Текст книги "Только ломаные такты"

11

Наконец-то пробуждаясь, Виталик видел не темноту, а восход солнца. Теперь и правда весна. Классный руководитель на классном часе сообщила, что будет экскурсия в античный город Танаис. Но когда Виталик услышал, что она будет в воскресенье, а это тренировочный день, интерес был потерян. Лучше бы вместо уроков поехали в пятницу.

Отцу он ничего не сказал, чтобы потом не пришлось выслушивать уговоры поехать. В воскресенье 26 апреля был праздник светлой Пасхи. Виталик проснулся от приятного аромата веточки вербы, перемешавшийся с запахом куличей. Одна из немногих вариаций идеального утра. Алексей решил приобщиться к новым тенденциям в обществе и тоже отпраздновать Пасху. Конечно, печь куличи он не умел, пришлось покупать, как здесь их называют местные, «паски».

– Я говорю: «Христос Воскрес», а ты мне должен отвечать «Воистину Воскрес». А ещё мы должны стукаться крашеными яйцами.

В дверь позвонили и как-то странно постучали. Кто бы это мог быть? А, это Глеб пришёл, чтобы поесть куличей, но на него ничего не осталось… Не судьба, дружище! Значит, надо ехать на тренировку! Во дворе была тишь да благодать, как будто все люди исчезли. В это время просто показывали мультики «Чудеса на виражах» и «Чёрный плащ». Это длилось недолго и через полчаса дворы снова наполнялись запахом взорвавшихся петард, которые только-только стали завозить в Россию и звуками стуков о футбольный мяч. Сегодня Виталик серьёзно намеревался закрутить «геликоптер», надоело ходить вокруг да около. В зал приехали только они одни, что было самым удачным раскладом для нашего героя.

– Мне Мак говорил так: представь любой предмет у руки, на которую ты опёрся. Мячик там, что угодно. А теперь попытайся сбить его с размаха ногой, и точно так же другой ногой надо ударить!

Виталик пытался вытянутой ногой повторить на деле сказанное.

– Это танец, а не трюк, должен быть заход на «гелик». А у тебя пауза получается, некрасиво.

Учитель из Глеба просто никакой, зато критик первоклассный! После безуспешных попыток в течение часа осилить элемент Виталик сдался. Ну, всему своё время, друг. А впереди месяц май, а значит, много поводов для хорошего настроения – от окончания учебного года до прекрасной погоды!

12

Холодок по утрам уже казался не леденящим кровь, а бодрящим ото сна. Утром вы пройдётесь от своей постели к тянущему ветерку на балкон собственной квартиры, где, выйдя, вы увидите процесс озеленения всего вокруг и поймёте – какое же это наслаждение после долгой зимы…

Наступил май. Улица Энгельса наконец-то стала именоваться Большой Садовой. Школы преобразовались в частные лицеи, рудиментарные ПТУ стали солидными колледжами, а институты превратились в университеты. Зато погода выдалась и правда хорошая – самое то бросить всё и поехать пройтись на набережной, млея от вышедшего из-за облаков солнца. Но у команды «Компарейро» были другие заботы – школы стали сдавать в аренду помещения своих спортивных и актовых залов. Нужно в срочном порядке предпринимать какие-то действия! Ведь это именно то, что нужно для идеальной формулы добывания реальных денег – заниматься любимым делом и получать за это поощрение в денежном эквиваленте. Впрочем, стоит подумать не только о выгоде в моменте, но и о зарабатывании своего имиджа в городе.

С чего бы начать? В голову приходит только идея о массовых мероприятиях на 1 мая или День города. Глеб всегда обращал внимание на афиши с праздниками, ища среди них потенциальную площадку для выступления. Находя то, что он искал, Глеб без зазрений совести срывал наклеенный плакат и тащил в ДК. А потом самой важной задачей становилось приехать как можно раньше на место, чтобы быть в числе первых, успеть зарегистрироваться, получить футболку с логотипом или названием праздника и вперёд. В такие дни отдых у брейкеров был только во время перемещения между точками, где можно потанцевать. Но в этом году концепция фестивалей изменилась, теперь не участникам давали деньги, а наоборот организаторы собирали их в качестве взносов! Нужно искать другие подходы…

У «Компарейро» в тот период появился свой, как бы так по-современному выразиться, соратник-менеджер, которого звали Антон. Он имел связи в организации тех или иных выступлений в сфере культуры по Ростову. А это уже кое-что, старт был дан хороший. Нельзя упускать такой шанс! Антон помогал Емеле открывать бесконечное количество секций по школам, договариваясь с завучами, а Емелю отправлял по классам во время уроков агитировать приходить к нему на занятия. Андрей не был обучен ораторскому искусству, не обладал красноречием, но зато мог удивить всех одной фразой: «У нас вы сможете делать вот так», и тут же становился на голову, простаивая так минуту-другую, либо прокрутившись вокруг своей оси.

После такого перфоманса Емели в назначенное время приходила чуть ли не половина школы. Андрей тогда переехал на Северный жилой массив, перешёл в 76-ю школу. Уже тогда она считалась престижной из-за реализации «параллельного обучения», а именно подготовки десятиклассников к поступлению в вузы, минуя частных репетиторов. Виталик же с Глебом договорились проводить занятия в спортивном зале своей собственной школы, отчего отпала нужда ездить в ДК «Ростсельмаш». Финт остался там за главного, однако взял под свою опеку и ДК «Аэрофлот», здание напротив ростовского аэропорта. Там был в ужаснейшем виде заброшенный актовый зал, заставший ещё времена Хрущёва. Финту пришлось убираться в одиночку и даже тащить через всю улицу Шолохова лист оргалита. Но он не унывал – есть электричество, и на том спасибо. Это всё «мелочи жизни», как он приговаривал, ведь самым радостным было выйти после тренировки, усесться на лавочку, либо бордюр и смотреть на взлетающие и садящиеся самолёты, пока детвора лазает по скульптурам «коней». В этом есть что-то романтичное, не находите?

Но не везде всё получалось так легко и гладко, на позитивной волне. Школ ребятам оказалось мало, хотелось захватить больше территории под свой контроль! Но они опоздали, кинотеатр «Спартак» занял «Русский дом Селенги», уже негде размещаться, вот засада! И так по всему городу: в яслях или детских садиках вы теперь можете встретить набирающий обороты «Хопёр инвест» или наливайки. Даже гостиница «Ростов» потеряла своё первоначальное предназначение и стала сдавать помещения для всяких чековых инвестиционных фондов из Москвы под абстрактными названиями по типу «Контраст» и вкладами с 205%-ми годовых. Против таких не попрёшь, понятное дело…

Когда дела начали потихоньку идти в гору, Антон загорелся желанием снять клип с простеньким сюжетом танцев «Компарейро» на выступах пустого фонтана у гостиницы «Турист» на фоне свисающих ив. Знающие люди понимают, что это похоже на кальку с какой-то видеозаписи «New York city breakers», где брейкеры в красных костюмах танцуют друг за другом. Но до дела так и не дошло, не сошлись взглядами с Емелей. А такое бывало частенько:

– Давайте соединим стили «попинг», «локинг», «кентуки» в один номер? – с серьёзным видом рассуждал Антон, прикидывая в уме, что для этого нужно.

– Ну ты прям Галилео Галилей, планету мне открыл, так все делали уже до нас миллион раз, – приводил свои контраргументы Андрей. У него было своё видение на этот счёт.

После объявления о создании комньюнити ничего значимого в жизни Виталика как брейкера не произошло, и это наскучивало. Но Емеля как будто предвидел все недовольства своих подопечных. И вот, в один из обычных дней тренировки, когда вся команда оказалась в родном ДК «Ростсельмаше», Андрей громко похлопал в ладоши и поднял руки:

– Так, рассказываю! – на его слова не обратили внимания, продолжая шуметь, он потопал ногами, – алло, народ! Все послушали меня. Касается всех. Ученики продолжают заниматься на тернировках, но, если есть желание потанцевать на улицах, мы только за. А для «Компов», – так Андрей обратился к членам своей команды, – присутствие на сейшене обязателен! Все услышали?

В голосе Емели чувствовалось лидерство, и оно заполняло всё помещение зала для тренировок. Присутствующие в зале единогласно поддержали идею.

– А куда именно? – спросил Виталик.

– Раньше в «Турист» ездили, либо на Пушкинскую.

Очень не хотелось куда-то ездить впустую, но внутренний голос Виталика настаивал, что это новая ступень к покорению вершин. Один из учеников встал и обратился к Емеле:

– Я, кстати, видел брейкеров в парке Горького. Я тогда был в питьевой галерее, а они зашли помыть руки и попросить через принесённый удлинитель к электричеству подсоединить магнитофон, денег мол нет на батарейки. Я ещё издалека заметил, что они брейкеры – тащили с собой листы картона.

– Обязательно нужно познакомиться с этой компашкой, – резюмировал Финт. Все издали одобрительный звук.

Дело закипело: первое громкое заявление о себе, как о команде, было не на улице, а в клубе. Но они ещё не были клубами в классическом его понимании, пока это ещё были старые советские помещения, которые приходилось украшать на молодёжный манер согласно наступившему времени. Некоторые сейчас называют это арт-хаус. Антон настоятельно порекомендовал прийти в клуб «Комансенс» на вечеринку «Ломаные тряски», посмотреть, что там, и посоревноваться. Он намекнул, что числится как член судейской комиссии по данным мероприятиям.

В клубе было прокурено, цветомузыка работала так, что невозможно было ни пол, ни потолок увидеть. Играла «Five Minutes of Funk» группы «Whodini». Команд было много, ощущение, что каждый третий в городе танцует брейк. На афише при входе Виталик заметил, что в следующей вечеринке будут участвовать в общей сложности 40 команд. Почему он никогда о них даже не слышал?

– Вы правила хоть знаете? – спросили какие-то ребята, стоящие рядом. Скорее всего, их соперники.

– Щас узнаем, – повязав на голову майку, Емеля двинулся через толпу вглубь зала к столику с судьями.

В «Ломаных трясках» условия следующие – команде нужно сделать номер в верхнем и в нижнем брейке. Судили, помимо Антона, какие-то два старых танцора Ростова, имена которых Емеля не знал. «Компарейро», как добропорядочные люди, играющие по правилам, показали сначала номер с верхним брейком. После них стали выходить другие команды с выкрутасами на полу, то есть с нижним брейком, который всегда был зрелищнее и заранее выигрышнее. Зрители соревновались в том, кто дольше и мелодичнее будет свистеть в знак признательности танцорам и продолжали хлопать всем подряд вокруг, но только не «Компарейро». Их посчитали не то, что дилетантами – так, новичками.

Финта возмутило, что в номинации по верхнему брейку их соперники делают совершенно другие вещи, но его никто не слышал и не хотел слушать. Глеб не выдержал, вскочил из своей позы лотоса и направился напрямик к судейскому столу, чтобы прояснить недопонимание происходящего.

– Эй, уважаемые, что происходит? Они что, не знают, что в брейке есть разные стили?

– Было же в начале заявлено, что две номинации, они чё, не по курсам, что есть деление на жанры? – Глеба догнал Финт.

Судьи склонились в кружок, о чём-то говоря.

– Да, пацаны, вы абсолютно правильно рассуждаете. Они не то, что надо делают. Вы единственные, кто делал, как надо.

В разговор влез Антон:

– Я предлагаю компромисс. Давайте уберём жанровость и сделаем выступление в любом стиле, какой ваше душе угоден.

– Да, так и сделаем.

«Хорошо, что ты с ним коны навёл», – шепнул Емеле Финт на ухо по возвращении.

– Всё, как всегда, через жопу!

Судья сделал жест диск-жокею, музыка замокла, он взял микрофон и сказал, что команде «Компарейро» необходимо заново выступить, чтобы показать всё, что умеют, потому как они ограничились только «поп-локингом». Все остальные команды были жутко недовольны, что выскочки пошли к судьям, понимая, что «Компы» сейчас тоже будут крутиться и точно не хуже, ведь многие здесь знают, кто такой Глеб. Было дано дополнительное время, и Глеб сразу же закружился в «гелике», пока другие, насмотревшись западных фильмов, то показывали средний палец, то тыкали указательным пальцем в весок, на что Глеб между движениями им показывал язык. Виталик пританцовывал на месте, с нетерпением ожидая, когда Глеб хлопнет его по ладони, передавая право показать, на что он способен. Но не тут-то было: агрессией на расстоянии делом не ограничилось. Из другой команды человек вышел на танцпол, преднамеренно помешав Глебу завершить «гелик», физически задев его и тем самым остановив. На что он получил от Финта удар в переносицу. Потом кто-то стукнул Финта в глаз, и началась потасовка. Побоище стремительно перешло на улицу. Причём в драку включались совершенно не связанные с брейком люди, которые искали себе на пятую точку приключений. Даже местные дворовые ребята, посчитав это за игру, кидались камнями, покрикивая: «Получи, фашист, гранату». Потасовка прекратилась одним выстрелом. Оказалось, что у Антона был стартовый пистолет, переделанный под боевой, который куда-то выстрелил и, если верить слухам, даже попал в кого-то. Под конец сие представления приехала милиция, пришлось бежать по тёмным улицам очень далеко и очень быстро. Но когда Виталик с Глебом отбежали на приличное расстояние, спрятавшись в каком-то заброшенном здании, друзья залились молодецким смехом от произошедшего, прокашлялись и пошли на остановку.

После данного происшествия «Компарейро» в полном составе походили ещё пару раз в клуб и бросили. Многим тогда не понравилось, что у команды Емели уровень был лучше, чем у других. Андрей по своим каналам связи выяснил, что зачинщиком конфликта стала какая-то команда «Ростомаши», которой они больше всего не давали покоя. Смешно, но никто из «Компарейро» даже не знал, кто это такие, ведь среди них не было Птахи и его приспешников.

13

Наступило 9 мая. Настроение вроде как должно быть праздничным, целых 24 градуса тепла за окном. Вот только хмурое утро создавало пасмурные и печальные черты. В центре Ростова звучали мелодии военных лет, самая трогательная из которых – знаменитая «Рио-Рита». Класс Виталика должен был собраться к 10-ти утра возле усыпанного цветами памятника Ленину в парке Горького. Школьникам предстояло принять участие в традиционном шествии колонны ветеранов от здания городской администрации до Театральной площади, чтобы поздравить их и сказать «спасибо». Ветераны шли медленно, чувствовалась тяжесть в их шагах и слышался тихий звон медалей. Они шли за себя и своих погибших боевых друзей, кто остался навечно молодым в их сердцах. Сейчас они не просто пожилые бабушки и дедушки, сейчас они бойцы Красной Армии, победители в самой страшной войне. И пускай от времени тускнеют боевые награды, выцветает военная форма, но не стареют душой ветераны, ещё способные медленно кружиться в вальсе и давать фору молодым, что вызывает непроизвольную улыбку.

Жаль, что такое внимание ветеранам уделяется только один день в году. В оставшиеся 364 дня о них все забывают. Мало того, что по радио и газетам не стесняются коверкать ранее признанные события Великой Отечественной войны, так и свои льготы старикам приходится получать с боем. Без очереди их не пропускают и не обслуживают в магазинах. Им приходится выпрашивать у властей себе подачки, которые им положены по закону и по совести. Водители автобусов грубят, требуя платить за проезд, мол, транспорт «служебный» и льготы ветеранов при проезде недействительны, засуньте своё удостоверение себе в…

Как оказалось, это ещё не самое страшное. Самое страшное – это обворовывание стариков. Газеты пестрили сообщениями обокраденных ветеранов обаятельной девушкой якобы из «Красного креста», не гнушающейся украсть дореволюционную Библию или последние 70 рублей на килограмм сарделек из-под скатерти. Были истории и о ворах, которые под видом студентов пединститута, пишущих реферат о героях СССР, выписывали адреса и телефоны героев Советского союза в городском совете ветеранов и стали наведываться в их квартиры, воруя бархатные подушечки с орденами. Это происходило при полном попустительстве милиции, которая просто махала рукой на пенсионеров, просивших помощи и защиты.

А тем временем в Москве тоже проходил парад, но он разительно отличался от ранее проводимых маршей своей самобытностью – никакой военной техники и оружия, только добрая встреча ветеранов республик из бывшего СССР, из США, Англии, Франции и даже из Германии! Никто не поверил бы, что флаг бывшего заклятого врага пронесут в самом сердце столицы и страны – Красной площади!

– В десять часов вечера будет салют, поедем? На памятнике «Пьяные ловят такси» лучший вид будет! – спросил Глеб в момент шествия.

– Да не, не кайф, всё тело ломит после потасовки в «Комансенсе»… – еле выдавил из себя невыспавшийся Виталик, даже не спрашивая, что это за памятник такой.

Больше всего сейчас Самойлов-младший переживал о том, что может пойти дождь. Ему уже рассказали страшилки об обильных осадках, когда все подземные переходы затопляются водой, либо, ещё хуже, канализацией, людям приходится перебегать улицу поверху, рискуя попасть под колёса мчащихся машин.

– Ну и сиди дома! На Зелёный хоть поедешь с нами? Девки будут, одна на тебя запала, кстати! – лучшего аргумента он просто не нашёл.

– Да, поеду, – интересно, что же это за девушка такая?

– Давай тогда быстро сливаемся, пока классуха не видит. Девочки нас будут ждать за углом, где «Атомкотломаш».

Там их действительно ждали девочки из параллельного класса. Кто-то был с парнями, которых они загрузили тащить туристические рюкзаки на своём горбу. Всё выглядело идеально, пока Глеб не спросил, а где же зелень? Все возмутились, но Глеб был прав, поэтому компания двинулась в сторону Центрального рынка. Доверив покупку девушкам, Глеб увидел в руке у одного из парней магнитофон «Toshiba», засунул туда предусмотрительно положенную в карман кассету с музыкой для брейк-данса и запустил «волну» прямо на трамвайной остановке в сторону Сельмаша, чуть ли не на рельсах. Публика досталась Глебу с Виталиком благодарная: сначала они поздравляли друг друга, а потом одна из пожилых женщин, отдав свою трость кому-то, несмотря на возраст, пустилась в пляс. Пока ждали трамвай под номером «3» с Нового поселения, провели концерт и бесплатно повеселили народ. Виталик даже забыл о тусклом дне и своём мрачном настроении. В результате они поехали на 11-ом троллейбусе, выскочив на улице Богданова, где пересечение с 29-ой линией. Теперь нужно просто спуститься по наклону вниз. А вот и он, понтонный мост, а за ним Зелёный остров. Разложившись, Глеб первым делом начал провоцировать других ребят, беря на «слабо», кто быстрее переплывёт реку Дон. Но никто не решился составить ему компанию, ведь сменной одежды-то не было ни у кого. Вышедшее из-за облаков солнце припекало, но Виталик не рискнул полезть в воду, хоть и подкатил свои штаны до колен. Глеб не заставил себя ждать и с силой толкнул нашего героя в реку. Бр-р-р, холодрыга-то какая! Теперь Виталик уверен, что точно на салют не поедет. Ещё и Глеб надул с влюблённой девушкой, её вообще не было с самого начала, снова обвёл вокруг пальца, друг ещё называется!

14

На следующий день Виталик неустанно и лихорадочно списывал у отличника домашнее задание:

– Только не копируй точь-в-точь, как у меня, – с напряжением умолял его одноклассник.

– Да-да-да, не мешай.

Виталик сел за парту у открытого окна. Синицы разговаривали между собой, привлекая внимание и взор нашего героя на происходящее далеко за границами кабинета за окном. Пока он пытался найти среди веток елей спрятанных птичек, в реальном мире учительница начала вызов к доске по журналу:

– А к доске у нас пойдёт… товарищ Самойлов.

Виталик не услышал, и, соответственно, никак не отреагировал, пока в его сторону не повернулись все сидящие впереди, и сосед не толкнул локтем.

– Всех ворон сосчитал, Самойлов? Давай к доске.

– А, что?

Весь класс разразился дружным хохотом.

– Ты почему в спортивных штанах, Самойлов? Ты на уроке физкультуры, что ли? Вон! И не приходи, пока не переоденешься! Ставлю пока тебе палочку в журнал, – любимая забава «алгебраички».

Это означало, что у Виталика появится либо четвёрка, либо единица.

– Зря только переписывал домашку, – сказал про себя Виталик, собрал вещи и вышел. Но зато пронесло, учительница не узнала, что он бездумно списал.

Виталика можно было понять – попадающие лучи солнца из окна, звон птичьих голосов, ветерок, запахи так и манили сбежать из плена этих уроков и подольше провести время на улице. Здесь весенняя пора более чудесная, нежели в Германии, бесспорно. Тополиный пух норовил укрыть своим белым одеялом всё вокруг. Это любимое зрелище тех, кто завораживающе смотрит на падающий снег и не имеет аллергии. Местные жители домов выходили со своими лопатками и саженцами цветов, чтобы вскопать огороженную землю и создать красоту перед своим жильём.

Опять резкое пробуждение. Плюхнувшись снова на подушку, Виталик закатил глаза, повернувшись набок. Нужно попытаться доспать то время, которое осталось до будильника. О, какое счастье, что сегодня последний день в школе! Наконец-то подошёл к концу очередной учебный год, под вечные причитания учителей: «А голову ты не забыл?», «Есть желающие? Лес рук!», «Звонок звенит только для учителя». На классном часе, после озвучивания четвертных и годовых оценок, классная руководительница начала выдавать грамоты. Их получили все, даже хулиганы. Кстати, грамоты ещё были с портретом Ленина из архивных запасов, оставленные на лучшие времена наступления коммунизма. Виталику не удалось также ловко, как Глебу, увильнуть от исполнения обязанностей дежурного в уборке здания школы. Наспех помахав веником и вынеся во внутренний двор школы мусор, наш герой выскочил на крыльцо. Увы, но кроме как рисующих мелом на асфальте детей, тут никого не было. Где Глеб? Не мог же он далеко уйти… А, вон он сидит, поджигает пух спичками!

– Наконец-то, Белый! Ну что, пошли? – Виталик молча кивнул головой.

Город наполнился сладкими ароматами расцветающей сирени и белоснежной акации. Таких запахов, конечно же, в Германии наш герой не мог встретить. Скоро лето.