Текст книги "Только ломаные такты"

5

Дела у Емели пошли на удивление в гору – на занятия брейком пришли новые ребята. К большому сожалению для них, первым их встретил Финт и в привычной ему манере начал задавать новичкам каверзные вопросы. Рядом вырос Емеля, оттолкнув Финта и встав перед новичками:

– Финт, вымораживает эта твоя привычка, чё ты привязался к молодым со своей идеологией? Каждый из них придёт рано или поздно к тому, к чему пришёл ты, – не поворачивая головы в его сторону, отвечал ему Емеля, – ребят, спасибо, что пришли, давайте работать.

Тут же в зал забежал Глеб с криком:

– «Кар-мен» приезжает вроде к нам!

– Так вроде или приезжает? – Емеля заметно оживился от услышанного.

Глеб молча развернулся и убежал в неизвестном направлении, оставив всех присутствующих в недоумении. После тренировки Виталик вышел в фойе ДК и чуть не подавился от кашля: группки молодых людей стояли и курили прямо в помещении, потому что на улице было холодно. На попытки пожилых людей их вразумить и пристыдить, молодёжь смеялась и угрожала физической расправой. Глеба эта ситуация никак не задевала, поэтому он продолжал, плюясь, громко рассказывать Виталику:

– Масленица пришла! Ты ел-то в своей Германии хоть блины со сметанкой?

– Заткнись, блин, слюна потекла, – Виталику поплохело от чувства голода.

Со скатов крыш капали капли воды с несбитых вовремя сосулек. Неужели уже скоро весна?

6

А теперь переместимся в другую точку города, к Алексею. С каждой очередной поездкой на Центральный рынок он узнавал что-то новенькое о том, что творится в городе. Самойлов-старший краем уха услышал разговор проходящих мимо женщин: «В город пришла гуманитарка с сахаром». Но на самом деле это было неправдой. Правда была такова, что гумпомощь появилась только в коммерческом магазине. Вместе с сардельками и бутылкой кефира предлагают купить роман Дюма. Кстати о литературе – Алексей заметил обильное наличие точек продаж литературы: а там – приобрётшие быструю популярность остросюжетные детективы, фантастика, астрология, и, конечно же, порнография. Вот чего нам действительно не хватает! Классическая литература уже не нужна, скукота. На смену книгам «Как закалялась сталь», «Повесть о настоящем человеке», «Тимур и его команда» пришла занимательная книга «Камасутра». Кстати, об «этом».

Прямо напротив окон администрации города вы увидите паренька, рядом с которым располагался полотняный раздвижной столик с разложенным товаром, а там… «Секс без границ», «Попка по имени Оля», «Приключения в отеле «Светлая луна», «1001 секрет русского секса». Самые разнообразные позы и сочетания партнёров. Любопытствующая детвора окружила продавца, который сам, по сути, являлся ещё подростком, учеником последнего класса школы. Его пыталась пристыдить женщина в возрасте, но безуспешно:

– Пусть приобщаются к красоте половых отношений с детства! – не растерялся продавец.

– Да тут одна сплошная непристойность, а не красота! – не отступала женщина.

– Это вы безнадёжно отстали уже, гуляйте отсюдова! Вам уже не дано заниматься сексом, вот и завидуете! – для молодого человека данная продукция уже не производила впечатления чего-то постыдного.

И отправил её без всяких предисловий на то самое, что крупным планом изображено на обложке одного из продаваемых журналов. По другое плечо продавца стояли мужчины постарше и изучали содержимое журналов, заплатив монетку, но не покупая их. Вот она, сексуальная революция! Вы разве иначе представляли себе её в этой стране? Пора раскрепоститься и отдаться своим инстинктам! Разгул самых разнообразных свобод по улицам продолжался и набирал обороты…

7

Весна потихоньку подступала. Пока только в календарях. Солнце напористо пригревало одетого во всё тёмное Виталика, топя при этом снег, под которым выглядывала жёлтая трава с мёртвыми листьями. Более красивые виды медленной победы весны над зимой виднелись на набережной, где плывущие по Дону отколовшиеся льдины были похожи на лужайки ледяных цветов в образе лотосов. По утрам горлицы просыпались со своим «у-у у-у-у-у».

В международный женский день девушки отсутствовали на тренировке по понятным причинам, зато с Виталиком приехали Рома и Акоп. Из открытого окна близлежащего новоявленного кафе на 1-м этаже жилого дома доносилась песня Сестёр Роуз «Как там, в России?». В зале были только Емеля с Финтом, который первым делом решил подшутить над Виталиком:

– Белый, с восьмым марта тебя!

– Тебя также и по тому же месту! – не промолчал Виталик.

– Я увидел новое движение в клипе у Рок Стэди, давай учить! – не дав разгореться конфликту, сообщил Рома.

Это движение было элементом «черепаха», который называли ещё «крикетом», и вроде как «крабом». Всем стало интересно, что это за зверь такой, но видеомагнитофона не было под рукой и все уставились на попытки Глеба показать и рассказать, как делать «черепаху». Своими локтями Рома упёрся в напряжённый пресс и попытался начать двигаться вперёд. Потом постепенно без одной руки, но с поднятыми ногами. В конце он выдавил из себя, что дальше нужно будет крутиться. Емеля посоветовал Роме взять старую шапку-петушок в углу, где инвентарь, засунуть в неё руку и пробовать крутиться с ней. И действительно, шапка придала эффект скольжения, пока сам на руке он не был в состоянии зафиксироваться. Надо сказать, у Ромы неплохо получалось. У Глеба, похоже, появился серьёзный соперник, кто может оспорить его первенство в нижнем брейке.

Возвращаясь домой, друзья шли как обычно в сторону остановки. Виталик что-то рассказывал, не обратив внимания, что идёт и говорит сам с собой. Куда делись друзья? Он резко обернулся – за ними хлопнула дверь в коммерческий ларёк. За прилавком никого не было, поэтому Глеб громко произнёс: «Здрасьте!», отчего курящая продавщица за открытой дверью дёрнулась и шепотом выругалась. Рома купил конфеты «Chewits» с динозавриком Жевастиком. Виталик по рекомендации безденежного Глеба взял «Center shock» со сладким сиропом и лимонной кислотой одновременно. Смотря на эти коробочки, в которых столько одинаковых шоколадок, Виталик на секунду впал в детство, когда хотелось себе купить не один батончик, а целую упаковку! Покусывая губы от досады, что не хватает денег купить нужное количество сладостей, он развернулся и вышел из магазина. Всё, что хотелось, так и осталось за стеклом витрины. Фу, что за кислятина эта жвачка!

Виталик засмотрелся на другую сторону улицы, где он увидел ещё одно явление нового времени: маленькие предприниматели примерно 11-летнего возраста вместо уроков лавировали в потоке машин, спеша натереть стёкла и фары. Пока красный сигнал светофора горит, у детворы есть примерно 50 секунд, за которые нужно полностью вытереть автомобиль. Ждали, дадут ли им купюру. Если же нет, то выливали грязную воду на машину, плевали «зеленцом» и быстро исчезали, чтобы не получить по голове.

Вроде и повод для гордости для их родителей, но нет. Молодёжи некуда было себя деть, это так. Развлечений особо не было, хоть и свобода пришла. Спорт стал платным, а посещение баров – слишком дорогое удовольствие. Бесплатные клубы по интересам закрыли и начали сдавать в аренду коммерсантам. Из вариантов у детей оставалось стать вместо юного техника юным бандитом или бизнесменом, а из культурных мероприятий – пойти со своими друзьями посмотреть на пожар какого-нибудь ларька или попрыгать с недостроя в кучу песка. Родители не могут справиться с их нравом, но в большинстве своём им просто нет дела до своих детей, у них свои проблемы и заботы. Многие родители теперь могут только одеть и накормить своих чад, и то, с переменным успехом. Им не до воспитания ещё.

Дети на день рождения просят не игрушки или железную дорогу, а простую шоколадку за 41 рубль. Чёрт возьми, что же это такое, когда ребёнок мечтает не о велосипеде, а о батончике «Сникерсе» из ларька? О куске шоколада! Шокотерапия. Виталик тоже помнил, как раньше папа всегда приносил что-то вкусненькое после работы, а теперь перестал. А мечты? Да что мечты… Брошенная молодёжь мечтает о быстрых деньгах и праздном образе жизни. Учителя продолжали считать, что стремиться нужно к коммунизму, а детки рисовали в своих головах картину успешной жизни сами, насколько хватало фантазии и количества просмотренных фильмов производства Голливуда. Ну а что делать простым ребятам из простых семей? Среди них стало модно курить, пить и ругаться матом, хотя так было всегда, как этакий показатель взрослости.

С родителей нет смысла брать пример, они до сих пор пребывают в прострации, что всю жизнь жили одну жизнь под занавесом и тут на тебе – он рухнул, а там… не загнивающий Запад, а слишком яркие цвета, что аж голова разболелась и глаза режет. Дети видят, что встречаться с новшествами нового времени они будут сами. Учителя учат их решать задачки со сложением копеек, а реальные деньги-то можно теперь заработать и без образования и специальных знаний.

Культурной программы на Чкаловском для ведущих здоровый образ жизни не было кроме как подраться. А потому детки быстро нашли себе новые развлечения под названием «гоп-стоп», либо взлом киосков «Роспечати». Они выдёргивают у зазевавшихся женщин сумки. Вместе с серёжками они повреждают мочки ушей, которые долго не заживают. Они срывают дорогие махировые шарфы в момент закрывания дверей в полный трамвай или автобус. Веселятся как могут.

Один раз Виталик оказался замешан в подобных выходках, но не как преступник, а как случайный прохожий – возле него остановился милицейский «УАЗ», откуда выскочили милиционеры, схватили за плечо и повернули к задней двери, откуда показалась женщина с запуганными глазами и ручейками туши:

– Похож на них? – представители закона ещё сильнее прижали Виталика к стеклу.

– Да нет, те были выше точно, – как-то машинально ответила потерпевшая.

– Ладно, гуляй, мелюзга, – небрежно они оттолкнули нашего героя от автомобиля, – а с вами поехали в отдел, заявление писать.

8

Нет воды, уроки сократили. А жизнь-то налаживается!

– Спорим, я подойду и подниму юбку старшекласснице, и ты увидишь цвет её труселей? – Глеб скакал перед Виталиком, разогревая его азарт.

– На что спорим?

– Ну что ты там обычно в столовке берёшь, на то и спорим.

– Ну давай.

– Забились, Ромчик, разбей.

Как раз только началась раздача и покупка свежей выпечки, потому никто и не отвлекался на то, что происходит сзади, все пытались выхватить себе свежую сдобу. Глеб аккуратно поднял подол юбки. Виталик увидел белый цвет трусиков, стоя с открытым ртом:

– Рот закрой, а то муха влетит, гони бабки мои.

– Блин, Глебыч, ну хоть оставь мне на булочку, жрать охота.

– Не-не-не, договор дороже денег, давай монету, – забрав деньги, он протолкнулся в очереди и вернулся с купленными сосисками в тесте, одну он протянул Виталику, – ха-ха, да ты чё, Веталь, я ж не чёрт какой-то, вот держи.

У Глеба была отработанная схема подшучивания над одноклассницами – прищепку прицепил к полу юбки, к которой подвязал длинную белую нитку:

– Ой, смотри, Светка, у тебя нитка тут.

– Ой, да, спасибо, Глеб.

Она тянет, и юбка поднимается.

– Озабоченный!

– Галина Васильевна, Громов снова! – сидевшая рядом одноклассница в свитере и лосинах начала кричать на весь класс.

На другом уроке, одноклассница с торчащими карандашами в пучке сложенных волос передала Виталику тетрадь для заполнения анкеты. Он поднял голову и встретился с ней глазами. Она ему подмигнула, покраснела и опустила голубые очи. «Где-то я же её видел уже, но где?». И тут он вспомнил – он не решился пригласить её на медленный танец на дискотеке 23 февраля. Пред ним были написаны типичные вопросы: «Как тебя зовут?», «Сколько тебе лет?», «Какой твой любимый цвет?», «Кто тебе нравится?». Виталик закатил глаза, ну что за детский сад.

– Клёвая наклейка, – улыбнулся он, передавая ей тетрадь обратно. Как её там зовут?

– Угу, я её выменяла на решённую контрольную у дочки хозяина комиссионки.

После уроков Глеб шепнул Виталику на ухо, что не стоит с этой девочкой разговаривать. «Почему это?» – удивился наш герой. И тут Глеб оглянулся по сторонам и, понизив голос, рассказал историю о том, что о ней ходят неприятные слухи об её статусе «минетчицы» среди местных, поэтому никаких совместных прогулок, отношений и поцелуев. Есть риск потерять имя. Виталик недоумевающе посмотрел на своего друга: он сейчас на полном серьёзе говорит такие вещи или как всегда, шутки шутит? Но нет, Глеб даже не улыбался. Что это за порядки такие? И вообще, а достоверная ли информация? Но принял озвученное другом на всякий случай. Тем более что его сердце украла Катя, другие девочки нашего героя не интересовали.

9

А на улице… снова смена власти. Теперь на улице за главную весна, ступающая уверенным шагом по бульварам и проспектам Ростова, великодушно сея после себя тёплые очертания и обильно награждая деревья свежими зелёными одеждами. Капли так и норовят попасть Виталику за воротник куртки. Утром прохладно, а днём уже жарко – как одеваться правильно в такую погоду в Ростове? Выйдя из школы, Виталик, Глеб и Акоп сняли свою верхнюю одежду и окунулись в весеннее настроение перерождения. Все очень устали от этой тяжёлой зимы во всех смыслах. Что может быть чудеснее, чем проснуться на солнечной стороне квартиры, открыть окно, вдохнуть запах весны и почувствовать на себе солнце? Конечно же, сходить в открывшийся в городе первый секс-шоп по приглашению Акопа, если получится прорваться внутрь без уплаты четвертного! Ну а внутри за спиной продавщицы за пять секунд, пока у них получилось находиться внутри помещения и их не выгнали, они увидели на полках много непонятных для себя вещей. Виталик аж подавился, а Акоп вырвал у него из рук бутылку:

– Харэ, водохлёб, мне тоже оставь.

Друзья не сильно разочаровались, что увидели всего ничего в секс-шопе и пошли в сторону остановки. Двое мальчишек, в школьной форме с портфелями, смеялись на фоне афиши фильма «Обнажённая в шляпе» с голой женщиной, тыкая ей в сосок пальцами. Акоп отодвинул их и тоже посмотрел на афишу:

– С тридцать первого марта в кинотеатре будут «Крёстного отца» показывать в трёх частях, попёрли!

Акоп уже скрылся за дверью кинотеатра «Родина». Виталик с Глебом не очень оценили предложение: идти в кинотеатр ради фильма не было желания. Сейчас у людей популярностью стали пользоваться палатки с пёстрым ассортиментом «VHS» кассет и просмотры фильмов в собственном доме. Когда Акоп выходил, за открытой дверью в кассовом зале виднелись игровые автоматы, а за армянским другом Виталика потянулся ужасный запах сигарет. Дальше по маршруту друзья заскочили в магазин «ААА», где продавали последние новинки техники: компьютеры «IBMPC/AT», факсмодемы «Zoltrix», видеодвойки «Hitachi», диктофоны «Sony». Несмотря на реальность не в пользу отечественного производства, шаг вперёд в плане прогресса продолжается!

– Ладно, всё равно ничего не купим, пошли!

– А где здесь кафе «Дружба»? Папа говорил, что там вкусная солянка, хочу попробовать, никогда её не ел!

Глеб улыбнулся, махнул рукой, сказав при этом: «А это нам обратно надо вернуться, пошли», и молча пошёл вперёд, давая понять, что надо следовать за ним. Акоп не сразу обнаружил, что его попутчики уже пошли в другую сторону. Выйдя из кафетерия при магазине «Океан», где вместо кофе стали продавать водку и пришлось уйти ни с чем, он побежал за ними. Виталик не обратил внимания на реакцию Глеба, который был весьма удивлён атмосферой полупустующего помещения «Дружбы», вспоминая, как в лучшие времена тут стояли очереди. Это кафе не выдержит рыночной экономики и уступит своё место более проворным бизнесам, как и другие визитные карточки города, такие как «Красная шапочка» или «Три поросёнка». Глеб съел половину содержимого тарелки и отодвинул её от себя:

– Бэ-э-э, уже не то, что раньше было, даже кусок буженины не положили, жлобы!

– Почему, а мне нравится, давай я доем за тебя! – Виталик заканчивал трапезничать куриными котлетками с маринованными огурчиками, закусывая чёрным хлебом со слоем горчицы.

Глеб, оставшись голодным, снова подошёл к кулинарному отделу, а там ничего нет, кроме чая с лимоном за целых 2 рубля, и сухой слойки почти за 3 рубля.

– Откуда цены такие? Где винегрет, свекольная икра, жареная рыба?

Продавщица горько хныкнула:

– Ишь, чего захотел, кому это теперь нужно! Если не реализую, кто возместит?

Махнув рукой, Глеб снова уселся напротив Виталика, подёргивая ногой. Он не умел долго ждать.

– Пошли, э-э-э, раз мы здесь, нам по пути, заскочим в книжный, да, – Акоп нетерпеливо ждал, когда Виталик уже доест, хоть и сказал, что сыт, но ему было неприятно смотреть на то, как другие кушают.

И вот наши друзья стоят рядом с вагончиками в сквере у «Дома Книги». Акоп заинтересовался ранее запретной литературой, о которой только слышал, но очень хотел прочесть лично. Запретный плод так сладок. А теперь, пожалуйста, на ваш выбор, в открытом доступе: Солженицын, Бродский, Войнович, Рыбаков. Если же вам интересна зарубежная литература, например, Гитлеровский «Майн Кампф», то вам следует поехать на одну из точек книжного рынка у бассейна «Волна», работающего в ночное время суток, а там дальше разберётесь, к кому обратиться. В книжный магазин зашёл Глеб и тут же почувствовал на себе пронзительный недоверчивый взгляд продавца. Друг Виталика перехватил этот взгляд и подошёл к кассе поближе:

– Подозреваете?

Он вообще умеет держать язык за зубами?

– Да, подозреваю! Кражи из моего кармана вычитает начальство.

Смешно и горько. Даже в таких пространствах, где не должно быть места для низменных проявлений чувств человеческих, существуют животные принципы «человек человеку волк».

– Ладно, поспешим к старому базару на трамвай! – Глеб позвал в повелительном наклонении за собой друзей.

Виталик оказался здесь во второй раз, забыв о первом, но для Акопа с Глебом тут ничего не изменилось. В сторону мяса брезгующим людям лучше не смотреть: одни куски преют в пакетах от всепроникающего солнца, а которые не прикрыты, просто киснут или истекают жиром, становясь лакомой добычей для полчищ проснувшихся насекомых. Надо ли говорить, что запашок был соответствующий, отчего даже у вас нос поморщится. На столбах висят таблички с пустыми угрозами о том, что торговля здесь запрещена.

Но были и новшества: появился целый склад таблеток, которых нет в обычных аптеках. Все комплектующие для «этого дела» можно свободно приобрести, были бы деньги. Люди преклонного возраста в открытую торгуют растворителем, ацетоном, «Тазепамом», «Димедролом». Если нужны конкретные таблетки, делайте заказ, они будут через три дня. Если в аптеках всё продают строго по рецепту, то здесь – без проблем и конфликтов. Милиция ходит, видит это всё, но не реагирует. Наркоманов они ловят, а продавцов этой дряни – нет. А что администрация? Её представители стабильно получают оплату за торговую точку и просто закрывают глаза. Теперь и Виталик увидел, что такое свобода торговли – это продавать у трамвайной линии Центрального рынка животное масло по 165 рублей за килограмм, кладя куски на грязные неклейменые весы, показывать накладную без штампа и торговать от гипотетического колхоза «Восход» Краснодарского края.

– Вон, наш трамвай «шестнадцать»!

10

Трамвай трясся достаточно долго: вагоновожатая часто выходила переводить стрелки на путях ломом вручную.

– На «Домиках» выходим!

– Замётано!

Но буквально перед выходом на озвученной остановке Акоп передумал:

– Пить охота, слушай, а поехали до конечной.

– Какой ты непостоянный, армян.

Чрезмерная близость и смешанный запах перегара-завода-резких духов от людей в трамвае в послерабочее время, конечно, раздражали Виталика, но вскоре он привык к этой реальности. Перед ним возникла пара ребят младшего возраста, которая целенаправленно шла к задним дверям, молча всех распихивая на своём пути. Потом до Виталика дошло, в чём дело – контролёр появился в салоне.

Выйдя из трамвая, он обратил внимание на здание, спрятанное за длинной бетонной стеной – это военный завод «Гранит». Здесь же расположилась одна из проходных, откуда выходили люди. Перед ней стояла парочка автомобилей и 3 автомата газированной воды, куда Акоп и побежал. Вместо 3-х копеек он обычно кидал медяшки круглой формы, которые притаскивала с работы его бабушка. Но сегодня этот фокус не сработал. Однако Акоп не растерялся и ударил в нужное место сбоку автомата, чтобы получить сироп совершенно бесплатно. Но и здесь ему не повезло – до него уже кто-то вытянул с трубки весь сладкий раствор.

Пока Акоп совершал манипуляции с автоматом газированной воды, Виталик огляделся. За спиной Акопа стоял закрытый ларёк, исписанный угрожающей фразой «Убери будку». С другой стороны улицы стоял киоск «Союзпечать». За ним можно увидеть трамвайное депо и одноэтажный, быстро сколоченный, но крепко защищённый решётками на окнах, совмещенный магазин с наливайкой «Дон» с приоткрытой дверью в предбаннике, как будто бы зовущей зайти и что-нибудь купить. Возле него стоял какой-то парень с велосипедом. Глеб поздоровался с ним, и Виталик, соответственно, тоже. Солнце уже начинало стремиться к закату. А им навстречу потянулись колонны пеших рабочих, спешащих домой к своим семьям на ужин.

– Ну чё, в центр? – Виталик обернулся на источник крика.

– Давай быстрее, вон народ со «Спутника» и «Дельфина» прётся, а с той стороны с «Прибора», – послышался хлопок от прикосновения колёс трамвая с монетками на рельсах.

Наши друзья завернули за магазин «Дон», где была протоптанная дорожка с гаражами. Им встретились местные работяги за двумя столиками, заставленными алкоголем и огромные кусты с человеческий рост, откуда с шелестом появлялись их коллеги и присоединялись к застолью. Дальше их путь лежал вдоль стены завода «Прибор». Скоро они окажутся дома. А пока они смотрели на закат, который напоминал «пояс Венеры» с невообразимым сочетанием цветов. Матушка природа – мастерица по созданию красоты.