Читать книгу "100 знаменитых москвичей"

Плисецкая Майя Михайловна
(род. в 1925 г.)

Одна из самых знаменитых балерин Большого театра XX в. Народная артистка СССР, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии. Руководила балетом Римской оперы и Национальным театром в Мадриде. Почетный президент труппы Имперский русский балет.

Слово «вопреки» стало для Майи Плисецкой едва ли не главным в ее длинной, яркой, до жестокости трудной, но прекрасной жизни. В день прошедшего в 2000 г. юбилея Президент России В. Путин вручил ей орден «За заслуги перед Отечеством» II степени. А еще балерину наградили орденом Почетного легиона и Президент Франции Ф. Миттеран лично прикрепил награду к ее костюму. Однажды в Кремле высокопоставленный российский чиновник недоуменно протянул: «Я думал, что орден Почетного легиона дают только участникам движения Сопротивления». – «А я всю жизнь и сопротивлялась», – рассмеялась балерина.

Плисецкая родилась 20 ноября 1925 г. в Москве в семье потомственных интеллигентов. Ее мать – черноволосая, тихая Рахиль Мессерер, актриса немого кино, была дочерью известного зубного врача, имевшего свой кабинет на Сретенке. Отец Майи был родом из Гомеля. На заре советской власти он «записался в коммунисты», искренне поверив в эту идею. Юный Миша Плисецкий, как многие выходцы из черты оседлости, получил высшее образование и добился солидного положения в обществе. В 1932 г. он был назначен начальником угольных рудников на Шпицбергене.

Из своего детства Майе запомнилось многое: неповторимо красивое северное лето с его бледными цветами; первая в жизни роль Русалочки в опере Даргомыжского («Я с шиком сыграла свою крошечную роль»); но больше всего – «чистый, белый, хрустальный, светящийся снег». Этот снег однажды чуть было не стал причиной ее гибели. Возвращаясь домой, она решила передохнуть и села на лыжи. «Снег стал превращать меня в андерсеновскую деву. Начала засыпать, впала в сладкую дрему. Моя спасительница – умница-овчарка Як раскопала меня из снежного сугроба и поволокла за шиворот к людям. Так я родилась во второй раз…»

В 1934 г. семья после длительных зимовок на Шпицбергене приехала в отпуск в Москву, и Майю, уже проявившую склонность и любовь к танцам, определили в балетную школу в класс к Е.И. Долинской.

Училась она с упоением. Ей было 11 лет, когда отца, занимавшего высокий пост, исключили из партии, уволили с работы. Рано утром 1 мая 1937 г. в дом ввалились чекисты и увезли Плисецкого с собой. Рахиль, беременная третьим ребенком, кричала, цепляясь за мужа, плакал маленький Саша, а Майя плохо соображала, что происходит.

Отца расстреляли через год после ареста, а мать в это время уже была в Бутырской тюрьме. Ее взяли прямо в Большом театре, куда она пришла вместе с Майей посмотреть свою сестру Суламифь Мессерер, танцующую «Спящую красавицу». Майя так увлеклась происходящим, что не заметила, когда исчезла мама. После спектакля, поискав ее и не найдя, девочка понесла букет цветов домой к тете. Там ей попытались объяснить, что мама с недавно родившимся братиком срочно уехала к отцу… Тетка оставила Майю жить у себя, а Сашу взял в дом брат матери – Асаф.

Лишь весной 1941 г. благодаря ходатайствам орденоносцев Асафа и Суламифи Мессерер мать с братишкой освободили. Она вернулась в Москву, но тут грянула война, и семья была вынуждена эвакуироваться в Свердловск. Целый год Майе было не до балета, еще немного, и с профессией она могла бы попрощаться. Тогда Плисецкая решила вернуться в столицу и продолжать занятия. Поехала без согласия матери и без пропуска и все боялась, что в город ее не пустят. Но ей удалось прошмыгнуть мимо патруля.

Окончив хореографическое училище в 1943 г., 17-летняя Майя Плисецкая была принята на работу в Большой театр. Основная масса артистов Большого находилась в эвакуации, поэтому в труппу взяли всех выпускников.

На «главной сцене страны» в то время царили Семенова, Лепешинская, Мессерер, Головкина. Чтобы не терять форму, Майя стала танцевать сольные партии в Домах культуры, а потом в стране началась кампания «по выдвижению молодежи», и ей выпала честь представлять молодое поколение балета. Она танцевала мазурку в «Шопениане». Успех был оглушительным. За ним последовал следующий – «Раймонда». Плисецкая стала ведущей балериной среди молодых солисток. И наконец – «Лебединое озеро». Впоследствии этот балет станет главным в ее жизни. А станцевала она его более 800 раз на протяжении 30 лет, объехав весь мир.

«Жалею, что никогда не вела счет, сколько раз я станцевала "Умирающего лебедя". Но если вы напишете "50 тыс." – не ошибетесь, – говорила Майя журналистам. – В этом маленьком балете, который Фокин поставил для Павловой, я каждый раз танцевала иначе. Я вообще импровизатор по натуре. На меня жаловались балетмейстеры: на Плисецкую невозможно ставить, она все равно сделает по-своему. Фокинского "Лебедя" мне интересно танцевать всегда». Последний раз «Умирающего лебедя» балерина танцевала в 75 лет – это настоящий рекорд для Книги рекордов Гиннесса.

Но это будет потом, а пока же, в 1953 г., Плисецкая стала «невыездной»: ставка в Большом была сделана на Уланову. Да, зал взрывался аплодисментами, когда Майя выходила на сцену. Но у нее был репрессированный отец, бывшая ссыльная мать, родственники за границей и «пятый пункт» в паспорте. Да, всех заморских гостей вели на «Лебединое» с Плисецкой, но из страны ее никуда не выпускали, и не то что о мировой славе – даже о возможности быть признанной коллегами за рубежом и речи быть не могло.

Труппа ехала на гастроли за границу, Майя оставалась. «Почему?» – спрашивала она. «В следующий раз непременно!» – обещали ей. Театр попытался вступиться, было написано коллективное письмо в защиту балерины Плисецкой, на которой держится весь репертуар. Его подписали Уланова, Лавровский, Файер. Поступок по тем временам был, прямо сказать, геройский, но… все напрасно. Глава КГБ генерал Серов Майю невзлюбил, за каждым ее шагом следили. Знакомые стали ее сторониться – кому хочется быть рядом с опальной балериной?

Однажды театр отправился в Лондон, Плисецкая, как всегда, осталась. Англичанам объяснили, что она заболела. Сидеть без дела было нестерпимо, и Майя решила продемонстрировать, как «болеют» советские артисты. Собрав оставшуюся труппу, она предложила показать «Лебединое» в Москве. Дирекция (а ее первые лица в это время наслаждались красотами британской столицы) согласилась. Известие облетело Москву со скоростью звука: «Пойдет "Лебединое" с невыпущенной Плисецкой». Министр культуры СССР Фурцева советовала отказаться от этой затеи, но Майя настояла на своем. Театр был забит до отказа…

Следующий спектакль строго запретили, но он все же состоялся: приехал премьер-министр Японии. Через день снова спектакль: еще один высокий гость изъявил желание посмотреть русский балет.

Здесь можно возразить – подумаешь, за границу не выпускали. Танцевать-то разрешали, на приемы приглашали, титулами жаловали… Чего еще надо? В своей книге Плисецкая написала: «Про других не знаю. А про себя скажу. Не хочу быть рабыней. Не хочу, чтобы неведомые мне люди мою судьбу решали… Не таить, что думаю, – хочу… Голову гнуть не хочу и не буду. Не для этого родилась…»

С Родионом Щедриным Майя встречалась неоднократно. Они познакомились в гостях у Лили Брик, потом обменивались случайными фразами, но в марте 1958 г. после премьеры «Спартака», где Плисецкая танцевала Эгину, он позвонил ей и напросился прийти на репетицию. В то время композитор работал над «Коньком-Горбунком» для Большого театра. Эффектная Майя произвела на него впечатление, и, не откладывая дело в долгий ящик, он тем же вечером пригласил ее на прогулку по Москве…

Летом театр опять уехал без Плисецкой в Париж, а она отправилась в Карелию, где под Сортавалой в Доме отдыха композиторов ее ждал Щедрин. Они жили в лесу, в неотапливаемом коттедже. Зверски кусали комары, и умываться приходилось из деревенского рукомойника. Потом на новой машине Родиона они отправились в Сочи. Покупали еду в придорожных селах, спали в машине и много говорили о музыке, танце, будущих постановках.

Вернувшись домой, Плисецкая поняла, что беременна. Она была в самом зените славы (знать бы тогда, что зенит этот затянется на два десятилетия – случай в балете беспрецедентный). Несмотря на горячие протесты Щедрина, Майя решила не рожать. Самый романтичный, страстный и трагичный период в их отношениях закончился тем, что 2 октября 1958 г. Родион и Майя зарегистрировали свой брак.

Свадебным подарком от мамы стала выхлопотанная отдельная двухкомнатная крохотная квартира на Кутузовском проспекте. Этот год стал переломным в судьбе Плисецкой. Ее известность благодаря опале достигла своего апогея. Любовь удивительного человека укрепила веру в собственные силы. Вдобавок с политической сцены ушел Серов…

«Щедрин всегда был в тени прожекторов моего шумного успеха, но, на мою радость, ни разу не страдал от этого. Иначе не прожили бы мы безоблачно столь долгие годы вместе. Щедрин – профессионал самой высокой пробы, может сделать отменно и оперу, и что угодно. А балеты написал просто-таки мне в помощь. В вызволение от надвигающегося возраста: новый репертуар обязательно выводит на следующую ступень искусства…» На титульных листах четырех балетов Родиона стоит имя жены. Майе он посвятил «Конька-Горбунка», «Анну Каренину», «Чайку», «Даму с собачкой». Его гений, любовь и самопожертвование помогают ей до сих пор быть в форме, не терять веру в собственные силы.

Именно муж и вызволил Плисецкую из гастрольного застоя. Он записался на прием к заместителю председателя КГБ, и после этой встречи дело сдвинулось: в 33 года Майя первый раз в жизни улетела с театром на гастроли в США, а Щедрин остался заложником в Москве. Успех был ошеломляющий. Америка приняла и полюбила русский балет и Майю Плисецкую – одну из лучших балерин мира.

Ее героини необычайно щедро одарены природой. Их жизнь – духовный подвиг. Они всегда отстаивали право оставаться собой, не примиряясь с обстоятельствами, не страшась смерти. Это Майя отлично чувствует, потому и сама поступает так, как это свойственно ее героиням. В те годы, когда балерины на своих юбилеях сидят в ложах, она ставит балеты и сама танцует специально созданные для нее сольные номера.

20 ноября 2000 г. на сцене Большого театра прошел большой гала-концерт в честь 75-летия Плисецкой. «Большой был, есть и будет всегда самым любимым, а его сцена – самой лучшей в мире», – всегда говорила она. В концерте приняли участие артисты из Италии, Франции, Германии, Швеции, Испании, Польши, США, Кубы. Сама легендарная танцовщица выступила трижды: кроме «Умирающего лебедя» зрители увидели премьеру поставленного специально для нее Морисом Бежаром трехминутного мини-балета «Аве Майя» на музыку Баха – Гуно и фрагмент из балета «Айседора» на музыку Шуберта, также поставленного для нее в свое время Бежаром.

Сейчас Майя живет в Мюнхене. В 1990 г. ей пришлось покинуть стены Большого, которому было отдано 50 лет жизни, но театры всего мира с радостью распахнули двери перед российской балериной.

О ней можно говорить бесконечно. Независимо от возраста и от стремительно летящего времени искусство Плисецкой всегда останется молодостью, полетом и символом XX в. И время не властно над Майей. Как некогда сказал о ней американский хореограф Роберт Джофри: «В Советском Союзе много сокровищ. Майя Плисецкая – одно из величайших». А как известно, сокровища – вне времени.

Пожарский Дмитрий Михайлович
(род. в 1578 г. – ум. в 1642 г.)

Российский государственный и военный деятель. Нес службу при дворе Бориса Годунова и Лжедмитрия I. Вместе с Кузьмой Мининым возглавил нижегородское ополчение и в 1613 – 1618 гг. руководил военными действиями против польских интервентов и союзных им казачьих отрядов Петра Сагайдачного. Способствовал воцарению Михаила Федоровича Романова, который возвел Пожарского в сан боярина. В годы правления Михаила Федоровича занимал различные руководящие посты, был воеводой в Новгороде, начальником Ямского, Разбойного, Судного приказов. Участвовал в дипломатических переговорах с Польшей и Швецией.

Имя князя Дмитрия Михайловича Пожарского знает любой образованный человек. Борьба князя с иноземными захватчиками, самоотверженная защита русской земли принесли ему всенародную известность. Порукой тому – памятник Минину и Пожарскому, стоящий на Красной площади в Москве и являющийся одной из самых известных достопримечательностей России. И хотя в основном Дмитрия Михайловича знают лишь как руководителя восстания против польских интервентов, жизнь князя Пожарского – это отражение его службы государству Российскому.

Дмитрий Михайлович Пожарский родился 1 ноября 1578 г. в селе Мугреево Суздальского уезда, в семье князя Михаила Пожарского, принадлежавшего к обедневшему роду князей Стародубских.

Детские годы князя Дмитрия прошли в подмосковном селе Марчуги, в вотчине его родителей. Князь Михаил умер рано, и после его смерти княгиня Марья Федоровна с сыном переехала в Москву. В 1593 году Дмитрий, которому исполнилось 15 лет, поступил на службу к царю Федору Ивановичу. Ему была определена должность «стряпчего с платьем», исполняя которую Дмитрий носил и подавал царю различные предметы царской одежды.

После воцарения Бориса Годунова Дмитрия повысили до стольника (в 1602 г.). Царь даже пожаловал его поместьем под Москвой. При появлении на литовских рубежах отрядов Лжедмитрия I Пожарский был направлен в армию, где в 1605 г. участвовал в сражении при Добрыничах.

После смерти Годунова Пожарский присягнул человеку, которого руководившая государством боярская верхушка сначала признала как сына Ивана Грозного, царевича Дмитрия, а впоследствии объявила Лжедмитрием и Гришкой Отрепьевым. Не стремясь к карьере, Пожарский и при Лжедмитрии I, и при Василии Шуйском оставался стольником. В 1608 г. Шуйский назначил Дмитрия Михайловича воеводой, поручив охранять обозы с хлебом в районе Коломны. В следующем году князь, возглавивший полк дворянской поместной кавалерии, разгромил под Москвой разбойничьи отряды поляков. За службу царь пожаловал ему поместье в Суздальском уезде. В феврале 1610 г. Пожарского назначают воеводой в Зарайске, где он должен был прикрывать центральные области страны от набегов степняков. В том же году царь Василий Шуйский был низложен заговорщиками во главе с Захарием Ляпуновым. Среди претендентов на московский престол были и русские бояре, и иностранцы. Одним из них был Владислав, сын польского короля Сигизмунда III. Именно он 17 августа 1610 г. был признан царем, при условии принятия им православной веры и сохранения старых обычаев. В тот же день Владиславу принесли присягу жители Москвы. Пожарский также присягнул ему. Боярская дума, взявшая власть в отсутствие царя, правила до 21 сентября, когда с ее согласия польские войска заняли Москву. Но множество русских городов не признали польского ставленника и отказались присягать Владиславу. 19 марта 1611 г. в Москве было поднято народное восстание против интервентов, вдохновленное патриархом Гермогеном. Вместе со сформированным в Рязани ополчением москвичи начали уличные бои, активное участие в которых принял Дмитрий Пожарский. В боях он был тяжело ранен, тайно вывезен из города, после чего отправился в нижегородскую Пурехскую волость на лечение. Вскоре после этого распалось первое ополчение, лишь отдельные отряды продолжали оказывать сопротивление полякам.

Для Русского государства наступило тяжелое время. Из-за отсутствия центральной власти началась смута, разбойничьи шайки безнаказанно разоряли страну. В это время в Нижнем Новгороде по инициативе торговца Кузьмы Минина Захарьева-Сухорука начался сбор средств на созыв ополчения для освобождения от власти иноземцев. Усилиями народа были собраны значительные средства. На собранные деньги было набрано и снаряжено большое войско. Воеводой было решено избрать князя Дмитрия Пожарского как талантливого военачальника и активного участника Первого ополчения. В село Пурех к Пожарскому прибыли послы из Нижнего Новгорода. После долгих уговоров князь согласился возглавить Второе ополчение. Он сразу же выехал в Нижний, где получил от горожан титул, дававший ему военную и гражданскую власть: «По избранию всей земли московского государства всяких чинов у ратных и у земских дел стольник и воевода князь Пожарский». Вторым, выборным от земства воеводой стал Кузьма Минин.

На призыв к спасению страны откликнулись многие города центра страны, Поволжье, Сибирь. Благодаря их помощи ополчение превратилось в сильное и хорошо вооруженное войско. В апреле 1612 г. Второе ополчение заняло Ярославль, где был создан «Совет всея земли», временное Земское правительство. Совет возглавили князь Пожарский, князь Трубецкой и земский староста Кузьма Минин.

Вожди ополчения долгое время медлили с выступлением, стараясь собрать как можно больше сил. Но известие о вторжении в Россию армии польского гетмана Ходкевича побудило Земское правительство принять решение о выступлении в поход на Москву. Освобождение столицы от польского гарнизона должно было стать символом возрождения русского государства. Тем более, что отряд Ходкевича сопровождал большой обоз с продовольствием, и важно было не дать ему соединиться с гарнизоном. Князь Пожарский принял решение выступить навстречу Ходкевичу и разгромить поляков по частям. Часть войска при этом должна была блокировать гарнизон и не дать ему прорваться на помощь Ходкевичу. 27 июля русские войска вышли из Ярославля в поход на Москву. К столице ополчение подошло 20 августа, незадолго до появления поляков. За оставшееся время князь Пожарский и другие военачальники приняли меры к укреплению города и размещению отрядов на оборонительных рубежах.

22 августа 1612 г. польское войско переправилось через Москву-реку и атаковало ополченцев. Стрельцы открыли огонь по наступающему врагу, а русская конница атаковала поляков с фланга. В этот момент осажденный польский гарнизон начал вылазку, напав на стрельцов с тыла. Стрельцы не дрогнули, и атака была отбита. Отряды Ходкевича также не добились успеха и отступили. Бои возобновились через два дня, 24 августа, когда поляки двинулись к Кремлю через Замоскворечье. Натиск поляков был таким мощным, что русские войска были оттеснены к Крымскому броду. В этой критической ситуации Пожарский призвал на помощь казаков. Действуя совместно с ополчением, казаки напали на обоз и едва не захватили его. Полякам удалось отбить нападение, но они вынуждены были отступить. В этот момент Кузьма Минин скрытно переправил небольшой отряд через Москву-реку и ударил во фланг полякам. Отступление польского отряда перешло в паническое бегство. В результате умелых действий русских войск на следующий день Ходкевич был вынужден отступить от Москвы. Теперь все силы ополчения были брошены на осаду Кремля. Даже в такой тяжелой ситуации польский гарнизон сражался храбро и упорно. Потребовалось еще два месяца на осаду, и лишь 26 октября поляки капитулировали.

Сразу же после изгнания интервентов началась работа по подготовке и созыву Земского собора с целью избрания царя и установления твердой власти в стране, разоренной Смутой.

Этот собор был созван в начале 1613 г. На нем 21 февраля выборные от земства, боярства и казаков избрали на царство Михаила Романова.

Князь Пожарский участвовал в торжествах по случаю избрания нового царя. За верную службу государству царь Михаил пожаловал ему боярский чин. Его соратник Кузьма Минин стал думным дворянином.

С 1613 по 1618 г. Пожарский руководил военными операциями по изгнанию с русской земли остатков польских интервентов и поддерживавших их казаков гетмана Петра Сагайдачного. В 1615 г. Пожарский под Орлом разгромил разбойничьи отряды польского авантюриста Лисовского (так называемых «лисовчиков»). После этого князь принял участие в мирных переговорах со Швецией, закончившихся заключением в 1617 г. Столбовского мира. В том же году царь направил его воеводой в Калугу для организации обороны от литовских войск.

Когда в 1618 г. Можайск был осажден войсками польского королевича Владислава, Пожарский возглавил войско, посланное на выручку осажденным. В том же году он был одним из воевод, защищавших Москву от очередного вторжения польского войска во главе с гетманом Ходкевичем. После подписания перемирия с Польшей князь Пожарский долгое время занимал различные высшие государственные должности. Так, например, в 1619 – 1624 гг. он заведовал Ямским приказом, а с 1624 по 1628 г. – Судным. В 1628 – 1630 гг. был воеводой в Новгороде. После этого князь возглавил Поместный приказ, и одновременно он руководил строительством укреплений вокруг Москвы на случай вражеского вторжения. Когда в 1632 – 1634 гг. началась очередная русско-польская война, Пожарский был назначен воеводой армии, прикрывавшей Москву. По окончании войны, в 1635 г., Дмитрия Михайловича назначают ведать Судным приказом. Знаком высокого доверия и уважения заслуг князя было то, что по распоряжению царя Пожарский вместе с боярами Шереметевыми управлял Москвой во время его отсутствия. До самой смерти князь пользовался огромным авторитетом в русском обществе. Долгие годы службы государству, многочисленные походы и сражения подорвали здоровье князя. Он тяжело заболел и 30 апреля 1642 г. скончался.

Князь Дмитрий Михайлович Пожарский был погребен в суздальском Спасо-Ефимьевом монастыре, в родовой усыпальнице. В 1818 г. на Красной площади в Москве был воздвигнут памятник защитникам России, созданный скульптором И.П. Мартосом. На нем – простые слова: «Гражданину Минину и князю Пожарскому. Благодарная Россия. Год 1818». А в Нижнем Новгороде, там, где началось движение за освобождение России, установлен обелиск, который в настоящее время является частью мемориала памяти героев России.