Читать книгу "Бал виновных"

За последние дни Эухения практически не разговаривала с братом, потому что очень сердилась на него за то представление, которое он устроил в комнате Ивана. За это время это был едва ли не первый случай, когда они оказались друг перед другом, лицом к лицу, и вынуждены были что-то сказать.

– Чего тебе, сестрица? – первым заговорил Рафаэль.

Эухения смерила его холодным взглядом, показывая всем своим видом, что пришла она вовсе не к нему, и сказала:

– Разреши, мне нужно кое о чем поговорить с Лукасом.

– Пусть заходит, – раздалось из глубины комнаты.

Рафаэль пропустил Эухению, и та прошла в номер. В гостиной стоял густой сигаретный дым, из-за которого девушка закашлялась. Лукас сидел за столиком, заваленным картами и окурками, курил и деловито вертел в руках трость.

– Присаживайся. – Лукас указал тростью на свободный стул. – Не хочешь сыграть с нами?

– Нет, мне сейчас вовсе не до этого, – бросила Эухения, усаживаясь. – Ивана завтра на закате казнят.

– Да, – подтвердил Лукас. – Кто бы мог подумать, что за всем этим стоит именно он! Мерзавец! А ведь я почти привык к тому, что он мой брат.

– Но он невиновен.

– Понимаю, сестра, что тебе тяжело в это поверить, – сказал Рафаэль, присаживаясь на соседний стул. – У тебя ведь были чувства к этому человеку…

– Дело не в этом, – прервала его она. – Я знаю, что сеньора Йона убил на самом деле Родриге. И я пришла поговорить насчет него.

– Родриге?! – ахнул Лукас. – С чего ты так решила?

– Он сбежал сразу же, как пропал сеньор Йон.

– Но он же сказал, что у него семейные проблемы, – задумчиво проговорил Лукас.

– Мы с Куэрво все проверили. Он не вернулся домой и его семья не знает о том, что он должен был приехать. Куэрво считает, что он может прятаться где-то в Камтадере или другой деревне, которая находится отсюда недалеко. Я пришла спросить, не знаешь ли ты, могли ли у Родриге быть друзья или родственники, у которых он мог бы спрятаться?

– На такие темы мы с ним не говорили, – ответил Лукас. – Знаю, что его семья живет в Ареносо. Мать, отец и младшая сестра. Но раз он не вернулся домой, то тогда можно, наверное, проверить деревенскую гостиницу, а после отель «Золотая роза». Если за убийства ему платили, как платили Виктории, у него было бы достаточно денег для того, чтобы снять номер.

– И правда, – протянула Эухения. – Надеюсь, детектив додумался их проверить. И… ты тоже считаешь, что их кто-то нанимает?

– Ну… Это же очевидно, – замялся Лукас. – Полиция уже доказала, что Виктории заплатили. Так что сделать вывод, что и Родриге заплатили, не трудно.

– Наверняка этот тот самый дон Самуэль, – вмешался Рафаэль. – Помните, донья Канделария убила его дочь?

– Я этого типа даже в глаза не видел, а он уже успел на меня два раза напасть, – прошипел Лукас, с раздражением стряхнув с сигареты пепел. – Сначала Йон, завтра Иван… Чувствую, что я буду следующим. В третий раз мне так повести не сможет. И этот Родриге! Кто бы мог подумать! Неспроста же он так подлизывался ко мне! Зря я сделал его своим официантом, хорошо, хоть он мне не подсыпал чего в чай!

– Думаю, если его найти, то можно будет выбить из него, на кого он работает, – сказал Рафаэль. – И вот что я еще думаю: в отеле есть еще один или даже несколько шпионов дона Самуэля. Вряд ли та горничная, которая сбросилась со скалы, и Родриге провернули все это вдвоем.

Кармен, – подумала Эухения. – Точно она!

Но потом она прокрутила весь этот разговор в голове, и кое-что ей показалось странным.

– Неужели ты и правда посчитал Ивана убийцей? – спросила она у Лукаса.

И почему ты так быстро поменял мнение на его счет?.. – добавило ее подсознание.

– Ну я подумал, что он мог тоже работать на дона Самуэля. Но если ты говоришь, что он невиновен, то я в это верю, ведь я тебе доверяю.

А что делал ты, когда случилось первое нападение на Йона, – вспомнила Эухения. – Не ты ли ушел вниз за новой бутылкой вина, а вернулся весь взволнованный, будто не просто слышал выстрел внизу, а сам его совершил. А Родриге вообще твой официант, что если его нанял ты, ведь ты так мечтал получить этот отель… Или нет… О боже, о чем я вообще думаю… Он и сам сильно пострадал от этого преступника…

Эухения была шокирована тем, что только что пришло ей в голову. Но принять это за зацепку она, конечно, не могла. Она хорошо знала Лукаса. Возможно, она считала его не только другом брата, но и своим другом.

Пару лет назад Эухения и Рафаэль приехали на побережье Бискайского залива и остановились в отеле «Золотая роза». Им сразу приглянулось казино, находящееся неподалёку, поэтому они стали часто туда заглядывать. Там-то они и познакомились с Лукасом. В первую их встречу он представился как наследник отеля «Гарсиа» и начал кичиться тем, что пройдет несколько лет – и он станет его полноправным владельцем. Тогда Эухения им даже заинтересовалась. Он был симпатичным, умным да ещё и будущим бизнесменом. Однако он так часто хвастался своим положением и достатком, что вскоре ее утомил, и она была вынуждена пересмотреть свое мнение на его счет.

Никогда, никогда я не свяжу свою жизнь с таким хвастливым человеком, – думала она.

Но вот отец, которому о Лукасе рассказал Рафаэль, часто навязывал ей его в женихи.

– Какой хороший молодой человек! – говорил он. – Отличная партия. А ты знала, что он тобой интересуется? Рафаэль сказал. Смотри не упусти!

Не удивительно было, что все были в таком ужасе, когда она связалась с Иваном. Он ведь был и в глазах Рафаэля, и в глазах отца никем. Но для Эухении он значил много. Он, наверное, стал для неё целым миром. Он был добрым и вежливым, не вел себя, как золотая молодежь, даже когда получил фамилию и деньги, и относился всегда ко всему серьезно…

Ох, ну почему именно был, почему именно относился?! – отчаянно подумала Эухения. – Почему я думаю о нем в прошедшем времени?! Мне удастся доказать его невиновность! Если детектив не найдет Родриге, то я пойду к судье и сама с ним поговорю… Только что я ему скажу? Кто стоит за всем этим? Дон Самуэль? Но кто такой этот дон Самуэль?..

– Ну ладно, ребята, – сказала Эухения, поднимаясь. – Жаль, что вы ничего не знаете о Родриге. Попытаюсь выяснить это у кого-нибудь еще.

Она отправилась в сторону двери, но не успела пересечь и половину комнаты, как над головой что-то прогрохотало и – Эухения могла поклясться – раздался человеческий стон. Все это было так неожиданно, что девушка подпрыгнула и стала испуганно озираться по сторонам.

– Вы это слышали? Что это было? – беспокойно спрашивала она.

Лукас, бледный от волнения, поднялся на ноги и, хромая и опираясь на свою трость, подобрался к Эухении.

– Наверное, в соседнем номере, кто-то упал, – предположил он.

– Нет, я уверена, что это раздалось наверху. – Она посмотрела на потолок с изящной хрустальной люстрой.

И, словно в подтверждение ее слов, что-то грохнуло снова, и кристаллики на люстре стали раскачиваться в разные стороны.

– Здесь есть еще один этаж? Я думала это последний.

– Нет, сестрица, не последний, – сказал Рафаэль, положив руку на её плечо. Эухения развернулась и столкнулась с его глазами, сверкавшими каким-то неприятным блеском. – И сейчас ты туда отправишься.

– Что это зна… – Эухения не смогла договорить, потому что Рафаэль резко прижал к её лицу отвратительно пахнущий платок. Она в ужасе забилась, словно её тело хватили страшные судороги, а после обмякла, как безвольная кукла, и потеряла сознание.

– Мать твою, что же ты наделал?! – испуганно воскликнул Лукас.

– Дал ей вдохнуть хлороформ, – спокойно констатировал Рафаэль. – Я бы не стал бить её по голове.

– Но зачем? Она же ничего не узнала.

– Ты видел, как она на тебя смотрела? Словно все поняла. Ещё и этот грохот. Нельзя было дать ей уйти.

– И что будет дальше? – спросил Лукас. – Ты убьешь и её?

– Нет, если ее убить, то полиция сразу поймет, что она вышла почти на правильный след. Она ведь успела им рассказать о Родриге. Ещё и этот Куэрво… Он-то сразу поймёт, что раз Родриге был твоим официантом, то это ты нанимал его для своих грязных делишек.

– И что нам тогда с ней делать?

– Придется держать ее наверху, пока не закончится казнь. А после она вполне может покончить с собой, оставив трогательную предсмертную записку, в которой скажет, что не видит жизни без Ивана. Вот и все.

– Черт возьми, – выругался Лукас. – Ладно, тащим ее наверх.

Лукас отбросил от себя трость, неожиданно обретя способность твёрдо стоять на ногах, и распахнул дверцы огромного шкафа. Пошарив рукой по задней стенке, он нащупал механизм, благодаря которому стенка отсоединилась и открыла небольшой проход с крутой лестницей.

Рафаэль с Эухенией на руках двинулся по этой лестнице наверх и отворил люк, который вывел его в небольшую чердачную комнату, заставленную всяким хламом. Некоторые башни из деревянных ящиков были повалены, а виновник этого беспорядка сидел, привязанный к столбу, и с ненавистью сверкал глазами.

– Если бы ты сидел тихо, то она бы сейчас спокойно шла отдыхать, – изрек Рафаэль, укладывая Эухению на пол и привязывая ее к столбу позади пленника. – Теперь ее кровь будет на твоих руках. Кстати, ты подумал насчет завещания? Завтра на закате Ивана казнят за твое убийство, ну и за остальные тоже. Еще есть время подумать и переписать отель на Лукаса.

Пленник в ответ смог лишь только промычать. Его рот был закрыт самодельным кляпом из тряпки, поэтому Рафаэлю пришлось развязать его, чтобы услышать ответ на свой вопрос.

– Так что ты хочешь сказать? – спросил он.

– Катись к дьяволу, ублюдок. И дружка своего захвати. Ни одному твоему слову не поверю! Я лучше сожгу весь этот проклятый отель, чем перепишу его на таких уродов, как вы…

– Ну смотри сам, – прервал его Рафаэль, возвращая тряпку назад. – В общем, приду завтра и узнаю твое окончательное решение. У тебя есть время, чтобы подумать. Помни – казнь завтра на закате.

После этих слов Рафаэль подобрался к лестнице и запер люк на засов.

Глава 20. Главный враг

Несколько дней назад

После последней ссоры с Иваном Йон несся по коридорам отеля очень злой и обиженный. Он никак не мог понять, что происходит с его другом. Почему он просто не может рассказать о своих проблемах? Отчего так сердится, когда кто-то пытается ему помочь? И почему отталкивает от себя самых близких людей? Все это не было похоже на старого доброго Ивана, который бы в жизни не стал говорить тех слов, что срывались с языка этого Ивана.

Йон добрался до третьего этажа и понял, что сейчас ему как никогда нужно поговорить с Альбой. Она бы точно ему помогла и дала какой-нибудь важный совет.

Но идти к ней он не осмелился. Он решил, что после того сумбурного предложения Альба не захочет с ним какое-то время видеться.

Тогда Йон остановился и подумал, куда он может сейчас податься и с кем может поговорить. Недалеко находился номер Лукаса, и Йон решил, что вполне может поговорить обо всем со своим кузеном. За последнее время они очень хорошо сдружились, так что не будет ничего странного в том, что он заявится к нему что-нибудь обсудить.

Йон неуверенно постучался. На этот стук долго никто не реагировал, и Йон заключил, что Лукас уже спит. Время было не такое позднее, но после того, что случилось около казино, Лукасу наверняка нужен был только отдых.

А я тут пришёл к нему со своими проблемами! – подумал Йон. – Лучше оставить его отдыхать.

И он уже и правда собрался уходить, как неожиданно из-за двери раздался болезненный голос:

– Проходите!

Йон, немного потоптавшись, все же прошёл в номер и застал Лукаса лежащим в кровати. Серый, с большими фиолетовыми синяками под глазами и перемотанный бинтами, он взирал на вошедшего гостя с необычной веселостью, которая никак не вязалась с его теперешним положением.

– Как ты? – поинтересовался Йон, усаживаясь в кресло рядом с кроватью.

– Отлично, – ответил Лукас с улыбкой. – Я очень рад, что смог выкарабкаться. Ты не представляешь, я ведь был уверен, что мне крышка! Хотя… Наверное, представляешь.

– Не то слово, – согласился Йон.

– Но нас так просто сломить ни у кого не получится, ведь так?

– Ну, они много раз пытались, но преуспеть в этом не смогли.

– И не смогут, – заверил Лукас. – Денег я, к сожалению, выиграл немного. Может быть, я смог бы выиграть ещё, если бы не случилось все это.

– Забудь об этих деньгах, это не важно. Не стоило тебе вообще ехать в это проклятое казино.

– Я хотел помочь, но у меня ничего не вышло, – с досадой сказал Лукас. – Как всегда. Наверное, я ни на что не годен. И как ты теперь справишься с зарплатами?

– Детектив уже нашёл вора и вернул все деньги. Так что не переживай, – успокоил его Йон.

– Да ладно?! – не поверил тот. – Так быстро? Значит, он все же умеет работать! Или ему только воришек ловить под силу… А что ты такой разбитый? Произошло что-то ещё?

– Ну, как бы сказать, – протянул Йон. – Только что Рафаэль и Иван подрались на глазах у кучи гостей. А ещё я сделал Альбе предложение, после которого она в страхе от меня убежала. В общем, по-прежнему ничего хорошего не происходит.

– Чего?! – удивился Лукас, приподнявшись на кровати. – Вот это новости! Ты хочешь жениться на моей сестре?

– В общем, да.

– А что она сказала?

– Сказала, что ей нужно подумать. И я совсем не знаю, что она надумает.

– Ну, Альба не такая девушка, которая ставит женитьбу на первое место. Ей больше по душе свобода.

– Я понимаю. Наверное, я слишком поспешил…

– Впрочем, вряд ли ты уже сможешь узнать ее ответ, – заключил Лукас, как-то странно на него посмотрев.

– Почему? – не понял Йон.

Но больше ничего ни сказать, ни услышать он не смог. Кто-то огрел его по голове, и весь мир потух, как огонёк спички.

~

Как только Йон открыл глаза, в голове болезненно запульсировало. Он огляделся и обнаружил вокруг себя много заполненных хламом ящиков, ненужных пыльных игрушек и старых облезлых сундуков.

Где я, черт возьми?! – подумал он, попытавшись подняться.

Но тщетными оказались не только попытки подняться, но и пошевелиться, так как все его тело оказалось крепко привязано к деревянному столбу.

Йон осознал это не сразу, а потому предпринимал еще попытки встать, никак не понимая, отчего у него это не получается. Когда он увидел вьющиеся по всему его телу веревки, то его с ног до головы захлестнула паника.

Какого черта происходит?! Как он тут оказался? И что это за место такое, настолько старое и забытое, что пыль тут заменяет воздух?

Последнее, что помнил Йон, это то, как он пришел поговорить с Лукасом. А после была только болезненная темнота, в которую он провалился очень неожиданно.

Меня кто-то ударил по голове, – вдруг понял Йон. – Опять… Лукас сказал, что я не смогу узнать ответ Альбы… Он видел, кто это сделал, поэтому так сказал. Наверное, он и подстроил это все. Сукин сын! Подружился со мной, а сам в это же время выискивал удобный случай, чтобы от меня избавиться. Какой же я осел, что поверил ему!

От отчаяния и осознания правды он забился и закричал, но крик оказался приглушенным и едва слышным из-за тряпки, которой был завязан его рот.

Йон не знал, сколько времени он вот так вот просидел, бесплодно пытаясь высвободиться из тугих пут, пока позади не раздался какой-то скрип, похожий на скрип открываемой двери. Йон замер, затаив дыхание, и вслушался. После скрипа прозвучали шаги, которые медленно приближались к нему.

Это был похититель. И Йон уже догадывался, кто им является.

Похититель не стал прятаться и вскоре показал свое лицо, опустившись на корточки перед Йоном.

Это был Рафаэль.

Значит, они и правда устроили это вдвоём…

Рафаэль приблизился к Йону, убрал тряпку от его рта и, посмотрев на него черными – такими же, как его душа, – глазами, поинтересовался:

– Как самочувствие?

– Какого черта все это значит? – прохрипел Йон.

– Просто вчера вечером ты решил прогуляться на улице, и тебя неожиданно убили. Не знаю, сколько полиция потратит времени на поиски твоего тела, но она уже этим занимается.

– О чем ты? Что все это значит, твою мать?!

– У нас с Лукасом есть к тебе предложение…

– Идите к черту со своим предложением! – перебил его Йон.

– Мы подготовили кое-какой документ, – продолжил Рафаэль, сделав вид, что ничего не услышал. – Это завещание. Ты перепишешь это здание на Лукаса. Дата, естественно, подделана. Все будут считать, что ты написал его за неделю до своего исчезновения.

– Не собираюсь я ничего писать! – воскликнул Йон. – Немедленно меня отпусти, пока это все не зашло слишком далеко!

– О, это уже давно зашло слишком далеко. Так или иначе, Лукас получит этот отель. Но сколько ещё будет жертв, зависит только от тебя. Ты можешь положить всему этому конец прямо сейчас, и никто больше не пострадает. Веришь или нет, но мы тоже от этого устали, но отступить уже не можем.

– Просто в голове не укладывается, как Лукас мог поступить так со своей семьей… И из-за чего? Из-за денег! Из-за проклятых денег!.. Значит, это ты стрелял в него на побережье? – вдруг понял Йон. – А потом всем начал говорить, что якобы видел, что это сделал я. И это ты вчера чуть не зарезал его у казино? Да вы оба просто сумасшедшие!

– Стрелял я, – подтвердил Рафаэль. – Между прочим, стреляю я отменно! А вот про казино ты неправ. Там случилось непредвиденное обстоятельство. Это был какой-то безумец в маске, который пытался нас ограбить. Но зачем всем знать, что нас пытались ограбить? Мы, конечно, всем сказали, что Лукаса пытался убить тот самый убийца, который уже давно точит на него свой зуб.

– Если ты хорошо стреляешь, то почему просто не пристрелил меня сразу, на балу? – спросил Йон. – Тогда бы все остальные были живы! Зачем это все?

– Не спорю. Если бы стрелял действительно я, то мы бы получили отель гораздо раньше. Но это был не я. Я тогда веселился в зале. А грязную работу решил выполнить Лукас.

– Чертов двуличный ублюдок!

– Когда он подслушал разговор своего дядюшки и кузена о том, что ты, простой официант, унаследуешь тут все, то он просто взбесился. Он задумал убить всех, кто знал эту тайну. Начал он с тебя, а закончил твоей матерью. Расправиться с остальными же у него не хватило духу. Пришлось действовать мне.

– Так это ты убил Матео и вытолкнул из окна моего отца! И ты отравил дона Игнасио! И это ты нанял Викки, чтобы она вколола моему отцу морфий!

– Дона Игнасио отравил Родриге, – возразил Рафаэль. – Конечно, он не сам до этого додумался. Мы пообещали ему должность дворецкого, но за это попросили его подсыпать отраву в чай. Предполагалось, что от этой отравы умрет и старуха, но не вышло. Впрочем, она сама себя довела до эшафота и оказала тем самым нам большую услугу. Следующей жертвой должна стать донья Беатрис. А Иван поплатится за все преступления. Если ты, конечно, не напишешь завещание.

– Что значит, Иван поплатится? – не понял Йон. – Он ничего не совершал!

– Конечно, нет, – устало ответил Рафаэль, словно он пытался объяснить что-то маленькому ребенку. – Немудрено его будет подставить. Поверь, мы это сделаем. Это будет несложно.

– Какой нормальный человек поверит в то, что все это совершил Иван? Монтойя-то точно поймёт, что здесь что-то не так!

Когда Йон это сказал, Рафаэль неожиданно расхохотался.

– Ты правда думаешь, что он такой талантливый детектив, что раскроет любое дело на раз два? – спросил он. – Я как увидел его, так сразу понял, что это самый обыкновенный сноб, который только и умеет отдавать приказы с самым высокомерным выражением лица. Не все детективы – Шерлоки Холмсы, тем более в нашей провинциальной полиции. Останется только подкинуть все улики Ивану, и Монтойя сразу признает его виновным. Ну а судья уже доделает это дело. Не зря же он кузен моего отца.

Йон был растерян. Он не знал, стоит ли верить в угрозы этого человека? Может, это всего лишь угрозы? С тем же успехом он мог сказать, что его дядя – король Волкенбурга44
  Волкенбург – выдуманная страна, находящаяся между Францией и Германией.


[Закрыть]. Все равно это проверить сейчас никак не удастся.

– Я понимаю, что вы все равно меня убьете, – произнёс Йон, делая все возможное, чтобы в его голосе не звучал страх. – Ты ведь не стал бы мне все это рассказывать, если бы собирался отпустить.

– Хорошо соображаешь.

– Тогда какой смысл мне писать завещание, если после этого мне конец?

– У тебя есть выбор: все закончится сейчас или погибнут ещё люди. Иван, донья Беатрис, дон Хоакин. Они все мешают, и мы их все равно уберём, если ты не сохранишь им жизнь одной лишь бумажкой. Ну и о себе подумай. Либо ты умрешь быстро и без страданий, либо будешь мучиться и медленно издыхать. Ты ведь не думал, что пока ты будешь размышлять над завещанием, я обустрою тебе тут уютную комнатку с кроватью, подушками и шведским столом? Нет, ты так и будешь тут сидеть, у этого столба, пока либо не сдохнешь, либо не напишешь документ.

– Я не стану ничего писать, – отрезал Йон. – Можешь сожрать эту бумажку и сдохнуть сам.

– Подумай хорошенько. Тело вот-вот могут обнаружить. А там начнутся и поиски убийцы, коим окажется Иван.

– Какое ещё тело?!

– Я же сказал, что ты вчера вечером покинул отель, и тебя убили. Твой труп сейчас валяется в лесу под камнями, и обнаружить его будет не так уж и трудно. Ну, конечно, это не ты. Это всего лишь наш славный Родриге, но поверь, ни у кого даже в мыслях не возникнет, что это можешь быть не ты.

~

На следующий день Рафаэль снова зашёл к Йону, захватив поддельное завещание и графин воды. Он был уверен, что Йон уже принял правильное решение, и предвкушал, как они сейчас все напишут и оформят.

– Как жизнь? – весело спросил он, подходя к поникшей фигуре Йона. – Что-то ты совсем раскис.

Он развязал ему рот и опустился перед ним на корточки. Йон исподлобья взглянул на Рафаэля, и взгляд его полнился такой ненавистью, что любому бы стало не по себе. Но Рафаэль даже не изменился в лице. Он продолжал смотреть на Йона с насмешкой, словно вся эта ситуация его только забавляла. Казалось, что под человеческой оболочкой Рафаэля находится сущий дьявол, решивший устроить в этом отеле филиал ада.

– Подумал над предложением?

Йон предпочёл не отвечать.

– Время идёт, каждая минута твоего промедления не делает твоих близких счастливее. Ты представь только, Альба ездила на опознание обнаруженного тела и признала в нем тебя. Как видишь, никто и не подумал, что это не ты, а Родриге. Завтра тебя похоронят. Ты не видел, как она, бедная, страдает, ведь любовь всей её жизни мертва!

– Не верю, – кинул Йон.

– Можешь не верить, – ответил Рафаэль. – Но сейчас именно от тебя зависит судьба практически всех оставшихся Гарсиа. Готов написать завещание?

– Я лучше сдохну, чем позволю таким ублюдкам, как вы с Лукасом, победить.

– Не волнуйся, ты все равно сдохнешь. И кстати, я принёс тебе воды. Наверняка жажда замучила. – Рафаэль поднёс к его лицу графин с водой. Йон отнёсся к нему с опаской, но пить и правда хотелось страшно, поэтому он сделал глоток.

Ожидать от Рафаэля можно было чего угодно, но Йон никак не мог подумать, что после того, как он сделает несколько глотков, вся остальная вода выльется ему на голову.

– Ой! – деланно воскликнул Рафаэль. – Я случайно.

– Ты – мразь! – прошипел Йон, попытавшись пнуть Рафаэля связанными ногами, но не смог до него достать, так как тот уже отскочил на безопасное расстояние.

– Думай над завещанием, – сказал Рафаэль, словно не услышав слов Йона. – Я уже говорил, что так или иначе, но отель мы все равно получим. – И он ушел, оставив Йона одного.

Йон, по правде, не знал, что делать. Все действия Рафаэля и Лукаса казались жестокими настолько, что мало походили на правду. Но они уже убили несколько человек, тогда чего им стоило убить кого-то ещё? Они зашли настолько далеко, что их ждёт только два исхода – либо они обретут все, либо все потеряют.

А ведь донья Канделария говорила мне написать завещание, – вспомнил Йон. – Почему я этого не сделал? Завещал бы все Альбе!.. Или нет. Если бы я завещал все Альбе, то эти уроды пристали бы к ней. Пусть лучше мучают меня…

После Рафаэль приходил к Йону еще несколько раз. Он сообщал о похоронах, о расследовании, об аресте Ивана и требовал написать завещание, упрекая Йона в том, что это на самом деле он виноват во всем происходящем.

Йон скрипел зубами от злости каждый раз, когда видел насмешливую физиономию Рафаэля, и ни капли не верил в его рассказы.

Не было никаких похорон. Как можно было подложить труп другого человека, чтобы все поверили, что это Йон? Пусть они и переодели этот труп в его костюм и нацепили на него его перстень… А может, даже трупа никакого не было, Рафаэль же не стал бы избавляться от такой верной собачонки, как Родриге. И Ивана не могли арестовать за то, чего он не совершал. Не могли Рафаэль и Лукас подставить его так, чтобы детектив в это поверил. Все это просто чушь, с помощью которой Рафаэль хочет заставить Йона написать завещание.

Больше всего Йона удивляло то, что Лукас на чердак не совался. А он хотел его увидеть и взглянуть в глаза этому подлому двуличному выродку. Надо же – он сам все это устроил, а всю грязную работу свалил на Рафаэля. Да он просто трус!..

Чем больше проходило дней, тем слабее становился Йон. Бывало, что от голода он просто терял сознание и сидел так, свесив голову, пока Рафаэль к нему снова не заявлялся и не тормошил.

– Все это может закончиться. Просто напиши завещание, – напоминал он.

Но Йон стойко все это терпел. Он ни за что не позволит им победить, даже если ему придётся умереть в муках.

В последний свой визит, когда Йон смог дотянуться ногами до башни из ящиков и повалить ее, Рафаэль принёс Эухению и привязал её позади.

Это Йона потрясло до глубины души. Он никак не мог подумать, что этот человек может быть способен на такое. Молодая девушка, ещё и его младшая сестра, которая тут была совсем ни при чём… Неужели Рафаэль был готов убить и её ради того, чтобы Лукас получил отель? Но почему? Что Лукас ему пообещал, раз он готов был пойти на такое?..

***

Эухения тяжело подняла голову. Шея сильно затекла, все мышцы страшно ныли, а в голове болезненно пульсировало. Девушка огляделась и обнаружила себя крепко связанной. Она запаниковала, забилась от страха, попыталась закричать, но смогла только тихо промычать что-то непонятное.

Она сразу почувствовала, что находится здесь не одна. За ее спиной был кто-то ещё, но увидеть, кто именно, она не смогла.

От ужаса она не знала, куда деваться. Ерзала, дёргала ногами, пытаясь до чего-нибудь дотянуться, и стучала пятками по полу. Эти действия в конце концов привели к тому, что внизу что-то прогрохотало, а после скрипнул люк, и из него показалась голова её брата.

– Ну что опять за шум? – недовольно сказал он. – А! Уже очнулась.

Он подобрался к ней и развязал ей рот.

– Слушаю.

– Немедленно меня освободи! – истерически крикнула она.

– Прости, не получится. Ты сама виновата, не нужно было ничего искать. И раз уж я все равно здесь, хочу в очередной раз спросить, что надумал пленник.

Рафаэль отошёл от Эухении, которая от ужаса и возмущения не знала, что на это сказать, и оказался рядом с Йоном.

– Ну, Йон, что-то ты совсем расклеился. Тебе ещё завещание писать. Ивана казнят сегодня на закате. Времени в обрез.

Йон что-то промычал в ответ. Рафаэль убрал тряпку и спросил:

– Надеюсь, это было согласие?

– Я. Не стану. Ничего. Писать, – отрывисто отозвался он.

– Сеньор Йон?.. – едва слышно сказала Эухения, не веря в происходящее. – Так вы… живы? Но кто тогда?..

Неожиданно в ее голове все прояснилось, и Эухения захлебнулась удивлением. Все встало на свои места. Теперь она поняла, куда делся Родриге и почему никто его не мог найти. Это его тело было найдено в лесу и это он лежит сейчас под каменной глыбой с табличкой «Йон Гарсиа Ривас». Теперь она поняла, почему тело было найдено в таком ужасном состоянии. Его заваливали камнями вовсе не для того, чтобы скрыть, а для того, чтобы изуродовать.

И теперь она поняла, что потратила драгоценное время, гоняясь за мертвецом, когда настоящий убийца был прямо перед её носом!

– Так это все Лукас! – воскликнула Эухения. – Это все устроил и правда он! А ты! Как ты можешь ему в этом помогать?! Отпусти нас и спаси Ивана! Все ещё можно исправить!

– Исправить сейчас может только завещание Йона, – изрёк Рафаэль. – Но он, как видишь, отказывается его писать. Он мне не верит, что Ивана казнят.

– Отпусти нас немедленно! Мы ещё можем спасти Ивана! Мы можем сказать правду – что убийца на самом деле Лукас, и пусть казнят его! – отчаянно просила Эухения.

– Спасти Ивана может только завещание, – стоял на своём Рафаэль.

– Если Ивана и правда казнят за все те преступления, что совершили вы с Лукасом, то моё завещание уже не сыграет никакой роли, ведь так? – проговорил Йон. – Вам это будет не выгодно. Вам нужен человек, который поплатится за ваши преступления, чтобы поиски убийцы прекратились. Если вы решили погубить Ивана, то погубите его.

– Нет… – проговорила Эухения. Слова Йона показались ей не лишенными смысла. – Как ты можешь?! – обратилась она к брату, посмотрев на него блестящими от слез глазами. – Почему ты так поступаешь?!

– Отец давно хотел этот отель, – откровенно сказал Рафаэль. – Думаешь, я просто так подружился с Лукасом? Думаешь, я просто так терпел этого идиота столько месяцев?! Если бы он сделал меня управляющим, то после его смерти я стал бы полноправным владельцем и смог бы передать отель отцу. Это был отличный план. Все должно было случиться не так кровопролитно – пара смертей, не больше. Но тут явился он. – Рафаэль указал в сторону Йона. – И все испортил!

– Не говори, что ты все это сделал ради отца! Даже не смей так говорить! Если он узнает, то наверняка не станет благодарить тебя за это, – прошипела Эухения, с ненавистью глядя на человека, которого ещё вчера считала своим братом. Теперь же она не считала его таковым. Это был совсем другой человек, доселе которого она никогда не знала.

– Нет, он знает, – ответил Рафаэль. – Он сам придумал это и заручился поддержкой своего кузена судьи. Он сам выбрал Ивана для того, чтобы взвалить на него все преступления, особенно если учитывать, что Иван уже подозревался. Правда, он не подумал, что из-за этого ты начнёшь так активно копаться во всех тайнах. Да и я должен был это учесть. Никто и не думал, что твоё чувство к Ивану окажется велико настолько. Я пытался разорвать ваши эти отношения ещё в самом их зачатке, пока не стало слишком поздно. Но, видимо, поздно было уже тогда.

– Так вот почему он так вёл себя! – воскликнула Эухения. – Вот почему он отталкивал меня! Я знала, что тут что-то не так!

– Я бы не позволил, чтобы моя сестра водилась с убийцей, – сказал Рафаэль. – Что бы тогда обо мне подумали люди?

– А что они подумают, когда узнают всю правду?! – крикнула девушка.

– Они не узнают.