Текст книги "Только ломаные такты"

26

Кстати, о подземных переходах. Когда Виталик только-только переехал в Ростов, они считались местной достопримечательностью. Сюда водили гостей города посмотреть на легендарные панорамные мозаичные панно, словно на произведение искусства в какой-нибудь именитой галерее. А теперь что? А теперь эта красота, как нетрудно догадаться, спрятана за металлическими ларьками и киосками.

Итак, ещё одной локацией, где вы могли обнаружить Виталика и его команду летом, стал подземный переход у Набережной, который был почти постоянно пуст от завсегдатаев по типу бомжей и торговцев. Именно там и во времена первой волны брейк-данса в Ростове подключали магнитофоны, колонки и танцевали, либо на картоне, либо на плитке, если не брезговали.

– А на оргалите или фанере когда будем танцевать? – спросил Виталик у Емели.

– Вот сам эти тяжёлые листы и таскай, самый умный, что ли? Мы это еле-еле притащили, не натаскаешься! – раздражённо проворчал Андрей. – Давай крути пластинку, диск-жокей! – обратился он к Финту.

– Ты чё не здороваешься, Гром, звезду поймал? – Виталик услышал знакомый голос с армянским акцентом.

– О-о-о-о, джан, здарова, братишка! – Глеб обнял Акопа, словно не виделись целый год, а не один день, – как оно?

Не дождавшись ответа, Глеб подбежал к Виталику и начал подпевать ему на ухо играющий из колонок трек Technotronic «Pump up the Jam»:

– «Е-е-е, помпе джем, пом пи ап»! Давай, Белый, покажем им!

Он завязал себе на голову майку с порядковым номером 79, таким образом, чтобы цифры располагались на лбу. Виталик почувствовал, что от колонок исходил запах горелого пластика, который возникает, когда они без остановки долгое время воспроизводят музыку на высокой громкости. Звук здесь совершенно другой, но главное, это реакция людей, которые проходили мимо и ахали. Сегодня к «Компарейро» присоединились и другие брейкеры, а значит, будет что-то новенькое в программе танцев. Заиграла «Summertime» дуэта Dj Jazzy Jeff & Fresh Prince. Неожиданно для самого себя, да и для остальных тоже, Виталик сделал выход на голову с «гелика».

– Как ты это сделал?

– Я сам не знаю…

– А повторить сможешь?

У Виталика всё завертелось вокруг и немного закружилась голова. И снова такое повторить?

– Не знаю, нет, наверное.

– Ну ты дал жару, Белый! Все видели, что Витас творит?

У Виталика наконец-то получился «гелик»!

27

– Отнеси на починку мои туфли, – дал поручение отец, – в будку «Ремонт обуви», это рядом с бывшим кинотеатром «Чкаловец». Если окошко сбоку открыто, значит, работает. Всё понял?

Увидев через дорогу буквы, неровно нанесённые трафаретом на исписанные мелом покрашенные в тёмно-бардовый цвет доски, Виталик понял, что на месте. Сдав обувь, Самойлов-младший направился в сторону дома и ему встретился Акоп, который предложил пройтись к стадиону. Шарканье обуви и скрип старого ржавого баскетбольного кольца. Асфальт измерен квадратиками для игры в классики. Заехавший в гости Финт в кофте безрукавке с капюшоном крутил на одном пальце баскетбольный мяч. На площадке из-под асфальта уже торчала трава луговица.

– Эй, Белый, давай в баскет рубанёмся, раз на раз? – послышался крик в его сторону.

Виталик ничего не стал кричать, только махнул рукой. Вокруг гаража бегала детвора, играя в догонялки и крича «стуки-стуки, я в домике».

– В гаражном братстве подкачаем у мужиков велик, – крикнули идущие прямо на них два парня, издалека показавшиеся незнакомыми, но уверенно шагающими в их сторону. Виталик прищурился: кто-то из школы, наверное. Поравнявшись, они даже не посмотрели на него. Добравшись до ближайшей лавочки, предварительно поздоровавшись со всеми за руку, кому-то просто махнув рукой, Виталик опустил голову.

– Прикорнуть бы, – он лёг на спину на половину лавки, оперившись ногами о землю.

– Ну, покемарь пока что, – Акоп повернулся к сидящим по соседству ребятам, которые обсуждали синюю кепку «USA California» с распростёртыми орлиными крыльями, называя её на русский лад «уса».

– А как ты сделал мятый козырёк и не сломал его при этом?

– Просто засунул козырёк в пустой стакан. Главное в дождь не попасть, иначе козырёк сложится.

Кепка попала в руки Акопу:

– Здесь не шесть швов на козырьке, у тебя палёная кепка!

– Ой, армян, забодал уже, дай сюда, не мацай своими руками! Это не подделка – это копия! – вечная отмазка тех, кто пытался выглядеть круче.

Отняв у Акопа кепку, незнакомый парень надел её на голову строго козырьком назад. Не успел Глеб начать сажать на руку дремлющего Виталика муравьёв, как Финт подсел рядом. Проигнорировав вопрос «Куда ты тулишься?», он громко, чтобы Виталик резко пробудился, крикнул:

– Кстати, пацанва, а вы по курсам, что сегодня на крыше танцуем?

Глеб присвистнул, Виталик открыл глаза:

– Где?

– Ну так пошли и узнаешь! – Глеб молча толкнул Виталика, который, очухавшись, увидел только уходящие спины своих друзей. Ещё спросонья, он не сразу-то и понял, что произошло.

Сорвавшись с места, он ускорился, еле поспевая за ними. За спиной послышались крики и маты: детвора стала бегать по крышам гаражей, и один из хозяев стрелял по ним солью. И вот они стояли напротив белого девятиэтажного дома с выложенной из красных кирпичей надписью «110 лет Ленину» по улице Вятской, закинув головы наверх.

– Лифт не работает…

– Ну, значит, кто последний, тот лох!

Быстрым шагом до 9-го этажа друзья, перепрыгивая через ступеньку, наперегонки обгоняли друг друга. На 5-м этаже такой запал уже угас, но кто-то, несмотря на боль в ногах и сбитое дыхание, продолжал бежать. Финт взял с собой большие щипцы для ломки замков, но они не понадобились, кто-то тут уже похозяйничал за них. Пропустив всех вперёд, Дима, будучи последним, аккуратно закрыл за собой дверь. И вот, маленькая железная лестница без перил, большое окно в небо и через секунду Виталик присоединился к остальным на крыше. Он осмотрелся: такое ощущение, что здесь собрался весь Чкаловский бомонд, коих были единицы. В такой компании надо быть кем-то. Даже если у тебя нет денег, то надо чем-то обязательно выделиться: успехами, талантами.

Разрисованный красками магнитофон, как в увиденных фильмах – динамики стали выглядеть словно виниловые пластинки. Играл репертуар группы «MCs Of Rap», Финт прыгал под саундтрек фильма «Охотники за привидениями». А ещё играла кассета с инструментальной музыкой из песен, которые Виталик слышал только со словами, как, например, песня «The Power» группы «SNAP!». На самом деле это Финт экспериментировал на двухкассетном магнитофоне и сделал целый инструментал, записав одно и то же место проигрыша на повторе с отмоткой несколько раз, чтобы вышла в сумме запись минуты на три. Тут пришёл Скайб, Виталик первый подбежал к нему.

– Здарова, Рома, – начал было он и осёкся, разглядев, что за его спиной стояли его заклятые враги – Птаха и компания. Виталик не догадался, что они живут рядом, потому и знакомы. Но решил не поднимать этот вопрос при всех. «Потом спрошу», – подытожил он. На удивление, Птаха ничего саркастического не произнёс на его счёт. Оно и к лучшему.

– Припёрся со своей шоблой, – кто-то прошипел рядом с Виталиком. Не только он недолюбливает Птаху.

Тут же большинство людей обступили Рому, который пришёл в кепке «Chicago bulls» с застёжками-пупырышками.

– У кого намутил? – Финт был первым, кто задал вопрос.

– Тихо стырил и ушёл, называется нашёл! – не растерялся Рома.

– Чё за чёс?

– Да его братец с неграми студентами из РГУ снюхался, – Глеб высказал своё предположение, и, походу, попал прямо в точку.

– «Рулон толи» подсобил? – улыбнулся Финт.

Птаха же был в новеньких белых кроссовках «Avia brooks» и очках-лисичках. Все ахнули. Его тоже окружили:

– Тоже хочу себе белые кроссы, надоели чёрные кеды «Два мяча»!

– Хочешь белые – хлорируй их, – с фирменной ухмылкой ответил Птаха и направился на освободившиеся вырванные сидения из автобуса, не дав никому перед собой присесть, – всё, жопа встала, место пропало.

Виталик посмотрел в его сторону и уловил нутром, что говорят о нём, но предъявить претензию не представлялось возможным, пока он не был уверен на все сто процентов, что это по его душу. Они встретились взглядом. Птаха смотрел на Виталика насмешливо и с издёвкой, наклонившись к своим товарищам, сказал что-то, после чего раздался взрыв хохота. Но самая главная интрига шла уверенным шагом, завязывая хвостик из волос, и встала рядом с Птахой. Это была та девчонка Катя в красном обтягивающем коротком платье и накинутой сверху кожаной курточке, как у рокеров, которая так редко приходила теперь на тренировки и покорила Виталика изумительно выразительной пластикой в своих движениях, когда он пришёл в первый раз в ДК. Давненько он её не видел. А она всё краше и краше с каждым разом.

«Они что, встречаются, что ли?». Виталик, ты угадал – она влюбилась в Птаху ещё в момент той самой танцевальной битвы в ДК «Химики». Но что-то в этой идиллии пошло не так: Птаха начал орать на неё и дал пощёчину. «Базаришь, как мужик, и по лицу получаешь, как мужик». Что сподвигло Виталика, замахнувшись, стукнуть кулаком его по носу? Ну да, отец с тётей Мариной говорили о том, что девочек надо защищать и не обижать. А может, заговорила его влюблённость, которую он не мог продемонстрировать и тут выдался идеальный шанс, сейчас или никогда… А, может, просто потому, что это сделал именно Птаха? Если бы не он, Виталик, может быть, и не стал бы вмешиваться. Но перед нашим героем встала Катя. Вот-вот её слёзы превратятся в чёрные ручейки от туши. Она начала истерически кричать:

– Отойди от него, болван! Чё ты полез, герой херов? Сами разберёмся! – Виталик смотрел не в её глаза, а на голубые венки на белоснежной коже и на спадающую с её хрупкого плеча бретельку платья.

Виталик не на шутку перепугался. Он просто молча стоял и не понимал, как на это всё реагировать. Вокруг тоже наступила тишина, даже музыка на магнитофоне перестала играть. Все с нетерпением ждали развязки. Каждый прекрасно слышал тяжёлое дыхание Виталика и его бормотание под нос. Птаха не заставил себя ждать, он успел нанести боковой удар Виталику в челюсть, но вышло по касательной. Виталик отскочил, приготовившись нанести второй удар:

– Ну, давай, сука! Как тузик грелку порву! – Виталика было уже не остановить. Его немного трясло на месте, он срывался на визг. Наш герой перестал замечать, что творится вокруг, и очень зря. Ведь вокруг него сомкнулось кольцо членов команды Птахи, готовых растерзать его на куски.

– Да угомонись ты уже! Ещё руки об него марать, – Виталика дёрнул за плечо Финт и сказал, нахмурившись, отводя его в сторону:

– Вот зачем ты вписался за неё? Они всегда так лаются, не лезь к ним, крайним будешь.

– Не знаю, ведь так принято.

– Чё-то я не втыкаю, ты о чём? Тяжко тебе придётся, если будешь таким наивным добрячком! Тут так нельзя! Такое здесь за слабость считают, доиграешься!

– Ладно, Димьян, я понял, – выдавил из себя Виталик.

Всеобщее молчание прервал чей-то возглас:

– Мак пожаловал!

У Макиавелли была олимпийка-трансформер его любимого бренда «Lacoste», у которой отстёгивались рукава.

– Пеночные шмотки, ты прям Африка Бамбата, у Лексуса брал? – Финт тут же подбежал к нему, забыв о Виталике. Считайте, что он так сделал комплимент.

– Ну а у кого же ещё, только он такими тряпками барыжит!

– Смотри, южка опять отрезал крокодайла и пришил по новой на эту олимпийку, я те говорю! – Глеб просто не мог промолчать, если дело касалось Макиавелли.

Под общий смех Мак взял его в борцовский захват, пока Глеб не извинился за свою дерзость и не предложил снова дружить. Собравшиеся вокруг этой мелодрамы люди разбрелись по углам крыши. Виталик отправился к выходу. Настроение окончательно испортилось. Давала о себе знать задетая гордость. И разочарование. Рождённый его ребяческой фантазией романтический облик Кати помутнел. Реальная жизнь показала, что девушки – это не ангелы без крыльев. Никогда не отгадаешь наверняка, что у них в голове творится. В тот же день он разлюбил ту девушку. Ему ещё не так много лет, поэтому он слишком драматизировал. К Самойлову-младшему подбежал Рома Скайб:

– Всё нормально, Белый? – успокаивающе сказал он.

– Как видишь, – помолчал Виталик и добавил шёпотом, – зачем вообще было приходить с Птахой? Вы с ним в близких?

– Я откуда знал, что ты с ним в контрах! Я с ним вообще общаюсь на уровне «привет-пока», – с обидой ответил Рома.

Виталик ничего не ответил, понимая, что Рома действительно ни в чём не виноват перед ним. Но, оказавшись дома, он быстро забыл об этом – отец купил клубнику. Вот это сюрприз так сюрприз! Виталик достал из кухонного шкафа две тарелки, одну из которых заполнил заранее промытой клубникой, а в другую насыпал сахара, но немного, чтобы не наглеть. Ну, хоть таким образом себе жизнь подсластил!

Вечером, когда стемнело, Виталик услышал с балкона знакомую музыку, под которую он танцевал брейк. Вот только звук шёл оттуда, куда взор Виталика не мог достать. А это Глеб поставил в центр пустого от машин перекрёстка переулка Днепровского с улицей Вятской свою незаменимую «Электронику 302», и все, кто не желал возвращаться ещё домой, танцевали как могли. Чуть позже шумная компания брейкеров и сопричастных переместились к углу 105-го дома, где мигающая при свечении лампочка напомнила светомузыку на дискотеке, отчего ноги снова сами пустились в пляс. Но Виталик этого уже не увидел, так как он провалился в глубокий сон. День хоть и был богатым на эмоции и события, но выдался весьма изнурительным. И не от бесконечных танцев, нет.

28

Подложив руки под голову, Виталик смотрел в окно, приходя в себя после сна, да и вообще вчерашнего дня. Забыли сказать, что вчера ему шепнули, что нужно ехать на выступление в клуб «Комансенс». Давненько он там не появлялся. Какой повод? Там собрался выступать какой-то исполнитель, по совместительству друг их менеджера. Антон попросил «помочь человечку», а именно побыть «Компарейро» на подтанцовке во время исполнения им песен. Пришлось ехать самостоятельно, никто ему компанию не составил.

Протянув купюру, он произнёс «один», после чего водитель ему протянул заранее подготовленное количество мелочи из поролона для сдачи. Когда Виталик прибыл на место, он уже пропустил целую историю для отдельной книги. Сначала Емеля попросил Антона дать послушать репертуар его друга-исполнителя под предлогом придумать программу танца. Хорошо, что он поинтересовался. Оказалось, что это не то, что танцевать, слушать невозможно.

– Мы не будем под это выходить и позориться, – Емеля сказал, как отрезал и молча развернулся, направившись к выходу под раскрытые рты всех остальных членов команды. Была бы возможность, ещё и дверью хлопнул бы со всей силы. У «Компарейро» вообще-то уже есть имя и вес.

Потом Виталик пропустил, как Глеб на улице остановил Емелю со словами:

– Тормози, Андрюха, у меня есть повод здесь задержаться.

– Ну?

– Баранки гну! Вот, видишь тех двух типов?

– Вижу, и что?

– Мы будем с ними танцевать сейчас.

– О-о-о, а вот это уже интересно, рассказывай поподробней!

Итак, рассказываем вместо Глеба: друг Виталика, когда видел на улице одетых, как и он, ребят, всегда подходил к ним без стеснения. Первый вопрос был: «Ты брейкер?». Если ему давался утвердительный ответ, то следующим вопросом был: «Ты у кого тренишь? Есть кассеты с музыкой или фильмами? Давай махнёмся!». По стандартной схеме. И вот, по совершенно случайному стечению обстоятельств, он подошёл к двум парням, одетым в тёмно-синюю майку с логотипом «Pepsi» и чёрную майку с белым логотипом «Nintendo», которые тоже были танцорами брейка, но исключительно в стенах клубов. Тут-то и началось выяснение отношений, или, как это принято в молодёжной среде, «у кого больше и длиннее».

– Вы танцуете на сценах и клубах, что вы в жизни видели?

– Вы единственные, кто летом в шапках ходит, улица, блин, – в сторону Глеба был выпущен дым.

– Ха-ха-ха, шутка самосмейка, чё у тебя джинсы порваны, на новые заработать не можешь, дружок?

Друг Виталика снял свою фланелевую безразмерную мешковатую рубашку красно-чёрного цвета с незастёгнутыми нижними пуговицами, завязал её узлом на поясе и остался только в одной белой футболке.

– Смотри, что я умею, клубный мальчик, – самоуверенно произнёс Глеб.

От «свечи» Глеба у его оппонента выпала изо рта сигарета – настолько разительным был уровень навыков нашего «геликоптера». Он даже земли своей белоснежной майкой не коснулся, она так и осталась чистой. Самый дерзкий из двоих клубных танцоров выступил вперёд, прокашлялся и сказал негромким голосом:

– Приходи в клуб, познакомимся в танце.

– Да говно вопрос, как два пальца. Я приду не один. Только в клуб не пускают уже до восемнадцати лет!

– Мы договоримся за тебя и твоих кентов, не ссы! – включился в разговор и курящий, потерев два указательных пальца друг об друга.

Вот так всё и было. Теперь к сему действию присоединяется и Виталик, прибывший на место.

– Так пацаны, мы идём жиганить в клуб! Булки не расслабляем, у нас махач с клубными мальчиками!

– Ты смотри, раскомандовался! – усмехнулся Андрей.

Глеб не входил в клуб, а пританцовывал, щёлкая пальцами. «Джими джими, ача ача», – напевал он себе под нос. И если Андрея с Димой пропустили без проблем, то Виталика с Глебом в грубой форме остановили, заслонив дверь:

– Вам сколько лет, детишки? Валите отсюда, шантрапа малолетняя!

– Ты кого шпаной назвал, фраер?

Виталик встал перед Глебом, отодвигая его подальше от зарождающегося конфликта.

– Тихо, тихо, успокойся, хер с ним, пойдём.

У нашего героя уже зародилась хорошая идея. Они молча пошли через чёрный вход, который оказался не заперт. Подфартило!

– А вы откуда здесь взялись, я же вас не пропускал? – охранник тоже оказался не дураком, проследив за резко замолчавшими наглецами.

Но тут выручил клубный парень, который успел переодеться в олимпийку «Australian by Alpina» и шорты «Fila», из-за чего Глеб его в темноте и не признал сразу. Он взял ребят за рукава и сказал охраннику, что «Это свои, они со мной». Помимо фейсконтроля, цена за вход точно была не для совершеннолетних ребят. Но когда среди персонала клуба у вас есть друзья, то вы пройдёте бесплатно. Хорошо жить на юге!

Друг Виталика убрал его руку от себя и спросил:

– Как тебя зовут?

– Глеб.

– Меня тоже Глебом зовут!

– О, тёзка, – они пожали руки.

После этого, как тёзки «побратались», они присели в углу на диванчик и принялись рассуждать о брейк-дансе. Как они друг друга слышали в этом грохоте – загадка. Виталик не ожидал оказаться в центре такой громкой какофонии – музыкой это назвать даже язык не повернётся. Он закрыл руками свои уши, услышав поток крови. Ещё и посетители какие-то странные – тупой взгляд, повторяющийся вопрос: «Есть чё?». Судя по резким движениям рук и походке, это наркоманы, даже по лицу читалось – «Хочу закинуться». Виталик быстро встал и решил выйти на улицу. Но это было не так просто в переполненном клубе – тогда он впервые узнал, что такое «слэм» на вечеринках. Так и не добравшись до выхода, нашему герою стало настолько душно, что он заскочил в туалетную комнату, высморкавшись в раковину, после чего он плеснул водой на лицо и похлопал ладонями по щекам. Пора возвращаться обратно к ребятам. Куда только Финт с Емелей запропастились?

– Я никогда не считал это модой, ведь это целая культура. Она может только развиваться, а не меняться как мода, – Виталик услышал обрывок суждений Глеба.

Клубные ребята использовали в своих разговорах те словечки, которые черпали из музыкальных телеканалов на тот момент. Названия элементов они называли совершенно иными словами, нежели как Виталика учили. Ладно, когда приезжали брейкеры из Таганрога или Краснодара, но здесь, в одном городе, и такое различие.

Это выглядело забавно, когда говоришь об одном и том же, но называешь по-разному, ещё и горячо доказывая, что твоя версия правильнее. Клубные знали название «найти найн», в то время как Глеб и Виталик называли этот элемент «свечой», реже «аллигатором» или «промокашкой». Также на английский манер они рассказывали о каком-то элементе «свайпс», а наши называли это «бочкой». А в итоге оказалось, что «бочка» – это совершенно другой элемент.

– А ты шаришь, я смотрю, – Глеб был приятно удивлён.

– Вряд ли можно преуспеть на улице в танцах. Вот у нас здесь всё по-серьёзному, мы ставим целые спектакли. У нас главное – это изящность в движениях, словно у парижан при походке, умение харизматично преподнести себя зрителям. А у вас больше спорта – акробатика, гимнастика, заострить внимание на пеночном движении, типа выкрутасов на голове… Нет творческого порыва.

– Ты что-то путаешь, тёзка. Это как раз про брейк на улицах, а не про сцены для соревнований и номинаций с призами.

У Глеба было более объективное видение этой ситуации, так как если пересмотреть видеозаписи шоу бойс-бэнда «New kids on the block», эти клубные танцы уже не походили на брейк-данс. Глеб давал понять, что для счастья много не надо: дай гладкую скользящую поверхность, соперника, музыку и он докажет вам на деле, что он здесь самый крутой. Не важно, будет ли это жёлтый круг в центре спортивного зала какой-нибудь средней школы, либо линолеум у кого-то дома в гостиной, да даже паркет в помещении дворца культуры – Глеб готов танцевать везде. Он умел зажечь всех вокруг себя: своих товарищей по команде, зрителей, да даже оппонентов. Рядом с ним невозможно просто стоять и скучать, хотелось самому двигаться в такт звучащей музыке. Спорить стало бесполезно, пора переходить к делу.

– Ну что, чуваки, давайте по фристайлу?

– Чур, я первый! – Глеб резко вскочил с дивана. Все отправились, проталкиваясь через плотно стоящих людей, к сцене.

– Где микрофон? Итак, пипл, минутку вашего внимания! Сейчас перед вами выступит наша крутая команда «Зиг Заг» и-и-и-и… – клубный Глеб наклонился к уличному Глебу, спросив название их команды, – и-и-и-и «Компарейро»! Ух и название! Диск-жокей, включай нам музыку! Дайте нам места! Летс гоу, гайз!

Но Финт с Емелей не пошли на сцену, сказав, что это не их уровень, пропустив молодёжь вперёд. Заиграла The KLF «What time is love?».

– Давай-ка, попробуй под неё что-нибудь сообразить, улица, – шепнул с издёвкой клубный Глеб.

Мозг закипел, но тело двинулось вперёд само, подстраиваясь под ритм мелодии, тем более что она чем-то отдалённо напоминала хип-хоп звучание. Брейк тем и крут, что его можно синтезировать практически с любой музыкой, где есть ритм и скорость. «Компарейро» в урезанном составе начали, а «Зиг Заг» подхватил их ритм. Весь клуб повернулся и смотрел только в их сторону. Нечастое явление среди брейкеров, чтобы присутствовало искреннее почтение, восхищение и… даже симпатия, если хотите. А когда следующей песней заиграла «Ladies First» хип-хоп исполнительницы Queen Latifah, тогда уже двигался весь зал, а не только танцоры. Это ещё до Ростова не дошла песня Dr. Alban’а «It’s my life», вышедшая ещё в начале апреля в далёкой Швеции.