостроев, – главное, чтобы Ваши воздыхатели не испытывали испуг….

Новостроев отпустил Верочку и продолжил просмотр видео.

– … нужно показать этим пожарникам-экспроприаторам, что наши коммунистические костры не для них, это наше детище, – продолжал Владимир Ильич, – из искры возгорится пламя, а из одного костра пожар мировой революции. Ты же сам сказал, что действовать надо согласно обстоятельствам! Вот мы и подняли втихаря всех на борьбу с буржуазными пожарниками. И массы, так сказать, пошли за нами, а не за Долбиелдаевым и Загребухиным. Исходя из сказанного, следует, что коммунисты одержали очередную архиважную победу! Ура, товарищи!

– Но в следующий раз, дорогой товарищ Ленин, ты будешь согласовывать все свои «действия по обстоятельствам» со мной, – назидательно сказал Большевиков, – я кандидат в президенты и мне приходится отвечать перед главным врачом, а не тебе.

– Вот…, вот твоя оппортунистическая сущность, батенька, – вспылил Ленин, – вот платформа современных коммунистов, не желающих обострять классовую борьбу. Оппозиция должна быть не показухой, а реальной политической силой. Меня коробит оттого, что партия современных коммунистов допускает сам факт существования частной собственности на средства производства, а в ее рядах появляются люди далекие от коммунистических идеалов. Новые буржуа, батенька, которые по определению не должны входить в партию коммунистов и спонсировать ее деятельность. Иначе наступает полная архи зависимость партии от частного капитала.

– Владимир Ильич, я с тобой полностью согласен, – настаивал Большевиков, – но ты должен понять, что иногда нужно корректировать и общее мнение, и действие для своей же выгоды. Иногда нужно идти на политический компромисс, основоположником которого являлся сам Ленин. Или ты и это будешь отвергать?

– Дорогой Виссарион Иосифович, – обратился Ленин официально к Большевикову, – я понимаю, батенька, что ты переживаешь за свое положение, за должность кандидата в президенты, но ты ведь тоже должен постоянно, вне зависимости от конкретной ситуации, отстаивать марксистско-ленинскую идеологию и не прогибаться под главным врачом. Это архиважно! В момент приезда пожарных, нужно было поднять такую бучу, от которой всему городу стало бы тошно! Важно использовать исторический момент, когда верхи не могут, а низы не хотят!

– Но это могло привести к прекращению всего эксперимента, – аргументировано возразил Большевиков, – а всех нас, могли отправить в «гестапо» на первый этаж. Так сказал нам главный врач!

– Он же обещал вам, кандидатам, что переводы в «гестапо» отменяются, – возразил Ленин, – он, что отказывается от своих обещаний?

– Нет, Владимир Ильич, – ответил Большевиков, – это обещание дано в рамках эксперимента, а если ее проведение прекратят, то обещание теряет силу. Понятно?

– Не понятно, батенька, – протестовал Ленин, – архи важно, чтобы из искры возгорелось пламя, даже во вред деловой игры. Пусть мы все сгорим в пожаре гнева трудового народа, но он охватит всю страну, а может быть и… весь мир. Мы сгорим, но дело наше продолжится. Мировая революция неизбежна! Вот и товарищ Троцкий со мной согласен, не так ли Лев Давыдович?

– Да, Владимир Ильич, – подтвердил пациент, молча наблюдавший спор главного идеолога с кандидатом в президенты, – я за мировую революцию! На том и стоим! Я советую прекратить партийную дискуссию и каждому остаться при своем мнении. После договоримся, сейчас главное выиграть выборы и захватить власть в организации. Ее дележка между нами не уйдет.

Просматривая эту запись, Новостроев понял, кто организовал протест и создал неуправляемую ситуацию во время попытки тушения костров на территории клиники в первый день трудотерапии. Он отметил себе, что именно за командой Большевикова нужен постоянный присмотр, хотя сам кандидат проявил в этом эпизоде практичность и благоразумие. Но, его идеологический гуру мог у него за спиной организовать любую неуправляемую ситуацию. Здесь все ясно. Для того, чтобы проконтролировать либеральное политическое крыло пациентской общественности, Новостроев включил запись беседы Загребухина с сопалатниками.

– … я должен знать, почему вы, как лохи, бросились охранять костер от пожарных? – строго спрашивал Загребухин, – что там бабки горели, вместо листьев или этот хренов костер стоит лимон?

– Да дураки мы, Сергей Анатольевич, – оправдывался один из пациентов, – поддались общему настроению….

– Вот так происходят все революции, – назидательно говорил Загребухин, – сначала срабатывает стадное чувство, а потом кто-то под вашу явку, может сотворить переворот в стране. Вас никто не спросит, зачем вы прибежали туда «поддавшись общему настроению», но ваше присутствие для численности, может быть использовано в агрессивных целях.

Я не понимаю, господа, почему вы послушали этих кретинов из команды Большевикова, а если бы вас подговорили бежать «поддавшись общему настроению» на митинг протеста, где требуют отобрать частную собственность у вас же, вы бы тоже побежали? Прежде чем куда-то вливаться, нужно узнать хотя бы политические мотивы мероприятия. Я не буду вас больше предупреждать и скажу, что никто без моей команды не должен ничего предпринимать. Ясно вам, владельцы частного капитала?

Все дружно кивали головами в знак согласия, и на этом разговор и закончился. Новостроев понял, что либералы не поддерживают публичные акции протеста. Это им не нужно по частнособственническим инстинктам и убеждениям. Деньги любят тишину, а там где происходят политические потрясения, капиталам не место.

В финансах политическая нестабильность называется риском, значение которых пропорционально гражданской активности населения и если в стране нет этой самой политической стабильности, то значение этих рисков принимает величину, отпугивающую инвесторов всего мира. Высокий кредитный рейтинг государства создается десятилетиями, а вот рухнуть может за один день от любой политической акции протеста. На том и стоим!

***

Наступил первый день политических дебатов кандидатов в президенты общественной организации клиники. Предварительно посовещавшись между собой, они решили согласовать эти предвыборные мероприятия с Новостроевым. Мало ли что? Может он снова напомнит о нарушении ими какого-нибудь федерального закона. Но все обошлось, как нельзя лучше – «добро» главного врача кандидаты получили сразу.

Дебаты решено было проводить в актовом зале клиники, его усилиями сторонников кандидатов украсили плакатами и растяжками с лозунгами Строчкина:

 
Политические дебаты – истины постулаты!
Мы их дружно проведем – и о каждом все поймем!
Кто способен управлять – того будем выбирать!
 
 
Кандидат будь объективен,
Будь умен и креативен,
Будь надеждой и опорой
За глухим нашим забором!
 
 
Будешь, избран – управляй,
Но людей не забывай,
Тех, кто в руки власть дает
Кто тебя на трон ведет!
 
 
Будешь, властен и могуч
Солнцем нашим среди туч,
Согревай же и свети,
Всех нас – мать его ети!
 

Количество сторонников от одного кандидата, командированных на подготовительную работу актового зала определялось президиумом, который должен был установить квоту. Здесь не обошлось без жарких споров – кто и сколько «своих» должен командировать. Первоначально предложено было «послать на подготовку зала» равное количество от каждого кандидата. Именно по этому вопросу и разгорелись споры.

– А почему моих сторонников должно быть столько же, как и у Долбиелдаева? – возмущенно спросил Большевиков, – нужно чтобы моя квота была пропорциональна приблизительному количеству моих сторонников. Коммунистически настроенные пациенты не должны «горбатиться» на всех – мы и так вам великую страну отдали, которую вы, господа, растащили по частным карманам!

– А как Вы, товарищ Большевиков определите предварительно количество своих сторонников, если выборы мы еще не проводили? – резонно спросил Долбиелдаев, – я предлагаю равную квоту и не нужно здесь изобретать всякие ухищрения. Горлопанить все горазды, а вот когда нужно поработать на общее дело, так в кусты!

– А я предлагаю определить квоту в соответствии с общероссийской статистикой голосования на последних проведенных в стране выборах, – предложил Загребухин, – весь электорат клиники представляет сегодня три основные политические силы – коммунистическую, центристскую и либеральную, поэтому в соответствии со статистикой можно определить наши квоты.

– Ну, с коммунистами и либералами все понятно, а как быть с центристами? – не сдавался Долбиелдаев, – в стране две таких партии, а у нас в клинике только одна.

– Мы должны брать статистику выборов президента, а не органов законодательной власти, – предложил Большевиков, – мы же готовим выборы своего президента. Логично?

– Да, логично! – ответил рассудительно Долбиелдаев, – но как мы можем в протоколе заседания записать мою фамилию рядом с ФИО президента страны? Нашего главного врача могут снова «загрести» в органы. Я предлагаю сопоставлять квоту статистике парламентских выборов, но по центристам определиться по результатам голосования за главную партию страны.

Его доводы оказались убедительными, президиум сразу же согласился с данным предложением. Какие сомнения могут быть? Электорат России «сам определил такую статистику», что бы там не говорили злые языки и лидеры оппозиции о подтасовке результатов выборов с использованием административного ресурса.

Проводить дебаты единогласно доверили одной представленной кандидатуре на роль ведущего – Какисраки Ивану Христофоровичу. Во-первых, он имел опыт журналистской деятельности и ведения дебатов в студии, которые довелось ему проводить в далекие советские, горбачевские времена. Нынче же политические телевизионные дебаты были похожи на пение русских народных частушек в пустыне Каракумы, по причине отсутствия на них главных претендентов.

До сих пор доподлинно неизвестно, почему главные претенденты уклоняются от участия в теледебатах. Может быть, не хотят выглядеть неприлично в условиях импровизации или же отказываются «петь под фанеру», как это делают многие наши исполнители попсы. А может быть просто стыдно стоять рядом с соперниками, которых они считают недостойными их внимания?

Кандидатам разрешено было иметь в зале группу поддержки, которую тот соберет для себя лично. Долбиелдаев назначил руководителем своей группы поддержки профессионала по этой части – Попучмокина. Он поручил ему подобрать состав группы самостоятельно, доверяя его опыту и смыслу фамилии. Лучше этого сделать никто не мог, потому что «рыбак рыбака видит издалека».

Большевиков назначил руководителем группы поддержки сразу двух человек – Ленина и Троцкого. Первый должен «давить на аудиторию харизмой», а второй экспромтом подсказывать Ленину тексты в поддержку кандидата Большевикова и вопросы соперникам. Загребухин назначил руководителем своей группы поддержки соратника по частнособственническим инстинктам и убеждениям – человека по фамилии Тупоступоров Константин Каземирович. От него требовалось вне зависимости от ситуации на дебатах, твердить одну и ту же фразу: «Бесплатный сыр бывает в мышеловке!»

Сами дебаты в присутствии ведущего Какисраки должны проводиться за столом на сцене зала, а кандидаты могут выступать с трибуны с гербом СССР или с места, по своему усмотрению. Те, кто чувствует дискомфорт от присутствия на трибуне с гербом умершей страны, могут отвечать, сидя за столом.

Что касается темы дебатов, то было решено выбирать ее по правилам лотереи. До их начала все присутствующие в зале пишут на листочке бумаги желаемую тему и скручивают его в скатку. Затем, эти «писюльки» собираются со всего зала в ящик, из которого случайный человек, присутствующий на дебатах, вытащит одну скатку. Написанное в ней проблема будет темой дебатов. Этот механизм выбора должен не допустить предварительной подготовки кандидатов к дебатам – все отвечают экспромтом.

На дебаты пригласили почетных гостей – Новостроева, завотделениями, всех дежурных врачей и медсестер. Для них установили в ряд мягкие стулья в одном из углов актового зала. Оттуда хорошо была видна сцена с дебатирующими кандидатами, и зал. Новостроев решил присутствовать на первых дебатах, чтобы отмечать для научной работы наблюдаемые изменения в поведении пациентов.

И вот в назначенный час, из колонок, установленных в актовом зале, зазвучала музыка, призывая всех собраться для проведения мероприятия. Пациенты потянулись в актовый зал, усаживаясь на свободные места, которых вскоре не осталось. Те, кто не успел занять сидячее место, стояли в проходах и вдоль стен. Был полный аншлаг, на сцене суетился Какисраки, кандидатов еще не было. Позднее пришел Новостроев, заведующий мужским отделением, дежурные врачи и три медсестры, которые сели на почетные места и, дожидаясь, начала шоу, переговаривались между собой.

Наконец, под торжественный марш, неожиданно зазвучавший из колонок, и приветственные крики групп поддержки в зал вошли кандидаты в президенты. Новостроев фиксировал поведение каждого из них. Долбиелдаев шел первым и, подняв руки вверх, приветствовал зрителей. Выражение его лица, было подобно кандидату в президенты России. Не менее важный вид и у Большевикова, с той лишь разницей, что у него поднята была только одна рука… на уровне плеча, как у Ильича. Загребухин не поднимал рук, но вид у него был деловой и сосредоточенный.

Когда все трое кандидатов поднялись на сцену, Какисраки объявил о начале дебатов и предложил всем присутствующим написать на листочках желаемую тему дебатов. Новостроев удивился, что сидящие рядом, «почетные гости» тоже принялись писать темы для дураков. «Неужели им интересно мнение психов по какой-то серьезной теме? Увлеклись деловой игрой?» – подумал Новостроев. Эти листочки разносили всем желающим специально назначенные для этой цели пациенты. Они же должны были собрать скрутки-«писюльки» со всего зала. Организация дебатов оказалась на высоте!

Наконец Какисраки пригласил случайного пациента сидящего в первом ряду для выбора темы дебатов. На сцену поднялась пациентка женского отделения и, порывшись немного в картонном коробке, достала одну из скруток. Какисраки развернул ее и прочитал тему.

– Уважаемые господа и товарищ Большевиков, – торжественно произнес он, – тема сегодняшних дебатов (пауза) – игорный бизнес в России. Я на правах ведущего буду задавать вопросы кандидатам по очереди…. Женщина…, да вот Вы в третьем ряду…, да, да Вы…, чему Вы обрадовались?

– Это я написала! – кричала пациентка, приподнявшись с места и хлопая в ладоши, как радуются дети, когда выигрывают приз в ясельной группе, – я, понимаете я! Спасибо вам, что огласили мою тему! (У нее резко сменилось настроение с радости на грусть). Мой сын проиграл все, что мог в казино и остался без штанов, которые тоже проиграл. Неужели даже вонючими портками не брезгуют собственники игорных заведений?

– Хорошо! Только Вы успокойтесь и слушайте, – деловито сказал Какисраки, – итак, господа…..

– Чего же хорошего, даже штаны вонючие отобрали? – кричала пациентка, – я требую отдать штаны моему сыну, не то он возьмет в руки дубину….

Женщина начала плакать и к ней подбежали медсестры из состава почетных гостей и принялись ее успокаивать. Вскоре она снова смеялась и радовалась своей теме.

– Итак, господа и товарищ Большевиков, – продолжил Какисраки, – мой первый вопрос кандидатам будет такой: как Вы относитесь к игорному бизнесу в нашей стране? Кто первый будет отвечать?

– Позвольте мне, – вскинув руку Долбиелдаев, – мне давно хочется поделиться своими идеями по такому важному социальному вопросу.

– Возражений не будет? – спросил Какисраки у соперников Долбиелдаева.

– Нет, пусть отвечает, – спокойно произнес Большевиков, – он всюду старается вылезти первым, пусть говорит!

– Я тоже не возражаю, – уведомил всех Загребухин, – мне кажется не важно, кто первый, не в приватизации участвуем.

Долбиелдаев поднялся на трибуну с советским гербом и… рванул с места в галоп, объявив вначале факт своего обращения в адрес президента о необходимости принятия специального закона об игорном бизнесе. Никто из присутствующих не знал, было ли его обращение на самом деле или нет, но эффект от такого вступления оказался ошеломительным. Весь зал аплодировал, а группа поддержки, возглавляемая Попучмокиным, поднялась и стоя трижды прогорланила на весь зал: «Наш кандидат, большого ума – он давно работает на развитие российского социума!»

Первый блин комом, утверждает народная пословица. Группа поддержки Загребухина во главе с Костей Тупоступоровым не поняла момента вступления в игру эмоций и тоже подхватилась с мест, перебивая попучмокинцев, закричала: «Бесплатный сыр бывает в мышеловке!». Ленин, поддавшийся общему порыву поддержки кандидатов, вскочил, жестикулируя руками и картавя, как вождь мирового пролетариата, закричал: «Товарищи! Игровая революция, о которой давно предупреждал Большевиков, свершилась! Все на борьбу с буржуазной игроманией!».

Поднявшийся ажиотаж долго и терпеливо успокаивал Какисраки, который, судя по его уверенности, имел опыт ведения публичных дебатов. Ему удалось успокоить группы поддержки, строгим приказом «горланить» лозунги только тогда, когда выступает их кандидат, иначе, как сказал он, участник дебатов, группа поддержки которого нарушает порядок, будет «снят с трибуны» Вскоре в зале воцарилось спокойствие, и дебаты продолжились.

– И закон об игорном бизнесе принят в стране! – продолжил Долбиелдаев, – но, к сожалению, не в той редакции, которая могла бы искоренить поставленные в моем обращении проблемы. Что я предлагал? Первое. Установить налог на эту деятельность в размере 97% от выручки. Такая мера сразу бы «отсекла» любителей легкой наживы. Зарабатывая 3% на социальных пороках, не шибко разбогатеешь. А бюджет бы зарабатывал на пороке солидные суммы.

Второе. Для того чтобы государственные фискальные органы четко контролировали выручку игровых залов нужно бы предусмотреть во всех автоматах специальные электронные устройства, исключающие возможность работы без его подключения к терминалу налоговиков по сети Интернет. Информация о размере выручки, поступала бы в режиме реального времени в налоговую инспекцию. На терминале должна быть предусмотрена защита от уничтожения или корректировки информации недобросовестным налоговиком, вступившим в сговор с владельцем игрового бизнеса.

Третье. Казино, где играют в рулетку оборудовать видеокамерами и электронными устройствами, исключающими возможность игры без их работы, подключенных к терминалу налоговой службы. Видеоизображение с этих камер должно записываться на недоступный специальный сетевой диск, находящийся на сервере ФСБ. Подсчет выручки проводился бы в конце каждого месяца по итогам записи на этом диске.

Принятый закон не предусмотрел моих норм и поэтому бюджет с дырой, а хозяева казино с баксами. Все игровые залы переименованы в Интернет кафе и лотереи, где работают все те же однорукие бандиты. В выделенные специальные зоны никто из представителей игорного дела ехать не собирается. Бизнес на пороках общества ушел в подполье, и не приносит прибыли в бюджет….

– Михаил Сергеевич, – обратился к Новостроеву заведующий мужским отделением, – а Долбиелдаева, пора выписывать…, смотрите, как трезво мыслит человек….

– Он нам еще нужен, Яков Ефимович, – ответил Новостроев, – пусть разворачивает деловую игру, у него это хорошо получается. Если сейчас выписать его, то эксперимент придется скомкать. Да и я не уверен в его полном выздоровлении, основная шиза у этого пациента – критика власти!

Долбиелдаев закончил отвечать на первый вопрос. Реакция зала на его ответ оказалась на удивление спокойной и даже прохладной. Скорее всего, большинство зрителей, то ли не поняло сути предложений Долбиелдаева, то ли не соглашалась с ними по причине отсутствия радикализма. Электорат желал слышать другие предложения – «народ хотел крови». С кислой миной Долбиелдаев сел на место и понял, что начинает проигрывать первые дебаты.