Читать книгу "Нашедшие Путь"

***

Отработав смену, Борис решил сразу идти к Тимофею. Он ещё надеялся, что планы минувшего дня просто забудутся, или же вдруг исчезнет потребность в их реализации. Размышляя подобным образом, он всё больше понимал, что занимается самообманом. Борису хотелось найти какое-нибудь другое решение, которое он мог бы предложить; однако мысли путались, решение не находилось.

«Хотя бы ещё раз попробую отговорить их от этой оккультной авантюры», – подумал Борис, заходя в дом.

– Рановато ты, – заметил Алексей, поздоровавшись. – Не завтракал, значит, наверняка… Наливай себе чай.

– Где Тимофей? – поинтересовался Борис, надеясь услышать в ответ что-нибудь утешительное.

– Занят осуществлением основной части нашего плана, – сообщил Алексей.

– Решились всё-таки, – с досадой проговорил Борис и, осторожно ступая, направился в сторону комнаты.

– Не надо, не надо, не мешай ему, – попросил Алексей.

Постояв несколько секунд посреди кухни, Борис направился к умывальнику, вымыл руки, потом присел на сундук, пытаясь собраться с мыслями. Мыслей не было.

– Садись за стол, – позвал Алексей. – Я тебе чай налил.

Поднявшись, Борис подошёл к столу, посмотрев на иконы, перекрестился и сел за стол. Есть, однако, почему-то вдруг расхотелось. Посидев молча несколько минут, Борис спросил:

– Что я должен делать?

– Помнишь раскрытые книги в комнате Зои Ивановны?.. Они так там и лежат… Тимофей хочет, чтоб ты попробовал разобраться в них… Вероятно, остальное ты поймёшь сам.

– А ты чем намерен заняться? – поинтересовался Борис.

– Похоже, что мне отведена роль диспетчера.

– Я уж подумал, что ты будешь готовить какое-нибудь зелье из лягушачьих лапок и мышиных хвостиков, – проговорил Борис, вставая из-за стола.

– Зелье готовить не буду, а вот обед приготовить, похоже, придётся.

Последние слова Алексей договорил, когда дверь за Борисом уже закрылась. «Ну и ладно, – думал Алексей, – надеюсь, Тимка знает, что делает». Вспомнив вдруг про телефон, Алексей ознакомился с содержанием последнего сообщения, пришедшего несколько минут назад, и тут же прошёл в комнату-додзё, бросив небрежно с порога:

– Совсем обленился, «чернокнижник»?.. Мог бы и до двери дойти.

Не обратив внимания на полушутливый упрёк, Тимофей монотонно проговорил:

– Нужны твои знания по тем болезням, которые имеются у ваших горе-руководителей… Сможешь представить себе, как происходит их обострение?

– Патогенез инсульта и панкреатита – это элементарно; а что там у остальных – не знаю, подумать надо.

***

Пытаясь уловить смысл содержания открытых страниц, Борис то углублялся в текст, то бродил по комнате, периодически подходя то к окнам, то к иконам. В его размышления то и дело вмешивались воспоминания, не давая возможности сосредоточиться; Борис пытался вернуться к своему занятию, однако всё повторялось. Когда ему наконец-то показалось, что он всё-таки добрался до сути, дверь вдруг приоткрылась.

– Пойдём-ка, Борь, обедать, – позвал Алексей и, дождавшись ответного кивка, удалился.

«Быстро, однако же, время-то пробежало», – подумал Борис и, постояв немного перед иконами, направился к двери. Медленно продвигаясь через тёмные сени, он почему-то вдруг вспомнил рассуждения отца Николая о бесстрастии; «С чего бы это вдруг?» – быстро пронеслось в уме. Войдя в кухню, Борис уже ни о чём не думал, оказавшись же за столом, заметил, что есть он по-прежнему не хочет.

– Похоже, что хреновый из меня повар, – заключил Алексей, понаблюдав за Борисом.

– Всё нормально, – возразил Тимофей. – Просто, кажется, ему удалось достичь того состояния, из которого он сумеет нам помочь.

– «Сатори»?! – удивился Алексей.

– Скажешь тоже! – возразил Тимофей, слегка улыбнувшись и отрицательно покачав головой. – Далеко нам всем до «сатори»; да и вообще, честно говоря, не знаю, уместна ли в данном случае хотя бы аналогия с теми состояниями, о которых говорится в дальневосточных учениях. Нет, это – какое-то другое состояние. Видел я, вроде, уже что-то подобное.

– Ты о Зое Ивановне? – осторожно спросил Алексей.

– Да, да, – подтвердил Тимофей, пытаясь собраться с мыслями. – Частенько у меня возникало такое ощущение, будто она постоянно пребывала в состоянии, подобном тому, которого я добивался лишь изредка, да к тому же с помощью продолжительных упражнений…

– У неё, вероятно, другие «упражнения» были на протяжении всей жизни, – предположил Борис.

– Были, – согласился Тимофей, невольно вспоминая рассказы Игоря Семёновича. – Похоже, открылось ей что-то…

– Это «что-то» и позволило ей для нас подсказки оставить? – медленно проговорил Алексей.

– Похоже на то… Она как-то говорила, что хочет попытаться помочь Борису «нащупать» очередную ступеньку «Лествицы»… Кстати, Борь, тебе ведь, кажется, есть с кем поделиться своими «открытиями».

– Ты о Кате? – догадался Борис.

– И о Юле, – добавил Тимофей.

– А с вами поделиться не получится? – спросил Борис, намереваясь всё-таки попробовать отговорить Тимофея и Алексея от продолжения того, что ему так не нравилось.

– Мы – люди «тёмные», – возразил Тимофей, отрицательно покачивая головой. – «Лествица» наша, явно, подлиннее твоей, – будто из подвала выбираемся.

– О «Лествице» только от Зои Ивановны знаешь? – спросил Алексей.

– Не только от неё; сам – тоже почитал немного.

– Ну надо же!.. А я вот начал-было, да и отложил… Тяжело как-то идёт…

– Не удивительно: язык-то – устаревший, – задумчиво протянул Борис. – Я вот думаю, что «Лествица» – это и есть Путь; а если так, тогда получается, что вы, уж извините, заблудились.

Алексей пожал плечами и, чуть помедлив, уже хотел-было возразить, однако сигнал мобильного телефона заставил его переключиться на ознакомление с содержанием поступившего сообщения.

– Похоже, что уже есть кое-какие сдвиги, если им не показалось, – сказал он, показывая телефон Тимофею.

Прочитав сообщение, Тимофей кивнул и уверенно заявил:

– Не показалось. Надо продолжать.

– Куда?! – возмутился Алексей, видя, что Тимофей выходит из-за стола.

– Ты можешь не спешить, а я – пойду, – сказал Тимофей, направляясь в комнату-додзё.

Проводив взглядом Тимофея, а затем и Бориса, Алексей принялся убирать со стола, потом прочитал ещё несколько сообщений и, задумавшись над ответами, направился за советом к Тимофею.

***

Борис вернулся к своему занятию, испытывая какую-то спокойную радость. Вспоминая то Зою Ивановну, то отца Николая, он всё больше ощущал, что их наставления, пролетевшие когда-то почти мимо, едва затронув его разум, теперь становились для него значительными и глубокими. Он уже совсем не сердился на Тимофея и Алексея, а лишь надеялся, что они ещё одумаются. «Искреннее заблуждение должно быть прощено», – подумал Борис; ему вдруг показалось, что для подтверждения правильности его вывода следует лишь снова углубиться в книги, однако, взглянув в окно, он увидел Катю и Юлю. Вспомнив свой разговор с Тимофеем, Борис поспешил во двор.

– Привет, привет, – радостно защебетала Катя. – У нас в «шараге» такое творится!..

Поздоровавшись и отказавшись слушать рассказ о событиях в училище, Борис коротко изложил собственные соображения по поводу оставленных книг, чем сразу сумел заинтересовать обеих.

– Давайте-ка попробуем во всём этом разобраться, – предложила Катя. – Сможем?

– Попробуем, – согласилась Юля.

Новая попытка изучения книг быстро переросла в бурное обсуждение отдельных отрывков, которое, однако, вскоре было прервано появлением Алексея. Алексей позвал всех в кухню, пообещав, что возможность заняться книгами ещё будет.

– Учёбой же ещё придётся заниматься, – проворчала Катя, выходя в сени.

– Ларису-то где потеряли? – поинтересовался Алексей.

– Она решила задержаться и понаблюдать за тем, что в «шараге» происходит, – сообщила Катя.

Вскоре все разместились за столом.

– Расскажите подробнее о том, что в училище творится, – попросил Алексей.

– О чём вы говорите?!. У вас-то тут, оказывается, интереснее, – заговорила укоризненно Юля. – Правда, выводы Бориса меня несколько настораживают.

– Что за выводы? – тут же спросил Алексей.

Не вдаваясь в подробности, Борис коротко изложил свои соображения.

– Опасные выводы, – тихо проговорил Тимофей, покачивая головой.

– Вот те на! – удивился Борис, уставившись на Тимофея в ожидании пояснений.

– Поспешность выводов ни к чему хорошему, как правило, не приводит, – согласился Алексей.

Борис перевёл взгляд на Алексея.

– Так не долго и до вывода, будто цель всегда оправдывает средства, – продолжил Тимофей.

Борис вновь посмотрел на Тимофея, потом взглянул на Катю. Катя беззвучно смеялась.

– «Прикалываетесь»? – спросил Борис.

– Нет, нет, – поспешил успокоить его Алексей. – Просто, похоже, что ты, действительно, поторопился с выводами.

– Борис, вы же пытаетесь за Бога решать… Не можем мы знать, что нам будет прощено, а что не будет, – попыталась уточнить своё опасение Юля.

Борис сник и углубился в размышления.

– А кто с Фрэдом играет? – спросил вдруг Тимофей.

Едва Катя и Юля успели пожать плечами, как дверь приоткрылась. Лариса осторожно заглянула в кухню и лишь потом переступила через порог.

– Здравствуйте… Я-то боялась, что Фрэд меня не пропустит; а он – обрадовался мне, – сказала Лариса, закрывая дверь.

– Узнала что-нибудь ещё? – спросила Катя.

– Да-а, – протянула Лариса, устраиваясь на скамейке, и, покопавшись в сумке, извлекла свой мобильный телефон.

Она быстро отыскала нужный снимок, сделанный камерой телефона, и, протянув телефон Кате, сказала:

– Не ожидала, что это так здорово работает!

– Что это?.. Директор на полу валяется?! – удивилась Катя.

– Да, да, – подтвердила Лариса. – А если бы вы на десять минут задержались, то, возможно, увидели бы, как Носова еле «выползала» из «шараги» к такси, держась за левый бок.

– А остальные? – поинтересовалась Катя.

– Басюкова выглядит так, будто крысиной отравы поела; а Мымкина – студентов с занятия отпустила и одна в кабинете сидит, да такая бледная, что краше в гроб кладут.

– Она, вроде, и раньше бледная была, – вспомнил Алексей.

– Да, – согласилась Лариса. – Я тоже замечала, что она всегда как покойница; а сегодня – она ещё страшнее, чем обычно.

– Прекращать всё это надо, – сказала Юля.

– Да, – поспешно согласился Борис.

– А я бы добавила им, – возразила Лариса. – Они – совсем не те люди, которых следует жалеть.

Алексей, многократно кивая, тут же продолжил мысль Ларисы:

– Они подобны очагу инфекции, который надо не заглушить, а уничтожить.

– К сожалению, вынужден возразить, – задумчиво проговорил Тимофей.

Окинув взглядом присутствующих и решив, что нужны пояснения, он продолжил:

– Не всё так просто, как хотелось бы… Продолжая воздействие, можно полностью потерять контроль за происходящим… Энерго-информационный импульс, созданный нами, всё ещё продолжает действовать; теперь его надо постепенно гасить, не выпуская за те условные границы, которые вам известны…

– Значит, ещё и нас самих может «шандарахнуть»?.. А я то думал, что Борька уже обо всём с Богом «договорился», – вмешался Алексей.

– Это – дело совсем не шуточное, – продолжил Тимофей. – Старайтесь быть предельно спокойными, уравновешенными…

– Мы это уже обсуждали, – напомнила Катя. – Кстати, мы и в «шараге» старались всех «успокоить» и «уравновесить».

– Правильно, – одобрил Тимофей. – Так и продолжайте.

– Ладно, – согласилась Катя, – будем продолжать; а я, по всей вероятности, попутно «двойки» исправлю.

***

Продолжая анализировать информацию, почерпнутую из книг, оставшихся в комнате Зои Ивановны, Борис вспоминал отдельные фразы даже во сне и во время утренней пробежки. Желая быстрее возобновить начатое, он даже не стал завтракать. Тимофея Борис застал за утренней тренировкой. Узнав, что Борис хочет продолжить изучение книг, Тимофей возражать не стал, но обратился к Борису с просьбой:

– Побудь тут пока за хозяина; а я часа на два отлучусь по своим делам. Договорились?

Оставаться в чужом доме одному Борису не хотелось, однако он всё-таки кивнул в ответ, но тут же спросил:

– Лёха-то придёт?

– Проверит какие-то варианты своего возможного трудоустройства и, вероятно, придёт.

Тимофей пригласил Бориса за стол, сам же, почти не поев, начал собираться.

– Лёшке-то что сказать про тебя? – спросил Борис.

– Скажи, что к травматологу пошёл… Травматолог, который меня лечил, велел показываться иногда.

«Плохо дело», – подумал Борис, но промолчал. Проводив Тимофея взглядом, он допил чай, вымыл посуду и направился в комнату Зои Ивановны.

Когда, часа через полтора, пришёл Алексей, Борис рассказал ему о своих опасениях.

– Да, – согласился Алексей, – раньше-то он что-то и не собирался ходить к травматологу; да и врачи-то рекомендуют периодически показываться, как правило, только для видимости заботы о пациентах.

– Значит, он отправился к Чернилову?

– Думаю, что можно в этом не сомневаться.

– Может, мне надо было как-то этому воспрепятствовать? – спросил Борис, почему-то чувствуя себя виноватым.

– Что ты мог сделать? Не силой же его удерживать, – возразил Алексей.

«Действительно», – подумал Борис и, решив сменить тему, спросил:

– У тебя-то как?.. Нашёл что-нибудь?

Алексей отрицательно покачал головой и, махнув рукой, пояснил:

– В медицинских учреждениях – везде одни и те же препоны; а в других – считают, что если работу потерял – значит: либо алкаш, либо нарушитель трудовой дисциплины… Хотел я сказать, что трудовой кодекс не предписывает «задницу начальству лизать», но воздержался.

– Устраивайся к нам, пока вакансии имеются, а поиски свои – тоже не оставляй, – предложил Борис.

– Подумаю, – предпочёл уклониться Алексей. – Я хочу пока наши записи с семинара проработать, в тренировки кое-что включить, покуда не перезабыли всё.

Тимофей вернулся значительно позже, чем обещал.

– Не обедали ещё? – спросил он, заходя в кухню.

Не желая отрываться от тетрадей, Алексей нехотя проговорил:

– Нет… Я тут твою тетрадь взял… Не возражаешь?.. По своей – не всё вспомнить получается.

– Ладно, ладно, – согласился Тимофей, выкладывая из пакета продукты. – Сейчас и пообедаем, и обсудим всё… Зови Бориса.

Борис уже видел Тимофея в окно, а потому встретил Алексея вопросом:

– Прояснилось что-нибудь?

Алексей отрицательно покачал головой и сказал:

– Я ему вопросов не задавал… Думаю, что сам скажет, может быть, если сочтёт нужным… Он еды всякой понакупил – обедать зовёт.

– Нехорошо как-то получается, – засмущался Борис. – Мы-то редко что-либо приносим.

– Зато Катя корм «зверям» приносит регулярно… Да, кстати, мы-то, бывало, и картошку кололи, и дрова копали…

– Наоборот.

– Ладно, пусть будет наоборот… Пойдём, короче… Может, за обедом-то он и расскажет о своих замыслах.

Надежды Алексея не оправдались: разговор за обедом пошёл исключительно о семинаре и о планах на предстоящие тренировки. Вскоре все трое увлеклись составлением новой комплексной программы; когда же скопилось несколько спорных вопросов, Тимофей сказал:

– Ладно, сейчас узнаем, что думает Катя, вот тогда, возможно, и примем окончательное решение.

Алексей и Борис переглянулись и посмотрели на дверь.

– Рановато, вроде, – неуверенно заметил Алексей.

Борис пожал плечами, прислушался и, выдержав паузу, высказал своё предположение:

– Может быть, уже пришли и с Фрэдом играют?

Ожидая в безмолвии более минуты, но так и не решившись усомниться в предсказании Тимофея, Алексей и Борис вдруг отчётливо услышали скрип и хлопок калитки. Оба вновь переглянулись.

– А вдруг там Семёныч или Виталий? – проговорил Алексей, пытаясь таким образом просто продолжить разговор.

Тимофей отрицательно покачал головой и уверенно сказал:

– Нет. Там Катя, Юля и Лариса; вернее: Катя – уже почти здесь.

В тот же момент дверь открылась и Катя, переступая через высокий порог, радостно защебетала:

– Привет, привет!.. Там ещё Юля и Лариса… Я сегодня уже две «двойки» исправила, да так легко!.. В «шараге» – будто то ли посветлело, то ли воздух стал чище…

Дойдя до стола, Катя выложила из сумки пакетики с кормом для кошек и Фрэда. Она намеревалась сказать что-то ещё, но в это время дверь вновь открылась и в кухню вбежал Фрэд, а следом за ним вошли Юля и Лариса. Поздоровавшись, обе принялись выкладывать на стол всевозможные продукты.

– Что это у нас за праздник? – удивился Борис.

– Эх, надо было спрятать всё, что Тимка принёс, да подождать немного! – проговорил Алексей, решив добавить в ситуацию немного юмора.

– Нам есть, вообще-то, что праздновать, – напомнила Катя.

– Зверика вот только, пожалуй, зря запустили, – заметил Алексей.

– Лёш, Серёга ведь просил Фрэда только по имени называть, а не как попало, – напомнил Борис.

– Я не к Фрэду обращался, – сказал Алексей, пытаясь оправдаться.

– Вы его сразу-то не выгоняйте, – попросила Катя.

– Ладно, – согласился Тимофей. – Сам, наверняка, скоро уйдёт.

«Вторая смена», за стол! – распорядился Алексей. – А Кате, кстати, ещё придётся ознакомиться с черновым вариантом плана дальнейших тренировок и высказать свои соображения.

Обследовав кухню, Фрэд уселся напротив стола и, едва заметно поскуливая, устремил взгляд на продукты; вскоре, однако, ему пришлось немного посторониться, поскольку, подошедшая к нему, Пустя принялась тереться о его переднюю правую лапу. Когда Пустя приблизилась вновь, Фрэд недовольно заворчал и опять отодвинулся.

Посмеявшись над Фрэдом, Катя принялась кормить его и кошек, однако, убедившись, что кошки оказываются проворнее и наглее, позвала Фрэда во двор, взяв с собой еду для него.

– Что ещё нового в «шараге»? – поинтересовался Алексей.

– Почти половину «гадюшника» как ветром сдуло, – бодро ответила Лариса.

– Элеонору-то за что? – проговорила Юля, обращаясь, вероятнее всего, к Алексею.

– Ой, да! – встрепенулась Лариса. – Вольфовне кто-то дверью по физиономии «долбанул», но не в «шараге», а где-то в подъезде. Она говорит, что какой-то мужик сначала придержал дверь, а потом глянул на неё, да и отпустил… Это – на вахте она рассказывала, когда ей там оказывали помощь.

– А ты, значит, подслушала, – сделал вывод Алексей.

– Случайно услышала, – возразила Лариса.

– Вообще-то, Вольфовне всегда не везёт, – принялась рассуждать Юля, – то ей Катя маской чуть по башке не попала, то Носова её в качестве прислуги использует; теперь вот – опять… Нет, видимо, это – просто совпадение.

– Штакетову обсуждаете? – спросила, уже вернувшаяся, Катя.

Ту историю, которую Лариса подслушала, – уточнила Юля.

– Жа-а-алко, жалко мужика! – протянула Катя.

– Мужика?! – удивилась Юля.

– Ну да!.. В тёмном подъезде увидеть вдруг двухметровую бабу, да ещё с таким, с позволения сказать, лицом!.. Прикинь!.. Я, пожалуй, тоже не смогла бы дверь удержать с перепугу-то.

– Значит, всё-таки это – случайность? – спросила Юля.

Видя, что Тимофей пожимает плечами, Алексей высказал своё предположение:

– Вольфовна – завистлива; она тайно ненавидит и директора, и Носову, да всех, пожалуй, кто удачливее её – значит: не случайно ей, видимо, «прилетело».

– А их родственники могут пострадать? – осторожно поинтересовалась Юля.

– Думаю, что тут имеют значение не родственные связи, а, прежде всего, отношения взаимной ненависти, ну и зависти, разумеется, тоже, – сказал Тимофей.

– Я это к тому, что Усова и Карданова почему-то всё родне названивают – беспокоятся, короче, похоже, – объяснила Юля причину своего вопроса.

– Может, у них так общая нервозность проявляется? – предположил Алексей.

Юля пожала плечами, Лариса же часто закивала и сказала:

– Точно, точно; тем более, что Карданова то и дело в туалет бегает… Парни над ней «ржут», говорят: «Гляди, как быстро побежала!.. А вдруг не успеет?!»

– Про директора нет известий? – спросил Алексей.

Лариса отрицательно покачала головой, а Катя уверенно сказала:

– Его теперь надо в «неврологии» искать.

– Я бы предпочла найти его в другом отделении, – созналась Лариса.

– В том, в котором самые спокойные пациенты? – спросила Катя, показывая всем своим видом, что и её такой вариант устроил бы больше.

– Да, да, – подтвердила Лариса.

– Какие вы «добрые»! – язвительно заметила Юля.

Изобразив удивление, Катя принялась укорять Юля:

– Ах так!.. А разве плохо было сегодня без директора, без Носовой, без Басюковой, без Мымры?.. Без них преподаватели стали разрешать «двойки» исправлять. Плохо разве?.. Вот только, пожалуй, надо было всё это проделать до того, как они Лёхе «подлянку» подстроили.

– Раньше-то это не получилось бы, – возразил Тимофей. – Я тогда ещё не был к этому готов.

– Вот бы нам тоже такие способности развить! – мечтательно проговорила Лариса.

– А это возможно? – спросила Юля, устремив взгляд в сторону Тимофея.

Тимофей пожал плечами и, вероятно, что-то сказал бы, но Алексей поспешил съязвить:

– Элементарно: надо всего-то лишь пару-тройку гранат взорвать около вас…

– Можно ещё на крышу залезть во время грозы, – перебила Катя. – Я слышала, что молнии в этом деле хорошо помогают.

Пытаясь развивать тему дальше, Алексей продолжил:

– А можно и проще: по два гвоздя в розетку засунем – вот и станем все такими же, вероятно, как Тимофей.

– Да, да, – согласился Тимофей. – Правда, это – если ты имеешь в виду наличие группы инвалидности.

Поговорив ещё немного на разные темы, Юля и Лариса засобирались, сославшись на то, что им надо готовиться к экзаменам. Катя уходить отказалась, предпочтя прежде вникнуть в план тренировок.

– Что-что, а семинар-то ваш обязательно надо весь основательно проработать, – сказала она, когда дверь за Юлей и Ларисой закрылась.

– Само собой, – согласился Алексей. – В этом-то мы и не сомневаемся.

– Всё, всё, поняла: опять тебе общеразвивающие аспекты более интересны, а Тимофею – боевые.

Алексей задумался и посмотрел на Тимофея так, будто ожидал от него каких-то разъяснений. Без труда уловив смысл этого взгляда, заметно помрачнел Борис.

– Наведаться что ли в «травматологию»? – задумчиво проговорила Катя, обрывая, надоевшую ей, паузу.

– Нет, нет, – возразил Алексей. – Там можешь так «вляпаться»!..

– Да понимаю я… Делать-то что? – перебила Катя.

– Прекратите вмешиваться, – тихо заговорил Тимофей. – Я сам способен решать, что мне делать.

– Не забыл, что тебе на МСЭК скоро? – напомнил Алексей.

Тимофей кивнул в ответ и сказал:

– Успею я и МСЭК пройти, и подготовиться… Чернилов ведь, вероятно, не меньше месяца пролечится…

Новую паузу опять оборвала Катя:

– Что с планом-то будем делать?

– Ясно всё с планом, – нехотя заключил Алексей. – К «боевым действиям» будем готовиться… Правда, кое-кому надо ещё экзамены сдавать и практику проходить.

– Ну вот и ладно, – подытожил Тимофей так, будто сбросил с себя какую-то тяжесть, – значит, работаем по семинару и по боевому направлению; а ещё, думаю, что нам надо где-то приблизительно через месяц вот так же собраться и ещё раз всё обсудить.